Манулов, прекрати!

Глава 1

Завыли чары оповещения. Я вскочил с кровати, прислушиваясь. За дверью комнаты раздался шум, крики охраны и едва различимые звуки вскакивающих со своих постелей наемников.

– Кай! – в комнату без стука, залетела моя помощница. – К тебе пришли. Советую одеться, – окинула она меня оценивающим взглядом, после чего удалилась, аккуратно закрыв за собой дверь. Звуки просыпающегося поместья клана наемников буквально оглушали, поэтому я просто накинул повседневную одежду, которая являлась хорошей зачарованной броней, вооружился и только после этого решил посмотреть на незваного гостя, решившего проникнуть на нашу территорию посреди ночи.

Еще наверху, походя к лестнице, я увидел моего сводного брата с четырьмя вооруженными охранниками. Он выглядел как всегда надменно, в парадном мундире главы клана Волка. Увидев меня, он презрительно скривил губы, отворачиваясь к сопровождающей его девушке-охраннику, которая покинула мой клан около года назад.

– Я смотрю, после нашей последней встречи, ты, наконец, набрал себе более подходящую по статусу охрану, – я, не торопясь, спускался по лестнице, краем глаза отмечая, что вся элита моего клана уже находится на своих позициях, окружая свалившегося на меня родственничка. – Чем обязан такому позднему визиту? Может быть ты забыл, что все общение между кланами происходит на нейтральной территории.

– Я пришел к тебе не как к главе клана наемников, убийц и прочего сброда, – протянул он, махнув рукой. Один из мужчин, стоявших позади братца, вышел вперед, открывая кожаную, покрытую рунами защиты, папку.

– Каждый клан состоит из наемников, убийц и сброда, просто мы этого, в отличие от высшей аристократии, не скрываем, – улыбнулся я, показывая, что его подначки меня совершенно не задели. – Так что переходи к делу, или проваливай туда, откуда пришел

– Отец умер. И чтобы уже, наконец, заняться его похоронами, мне нужно, чтобы наш главный юрист огласил завещание, в котором, видимо, по ошибке, числишься ты.

Я сел на диванчик в гостиной, даже не предложив остальным присесть.

– Ну что же. Если тебе очень нужно, то я сделаю это одолжение. – Лениво махнул я рукой, с удовольствием отмечая, как покраснел от гнева мой брат. – Можете начинать.

– Кхм, – главный юрист клана Волка покосился на братца и сделал шаг от него в сторону, после чего вытащил из папки всего один лист и запечатанный конверт. – Находясь в полном психическом здравии и уме, завещаю вернуть моего сына Кая из клана наемников, именуемого Теневой клан, в родовой клан Волка и наделить его всеми имеющимися по статусу наследника полномочиями.

– Допустим, – поморщился я, понимая, что обратно дороги нет.

Прошло без малого двадцать лет с того момента, как я был изгнан из клана за отсутствие способности к родовой магии и как полное разочарование отца. Пришлось пройти через многое, но я смог превратится из обычного бродяги-изгнанника в главу крупнейшего преступного клана. За это время я смог узнать, что существует не только магия духа, но и магия сил земли и природы, из которых можно черпать энергию, и на которой строится, так называемая, магия печатей. Я не только освоил ее, благо, зачатки магического дара во мне все-таки присутствовали, но и развил до максимального уровня. Наняв себе лучших учителей, я стал мастером холодного оружия и рукопашного боя. Теперь все вынуждены были со мной считаться, даже высшая аристократия в виде моего отца. Поэтому я совершенно не понимал, зачем мне возвращаться в клан Волка.

– Далее, согласно законам наследования, я назначаю своего старшего сына Кая из клана Волка своим законным наследником и приемником, с вытекающими из статуса главы клана полномочиями. Все.

Мужчина положил листок обратно в папку и запечатал ее одним из мощнейших охранных заклинаний, после чего в повисшей полной тишине подошел ко мне и протянул запечатанный конверт.

– Что?! – наконец, сообразил, что же произошло мой недалекий, но одаренный братец. Он стоял, сжимая и разжимая кулаки, находясь на грани бешенства. Воздух вокруг нас начал сгущаться, но печать поглощения, которой я накрыл комнату, сразу же загасила все магические всплески и разрушила все готовящиеся заклинания. – Ты, мерзкий, гадкий ублюдок, – прошипел он белыми от злости губами. – Как ты смеешь…

– Выметайся, – тихо ответил я, поднимаясь на ноги, и находясь в довольно скверном настроении. – Я никому не позволю оскорблять меня в моем же собственном доме. Кира, проводи гостей на выход, – не сводя глаз со своего обезумившего от свалившихся новостей брата, отошел в сторону.

– Нет, мы все выясним здесь и сейчас, – рявкнул брат, окружая себя огненной аурой и призывая духа рода.

Белая волчица появилась из отрытого окна портала и прыгнула в мою сторону, повинуясь приказу призывателя. Я не двигался с места, жестом приказав своим людям, чтобы они не предпринимали никаких действий. Мне было интересно узнать, что в итоге произойдет. Как только волчица приземлилась на лапы, она сразу же попятилась и растворилась в воздухе, признав во мне главу клана Волка. Подождав несколько секунд, чтобы убедиться, в том, что родовой дух полностью ушел из нашего мира, я согнул пальцы, отдавай приказ схватить нарушителей.

Мои ребята бросились на брата, стараясь скрутить его и не причинить особого вреда без моих на то указаний. Но вереницей заклинаний направленных, как мне показалось, хаотично, всех раскидало к стенам комнаты, включая его же собственных охранников. Печать идеальной защиты окутала куполом небольшое пространство комнаты, отделив меня с братом от остальных. Я еще не решил, что мне следует делать со внезапно свалившимся наследством, поэтому убивать этого придурка особо не хотелось. Нет, вру сам себе, хотелось еще с того момента, когда тот начал ползать и впервые в своей жизни открыл свой рот, и произнес первое слово «Дай».

– Алан, успокойся, – попытался достучаться я до него, но тот лишь еще больше впадал в неконтролируемую ярость и бешенство.

Судя по тому, как огненная аура, несмотря на наложенные на комнату печати, разгоралась вокруг тела мага все сильнее, я понимал, что он входит в состояние полного единения со своей стихией, из которого ему будет не так-то просто выбраться без духа-защитника, который именно сейчас покинул его.

Как бы не сильна была магия брата, но пробиться сквозь наложенный печатью барьер она не могла. Огненный вихрь бушевал вокруг нас. Огонь не наносил мне вреда, но огненные языки пламени, то и дело, пытались ко мне пробраться, облизывая ноги.

Мне надоело на это смотреть. Разворот, печать усиления, печать скрытности, и я уже нахожусь за спиной брата, заламывая тому руку и прижимая лезвие отравленного кинжала к его горлу.

Огонь сразу стих, аура потухла. Алан начал медленно приходить в себя. Всегда знал, что ощущение холодной стали возле горла довольно действенный способ для успокоения кого угодно.

– Что ты там бормочешь? – я не мог разобрать его слов, как бы ни прислушивался. Это было заклинание, но совершенно не знакомое мне. Убрав нож, я развернул его к себе лицом, выругавшись сквозь зубы.

Он явно находился в астрале, потеряв связь с реальностью. Последнее заклинание, которое он готовил, до конца не отпустило его, и пока он его не закончит, то не придет в себя. Убить его физическое тело тоже не решит проблему. Пока он находится вне времени и пространстве, он не умрет. Заклинание может прервать только оракул, которого по близости у меня не было. Ненавижу огненных магов, неуравновешенные взрывоопасные психи, которые не могут держать себя в руках.

Ощущение неминуемой опасности буквально пронзило меня от головы до ног. От мгновенно накатившего ужаса, я несколько секунд не мог пошевелиться, хотя такого со мной никогда не было. Черная воронка с яркими красными всполохами начала формироваться под потолком гостиной, спокойно разрушая наложенные мною печати высшего уровня. Она увеличивалась. Раздался гром, от которого содрогнулся под ногами пол, а из воронки показались вспышки молний.

– Уходите все, живо! – крикнул я, стараясь перекричать локально свалившуюся на комнату апаколиптическую бурю. Защита на поместье стояла сильная, но братец решил прибегнуть к крайним мерам.

Я не мог сдвинуться с места, мои ноги были, словно магнитами, прижаты к полу, и просто сделать шаг под давящей неизвестно откуда взявшейся силой было практически невозможно.

– Ну вот все, наконец, и закончиться, – открыл глаза Алан, усмехаясь. – Я готовил этот ритуал долгие годы, всегда знал, что в поединке с тобой он мне пригодится, – он засмеялся, а я на грани слышимости услышал голос заржавшей лошади и стук копыт.

– Ты что творишь, идиот? – выругался я, стараясь сдвинуться с места. – За это тебя приговорят к смертной казни, если мои ребята не подоспеют первыми!

Звук рассекающего воздух хлыста заставил меня пригнуться, пропуская его над собой. После этого, я смог скинуть стягивающие ноги оковы и уйти перекатом из-под копыт призрачной лошади. Я повернулся лицом к всаднику и на мгновение опешил. Призрачный всадник, окутанный зеленым пламенем, пристально смотрел на меня сквозь огонь. Его черные глаза притягивали внимание и буквально парализовывали, и я прекрасно знал, что живым от него мне не уйти, даже если убью призвавшего его мага. Никто не уходит от всадника Смерти живым.

– Теперь я – глава клана Волка, – вновь рассмеялся братец, обводя взглядом пространство гостиной, в которой никого не оказалось.

Очередной, едва уловимый глазом свистящий звук хлыста, который затянулся на моей шее. Рывок, и меня потащило к всаднику, дыхание перехватило, а кожу под призрачным хлыстом словно обжигало кислотой. Последнее, что я успел сделать перед тем, как меня унесло вслед за призраком в неизвестность, это наложить самую сложную из моего арсенала печать, связывающую наши с братом тела, души и жизни.

***

– Костя, просыпайся, ну просыпайся же, – тонкий девичий голосок раздался прямо возле уха, а потом меня кто-то начал трясти за плечи. – Денисов, проснись ты наконец, – рявкнул тот же голос, переходя практически на крик.

Я нехотя открыл глаза, потом резко сел, оглядывая помещение, в котором проснулся. Серые ободранные стены, три пустые кровати рядом со мной, заправленные без единой складочки. Три шкафа и один большой стол посредине комнаты, вот и все убранство.

Я нахмурился, пытаясь вспомнить, что произошло, после того, как призрак Смерти, призванный моим братом, явился по мою душу, и меня затянуло в черную воронку. Словно ничего и не было, а я уснул и проснулся здесь. Было зябко, от дуновения ветерка, исходящего из окна, меня передернуло. Да уж расслабился я за последние годы на должности главы Теневого Клана, а ведь несколько лет назад приходилось жить в условиях гораздо хуже этих.

– Костя, с тобой все в порядке? – я вздрогнул, поворачиваясь к девушке, которая стояла возле кровати и довольно обеспокоено на меня смотрела.

– Не уверен, – ответил я, разглядывая девчонку лет шестнадцати-восемнадцати.

Девушка была довольно симпатичная. Огромные зеленые глаза на худом лице, пепельные волосы, забранные в тугую косу, а одежда, в которой она находилась, была размера на два больше необходимого, но даже, несмотря на балахон вместо рубашки, можно было понять, что у нее очень изящная фигура с тонкой талией. Руки ее были все испещрены какими-то трещинами и мозолями. Видимо, увидев мой взгляд, она спрятала ладони, скрестив руки на груди.

– Ну и отделали же вас вчера. Петька до сих пор в больничке лежит, а тебя отправили в комнату, посчитав условно здоровым, но почему-то мне кажется, что по голове тебя приложили довольно сильно, – проговорила она, заглядывая мне в глаза. – Сколько пальцев видишь? Скажи, что два и собирайся, остальные уже ушли, а нам предстоит работать за троих, раз Петю не выпустили еще, – она помахала перед моими глазами ладонью с двумя оттопыренными пальцами.

Я кивнул, поднимаясь и рефлекторно хватаясь за шею, за которую меня утащили в это место. Это вроде не ад, не пустота и неизвестность, о которой говорили легенды про призрака Смерти, но и райскими кущами это не назовешь. Вопреки моим ожиданиям, шея не болела, даже по ощущениям кожа была не оплавлена под действием обжигающей кислоты. Но вот все тело болело, словно по мне топталась лошадь, а потом меня переехало груженой телегой. Я взглянул на свои руки и недоуменно вскинулся. Тонкие, худые, с такими же мозолями, как и у девчонки. Костяшки были сбиты, а всю кожу до плеча украшали синяки и кровоподтеки.

– Костя? – меня в очередной раз тряхнула девица за плечи, заставляя перевести на нее взгляд.

– Все в порядке, – я встал с кровати и заправил ее так же, как было сделано у соседей, решив не выделяться и постараться вести себя так, чтобы не вызывать лишние вопросы. Даже не удивляться мальчишескому голосу, вместо моего хорошо поставленного еще в детстве, и тому, что меня называют чужим именем. Боль постепенно проходила, но голова была пустая, словно из нее изъяли какую-то часть и забили недостаток опилками.

– Что-то не похоже. Ладно, умывай, одевайся, я буду ждать внизу. Возьму задание, чтобы директриса не решила, что мы пытаемся схалтурить и баллы не сняла. С этой грымзы станется любимчиков первыми на отбор поставить, чтобы их изнанка пожрала, – девчонка развернулась и уверенным шагом вышла из комнаты.

Я открыл один из шкафов, на двери которой висела табличка «К. Денисов». Одежды было мало, две пары штанов и три рубашки из дешевого колючего материала. Не густо. Но вот зеркало, которое висело на двери, стало для меня довольно ценной находкой. Я внимательно смотрел на свое отражение, не зная, как отнестись к моему открытию. На меня смотрел паренек лет шестнадцати, может и больше, но из-за худобы и побоев сказать точный возраст было практически невозможно. Черные волосы по плечи висели какими-то слипшимися сосульками. Я сразу же забрал их в хвост, перетянув лентой, нашедшейся тут же в шкафу. Больше ничего примечательного.

Я закрыл шкаф, прислонился к нему спиной и погрузился в размышления. Раньше я слышал легенды и байки про переселение душ после смерти, но никогда в них не верил. Хотя, никто не знал, куда уносит людей призрак Смерти. Будем считать это шансом начать новую жизнь в довольно трудных условиях. К счастью, мне не привыкать.

Выйдя из комнаты в длинный коридор, я прошел в самый конец, озираясь по сторонам. Однотипные двери по обеим сторонам, ведущие, скорее всего, в подобные комнаты, в которой я очнулся. Лестница нашлась в самом конце. Я спустился в довольно просторный холл, относительно богато обставленный, с хорошим ремонтом и на вид удобной и новой мебелью. Девчонки помладше носились с тряпками, наводя порядок, а парни переставляли мебель, таскали дрова и ящики с продуктами. Похоже, тут намечался какой-то праздник или важная встреча.

– Константин, вы опаздываете, – я быстро спустился вниз и буквально вытянулся перед женщиной, сжавшей тонкие губы. Она смотрела на меня поверх круглых очков и морщилась. – Диана, – она обернулась к девушке, которая разбудила меня. – Вы получили задание. Сегодня отбор. Все возвращаются домой к полудню. Если опоздаете или не выполните задание – попадете в конец списка, несмотря на ваши хорошие результаты и высокие баллы на протяжении всего года.

Женщина развернулась и ушла в соседнее с гостиной помещение, чеканя каждый шаг. Я проводил ее взглядом, стараясь понять, где именно умудрился оказаться и как вести себя дальше.

– Ну чего же ты застрял, – закатила глаза Диана и подошла ко мне, схватив за руку. – Сегодня ты тормозной какой-то. Хотя, сказать честно, ты и раньше скоростью особо не отличался, – едва слышно добавила она и потянула меня вслед за собой на выход из дома.

Мы вышли из здания, которое оказалось трехэтажным и довольно большим. Серый камень, подъездная дорожка, ухоженный сад. Какой-то пансионат или что-то похожее на него.

– Подожди, – я дернул руку девушки, заставляя ту остановится. – Да стой же ты.

– Ну что опять? – прорычала она, поворачиваясь ко мне.

– Какое у нас задание? – уточнил я. – Ты так и не сказала.

– Как обычно, три ведра ягод или дичь, – пожала она плечами. – Нужно поторапливаться, а то действительно не успеем.

Довольно быстро мы вышли за ворота, где висела табличка на незнакомом мне языке, но к своему удивлению, я смог без труда ее прочитать. «Сиротский дом». Я находился точно не в своем мире. У меня дома сиротские дома ликвидировали уже несколько десятков лет назад, а сирот брали на воспитание либо представители кланов, либо храмы, готовя послушников. Я посмотрел на небо, стараясь найти хотя бы одно знакомое созвездие, но только еще больше утвердился в своих мыслях. Я не только находился в новом немощном теле, но еще и в другом мире. Интересно, мой любимый братец тоже перенесся сюда? И если так, то как мне его найти?

Об этом будем думать чуть позже, а пока стоит узнать, что это за мир и кто я. Воспоминаний предыдущего носителя тела не было, от слова совсем. Скорее всего, это именно то ощущение пустоты, которое я почувствовал сразу после пробуждения. Пока мы шли по каким-то тропинкам, углубляясь в стоящий неподалеку лес, я старался сконцентрироваться и призвать силы природы, чтобы по памяти создать хотя бы одну, самую простенькую печать.

На удивление, у меня это получилось. Когда тонкие струйки энергии, которые неохотно шли от земли и воздуха, полились по моим рукам, концентрируясь на кончиках пальцах, я проговорил вслух заклинание печати защиты первого уровня. Ощущения были не слишком приятные. В последнее время я особо не замечал, как призывал энергию природы. Сейчас же нужно было начинать с самого начала. Странно, что растения, к которым я старался обращаться чаще, не откликнулись на мой призыв. В этом нужно было разобраться, чтобы прогресс в освоении магии печатей шел гораздо быстрее. Неяркая вспышка озарила небольшое пространство над нашими с Дианой головами. Сработало? Или нет. Раньше никаких вспышек или иных светопреставлений не было. Но проверить это можно будет только в одном случае, если кто-нибудь из людей решит на нас напасть.

Стрела, пролетевшая рядом с моей щекой, воткнулась в дерево, стоявшее передо мной. Затем еще одна и еще. Все они не попали в цель. Либо стрелок так себе, либо способность накладывать печати у меня сохранилась и работает в этом мире. Я резко развернулся, чтобы посмотреть на стрелка, которому так сильно не понравилось безобидное дерево в лесу.

Прямо передо мной стояли два парня и девушка моего возраста. Одеты они были просто, но гораздо теплее и лучше нас. Наверное, с этим связанно их презрение, с которым они осматривали нас, светя мне в лицо лучами от двух фонарей, точно такими же, как тот, что находился в руках у вскрикнувшей Дианы.

– Да что ты творишь, прикончи его, хватит играться, – прогромыхал в ночном лесу женский голос.

– Хватит брать мой лук! Опять его намочила и не просушила нормально. Стрелы летят куда попало, – процедил парень, сделавший шаг ко мне, буквально в упор направляя на меня взведенный арбалет.

Глава 2

Я смотрел на ребят, не двигаясь с места. По моим прикидкам, печать защиты должна работать еще минуты две, но только от таких неумелых атак. Если будет что-то серьёзнее, то она исчерпает свои силы намного быстрее. Из темноты вышли еще трое парней, из которых вооружен был только один довольно простеньким луком. Остальные были, на первый взгляд, безоружными.

– Ребята, вы чего задумали? – неуверенно спросила Диана, благоразумно держась позади меня.

– Всего лишь хотим помочь нашему другу попасть в команду, – усмехнулся тот, который стоял ближе всех ко мне. – Ничего личного, но в десятку должны попасть достойные, а не такие, как вы. Можно сказать, что это – естественный отбор, – он усмехнулся и спустил курок арбалета, который в этот раз, благодаря печати защиты, сделал осечку, не выпустив болт.

Я рефлекторно попытался, было, уклониться, но мышечная память в данном случае не работала. Тело было слабым и не привыкшим к резким движениям, поэтому я просто растелился на земле, подвернув ногу, под зычный смех собравшейся шестерки. Надо узнать, что это за отбор, о котором все сегодня только и говорят, а некоторые готовы даже на убийство пойти. Ибо просто покалечить, выстрелив арбалетным болтом практически в упор, не получится.

Я аккуратно поднялся на ноги, оберегая от движений подвернутую лодыжку. Сколько же усилий нужно будет потратить, чтобы привести себя в прежнюю форму? Приглядевшись, я увидел, что под ногами у тройки новоприбывших лежит туша зайца и какой-то птицы.

– Легко, наверное, выполнять странные задания в угоду директрисе, которая снабжает вас оружием, да, сопляки? – спросил я, поднимая с земли какую-то палку, дольно длинную и тяжелую.

– Он что, реально думает драться? Один против всех? – загоготал здоровенный парень, выходя вперед и отодвигая не слишком умелого стрелка, который все это время внимательно крутил в руках арбалет.

– Костя, не надо, давай просто уйдем, – прошептала мне в спину Диана, но я только криво усмехнулся. Уйти, к сожалению, не получится. Как я понимал, именно эта группа лиц отметелила предыдущего хозяина этого тела накануне, а сейчас они просто решили завершить начатое. Ну, посмотрим, что из себя представляет Константин Денисов.

Я перехватил поднятую палку обеими руками, стараясь привыкнуть к такому своеобразному несбалансированному оружию, под смешки поощряемых руководством отбросов сиротского дома. В принципе, довольно неплохой посох вышел, главное, чтобы крепким был.

– Уходи, – обратился я к Диане, глядя на идущего ко мне вразвалочку бугая. Базовая печать усиления слетала с пальцев, вмиг напитавшись окружающей меня энергией. Ну, хоть какое-то преимущество получу, в виде немного увеличенной ловкости, силы и выносливости, потому как рассчитывать только на свой энтузиазм и желание отбиться было бы слишком глупо.

Я не стал дожидаться, когда противник подойдет ко мне ближе, благо, длина палки позволяла бить немного на расстоянии. Резкий выпад, удар и не успевший даже ничего сообразить бугай упал на колени, под звук треснувших ребер, хватаясь за грудь и стараясь протолкнуть в легкие воздух. Надеюсь, ничего жизненно важного я ему не перебил, потому как пока не знал местных законов, и как в этом мире карается убийство.

Нападение произошло так быстро и внезапно, что группа поддержки несколько мгновений молчала, просто таращилась на своего друга, который вроде бы был жив и тихо поскуливал, отползая от меня в сторону.

– Кончай его, – заголосила девица, первая сообразив, что происходит. С каким-то диким рычанием на нее набросилась Диана, вцепившись ей в волосы, но драка девчонок не смогла отвлечь остальных от праведного гнева и желания поквитаться.

Разъяренная четверка разом бросилась на меня. Они попытались взять меня в кольцо и атаковать с разных сторон. Не слишком умный ход. Я скользнул между ними, оказываясь за спиной неудачника-стрелка. Тот резко затормозил, развернулся и, достав из ножен довольно неплохой охотничий нож, бросился с ним на меня в атаку. Я не стал отступать, приняв удар ножа, которым противник замахивался, словно тесаком, на палку, делая резкое движение и вырывая нож из рук парня, отбрасывая его подальше. Что он хотел этим маневром сделать? Разрубить меня на части? Еще один замах, и удар концом палки пришелся, аккурат, промеж ног врага. Ослепленный болью стрелок даже не успел согнуться, как я крутанул свой своеобразный посох и ударил другим концом ему меж ключиц.

Я не стал смотреть, что именно стало с парнем, разворачиваясь к следующему противнику. Чуть не успел, но для тычка в живот хватило взгляда через плечо, а когда я уже окончательно развернулся, передо мной оказалась спина согнувшегося пополам недруга. Жесткий удар по затылку и еще один противник распластался на земле без сознания.

Я пригнулся, пропуская удар кулаком, нацеленный в голову, ушел в сторону и ударил врага палкой по коленям, заставляя того упасть на месте. Он не успел перегруппироваться и довольно ощутимо приложился лицом о валяющейся на земле камень.

Последний противник почему-то решил, что он не такой храбрый и смелый, и решил ретироваться, бросившись в направление сиротского дома. Уйти ему не дала Диана, которая, расквитавшись со своей противницей, довольно прытко побежала за ним, быстро догоняя и сбивая с ног.

Я устало опустился на одно колено. Боль в вывернутой лодыжке была просто адская, а все мышцы и связки болели так сильно, словно парень никогда в своей жизни не занимался никакими физическими нагрузками.

Поднявшись и отбросив палку, о которую я содрал всю кожу на ладонях, подошел к каждому из противников, чтобы удостовериться, что они живы.

Из гущи леса вышла Диана, толкая впереди себя сильно потрепанного парня, который с нашего разрешения начал приводить своих друзей в чувства.

– Вот, последний, – бросила она и уселась на землю, пристально глядя на меня. – А теперь отвечай, кто ты и что ты сделал с моим другом?

– Что? – невольно вырвалось у меня, даже тело болеть перестало.

– Что слышал, – рыкнула она. – Ты изменился, бросаешься на людей, хотя еще вчера ты даже слова в ответ этим уродам сказать не мог. Так что с тобой произошло? – она прищурилась, срывая травинки и бросая их на землю. Руки у нее тряслись, то ли от гнева, то ли азарт драки не прошел, то ли ей было страшно.

– Я… Если я скажу, что ничего не помню, ты мне поверишь? – глубоко вздохнул я и сел рядом с ней. – Похоже, меня вчера избили намного сильнее, чем вам показалось. Я сегодня проснулся и не мог вспомнить ничего. Ни кто я, ни где я. Это…

– Жуть какая, – выпрямилась девушка, заглядывая мне в глаза. – Совсем-совсем ничего не помнишь?

– Угу, – кивнул я. Тут даже врать, особо, не пришлось. Пусть считают, что у меня амнезия. Такой вариант развития событий будет проще реализовать.

– Делаааа… – Протянула она. – Значит, так. Сегодня очень важный день, и тебе ни в коем случае нельзя говорить о своем недуге, иначе тебя запрут в лазарете, чтобы выяснить, что с тобой произошло. А этого допустить нельзя, учитывая твои проснувшиеся от длительной спячки способности к драке, то будет шанс показать себя с лучшей стороны. Поэтому держись рядом со мной, я тебе помогу выпутаться, а дальше, если пройдешь отбор, то будем думать, что с тобой делать дальше. – Она решительно вскочила на ноги и протянула мне руку. Она помогла мне подняться, хотя я мог бы сделать это самостоятельно, после чего задумчиво посмотрела на светлеющее небо.

– Что это за отбор? – спросил я, наверное, главное, что меня пока интересовало.

– Сегодня ежегодный отбор в военное училище, профильные общеобразовательные училища, и в магическое училище, если выявится склонность к магии, не зависимо от потенциала. Обучение проходит за казенный счет, и это действительно единственный способ выбраться отсюда, чтобы хоть немного обустроиться в нормальном мире. Первой десятке выпускников сиротского дома назначается стипендия, небольшая конечно, но хоть что-то. Мы на сегодня занимает девятое и десятые места, поэтому на нас и ополчилась, так называемая, элита. Десятка формируется накопленными балами за год обучения, но не только. Ежедневные задания, отсутствие нареканий и тому подобное тоже дает свои бонусы, – она поморщилась и тряхнула головой, отвлекаясь на стоны, который начал издавать приходящий в себя бугай. – За последние десять лет маги всегда уезжали с пустыми руками, не найдя никого, кто бы мог обладать даром. Ну это и понятно…

– И что, получается, они напали на нас из-за какой-то стипендии? – повернулся я к ворочавшимся противникам. Те, которые уже пришли в себя, старались на нас не смотреть, и вообще находились здесь совершенно одни, и просто решили немного полежать.

– Не какой-то стипендии, а из-за халявных денег. А на тебя они напали не поэтому. Ты им просто не нравишься, – пожала она плечами. – На протяжении последних лет они только и делали, что издевались над тобой. Надо торопиться, а мы еще до нашей поляны не дошли.

– Зачем нам куда-то идти? – хмыкнул я, подходя к брошенным тушам. – Дичь же тоже засчитывается. Есть одна единица зайца, и одна единица какой-то птицы. Что ты так смотришь, законный трофей после боя, – я положил туши в мешок, который был со мной и перекинул через плечо.

– А если они расскажут…

– Что их всех побила девчонка и Денисов? Да их гордость не позволит это принять, а вот мне нужно будет теперь держать ухо востро, – покачал я головой. – Я так понимаю, это все не ради добычи еды для детей делается.

– Прививает тягу к труду, так сказать, а свою добычу мы потом продаем той же Койотовой – нашей директрисе, практически за бесценок, но все равно, хоть что-то копится у всех перед выпуском из сиротского дома.

Так, общий расклад был ясен. В принципе, не так тут все и плохо. Так или иначе, дети сыты, есть крыша над головой и хоть какие-то перспективы на нормальное будущее. Мы, молча, шли в направление сиротского дома, лишь изредка бросая друг на друга взгляды.

Внезапно небо заволокло тучами, только что был солнечный рассвет, и вдруг стало темно. Щебет птиц начал доноситься ото всюду, а с неба послышалось разноголосое карканье ворон. Я поднял голову и понял, что накрыла нас совсем не туча. Огромная стая ворон, вперемешку с другими птицами кружили над лесом, создавая суету и панику. Это явно было не обычное природное явление. Раздавшиеся со всех сторон вой волков, тявканье лисиц и шелест листвы вызывали какое-то дикое и первобытное чувство страха, от которого хотелось бежать сломя голову.

– Не может быть, прорыв! – попятилась Диана и посмотрела на меня округлившимися от ужаса глазами. – Надо быстрее бежать в дом, он защищен, – пробормотала она и первая ринулась вперед.

Я совершенно не представлял, что это значит, но испуг девчонки передался и мне, поэтому довольно быстро догнал Диану, которая постоянно останавливалась и оглядывалась, дожидаясь меня. Я как мог держал из последних сил заданную ей скорость, стараясь контролировать дыхание, потому как бег тоже, судя по всему, не являлся характерной чертой Денисова. Хорошо, хоть палку решил прихватить с собой, используя ее в качестве опоры.

Неожиданно сильный порыв ветра сбил нас с ног и отбросил назад. Гул и шум усиливался, а я никак не мог определить источник звука. Воздух вокруг нас сгущался, а пространство, словно искривлялось, создавая что-то похожее на воронку, которая буквально разрывала собой пространство. Зеркальная переливающаяся гладь начала формироваться в месте этих искривлений. Это было не стандартное окно перехода или телепорта, которое было мне известно. Границы этого окна были размыты, причем зеркальная гладь все больше и больше расплывалась, увеличивая размеры этого окна.

Прошло не больше нескольких секунд, когда из еще формирующегося зеркала выпрыгнула крупная тень. Она перепрыгнула через нас и резко остановилась, разворачиваясь в нашу сторону. Я поднялся на ноги, во все глаза рассматривая это существо. Оно не было зверем, в моем понимании. Скорее, это было что-то вроде порождения иных планов. Монстр выглядел практически, как волк. Только шкура у него была зеленая, а из оскалившейся пасти капала слюна, которая разъедала землю, оставляя глубокие рытвины, из которых валил зеленый едкий дым.

Диана упала на землю и зажмурилась, бормоча что-то под нос. Зверь зарычал и пригнул на меня, старясь вцепиться мне в глотку, видимо решив вначале расквитаться с более сильным противником.

Я упал на спину, перекатом уходя от прыжка и, используя инерцию тела, тут же поднялся на ноги. Краем глаза я заметил, как на зеркальной глади начала появляться рябь, и из открывшегося окна выпрыгнул еще один волк, точная копия того, что напал на меня.

Зверь в очередной раз прыгнул, но я крутанул палку у себя в руках, втыкая ее в раскрытую зловонную пасть и буквально нанизывая на нее волка.

Второго монстра я не видел, но прекрасно слышал крики подростков, которые находились от нас в некотором отдалении.

Зверь не подавал признаков жизни, а желтый хищный огонь в его глазах постепенно затухал. Я не стал дожидаться момента, когда из этого адского зеркала вылезет очередной монстр. Подбежав к Диане, которая закрыла голову руками при моем приближении, я, особо не церемонясь с ней, поднял ее с земли и ринулся прочь от окна перехода, прорыва или чем это на самом деле являлось. Я юркнул на едва заметную, заросшую тропку между деревьев, ведущую вбок от того места, где мы встретились со своими сверстниками из сиротского дома.

Адреналин сделал свое дело и, все еще находясь в крови, подгонял меня, чтобы я несся вперед, не разбирая дороги. Только так я мог защитить дрожащую от ужаса девчонку, потому что по-другому в сложившейся ситуации без оружия и знаний мне было не победить этих тварей.

Я добежал до окраины леса, которая была огорожена полуразвалившимся забором. Диана к этому времени уже успокоилась и просто вжалась в меня, крепко обняв за шею и уткнувшись головой мне в плечо.

Волчьего воя, рычания и каких-либо криков я больше не слышал. Но чувствовал, что мы еще недалеко ушли от места прорыва, и при желании монстр сможет догнать нас за несколько секунд.

– Все хорошо, – успокаивающе погладил я девушку по голове и аккуратно поставил на ноги. Она дрожала, но все же сумела себя перебороть и открыть глаза. – Надо уходить из леса. – Я посмотрел ей в глаза.

– Но нам нельзя покидать границы леса, – неуверенно протянула она, оборачиваясь на шорохи в лесу, которые становились все громче. Потом сама довольно резво перелезла через забор и остановилась, ожидая меня.

– Пойдем скорее, – впереди было чистое поле, которое заканчивалось каким-то леском. Я махнул рукой в том направлении и пошел туда, ускоряя шаг. Сердце бешено колотилось, дыхание было частым и тяжелым, а в правую половину тела, начиная от груди, заканчивая бедром, словно воткнулись сотни острых игл, но времени для отдыха у нас не было.

Раздался какой-то громких хлопок, потом еще несколько. Я резко остановился и обернулся на звуки.

– Что это? – спросил я Диану.

– Прорыв ликвидируют, наверное, – пожала она плечами и зашла в лесок первая, прислонившись к дереву. – Повезло нам, конечно. Монстры очень слабые, максимум с первого уровня изнанки.

Я кивнул, решая, что узнаю о прорывах и изнанке несколько позднее, пока мое внимание привлекло здание, которое проглядывалось через деревья и стояло недалеко от этой рощицы, в которую мы забрели. Пока все не уляжется, оставаться на открытой местности не слишком хотелось.

Выйдя из леска, который скорее играл роль своеобразного забора, отделяющего дом от остального внешнего мира, я остановился возле открытых ворот на вид заброшенного и полуразрушенного здания, в котором были выбиты окна, а входная дверь отсутствовала.

– Ну тут, по крайней мере, можно будет найти хоть какое-нибудь оружие, – пробормотал я и первым зашел в дом, не обращая внимания на сомнения, которое испытывала Диана, и ее робкие попытки меня остановить.

Глава 3

Как только мы вошли в дом, недалеко раздался жуткий рев, который стремительно приближался к нам.

Я схватил с пола кусок выбитого стекла и резко обернулся в сторону входа. К нам со всех лап неслись три монстра, того же вида что и тот, который встретился нам в лесу.

Диана, вскрикнув, спряталась за моей спиной, буквально оцепенев и не решаясь убежать вглубь дома. Твари, завыв в очередной раз, синхронно кинулись в открытый проход за легкой добычей. Бежать было глупо, поэтому я, откинув девушку подальше от себя, приготовился к новому бою, прокручивая в голове призрачные шансы на успешную схватку.

Как только один из монстров достиг порога, по внутренним стенам дома пошло голубое свечение, которое начало стремительно расходится по потолку и полу вглубь помещения. Волк завыл и вспыхнул ярким голубым пламенем, который сжег монстра за считанные секунды, оставив на крыльце только небольшую кучу зловонного ярко-зеленого пепла. Я опустил осколок стекла, глядя, как сияние распространяется и по придомовой территории, обжигая оставшихся монстров, которые даже не пытались сбежать, скалясь, рыча и поливая землю своей едкой слюной.

Запах паленой шерсти, сгоревшего мяса и чего-то кислого проник в дом. От этой вони начали кружиться голова и слезиться глаза, поэтому я, схватив девушку за руку, потащил ее вглубь дома, стараясь как можно дальше спрятать от отравляющих воздух паров. Сияние постепенно затухало, но я надеялся, что это не одноразовое защитное заклинание и оно сможет нас уберечь от очередной атаки, если таковая последует.

Такая неожиданно мощная защита придала уверенности Диане и она, освободив свою руку, уже самостоятельно шла следом за мной, озираясь по сторонам.

Дом, на первый взгляд, был абсолютно не жилым, причем очень давно. Повсюду была многолетняя грязь, мусор, осколки выбитых стекол вперемешку с крысиным пометом. Мебели никакой не было, словно отсюда все вывезли в спешке и оставили помещение, чтобы никогда сюда не вернуться. Но, тем не менее, защиту они не сняли, что, скорее всего, спасло наши жизни.

Углубляясь вглубь дома, мы слышали, как в отдалении начали выть сирены, значит, снаружи все еще было не безопасно, поэтому разумнее всего было оставаться здесь.

Мы, молча, забрели в небольшую комнатку, отделенную от просторного помещения большими колоннами и аркой. Судя по сохранившимся петлям, тут когда-то стояли двери. Сколько же лет пустовал этот особняк?

В темном углу комнаты стояла кровать, заваленная ворохом самого разного тряпья. Пока это была единственная мебель, которая встретилась нам в этом доме. Внезапно, прямо на нас выбежала довольно упитанная крыса, принюхалась к нам, и, юркнув между нами, довольно быстро скрылась из вида.

Диана вскрикнула от неожиданности, но замолчала, прикрыв рот рукой, лишь глядя на меня испуганными глазами.

– Не думал, что ты боишься крыс, – усмехнулся я, подходя к вороху тряпья.

– Эта крыса-переросток выскочила неожиданно, – скривилась она, показывая, что совершенно не испугалась, но с места все же не сдвинулась. – Может, не нужно тебе туда идти. Не нравится мне все это. Тем более, сирены перестали выть, значит, можно уже обратно возвращаться.

– Да что может случиться? – хмыкнул я, внутренне все же напрягаясь. Меня словно тянуло к этой куче на кровати, и это было далеко не праздное любопытство.

Как только я подошел к кровати, то в нос ударил кисло-сладкий тошнотворный запах разлагающегося тела. Я отшатнулся, попытавшись сделать шаг назад, но уткнулся спиной в какой-то невидимый барьер, который не пропускал меня. Обернувшись, я внимательно осмотрел пространство перед собой, ощупывая невидимую стену рукой, пытаясь найти в ней хоть какую-нибудь брешь.

– Костя? – Диана обеспокоенно сделала несколько шагов в моем направлении. – Что случилось?

– Не подходи, – крикнул я, краем глаза замечая, как куча тряпья зашевелилась.

Я повернулся к кровати, подходя к ней ближе, подозревая, что источник моего невольного и неожиданного заточения находится именно там.

Высунувшаяся из тряпок костлявая рука, покрытая сухой кожей и какими-то гнойными язвами, схватила меня за рукав рубашки и притянула ближе. Я попытался разжать пальцы и высвободиться, но сила, которую прикладывал этот человек, была явно больше той, которой обладало мое новое тело. Внезапно, старик резко сел на кровати, вперившись в меня безумным стеклянным взглядом. Его лицо больше напоминало череп, обтянутый желтым пергаментом, а желто-зеленые нарывы на коже, которые были распространены по всему телу, казалось, готовы были лопнуть от малейшего телодвижения.

– Как удачно, – прокряхтел он, выдавая подобие улыбки беззубым ртом. – Молодой. С большим потенциалом. Ты тот, кто мне нужен.

– Кто вы? – перестал вырываться я, тихо и спокойно обращаясь к старику.

– Это неважно. Уже неважно. Ты сам все поймешь, – закрыл он глаза и сделал резкий рывок под визг Дианы, обхватывая обеими руками мою голову.

Как бы я не хотел освободиться, но не мог пошевелиться. Меня будто парализовало, а единственное, что я мог делать, это дышать. Мощный разряд электрического тока пронзил мое тело, от чего сердце на мгновение остановилось, дыхание перехватило, а перед глазами встала кромешная темнота.

Боль от рук старика шла волнами, меняясь на жар, а затем на спасительный холод. Перед глазами мелькали молнии и яркие светящиеся огоньки в той кромешной тьме, которая все никак не рассеивалась. А потом пришло ощущение пустоты, которая постепенно заполнялась чем-то теплым и успокаивающим в груди, распространяясь по всему телу.

Сколько это продолжалось, я не знал, но внезапно начал понимать, что могу двигать сначала руками, потом ногами. Когда движения во всем теле восстановились, то скинул руки старика со своей головы и упал на пол, стараясь побороть тошноту и головокружение.

Немного придя в себя, я поднялся на ноги, откидывая тряпки с полуобнаженного тела и внимательно осматривая старика. Он был мертв. Все нарывы вскрылись, буквально окропив его тело смердящим гноем. Стеклянные глаза мертвеца глядели в потолок, а его губы растянулись в блаженной улыбке. Я не знал, что он со мной сделал, но вся боль в теле после схватки с подростками и волками ушла, будто ее не было вовсе.

Я покачал головой и развернулся, буквально столкнувшись с подлетевшей ко мне Диане. Она ощупывала меня, постоянно заглядывая мне в глаза, стараясь убедиться в том, что я жив и ничего смертельного не случилось.

– Я в порядке, – улыбнулся ей, шевеля пальцем на руке, движения которого словно что-то сковывало.

На безымянном пальце прямо на моих глазах формировались очертания какого-то довольно крупного перстня. Красноватые линии пересекались, вспыхивали, буквально впечатывая изображение в кожу. Скрывать от девушки это сияние было уже поздно, поэтому мы вместе смотрели на это явление. Когда все закончилось, я приблизил руку к лицу, рассматривая нечеткую гравировку. То ли кот, то ли рысь, в общем, что-то из семейства кошачьих.

– Да быть того не может, – девчонка схватила мою руку и начала крутить ею, вглядываясь в мое новое украшение. – Но ты же не являешься его последним родственником, ведь так? – пристально посмотрела она на меня, пытаясь разглядеть что-то новое.

– Да я понятия не имею, кто это такой, – покачал я головой, закрывая глаза.

Я немного лукавил. После того, что старик сделал со мной, мне стало известно, что он последний представитель своего рода, маг, который обладал тотемом духа-покровителя. Он был своего рода охотником, который спускался на глубокие уровни изнанки, истребляя тварей, на манер тех, что напали сегодня на нас. Что такое изнанка я пока сформулировать четко не мог, но откуда-то знал, что это своеобразный мир, или скорее осколки миров, населенные монстрам. Твари, на которых вел охоту старик, были гораздо сильнее этих волков, причем намного. Последняя его вылазка закончилась плачевно, и единственное, что он мог сделать, это добрести до этого старого дома, в надежде залечить раны. Но этого не получилось.

Я прошел в середину комнаты, отсчитывая половицы от кровати. На пятой опустился на колени и вынул деревяшку, открывая тем самым тайник, который организовал старик, как только вернулся со своей последней охоты.

Достав сверток, я развернул бархатистую, на вид и на ощупь очень дорогую ткань, извлекая его содержимое. На ладони лежали три довольно крупных кристалла, переливающихся на свету. Один из них был не прозрачным, как остальные, а зеленоватого цвета, чуть светлее изумруда.

– Да это же целое состояние, – прошептала Диана, округлив глаза, не решаясь прикоснуться ни к одному из них.

– Сначала их нужно оценить, – кивнул я, глядя на макры. Это слово само всплыло в голове, скорее всего, доставшись от вложенной памяти старика. Голова начала довольно сильно болеть, а в висках пульсировать. Причем боль настигла меня так внезапно, что я чуть не выронил сокровище, которое из последних сил прятал старик в старом заброшенном доме.

– Слышишь? Кто-то идет! Прячь скорее, – как сквозь вату донесся голос девушки, которая ринулась на выход из комнаты, чтобы посмотреть на непрошенных гостей. Мысли путались и скакали, как белки под возбуждающей наркотой. Незнакомые слова буквально всплывали в памяти, вызывая новые волны головной боли.

Кое-как трясущимися руками, я завернул камни обратно в тряпицу и сунул ее в карман штанов, после чего оторвал от рубашки тонкий лоскут ткани и обмотал им руку, чтобы скрыть перстень, который, по какой-то причине, снять не смог. Только после этого с чувством выполненного перед собой долга, я упал на пол и закрыл глаза, чтобы хоть как-то облегчить боль.

– А потом мы побежали и нашли этот дом, – возбужденный голос Дианы ворвался в мозг, выводя меня из какого-то серого тумана, в который я изо всех старался не провалиться. Я резко сел, открыл глаза, понимая, что боль в голове прошла. Никогда не думал, что буду, как обычная балованная девица страдать от мигрени.

В комнату вбежала Диана и какой-то мужчина, одетый в одежду, напоминающую обычный военный камуфляж, который был распространен в регулярной армии при императоре у меня в мире. Мужик был коренастым и крепким, в руках он держал какое-то ружье или что-то подобное ему. Окинув комнату цепким взглядом, он остановил его на мне, нахмурившись, после чего подошел, сел рядом со мной и принялся меня внимательно осматривать.

– Ты как, парень? Цел? – доброжелательно поинтересовался он, беря в руки нож и разрезая на мне рубашку, несмотря на мои довольно активные сопротивления. Но я особо не усердствовал, прекрасно понимая, что нельзя злить мужика с ножом, которым он размахивает возле твоего лица.

– Все хорошо, что вы делаете? – попытался я встать на ноги, но мужик меня схватил за плечи и насильно усадил обратно.

– Плохо дело. Не болит? – спросил он у меня, рассматривая мой правый бок. Я опустил глаза и удивленно охнул.

Начиная от грудины, заканчивая правым бедром шли глубокие три царапины от когтей. Они не кровоточили и не саднили, и были покрыты толстой зеленой коркой. Я даже не заметил, как монстр успел меня поцарапать, видимо, когда прыгнул на меня в последнем своем смертельном прыжке.

– Не болит, – покачал я головой.

– Эй, тут еще один, лекаря сюда, живо, – гаркнул он, затем снова повернулся ко мне. – Сейчас будет немного больно, но это необходимо, чтобы яд волколака не распространился дальше. Раз уже не болит, то нужно все сделать, как можно быстрее.

Я закусил губу, приглушая вскрик, когда он ножом полоснул по корке, выпуская из раны зелено-красную пену.

В комнату влетела молодая женщина. На вид ей было лет сорок, чуть полновата, с добродушным взглядом и полуулыбкой, которая тут же слетела с ее лица, как только она взглянула на рану. Отстранив мужика, который все еще сдирал твердую корку с моего тела, она внимательно осмотрела рану и покачала головой.

– Очень странно. С такой раной дольше пяти минут обычно не живут, но яд в ней словно покрылся толстой капсулой и не стал распространяться, – она обратился к мужчине.

– И что это может значить?

– Не знаю, нужно разбираться. Я бы сказала, что его энергопотоки самостоятельно начали восстанавливаться, – пожала она плечами и достала из небольшого чемоданчика какую-то мазь и щедро намазала ее на царапины, которая, вступая в контакт с ядом, вспенивалась и обжигала здоровую кожу.

Все внимательно смотрели на бурную реакцию, включая меня. Как только пена сошла, рана полностью очистилась, а кожа начала стремительно стягиваться и зарастать.

– В общем все, повезло тебе, – похлопал меня по плечу мужик и помог подняться. – Забирайте их, а этому уже не помочь, судя по степени разложения, он мертв уже как сутки, – махнул он в сторону трупа старика.

Нас с Дианой молча вывели из дома и посадили в странного вида автомобиль, где на пассажирском сидении, кроме нас никого не было. Машина тронулась с места, а меня будто рывком подняло куда-то вверх, в окружающее меня серое марево.

Я огляделся. Вокруг был серый плотный туман, который рассеивался сразу же, как только пытался потрогать его руками и делал в принципе хоть какие-то движения. Зажегшийся впереди свет растворил кружащуюся плотную серую дымку, явив моему взору довольно большой и богато украшенный пьедестал, на котором восседал здоровый кот. Он водил носом, прижимал свои небольшие ушки и постоянно дергал в раздражении своим пушистым хвостом. Густая длинная шерсть переливалась на свету, практически полностью скрывая короткие мощные лапы.

– Манул? – неуверенно проговорил я, глядя на статного зверя.

– Человек? – поинтересовался он. Мне могло показаться, но в его голосе мне послышалось какое-то ехидство. – Сомневался, что его состояние позволит такое сделать, – прохрипел он и тут я понял, что рот манул не открывает, а его голос звучит у меня в голове. – Первого попавшегося, без моего одобрения, ненавижу людей, – фыркнул он.

– Какой-то ты агрессивный манул, – хмыкнул я, за что получил невидимой лапой в глаз.

– Я не просто манул, а бог! – пафосно раздался у меня в голове голос. – И сейчас я решаю, становиться ли покровителем для тебя или нет. – Он, наверное, около минуты молчал, забавно ведя носом, словно принюхиваясь ко мне. – А, ты из этих, – наконец, протянул он. – Скоро от чужаков тут будет не протолкнуться, а все кровь обновляют. Что ты знаешь о тотемах и духах покровителях? – резко сменил тему кот, пристально глядя мне в глаза. Внезапно я понял, что вложенная стариком информация, частями начала складываться в осмысленные вещи и мысли.

В этом мире основная сила магов заключается в благословении тотема, силу которого маг получает через артефакт – родовой перстень. Тот самый, который сейчас красовался на моем пальце. У каждого рода – свой собственный бог-покровитель, которые могут делиться своей силой со своими последователями и даровать им определенные способности. Вроде все просто, но не совсем понятно: причем тут я? Ведь я не принадлежу роду этого старика.

– Знаешь, мне тоже не особо понятно причем тут ты, – ворвался в голову голос манула. – Последний представитель моего рода мог бы выбрать себе кого получше. – Оскалился он, злобно сверкнув глазами. – Он перед самой своей смертью смог передать тебе свою силу, которая завязана, так или иначе, на мне. У моих последователей есть одно правило: как только патриарх рода чувствует, что умирает, он должен передать свою силу своему приемнику, как правило, подготовленному, обученному магу, а не первому попавшемуся бродяге со слабым потенциалом, – продолжал он меня гипнотизировать, внимательно разглядывая. – Но, как бы ты мне не нравился, Манулов не дал сгинуть мне в небытие на многие годы, – вздернул кот голову вверх, гордясь то ли собой, то ли своим последователем.

– Но как сейчас поступить? – нахмурился я, разглядывая перстень. – Я же безродный сирота, у которого даже магического потенциала быть не должно, да и официальным приемником старику я не являюсь, будет выглядеть подозрительно, как считаешь?

– То-то и оно! – поднял лапу вверх кот. – Пока снимай перстень и не показывай его никому. Манулы животные скрытные, умеют прятаться и никогда не показывают всем свою истинную силу. И если выполнишь мое задание, то я дарую тебе дар великого Манула.

– И? – обратился к коту, который в это время замолчал, видимо, чтобы я проникся важностью момента.

– Тебе нужно отправиться в Дом Всех Богов, ну или сделать вид, что идешь к нему, где я, твой бог-покровитель, официально выберу тебя своим последователем. Я никак понять не могу, почему от тебя пахнет какой-то псиной? – вновь принюхался он, а шерсть у него местами поднялась в раздражении.

– Не важно, – уклончиво ответил я, вспоминая, что всю жизнь имел дело с духом-защитником, которой была Белая Волчица. – Это все?

– Пока да, – махнул он лапой. – Единственное, что я дам тебе небольшой подарок, разложу всю информацию по своим местам в твоей голове, а то при смерти старик тебе такую кашу в голову влил, до сих пор удивлен, как ты на месте не свихнулся.

Я открыл глаза, ощущая, что автомобиль остановился. Посмотрев в окно, увидел знакомые ворота сиротского дома и, глубоко вздохнув, открыл дверь, выползая наружу, под пристальный злобный взгляд стоявшей напротив директрисы.

Глава 4

– Вы заставили нас поволноваться, молодые люди, – скривилась директриса, пристально глядя на нас. Я ничего ей не ответил, начиная в это время озираться по сторонам.

Вокруг сиротского дома было довольно многолюдно. С десяток мужчин в военной форме находились по близости, и, судя по всему, собирались уже уезжать. Испуганные ученики, включая шестерку, встретившуюся нам в лесу, топтались возле ворот. Они тоже только что прибыли и пока еще не успели войти на территорию Сиротского дома.

– Как вам удалось выбраться? – тихо спросила Диана у девушки, когда мы подошли к воротам.

– Залезли на деревья, волки не могут лазить по ним, – передернулась она, видимо, что-то вспоминая. – А вы?

– Отсиделись в заброшенном доме, – ответил я, глядя, как к нам подходят несколько мужчин. Они были одеты в строгие дорогие костюмы, без каких-либо вычурных украшений или вышивки, но сам их вид говорил о том, что все они явно были из высшего общества. Они смерили нас оценивающим взглядом и как-то синхронно перевели взгляды на директрису, которая переминалась с ноги на ногу рядом с нами.

– Все живы? – коротко поинтересовался один из них.

– Да, – кивнула она. – Это последняя группа из тех, кто был за пределами дома.

– Хорошо. Помощь лекаря нужна? – повернулся мужчина в нашу сторону.

– Уже нет, – покачал я головой, бросая взгляд на полностью затянувшиеся шрамы, которые представляли собой лишь едва видимые белесоватые полоски у меня на теле.

– Это радует, – улыбнулся краешком губ мужчина.

Он был старше остальных, но выглядел крепко. Его пронзительный взгляд так же скользнул по моему обнаженному торсу, особенно по тому месту, где виднелась засохшая на коже пена от лекарства целителя, вперемешку с грязью, кровью и зеленой жидкостью, выплеснувшейся из раны в первый момент, когда с нее содрали корку.

– Переоденьтесь и подходите к главному залу, собрание через тридцать минут, – кивнул он нам. – А с вами, Ольга Сергеевна, мы пока побеседуем на тему условий содержания детей в Сиротском доме и их ночных лесных прогулок, – прищурился он.

Я решил, что лишняя информация сейчас особо не к чему, тем более, компрометирующая, но девчонки явно хотели погреть уши и насладиться поркой проверяющих. Поэтому, Диану мне пришлось чуть ли не волоком тащить в направление главного входа.

– Мог бы дать дослушать, – фыркнула она, как только мы переступили порог дома и наткнулись на детей, находившихся в момент прорыва в помещении. Все они наперебой начали спрашивать, что произошло, буквально набрасываясь на нас с хищным блеском в глазах.

Отвечать я не стал, поэтому молча прошел в направление своей комнаты, которая все так же была пуста. Немного подумав, прошел до конца коридора, где, как я и предполагал, находилась общая душевая. Расписание висело на двери и, изучив его, узнал, что сейчас как раз время для посещения мужской половины сиротского дома. Вернувшись в комнату, захватил сменную одежду и направился туда, чтобы смыть с себя грязь, кровь и едкую слизь волколака.

На меня никто не обращал внимания, и даже как-то подозрительно не здоровались, лишь один парнишка младше меня года на четыре приветливо кивнул. Судя по тому, что случилось в лесу и по поведению остальных воспитанников дома, с Денисовым тут никто общаться не стремился.

Стоя под тугими струями горячей воды, я закрыл глаза, стараясь усвоить хотя бы часть информации, которая стала мне доступна.

Попал я в Российскую Империю, во главе с Императором. Классовое разделение было во всей красе и в самых классических его проявлениях от барона до князя. Про магию мне, так или иначе, было понятно, после встречи с манулом. Но вот с прорывами и изнанкой пришлось разбираться. Как оказалось, в этом мире существовали определенные слабые точки, через которые можно было построить спуск на изнанку, своеобразные иные миры, разделенные на уровни. Чем ниже уровень, тем страшнее монстры, населяющие этот мир. На изнанке были особенности каждого уровня, точки спуска в него и тому подобная информация, которой была забита моя голова. Старик довольно успешно промышлял охотой на монстров на нижних уровнях изнанки, чему и посвятил свою жизнь, не оставив наследников. В принципе, неплохой способ дохода, если ты не из титулованных баронов и графов.

С сожалением выключив воду, я переоделся и вернулся в комнату, чтобы оставить грязные вещи. Повертев в руках сверток с кристаллами, взятый из дома старика, я положил его под матрас, не найдя более подходящего места для временного тайника. Немного подумал, все же смог наложить простенькую охранную печать. Простому человеку взломать ее будет проблематично, но маг, даже самый слабый, ее даже не заметит. Энергии от сил природы все же генерировалось очень мало. И, как я понимал, виной тому являлись тотемы, которые в этом мире были не только животного происхождения, но и растительного. Без поклонения и покровительства богов, взять энергию у растений было невозможно. Но ничего, нужны тренировки и в конечном итоге, я смогу перестроиться на энергетический фон этого мира. Всегда нужно иметь козырь в рукаве, и я надеялся, что магия печатей в этом мире не развита или вообще не изучена. Посмотрев на себя в зеркало, стараясь привыкнуть к своему новому отражению, вышел из комнаты.

Где находится этот самый главный зал, я не имел ни малейшего понятия, поэтому решил все же спуститься вниз и найти хоть какой-нибудь план эвакуации, где должно было быть указано расположение комнат.

Возле лестницы на меня налетел возбужденный белокурый вихрь, в котором я признал Диану. Она переоделась, как мне показалось, во все лучшее, что у нее было, и сменила серый мешковатый балахон на рубашку по ее фигуре и какой-то жилет, которые на сей раз обтягивали ее фигурку, привлекающую внимание всех проходящих мимо подростков. Она обняла меня и, отстранившись, пристально посмотрела в глаза.

– Ты в порядке? Я так волнуюсь, но и представители училищ могли бы и подождать немного с отбором. Понимают же, что все находятся в стрессе, после происходящего, – затараторила она и, схватив меня за руку, повела по лестнице вниз, а потом через гостиную по нескольким, не отличающимся друг от друга коридорам.

Я не слышал ее щебетание, �