Гильдия Злодеев. Том 6
Глава 1
Стою на самом краю высоченной стены, окружающей всё Аббатство и защищающей его тысячи лет. Говорят, никто ещё не смог силой завоевать самую маленькую, но самую могущественную город-страну мира. Вроде как… Возможно, скоро это изменится.
Городская стража по бокам смотрит на меня с опаской. То ли оттого, что нормальные люди не свисают с края пятидесятиметровых стен, то ли оттого, что я – глава Гильдии Авантюристов – лично явился сегодня встретить волну неразумных тварей.
Я долго думал, что движет этим монстрами. Например, козлоногими… Мясной авангард наступления на аббатскую мясорубку. Они не сатиры, подобные тем, что живут в Гурум-Хупе, а, скорее, их далёкие предки, застрявшие во времени где-то глубоко под землёй. Там, где, как я понял, физика и здравый смысл дали дуба. Короче, у нас были неандертальцы, а у сатиров неа… неа… сатирцы. Но здесь их называют козлоногими. Во-первых, потому что у них есть копыта и они бе-е-е-екают, во-вторых, потому что они козлы. Настоящие сатиры обижаются и давно покинули Аббатство, отказавшись участвовать в убиении неасатирцев.
Так вот, их мотивы… Бегут нападать тысячами… умирают также тысячами. Как-то нелогично, да? А ведь иногда я слышу в их блеянии что-то членораздельное. Типа «убить», «рвать», «какать».
Значит, они не полные дауны без отсутствия инстинктов самосохранения. И должны уже понять, что один городской страж, погибший в первую волну от страха и инфаркта, – не стоит тысяч козлоногих, уже гниющих под стенами.
– Не понимаю, – вздыхаю я, и блаживший страж в полных латах вздрагивает.
– Простите, гранд-профессор?
Меня называют гранд-профессором. Хрень какая-то, аж уши краснеют. Но, оказывается, в академии есть и такие… почётные звания. Как среди студентов есть просто одарённые и гении, так и среди профессоров выделяют особых.
Хотя я и правда профессор тонких наук. Обучаю серафимов, но мы с Костей можем вломиться на любую лекцию и «грамотно и научно» разнести в пух и прах любого коллегу в его же направлении.
Новоиспечённый директор Примус из кожи вон лезет, но ничего не может со мной поделать. Ведь он ещё и лекции читает, и везде свою мудрость толкает, и пока что он единственный, кого мы с Костей «грамотно» не поставили на место. Он это понимает. Намёки тоже понимает. Про штаны хоть и помнит, но знает: я могу сделать НАМНОГО хуже. Например, стать директором школы…
Поэтому, скрежеща зубами, он меня не трогает.
Так вот, я гранд-профессор. Считаюсь одним из лучших профессоров за многие годы, а студенты при виде меня кланяются и умоляют поделиться толикой мудрости. Костя выдаёт им самые элементарные вещи прошлой эпохи, но для местных это – как первый разведённый человеческой рукой огонь.
Я долго не отвечаю стражу, и он уже явно расстроен. Но вот поворачиваю к нему голову. За эти полгода на моей голове прибавилось седины, хотя лицо не постарело. Лысый Альдавир намекнул мне, что седые волосы – только начало, раз я начал использовать жизненную силу анклава для того, чтобы продлить свою жизнь…
– Почему они так хотят умереть? У них нет ни таранов, ни лестниц. Единственная стратегия – бодать стены, подыхать и по трупам своих же продвигаться чуть выше. Даже вшивые зомби так не делают… Они сразу пытаются залезть, а не сражаться с зачарованным камнем грубой силой.
– Зомби, профессор?
– Утропии.
– А-а-а… Не ведаю, господин. Может, твари магические, вот и не жалеют себя. Может, колдун какой их тысячами из иного мира призывает… Измором берёт нас. Устанем мы от этого…
Над фантазиями стража смеются его коллеги, но мне вот не смешно. Потому что слова его очень похожи на правду. Будто чья-то воля гонит козлоногих умирать. Сначала я думал, что это бессмысленно, но потом…
Набеги происходили только на западную стену вот уже целых полгода. Наши попытки в первый день открывшегося разлома остановить волну успехом не увенчались. Тварей было тысячи, десятки тысяч. Тогда многие полегли, и мы еле успели свалить.
«Не играй со временем», – очередной раз приходит в голову. Я уже перестал задумываться, откуда эта фраза у меня в башке. Нашёптывает ли мне её высшая сила или высшая шиза.
Да уж… В первый цикл, когда разлом открылся, такого не было. Я тогда успел полежать в больничном крыле, отдохнуть, побеседовать со всеми… К разлому ходили разведчики и возвращались живыми…
А сейчас…
Из разлома хлынула АРМИЯ. И, разумеется, мой план спасти Аббатство, быть среди первых, кто завалит высшей магией проход или вообще затопит его, – не увенчался успехом. Максимум мы смогли прикрыть отступление авантюристов и магов академии. Потрепало их тогда знатно. Но если бы не моя Гильдия Злодеев – так легко они бы не отделались и сейчас в Аббатстве было бы намного меньше сильных защитников. Тоже слава… Хоть и не такая героическая, как мне хотелось.
Итак, почему же всё так хреново обернулось?
Костя объяснил это тем, что Время – штука тонкая и многие хоть и не могут им управлять как он, но чётко его чувствуют. И не получают от этого никакого вредного отката. Он называет таких «каблуками времени». Тех, кто не понимает, что дар им дан лишь для того, чтобы быть врагом Кости. Например, пророки видят сны, а гадалки не все шарлатанки. Им дан дар Времени, чтобы помешать Косте делать что вздумается.
Так случилось и сейчас. Под землей был кто-то, знающий, что мы изменили время и разлом снова откроется. Потому на этот раз он подготовился и не дал нам стать героями. Сейчас мы скорее спасители трусов. Даже сильнейшие маги теряли дар речи и не могли использовать массовые заклинания при виде тысяч монстров – рогатых, копытных, скользких, волосатых, гавкающих, крякающих. Там, под землей, мир ещё более разнообразен, чем наш.
Смотрю вниз. Сколько же там трупаков гниёт? Тысяч пять? И все эта гниль впитывается в землю.
У монстров почему-то не хватает мозгов окружить или устроить блокаду маленького Аббатства. Но сегодня первый раз, когда они пересекли восточный пик и напали с юга. Взялись с другой стороны. Там сейчас мои люди, в том числе Иона, Торн, и… Лия. К слову, за последние полгода очень изменившаяся…
Как доложила разведка, сегодня мы будем биться на два фронта. Точнее, убивать на два фронта. Оглядываю вояк. Маги выпячиваю грудки от пафоса, стоя в безопасности на стенах и убивая внизу козлоногих дурачков.
– Да уж…
Трупов под западными стенами стало слишком много. Жизнь вблизи них уже превратилась в сущую борьбу с вонью, а вода в колодцах скоро перестанет быть пригодной для питья… Все попытки очистить землю от падали не увенчались успехом. Спустишься разгребать – провоцируешь новую волну врагов. Огнём палишь – поднимается ядовитый смрад. Знатно тогда всё Аббатство просралось. Буквально. Нет, серьёзно… Костя ржал как ненормальный, когда взрослые мужики дрались за отхожую яму, но она им уже была не нужна…
Итак, что я понял. Аббатство берут измором. У противника безграничный запас тварей. Периодически их тип меняется. То козлоногие, то огромные пауки, то сороконожки, то те самые кусачие чле… сардельки. Благо даже вшивый маг легко убивает их пачками.
И вот уже полгода мы отбиваемся… вроде бы без проблем, но бесконечно долго и почти каждый день… Моральный дух падает, вонь распространяется. Святое Аббатство потихоньку превращается в Проклятое Аббатство. Коалиция Высших Рас этим пользуется, строит подлянки, диверсии. Гурум-Хуп резко перестал высылать своих представителей дружить с нами и больше оглядывается на эльфов. Списали со счёта. Логично. Такими темпами…
А эти чёртовы эльфы и Одарённые Зверем… Они все из Коалиции Высших Рас. Покинули Аббатство почти все их представители, остались только диппредставители-шпионы. Месяц назад, стоя вот так же на стене, усиленным магией зрением я увидел там, за горизонтом, отряд эльфов. Среди них была Эльвина. Она засекла, что я вижу их, и швырнула в меня контрплетение. Весьма болезненное. Думал, глаз вытечет, но аббатские маги света плюс способности анклава выручили.
Однако с того дня левый глаз у меня покрыт лёгким бельмом, и если не поддерживать его магией, то вижу я им навскидку диоптрий так на минус семь. Как по-дурацки шутит Костя, писун уже приходится искать на ощупь.
Ах да, ещё я стал главой Гильдии Авантюристов, а по совместительству владельцем одного из лучших увеселительных заведений и магазина артефактов. А в подвале окопалась секретная Гильдия Зла и Ужаса – Гильдия Злой Лии, Торна, Тиины и тому подобных грешников. Всего-то за полгода такие результаты. А почему?
Да всё просто.
Кто ты без анклава?
Гений, мизантроп, миллионер, плейбой…
Так, харе разговаривать сам с собой.
Так вот, почему я стал один из самых влиятельных людей Аббатства. Во-первых, переманил к себе авантюристов и даже не дал им сбежать отсюда на подработку к эльфам.
Раньше авантюристам платили за артефакты и убийства монстров определённого класса, угрожающих миру. Но после разлома задание осталось одно: охранять стену от нашествия монстров. Награды становились всё ниже и ниже. Ведь чего сложного со стены закидывать гадов? С этим и стража справится. Авантюристы стали искать другие занятия. Уходить из города. В ту же Коалицию Высших Рас их приманивали разными плюшками, как только узнали о сложностях Аббатства. Весьма недружественный шаг, что тут сказать.
И пришёл момент, когда показалось, что всё – кабздец. Волны монстров резко увеличились, будто почувствовав слабину. Ведь в Аббатстве из сильных остались только верующие Святые Стражи да городское ополчение.
Но тут снова появились мы.
Готовые и во всеоружии.
Знаменитый гранд-профессор из Святой Академии Эфира стал ещё более знаменитым, торжественно объявив о создании внутри Аббатства целой Гильдии по защите Святой Земли. Мало того, гильдия была тройного назначения: наёмническая, торговая и увеселительная. Это помогло разрядить обстановку, ведь многие подобные заведения закрылись. А ещё сократились поставки сырья и продовольствия, несмотря на то что аббатство отменило все въездные пошлины. Крысы, как говорится, с корабля…
А вот профессор Римус Галлен платит золотом за живых монстров для их… кхм… изучения. Практически за любых. И у него всегда есть деньги, продовольствие, сырьё, материалы для строительства… Чудотворец просто. Влиятельный и нужный, поэтому вопросов никто не задавал. Даже инквизиция закрывала глаза, ведь я не завышал цены и не пользовался ситуацией. Инквизиторы, они такие – хитрозадые. Пока плохо – пользуются, а как будет хорошо – на костёр, как конкурента. Под предлогом того, что я чёрный маг или белая ведьма.
Короче, спасибо орлу, на которого я наложил заклятие невидимости и ускорения. И анклаву. Отличный летучий склад, поставляющий всё нужное со всех точек мира. Круговорот денег наладился, а главное…
Я действительно платил авантюристам хорошие деньги за… охоту на тварей. Чем тварь сильнее, тем больше награда. Авантюристы стали возвращаться, объединяться в группы, приближаться к разлому всё ближе и ближе… Сильнейшие даже спускались на первый уровень – самый лёгкий. Я платил ещё и за разведданные и понял, что разлом делится на полости. Как этажи. Можно спускаться и спускаться. Пока что одна из самых сильных групп дошла до второго уровня, но… вернулась лишь половина. Зато с трофеем. Парализованным огромным спрутом-утропием. За него, вкупе с премией, я заплатил пять тыщ золотых. Анклав принял эту жертву и добавил мне целых девятьсот тридцать лет жизненных сил, из которых пятьсот я сразу же прибавил к своим годам, а остальное потратил на поставки кондитерских изделий из Коалиции Высших Рас. И да, никто не задал мне вопросов, откуда берутся эльфийские пирожные сроком годности в два дня и почему они продаются по относительно доступным ценам. Но этим я легко отбил те пять тысяч золотых…
И да. Я решил пойти по пути… хм… пусть и не бессмертия, но длительной жизни. Как-то маловато мне шестидесяти-восьмидесяти лет. Так что с этого момента я выгляжу на тридцать и буду так выглядеть ещё пятьсот лет. Если не случится чего-нибудь или я не решу потратить эту жизненную силу на что-то ещё.
Стражи ёрзают на месте, мотают головами. По моей коже проходят мурашки. Тёмное пятно позади меня материализуется в черноволосую девушку.
– Докладывай.
Тиина слегка кивает. Волосы у неё стали ещё длиннее, но теперь она заплетает их в косу, на конце которой закреплён ядовитый кинжал. Орудует она своими волосами – ого-го! Вступить с ней в ближний бой не рискну даже я и даже под ускорением времени. К слову, Тиина больше не маскируется под человека. Магией она восстановила себе длиннющие уши и ходит в короткой боевой юбке, не пряча шикарных, но мощных ножек, от вида которых розовеют щечки даже у евнухов-монахов.
Теперь Тиина не скрывает своего происхождения. Альвы – далёкие чистокровные предки всех эльфов. Уверен, эльфы взбешены, что доказательство их ущербности свободно разгуливает посреди Аббатства. Мало того, с гордостью заявляет, что является чистокровной, а все эльфы – лишь её оглупевшие дети. Пять покушений, которые на неё устраивали, провалились с треском. Гильдия Злодеев рвала гадов на мелкие кусочки, а короткие ушки отправляла в мешочке невидимым орлом к Великому Древу. Не очень умно, конечно, но у нас с Тииной контракт. Она моя и сделает ВСË, что я пожелаю, пока я против эльфов.
– За неделю было одно покушение на эйра Эдмунда Галлена, красавчик.
Вот вроде бы такая тёмная и крутая, а до сих пор от своих паразитных слов не избавилась. И, главное, ведь называет так только меня. Хотя… вполне справедливо.
– Опять эльфы?
– На этот раз люди. Без опознавательных знаков. Кто и от кого – неизвестно.
– Тяжело было? – хмыкаю я, уже зная ответ.
– Вообще нет. Но… немного удивили.
Какое-то время думаю, покачиваясь на самом краю стены под охи стражей.
– Тогда отправь Зигфриду и Диграна на охрану отца. Они справятся.
Два эльфа-отступника. Авантюристы особого класса. Всегда работают только вдвоём и ни разу не запороли задания. Зигфрида так вообще в Костином списке сильнейших, правда на последних местах. Как я понял, список у него внушительный. Имен двести точно.
Я не стал следовать плану отца, хотя его завещание храню. Я не пришёл к нему в лице Армза, чтобы убить, – нет. Да пошли они все! Видите ли, Галлены сотрудничают с Армзом и причастны к убийству всех и каждого, поэтому надо, чтобы Армз убил главу Дома и отвёл тем самым эти подозрения. Ещё раз: пошли они на хрен. Отец мне пригодится, а его место я занять не могу, да и не хочу. Теперь он мне верный союзник, а я его наследник, о чём папаша публично объявил. От этого перетрухнули все. Гранд-профессор, защитник Аббатства, сильнейший в мире – тот самый пухляш?! И это помогло. Со стороны аристократов-людей покушений на отца стало меньше на какое-то время, а вот со стороны эльфов – увеличилось. А сегодня опять – какие-то люди. Кто-то бесстрашный объявился… Да ещё и смог удивить Тиину.
Хоть я и не хочу сейчас возглавлять какие-то Дома, но и позволить себе потерять единственного человека, отвечающего за четверть страны, – тоже нельзя. Придёт время, и Дом Галленов будет не защищаться, как сейчас, а… атаковать. Когда я закончу с Аббатством и ещё парочкой незначи-и-и-ительных дел.
– Зигфриду и Диграна? Телохранителями?
Даже спиной я чувствую, как Тиина морщит носик. Так хорошо я её узнал за время, что мы вместе.
– Всё верно.
– Обычно они на такое не соглашаются. Только сложно…
Перебиваю:
– Скажи, что это моя личная просьба и… – вздыхаю, – предложи пятьсот золотых в день.
– Поняла.
Со спины ко мне в штаны лезет нежная альвийская ручка. Стражи ёрзают на месте, боясь смотреть на нас, а между ног у многих что-то застучало по металлу.
– Сегодня всё в силе?..
– Если будешь послушной девочкой. – Я сжимаю зубы, ибо мне сжали кое-что другое.
– Я всегда послушная, мой господин.
Приятные ощущения пропадают. Обернувшись, вижу, что пропала и Тиина.
Делаю шаг в пустоту. Стражи ахают-охают, но ментализм шестой ступени отрабатывает хорошо. Плавное падение, практически полёт. Правда, мой любимый чёрный сапог застревает в чьём-то гниющем кишечнике.
Сегодня в планах увеличить моё и без того возросшее влияние. Авис Ква – бывшая глава авантюристов – обещала присоединиться к моей Гильдии Злодеев, если я докажу, что достаточно силён, чтобы она мне подчинялась. Победы над Серой Гривой недостаточно. Ведь когда-то и она победила его и встала на его место. Она сильная. Чертовски сильная. Несмотря на свою комическую внешность. Но часто притворяется слабой, и, насколько я знаю, из живых не осталось никого, кто знал, что она бывшая глава Гильдии Авантюристов.
Так уж произошло, что Авис Ква каким-то образом организовала поход с пятью бойцами на задание, в том числе с инквизитором – связным между гильдией и Святым престолом. И… вернулась с задания она одна. Очередной, так сказать, раз. А те бойцы как раз и знали, кто на самом деле был главой авантюристов. Видимо, пернатая посчитала, что на неё могут свалить ответственность за происходящее, поэтому… улетела. Пуф-ф-ф! Магия.
Интересно, как там Ву? Сын Серой Гривы, которого я прибил. Любопытный он волчара. Но на этот раз Ву ко мне не подошёл, история не повторилась, а пошла по другому пути. Хотя я обучаю его как профессор. Зла он на меня не держит – не в волчьей манере это. Скорее наоборот, во взгляде его читается уважение.
Но это я отвлёкся…
Сегодня я здесь именно из-за пернатой. Я готовился несколько дней, в позе каракатицы и с закрытыми глазами добираясь до теней знаний Кости. Готовил заклинания. Как массовые, так и поддерживающие.
Сегодня Авис Ква где-то то тут… Она наблюдает. Предложила мне сдержать волну в одиночку, тогда она согласится быть моей подчинённой и служить верой и правдой целых десять лет всего-то за три сотни золотых в месяц. А врать пернатые не умеют.
Топот ног где-то в отдалении мне знаком. Это козлоногие. Опять. Хотя нет… ещё какой-то топот. Незнакомый. Редкий, но мощный, будто у тирекса.
На этот раз их намного больше.
Хмыкаю.
Они знали, что сегодня я встречу их в одиночку. Ну а я вычислил крысу в своих рядах.
Десяти своим доверенным людям я назвал разные дни, когда выйду один против целой волны. И только один из них знает, что это будет СЕГОДНЯ.
И вот пожалуйста…
Я давно подозревал, что разлом будто имеет разум и все его, казалось бы, странные потуги объединены какой-то логикой. И что у этого разлома есть уши в стенах Аббатства.
Уверенно вышагиваю по трупам навстречу волне. Нельзя терять лицо перед своими подчинёнными, Святыми Стражами и Авис Ква, способной принять любой облик (такое умение мне бы пригодилось). Разлом знал, что отступить я не смогу. Потерять лицо в Аббатстве очень легко. Особенно когда ты по значимости приблизился чуть ли не к заднице Его Преосвященства.
Наконец-то я замечаю их. Сначала просто чёрную надвигающую волну. Потом различаю морды. Кривые, рогатые. Слышу блеяние, усиленный топот копыт и вой тех, кто наступил на мои магические ловушки. Повсюду сверкают взрывы, разрывая козлов на куски сотнями. Но вот те, другие, чей шёпот я слышал ранее… Им плевать на мои ловушки.
Твою ж… мать… Вот тебе и сказки…
Пора будить Костю. В его интересах мне помочь.
«Костя-а-а-а!»
Они ближе.
«Костя-а-а, тут это… появился реальный шанс сдохнуть. Вылезай давай! Одной сотней лет больше, одной меньше – какая тебе разница, если меня сейчас… порвут на ошмётки».
Именно так. Боюсь, что даже восьмой ступени не хватит, чтобы справиться с ними.
Да уж…
Не ожидал я, что крысой окажется именно… ОНА.
Глава 2
«Мастер… – выходит Костя на связь. – Напомните мне, сколько раз я вам объяснял, что такое развоплощение? Это отсутствие всего, слияние со всем, лишение субъективности. Резкий выход из этого состояния обходится мне недёшево».
«Да неужели? Лучше сдохнуть?»
«В развоплощённом состоянии этот вопрос звучал бы бессмысленно. Потому в следующий раз помирайте смело, но раз… О-о-о! Какой красавец!»
Костя наконец собирается в одно целое и замечает ЭТО.
Мясные танки в количестве девяти штук. Туловище вроде как… какого-то демона. По другому я не могу назвать это красное, злое, рогатое, испускающее пенистую слюну существо. Но вместо гусениц – тарантуловы конечности с круглой жопкой.
Почему я так разволновался?
Из-за ауры. Королевской Ауры. Считается, что её имеют только разумные существа. И либо демон и правда разумен, либо у нас тут очередное открытие.
И что будет, если три твари выше восьмой ступени разом атакуют Римуса Галлена? Да хоть всё Аббатство.
Правильно. Мало чего хорошего. Хотя, говорят, его преосвященство самый главный и святой девятой ступени, но лишь магии света. Боевым это направление не назвать… Кстати! Пора бы мне с ним встретиться! Или я ещё недостоин, мать его? Чёрт, о чём я сейчас думаю?!
Ещё минуты три, и твари доберутся до расстояния удара дальней магии.
«Мастер, у нас два варианта. Первый. Вы используете древнее плетение первого круга под названием „Предсмертное объятие матери“. Разумеется, ценой своей и… моей жизни. С его помощью мы закроем Аббатство защитным куполом, который простоит тысячи лет и будет впускать и выпускать только тех, кто не имеет помыслов навредить тем или иным образом находящимся под куполом. Поверьте, Аббатство в таком домике быстро станет самым могущественным в мире и подомнёт всех. А вы станете героем, вам даже статую поставят. Согласны?»
Оборачиваюсь. Стена высокая, вижу на ней только головы: стражи и маги вглядываются вдаль. А там, за ними, святоши, торгаши, рядовые граждане, ростовщики… Обычный… городок. Ничем не лучше и не хуже других. Только кучка сильных собралась в одном месте. И то большая часть разбежалась во все стороны. Даже некоторые инквизиторы перестали быть святыми и свалили к эльфам, слив секретные сведения.
«Не. Воздержусь. Второй вариант?»
«Бежим. И своим дайте сигнал бежать. Поверьте, я так много раз делал. Да и вы тоже. Одна из лучших стратегий, придуманная явно гением».
«Эм, нет, пожалуй. На этот раз воздержусь. Так высоко я ещё не поднимался. Ещё немного – и я доберусь до Святого банка и сокровищницы его преосвященства. В Аббатстве столько всего! Кстати, что будет со Святым банком, если твари разрушат Аббатство?»
«Ничего. Они его даже не заметят. Вы уже сталкивались с подобными чарами. Банк защищён такими плетениями, что даже я туда не суюсь, так как намерения мои насчёт него… хе-хе… не самые хорошие».
«Так мы же уже там были…»
«Были… И просто вышли. Странно, да?»
«Ну… да…»
«Потрещим ещё или придумаем что-нибудь?»
Твари будут в пределах досягаемости через минуту. Чёртов Костя. Из-за этого Лимбо он малость отупел, и его советы и помощь сильно упали в цене. Иногда проще самому справиться, чем обращаться к нему. Была у нас договоренность, что в крайнем случае я могу его призвать, а он к этому времени, может, подкопит каких-нибудь… космических сил, не знаю. Ну вот настал такой момент, а толку-то…
«Мастер, давайте начистоту. Ну вот никак вам не справиться. Никак. Ну не переродились вы в мире пушистых леди заек, где удача в левой руке, а член в правой. Не повезло вам. Это Варгон. Варгон слабых топчет, а сильных глотает не пережёвывая. Вы – корм Варгона. Вы не знаете даже тысячной части того, что знаю о нём я, а я знаю лишь десятую часть. Вы устроили мне подлянку, что… справедливо с одной стороны, но этот самогон пить из одного стакана с вами я больше не буду. Мы сотрудничаем лишь ради общего выживания. И сейчас мой совет – валите. Гомункулусы потратят пару минут на аббатские стены, потом ещё минут пять будут добираться до центра. Этого вам и вашим любимчикам вполне хватит, чтобы оказаться подальше от…»
Я резко перемещаюсь в сторону под ускоренным временем. Одним прыжком, за секунду, преодолел метров шестьсот.
Костя малость приуныл.
«А, понятно-о-о… хе-хе».
Волна монстров тоже сместилась. Эти гомункулусы определённо сменили направление своего движения. Они идут не на стены.
Они идут на меня.
«Они просто чувствуют вашу ауру, мастер. Полагаю, что если сократить дистанцию, то их интерес к вам приутихнет».
«Уверен?»
«Я всегда уверен. А там уж как получится, хе-хе».
В ягодице неприятно покалывает: Перстень Первого отзывается на угрозу.
Костя тоже мгновенно реагирует:
«Знаете, я сам не в курсе, когда наступит пора его использовать, так что почему бы не сейчас, а? Вперёд! Когда ещё увидишь такое зрелище? Гранд-профессор, герой и суперглава всех гильдий на виду у половины святых стражей, перед лицом смертельной угрозы, спускает штаны и в кровь рвёт себе зад. Интересно, как это запишут историки?! Может, назовут вас гранд-очкоразрывателем!»
«Знаешь, твои шутки стали ещё тупее».
«А кто в этом виноват? Вы! Адекватная и лучшая моя часть разбирается с Лимбо. Вот если бы вы отправились в Гурум-Хуп в академию некромантов и научились собирать эфир с утропиев – дело бы пошло быстрее. Может, я даже простил бы вас. Турум-пум-пум».
Впадаю в маленький ступор.
«Что ты сейчас сказал?»
«А?»
«Турум-пум-пум».
«Не говорил я такого».
«Это дебильная фраза директора… Почему ты её сказал?»
«Эм… Ну… Понравилась она мне. Хотите поговорить об этом прямо сейчас? О, летит…»
Я ставлю свой самый мощный щит, но он сразу же трещит по швам. Магический удар настолько силён, что от второго в щите образуется брешь. Гадство! Они могут на расстоянии! Да ещё таким быстрым плетением, что я еле успеваю среагировать…
«Ничего не замечаете, мастер?»
«Ещё как замечаю!»
Я ускоряюсь. Зелёная молния пролетает сверху, подпаливая мне волосы, летит дальше и врезается в аббатскую стену.
Грохот! Камни разлетаются во все стороны! Слышу вопли стражей, а окровавленный шлем одного падает неподалёку. Проломили стену с одного удара! Разметали десяток защитников!
Это не обычное плетение. Это магия обителей. Древняя магия, которой раньше владел только… я. Научился от Кости.
«Какого чёрта, Костя! Ты же говорил, что от прошлой цивилизации ничего не осталось!»
«О, простите. Я забыл сообщить, что подземные недра этой планеты хранят в себе множество… интересных вещей из прошлых эпох. А некоторые эпохи были намного развитее, чем Варгон. По сути, Варгон – сосунок по сравнению с эпохой, откуда вылезли эти вот гомункулусы. Они даже не разумные существа. Ими управляет тот, кто сейчас ехидничает под землей. Ох, я думал, он сдох… Смотри-ка, выжил».
Плетением третьего круга обители земной тверди я создаю из земли стену, крепче аббатской. Очередной выстрел она выдерживает, хоть и сотрясается. Ударов на десять хватит.
Думай, Ден! Думай!
Управляемые кем-то твари.
Под землей сейф с реликтами прошлого.
Государства знали, что там жёстко, потому не копали шахты слишком глубоко.
По-любому его преосвященство знает об этом больше всех. От Кости ничего не добьёшься.
«Мастер, меняемся?»
«И что ты сделаешь?»
«Как всегда – то, что вы не можете. Убегу. Сдалось вам это Аббатство со всеми гильдиями и влияниями. Оно обречено. И, скорее всего, из-за вас. Тот, кто насылает сюда волны, чувствует меня и очень хочет мести. Он не использовал и пяти от сотни процентов своих ресурсов. Он тысячи лет прожил на нижних уровнях Ньёрта – подземного мира планеты. А ваши лучшие люди не могут добраться даже до второго уровня».
«Что ж он сам не вылазит…»
Запитываю стену чёрным эфиром, укрепляя её. Твари остановились и бьют издалека. Хотят истощить?
А вот орды козлоногих на меня особо не обращают внимания. Я уже вижу, как они несутся в образовавшийся в стене разлом, а маги со стен пускают в них массовые плетения огня и льда. Запахло палёным, в глазах засверкало, в ушах загудело. Дрянь, помех мне только не хватает.
«Не может, скорее всего. Там своя, скажем так, экосистема. Но разлом вы с пауком сделали глубокий. Рано или поздно он адаптируется к новым условиям».
«Да кто ОН-то?»
«Да… хрен один. Так меняемся или нет?»
«Как же ты бесишь. Нет, не меняемся».
Закрываю глаза, сосредотачиваю чёрный эфир в висках. Костя чувствует это. Он был развоплощён, потому не знает, чем я занимался все эти месяцы… нет, годы в анклаве.
«Чего это вы задумали, мастер? Какое корявое плетение. О, а откуда вы узнали про третий закон Ньёбиса? Он жил не в вашу эпоху. Уверен, из моей памяти вы это выкрасть не смогли. Есть то, что я умею хорошо прятать, хе-хе…»
В висках стучит. Мой эфир концентрируется сильнее. Из чёрного превращаясь в бездонную тьму.
«Сам додумался».
Костя молчит. Но я чувствую, как он типа «скосил глаза». Мол, червяк додумался до того, как построить подводную лодку.
Это плетение я назвал «Призыв». Без особого пафоса, как тут любят. Оно не делает ничего особенного. Кроме одного…
Те, кто когда-то был в анклаве и позволил пропустить через себя мой чёрный эфир, сейчас ощущают в висках что-то странное… Что-то… тёплое. И они уже начали действовать.
Стена трещит. У тварей что, бесконечный поток эфира?! Земля и камни осыпаются один за другим. Если я пропущу ещё удар, то в аббатской стене образуется новая брешь. И с двумя защитники не справятся… Учитывая, что сейчас половина сил отбивает волну на южном направлении.
Гадство! Ну же! Неужели придётся опять драпать?! После всего, чего я добился! Я не хочу начинать всё сначала! У меня идеальная система! Я богат, мне доставляют тварей на блюдечке! Всё было бы идеально, если бы не грёбаный «кто-то», сидящий под землёй и создающий мерзких гомункулусов.
«Мастер, признайтесь, вы это чувствуете?»
Быстрее! Быстрее!!!
«Что?! Что чувствую?!»
Костя отвечает не сразу. Будто смакует то, что сейчас скажет. Глумится заранее. Давно он не испытывал такой радости от того, что скажет мне.
И он оказывается совершенно прав. То что он говорит, мне совершенно не нравится.
«Что вы не такой крутой, как вообразили себе».
Моя стена не выдерживает напора древней магии и рушится. Зелёный луч проходит чуть слева, летит в сторону Аббатства.
Глава 3
Твари перестали стоять на месте. Судя по виду, физической силы у них не меньше, чем магической. Правда, на бегу они пускают зелёные стрелы реже и не так сильно.
Чувствую тепло. Члены Гильдии Злодеев в полном составе добрались до катализатора и готовы!
Призываю катализатор!
Дзи-и-и-и-и-иньк!
Зелёный луч со звоном рикошетит от зачарованного мифрилового щита весом в тридцать килограмм. Огромный воин, держащий щит, бороздит землю на несколько метров назад.
– Хм… – одобрительно стучит по мифрилу Торн, впервые опробовавший его в настоящем деле. Да и одет он весь в мифрил. Обошлась нам эта реликвия в сотню тысяч золотых, и мой бизнес покрывал долги банку целый месяц.
Я давно научился призывать из анклава в определённую точку и в определённом направлении. Задача Торна проста. По прибытии из анклава он должен встать в позу защитника, обеими руками удерживая щит. Что сейчас и произошло.
ВЖИХ!
Вот гадство, опять вышла без спроса! Говорил же ей, только по моему призыву!
Мои волосы поднимаются дыбом, настолько Иона стала стремительной. Она, в отличие от Тиины, постриглась коротко – что, к слову, нисколько не повлияло на её красоту. А вот возраст… Эти месяцы она практически не вылезала из анклава. Физически постарела почти на три года, хотя это не сильно заметно. Лишь мускулатуры прибавилось и… силы. Ягодицы стали такими сочными, на зависть всем барышням Аббатства… Вот только это видимость. Там не мягкое и пышное, там металл и камень. Проверено на себе и на деле. Как-то раз в процессе… кхм… нетрадиционных увеселений с Ионой она умудрилась чихнуть. В принципе бывает, конечно, но кто же знал, что при этом так напрягаются ягодичные мышцы… Секса у меня потом не было недели три, а целителя пришлось убить, чтобы не сболтнул лишнего. Ну ла-а-а-адно, не убить, а покалечить… Чёрт, ну окей. Оба варианта лишь мелькнули в голове. Просто пригрозил ему.
Ну, зато у Ионы пятая ступень воинского мастерства.
К слову, её учитель Торн – восьмой ступени. С обмундированием он уже считается сильнейшим воином Меруноса. Но вроде как пока не Варгона. По силе он уступает только мне и, возможно, Тиине – потому что лишь она может застать его врасплох.
– А это ещё что за членоноги? – вздёргивает бровь Иона, выглядывая из обломков моей земляной стены и с лёгкостью уворачиваясь от очередной зелёной стрелы. Мало того, кинжалом она отклоняет её в сторону, и стрела врезается в землю, оставляя небольшой, но глубокий кратер.
«Мастер, а девка-то совсем не поумнела…»
Костя прав. Имя её кинжалу – Антимаг. Торн нашёл его на втором уровне Ньёрта у свежеобугленных останков неизвестного эльфийского авантюриста.
Иона говорит, что в Антимаге спит сущность какого-то древнего героя, который терпеть не может магов. По мнению Кости, это чушь, а следовательно – вполне может быть правдой. Проблема в другом: по словам Ионы, Антимаг очень неподатлив, что бы это ни значило. Нужно идеально отточить мастерство использования. Малейшая ошибка, и всё – смерть. И сейчас Иона на грани. Неизвестная магия высшей ступени…
– О! – Она как-то странно осматривает лезвие. – Левел ап!
«Интересно-о-о-о…» – задумчиво реагирует Костя.
Я тоже поднимаю бровь. Только что я услышал совершенно конкретную английскую речь: левел ап. «Повышение уровня»? И это точно не от меня информация.
«Что, Костя, чушь, значит?»
«О, мастер, не ехидничайте. Это к лицу мне, но не вам. Похоже, чем больше ваша сестрёнка орудует Антимагом, тем сильнее он пожирает её душу, хе-хе…»
Меня передёргивает. Сестрёнка! И нет! Я не знал об этом, когда делал с ней то, да сё! Узнал я об этом толь…
Мои неуместные душевные терзания замирают, уступая месту боевой концентрации. Твари ускорились и… странно, но, похоже, они…
«Слабеют», – читает мои мысли Кости.
Начинаю понимать.
«Чем дальше они от разлома, тем слабее?»
«Не от разлома. От того, кто их натравил».
Я и раньше подмечал что-то подобное, но думал, что козлоногие и членокрылы просто устают или типа того. Они ведь и без того слабые и тупые, поэтому особой разницы не видишь. Но когда перед тобой восьмая ступень, отчётливо чувствуется изменение в ауре. Точнее, сейчас я вообще не ощущаю ауру, а это значит, что демонопауки уже ниже восьмой ступени и торопятся убить нас, пока совсем не иссохли.
Похоже, помощь остальных членов Гильдии Злодеев мне не понадобится.
Хотя…
Надо бы посмотреть, на что способны эти двое на практике.
Иона и Торн стоят по бокам от меня. Они заметно расслабились, тоже чувствуют слабость врага.
И нет, не эти двое.
По привычке указываю пальцем на одного из монстров. Вижу испарину на его лбу, красный высунутый язык, а эфир просто испаряется из него. Видимо, был расчёт, что я ломанусь в бой, а не буду стоять и издалека рассматривать говнюков. Вот они и расстреливали меня на расстоянии, пока были силы. Но, поняв, что я всё же не козлоногий, перешли в наступление. Честно говоря… какая-то дешёвая стратегия.
Чпо-о-о-ок!
«Блин, Костя, а можно как-то изменить звук появления из анклава?»
«За тысячу лет жизненных сил можете поменять на что-нибудь зловещее. Например, мой смех. Му-ха-ха-ха!»
Бум и Бо материализуются в воздухе над одной из тварей. Уже с поднятыми кверху дубинами. Такова их задача. Так, стоп. СТОП!
ДУБИНАМИ!
Какого хрена у Бума в руках тёмный накопитель, способный превратить меня в самую опасную тварь всех времён и народов! Ну, если меня сейчас убьют, конечно!
И самое главное… КАК?!
– Костя, мать твою за ногу! Не имеешь права! – вслух рычу я.
«Обижаете, мастер. Это не я. Не в моих правилах нарушать правила, хе-хе».
«Тогда как?»
«Вернее спросить – кто?»
И я понимаю. Норана…
Альдавир со своими исследованиями оказался прав. Рано или поздно она научится управлять анклавом. Случайно или специально, но сейчас она позволила Буму вытащить оттуда тёмный накопитель!
Иона и Торн чуют опасность молниеносно. Тут же будто из воздуха появляется и Тиина, обычно бьющая из теней. Пока братья орки размазывают в зелёную лёпеху одного из демонов, троица самых верных моих людей встаёт ко мне спинами, окружая и защищая.
Вздыхаю.
– Спасибо, но не думаю, что это чей-то очередной коварный план с многоходовочками. Разрешите, дамы.
Аккуратно протискиваюсь между Тииной и Ионой, врубаю четвёртую ступень воинского искусства одновременно с ускорением времени.
Теперь обычным глазом меня заметить практически невозможно. А вот разлетающегося в клочья демона со стены видят отлично. Он будто… решил сам порваться на части. Но на самом деле это сделал я, ловко орудуя реликвией Галленов. Оставив следующего гада троице, я бегу к Буму, чтобы вырвать у него киш… дубину. И вернуть её в анклав.
Ещё немного, и…
Но рядом с Бумом материализуется утончённая эльфийская фигура в вычурных доспехах. Через прорези в крылатом шлеме буквально горит победоносный взгляд Эльвины. Коварная дрянь! Воспользовалась пространственным артефактом! Неужто заранее подготовила зону действия, чтобы добить меня ослабевшего, если демоны не смогут?
Бум и Бо ничего не успевают сделать.
Эта пташка не их полёта. Я же успеваю ухватиться лишь за… пустоту.
Эльвина пропала. Вместе с дубиной.
Стою, тяжело дышу. Не чувствую. Коварная гадина идеально маскирует свою волю. Эх, как бы я хотел взять сейчас за шкирку её сыночка Эрмина и потрясти немного. Мол, ты уверена, что хочешь со мной ругаться? Но эльфийка забрала сына в тот день, когда сбежала из Аббатства.
Слышу предсмертное бульканье за спиной. Торн и Иона добивают последнего демона.
Резко оборачиваюсь.
Спокойно, Ден, спокойно… Не кипятись… Ну забрала она эту хрень. Так ведь дубина изначально была её. Некротролль должен был меня убить, превратив в мощного утропия и устроив ад в Меруносе. Не получилось, вот Эльвина свою прелесть обратно и стащила.
С силой топаю ногой. По сухой земле расходятся трещины. Шиплю:
– Это. Был. Мой. Артефакт.
Медленно возвращаюсь к стенам Аббатства. Там уже столпились тысячи три-четыре козлоногих, топча друг друга, стремясь прорвать оборону магов и пробиться через брешь в стене. И у них получается. Ещё немного – и озлобленная орда прорвётся в МОЙ город. А там уже массовые заклятия бесполезны.
«Не советую, мастер. Вы пока не готовы».
Чёрный эфир концентрируется где-то в груди. «Пока не готовы…» Я это слышу уже целый год тренировок в анклаве с Костей. Он всё же обучил меня одному запретному заклинанию, после которого я разозлю Вселенную и встану на путь… возвышения. Это было моё условие для спасения Патрика. А значит – для спасения Кости.
Я долго думал об этом. Став слишком сильным, ты становишься в этом мире… лишним. С каждым исполненным высшим заклинанием Вселенная всё больше и больше обращает на тебя внимание и морщит нос, глядя как на бултыхающую в супе муху.
Да, я не откажусь встать на те же ступеньки, где стоят Костя, Паучиха, Йошуа и подобные им… боги.
«Эволюция, Костя!»
Вслух же говорю:
– Техника обители бледной зимы.
«Я тоже так думал, мастер. Но вы знаете, что иногда эволюция заходит в тупик? Например, некоторые морские твари не меняются миллиарды лет и умеют лишь пукать водицей и шевелить единственным щупальцем. Дам совет. Я думаю, что возвышение – это тупик. Всё. Дальше некуда. Я не знаю случаев, чтобы кто-то ушёл выше бога. Высших богов не бывает…»
– Круг первый.
Знаком показываю своим приблизиться, и они молниеносно подчиняются. Даже братья орки не сильно тупят, инстинктивно чувствуя приближение чего-то опасного.
– Хм…
– Что ты…
Отправляю всех в анклав. Никто не переживёт того, что я собираюсь сделать.
«Я думаю, вы все просто не хотите развиваться дальше».
Костя на секунду будто теряется.
«Что? Не несите чушь, мастер. Все хотят только этого».
«Сколько эфира нужно, чтобы не задело город? Чтобы только до стен?»
«Три и четырнадцать эфирии по шкале Ихтра».
«Благодарю».
«Наслаждайтесь, мастер. В принципе, всё к этому и шло. Всегда всё идет именно к этому. Не вы первый, не вы последний. Но главное… Вперёд, к веселью, мастер! Ха-ха-ха!»
– Тишь эпохи первозданной зимы…
Холодно. Становится очень холодно…
Глава 4
Тремя месяцами ранее
Мы с Альдавиром стоим неподвижно, как статуи, одними лишь опущенными глазами вглядываясь в непонятные иероглифы. Точнее, непонятными они были до тех пор, пока Костя не влил нам в мозги их перевод.
– Ар-р-р-р! – с досады хватается Альдавир за лысую голову, испещрённую татуировками. Когда-то он переписал на себя часть записей Кости, таким образом обманув систему и вытащив их из анклава.
– В чём дело, Альдик? – Костя впервые заговаривает с ним. – Не то, чего ты ожидал, да? Сколько сил было потрачено, чтобы переиграть меня в бестолковом пари. И ради чего, хе-хе?
– Что это за бред? – Я не отрываю взгляда от текста, листая толстую, похожую на некромантский гримуар книгу. – Это даже не анекдоты… Это какая-то пошлая, извращённая история для прыщавых и маразматиков.
Какой-то мальчишка попал в другой мир в тело здоровенного орка… бла-бла-бла… под деревом подро… ЧЕГО?!
– Мастер, вам правда не зашло? Обижаете. А я ведь так старался… когда-то. Считал себя великим литературным творцом того времени. Ломателем жанровых систем, мастером сатиры и тонкого слоя мудрости под жирным платом гноя и дерьма.
Листаю. Листаю. Листаю. Беру отдельные листы, обрывки пергамента, свитки, но всё это лишь черновики, удалённые главы, ранние редакции одного и того же. Даже полностью переписанные куски из той же книги с припиской «Логическим неточностям смерть».
Всё это просто… юмористическая, пошлая история про недалёкого главного героя, попавшего, как я, в другой мир. Единственное, история написана обезличенно. Без имен, названий мира, стран, городов.
– Это что, твоя автобиография? – с издёвкой усмехаюсь я, читая отрывок про то, что похотливые нимфы делали с орками, орки с пикси, и про футбол, где вместо мяча – чья-то голова.
– Конечно! Похоже же на меня, да?
К сожалению, нет, не похоже. Вся история вообще смахивает на бред сумасшедшего. Просто чтобы поиздеваться над такими, как Альдавир… Не зря я не так уж и торопился влезать в это дело с переводом. Из великих артефактов ценной коллекции уникальные книги с рисунками пентаграмм превратились в идиотские истории. Я даже не знаю, написал ли это сам Костя. Может, он врёт. Может, писал один из предыдущих хозяев…
Читаю один отрывок, второй, третий, бубню под нос:
– Отвратительно… Ну и уродство… Тьфу ты… Позорище…
– Мастер, может, тогда отложите в сторону?
– Отложите… хех… да кто такое вообще читать будет…
– Мастер?
– Нет, вот он идиот… Споры же нюхать надо…
– Пропал.
– Стой! – неожиданно выхватывает листок у меня Альдавир. Непроизвольно вздыхаю. Признаю, писать эротику писака умел. Строптивая эльфийка в библиотеке? Надо же… Мерзость… Интересно, а есть тут ещё?..
Альдавир тычет в одну букву, потом в другую, такую же.
– Видишь?
– Вижу. Это «а».
– Ты не понял. Текст написан одной рукой, но все буквы идентичны. Каждый малейший виток или штрих. Сделать это невозможно, если только… Так… А вот эта буква «а» отличается от остальных… Совсем незначительно, но… ДЖЫР!!! – орёт совершенно непохожий на себя Альдавир. – Ты обещал перевести тексты!
– Да? Ну так я и перевёл…
– Это не полный перевод! В этом бреде сумасшедшего есть ещё один шифр! Вся эта глупость лишь прикрытие чего-то другого! Чего-то более важного!
– О, мой бедный Альдик. Как же тяжело терять цель в жизни, да? Мозг сопротивляется, не хочет верить, придумывает смыслы, обманывает сам себя.
– Хватит со мной играть! Выполняй условие пари! Переводи тексты!
– С тобой я не спорил, Альдик, хе-хе… А вот мастеру я обещал перевести текст, что и сделал в полной мере. Вы ещё не доросли до таких игр со мной, детишки. В словах заключена огромная сила, и надо правильно формулировать свои требования. Например, не «перевести» или «расшифровать», а «донести смысл» или хотя бы «раскрыть главный секрет написанного». Вы хотели перевод? Вы его получили. Свободны, ха-ха-ха! перевести – С тобой я не спорил, Альдик, хе-хе… А вот мастеру я обещал перевести текст, что и сделал в полной мере. Вы ещё не доросли до таких игр со мной, детишки. В словах заключена огромная сила, и надо правильно формулировать свои требования. Например, не «перевести» или «расшифровать», а «донести смысл» или хотя бы «раскрыть главный секрет написанного». Вы хотели перевод? Вы его получили. Свободны, ха-ха-ха!
Смех Кости ещё долго отдаётся эхом по анклаву.
* * *
Альдавир не вылезал из анклава месяцами, полностью погрузившись в безумную историю и сам понемногу превращаясь в безумца. К всеобщему сожалению, он понял, как до конца расшифровать скрытое в этой истории. Нужно не просто запомнить всю историю наизусть, вплоть до мелких ошибок (!) и запятых, но и запомнить каждый отличающийся завиток или особенность отдельной буквы. Шифровка поддаётся только при соблюдении этого условия. То есть чтобы расшифровать хотя бы одно слово, следует помнить, что нужный виток буквы «а» находится в третьей книге, седьмой главе в слове «сила».
Альдавир учил, учил, учил… Раз за разом повторял вслух прекр… кхм… омерзительные отрывки и особенности каждой буквы в каждом слове. Но в конце концов он лишь рвал эту макулатуру, бессильно ругаясь на замолчавший череп. Костя был развоплощён, боролся с Лимбо и вряд ли его слышал, но в пустых глазницах читалось злорадство и ехидство. Как бы странно это ни звучало…
И да, Альдавира нужно спасать. Он тоже попал в своё Лимбо. В ловушку Кости, из которой не планирует выходить.
Когда я очередной раз материализовался в анклаве, в меня полетело духовное копьё Альдавира, но защита сработала, буквально распылив оружие.
– ПРОВАЛИВАЙ! НЕ ОТВЛЕКАЙ!!! – брызгал слюной Альдавир.
Костя появлялся всегда вовремя. Хотя говорил, что в развоплощённом состоянии не знает, что происходит в нашей реальности. Как пить дать – врал.
– Мастер, валите его уже. Чпокнулся он. Помните, как убивать в анклаве?
– Это ты его довёл до такого, Костя.
За всё время нашего знакомства Альдавир очень мне помог. Многое он изучил в анклаве. Многое мы с ним провернули. Несмотря на его своевольный нрав, он всегда выручал. Будто ему нравилось быть членом Гильдии Злодеев, хотя он этого не признавал. Только с ним у меня были спарринги, где я мог по-настоящему вспотеть и научиться чему-то новому. В отличие от того же Торна, Альдавир всегда пытался меня убить. По моей же просьбе. Это адреналин. А адреналин – часто ключ к чему-то новому. Например, к памяти Кости. С другими спарринг у меня не получался. Или оказывался бесполезен. Ибо они либо не хотели сильно бить, либо были просто намного слабее меня. Но важнее другое. Я, как деловой человек, знаю, что долги нужно возвращать. Всего месяц назад группа пауков смогла зажать меня и заблокировать катализатор. Лишь благодаря ему, подоспевшему на помощь раньше всех, я тогда остался жив, а Альдавир отправил жрицам тёмной богини десяток паучьих голов.
Костя на мои обвинения лишь наигранно обижался:
– Бред, мастер. Альдик добровольно садится на промасленный кол, который я спрятал далеко от него. Нет же, надо было кол искать. Ну… нашёл, молодец. Теперь он зачем-то его проталкивает, а виноват я. Вот она – хвалёная справедливость, хе-хе.
Игнорирую Костю, пристально смотрю в глаза Альдавира.
– Я знаю, как расшифровать текст.
Альдавир и Костя не реагируют. Молчат. Оба. Но по-разному. Продолжаю:
– Нужна же ведь просто хорошая память, да? Я бы сказал… божественная. Альдавир, дружище, понимаешь, о чём я говорю!
– Полагаешь, я не думал об этом, а?! ДУМАЛ!!! ДУМАЛ!!! Никто из нас не сможет стать, как он. Не сможет стать бо…
Перебиваю.
– Костя. Я стал профессором и отсрочил издевательства и, так сказать, кончину Патрика. Но даже моего влияния уже недостаточно. Директор Примус рвёт и мечет.
– Слушаю внимательно.
– Меняю жизнь Патрика на плетение первого круга. И не какое-то, а плетение обители бледной зимы. Какая-то там Тишь…
Костя долго молчит.
– Далеко вы забрались… Жаль. Вам же хуже. Я советовал вам не пользоваться тем, что я ослаб и в развоплощённом состоянии во мне легче ковыряться. Горе от ума… Эх, горе от ума… хе-хе…
– Не отвлекайся. Даже в первом круге заклинания бывают разные. Например, в обители земной тверди плетения первого круга намного сильнее, чем в обители бледной зимы.
– Понимаю… Рассчитываете, что это не повлияет на ваше… вознесение, мастер?
– Именно. Я узнал, что ты сотворял плетение Тиши много раз и был… вполне себе не богом.
– До поры до времени. Я говорил вам. Одного высшего заклинания вполне достаточно, чтобы Вселенная перевела свой вездесущий взгляд на вас. Она не одобряет уничтожение городов и континентов одним мановением руки, даже если тамошние обитатели – лишь земляные черви или эльфы.
– Ты согласен или нет? Болтаешь много. Давай так. На… читай.
Тогда я открыл свой разум Косте и чётко показал ему, что моё терпение на исходе. Что теперь он смертен, Лимбо сковало его, и я пожертвую Патриком, чтобы Костя отправился в вечное ничто.
– О, у меня нет выбора. Обожаю эти редкие моменты моего долго-о-о-ого существования. Клятва высших принята, мастер. Меняю Патрика на Тишь… как её там…
* * *
– Тишь эпохи первозданной зимы…
Холодно. Становится очень холодно…
Ледяная метель накрывает область на километр вокруг меня, превращая всё живое и даже мёртвое в морозную пыль. Тысячи, миллионы маленьких игл ищут всё, что имеет хоть крупицу тепла. Орут лишь те твари, которые успевают заметить, как их сородичей пожирает белая пелена. Ведь они уже знают – им не спастись. Даже сильнейшие из них просто обреченно стоят, осозновая, что холодная смерть явилась по их бренные тела.
Маги, люди, нелюди, стражи, авантюристы, члены Гильдии Злодеев, святые и не очень – все смотрели, как в метре от них – лишь протяни руку – бушует ледяная смерть. Кто-то плакал, кто-то орал, кто-то бредил, что в вихре видит женское лицо.
Но никто из них не пострадал, а немногих успевших прорваться тварей быстро убили.
Вьюга затихла так же быстро, как и началась. На том месте, где раньше была трава, кусты, деревья и горы вонючих трупов, не осталось ничего. Идеально ровная поверхность, покрытая льдом. А в самом центре стоял гранд-профессор Римус Галлен, глава Гильдии Авантюристов. Тот, на кого сегодня обратили внимание слишком много глаз и ушей.
* * *
– Охренеть, смотри-ка, пальцем шевельнул! – слышу радостный голос Ионы.
Голос Альдавира адекватный. Вылечился.
– С ним всё будет в порядке. Обычное истощение.
– Хм… не обычное. Ещё бы немного, и смерть. Не слышал, чтобы после таких плетений кто-то выживал.
– Таких? Ты где-то слышал о ТАКИХ плетениях?
Я нахожусь в анклаве, лежу на большой кровати в своей личной секции, переделанной под почти королевские покои. Благо жизненных сил теперь навалом. Некоторые принесённые в жертву магические твари жили сотни, а то и тысячи лет.
Норана, по моему велению и тому же хотению, стала обучаться на целителя. Она уже освоила второй круг магии света и сейчас тренируется на моих покалеченных внутренностях.
Можно было бы обратиться к целителям попрофессиональнее, но я не хотел, чтобы кто-то знал, как сильно меня подкосило. И так уже валяюсь пятый день, а в настоящем – целые сутки. По-любому уже куча народу считает, что я либо мёртв, либо где-то зализываю раны. Последнее как бы… так и есть.
Надо же… откуда я знаю, что прошло пять дней? Уже обожествился и отчёт веду даже без сознания?
Кстати, я и правда малость просчитался с количеством высвобожденного эфира. В пределах допустимого, но всё же просчитался. А все знают, что происходит с магами, за раз опустошившими свой сосуд эфира. Смерть.
– Упс, – виновато изрекает Норана, и я снова бухаюсь в обморок от ощущения завязанных в узел кишок.
* * *
– Он должен был уже очнуться. Признаков повреждений не наблюдаю. Ни физических, ни ментальных. Аномально.
Так-с. А вот это плохо. Резко сажусь на кровати больничного крыла Академии Эфира. Кто-то вскрикивает. Кто-то из женщин смущённо отворачивается, хотя одеты они в мантии целителей. Сразу подмечаю их лица. Настоящих целителей не смущает обнажённое тело пациента. Для них это объект работы. А вот какого-нибудь религиозного фанатика – вполне. У них тут куча всяких кредо и обетов. Кому-то нравится обет молчания, кому-то бичевания, но воздержание – самое популярное.
Ясно. Святой Престол бдит. От Инквизиции не спрятаться.
Осматриваюсь. Тут человек десять. Узнаю только некоторых. Один из них, кудрявый и рыжий, заведующий больничным крылом. Говорят, он на втором месте после его преосвященства в направлении магии света.
– Вам нельзя так резко вставать, гранд-профессор…
– Почему это?
– Вы были на грани полного опустошения. Одной ногой в могиле!
Скидываю с себя одеяло. Я ещё и голый. Полностью. Ага, теперь и один мужик скосился в сторону. Писюна испугался. Значит, двое из десяти точно не целители. Вон молоденькая маг-сестричка даже глазом не повела – опытная. Осматривает меня только выше пояса, что-то записывает.
Так-с. Раз я здесь, значит со здоровьем меня подкосило сильнее, чем смогла бы справиться Норана. Хотя чудо-девочка научилась распоряжаться анклавом не хуже меня. Частые развоплощения Кости на это как-то повлияли. Ещё немного – и мастеров у него будет двое. Даже не знаю, хорошо это или плохо… С одной стороны, если бы не она, никто не смог бы вытащить меня из анклава. Даже моё разрешение не позволяет это сделать. Так что я вполне мог бы там сдохнуть. С другой стороны… Не тесновата ли пещерка для двоих?
– Дайте одежду.
Немного добавляю королевской воли в атмосферу, поэтому мне быстро передают мои вещи. Чистые, свежие. Кто-то заранее позаботился. Ага, чувствую остаточный запах любимых лавандовых духов Лии. Кто, как не она. Нисколько не пожалел, что взял её с собой. Настоящее спасение. Вот голодно, а тебе раз – и бульона куриного. Холодно? Раз – и камин развели…
– Вы уже уходите, гранд-профессор? – Язвительный голосок Примуса ни с чем не спутать. А уж как быстро старикан появился, учитывая, что его кабинет в другом конце замка. Наверное, аж пятки сверкали, как узнал.
Медперсонал расступается. Примус с двумя инквизиторами.
Тру виски. Мне кажется или я это уже проходил? Вот только сейчас… что-то нестрашно. Я чувствую себя отдохнувшим, бодрым и… сильным. Сильнее, чем был до сотворения Тиши. Ведь именно так растут маги. Изнемогают, бедолаги.
Напяливаю рубаху.
– Уже ухожу, директор. Студентам нужно навёрстывать упущенный материал.
– О, не переживайте за них. Профессор Люпия любезно взяла на себя ваши обязанности.
– Люпия? Она же ботанка, – не особо любезно отзываюсь я о самой отвратительной бабе, которую встречал.
– Позвольте, я сам выберу, кто ботанка, а кто ботаник в моей академии. К нам наведались многоуважаемые господа. – Примус кивает на инквизиторов. – Они хотели бы побеседовать с вами о случившемся.
До этого момента у меня получалось не ссориться со святошами. Я не лез в их дела, они в мои. Но, по слухам, кто-то там сильно опасается за шаткое положение в Аббатстве и моё растущее влияние. На магию крови они глаза закрыли, но, видимо, Тишь – это уже перебор.
По всем критериям я должен был умереть, как элементалист-суицидник с огромным сосудом и открытым каналом. Такие – главное оружие Аббатства. Их обучают десятилетиями, промывают мозги и отправляют сотворить единственное, первое и последнее плетение в своей жизни. Если бы орда прорвалась ещё дальше, то один такой точно объявился бы. Но проблема в том, что тогда от стены не осталось бы и следа. Обычно их заклинания бесконтрольны и непредсказуемы.
Но я выжил.
Стал многоразовой атомной бомбой.
Лакомый кусочек…
Меня можно попробовать пленить, усыпить, вырубить, загипнотизировать, промыть мозги, шантажировать, угрожать, подкупить… И