Китан 4: Архипелаг забытых островов

Глава 1. Под белым флагом.

Шум волн, скрип весла, лязг цепи, шуршание паруса – эти звуки наполнили всю мою повседневную жизнь. Как и крики надсмотрщика и щелчки кнута, за которыми раздавались вскрики людей.

– И раз! Ровнее держи, сволочь! Весло – это тебе не женская ножка, его гладить не нужно! – Надрывался надсмотрщик, приправляя свою брать, ударами кнута. – Вы должны быть единым организмом, работать веслами, синхроннее, чем танцуют мальчики в облегающих гульфиках на праздниках благородных! Если из-за вас мы прибудем в порт даже на сутки позже, я попрошу у капитана и самолично высеку спину каждого из вас, до кровавых лохмотьев!!

Он прошел меж рядов лавок, за которыми сидели пристегнутые цепями рабы. С налитыми кровью от недосыпа глазами, он возвышался над каждым из бедолаг, поигрывая орудием наказания. Дойдя до конца, он от души стеганул по спине щуплого раба, и, сплюнув на днище, уселся на свой табурет.

– Зря старается. С той дерьмовой похлебкой, которую и пищей-то назвать язык не повернется, у людей попросту нет сил грести еще сильнее. – Повернувшись ко мне, тихо сказал сосед.

Тут он, конечно, был прав. Кормили корабельных рабов просто ужасно: рыбные потроха, разбавленные жиденькой похлебочкой, маленький сухарь хлеба и стакан воды в сутки. С таким рационом даже полностью здоровый мужчина уже через месяц столь адских условий, когда необходимо было прикладывать максимальные физические усилия, мог не выдержать. Большинство рабов выглядели как иссушенные скелеты, непонятно каким образом продолжавшие поднимать тяжеленные весла.

– Если рабам дать достаточно пищи и время для отдыха, в их головах обязательно станут бродить мысли о бунте и неповиновении. – Тяжело проронил я.

Сказал я это слишком громко и, испугавшись того, что мои слова могут долететь до ушей надсмотрщика, я обернулся, лягнув металлическим ошейником, к которому крепились звенья цепи. Нет, вроде пронесло. Пузатый ублюдок, отложив плеть, добивал свою порцию пищи, совершенно не обращая внимания на гребцов. Свою норму запугиваний и наказаний он уже исполнил и с чистой совестью приступил к трапезе. В ближайший час можно было немного расслабиться, не боясь, что за это тебя стеганут кожаным кнутом.

– Хе-хе. Ну ты и выдал, Китан! Бунт, неповиновение. Хе-хе, кхе-кхе. – Закашлялся в густую белую бороду мой сосед. – Да какое может быть, к демонам, неповиновение, когда мы за ноги и шеи, прикованы цепями к этому проклятому кораблю!

– Ключи у надсмотрщика. Рабов здесь много, если все…

– Тихо! – Старик огляделся по сторонам. – Тихо! Не болтай лишнего. Пару-тройку лун назад сидела здесь парочка отчаянных сорвиголов. Вроде как наемниками были с южного материка, прежде чем в рабство попасть. Они тоже бунт планировали, да рабов на него подбивали. Так сдали их! Другие рабы и сдали, за прибавку к питанию да место у передних весел. Тех двоих сперва исхлестали, так что лишь клоки кожи с них свисали, а после выбросили в открытый океан.

– Сурово. Но ведь рабов действительно много. Если захватить ключи да освободить всех, шанс есть.

– Нет шанса. – Опустил усталые глаза сосед. – Рабов много, но все они истощены до предела тяжелой физической работой и отсутствием питания. Многие морально сломлены и готовы лишь исполнять приказы надсмотрщика.

– Ладно-ладно, понял. Расскажи лучше о команде корабля. – Решил пока сменить тему я.

Как раз вышла подходящая минутка, так как барабанщик, стоящий у самого начала гребных лавок, и задающий ритм гребли, немного сбросил темп. Видимо, корабль поймал парусами попутный ветер и капитан решил дать рабам немного отдохнуть. Не из жалости. Нет. Просто в случае чего, если понадобится быстро убегать или догонять жертву, силы гребцов еще понадобятся.

– Команду? Хм. Ну да, тебя ведь принесли сюда без сознания. Хм. – Сосед пожевал бороду, расправляя уставшие плечи и работая затекшими пальцами. – Начнем с того, что корабль называется «Бурый Восход» и относится к классу «шахи». Корабли этого класса более других любят использовать пираты в здешних водах. Они отлично приспособлены к длительным океанским переходам, но при этом достаточно подвижны и неплохо вооружены для скоротечного боя. В общем идеальные суда для пиратов архипелага.

Тудум-тудум!

Барабан заиграл в более высоком ритме, и нам с соседом пришлось ускориться, быстрее работая веслом.

– Кхе-кхе. Что до команды. – Продолжил между тем старик. – Десятка два абордажной команды, десяток лучников-застрельщиов, расчеты двух скорпионов, ну тех орудий, что на палубе располагаются. Команда еще есть, ну всякие там рулевые, впередсмотрящие, я не силен в корабельных терминах, всех не знаю, но их еще десятка с два. Корабельный маг есть. По штату два или даже три положено, но у нас только один. Ах да, капитан еще – этот маг, правда, не знаю в каком он ранге. Но бакалавр, это точно. Ну и корабельные офицеры, разумеется. Боцман, шкипер, начальник орудий, командир абордажников, навигатор. Всех не упомню, но думаю, ты понял.

– С твоих слов вырисовывается не такая уж и большая команда. Нас примерно столько же будет.

– Тфу ты! Все о том же. – Косо глянул на меня сосед. – Забудь, выбрось эти бредовые мысли из головы. Бежать с корабля в открытом океане невозможно. А бунт… Часть перебьют, а для остальных это будет уроком. Да ты даже первый десяток подговорить на это дело не успеешь, как тебя сдадут, а затем повесят на рее. Гребцов здесь с полсотни, но мы не члены команды, мы рабы и дело наше – грести.

Старик отвернулся от меня, показывая, что разговор окончен. Я же тяжело вздохнул, закрыв глаза и машинально работая руками в заданном барабаном ритме.

Воспоминания, словно когти демона впивающиеся в мягкую плоть, пронзили мое сознание. Три недели как я находился на борту этого проклятого корабля. Почти месяц, как я попал в рабство и был прикован цепями к лавке, вынужден был изо дня в день, надрывая мышцы и спину, грести проклятое тяжеленное весло.

Гибель Клайва, Мишель, многих моих товарищей, болью отдалась в душе. Особенно гибель американца. Ведь пиратам мы попались по собственной глупости. Пройдя такой путь, пересекая кишащие тварями леса, выживая в схватках с зеленокожими гоблинами, так глупо и необдуманно попасться. Нас схватили, словно глупых куропаток, попавшихся в ловушку охотников. Причем, сами пираты эту самую ловушку и не выстраивали, удивившись этой случайной встрече не меньше, чем мы.

Очнулся я лишь спустя несколько суток. Голова раскалывалась, мышцы затекли от долгого пребывания в неудобной позе. Едва шевеля конечностями, я попытался подняться на ноги, но внезапно ощутил рывок, бросивший меня обратно на пол. Мне потребовалось долгих две минуты, чтобы понять, мои ноги и шея, были скованы металлическими обручами, к которым крепились цепи. Сам же я лежал на полу, в постоянно раскачивающейся комнате.

– Очнулся, дикарь?

Дверь открылась и в помещение вошел мужчина, одетый в серую, испачканную копотью ливрею. Одного взгляда на него было достаточно, чтобы опознать мага. Не особо сильного, но все же мага.

– Ты понимаешь наш язык, раб? – Между тем поинтересовался маг.

Слово «раб», меня сильно зацепило, но я все же решил пока не качать права, особенно учитывая мое нынешнее плачевное состояние. Так что я просто кивнул, не сводя глаз с засуетившегося у столика мага. Тот же, возился с многочисленными склянками и хрустальными приборами, даже не бросая взгляда в мою сторону.

– Повезло тебе, раб. Когда матросы приволокли сюда твою тушку, я уж было подумал все, отмучался дикарь. Вывихи, переломы, треснувшие ребра, большая потеря крови. Да весь твой организм, словно наизнанку вывернули. Пришлось потратить много сил, манны и дорогостоящих лекарств, чтобы поставить тебя на ноги. Если бы не дефицит рабов, которых мы так и не смогли захватить в этом походе, я бы с тобой и возиться не стал. Выбросили бы твою тушку в воду и дело с концом.

Долго возиться со мной корабельный маг не стал. Убедившись в том, что чувствую я себя более-менее сносно, он кликнул надзирателя и пару матросов, которые отконвоировали меня в соседнее помещение, ну или нижний трюм, где за вбитыми в днище корабля лавками сидели многочисленные гребцы.

Первые дни выдались самыми тяжелыми. Организм еще не успел оправиться от полученных травм, когда на него взвалили новую физическую нагрузку. А нагрузка была такая, что в первые дни моя спина была буквально сплошь покрыта рубцами от прилетающих ударов кнута. Надзирателю явно не нравилось как новый раб старался в любой удобный момент, немного передохнуть да дать возможность отдохнуть уставшим мышцам. Удары следовали один за другим, кнут свистел, высекая кровавые полосы на моей спине.

– Работай, раб, солнце еще высоко! – Обнажив гнилые зубы в усмешке, пророкотал надзиратель. – Таких дерзких как ты, я быстро ломаю. Седмица-другая и будешь мне ноги целовать ради лишнего куска хлеба. А еще раз посмотришь на меня так косо, я привяжу тебя к столбу и буду стегать, пока кожа лохмотьями не слезет!

Пусть я и был скован цепями, тело ломило, а источник был пуст и искорежен, не позволяя применить даже малейшее магическое усилие, пропускать такие слова я не собирался. Плевать, кем себя возомнил этот пузатый ублюдок, но я собирался продать свою жизнь подороже. Во всяком случае, примерять на себя участь раба я точно не собирался. Именно в тот момент, когда я уже собирался повиснуть на спине уходящего надсмотрщика, чьи-то сильные пальцы, словно когти грифа, впились в плечи.

– Тихо, парень. Спокойнее. Если ты хочешь дожить до старости, то вырабатывай в себе терпение и смекалку. – Прозвучал у меня над ухом тихий старческий голос. – Терпение поможет пережить самые суровые времена, а смекалка не позволит в них вступить. Словно в кучу навоза.

Так я и познакомился со своим соседом по лавке и гребле этим проклятым веслом. Лагрим был невысоким мужчиной, с болезненно белой кожей, и потускневшими голубыми глазами. Из-за долгого пребывания в темном помещении, где отсутствовал солнечный свет, его легко можно было спутать с призраком. Особенно, учитывая его длинную седую бороду и выступающий сквозь тонкую без малейшей капли жира кожу, скелет.

Лагрим не только спас меня в тот момент, но и на все ближайшее время стал моим близким другом и наставником. Он не был магом, и в этом плане ничего не мог дать. Но прежде, чем попасть в рабство, старик полжизни провел, преподавая в Сгарском университете. Он стал тем самым ключом, что открыл мне двери познания в новый мир. За то время, что мы провели, вращая веслом, он поведал мне об истории различных стран, посвятил в геополитику, объяснил структуру построения общества в различных уголках мира, и рассказал о взаимоотношениях между различными классами общества.

Лагрим оказался для меня самым настоящим кладезем информации и я был готов днями и часами слушать его рассказы и объяснения о различных событиях, происходивших в истории той или иной страны. Все это было для меня ново и я, словно губка, впитывал себя знания, которыми делился сосед. Пусть я и был прикован цепями, пусть находился в незавидном положении раба, но знания о внешнем мире, попросту не могут быть лишними.

Да и надолго задерживаться в рабстве я, разумеется, не собирался. Стоило только восстановить свой источник, собрать силы и дождаться подходящего момента. Но сейчас об этом можно было лишь мечтать, ведь искореженный, искалеченный источник восстанавливался удручающе медленными темпами. Даже в тот раз, после предательства Аган, когда я едва не выжег себя изнутри, источник силы восстановился куда быстрее. Всего через неделю, я уже мог использовать простейшие заклинания, через две, он почти приобрел свою обычную яркость. Но в этот раз, все было не столь радужно. Прошло уже больше трех недель, а все, на что я был способен – это зажечь крошечную искорку на кончике пальца. Да и то, на это уходили все силы, что я копил в течение дня.

К счастью, когда мое бессознательное тело принесли к корабельному магу, источник находился в столь плачевном состоянии, что был совершенно не виден постороннему наблюдателю. Если бы пираты знали что за веслами у них сидит маг, то со мной, поступили бы совершенно по-другому. С каждым днем, когда источник постепенно возвращался в норму, я все больше опасался, что маг заметит всполохи силы у себя под носом. Пока высшие силы меня миловали, и корабельный маг был занят куда более важными делами, чем приглядываться магическим зрением к рабам. Но сколько еще будет длиться подобная удача – я не знал.

– Знаешь, Китан, Архипелаг забытых островов или как его называют в народе, пиратский архипелаг – это удивительное природное и историческое явление. В прошлом, кхе-кхе. Когда великие империи соперничали между собой за укрепление сфер влияния и расширение колоний на восточном материке, эти острова играли важнейшую роль в торговых и военных маршрутах. Именно через них проходили важнейшие логистические коридоры, происходили переброски войск и товаров. Да-да, самые крупные тамошние города изначально закладывались переселенцами из окраин империй. Это сейчас там выросли пиратские порты, не дающие покоя торговым судам, пересекающим океаны. А раньше весь архипелаг был поделен между империями и еще несколькими крупными королевствами, участвовавшими в колонизации. Они выстраивали первые гавани, возводили дома и укрепления. Позже паромные и лодочные переправы между островами. Налаживали верфи и запускали кораблестроение.

Лагрим мог говорить бесконечно, в красках и с восторгом смакуя каждый момент истории, в подробностях превознося то или иное событие. Я же, навострив уши, старался уловить и запомнить каждое его слово, попеременно оглядываясь через плечо и подмечая, не подобрался ли к нам надзиратель. На общение между рабами был наложен строгий запрет и, пойманные за подобным, легко могли быть высечены пузаном, а после засажены по разным местам, дабы исключить возникновение новых разговоров. К счастью для нас, шума в трюме было предостаточно, так что тихий монолог старика, не долетал до лишних ушей. Скрип весел, монотонный бой барабана, шум волн, свист паруса, кашель, лязг цепей – все это создавало целую какофонию звуков, за которой мы могли скрывать свои перешептывания.

– История – это интересно, Лагрим, но раз уж мы плывем на этот архипелаг, может, расскажешь мне о его современном устройстве? – Тихо попросил я. – В первую очередь меня интересует главное – это единое государственное образование? Как там с законами, и какие порядки?

– Боги милостивые! Да о каком единстве и законах ты говоришь, когда речь заходит о пиратах. Это ведь преступники: беглые каторжники, убийцы да насильники – самые натуральные отбросы общества, связавшие свою жизнь с морским разбоем. На архипелаге множество различных пиратских кланов и островов, в укромных бухтах которых, они скрывают и ремонтируют свои суда, готовясь к новым рейдам. Обычно это крошечные островки, на которых есть одно-два маленьких поселения. Закон… закон в таких поселениях устанавливается и поддерживается самими пиратами. Так что он не только разнится от поселения к поселению, но и легко может игнорироваться. Особенно если кланы начнут междоусобную разборку или решат, что их ущемили в доле добычи.

Старик замолчал и мы, опустив головы, стали грести быстрее. Проходящий мимо надсмотрщик, лишь окинул нас злым взглядом, а секунду спустя уже стегал по спине впередисидящего раба, который, по его мнению, прикладывал не достаточно усилий.

– Подобных пиратских кланов на островах, как блох на бродячей собаке. Порой они объединяются и заключают альянсы ради грабежа особо зубастой добычи. Затем подобные союзы быстро распадаются, а вчерашние союзники, без зазрения совести, режут друг друга почем зря. Другое дело обстоит в крупных городах. На архипелаге их всего три и контролируют их самые крупные пиратские обледенения. Вот там действительно царит закон и порядок. Назначенные управляющие, наводят порядок и поддерживают соблюдение правил, которым должны следовать все без исключения. Это действительно крупные города, со множеством жителей, защитными бастионами и городской стражей. Там крупные порты и верфи, где можно капитально отремонтировать свое судно или заказать новое. Рынки, банки, всевозможные лавки, торговые союзы и ростовщики со всего мира. Именно там пираты сбывают наворованное добро, после чего прокучивают заработанные деньги.

– А торговцы не боятся соваться на пиратские острова?

– Чего им бояться? Прежде всего, они покупают защитную грамоту у одного из пиратских кланов. Таких торговцев запрещено трогать, чем те, собственно говоря, и пользуются, выкупая здесь нужные товары и продавая их на материке. Я тебе даже больше скажу: отдельные страны находятся с пиратскими кланами в добрых отношениях.

– И мы плывем в один из таких городов? – Поинтересовался я.

– Хе-хе. Сперва, зайдем в клановый порт, ну а дальше, обязательно посетим город Мирдам. Особо добычи в плаванье не было, но матросы устали и желают отдохнуть. Да и капитану нужно пополнить припасы перед новым рейдом. Но если ты решил посмотреть город – забудь. Мы – рабы, и дальше этого трюма нас не пустят. На землю сходит только команда.

Старик говорил еще долго, в красках расписывая взаимоотношения тамошних жителей, купцов и пиратов. Я же глубоко задумался, слушая его вполуха. В сущности, для меня из того положения раба, в котором я оказался, был всего один выход. Пытаться бежать сейчас, было попросту некуда, поскольку вокруг океан и бескрайняя голубая водная гладь. А значит, лишь на земле у меня появится, пусть и не большая, но все же возможность бежать из рабства. Конечно, все зависело от скорости восстановления моего источника, ведь без магии шансов покинуть этот трюм я не видел. И вот как раз здесь дела обстояли далеко не самым лучшим образом. Источник восстанавливался столь удручающе медленно, что впору было хвататься за голову. С другой стороны – была небольшая надежда, что преодолев определенную грань исцеления, источник станет восстанавливаться гораздо быстрее. Но это были лишь мои домыслы, которые оставляли немалую почву для волнения.

– С дороги!

Раздавшийся крик заставил меня вздрогнуть, а сидящих рядом рабов, боязливо сжаться, вращая головами в ожидании наказания. Но ударов не последовало, ведь крик здоровенного лысого детины был направлен вовсе не на гребцов, а на пузатого надсмотрщика, зазевавшегося и не успевшего уступить дорогу. Лысый откинул пузана со своей дороги, словно безвольную, невесомую куклу и, как ни в чем не бывало, рванул дальше меж лавок, к задней комнате.

– Интересно, это на кой помощнику капитана так срочно наш маг понадобился? – Задумчиво протянул старик. – Чую, грядут неприятности.

– Работать, сволочи!

Надрываясь, орал толстяк, безостановочно нанося удары кнутом, вымещая свою злость на неспособных дать ему отпор рабах. Его красное лицо обливалось потом, зубы были сжаты, а тройной подбородок, подпрыгивал, складываясь гармошкой при каждом движении. Не будь на мне сейчас кандалов, я бы с превеликой радостью объяснил этому выродку рода человеческого, почему так делать не стоит. Но нет. Не сейчас. Старик был прав, всему свое время. В этот миг я дал себе клятву, если выберусь из этой переделки, то любым способом найду пузатого, и закончу наше неприятное знакомство.

– Правый борт, поднять весла! Левый борт, ускориться! Барабанщик, усилить темп! – Выйдя из комнаты, отдал приказ Лысый. И уже повернувшись назад, добавил. – Почтенный Но-аш, запускайте уже свою проклятую машину. Времени совершенно не осталось. Вокруг туман и впередсмотрящий заметил их лишь сейчас. Капитан приказал запустить двигатель в ближайшие пять минок, так что вы уж постарайтесь.

С этими словами лысый быстрым шагом пересек трюм и, громыхая сапогами, скрылся на лестнице. Гребцам было не до того, они изо всех сил, старались выполнить приказ, подстроившись под новый ритм барабана. Надсмотрщик вновь свирепствовал, стараясь выжать из уставших и изможденных рабов последние соки.

– Что происходит? – Шепнул я Лагриму.

– Одно из двух: либо мы заметили подходящую цель и готовимся к погоне, либо совсем неподходящая цель заметила нас, и мы готовимся драпать. – Хихикнул старик. К счастью, занятой поркой пузан его не услышал.

– А двигатель? Тот лысый сказал магу, чтобы он двигатель запустил, я сам слышал.

– Конечно, на корабле есть двигатель. Это такое устройство, толкающее корабль вперед по воде с внушительной скоростью.

– Я знаю что такое двигатель. – Шикнул на пустившегося в объяснения старика, я. – Меня интересует, на кой чёрт мы гребем эти треклятые весла, раз на корабле есть как парус, так и двигатель?!

– Ха-ха, кхе-кхе. Ты поражаешь меня знаниями в одной области, и их полным отсутствием в другой. Порой мне кажется, что ты из благородных, ведь у тебя чистая и хорошо поставленная речь, но ты не знаешь столь простых истин, которые знает даже ребенок!

Старик замолчал, дожидаясь пока надсмотрщик пройдет мимо, наседая на очередного бедолагу в переднем ряду. Пожевав бороду, он продолжил.

– Сам по себе двигатель – это не роскошь. Почти все капитаны устанавливают его на свои суда. Роскошь – это постоянно заправлять его. Ведь кристаллы-накопители корабельных двигателей могут заряжать лишь маги воды. Стоит это баснословных денег, да и зарядка проводится сразу двумя-тремя магами в течение седмицы. Ну, время, конечно, варьируется, в зависимости от силы мага, но думаю, ты понял. Так что капитанам проще содержать полсотни гребцов-рабов, чем расходовать драгоценную манну на обычный путь. Само устройство включают только в тех случаях, когда нужно догнать особо шустрого торговца. Ну, или убежать от особо ретивого конкурента, или патрульного корабля.

В следующий миг раздался оглушительный грохот, а затем свист пролетаемого снаряда и шипение воды. В ответ с нашего корабля раздалось сразу два взрыва и ответные «подарки» удалились в сторону противника.

«Морская романтика, чтоб ее черти взяли!». – Подумал я, активнее работая веслом.

Глава 2. Город пиратов.

– Эта проклятая жара доконает меня быстрее, чем гребля этим демоновым веслом и отсутствие нормальной пищи!

Логрим потянулся и его старые кости громко хрустнули. Мне было больно смотреть на своего соседа. По сути, он превратился в иссушенный скелет, в котором по непонятным причинам, все еще теплилась жизнь. Если бы не очевидные доказательства обратного, я бы предположил, что он был мертвяком, поднятым опытным некромантом. Конечно же, все рабы выглядели не лучшим образом. Особенно те из них, кто провел за веслами не один год. Но старик был исключением даже из этого правила.

Частенько захаживающие в наш трюм по своим делам матросы, из раза в раз спорили, делая ставки на то, сколько еще протянет мой сосед. Из их разговоров я понял, что многие уже расстались со своими деньгами, уверенные, что прожить он долго не сможет. Но к их безумной печали, Логрим все еще был жив и сейчас, сидя рядом со мной, самозабвенно гонял вокруг себя мух и комаров. Мелкие кровососущие паразиты заполнили наш отсек корабля, когда мы еще только подходили к берегу. И теперь, жужжа, словно насмехаясь над неразумными людьми, комарье устраивало себе самый настоящий кровавый пир. Одетым в одни набедренные повязки, прикованным к лавкам рабам, было не просто отбиваться от роя кровососущих паразитов, желавших воткнуть свои жала в исхудавшую плоть невольников.

– Проклятые паразиты! Больше мошкорья, чем на этих островах я встречал лишь на эльдорских болотах в южных провинциях империи. – Пожаловался старик, хлопком убивая очередного кровососущего гада.

– Да плевать я хотел на комаров. Не понимаю, почему ты так спокоен, когда корабль, вот уже двое суток стоит в этом проклятом порту. – Зло прошептал я. – Ты вообще уверен, что капитан решит зайти в Мирздан, прежде чем выйти в новый рейд?

– Уверен. – Безмятежно отозвался сосед. – Нынешний рейд был совсем неудачен в плане добычи. Капитану нужно объясниться перед своими союзниками по альянсу. Да еще пережить голосование, ведь за место неудачливого лидера будет разворачиваться самая настоящая битва.

– А если…

– Никаких если! – Отрезал старик, косясь на других рабов, сидящих неподалеку. – Сегодня-затра корабль пойдет в Мирздам. Команде нужно отдохнуть и пополнить запасы продовольствия. Здесь это сделать не выйдет.

Логрим молчал несколько минут, задумчиво глядя в потолок и жуя свою бороду. Наконец, он вздохнул, сложив на груди руки, прислонился спиной к веслу. Его помутневшие глаза уставились на меня, словно желая прочитать мысли.

– Не переживай, Китан. У тебя появится возможность бежать с этого треклятого корабля. И появится она в самое ближайшее время. Просто действуй, согласно нашему плану. Поверь, я здесь уже пять долгих лет и за это время продумал план побега до мелочей.

– Хреновый план, друг. Бежать сможет только один. – Хмуро прошептал я.

– Какой есть. – Хмыкнул старик. – Посмотри на меня. Во мне уже почти не осталось жизни, и держусь я лишь из-за упрямства, не желая так просто сдаваться костлявой. Да я просто не хочу подыхать рабом. Это будет мой прощальный подарок демонову кораблю и этой проклятой команде.

– Я в силах вытерпеть еще одно плаванье в качестве гребца. – Через силу протянул я. – За месяц-два, мои силы полностью восстановятся и бежать станет куда проще.

– Уверен, еще одно плаванье мне не пережить. – Спокойно ответил старик. – На счет тебя – не знаю сколь могучий ты маг. Самоучка – есть самоучка. Но даже если тебе удастся вырваться, что дальше делать собираешься? Это пиратский архипелаг и здесь царят свои законы. Капитан попросту кликнет членов своего альянса на помощь. Да и власти города и тот пиратский альянс, что его контролирует – думаешь они не выдадут беглого раба? Особенно когда за его спиной не стоит крупная сила, способная вступиться.

– Судя по твоим же рассказам, Мирдам расположен на достаточно крупном острове, большая часть которого, покрыта густыми джунглями.

– В леса уйти хочешь? Плохая идея. – Качнул головой старик. – Среди местных много охотников и рыбаков, знающих остров и тамошние леса, как свои пять пальцев. Поверь, тебя найдут очень быстро и даже магия не поможет. Ведь у пиратов есть свои маги. Скажу даже больше, в Мирдаме, обитает беглый магистр, не чурающийся браться за грязные заказы. Так что, действовать будем по моему плану. Поверь мне парень, вынашивал и продумывал его я очень долго. Это сработает. От тебя нужно лишь четкое соблюдение того, о чем я говорил. Постарайся не похерить все мои усилия. Ты еще молод и, надеюсь, проживешь достойную жизнь.

Старик закрыл глаза и уже через полминуты блаженно посапывал, присоединившись к другим спящим рабам. Для этих людей каждая свободная минута использовалась для сна, для восстановления сил. Тратить время на болтовню, особенно когда за это может нехило влететь плетью, здесь считалось блажью.

Мне не спалось. Сидя в окружении храпящих и посапывающих людей, я просто глядел в потолок, обдумывая свою жизнь. Все, через что я прошел в этом треклятом мире: выживание, бегство, бесконечные сражения и гонки со смертью. Но больше всего, конечно, в душе отдались болью воспоминания о погибших товарищах – тех, с кем я начинал свой путь и кто навечно остался под сенью чертовых лесов. Даже Гамар, ставший не то наставником, не то врагом, незаметно для меня самого, стал если не другом, то близким товарищем, на которого можно было положиться. Во всей этой круговерте боли, лишь смерть проклятого черепа, доставила мне неописуемое удовольствие. Очень хотелось верить, что сейчас душа рогатого горит в самом глубоком котле ада. В месте, откуда ублюдок не сможет выбраться, ни смотря, ни на что.

А ведь в рабстве я уже больше двух месяцев. Не смотря на слова старика, будто путь до архипелага занимает не более пары недель, мы словно безумные носились по всему океану, делая длинные крюки в поисках подходящей цели. Капитан все надеялся перехватить запоздалого торговца, спешащего успеть пересечь океан до начала штормов. Но, к разочарованию команды, мы наткнулись лишь на военный корабль Родвалии, от которого пришлось быстро драпать, попутно отстреливаясь из всех возможных орудий.

Частенько спускавшийся в трюм, для общения с магом, капитан, выглядел мрачнее тучи и явно был недоволен сложившейся обстановкой. Даже до рабов доносились отдельные сплетни и переговоры матросов, ставящие капитану в вину отсутствие добычи и неправильный маршрут, на котором доблестные сыны удачи не смогли найти себе жертву. Все это, конечно, рабам было безразлично, но лично для меня представляло большую ценность. Ведь важной частью плана старика являлась неспособность капитана идти до конца и его желание договориться в сложной ситуации. Ведь если он наплюет на правила и решит добиваться своего силой, то мой побег серьезно осложнится. С этими неспокойными мыслями я и не заметил, как провалился в дрему.

Лагрим оказался прав. К вечеру корабль отдал швартовый и вышил в море, а уже к утру, за бортом корабля, можно было расслышать разноголосый гул толпы. Меж лавок по коридору то и дело сновали радостные матросы, весело обсуждая меж собой, куда они заглянут в первую очередь – в кабак или может сразу в бордель. Даже надсмотрщик временно отложил плеть, и, достав из-под стола небольшой кошель, теперь выкладывал столбиками свои серебряные монеты. На его лице происходил труднейший мыслительный процесс. Видимо, бедолага, не умеющий считать, пытался понять, хватит ли ему денег на все задуманные развлечения.

– Время пришло, Китан. Мы уже в порту Мирздама. – Шепнул старик.

– Проклятье, ты уверен, что выберут именно тебя?

Как всегда в критических ситуациях меня била крупная дрожь. Пришлось сделать даже минимальное магическое усилие, прогнав каплю манны по телу, чтобы избавиться от волнения.

– Кхе-кхе. Да не волнуйся ты! Говорил же, я все продумал. Да и кого могут выбрать вместо меня? Кто еще среди этих необразованных рабов умеет считать?

Спорить я не стал. Старик провел в этой компании не один год и, думаю, знал о чем говорил.

– Ты главное сам не оплошай, парень. Очень хочется верить, что я отдаю свою жизнь не зря.

Суета вокруг нарастала, матросы все копошились. Даже корабельный маг покинул свою комнату, удалившись на верхние палубы. С каждой минутой старик становился все мрачнее, вглядываясь в лица пробегающих мимо нас членов экипажа. На его лбу даже выступили капельки пота, и я уж было подумал, план полетел ко всем чертям. Но, наконец, к старику подошел один из офицеров.

– Вставай, Логрим! Пойдешь с командой за покупками. – Велел он.

Тут же к старику подскочил надсмотрщик, снимая цепи и подобострастно глядя на офицера.

– Теперь главное, Китан. Нужно найти матроса, которого я приметил.

Старик стоял на месте, судорожно вглядываясь в лица проходящих мимо.

– Ты уверен, что у него есть перстень?

– Уверен. – Кивнул Логрим. – Он приходил ко мне, узнать, настоящее ли это золото, так как зам ни шиша в этом не разбирается. Пираты собирают всю добычу в одну кучу, а после плаванья делят ее на доли и выдают членам экипажа, согласно должности и заслуги в рейде. Но есть и те, кто считает, будто им мало одной доли и прикарманивают немного, в тайне от остальной команды. Наш как раз из таких.

– Остальные не знают о перстне?

– На наше счастье. Кхе-кхе. Перстень, это шанс для тебя. Не упусти его и сделай все в точности, как я сказал!

– Эй, раб, пошевеливайся! Я не собираюсь таскаться с твоей старческой задницей по рынкам до захода солнца. – Зло рыкнул на старика один из матросов.

Его можно было понять: вместо развлечений, в которые с пристани окунется вся остальная команда, их отправляют бродить по рынку да лавкам, скупая необходимые в походе мелочи. А так как старик был единственным, за исключением офицеров и магов, кто умел считать деньги и товары, матросам еще и предстояло таскать с собой раба, следя не только за ним, но и за его безопасностью.

– Вот он! – Внезапно улыбнулся Логрим. – Было приятно познакомиться с тобой, Китан. Время, проведенное с тобой в беседах, стало самым приятным за последние годы рабства. Не упусти шанс!

С этими словами старик нагнулся, казалось, чтобы поправить сползший кусок ткани, заменявший ему обувь, но на самом деле он извлек из-под лавки давно припрятанный кусок корабельной доски. Небольшая щепка с ладонь размером, за долгое время заточенная до поразительной остроты. Когда черноволосый матрос с оспинами на лице поравнялся с нашей лавкой, старик резко разогнулся и одним точным ударом всадил щепку в глаз пирата.

Можно было не гадать – удар был смертельным и старик набросился на оседающее тело, повалив его на пол. Вокруг поднялся шум: кричали рабы, стараясь отодвинуться подальше от происходящего, свистела плеть, матросы схватились за оружие. И лишь старик прибывал в полном спокойствии. Лишь я заметил, как его пальцы залезли под пояс мертвеца, извлекая золотой перстень.

С дикими криками матросы кинулись рубить старика саблями, нанося безостановочные удары. Во все стороны хлынули брызги крови и пошатнувшийся Логрим с последним усилием шагнул назад, заваливаясь прямо на меня. Почувствовав, как в ладонь мне упирается перстень, я сжал кулак, в последний раз взглянув в лицо улыбающегося старика.

– Проклятье! На кой ляд вы изрубили старика? – Бушевал помощник капитана.

– Этот ебу…й раб убил Йома. Ты хотел, чтобы мы такое спустили?! – Не менее воинственно отвечали матросы.

– Дааа? Плевал я на Йома, он был крысой и видимо успел достать даже рабов. Мы бы повесели старика или скормили акулам, но только после того как он бы закупил все необходимое. Кто теперь на рынок пойдет, я? Или может капитана с магом попросить? Чего замолчали шакалы?

– Может, кто еще из рабов умеет считать? – Несмело предположил матрос.

– Один он у нас такой был. – Рыкнул лысый помощник. – Теперь вы…

– Я умею считать. – Тихо, но уверено сказал я.

В трюме установилась звенящая тишина, все взгляды были обращены ко мне. Рабы смотрели с испугом, надсмотрщик с яростью, матросы с надеждой, а помощник капитана с сомнением.

– Хм. Умеешь, говоришь? Если к пяти прибавить двадцать один, сколько будет?

– Двадцать шесть.

– А к двадцати шести еще восемь?

– Тридцать шесть.

– Хм, действительно умеет. – Протянул лысый, уже обращаясь к матросам. – Повезло вам. Берите этого раба, забирайте деньги у шкипера и бегом на рынок. Если хоть что-то из списка я не увижу к вечеру, портовые шлюхи не получат сегодня вашего внимания. А ты, раб, торгуйся до последнего. Шкипер всегда дает меньше чем нужно, а купить необходимо все.

Я не спорил, лишь склонил голову в низком поклоне, стараясь выглядеть в глазах моих конвоиров как можно более безобидно. Но матросам было по большей части плевать, их разум занимала лишь скорая выпивка да поход по шлюхам. Пока мы выбирались на палубу, да сходили по трапу на берег, они то и дело переговаривались, сетуя на то, что именно их отрядили на это проклятое задание.

Деревянные доски трапа скрипели под нашим весом, немного прогибаясь и расшатываясь. После долгих месяцев морской качки, вестибулярный аппарат был неслабо расшатан, и мне приходилось балансировать, чтобы не свалиться в дурно пахнущую воду. Получая тычки в спину от конвоиров, требовавших поторапливаться, я спустился на пристань, и едва сдержался от желания распластаться на берегу. Наконец, под моими ногами ощущалась твердая почва. Это, казалось бы, простое явление, вернуло мне не только спокойствие, но и некоторую уверенность, как в себе, так и в плане, который предстояло в скором времени реализовать.

Проведя рукой по набедренной повязке, я ощутил спрятанный там перстень. Оставалось лишь надеяться, что он не выпадет за время пути и его не заметят мои конвоиры. Ведь от него действительно зависело очень многое и потеря этого кольца, поставила бы крест на дальнейших планах.

– Живее, раб. Шевели своими клешнями, пока я не высек тебя на ближайшем столбе. – Зло сплюнул один из матросов.

– Да брось ты, Верк. Хорош шпынять раба. Клянусь дохлой рыбой, раньше захода солнца мы в любом случае не управимся. Еще ведь придется мешки обратно на корабль тащить. Будет у нас еще время поразвлечься – раньше чем через двое суток, капитан вусмерть пьяных матросов с берега не соберет.

Усмехнувшись про себя, я скосил глаза на беззаботно болтавших пиратов. Что им еще от жизни нужно? Пограбить, получить солидную добычу, обильно пролитую кровью, да спустить все полученные монеты на шлюх да выпивку! Прекрасная у них жизнь получается: сегодня ты зарезал и кутишь на награбленное, а уже завтра твой пьяный приятель тыкает тебя ножиком под ребра, забирая из твоего кошеля последние монеты, и уже дальше кутит он – сказка, а не жизнь, особенно для таких… пиратов.

Ни грамма развития или стремления к чему-то большему. Да, возможно их интересуют богатства и власть, но прикладывать усилия ради самосовершенствования, они явно не станут. Сколько было разговоров среди гребцов, дескать, подсидит лысый помощник своего капитана, возьмет себе на голосовании капитанскую треуголку, и вот тогда совсем тяжко придется. Подсидит, как же. Помощник капитана, второй человек после него, даже не может провести элементарные расчеты. Тридцать шесть, чёрт возьми, а ведь он офицер. Чего в таком случае ждать от простых матросов.

Город был действительно большим. Конечно же, в сравнении с мегаполисами моего родного мира, он мог бы уместиться как раз в один район современного города. Но в этом мире Мирдам потрясал своими размерами. Логрим как-то упоминал, что этот пиратский анклав входит в тридцатку самых крупных городов мира. Что ж, глядя на него, можно было в подобное поверить.

Город раскинулся в укромной природной бухте, со стороны выглядевшей словно крабья клешня. Крупный порт с десятками пристаней, уходящих на сотни метров от берега, многочисленные закрытые склады, сложенные из толстых досок, бесконечные горы разнообразных коробов и бочек, стоящих вдоль всего причала, скрываясь от солнца под натянутыми тентами. Несколько каменных башенок, на вершинах которых расположились лучники-наблюдатели. И внушительный каменный дом, окруженный крепостной стеной в миниатюре, расположившийся в самом центре этого торгового беспорядка.

– А что это за крепость-дом? – Поинтересовался я у матросов.

– Слышь, раб, ты совсем стра…

– Расслабься, Верк, дикарь видимо впервые настоящий город посетил.

Видно этому матросу хотелось поболтать. Еще бы, с приятелями за время плаваний можно было обсудить уже все существующие на свете темы. А тут нечто новое. Да и всегда приятно побыть умным, «посвящая» невежественного дикаря в прописные истины.

– Перед тобой, дикарь, резиденция управляющего портом. Здесь, в Мальме, считай это вторая должность после алькада – так здесь именуют главу города. Само здание еще является и логовом портовых чиновников, в чьих бумагах отмечаются капитаны прибывших судов. Здесь же выплачивают налог на привезенные товары и заключают договор на аренду причала.

– Ага, а во время осады, домик еще выступает в качестве укрытия для близлежащих портовых районов. Помните как три года назад, когда Мальм осадил Родвалийский флот и высадил в гавани десант? Только в этом форте и спаслись. – Подхватил другой матрос.

– Там ведь две роты наемников расположились. Алькад не скупится на их оплату, так что роль городской стражи исполняют опытные солдаты.

– Дааа. Таким палец в рот не клади – по локоть откусят. А ведь было бы славно пощипать зданьице – говорят, портовую казну вывозят лишь раз в седмицу, там должно много золотишко подсобраться. – Мечтательно закатил глаза Верк.

– Закатай губу! Казну грабить он собрался! А что делать будешь, когда альянс трех звезд прейдет с тебя спросить? У них полтора десятка кораблей под флагом ходит.

Матросы пустились в долгое рассуждение о силах пиратских альянсов и о количестве припасенного ими золота. Мне до их спора дела не было. Не обращают на меня внимание – и слава богу! Пока мы не добрались до нужной цели, меня больше интересовала окружающая архитектура. А посмотреть здесь было на что.

Выйдя за пределы порта, мы попали в жилые районы самого настоящего средневекового города: узкие улочки, выложенные неровным камнем, и извивающиеся по сторонам грунтовые дорожки, больше похожие на одну сплошную лужу, в которой хорошенько так перемешали комья грязи. Небольшие, одно или двухэтажные, домишки, сложенные из известняка с вкраплением каменных осколков, видимо набираемых строителями с окрестных скал. Окна в таких домах напоминали скорее узкие бойницы, перегороженные металлическими решетками и деревянными ставнями, при взгляде на которые было хорошо видно, что сделаны они из добротных и прочнейших досок. Окружены такие жилища были каменными заборами, со все теми же выбитыми в них бойницами, сквозь которые осажденные могли отстреливаться. Можно было только догадываться, как часто здесь происходили городские бои, раз жители столь серьезно подходили к своей безопасности.

Буквально из каждого двора доносился лай, а сквозь прутья ворот, на прохожих оскаливались песьи морды. Да и сами дворы, которые мне удавалось разглядеть сквозь решетки, напоминали скорее не сады с цветами и фруктовыми деревьями, а узкие, пустые подворья, где каждый клочек земли хозяева старались отвести под дополнительные рубежи обороны.

Ситуация изменилась, когда мы миновали нижние городские кварталы, выйдя на огромную рыночную площадь. Нужно сказать, что сам город поднимался от воды, и уходил вверх по склону невысокой горы. И если пристань, доки и портовый район расположились у самого берега, то кварталы поднимались верх и чем выше мы забредали, тем богаче и презентабельнее казался город. Появились даже первые роскошные особняки, чьи стены были инкрустированы мраморными фресками, резными колонами и витражными окнами. Правда и здесь не обошлось без зашитых сооружений, но стоит отдать должное богачам. Они уделяли внимание не только обороне, но и привлекательности своих жилищ. Здесь каменные оборонительные башни соседствовали с прекрасными садами, засаженными разнообразными цветами всех форм и расцветок. Высокие каменные стены были увиты виноградными лозами, а кованные железные ворота покрыты красивой резьбой, выполненной талантливыми художниками.

– Не зевай и смотри по сторонам, раб! Это самый крупный пиратский рынок – здесь оглянуться не успеешь, как тебя обчистят и сопрут даже панталоны. Так что не зевай, ты ведь тоже имущество, и умыкнуть тебя могут, как и кошель с пояса. – Гоготнул один из матросов.

Я отвернулся, боясь, что он сможет прочитать в моем взгляде обещание скорой расправы. Теперь, когда источник частично восстановился, и я был даже способен применять некоторые не слишком энергозатратные заклинания, уверенность в своих силах заметно возросла. С другой стороны, если план удастся, то и применять чары не потребуется. Сейчас для меня главным было каким-то образом оторваться от своих конвоиров. Мои дальнейшие действия они увидеть не должны: ведь не смотря на почти полное отсутствие мозгов, эти вояки не были полными идиотами. Необходимо было скрыться, но как это сделать, когда тройка пиратов, ни на шаг от меня не отставала, я пока не представлял.

Рынок был и впрямь огромен: бесконечные торговые ряды, проходящие через всю площадь, многочисленные лавки и магазины, палатки торговцев, продающих всевозможные товары, от специй и пшеницы, до оружия и магических оберегов. Мы шли от прилавка к прилавку, и матросы набирали необходимые товары, оставляя мне считать монеты и торговаться с продавцами. За два часа блужданий и бесконечных покупок, набралось немало тюков, которые приходилось тащить за собой.

– Хр..н ли мы все это носить будем. Солнце высоко, сейчас прожжет мне макушку.

– Есть предложение, Верк? – Устало смахнул пот со лба пират.

– Как же не быть?! Завалимся в таверну, пропустим кружку-другую ароматного эля.

– Спятил? Мы на задании. Помощник капитана с нас шкуру спустит!

– Я сказал кружку-другую пропустить, а не нажраться как свинья. В списке же есть перечень зелий и притирок для нашего мага. Вот пусть раб этим и займется. Аптека тут одна, а очередь там не дайте боги. Пускай там постоит, а мы пока поднимем кружку на удачу грядущего похода.

Предложение понравилось всем. Особенно мне, пусть я и постарался максимально скрыть радостный блеск в глазах. Матросы проводили меня в аптеку и, отобрав мешок с деньгами, приказали занимать место в очереди.

– Смотри, раб, твой ошейник это не просто полоска метала. Снять ее ты не сможешь, а по ней наш маг легко тебя найдет, в какую бы крысиную нору ты не спрятался. Так что без глупостей! – Грозно возвышаясь надо мной, сказал пират. – Мы будем часика через полтора, как раз очередь должна подходить.

С этими словами, посчитав, что достаточно меня напугали, матросы удалились, скрывшись в толпе. Проклятье, а ведь я даже не смел надеяться на подобную удачу! На случай возвращения моих конвоиров, отстояв еще десяток минут, я незаметно покинул очередь, выйдя из аптечной лавки. Пришло время заняться своими делами. И я очень надеялся, что все удастся столь же легко, как задумывалось Логримом.

Спрятавшись за ширмой одного уличного торговца, я сделал небольшое магическое усилие и, произнеся слово-ключь, открыл пространственный карман. Сейчас я был готов возносить молитвы благодарности всем и каждому за то, что в свое время мне в руки попалось это прекрасное заклинание. В моем пространственном кармане хранились целые горы золотого песка, собранного нашими добытчиками в русле реки, сотни разномастных драгоценных камней, отобранных у отряда мардов. Огромное состояние, на которое как я подозревал, можно было купить половину этого города.

Справившись с собой, и преодолев жадность, я взял тройку самых мелких и тусклых камней, закрывая карман. В драгоценных камнях я не разбирался, поэтому брал наобум и очень надеялся, что эти мелкие камни стоят не баснословных денег, иначе жадность местного торговца может заставить его возжелать забрать их силой.

Ювелирная лавка, расположившаяся на первом этаже жилого дома, нашлась на самой окраине рынка. Небольшая табличка над входной дверью, с нарисованным выцветшей краской ограненным брильянтом и надписью «ювИлир» особого доверия не внушала. Но и другого выбора не было. Бегать по рынку и искать другого торговца времени не было. В любой момент пираты могли наведаться в аптеку и, обнаружив мою пропажу, начать поиски.

– Проклятье, едва не забыл! – Чертыхнулся я.

Подняв на ладони золотой перстень, я наложил на него легкое заклинание. О нем мне рассказал старик, но так как тот не был магом, он мог лишь описать его действие, и мне оставалось только надеяться, что я воспроизвел чары правильно и проверяющие не прицепятся к несостыковкам.

– Добро пожаловать. Могу я чем-то по…

Меня встречал радостно всплеснувший руками толстый торговец. Но увидев перед собой раба, он замялся на полуслове, и, замолчав, стал сверлить меня подозрительным взглядом.

– Чего тебе, раб? – Сказал, как выплюнул, он.

– Мое уважение почтенному торговцу. – Склонился в низком поклоне я. – Я не смел бы вас беспокоить, если бы не воля моего хозяина, приказавшего принести вам на продажу, некоторые… вещи.

– Да? Хм… Эмм, и какие же диковинки твой хозяин желает предложить старому Джардо?

Маленькие маслянистые глазки торговца не понравились мне сразу. Увидев перед собой раба и услышав, что тот собирается продать некие вещи, пусть и по приказу своего хозяина, рот торговца расплылся в щербатой улыбке. Он был словно тот жадный торговец из сказки, готовый обобрать до нитки любого клиента, всучив ему медяк за полноценный грош.

Я уже сомневался, что мне удастся без боя выйти из этого магазина. Слишком уж канонично жадным выглядел этот торгаш. Но и другого выбора у меня уже не было. Осталось лишь идти до конца и хорошо исполнять свою роль, а там – будь что будет. Подойдя к прилавку, я выложил на деревянную доску самый крошечный из имевшихся у меня камней. После чего отошел на шаг, не сводя взгляда с торгоша.

Смерив меня подозрительным взглядом, толстяк взял с прилавка камень. Сперва, он изучил его на свет, ощупал и даже лизнул. Вновь бросив на меня уже внимательный взгляд, он зашел за стойку извлекая из-за нее необычной формы прибор. Установив его на столешнице, и сунув в специальное отверстие камень, он раскрутил ручку. Несколько секунд ничего не происходило, а затем хрустальные грани прибора, засияли тусклым серым светом, издавая тихие пощелкивания. Что значили эти сигналы – я не знал, но как подозревал, торгаш проверял подлинность камня.

– Очень интересно. Откуда раб мог свиснуть настоящий драгоценный камень? Ты ведь понимаешь, что за воровство, особенно за воровство раба у вольного человека отрубают голову?

– Приказ продать камни отдал мой хозяин. Он же выделил мне в сопровождение несколько своих матросов.

– Очень оригинальный у тебя хозяин, раз поручает такие дела рабу. И где же твое сопровождение?

– Я давно уже служу своему господину, и он доверяет мне некие щекотливые дела. – Не моргнув глазом, соврал я. – А сопровождение… они засели в ближайшей таверне. Солнце высоко и кружки эля сами себя не выпьют. Вы ведь понимаете?

– Так может, сперва, сходим, поговорим с твоими «сопровождающими»? Слова раба для ушей свободного человека всегда кажутся, хм, скажем так, не совсем достоверными.

Торговец даже засветился от счастья, сжав в кулаке переданный мной камень. Было совершенно очевидно, в рассказанную историю он не верит ни на грош. Хозяин – маг, пославший своего раба продать драгоценные камни далеко не самому честному ювелиру. Ха, ищите другого дурака! Он не сомневался, что камень я попросту украл, а значит у торговца появилась реальная возможность прикарманить дорогостоящий камень. Пришлось разрушить его радужные планы. Жестом фокусника я извлек из-под набедренной повязки золотое кольцо-печатку, положив его на столешницу.

– Надеюсь, после этого вопросы о законности этих камней будут сняты?

– Вопросы о законности, надеюсь. Какой образованный раб! – Хмуро пробурчал торговец, но кольцо взял, изучив его сквозь монокль.

Присмотревшись к моноклю в магическом зрении, я понял, что это артефакт, позволяющий не имеющему дару человеку видеть вложенные в предмет чары. Разумеется, не изучать их структуру или видеть сам каркас построения чар, но отблески заклинаний сквозь этот окуляр должны были быть видны. Интересный артефакт. Мне от него пользы не было, но на всякий случай структуру заклинания я запомнил.

– Кольцо с дворянской печаткой баронов Ильвы. Ммм, магический слепок. Кольцо и правда принадлежит барону и магу. Где ты его взял?

– Украл, по вашему? – С иронией спросил я. – Это кольцо хозяина. Он капитан и бакалавр второго ранга. Желаете удостовериться? Да, и, кстати, скажите своему охраннику, скрывающемуся за ширмой и целящемуся в меня из арбалета, что я не переношу лишние дырки в своем теле.

– Слишком ты смел да нагл для раба. – Задумчиво протянул торговец.

– Ну, если вы все же решитесь на сделку, готов предоставить вам на оценку и другие камни.

Еще два драгоценных камня легли на стойку. Торгаш, конечно, постарался сделать каменное лицо, мол его подобные мелочи не сильно интересуют, но по глазам я прекрасно видел, как в его мозгу уже закрутились шестеренки, на сколько он сможет меня надуть, и как много на этом наварить.

– Эти побольше, да почище. – Оценив камни, протянул он. Посверлив меня еще минуту, задумчивым взглядом торгаш выдал. – Сто восемьдесят золотых за все три.

Цены на драгоценности я, разумеется, не знал даже близко, но можно было даже не сомневаться, торгаш постарается надуть по максимуму. То, что цена занижена минимум в три раза можно было даже не сомневаться. По этому, я не меняя спокойное выражение лица, лучезарно улыбнулся хмурому визави.

– При всем уважении к вам, но эта цена, мягко скажем, не совсем справедлива. Думаю, три сотни золотых будут куда более разумным предложением.

Я был готов продать камни и за первую цену. Сейчас я находился не в том положении, чтобы набивать цену. Вот только стоило мне показать, что я соглашаюсь на первое попавшееся предложение, и можно было не сомневаться – арбалетный болт в моем теле обеспечен.

– Три сотни? Да ты совсем спятил, раб! Не хватало мне еще с невольником торговые операции обсуждать. Сто девяносто мое последнее предложение.

– Вы мудры и великодушны, почтенный торговец. – Пересиливая гордость, склонился в поклоне я. – Но воля господина не позволяет мне принять ваше щедрое предложение. Ведь двести девяносто – это куда более справедливая цена. В ней учитывается ваша доброта и великодушие.

Торгаш совсем не ожидал от раба столь жарких споров, но быстро взял себя в руки и гнул свое до конца. Будь у меня время, возможно и удалось бы выжать из жуликоватого торговца больше, но приходилось спешить и, в конце концов, мы сошлись на двухсот сорока желтых кругляшках.

– Передай мое почтение своему хозяину и скажи, если ему будет необходимо продать еще камни, я готов дать справедливую цену без задержек и ненужных процедур.

Я вновь поклонился, заверив торговца, мол, хозяин обязательно обратится к нему и в следующий раз. Он, разумеется не поверил ни одному слову, но дал знак охраннику меня пропустить. Из лавки я выходил, держа в сжатой руке целый мешочек под завязку набитый золотыми монетами. Первая часть плана была успешно завершена, и пришло время переходить ко второй.

Двигаться сквозь толпу людей, в которой то и дело мелькали ловкие руки карманников, было, пожалуй, одним из самых сложных испытаний за последнее время. Благо, идти было не далеко, и уже через пару минут я стоял у плотного двухэтажного строения, сложенного в отличие от других домов из добротного камня. Одного взгляда на толстые стены было достаточно, чтобы понять, проломить в них брешь – было дело не быстрым. А уж как они светились в магическом зрении. Я даже восхитился такому обилию и разнообразию защитных чар и заклинаний, коими были напичканы стены, окна, двери.

У парадной двустворчатой двери, дежурили двое бойцов в стеганных куртках поверх кольчуги с двуручными клинками и нашивками наемников на рукавах они смотрелись очень внушительно. По крайней мере, у местной шпаны они должны были отбить даже малейшее желание приближаться к этому зданию. Над их головами, на свисающей с цепи табличке, красовалась надпись «Первый имперский банк».

Поднимаясь по ступеням, я ловил на себе подозрительные взгляды воинов, не понимающих, что забыл раб в уважаемом заведении. Останавливать они меня не стали, но один из бойцов коснулся пряжки своего пояса. Как я понял, это был некий артефакт связи, подающий сигнал. Так и оказалось. Стоило мне только перешагнуть порог, как меня взяли под наблюдение двое крепышей с короткими клинками на поясе. Одеты они были как обычные горожане и если бы не лица, выдающие их род деятельности, парней легко можно было принять за обычных клиентов.

– Добрый день. Чем наш банк может вам помочь? – Ко мне подошел невзрачный клерк, одарив белозубой улыбкой.

Парня видимо совершенно не смущал мой ошейник раба, а в его глазах читался неподдельный интерес. Говорил он вежливо, глядя в глаза и не опуская взгляд на ошейник. Видимо, в банке действительно хорошо подбирают персонал, раз даже к самым бесправным они относятся как к своим дорогим клиентам. Это давало надежду. Хотя, возможно, это я сам пытался утешить себя подобными мыслями.

– Мой хозяин хотел бы открыть счет в вашем банке и положить туда на хранение некую сумму денег.

– И отправил для этого своего… слугу? – Замялся он на последнем слове. – Вас одного?

Глядя на мешок, в котором, без сомнений, угадывались монеты, клерк не мог понять происходящего. Пазл в его голове явно не складывался. Пришлось его немного успокоить. Еще не хватало, чтобы он вызвал городскую стражу.

– Ну что вы! – Усмехнулся я. – Охрана просто не стала заходить внутрь и решила дожидаться снаружи. Отряд вооруженных мужчин мог вызвать нездоровое беспокойство. Хозяин много слышал о вашем уважаемом заведении. Репутация банка говорит сама за себя, так что внутри этих стен, он не переживает за свои деньги.

– Ах, вот как! Да, это разумно. – Вновь улыбаясь, покивал головой клерк. – Разумеется, наш банк обеспечит полную безопасность вас и вложений вашего хозяина. Прошу, пройдемте к столу.

Клерк сделал едва заметный жест пальцами, и двое мордоворотов, словно по волшебству, испарились, разойдясь в разные стороны зала.

– Прежде чем мы перейдем к открытию счета, я бы хотел удостовериться, скажем так, в том, что вы действительно говорите от имени своего… нанимателя.

– Конечно. Мой хозяин предположил такое развитие ситуации.

Я положил перед клерком золотое кольцо-печатку.

– Дворянское кольцо? Это меняет дело. Подождите минуту.

Вскочив из-за стола, клерк скрылся в подсобном помещении. Вернулся он действительно спустя минуту, в сопровождении неброско одетого мага. Тот, подойдя к столу, взвесил на ладони кольцо, приглядываясь к нему в магическом зрении. Теперь осталось надеяться, что маг