Люблю… P.S Вечно твой. Часть первая
От автора.
В жизни всегда все начинается с малого. Из маленького семени вырастает огромное дерево, около него растут все новые и новые, и в итоге, спустя века, перед тобой предстаёт величественная дубрава. Глядишь на неё, и не веришь, что все ее величие пошло всего лишь от одного маленького жёлудя, случайно оброненного какой-то залётной сойкой.
Из маленькой искры взметнётся пламя, которое или согреет тебя в самые темные времена, или спалит дотла все, что тебе дорого. От маленького родника, бьющего из-под земли, растекается гордая и величественная река, тяжело катящая свои воды к морю, чтобы стать с ним единым целым. Говорят, что и Вселенная наша произошла из крошечной точки, болтающейся в пространстве. Что уж тогда рассуждать обо всем остальном…
Все это так же касается и чувств человеческих. С одного мимолетного взгляда, с первого не смело сказанного слова начинаются самые удивительные и самые тёплые отношения между двумя совершенно разными и чужими людьми. Робким касанием руки сеется тепло, которое греет твою душу, даже когда вокруг становится нестерпимо холодно и одиноко. Оно остаётся с тобой навсегда. С маленькой искорки в глазах разрастается огонь неподдельных чувств, который остаётся в тебе, даже когда вокруг уже всё погасло, даже когда некого уже больше любить, когда потерял все надежды и разочаровался во всех мечтах. Когда все вокруг думают, что ты каменный, и сердце твоё черствое, только этот огонь в твоей душе и твоих глазах способен доказать, что ты все ещё живой человек. Только он движет тобой, и без него ты ничто. А ведь разгорелся он всего лишь от одной улыбки. Но сколь дорога эта улыбка была!!!
Эта история началась как раз с такой улыбки. Нет, это не какая-то особенная и поучительная повесть. Не то, что бы никто ни разу не слышал чего-то подобного в своей жизни. Сотни раз писали о таком классики, так что в этой теме я не стану первооткрывателем или новатором. Отличие этой истории от других состоит лишь в нескольких деталях. Во-первых, ее герои – это совсем ещё молодые люди, школьники, рано решившие повзрослеть по различным обстоятельствам. Во-вторых, история достаточно современна, и в ней есть дух того времени, в котором она произошла. Это многое объясняет, потому что, чем дальше мы входим в этот век, тем сильнее меняются наши представления об истинных чувствах. Сейчас мы уже по-другому воспринимаем все это, меньше дурим, меньше сходим с ума, на меньшее готовы пойти. Но тогда, в середине нулевых, все было несколько иначе…
События этой истории происходили в маленьком городке, каких много разбросано по всей стране. Находится он на восточной окраине Смоленской области, и ничем не отличается от других таких же тихих провинциальных поселений. Разве что своей богатой и героической историей: именно в нем, в далёком 1941 году войска Вермахта наткнулись на крепких духом и волей советских бойцов, которые грудью закрыли путь к столице нашей Родины и нанесли оккупантам первое в их бесславной истории поражение. Так родилась Советская Гвардия, а четыре дивизии, остановившие врага, увековечили свои имена в веках и стали первыми Гвардейскими. В память об этом славном подвиге в самом центре города под сенью высоких деревьев парка гордо стоит монумент: четыре солдата, грозно нахмурившие брови и готовые всегда дать отпор в любой момент, при любых обстоятельствах. Память о них не исчезла в годах, и все в этом городке пропитано духом патриотизма, гордости и героизма. Каждый житель с молоком матери впитал в себя любовь к своему городу, и в какой бы точке мира он не оказался, все равно будет помнить, откуда он. И гордиться своим славным городом и его историей. Спроси у него, откуда он родом, неизменно услышишь один и тот же ответ: из славного города, с Родины Советской Гвардии. И имя этому городу – Ельня.
Да, именно тут произошли те события, о которых я хочу поведать в этой истории. Вдалеке от больших дорог, от шумящих мегаполисов, среди равнин и лесов, зимой покрытых снегами, а летом укутанных в зелень, где время течёт тихо и размеренно, где горят необыкновенные по своей красоте закаты, где рассвет возгорается, словно пробуждая тебя к новой жизни, случилась одна удивительная история любви и дружбы, связавшая собой несколько судеб. Здесь не будет ни капли вымысла, разве только автор позволит себе чуть красочнее описать некоторые эпизоды этого повествования. Но и сама по себе она не нуждается в преувеличениях и приукрашиваниях. Это просто история жизни нескольких молодых людей, детей ещё, по сути, жизнь яркая, полная красок, противоречий, парадоксов и неожиданных поворотов. Ничего в ней нет необычного, если разобраться, и читатель вправе задать автору вопрос: зачем ее тогда рассказывать, чему она может научить?
Ответ на этот вопрос будет таким. Ничему учить эта история и не должна, как никто не должен учить правильной жизни другого. Каждый почерпнёт отсюда то, что ему ближе всего, но главная цель этого рассказа – это напомнить о том, что в жизни важнее всего. О том, что мы часто забываем в погоне за своими личными амбициями, выгодой и всей этой материальностью. О том, что мы похоронили в душе, сожгли без остатка и забыли, как мимолетное сновидение. О том, что тлеет в душе у каждого, о том, чего мы все так желаем и чего так боимся. О самом светлом, самом нужном и самом волшебном чувстве: о любви. Любви безграничной, не знающей ни возрастов, ни национальностей, ни социального неравенства. Ничего стороннего. Искренней, беззаботной, но огромной, словно Вселенная, не проходящей даже через годы и столетия любви. Той, без которой ты перестаёшь быть человеком в полном смысле этого слова.
Герои наши отнюдь не какие-то особо выдающиеся личности. Это обычные школьники старших классов, с присущими им качествами подросткового периода, со своими тараканами в голове и гигантскими планами на будущее, в котором они ещё сто раз успеют разочароваться. Среди них нет плохих или хороших, они ещё только встают на свой путь. Они совершают ошибки, исправляют их, получают бесценный опыт. Они любят, дружат, ненавидят, ссорятся, мирятся, делают глупости. Они просто живут. Но это самая ценная пора их жизни. Именно та, в которой они становятся такими, какими будут до самого конца.
Пусть вас не удивляет их поведение, их не по-детски взрослые выводы и мысли. Не будем забывать, что история эта произошла почти на самом стыке веков. Это было непростое время, мы рано взрослели, рано уходили во взрослую жизнь, рано понимали такие вещи, которые не каждый зрелый человек поймёт сейчас. Мы были романтиками, мы были своего рода философами в своём кругу, мы видели жизнь по-другому. Нас и воспитывали по-другому. Все смешалось в нас: и дух постсоветской эпохи, и веяния нового времени. В этой мешанине мы порой сами путались, но шли вперёд, преодолевали себя и становились на нужный путь. Поэтому не стоит удивляться каким-то поступкам и словам наших героев. Время было такое, нам слишком сложно было оставаться детьми…
Эта история долгое время оставалась заключённой в памяти узкого круга людей. Знали о ней немногие, ее берегли, как нечто ценное и святое. Но любая тайна жаждет выйти на свет, и, пожалуй, пришёл момент поведать ее. Может быть, кому-то покажутся скучными и банальными те вещи, о которых будет написано на этих страницах. Кто-то может почерпнуть отсюда что-то ценное для себя. Кто-то узнает в персонажах истории себя и вспомнит, для чего он жил все это время. Кто-то просто улыбнётся, а кто-то закроет книгу и отложит в дальний угол, как вещь, не заслуживающую внимания. Это личное дело каждого. Надеюсь, что мне удалось рассказать все это так, чтобы увлечь читателя за собой. Чтобы было понятно, о чем вообще идёт речь. Каждый сам составит суждение об этом. Мне остаётся лишь выполнить свой авторский долг и поведать обо всем до конца…
Но довольно слов. Пора пуститься в путь. Путь длинный, со множеством ответвлений и отступлений, но, надеюсь, что тем, кто пройдёт со мной по нему, он покажется легким, интересным и запоминающимся. Закройте глаза и представьте себе, что вы непосредственный участник всего, что будет происходить далее. Ведь всем нам это так близко. Попробуйте вспомнить себя самого в возрасте наших героев, ощутите эту магию юности и сделайте шаг вперёд, навстречу этой истории. Вперёд, мой дорогой читатель! Нас ждёт долгий путь. И надеюсь, мы пройдём его вместе…
Пролог.
– Привет, ты где?
В трубке старенького телефона еле уловимо прошелестело эхо до боли знакомого голоса.
–Привет. Мы с папой сейчас подъезжаем к Сафоново. Часа через два уже дома будем.
–Здорово! Наконец-то я тебя увижу…
–Можно подумать, за неделю ты соскучился.
–Можно подумать, что нет. Конечно, соскучился! Как будто год не видел!
Тишина повисла в сети. Он знал, что когда она молчит, на её губах появляется еле заметная улыбка, которую он так любил. И парень сам улыбнулся, представляя, как крепко он обнимет ее при встрече.
–Я буду ждать тебя у вас дома. – сказал он.
–Хорошо. -ответила девушка – Надеюсь, мы приедем быстрее. Кстати, папа тебе привет передает!
–Передай ему тоже. В принципе, скоро увидимся уже, так что можешь не передавать.
Он на секунду задумался и тихо добавил:
–Ты ничего им не говорила?
–Нет – так же тихо ответила она- Я боюсь…
– Я тоже, если честно… Давай поговорим об этом, когда ты приедешь…
–Давай – выдохнула девушка- Скорее бы уже!!! Мне кажется, эта дорога никогда не закончится!!
–Ты устала?
–Ужасно! И очень хочу спать. Папа тоже еле едет, боится уснуть. У них сегодня ночью учебная тревога была.
– Поспи пару часов, солнце. Я не буду тебе мешать. Потом поговорим.
–Нет, поговори со мной ещё!
Но парень уже положил трубку. Он открыл дверь подъезда и почти бегом поднялся на пятый этаж. На секунду задумавшись у двери, он нажал кнопку звонка. Буквально сразу дверь открылась. На пороге появилась красивая женщина лет сорока пяти с выразительными голубыми глазами и темно-русыми длинными волосами
–А, это ты, Слава.– улыбнулась она – А я подумала, наши уже вернулись
–Здравствуйте, Елена Степановна! Извините, я задержался, с Лерой говорил.
–Да ничего страшного! Я вот как раз в магазин собираюсь. Со мной пойдешь?
– Может, я вас дома подожду?
– Ну, хорошо. Тем более мне все равно по делам зайти нужно. Раздевайся, иди в гостиную.
Но в гостиную Слава не пошел. Он прямиком направился в комнату своей девушки, поближе к той атмосфере, которая так нежно окружала двух молодых влюбленных, когда они, убегая от всех проблем, просто, молча, сидели здесь.
Знакомая обстановка навеяла на молодого человека какое-то ностальгическое чувство, как будто он не был здесь долгое время. Хотя чуть больше недели назад, перед отъездом Леры они валялись на этой кровати, обсуждая какую-то ерунду. Слава вспомнил нежный взгляд своей девушки, явственно ощутил приятный запах ее волос и будто услышал ее звонкий смех.
Парень подошел к стенному шкафу, полки которого были сплошь заставлены всякой всячиной. Все подарки своего парня, все совместные фотографии Лера всегда ставила сюда, на самое видное место, и, надо признаться, Славе это изрядно льстило.
Он лег на мягкую кровать и задумался, упёршись взглядом в потолок. На какое-то время он вообще забылся, размышляя о безоблачном будущем их с Лерой отношений. Прошло уже почти три года, но каждый день их жизни был как будто первым. И все шло к тому, что в скором времени эти искренние чувства перерастут во что большее, чем просто отношения. Об этом не раз уже намекали родители Леры, добрые и искренние люди, понимающие всю серьезность намерений их будущего, как они сами выражались, зятя. Да и парочка неоднократно обсуждала эту тему. Тем более в связи с последними событиями иной исход был невозможен.
Несмотря на довольно юный возраст Славы и Леры (к слову, им обоим было всего по 17 лет), молодые люди уже вполне были готовы к чему то большему чем просто вечерние прогулки по городу. Более того, они этого хотели. И в принципе, ничего уже не мешало тому, чтоб чувства этой юной пары были узаконены. Но, посоветовавшись как-то раз с родителями в отсутствие Славы, Лера услышала категоричный ответ Владимира Николаевича, ее отца, что о свадьбе до совершеннолетия девушки и парня думать даже не стоит. Но в целом, он был не против этого, вопрос стоял только во времени. Так что паре оставалось только с нетерпением ждать. Но время проходило, и ждать оставалось все меньше и меньше.
Слава взглянул на календарь, висевший напротив, на стене. Суббота,28 августа. Еще один день полноценной юной жизни, в которой столько прекрасного, столько непознанного и интересного. Сколько еще впереди неисполненных планов, над которыми они с Лерой думали вечерами! И все это реально, все это обязательно будет! В этом Слава был совершенно уверен. Ничто не способно было омрачить небо над головами подающей большие надежды на будущее пары.
Короткий рингтон, оповещавший о входящем смс-сообщении, оторвал Славу от его радужных мечтаний. Он дотянулся рукой до телефона и с удовольствием для себя отметил, что, думая о нем, Лера все-таки не уснула, как он советовал.
"Я люблю тебя! Больше жизни…"
В пяти коротких словах этого смс заключалось все счастье, весь восторг неомраченных чувств девушки. И откуда-то из глубины Славиной души стало подниматься то непонятное чувство, которое так знакомо тем, кто когда-нибудь любил. Улыбка сама собой растянула губы молодого человека, а пальцы быстро стали набирать сообщение в ответ…
Глава 1
Знакомство с героем.
Темный зимний вечер февраля 2005 года не предвещал ничего особенного. В глухих стенах спортивного центра в микрорайоне Кутузовский было привычно тихо. Лишь изредка глухой стук мяча разрывал эту тишину и эхом прокатывался под высоким сводом зала. На улице давно уже стемнело, и легкий морозец уже начинал крепчать, но детская футбольная команда города Ельни ещё не собиралась расходиться. Ребята 14-15 лет расселись по скамейкам вдоль стены зала и, молча, слушали указания тренера.
Аветисян Ваик Сосикович, армянин по национальности, человек уважаемый и добившийся определенных успехов в футбольной среде, поигрывая свистком на ленточке и изредка встряхивая своими курчавыми седыми волосами, угрюмо расхаживал перед командой. По его смугловатому лицу видно было, что он чем-то крайне озабочен. Игроки все, как один, следили за движениями своего тренера, бывшего в то время для них непререкаемым авторитетом. Некоторые из них еле слышно о чем-то перешептывались. Все они понимали, о чем думает их наставник, поэтому боялись нарушить тишину и, молча, ждали, что им сейчас скажут.
–Да, задачка не из легких…-изрек, наконец, Ваик Сосикович со своим непередаваемым акцентом, над которым ребята втайне за стенами спортцентра нередко посмеивались.
Все сразу же облегченно выдохнули. Если тренер заговорил, значит он нашел решение проблемы. А Ваик Сосикович, подняв гордо голову (что еще раз подтверждало о найденном выходе из положения), продолжил:
–Вы все помните, что 23 февраля у нас будет турнир по футболу.
Ребята согласно закивали.
– Помимо нашей команды -продолжал тренер- Там будут участвовать еще три сборных. Про сборную Глинки вы знаете, и она меня совершенно не волнует. Это сборище чайников, которым дали мяч.
Кое-кто из команды захихикал, но тут же снова стало тихо.
–Мне удалось договориться еще с двумя командами :из Починка и из Смоленска.
Ропот пробежал в рядах юных футболистов.
–Но они же нас порвут- тихо заметил Денис Яковленков, основной защитник команды
Ваик Сосикович хмуро посмотрел на парнишку.
–Порвут? Вы говорите, порвут? С таким настроем, как у вас- да, порвут. Потому, что вы привыкли играть с чайниками ( Чайник. Это было любимое ругательство тренера ). А сильных команд вы боитесь. Вы начинаете бояться, как только о них услышите. Вчера Максим Морозов тоже услышал про смоленскую команду, и что? Сегодня он не пришел на тренировку, потому что подумал: что ходить, если мы все равно не выиграем…
Тренер замолчал, и в зале опять воцарилась тишина. Минуту спустя, выдержав эту эффектную паузу, Ваик Сосикович повернулся лицом к команде.
– А я не выигрывать у вас прошу. -значительно тише заговорил он- Я прошу вас учиться играть. Хотеть выигрывать вы сами должны. А я хочу научить вас стремиться к победе и не бояться соперника. Ну и что, что сборная Смоленска? Смоленск! Они такие же дети, как и вы. У них тоже две ноги, а не четыре, а если они такие же, то их можно обыграть. А говорить, что они нас порвут не надо. Если вы думаете, что проиграете, значит, считаете, что у вас плохой тренер и плохо он вас учит. Вы так считаете?
Никто не ответил, и наставник продолжил.
–Я знаю тренера их команды, я знаю, как он играл. Свою команду он учит играть так же, как он раньше. Зная это, мы можем угадать, что они будут делать.
Ребята сразу же заметно оживились, а Ваик Сосикович торжественно подошел к плану футбольной площадки, что висел на стене, и, взяв мел, торжественно объявил:
–Они будут атаковать!
–Вот уж удивительно- чуть слышно заметил Сергей Непша, еще один защитник
–Ты попугай, что ли?– прикрикнул на него тренер.– Если тебе не интересно, можешь идти к своему другу Морозову под мостом пиво пить!
Сергей понурился.
–Вы думаете, я не знаю, чем вы после тренировок занимаетесь? -продолжал Ваик Сосикович.– Учтите, если узнаю, что кто-то пьет или курит, выгоню из команды и обратно не возьму!
Еще не настали те времена, когда молодежь бессовестно прогуливала свое детство по клубам и тусовкам, попивая алкоголь и тягая сигареты. Не было еще в таком масштабе так популярных ныне молодежных развлечений, и для парней, пришедших на футбольную секцию, угроза исключения из команды была весомым аргументом. Поэтому Сергей замолчал и до конца речи тренера не проронил ни слова.
Немного помолчав, Ваик Сосикович продолжил.
–Итак, они будут атаковать. Значит, наша задача грамотно выставить оборону. Конечно, это мини-футбол, все время в защите мы стоять не сможем. Надо будет бегать. Поэтому предлагаю играть пятерками.
–Это как?– спросил Саша Иваллиненков, один из основных нападающих, подававший большие надежды на развитие.
–А это так. -продолжал тренер- Я объявляю три пятерки игроков, которые будут меняться на поле каждые десять минут. В каждой пятерке два нападающих, два защитника и вратарь. У нас будет самая сильная пятерка, которая будет играть первой, и две послабее…
–Ваик Сосикович, а как так?– вмешался Саша Киселев, самый младший из игроков (ему было 11 лет)– У нас будет три пятерки, а вратарь только один.
–Вратарь меняться не будет- сказал тренер и посмотрел на Славу, который и был тем самым единственным вратарем. -Слава, тебе придется отстоять все три игры полностью.
–Хорошо.
Это было все, что ответил парень. И Ваик Сосикович, довольный ответом своего основного вратаря, пустился в дальнейшие объяснения тактики предстоящих матчей.
Пожалуй, мы не будем углубляться в более подробное описание всех тонкостей придуманного светлой головой тренера плана футбольной кампании, поскольку читателя, незнакомого со всеми нюансами спортивной стратегии, это может изрядно утомить. Вместо этого лучше опишем главного героя этой истории.
Это был обычный парнишка четырнадцати лет, худощавый, с вытянутым, полубледным от постоянного переутомления лицом, ничем не отличающийся внешне от таких же, как и он, ребят его возраста. Голубые глаза, не слишком короткие светловатые волосы, доходящие сзади до половины тонкой длинной шеи, немного оттопыривающиеся уши, из-за которых он постоянно комплексовал -вот в принципе и все, что можно сказать о его не слишком выдающейся внешности. Сидел он немного ссутулившись, как и все школьники, привыкшие к такому положению на уроках, и внимательно слушал наставления Ваика Сосиковича касательно остальных игроков команды. Свою задачу он прекрасно знал, поэтому, когда тренер обращался к нему, лицо вратаря выражало некоторое пренебрежение, даже можно сказать, раздражение к словам наставника команды, поэтому тот, в свою очередь, будучи уверенным в одном из лучших своих учеников, Славе почти ничего не говорил. Привыкший к атмосфере тренировок, Слава с готовностью, самостоятельно, без вдалбливания, принимал все наставления, даже если они к нему не относились. И если надо было выложиться на все сто процентов, он выкладывался на сто двадцать, хоть и полз потом еле-еле домой, который, кстати сказать, был не так уж и близко от спортцентра. Строгость, торжественность обстановки в зале воодушевляла его, и чем сложнее была задача, тем охотнее он бился над ее решением. И это касалось не только футбола, а вообще всего, к чему парень имел отношение.
Чтобы понять его внутренний мир, его воспитание, особого усилия прикладывать не нужно. Слава не без гордости считал себя одним из последнего поколения детей, родившихся в последний год существования Советского Союза. Этот факт отложил свой отпечаток на характер юноши. Отец его, военный в прошлом и непонятно кто в настоящем, к воспитанию сына отношения фактически не имел, из-за чего на первых порах Слава слыл мальчишкой мягким, скромным и нерешительным. В этом были свои плюсы, но иногда парень глубоко переживал, что не может проявить твердость в каких-нибудь важных вопросах. Из-за этой мягкости характера Славе нередко приходилось отдуваться за своих товарищей, которые, проявив изворотливость, то и дело оставляли его крайним.
Особую роль в воспитании парня сыграла бабушка по отцовской линии, женщина умная и интилегентная, в свое время закончившая школу с золотой медалью и поступившая в медучилище. Карьера врача у нее не сложилась, так как замужество и рождение двух детей, отца и дяди нашего героя, перечеркнуло ей все планы. Поэтому все свои нереализованые знания она старалась передавать внуку, чем с раннего возраста привила ему интерес ко всему неизведанному. И Слава рос мальчиком любопытным и стремящимся все узнать. Позднее, уже в школе, он был учеником способным, но в то же время все свои способности реализовывать не спешил, будто запасался на будущее, из-за чего некоторые учителя считали, что он несколько ленив и неповоротлив.
Одним из самых любимых предметов в школе у Славы была литература. Еще в раннем детстве, едва научившись читать, он полюбил стихи, а позднее и сам стал их писать. А в пятом классе вообще задумал написать рассказ о таких же, как он, школьниках и через некоторое время сделал это. Получился откровенный бред, но мальчишка страшно гордился, что довел задуманное до конца и решил для себя, что не бросит попыток встать на литературный путь. Одноклассники постоянно обращались к нему за помощью в написании сочинений, и в силу мягкости своего характера, Слава никогда им не отказывал, чем заслужил уважение своих товарищей по учебе. В общем, ко всему прочему этот юноша был еще и натурой творческой.
Только вот реализовывать все свои планы ему в один момент оказалось некогда. Когда Славе исполнилось тринадцать лет, его отец, променявший свою прежнюю жизнь на более легкую, ушел из семьи, оставив свою жену одну тянуть лямку материнства. Следует заметить, что помимо Славы в семье было еще двое детей, брат и сестра героя, совсем маленькие еще (на тот момент сестре было три года, а брату и вовсе год). И Славе, как единственному мужчине в семье, пришлось взять на себя заботы о процветании своего дома. Но как бы он не старался, тринадцатилетнему мальчику оказалось не под силу то, от чего отказался тридцатипятилетний мужчина. Но, как и все прочее, для парня все случившееся оказалось к лучшему. Живя скромно, его семья не могла позволить себе особой роскоши, поэтому Слава не был испорчен всякими веяниями нового времени, которые только начали появляться взамен постсоветским, того самого нового времени, которое столь многих безвозвратно утащило на дно жизни.
Физически Слава особо развит не был, из-за чего он тоже иногда горевал. На это была особая причина. Когда мальчику было пять лет, врачи поставили ему неприятный диагноз: бронхиальная астма. Болезнь, с которой люди живут всю жизнь, мучаясь от удушья, каждый день глотая воздух, как в последний раз. Ребенку категорически запретили заниматься какими бы то ни было подвижными видами игр. Но при всей своей талантливости тянуть удел домоседа, когда остальные дети бегают, прыгают и радуются жизни, Слава не захотел. Поэтому он частенько сбегал из дому и вместе с соседскими мальчишками играл во вредные его здоровью игры. За это попадало от мамы, но проходило время, и все повторялось вновь. Со временем мать просто опустила руки, и ограничивать сына перестала
А Слава постепенно начинал чувствовать, что ему уже не так тяжело дышать после долгой беготни. И в мозгу подрастающего мальчика зародилась идея, что победить болезнь можно именно с помощью этой самой губительной для него подвижной жизни. Вместе с соседскими мальчиками он стал гонять старенький футбольный мяч. Но сил долго бегать ему все равно не хватало, поэтому, немного подвигавшись, он останавливался. Товарищам это не нравилось, они сердились на него и в наказание ставили его защищать ворота. Там Слава и нашел себе применение. Вскоре, в футбольных баталиях между улицами небольшого городка маленький мальчик стал незаменимым вратарем. И из рамки с тех пор не выходил.
Ваик Сосикович, живший на той же улице, что и Слава, однажды проходил мимо ипровизированной футбольной площадки, на которой мальчишки днями напролет играли в футбол. Там-то он и заметил маленького голкипера. Немного подумав, он предложил Славе прийти к нему на занятия и попробовать свои силы. Слава с радостью согласился, и уже на следующий день, опять же, тайком от мамы сбежал на свою первую тренировку.
Именно поэтому мы видим его сейчас сидящим на скамье возле стены и внимающего монологу своего тренера, которого он глубоко уважал. Футбол, как он сам считал, был для него шансом пробиться в большую жизнь, и парень цеплялся за этот шанс, как за единственный.
А между тем длинная речь наставника подошла к своему логическому завершению, и он, пронзительно дунув в свисток, возвестил о переходе тренировки из сидячего положения в более подвижную часть. Ребята разобрали мячи, а Слава, как следует размявшись, занял свое привычное место в воротах. Началась отработка ударов. Отражая очередной мяч, старательно направленный в створ ворот, краем глаза парень заметил, как в проеме открытой двери в коридор появилась стройная девичья фигура. Слава повернул было голову в ту сторону, но посланный Сашей Киселевым мяч в самый угол ворот заставил вратаря, не жалея и так ноющих костей, прыгнуть за ним. А когда он поднялся с пола под возмущенные возгласы Саши, не сумевшего забить, никого в дверях уже не было…
* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *
Обычно после тренировки вся команда собиралась на улице у дверей спортцентра, чтобы, посмеявшись вдоволь над очередными причудами своего тренера, вместе разойтись по домам. Почти все жили в другом районе города, поэтому вечернюю тишину микрорайона, где проходили тренировки, три раза в неделю разрывали звонкие голоса мальчишек-футболистов, добирающихся своим ходом домой. Так было и в этот вечер, только на этот раз Слава решил остаться после тренировки в зале вместе со своим лучшим другом Сергеем Антоновым и отработать пару приемов.
Дружба двух этих юношей заслуживает особого внимания, так как в последствие сыграет немаловажную роль в жизни нашего героя. Началось их знакомство с пятого класса, когда Славу и пятерых его одноклассников перевели в класс Сергея. С самого начала отношения с новыми товарищами по учебе у Славы не заладились, и он часто чувствовал себя белой вороной в кругу этих школьников. Сергей тоже не был душой компании, но в отличие от Славы у него были здесь друзья: Андрей Романов, слывший в определенных кругах хулиганом и разгильдяем, но в целом парень достаточно способный и даже можно сказать, выдающийся, и Дима Чепило, сосед Сергея по дому, с которым они вместе росли. Собственно, сама дружба Сергея и Славы началась как раз через Андрея, который как-то раз, обозленный чем-то на Славу, хотел съездить тому в ухо. Сергей тогда урезонил своего друга, чем заслужил безграничную благодарность Славы, поскольку сам он отпор вряд ли смог бы дать. Позднее, в шестом классе, Сергей перевелся в другую школу, но, проучившись там меньше года, вернулся к радости Славы в свой класс. С тех пор их дружба стала только крепчать. В школе они сидели за одной партой и помимо этого общего имели еще и сходство в увлечениях. Наверно поэтому их дружба и не порвалась, как рвутся все подобные вещи, проходя через время. Так, одним из совместных увлечений для ребят был футбол.
Уже было около девяти, когда друзья закончили тренировку и отправились в раздевалку. Остальные ребята давно уже покинули стены спортцентра. Ваик Сосикович, поначалу наблюдавший за тренировкой двух своих воспитанников, тоже ушел домой. Было тихо, только со второго этажа доносились звуки прыгающего мячика для настольного тенниса да в холле работал телевизор.
Переодеваясь, ребята как обычно о чем-то разговаривали. У них всегда находились общие темы для бесед, поэтому скучать им не приходилось. Они могли в равной степени обсуждать и пока еще детские свои проблемы, и достаточно взрослые темы, переводя, конечно, их на собственный лад.
– Классно сегодня потренировались- сказал Сергей, укладывая кеды в сумку- Почаще нужно так оставаться.
–Угу- промычал в ответ задумавшийся о чем-то Слава.
Сергей взглянул на него
–Ты чего угрюмый опять? -спросил он
–Да ничего! -отмахнулся Слава, поворачиваясь к другу спиной.
–Ты в последнее время мутный какой-то стал.– заметил Антонов
Нужно сказать, что Сергею всегда удавалось проследить за переменой настроения Славы
–Случилось у тебя что?
–Да ничего у меня не случилось! -ответил Слава.– В этом-то и дело… ничего не меняется…
–Ну так поменяй. В чем дело?
–Ни в чем. Просто надоело все. Школа, дом, тренировка, дом. Одно и то же, каждый день…
Сергей ничего не ответил. Он знал, что если Слава начал высказываться в этом ключе, то нужно дать ему выговориться.
–Другие вон веселятся напропалую, а я дома сижу, маме помогаю…-продолжал Слава -Достало! Скорей бы школу закончить и смотаться из этого дурдома, куда подальше.
–Ты дурак. -не вытерпел Сергей
– Чё это? -недоуменно посмотрел на него Слава
–Да то это! По-твоему, круто шляться ночами с бутылкой пива по городу и ржать над какой-нибудь глупостью? Не знаю. Бухать собрался что ли?
–Ты знаешь, что я не пью.
–Ну да, конечно. А в "Бистро" в субботу на дискотеке кто пьяный отплясывал?
–Это был единичный случай- снова отмахнулся Слава- Погоди, а ты откуда знаешь? Я не рассказывал.
– Мне Костик Масокин рассказал. Он же с вами был.
–Я ему язык завтра в школе вырву. -прошипел Слава- Я… это… просто я хотел девушке встречаться предложить, поэтому выпил пива для храбрости…
Сергей вопросительно уставился на друга и спросил с некоторым ехидством в голосе:
– И что? Получилось?
–Нет.– хмуро ответил Слава.
–А почему?
–Ну, я подошел, а она сказала, что я пьян и не хочет со мной разговаривать.
–Что и требовалось доказать- заключил Сергей.
– Блин, Серега, ну а что мне делать? У Макса Лухтенкова есть девушка, у брата его Димки тоже, Сашка Колюшин две недели уже с девчонкой гуляет. Один я, как ворона, клюв разеваю.
– Не ты один. У меня, если помнишь, тоже девушки нет. Только я не думаю об этом. И не бухаю.
– А я не могу об этом не думать! Дома проблемы, мать психует, дети орут. В школе напрягают: сделай то, сделай это. Только на футболе и отдыхаю.
– Будешь пить, футбол забудешь. И мамке ты этим лучше не сделаешь, она на твоего папу насмотрелась уже. Ты, блин, за ум возьмись, и все нормально будет. На фига тебе эти девки, которые сегодня с тобой гуляют, а завтра с другим? Ищи такую, чтоб встретились и на всю жизнь. Не время ещё.
Слава не знал, что ответить. Сергей часто выдавал такие вещи, с которыми не согласиться было просто нереально. Поэтому он попросту замолчал.
Перебрав в уме все свои мысли и доложив оставшиеся вещи в сумку, Слава встал.
– Ты прав, пожалуй- сказал он Сергею. -Надо подумать на этим.
– Да тут и думать нечего. -сказал Сергей. -Так и надо. Потопали домой
Ребята взяли сумки с формой и двинулись к выходу
– Кстати, Саня со своей уже расстался. -сказал Сергей
–Да ну? -удивился Слава
–Ну да. Она с каким-то пацаном гуляет уже.
– Вот курица!
–Все они курицы. Недостойны они нас
Слава засмеялся.
Три девушки сидели на стульях в холле и что-то весело обсуждали. Одна из них, очень даже красивая, с длинными светлыми волосами, искоса взглянула на выходящих парней и шикнула на подруг. Те сразу замолчали.
– Еще одни курицы. -тихо заметил Сергей.
– Ты их знаешь? -спросил Слава
– Нет -ответил друг. -Но вот эта, светлая, всю тренировку возле дверей зала вертелась. Ждала, наверно, кого-то.
У самого выхода Слава еще раз обернулся взглянуть на ту светленькую, про которую только что сказал Сергей. Девушка как раз поднялась со стула, и парень узнал в ней ту самую фигуру, которую мельком видел в дверях зала…
* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *
Четырехквартирный деревянный дом на улице Говорова темным зимним вечером выглядел как обычно мрачно. Свет горел только в двух окнах, жильцы остальных квартир, по-видимому, отсутствовали. Старый покосившийся забор общего палисадника изредка потрескивал от уже достаточно крепкого мороза. Узкая тропинка вела вглубь двора, где, наехав крышами друг на друга, ютились обветшавшие хозяйственные постройки. Сам дом новизной тоже не блистал, о чем красноречиво говорила заметная даже в темноте облупившаяся деревянная обшивка. Именно в этом доме, в третьей по счету квартире вот уже четыре года жил Слава и его семья.
Обойдя нанесенный прошлой ночью здоровенный сугроб возле полупровалившегося соседского крыльца, Слава очутился перед своей дверью. Стряхивая снег с кроссовок ( это была его любимая обувь, с которой он не расставался несмотря ни на какие холода), он вошел в маленькую прихожую. Маленькая собачонка по кличке Соня приветливо потерлась о ноги хозяина, но в ответ получила только легкий толчок в бок, что заставило ее понять, что хозяин не в духе, и поспешно ретировалась в кладовку. А Слава, сняв заснеженную обувь, вошел в квартиру.
Дома было, как ни странно, тихо. Маленький брат, Андрей, по всей видимости уже спал, а сестренка Катя, которую Слава любил больше всех на свете, тихо смотрела мультики по телевизору. Мать над чем-то хлопотала на кухне.
–Мам, я дома -тихо, чтоб не разбудить брата, заявил о своем присутствии Слава
–Где ты был так долго? -не оборачиваясь, спросила женщина.
–Я на тренировке задержался.– ответил Слава -У нас турнир скоро, нужно готовиться.
–У тебя на уме только твой футбол -вздохнула мама- Нет бы мне по дому помог.
Слава молча проглотил этот упрек. В последнее время мать все больше уставала от домашних хлопот, из-за чего нервничала и срывалась на сына. Парень прекрасно это понимал, поэтому старался не перечить, и все больше молчал, нежели высказывался.
Пожалуй, следует подробнее остановиться на этой женщине, которую Слава называл мамой. Звали ее Натальей Ивановной, и была она еще достаточно молода и красива, чтобы надеяться на лучшее будущее (ей было всего 32 года). Но домашние хлопоты, трое детей, проблемы со здоровьем не давали времени на размышления о собственной личной жизни, поэтому, после развода с мужем, отцом Славы, она полностью ушла в себя и старалась никого не пускать в свой собственный мирок. О чем она думала, что чувствовала -Бог знает -но довольно часто Славе слышалось ночью из-за тонкой стенки, что мама плачет. И ему от этого становилось так грустно, что слезы сами выступали на ресницах. В одну из таких ночей мальчик поклялся, что вытащит свою семью из этой клоаки, пусть даже для этого придется разбиться в лепешку. Получалось пока слабовато, но все-таки Слава старался не отступать от своей клятвы.
А Наталья Ивановна из-за пелены всех житейских проблем, казалось, не замечала усилий своего сына. От этого Славе порой становилось обидно, он считал, что мать несправедливо относится и требует слишком многого. Но, как бы то ни было, мать есть мать, и противиться ее воли Слава опасался, тем более Наталья Ивановна, несмотря на довольно молодой возраст, была уже достаточно мудрой женщиной, хоть и чрезмерно уверенной в том, что она всегда права. А когда Слава пытался что-то сказать вопреки словам матери, то немедленно получал затрещину и отступал.
–Суп на плите, садись, поешь -сказала Наталья Ивановна.
–Я не голодный. -ответил Слава.
На самом деле все было совсем не так. Слава ужасно хотел есть. Но семья жила довольно скромно, поэтому часто парень готов был отказаться от своей порции, чтобы сестренка или братишка покушали побольше.
–Я в комнате, если что -сказал, снимая куртку, Слава -Мне нужно сочинение дописать.
К слову, сочинение у Славы давно было дописано, просто парень хотел побыть один и подумать о чем-то своем. Он миновал небольшую гостиную, скромно обставленную старенькой мебелью, мимоходом поцеловал сестренку, сидящую там же, на диване и уже начинавшую засыпать, и затем вошел в свою маленькую, но уютную комнатку.
Убранство этой части квартиры не отличалось особой пышностью, как, впрочем, и все остальные комнаты. Возле небольшого окна, завешенного красными шторами, стоял большой письменный стол. За ним Слава проводил почти все свое свободное время, когда оставался дома :что-нибудь сочинял, делал уроки, иногда рисовал, но в основном читал. Об этом свидетельствовали беспорядочно разбросанные по столу книги. По правую строну стола, прямо над ним висела старенькая книжная полка, которую когда-то повесил туда покойный дедушка Славы. Эта полка была особым воспоминанием для Славы, и, несмотря на фактическую ненадобность в этой комнате,(книги и прочие принадлежности хранились в письменном столе, а полка пустовала) парень никому не давал ее снять и перевесить. Возле стола стоял старый раскачанный стул. В другом углу комнаты, напротив окна, была небольшая кровать, с утра еще не застеленная. Рядом с кроватью -шкаф, в котором Слава складывал одежду. Над самой кроватью висел ковер с плавающими по озеру лебедями, подарок бабушки Славы на его десятилетие. В остальном же стены комнаты покрывали разнообразные картинки из журналов, в основном фотографии футболистов. Только у окна, под книжной полкой висела парочка фотографий в самодельных рамках. Общую картину комнаты довершала тусклая лампочка, висевшая под самым потолком.
Не включая свет, Слава прошел к столу и сел на скрипучий стул. В голове толпой роились разнообразные мысли, мысли о многом и ни о чем одновременно. Обычно в таком состоянии Слава брал тетрадь и ручку и начинал писать что-нибудь, но сейчас ему не хотелось ничего делать. Поэтому он просто положил голову на руки и забылся.
По началу мысли настойчиво колотились где-то в голове. Постепенно они стали складываться в какие-то неопределенные картины, поочередно проплывающие перед глазами. Наконец, они стали вязкими и тягучими, между ними нельзя было уловить никакой связи, и, бросив эти попытки, Слава мирно уснул.
Это был сон юного парнишки, в котором он забывал о всех проблемах, терзающих его маленький мирок. Сон, полный причудливых картин и мечтаний, которым не скоро еще суждено сбыться. Сон тихий, свойственный только людям с пока еще чистой совестью, незапятнанной еще кошмарами взрослой жизни.
Снилось ему, что стал он известным футболистом, вошедшим в состав сборной страны. Только что его команда выиграла чемпионат мира, и Слава держал в своих руках тяжелый Кубок. Трибуны рукоплескали и скандировали его имя, а светленькая девушка, которую он видел сегодня на тренировке, с очаровательной улыбкой надевала ему на шею золотую медаль. Треск фейерверков, оглушительно взмывавших в небо, дополнял и без того ослепительную картину. Команда взяла Славу под руки и начала зачем-то раскачивать его в разные стороны, пронзительно повторяя имя их вратаря. От толчков товарищей по команде у Славы как-то странно заболталась голова. После очередного толчка Слава мягко упал на газон и… проснулся.
Было еще темно. Шея неумолимо ныла от неудобного положения.
–Слава! Слава!– Наталья Ивановна склонилась над сыном и легонько толкала его в плечо. -Просыпайся, в школу пора!
И, видя, что сын проснулся, вышла из комнаты.
"Блин, такой сон классный оборвался"-с сожалением подумал Слава.
Затем встал и начал собираться на занятия.
Глава 2
Валерия.
Когда тебе четырнадцать лет, ты не замечаешь как быстро течет время. Каждый день наполнен сочными красками различных оттенков, всюду находятся занятия, и предугадать, куда тебя занесет завтра совершенно невозможно. Юность во всей ее красе каждый день готовит тебе массу впечатлений. И как бы ты ни старался распланировать свое время, обязательно найдется событие, которое перечеркнет все твои планы. В этом, наверное, и состоит та прелесть молодости, когда не знаешь, что случится в следующую секунду. И очень глуп тот человек, который отрицает этот факт, который стремится скорей стать взрослым, просто потому, что быть юным ему надоело.
Слава абсолютно точно не был глупцом. Он ценил каждый момент своей однообразной на первый взгляд жизни. Он видел, что творится вокруг, как тяжело быть взрослым, сколько при этом на тебе ответственности, поэтому взрослеть совершенно оправдано не спешил. Несмотря на всю свою внешнюю серьезность и озадаченность, он все-таки оставался четырнадцатилетним мальчишкой, со своими тараканами в голове, со своими детскими еще пока проблемами. Поэтому он, как и другие его сверстники, абсолютно не следил за временем.
А оно неумолимо ускользало. Зима 2005-го начала приближаться к своему концу. Воздух уже стал не таким морозным, а теплые южные ветра все чаще расчищали небо над городом, обнажая почти по-весеннему пригревающее солнышко. Все больше капало с крыш. Но временами зима еще пыталась отстоять свои позиции, и, злясь от своего бессилия перед наступающей весной, посылала последние свои сильные снегопады. Ветер грозно ворчал и свистел в верхушках обнаженных берез, метелью стучался в окна, подвывал в печных трубах стареньких домов. Это были последние звуки уходящей до декабря холодной поры.
Именно с таких звуков начался очередной день жизни юноши, чью историю мы описываем здесь, на этих страницах. Слава проснулся не то от противного звона будильника, не то от столь же неприятного завывания ветра на улице. На полуавтомате он сел на кровати, дотянулся рукой до продолжающего свою нудную песню будильника, зачем-то повертел его в руках, потом, наконец, встал и подошел к окну. На улице начали заниматься утренние сумерки, но было еще довольно темно, и фонари еще не выключали. По дороге истерично металась поземка, липы, растущие напротив окна, хлестали ветвями в разные стороны, точно разъяренные великаны. За ночь изрядно намело, хотя еще вчера по дороге весело журчали ручейки, сквозь которые можно было увидеть первые пятна асфальта. Сейчас же от вчерашней оттепели не осталось и следа, будто ее и вовсе не было.
Недовольно вздохнув, Слава отошел от окна и начал собираться в школу.
«23 февраля.» -подумал он – «Могли бы и выходной дать. Несправедливость какая-то.»
На самом деле, занятия в школе, несмотря на, казалось бы, праздничный день, отменять не стали. Кроме того, их даже не сократили. Вместо этого, в подарок всем мальчикам и девочкам, на сегодня были запланированы аж две контрольные: по математике и по физике. И ни к одной из них Слава, как впрочем и всегда, особенно готовиться не стал, надеясь, что усвоенных на уроках знаний будет вполне достаточно.
В целом, день обещал быть сложным. Но больше всего парень волновался не о том, как он напишет контрольные. Сразу после школьных занятий ему предстояло отправиться в спортцентр, на футбольный турнир в честь Дня Защитника Отечества, к которому он так упорно готовился на протяжении трех с половиной недель. В связи с этим Слава надеялся даже прогулять два последних урока, ОБЖ и черчение, чтобы как следует настроиться на боевой лад. Он даже сговорился об этом с Сергеем: вместе прогуливать куда как интересней.
Стараясь подавить внутреннее волнение, возникавшее при мысли о предстоящем сорвновании, Слава вышел из комнаты и отправился завтракать. Правда, то что Слава называл завтраком, этим словом назвать было нельзя. Обычно утреннюю трапезу парня составляла кружка чая с парой кусочков белого хлеба. Много по утрам Слава есть не любил, и эта привычка прошла с ним еще через много лет.
На кухне Наталья Ивановна готовила смесь только что проснувшемуся брату. Тонкий, пискливый голосок его Слава услышал еще из комнаты.
–Ты чего так рано встал? – спросила мать
–Да не рано, я всегда так встаю. -ответил Слава, присаживаясь за стол.
–Я надеюсь, ты после школы сегодня сразу домой придешь?– Наталья Ивановна вопросительно взглянула на сына.
– Вообще-то, у меня футбол сегодня.– с нескрываемым раздражением заметил парень – И я об этом тебе говорил вчера.
–Значит, мне опять сегодня разрываться придется?!– Мать начинала выходить из себя, что в последнее время случалось часто – Я думала, ты за детьми приглядишь, я хотела стирку устроить.
–Попроси бабушку помочь – пожал плечами Слава
–Только вот не надо указывать мне, что делать! Достал твой футбол уже, дома не побудешь.
–Я и так целыми днями дома сижу.
–Ну да, конечно… Я уже забыла, когда ты в последний раз мне по дому помогал.
От недовольства этой фразой Слава фыркнул. На этот раз мать действительно была не права, что Слава и хотел ей сказать, но вовремя сдержался, предугадывая, чем это закончится.
–Мам, я должен там быть -вслух сказал он -Я единственный вратарь, я не могу не прийти.
–Я схожу к твоему тренеру когда-нибудь, скажу ему, чтоб не забивал вам голову всякой ерундой.
Тут уж Слава действительно не вытерпел.
–Это какой такой ерундой он мне голову забивает? -с вызовом спросил он
–А такой…-не нашлась, что ответить, Наталья Ивановна.
–Мам, а по-твоему лучше, чтоб я ничем не занимался в своей жизни и тупо сидел дома? Что б я как папа стал?
–Ты мне поговори еще! – шикнула мать
– Я хочу заниматься футболом, и я буду им заниматься, даже если ты мне запретишь! Потому что это мое. И я не могу как другие шататься без дела и не иметь никаких занятий, кроме как спать, есть и шляться -не унимался Слава
–А ну-ка не ори мне тут! Ишь, нашелся, права качает.
–И буду качать, потому что ты не хочешь меня поддерживать. Ну, ничего, я сам справлюсь!
Он отодвинул кружку с недопитым чаем в сторону, быстро надел куртку, схватил портфель и вышел за дверь.
Наталья Ивановна еще с минуту смотрела на резко захлопнувшуюся за Славиной спиной дверь. Потом медленно присела на стул и тихо произнесла:
–Удачи тебе сегодня, сынок!
* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *
Кто хоть раз оказался в той торжественной суматохе, что царит в школе перед началом занятий, уже никогда ее не забудет. Простыми словами нельзя описать то непонятное возбуждение, одолевающего каждого участника этого беспричинного хаоса. Сонные страшеклассники, визжащие учащиеся начальных классов, недовольные этим безобразным шумом технички – все смешивается в пеструю массу, и уже совсем скоро, попав в нее, становишься таким же звеном этого беспокойного общества, какие бы проблемы не нависали над тобой до этого. Под надежной школьной крышей, в среде беспечных обитателей этого здания ты забываешь обо всем на свете, кроме самого главного – тебе здесь рады. Наверно поэтому многие называют школу своим вторым домом, а любимых учителей – вторыми мамами.
Как и любой театр, школа, естественно, начинается с вешалки, по-простому, с раздевалки. Именно здесь начинаются первые рукопожатия, первые приветствия, задаются первые вопросы и рассказываются первые впечатления о вчерашнем вечере. Кто-то ждет кого-то, кто-то громко переговаривается, переодевая школьную обувь. Снуют повсюду шустрые первоклашки, суя свои любопытные носы куда только захотят, зевают невыспавшиеся дежурные, забывая даже проверять у проходящих мимо все прибывающих школьников наличие сменной обуви. У решетчатых окошек школьного гардероба обычный утренний аврал: орут, галдят неизвестно куда спешащие ученики, выкрикивая номера своих вешалок; бегают туда сюда пожилые уже гардеробщицы, железному терпению которых можно только позавидовать. Все волнуется, все кипит, все колышется. Какой-то неконтролируемый сгусток всевозрастающей энергии, поглощающий любого, кто войдет в это здание. Из гардероба вереницей расходятся по своим кабинетам школьники, обсуждая насущные проблемы предстоящего дня. Весело смеющиеся девушки вертятся возле зеркал в фойе у главного хода, поправляя свои пока еще не слишком искусно сделанные прически, только что пришедшие, но уже как будто уставшие учителя, став кружком у колонн главного зала, обсуждают какие-то личные свои планы, параллельно отвечая на приветствия проходящих мимо школьников. Неизменная, незабываемая атмосфера, присущая каждой обычной школе в стране с громким именем Россия.
Слава, давно привыкший к подобному началу дня, довольно грубо протиснулся сквозь ряды представителей младших классов к третьему окошку школьной раздевалки, расталкивая плечами назойливо лезущих вперед него шестиклассников.
–Здравствуйте, тетя Зина -поздоровался он с дежурящей сегодня в этой части гардероба техничкой. -Восьмой "Б",тридцать второй.
Не отвечая на приветствие вежливого всегда молодого человека, тетя Зина быстро протянула сумку со сменной обувью Славе и убежала за следующей, для очередного настойчивого ученика. Парень же, в свою очередь, молча развернулся, и, так же расталкивая локтями щемящихся в противоположную сторону школьников, добрался, наконец, до скамейки, на которой переодевались остальные. Оглядев толпу и не увидев ни одного из своих одноклассников, он сел и начал переодеваться, задумавшись, как обычно, о чем-то своем.
–Ты чего так рано сегодня? -услышал Слава знакомый голос над головой.
Парень поднял глаза. Максим Лухтенков, один из друзей его раннего детства, только что вошел с улицы и отряхивал воротник куртки от налепившегося снега.
–Привет, Макс-Слава встал и протянул руку, которую Максим, однако, пожимать не стал.
–Ты куда пропал вообще? -Максим недоуменно посмотрел на Славу, присаживаясь рядом на скамью -Не приходишь неделю уже.
–Я к соревнованиям готовился, у меня сегодня турнир, и я в основном составе – похвастался Слава
–Ясно все с тобой…-отмахнулся Максим – Все на футболе своем сидишь. Так все интересное и пропустишь.
–А что интересного? – заинтересовался парень
И Максим начал рассказывать историю про то, как он со своим братом Димой и их общим другом Сашей Колюшиным ходили провожать три дня подряд девчонок на Заречье, как Максим сочно поцеловался с одной из них, как Дима с Сашей раздобыли где-то пачку наикрутейших сигарет, которые куришь и не чувствуешь. Как пришли они вчера домой в четыре утра, подвыпившие после дискотеки и все такое прочее. Слава сидел и слушал, раскрыв рот то ли от любопытсва, то ли от зависти, а может, и от возмущения, что такое позволяют вытворять некогда лучшие его друзья. Но в глубине души юноша все-таки завидовал такой вольной жизни своего одноклассника, и внутренне дал себе зарок, что в ближайшее время, может быть, даже в эту субботу, он обязательно присоединится к компании этих развеселых ребят.
–Вот так. -закончил Максим -А ты все дома сидишь, штаны просиживаешь. Ты так себе и девушку никогда не найдешь.
–Если хочешь знать, я уже нашел себе девушку -соврал Слава – Поэтому я и не гулял с вами.
–Да ну? -не поверил Максим. – И кто она?
–Ну… ты ее не знаешь. Она не из нашей школы.
–Ну-ну. Заливаешь ты все…
–Ничего не заливаю!
–Заливаешь. Девушки любят веселых парней, как я, Димка или Саня. А ты, кроме как о своем футболе, и рассказать ничего не можешь.
Это был удар ниже пояса. Слава резко встал, схватил свои вещи и поспешил отойти от Максима, который смотрел ему вслед с ехидной усмешкой.
" Ничего, будет на моей улице праздник, тогда я посмеюсь"-подумал он про себя.
Начало дня не предвещало ничего хорошего. В какой-то момент Слава понял, что с таким настроем хорошей игры он не покажет. Он попытался стряхнуть все навалившееся на него с самого утра, но получилось слабовато, и парень, повесив голову, угрюмо побрел по лестнице в кабинет физики.
–Опять ты не в себе! -сзади по лестнице догонял его Сергей Антонов -Что такое?
–Да Макс…-начал было Слава, но осекся, стыдясь признаться, из-за чего разгорелся их с Максимом спор – Не важно. Голова болит с утра.
–Понятно, -протянул Сергей, из чего можно было сделать вывод, что ответ друга его не удовлетворил. -Да ты не парься, все нормально будет.
–Я знаю. -хмуро ответил Слава.– Все будет нормально.
–Ты к контрольной готовился?
–Нет. Я весь вечер как на иголках сидел перед сегодняшним днем. А ты?
–У меня тоже самое… Даже книгу не открывал. Ты ж, если что, мне поможешь.?
–Если сам решу что-нибудь…
–Договорились! -улыбнулся Сергей. -Ну, так что там Макс?
–Да ничего, -отмахнулся Слава -Решил меня жизни поучить, да слишком увлекся.
–А на фиг ты вообще его слушаешь? -спросил Сергей -Лично я после того, что они устроили прошлый раз, к ним бы на пушечный выстрел не подошел.
Сергей намекнул на одну очень неприятную историю, которая случилась за месяц до описываемого дня. Слава решил присоединиться к компании Максима и весело прогулял почти полночи, не ограничивая себя ни в чем. Было здорово, кровь стучала в висках, казалось, каждый улыбался молодому человеку, а мир мог уместиться на ладошке. Но когда Слава вернулся домой, на пороге его встретила разъяренная Наталья Ивановна, не спавшая в отсутствие сына, впервые так надолго загулявшегося, и всыпала тому как следует, чтоб впредь неповадно было. Слава по глупости на следующий день рассказал об этом Максиму, на что получил в ответ едкие насмешки, а далеко не сочувствие. После этого эпизода Слава стал реже общаться с компанией Максима, поняв, что былая дружба уже не так прочно связывает некогда неразлучных друзей.
При этом воспоминании Слава вздрогнул, но все же нашел силы возразить Сергею
–Но они мои друзья…
–Друзья не смеются над чужими проблемами. Они их вместе решают. Тебе такие друзья нужны?
–Не знаю. -пожал плечами Слава.– Мы с первого класса вместе…
–Думай сам -тоже пожал плечами Сергей. -А я бы с такими общаться даже не стал.
Друзья вошли в кабинет и сели за свою парту. Почти никого еще не было, часы показывали без пяти минут восемь.
–Так что мы будем делать сегодня? -спросил Слава -С последних уроков свалим?
–Я думаю, да- согласился Сергей. -Все-таки, такое дело-футбол.
Слава впервые за утро засмеялся. Сергей поддержал его тоже. И от этого взаимного искреннего смеха Слава как будто почувствовал облегчение, словно все нависавшие раньше невзгоды пали под натиском этого беспричинного веселья. Позднее, уже во взрослой жизни приступы такого безудержного веселья стали лучшим лекарством для двух этих друзей, избавлявшим их от самой непроницаемой грусти.
Больше в это утро ничего особенного не происходило. Класс потихоньку собрался, кабинет наполнился гудением взволнованных голосов. Настроение как-то само собой улучшилось, и не спадало до конца этого длинного дня, который только еще начался.
В восемь двадцать прозвенел пронзительный школьный звонок, возвестив о начале урока. Вошедшая в кабинет учительница физики Зоя Владимировна объявила учащимся, что в честь праздника контрольную она переносит на следующий урок. Это еще больше развеселило Славу и его товарищей по учебе, и в этом радостном возбуждении они просидели до самого звонка на перемену, не стараясь даже усвоить новую тему, которую начала объяснять учительница.
–Вот в таком ключе и держись -заметил Сергей, когда они со Славой выходили из кабинета. -А то твоя кислая мина уже порядком поднадоела.
Слава благодарно улыбнулся на замечание друга, и они вместе бодро зашагали по коридору.
* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *
Стены ельнинского спортцентра уже давно не видели такого оживления. Народу было уйма. Не для всех даже хватило сидячих мест в зале вокруг футбольной площадки, поэтому каждый разместился как мог; кому-то даже пришлось попросту сесть на пол. Люди разных возрастов пришли сегодня посмотреть на выступление молодежной команды города: родители игроков, которые волновались не меньше, чем их сыновья, друзья участников соревнования, первыми узнавшие о проведении столь значимого мероприятия, пришедшие сюда не столько поболеть, сколько просто провести свободное время зеваки. Плюс еще команды из Починка и Смоленска привезли с собой внушительные группы поддержки (им, конечно, достались места получше)
Что касается команд, разместить их было тоже довольно непросто. В спортцентре было предусмотрено только две раздевалки -для хозяев и гостей. Ваик Сосикович бегал туда и обратно около часа, прежде чем ему удалось удачно скомпоновать понаехавшие делегации. Так, сборная Глинки оказалась в одной раздевалке со сборной Починка. Сборная Смоленска, самая большая из имеющихся команд, полностью заняла вторую раздевалку. Хозяевам, то есть непосредственно команде Славы, не оставалось ничего другого, как довольствоваться местом прямо позади футбольной площадки. Переодеваться на виду у зрителей, под веселые подтрунивания знакомых болельщиков, было, конечно, не совсем удобно, но ничего поделать было нельзя : гостеприимство есть гостеприимство.
Атмосфера была накалена до предела, воздух буквально пропитан был электричеством. Нельзя было назвать ни одного игрока, который бы хоть в малой степени не волновался. К примеру, Слава, уже давно привыкший к ответственным выступлениям,