(Не)отец моего ребенка

Глава 1

POV Вика

– То есть – ты беременна? – прислонившись к косяку двери, небрежно переспрашивает Юра, загородив мне проход в квартиру. Я нервничаю, а ещё злюсь на него. За то, что он пропал вот так внезапно, за то, что сейчас смотрит на меня насмешливым взглядом, словно я уличная собачка, которая просится обратно. Или же таким образом он пытается уличить меня во лжи, потому что считает, что с помощью женских уловок я собираюсь затащить его под венец?

– Да, – киваю на выдохе и поджимаю губы. Я, конечно, знала, что Юра не обрадуется этой новости, да я и сама не в восторге, но не ожидала, что он будет так холоден со мной при встрече.

– От меня? – уточняет он.

– Да.

– Какой срок?

– Восемь недель.

– Отличная попытка, детка, только вот незадачка: я вижу тебя впервые в жизни, а еще меня не было в стране три месяца. Поэтому прекрати этот «развод», я на такое точно не куплюсь.

– Что? Ты издеваешься? А, нет, погоди, я тебе надоела, и ты решил избавиться от меня таким образом, да? Не звонил целый месяц, не отвечал на мои сообщения, а потом вообще изменил номер. Знаешь что, Юра, это твой ребенок, и тебе придется позаботиться и о нем, и обо мне. – Я подхожу к нему вплотную и тычу пальцем в стальную грудь, выражая тем самым все свое недовольство.

Его выражение лица резко меняется, и, пока мужчина ошарашенно смотрит на меня, я хватаю за ручку чемодан и проскальзываю в квартиру. Мало ли что ему стукнет в голову? Вдруг захлопнет дверь прямо перед моим носом и я останусь на улице? Без работы, жилья и с ребёнком под сердцем.

– И если уж ты говоришь, что впервые видишь меня, то откуда я знаю, что у тебя на спине шрам от ножевого ранения, ты пьешь по утрам кофе без сахара из зеленой кружки, ненавидишь морепродукты, а еще у тебя аллергия на кошачью шерсть? – я срываюсь на крик и с яростью в глазах прожигаю его взглядом.

– Разузнала у моей бывшей? – скептически спрашивает он, закрывает входную дверь и, скрестив руки на груди, внимательно рассматривает меня.

– Да-да, а ещё о расположении комнат в квартире, макетах парусников в кабинете и о вечном беспорядке в гардеробной, – не выдерживаю я. Мне становится неуютно под его пристальным взглядом. Ощущение, словно передо мной абсолютно чужой человек, несмотря на то, что внешне это все еще тот самый парень, с которым мы познакомились на берегу реки.

Он молчит. Недоверчиво смотрит на меня, потирая пальцами отросшую щетину. Пространство между нами накаляется, мои руки дрожат от волнения, а ноги вмиг превращаются в ледышки. На мгновенье я забываюсь и жадно пожираю его взглядом. Я так скучала по нему все эти дни, искала причины, по которым он вдруг резко отдалился от меня, и пыталась не сорваться, чтобы рвануть в столицу и отыскать его. Как сегодня. Сразу после того, как сделала двенадцать тестов на беременность и все оказались положительными. Меня все ещё трясет от неожиданной новости, а близость мужчины дурманит, лишая запала для ссоры.

– Ладно тебе, детка, я пошутил, – неожиданно произносит Юра и начинает смеяться. На его щеках появляются милые ямочки, которые я так люблю, и сердце в груди начинает биться быстрее.

– Пошутил? Это не смешно. Нисколько, – поджимаю губы, а потом неуклюже делаю несколько шагов в сторону мужчины и утыкаюсь носом в его грудь.

У меня совершенно нет настроения анализировать его странное поведение, поэтому я просто отдаюсь во власть своих чувств и эмоций. Главное, что он рядом. Со мной.

– Я не знаю, что делать, Юра. Меня уволили на прошлой неделе, за квартиру нечем платить, дома будет скандал, если родители узнают, что я залетела после поездки к тетке на каникулы, – меня наконец-то прорывает, я чувствую, как по щекам стекают капельки слез, и прижимаюсь к любимому еще больше. Тепло его тела успокаивает, и я перестаю дрожать. Правда, Юра не спешит утешать меня. Его мышцы напряжены, он похож на каменную неподвижную статую, и на мгновенье у меня создается ощущение, что ему неприятны мои объятия.

– Ладно тебе, решим что-нибудь. Ты голодна? – сдержанно спрашивает он.

Я отрицательно качаю головой.

– Нет? Тогда, может, ты устала? Хочешь прилечь?

– Да, не отказалась бы.

Я нехотя отрываюсь от мужчины, встаю на цыпочки и тянусь к нему за поцелуем, но Юра делает вид, что не понимает моего порыва. Резко поворачивается в сторону и хватает мой чемодан.

– Идем, покажу твою комнату.

– Мою комнату? Подожди, – с недоумением смотрю на его спину, совершенно ничего не понимая. – Что происходит? У тебя есть другая?

Мужчина резко останавливается, устремляя в мою сторону раздраженный взгляд.

– Слушай, я был в командировке, устал, хочу выспаться, а рядом с тобой я точно не смогу думать о сне. К тому же ты беременна, и, пока доктор не скажет, что и с тобой, и с ребенком все в порядке, будем спать в раздельных комнатах.

Его слова припечатывают меня к стене. Это не тот Юра, которого я знаю. Мой Юра набросился бы на меня с порога и не давал бы спать до утра. Мой Юра был веселым, нежным, игривым и страстным, а этот словно холодная ледяная глыба. И этому может быть лишь одно объяснение: у него есть другая женщина. Поэтому он перестал отвечать на звонки, поэтому не прикасается ко мне, не целует и уж точно не собирается провести ночь в одной постели.

– Завтра моя мама устраивает семейный ужин, – поворачиваясь ко мне, говорит он, – думаю, это отличный повод представить тебя моим родным. – Какое-то время он стоит в проходе двери, все никак не решаясь уйти, разглядывает меня с ног до головы, словно видит впервые. Оценивает, усмехается своим мыслям и, когда я думаю, что вот сейчас он бросится ко мне, обнимет и скажет, как скучал все это время, – просто молча покидает гостевую спальню. Вот теперь я точно не понимаю, что происходит.

* * *

Я не могу уснуть, смотрю в потолок и пытаюсь осознать все то, что произошло сегодня. Я беременна. Беременна. Беременна. Эта мысль бьет набатом в голове, вытесняя все остальное. И сейчас мне, как никогда прежде, хочется почувствовать поддержку моего мужчины, прижаться к нему, услышать что-то ласковое, а не находиться по разные стороны холодной стены.

Мы познакомились с ним жарким июньским днем. Я только-только защитила дипломную работу и на радостях рванула к тете Тане, чтобы оторваться по полной, перед тем как начать взрослую самостоятельную жизнь. Я люблю столицу, люблю приезжать сюда зимой из-за огромной елки на площади, катка, рождественской ярмарки и атмосферы праздника. Люблю приезжать летом, потому что город пересекает широкая река и можно целыми днями загорать на берегу и нежиться в прохладной воде.

Юру я заметила сразу. Такого, как он, трудно пропустить в толпе отдыхающих. Он играл с парнями в волейбол, его тугие мышцы переливались при каждом движении, а улыбка очаровывала с первого взгляда. Рельефные кубики на животе, накачанные руки и капельки пота, блестящие на солнце, сводили меня с ума. Я почувствовала легкую дрожь по всему телу и поняла, что вот он – мужчина моей мечты. Все пыталась придумать предлог, чтобы подойти к нему и познакомиться, и так задумалась, что пропустила тот момент, когда мне в лоб прилетел мяч.

Так мы и познакомились. Я – с шишкой на лбу. Юра – бегущий с бутылкой холодной воды. Один взгляд, одно прикосновение, и вот мы уже гуляем по ночному городу, а потом сгораем от страсти в его квартире. Месяц встреч, томительных ожиданий вечера, жарких ночей – и болезненное расставание, потому что реальность такова, что мне предложили хорошую вакансию и я не могла отказаться, а у Юры намечалась командировка. Несколько недель мы созванивались, переписывались, я безумно скучала по своему мужчине, засыпала, смотря на его фотографии в телефоне, и мечтала, что в один прекрасный день он предложит мне переехать к нему. А потом наше общение резко сошло на нет, весь месяц я хандрила, запорола договоры на работе, и меня уволили. И вот я здесь.

Мне страшно, что он бросит меня, все-таки я не глупая девочка, чтобы не понимать, что мужчины не просто так перестают отвечать на звонки, пресекая любое общение. В голову лезут плохие мысли, первый шок от новости, которая ошарашила меня утром, проходит, и я корю себя за то, что такая несдержанная. Собрала чемодан, купила билет на автобус и, соврав родителям, что взяла отпуск и уехала к тетке, рванула к Юре. Боялась, что не застану его дома, боялась, что он давно уже с другой, но его слова о том, что мы едем знакомиться с его родителями, вселяют надежду. На то, что у нас все будет хорошо и ребенок не останется без отца.

Я ворочаюсь в постели почти до рассвета, а потом выскальзываю из-под одеяла и на цыпочках иду в спальню Юры. Он спит на животе, развалившись посередине кровати, и я сожалею, что в комнате царит мрак и я не могу любоваться его прекрасным телом. Ложусь рядышком, на самый край кровати, и нежно провожу пальцами по его волосам. Любовь и нежность заполняют меня, успокаивая и убаюкивая.

Глава 2

– Что ты делаешь в моей постели? – слышу грубый мужской голос и с трудом открываю глаза. Юра нависает надо мной. Одет, побрит, с мокрыми волосами. От одного его вида перехватывает дыхание, вот только его взгляд настолько холодный, что заставляет поежиться.

– Раньше ты не задавал таких вопросов, – с вызовом произношу я, поправляя бретельки на ночной сорочке.

Юра молчит. Смотрит на меня и поджимает губы, потом что-то решает про себя и вмиг меняет недовольство на дружелюбие.

– Мне нужно на работу, к семи будь готова, я заеду.

– Хорошо, – растерянно киваю в ответ. – Но… Юра, может, поговорим?

– О чем?

– Ну… – медлю я, сжимая пальцами край одеяла, – о нас, о нашем будущем, о ребёнке.

– Поговорим. Обязательно. После семейного ужина, – скупо отвечает он и выходит, даже не поцеловав меня на прощание.

Я не знаю, чем занять себя. Безумно нервничаю перед встречей с родителями Юры и перебираю наряды, которые в спешке забросила в чемодан. Потом, словно параноик, осматриваю все вокруг на наличие другой женщины. В спальне мужчины нет никаких забытых вещей, на постели – длинных волос, а в кухне следов женской руки. В ванной комнате по-прежнему две зубные щетки, одна из которых – забытая мной еще два месяца назад, и это удивляет. А еще радует. Ощущение, что он и вправду уехал в командировку и поэтому не звонил мне все это время.

Я хочу спросить у Юры, что именно из одежды выбрать на ужин, даже делаю несколько фотографий в синем сарафане, а потом и в легких белых брюках с черной шелковой маечкой, но вспоминаю, что забыла поинтересоваться его новым номером. Поэтому останавливаюсь на последнем варианте, решая, что, пока не видно живота у меня есть возможность покрасоваться своей фигурой.

До семи вечера еще слишком много времени, и я томлюсь от безделья, поэтому решаю сложить в шкафу одежду и приготовить что-то простое из еды. В гардеробной, как всегда, царит хаос, Юра даже не распаковал свой чемодан. Бросил его посреди комнаты, рядом с грязными рубашками. Я провожу рукой по висящим на вешалке пиджакам, а потом не могу сдержаться – утыкаюсь в один из них носом, вдыхая аромат парфюма с древесными нотками. Я включаю на телефоне музыку и принимаюсь за дело. Бросаю на пол одежду, которую нужно отнести в стирку, и раскладываю все остальное на полках. Аккуратно, краешек к краешку и по цветам. С любовью и мыслями о мужчине. Вот придёт Юра и увидит, как хорошо иметь в доме женщину.

Я улыбаюсь своим мыслям, представляя нашу дальнейшую совместную жизнь. Возможно ли, что сегодня вечером он сделает мне предложение? Господи, пусть это будет именно так. Сердце в груди трепещет от предвкушения и радости, и я с нежностью прикасаюсь к своему плоскому животику. Пусть это будет девочка, такая же красивая, как ее папа.

Юра возвращается домой после шести и застает меня в гостиной у окна. Я рассматриваю город с высоты небоскреба, и от вида на закат захватывает дух.

– Готова? – прохладно интересуется он, останавливаясь в нескольких шагах от меня.

Я оборачиваюсь в его сторону и замираю. Сердце в груди пропускает удар при виде любимого. Мы с интересом разглядываем друг друга. Юра выглядит необычно: черная рубашка, джинсы, растрепанные волосы и несколько кожаных браслетов на руке. Я привыкла к тому, что он всегда в брюках и белой рубашке, как того требует дресс-код его компании, а сейчас он больше похож на плохого парня, чем делового человека. Его взгляд пробегается по моей фигуре, останавливаясь на моих губах, и я непроизвольно облизываю их, вспоминая, как он часто говорил, что у меня невероятно красивые и пухлые губы.

– Чего застыла? Идем, а то опоздаем. – От его тона улыбка на моем лице сразу же меркнет. Никаких комплиментов. Никакой нежности в глазах. Даже намека на то, что ему нравится мой вид.

– Что-то не так? Ты не рад моему появлению в своей жизни? Ты только скажи, я не собираюсь силой заставлять тебя жениться из-за того, что беременна, – завожусь за секунду, уперев в него непонимающий взгляд.

– Успокойся… детка, все хорошо, – примирительно говорит Юра, но я ясно улавливаю фальшь в его тоне.

– Перестань называть меня деткой. У меня есть имя.

– Хорошо, – усмехается мужчина и распахивает передо мной дверь.

Мы доезжаем до частного сектора в полной тишине и напряжении. Ощущение, что за то время, что мы не виделись, Юру подменили. Куда делся тот веселый парень, у которого не затыкался рот? Сейчас же он сосредоточенно ведет машину, смотрит на дорогу и время от времени бросает на меня задумчивые взгляды. Я с удивлением замечаю на мочке уха заросший след от серьги и никак не могу вспомнить, чтобы видела его раньше. Хочу спросить об этом, но не успеваю. Мы паркуемся перед небольшим двухэтажным домом, и меня охватывает нервное напряжение. Ноги вмиг превращаются в ледышки, а ладони вспотели. Юра выходит из машины первым, открывает дверцу с моей стороны и галантно подает мне руку.

– Не волнуйся, все будет хорошо, – подбадривает меня, и я вздрагиваю, когда наши пальцы соприкасаются. Не могу отвести взгляд от его глаз, делаю шаг вслепую и неожиданно наступаю каблуком прямо на камешек.

Нога подворачивается, я негромко вскрикиваю, но сильные руки не дают мне упасть. Тесно прижимают к себе, удерживая в объятиях, и я не могу совладать со своим желанием – легко целую его в шею, обнимая в ответ, и чувствую, как напрягается каждая мышца его тела от этого мимолетного касания.

– Идем. – Юра резко отстраняется от меня, направляясь в сторону глухих ворот, чем вызывает ещё большее смятение в душе.

Я задерживаю свой взгляд на кустах роз вдоль аллеи, с интересом разглядываю место, где вырос мужчина, и пытаюсь вспомнить, рассказывал ли он мне когда-то хоть что-то о своей семье. Кажется, ничего. Абсолютно. Да у нас и времени-то на разговоры почти не было.

– Мам, пап, я пришёл! – кричит с порога Юра, а я топчусь на месте, чувствуя, как из-за волнения сбивается дыхание.

Я слышу какие-то голоса, делаю глубокий вдох, готовясь произвести хорошее впечатление перед его родителями, но вместо них из-за угла, словно ураган, появляются двое абсолютно одинаковых малышей и с криками: «Папа!» – бросаются Юре на шею.

– Привет, пацаны, – целует их по очереди мужчина, поднимая на руки, а у меня в лёгких резко заканчивается воздух, а ноги перестают держать. И оттого, что у Юры, оказывается, есть двое маленьких сыновей, и от того, с какой радостью и нежностью он смотрит на них.

Глава 3

Вика

– Саша, Паша, это дядя Игорь, а не отец. – В гостиной появляется стройная рыжая девушка где-то под тридцать, а до меня все никак не доходит, о чем она говорит. Я во все глаза таращусь на близнецов – совсем крохи еще, они счастливо прижимаются к… Юре?.. и лепечут что-то наперебой.

В моей голове царит настоящая неразбериха. Какой Игорь? Чьи это дети? Что происходит? Кто эта сногсшибательная девушка?

– Мам, это папа! – выкрикивает один из мальчиков, указывая пальцем на мужчину.

– Солнышко, папа еще не вернулся с работы, а это дядя Игорь. Просто он сбрил бороду, – мягко объясняет их мать и переводит взгляд на… Игоря.

– Так, не нойте, иначе после ужина не получите подарки. А у меня их целый багажник! – нарочито строго произносит мужчина, и дети начинают радостно визжать.

Реальность вертится перед глазами, я цепляюсь за нее, смотрю то на близнецов, то на до боли родное лицо мужчины и никак не могу уловить суть происходящего.

– Игорь, рада тебя видеть. Мы уже было подумали, что ты останешься в Америке навсегда. – Девушка целует его в щеку, и я замечаю, каким взглядом мужчина смотрит на нее. Этого просто невозможно не заметить. На какое-то время он зависает, в глазах загорается огонек, рука непозволительно долго задерживается на ее талии. Весь его вид выражает обожание и радость встречи.

– Как я могу оставить вас всех здесь, Карина? – улыбается он, отойдя от ступора и совершенно забыв о том, что я все еще здесь. В нескольких шагах от них. Прямо под высокой пальмой в горшке, украдкой наблюдаю за тем, чего уж точно не должна видеть.

Они о чем-то переговариваются, но их голоса звучат в моей голове настолько приглушенно, что я даже не вникаю в суть. Я все еще смотрю на близнецов, которые счастливо прыгают вокруг нас, на мужчину, которого почему-то зовут не Юрой, а Игорем, и сердце сводит судорогой от понимания. Кажется, я издаю какой-то сдавленный стон, потому что все взгляды вмиг направлены на меня. Глаза Карины расширяются от удивления, недоверчиво проходятся по мне, изучая и оценивая.

– А это кто? – хмурится она.

– А, это… это моя девушка, – выдает Юра… Игорь, а потом подходит ко мне, кладет руку на поясницу и притягивает к себе. Я чувствую, как дрожит мое тело. Как стучит пульс в висках и как дергаются мышцы лица, когда я пытаюсь изобразить улыбку. Я хочу спросить, что здесь происходит, в какую игру они играют, хочу убедиться, что это просто чья-то дурацкая шутка, но голос, прозвучавший позади нас, разбивает все мои хрупкие надежды.

– Брат, ну наконец-то!

Громко и радостно. С такими знакомыми интонациями.

– Как же я соскучился, старина!

К такому нельзя быть готовой. Да такое даже представить невозможно! В глазах двоится, потому что передо мной двое абсолютно одинаковых мужчин. От одного из которых я беременна.

– А кто твоя очаровательная…

Юра застывает на полуслове. Его глаза расширяются от удивления, он растерянно переводит взгляд на Игоря, а потом испуганный на жену, но, поняв, что никакого скандала не намечается, прокашливается и наигранно бодро задаёт вопрос:

– А кто твоя спутница?

– Это…

Игорь замолкает, потому что понятия не имеет, как меня зовут, понимаю я.

– Виктория, – отзываюсь сиплым голосом, пытаясь совладать с дрожью. А ещё не сорваться и не устроить истерику. Игорь словно чувствует мое желание испортить семейный ужин, накрывает мою ладонь своей и с силой сжимает ее, приказывая взять себя в руки.

– Приятно познакомиться. Я Юра. – По его резким движениям, фальшивой улыбке и бегающему по сторонам взгляду я понимаю, что он на взводе от моего неожиданного появления в их доме.

– А я Карина, жена Юры. – Девушка подходит к нам, и я, словно в замедленной съемке, наблюдаю за тем, как их губы соприкасаются. Губы, которые когда-то целовали и ласкали меня, сейчас дарят нежный поцелуй другой.

– Простите, мне что-то нехорошо, – я из последних сил сдерживаю подступившую истерику и слёзы. Пытаюсь вырваться из захвата мужчины, но он настойчиво прижимает меня к себе, не давая сделать и шагу в сторону двери.

– Мы вчера с Викой хорошо отпраздновали мое возвращение, и ее до сих пор мучает головокружение. Сделай несколько глубоких вдохов и расслабься, дорогая, ты совершенно не умеешь пить, – медленно и с нажимом произносит он.

Я смотрю куда угодно, только не на Юру. Смиренно стою на месте, не желая показывать, насколько уязвлена открывшейся мне правдой. И тем, что Игорь решил поиграть со мной, представившись своим братом, а потом окунуть в реальность. Грязную реальность. А еще тем, что человек, который так сладко рассказывал, какая я красивая и как ему со мной хорошо, на самом деле оказался женат.

Мы молча стоим друг напротив друга, воздух вокруг наэлектризован, одно неверное слово или движение – и все рванет. Я растерянно оглядываюсь по сторонам, пытаясь найти способ сбежать из этого дома, и замечаю столкновения взглядов братьев. Словно они ведут мысленный разговор, где Игорь говорит: «Я все знаю», – а Юра отвечает: «Только попробуй взболтнуть что-то лишнее при моей жене».

Карина же с неприязнью поглядывает на меня, словно знает, что я была в одной постели с ее мужем, а не Игорем. По выражению ее лица можно понять, что она считает меня недостойной их семьи и не понимает, что именно во мне нашел мужчина, как две капли воды похожий на ее мужа.

Ситуацию спасает женщина в возрасте, которая выводит нас из ступора и заставляет перестать прожигать друг друга взглядами.

– Игорь, сын, как я рада видеть тебя. – Она обнимает мужчину и целует в обе щеки, я же с интересом рассматриваю их мать, пытаясь найти общие черты, хотя больше всего мне хочется раз и навсегда покинуть этот дом и забыть происходящее, словно дурной сон.

Она высокая, стройная, стильная и с проседью в темных волосах. Выглядит намного моложе своих лет, предполагаю я, потому что ее сыновьям уже слегка за тридцать. Из общего у них только выразительные медовые глаза, ямочки на щеках и рост, пожалуй.

– Мама, кажется, ты похорошела еще больше за то время, что мы не виделись, – улыбается Игорь, не выпуская женщину из объятий. Я делаю шаг назад и еще один, собираюсь позорно сбежать, а потом натыкаюсь на злой взгляд Юры. В его глазах плещет недовольство и… ненависть? Словно это я виновата в том, что он изменял своей жене и врал мне все это время.

Я чувствую, как задыхаюсь и скольжу на грани истерики. Кажется, ещё чуть-чуть, и я либо потеряю сознание от переполненности эмоциями, либо разревусь, проклиная Юру за тупую боль в сердце.

– А это кто с тобой? – с интересом поглядывает на меня женщина, вопросительно приподнимая бровь.

– Это моя девушка. Виктория, позволь представить тебе мою мать, Наталью Степановну, – официальным тоном заявляет Игорь, и уголки его губ приподнимаются в насмешливой улыбке. Он переводит взгляд то на меня, то на Юру, стоящего в стороне с Кариной, и я понимаю, что эта ситуация забавляет его и приносит удовольствие.

Игорь – типичный плохой парень. А еще, скорее всего, между братьями присутствует старая вражда, хотя с первого взгляда и не скажешь, иначе почему он притащил меня на эти дурацкие «смотрины»?

Первый шок проходит, картинки происходящего складываются воедино, и наконец-то я окончательно осознаю, что Юра женат. И у него есть брат-близнец. Квартира на самом деле принадлежит Игорю, как и машина, на которой он заезжал за мной. Единственное, что было правдой, – имя. И то непонятно, почему он назвался настоящим именем. Потому что не желал, чтобы в порыве страсти я называла его братом, или же он банально не ожидал, что я когда-либо еще появлюсь на пороге его дома и произнесу его вслух при жене и детях.

– Очень рада с вами познакомиться, Виктория. – По выражению лица женщины видно, что она слегка растеряна и обескуражена моим появлением. Вернее, наличием девушки у Игоря. – Дети, давайте за стол, а то близнецы уже растащили половину сладостей. Вика, Игорь, надеюсь услышать рассказ о том, как вы познакомились. Скажу по секрету, – понижая голос до шепота, заговорщицки говорит мне Наталья Степановна, – вы первая девушка, которую он привел к нам.

– Правда? Это обнадеживает, – я удивляюсь тому, как ровно и уверенно звучит мой голос. Спиной чувствую на себе взгляд Юры, от которого по телу расходится неприятная дрожь. Я стараюсь удержать в себе рвущуюся наружу боль от предательства. Я ведь люблю этого мужчину, всем сердцем люблю и ношу его малыша. Как же теперь быть?

– Брат, нам нужно поговорить, – голос Юры звучит нервно и напряжённо, и я даже догадываюсь, о чем именно он хочет поговорить. – Наедине, – с нажимом произносит он, буравя взглядом Игоря. Но в комнате появляются дети, бросаясь к отцу на шею, и разговор приходится отложить.

Я в такой растерянности, что даже не замечаю, как все покинули гостиную и остались лишь мы с Игорем. Это ведь Игорь, да? Глаза застилают слезы, и все вокруг расплывается, поэтому я уже не могу быть ни в чем уверена.

Я открываю и закрываю рот, не зная, что сказать. Хочется закатить скандал, но я не собираюсь выставлять себя незрелой истеричкой, нет, я обещаю себе, что покину этот дом с гордо поднятой головой.

– Ты ведь любишь Юру? – вдруг задает вопрос мужчина, и я с силой впиваюсь ногтями в ладони. – Не отвечай, знаю, что любишь. И ребенка от него ждешь. Поэтому я помогу тебе. У них с Кариной не все хорошо в отношениях, и у тебя есть шанс завоевать его. Просто хорошо отыграй до конца вечера свою роль, и я помогу тебе. Согласна?

Я молчу.

– Ну же, детка, я ведь не желаю тебе зла, – вкрадчиво произносит он голосом искусителя и подходит ко мне вплотную. Я смотрю на его лицо, глаза, губы, и все внутри переворачивается. Вот же он, человек, которого я так люблю, так почему я не могу прикоснуться к нему, обнять и почувствовать поддержку? – Эй, ты меня слышишь? – щелкает пальцами Игорь, и я отмираю.

– Прекрасно слышу и жду объяснений, зачем притворялся братом.

– Ты сама решила, что я Юра. Я просто не стал отрицать.

– Прекрасная позиция. Я ухожу, ты прекрасно дал понять, что мне не место в этом доме.

Я разворачиваюсь и делаю шаг по направлению к выходу, но мужчина хватает меня за руку, не давая уйти. Это прикосновение вызывает во мне диссонанс. Смесь затаенной нежности, злости и желания. Если не думать о том, что у Юры есть брат, то можно представить Игоря на его месте. Можно представить, что он и в самом деле привёл меня знакомиться с родителями и мы любящая друг друга пара. Но это лишь иллюзия. Выдумка. Фарс. Потому что мужчина передо мной ещё хуже, чем Юра, и какую именно игру он ведёт, мне абсолютно неизвестно.

Глава 4

– Подожди, я предлагаю тебе шанс наладить свою жизнь. Подумай о ребенке, ты ведь не хочешь оставить его без отца?

Именно сейчас я улавливаю разницу между братьями. Юра более мягкий и изворотливый, Игорь же грубый и прямой, а ещё интонации его голоса совершенно не соответствуют брату.

– Именно потому, что я думаю о ребенке, я не собираюсь продолжать участвовать в твоем спектакле. Я поговорю с Юрой. Обязательно поговорю! И выскажу все, что о нем думаю! А сейчас отпусти меня, пожалуйста, мне еще нужно успеть купить обратный билет на автобус.

– Ты разочаровываешь меня, Вика, я думал, ты умнее.

Я его раздражаю, однозначно. Это можно понять по выражению лица и тому, с какой небрежностью во взгляде он смотрит на меня. Уверена, мысленно он уже облил меня помоями и причислил к легкомысленным девушкам, которые без раздумий прыгают в постель к женатым мужчинам. Или к дурочкам. Потому что только такая может не заметить, что ее обвели вокруг пальца.

– Не стоит применять на мне все эти психологические фишки и манипуляции, я сейчас на взводе, и поверь, будет гораздо лучше, если ваш семейный ужин пройдет без меня, – шиплю я, не сводя с него взгляда, и мы замолкаем, с ненавистью смотря друг на друга.

– Дети, ну что вы там так долго? – в наш немой диалог врывается его мать. – Все готово, только вас ждем.

– Простите, но мне…

– Я не сказал Вике, что собираюсь знакомить ее с родителями, и она немного зла на меня, – перебивает меня Игорь и силой тащит в сторону кухни.

Мы оказываемся под прицелами нескольких взглядов, и я понимаю, что пути назад нет. Ну не вырываться же в истерике из захвата мужчины и орать, что я обманутая Юрой женщина, нет. Я вообще решаю, что неплохо бы поиграть у него на нервах, пусть почувствует последствия своих поступков, а расплата… расплата когда-то точно настигнет его.

Отец у Юры и Игоря довольно-таки приятный мужчина, и если бы не ситуация, в которую я попала, то он бы мне обязательно понравился. С чувством юмора, харизматичный и такой же болтливый, как и его сын. По большей части именно благодаря ему ужин не превратился в мрачное поглощение еды.

Несмотря на то, что на столе множество вкусных блюд, мне кусок в горло не лезет. Я даже не замечаю, как долгое время пялюсь в одну точку, стараясь не смотреть на Юру и его жену, потому что знаю, что обязательно выдам себя взглядом. Разговор не клеится, я чувствую себя здесь лишней и никому не нужной, с силой сжимаю в руках вилку, борясь с желанием воткнуть ее в глаз одному из близнецов.

Я чувствую волны недовольства, исходящие от Юры, а ещё не могу перестать разглядывать детей, пытаясь представить, как будет выглядеть мой малыш. Или малыши? Господи, а что, если и у меня родятся близнецы? Что я буду делать с двумя младенцами на руках?

Этот ужин выжимает из меня все силы, в какой-то момент мне даже начинает казаться, что стены вокруг двигаются.

– Виктория, расскажите же о себе что-нибудь, – Наталья Степановна смотрит на меня с любопытством и теплом во взгляде, и мне становится интересно, что бы она сказала, если бы узнала, что я беременна от ее женатого сына?

– Да я и не знаю, что рассказать. Окончила университет, работу ищу, вот как бы и все, – отвечаю тихо и вновь ловлю на себе взгляды Юры и Карины от которых так и фонит неприязнь. С мужчиной понятно – страх, что все раскроется в один момент, слишком велик, но чем я так не угодила этой высокомерной даме?

– У меня в студии освободилось место секретаря, собираюсь устроить туда Вику. Это лучше, чем ехать через полгорода непонятно куда. – Игорь накрывает мою руку своей ладонью, и я вздрагиваю от этого жеста, а еще смотрю на него расширенными от удивления глазами. Какая еще работа? Ну уж нет, от этой семейки я собираюсь держаться как можно дальше, забьюсь в уголок и буду скулить от боли и отчаяния, но не позволю своему чувству гордости унижаться и выпрашивать встречи с Юрой. Как бы сильно его ни любила, несмотря на разочарование. Любовь пройдет со временем, я уверена, всегда проходит, а вот ошибки так и останутся ошибками.

– О, это и в самом деле прекрасная идея. Давайте выпьем. Алексей, наполни бокалы дамам.

– Нет-нет, я не пью, спасибо. Мне сок, пожалуйста. – Прикрываю ладонью свой бокал и несколько минут выслушиваю уговоры выпить за знакомство.

– Пап, мам, Вика беременна, отстаньте от нее, – немного с раздражением говорит Игорь, повергая всех в шок.

Обстановка в доме меняется за мгновенье. Юра начинает кашлять, подавившись виски, Карина покрывается красными пятнами злости, а родители Игоря странно переглядываются между собой, а потом вопросительно смотрят на мужчину.

– Потом, – уклоняется он от немого вопроса, я же не придаю этому особого значения и с силой бью его по ноге под столом. Вот зачем он это сделал?

– Это прекрасная новость, надо обязательно выпить, но только после того, как я переговорю с Игорем. Это очень срочно. Брат, выйдем на несколько минут? – Юра резко поднимается со своего места, цепляя рукой вилку, и та со звоном падает на пол.

Я все же позволяю себе взглянуть на него. Он зол как черт. Губы сжаты в тонкую плотную линию, руки в карманах, решительное выражение лица, а по его скулам ходят желваки. Мне становится неуютно от того, как он смотрит на меня. Словно я таракан под его ногами, досадная ошибка, каковой, скорее всего, и являюсь.

Я не узнаю в нем мужчину, которого полюбила. Хотя нет, вру, узнаю – когда он смотрит на сыновей, родителей. Но стоит его взгляду лишь немного зацепиться за меня, как его переполняет недовольство. За то, что без спросу влезла в его личную жизнь и угрожаю их равновесию.

Глава 5

POV Игорь

Когда вы возвращаетесь домой после длительного отсутствия в стране и на вашем пороге появляется незнакомка, заверяя в том, что беременная от вас, конечно же первое желание – закрыть дверь перед ее носом и завалиться наконец-то в кровать. Я не поверил ей. Этой малолетке с кукольным личиком и наивным взглядом. Я плохо запоминаю лица, могу с легкостью забыть девушку, с которой провел ночь, но на сто процентов уверен в том, что не мог заделать ей ребенка, даже если бы мы каким-то чудесным образом пересеклись с ней в Штатах. Но она сделала меня, вытащив из рукава козырь и назвав меня именем брата.

Я не поверил ей. Серьезно. У моего брата идеальная семья. Жена красавица и двое детей. Он получил то, чего так желал я, и у меня в голове не укладывалось, что Юра может так поступить с Кариной. С девушкой, которая вот уже десять лет не выходит у меня из головы и сердца.

Я познакомился с Кариной первым, она должна была стать моей и стала бы, если бы я не привел ее как-то к нам домой, где она узнала, что у меня есть брат-близнец. Подающий надежды программист против плохого парня в татухах и с гитарой за спиной. Выбор очевиден, правда? Она так мне и заявила, когда я потребовал объяснений после того, как увидел их вместе в торговом центре. И вот, десять лет спустя, мой брат все так же подающий надежды программист, а я собственник звукозаписывающей студии с толстым банковским счетом, но Карина по-прежнему с ним, красивая и недоступная для меня.

Мне нравится приезжать к ним домой и слышать, как дети называют меня папой. Я даже специально сбриваю бороду перед этим, потому что Саша и Паша еще слишком малы, чтобы различать нас каким-то другим способом. Пацаны чертовски похожи на Юру, а значит, и на меня. Да нас даже по ДНК не различить! Я страдаю мазохизмом, приезжая к ним раз за разом, рассматривая такие знакомы черты лица и понимая, что у меня этого никогда не будет.

Я позволяю себе немного помечтать, представить, что это моя семья, моя жена и дети, и я возвращаюсь домой после работы. Но реальность такова, что женщина, которую я люблю всей душой, принадлежит другому, моему брату, и я ничего не могу с этим поделать. Вернее, не мог – до этого момента. Потому что если незнакомка не какая-нибудь аферистка, то получается, что Юра не достоин того, что имеет, и я просто обязан вмешаться в это.

Я не собираюсь развеивать ее уверенность в том, что я не тот, за кого она меня принимает, и крайне удивлен ее познаниями во всяких мелочах и расположении комнат в квартире. Неужели не врет и Юра привозил ее ко мне?

Я решаю пригласить ее на семейный ужин в честь моего возвращения и посмотреть на реакцию брата. И если она говорит правду… что ж, я заставлю его подать на развод.

– Какого черта ты притащил ее сюда? С ума сошел? – шипит Юра, заталкивая меня за угол и оглядываясь по сторонам, чтобы никто не услышал наш разговор. Он нервничает. Безумно. С того самого момента, как заприметил Вику рядом со мной.

– А какого черта ты, женатый мужик, пошел налево? – я завожусь с полуоборота, все это время сдерживал себя, но вот сейчас начинаю терять самоконтроль.

– Словно ты не знаешь, почему мужья изменяют своим женам?! Ах да, погоди, тебе этого не понять, ведь ты же у нас не женат и в твоей постели каждую неделю новая девушка, – ёрничает он и нервно проводит пальцами по волосам.

– Прекрати, тебя никто не заставлял надевать на палец обручальное кольцо. Проклятье, Юра, у тебя прекрасные дети, чудесная жена, зачем ты связался с какой-то малолеткой?

– Захотелось разнообразия, и не надо на меня так смотреть, – выплёвывает он, и мы впиваемся друг в друга злыми взглядами.

– Мне хочется тебе врезать, – бью кулаком в стену рядом с головой брата.

– А ты у нас святоша, да? – лыбится он, смотря на меня с насмешкой. – И вообще, где ты нашел Вику? Или ты это – прикинулся мной и замутил с ней? Скажи, малышка горяча, а? Строит из себя скромницу, а на самом деле…

– Вика беременная, ты, идиот, – говорю громче, чем следовало, и Юра шикает на меня, воровато оглядываясь по сторонам.

– С чего ты взял, что это мой ребенок? Да я не видел ее два месяца, Игорь, мало ли с кем она после меня была? Ее же даже уговаривать особо не пришлось, сама прыгнула ко мне в постель.

– А если все же твой? Вот так просто возьмешь и забудешь о том, что где-то еще у тебя есть сын или дочь?

– Послушай, я знаю, что для тебя это больная тема, но давай начистоту: мне не нужна ни Вика, ни ее ребёнок. Отвези ее на вокзал и посади в автобус, пусть валит в ту дыру, откуда вылезла, и не возвращается. У меня есть семья, и я не намерен разрушать ее.

Я хочу ответить ему, мне есть что сказать, уже открываю рот, но со стороны слышится сдавленный всхлип. Я поворачиваю голову на звук и теряю весь свой запал, наткнувшись взглядом на широко открытые синие глаза. Вика зажала рот ладонью, по щекам стекают капли слез, на лице шок и непонимание.

Она мне, конечно, никто, и плевать на ее чувства к брату, но в этот момент мне становится жаль девушку. Она не виновата в том, что стала мимолетным увлечением Юры и вляпалась в эту историю.

– Ну, чего смотришь? Слышала ведь все? – с насмешкой в голосе спрашивает брат, пряча руки в карманы. – Собирай свои вещи, и чтобы я тебя не видел рядом со своей семьей. Деньги на аборт дам, не переживай. – Я пораженно смотрю на брата. Какой, к черту, аборт?

Взгляд Вики бегает от меня к Юре, в глазах застыла боль, а потом она срывается с места, и через несколько секунд я слышу, как громко хлопает входная дверь.

– Скажешь родителям, что мне срочно пришлось уехать. И если в течение месяца не подашь на развод, я обо всем рассажу Карине.

– Игорь, ну ты чего? – кричит мне вслед Юра, но я не оборачиваюсь. Чувствую себя гадко и все ещё не могу осознать сказанные им слова. Разнообразия. Ему захотелось разнообразия. Да какое, к чертям, разнообразие, когда я столько лет подыхаю, словно собака, и каждую женщину мысленно сравниваю с Кариной?

Я иду к воротам, не спешу, знаю, что Вика далеко не уйдёт. Это частный сектор, здесь даже городской транспорт не ходит. Я пытаюсь успокоиться, чтобы не сделать ещё хуже, наговорив ей много «хороших» слов после разговора с братом. Делаю несколько глубоких вдохов, оглядываясь на окна кухни, в которых горит свет и через закрытые жалюзи видны темные силуэты.

На улице уже темно, но фонари прекрасно освещают и двор, и дорогу, поэтому я без проблем нахожу Вику у забора. Стоит, уперевшись в него спиной, и смотрит в одну точку. Глаза красные, руки дрожат, на меня не обращает никакого внимания и выглядит так, словно вот-вот и грохнется в обморок.

– Садись в машину, – говорю ровным голосом, с интересом рассматривая девушку и пытаясь понять, что же такого в ней нашёл Юра. Девушка как девушка: молодая, худощавая, волосы густые, длинные, аккуратный носик и пухлые губы – ничего особенного.

– Уйди, – едва слышно и с надрывом.

– Я не собираюсь торчать здесь до утра в ожидании, когда ты успокоишься.

– Я вызову такси и поеду на вокзал, не волнуйся, больше не потревожу вас с братом.

– Да при чем здесь это? – Моему терпению приходит конец. Я хватаю Вику за руку, пытаясь заставить идти со мной, но она упирается и вырывается из моего захвата, а потом оседает на землю, прикрывает ладонями лицо и громко всхлипывает. Один раз, второй, третий, переходя на истерику. Несколько минут я просто стою рядом, не зная, что делать, а потом все же опускаюсь рядом и успокаивающе провожу рукой по ее волосам.

– Уйди. Не трогай меня, пожалуйста, – протягивает она, поднимая на меня свои пронзительные глаза. На мгновенье сердце пропускает удар, и наши взгляды встречаются. Не знаю, зачем я это делаю, наверное, банальная жалость, резко притягиваю к себе девушку и с силой сжимаю в объятиях, пытаясь успокоить ее.

Она сопротивляется, проклинает и меня, и брата, но в какой-то момент успокаивается, жмётся ко мне ближе, что-то неразборчиво шепчет и затихает, лишь время от времени всхлипывая. Чувствую, как рубашка на груди становится мокрой от ее слез. «Но мне все равно», – повторяю про себя. Абсолютно. Она мне никто.

– Вставай. – Помогаю ей подняться на ноги и сажаю на переднее сиденье машины. Она не сопротивляется, ведет себя словно послушная кукла и не говорит ни слова. И что с ней делать? Не отправлять же подальше от столицы? Проклятье, почему Юра всегда наделает делов, а мне разгребать за ним эту кучу? И так с самого детства, и это при том, что меня считали самым безответственным из двух братьев.

Глава 6

POV Вика

Я позволяю ему прикоснуться к себе. Мужчине, чье лицо абсолютно идентично с человеком, который вырвал мое сердце из груди и растоптал. Я не могу сдержать слез. Чувство горечи затопило меня с головой, и я с силой цепляюсь пальцами за рубашку Игоря, вдыхаю аромат его парфюма, позволяя себе на мгновенье представить, что это Юра. Мужчина, которого я полюбила с первого взгляда и с которым надеялась построить в будущем семью.

Его слова, подобно острому лезвию, вошли глубоко в мою грудь и ранили. Я пытаюсь сопоставить образ того мужчины, который нашептывал мне ласковые слова, дарил неземное наслаждение и возил в гостиничный комплекс у реки, с мужчиной, который только что предложил мне денег, чтобы избавиться от ребенка, с циничной усмешкой на губах, и у меня не выходит. Все, что я могу сейчас, – содрогаться от рыданий. В голове ни одной связной мысли, а в душе лишь смятение.

Я не сопротивляюсь, когда Игорь ведет меня к машине. Здравый смысл нашептывает, что мой паспорт и чемодан с вещами находятся в его квартире, на улице ночь, а я понятия не имею, где именно нахожусь, поэтому должна принять его помощь, несмотря на то, что мне претит одна мысль находиться с ним под одной крышей.

Он помогает мне справиться с ремнем безопасности, и я закрываю глаза, когда его лицо оказывается слишком близко ко мне. Потому что мне тошно от одного лишь вида этих глаз, губ и нахмуренных бровей. Из моей груди вырывается сдавленный всхлип, и я кожей чувствую его пристальный взгляд. Он прожигает меня изнутри, выкачивает из лёгких весь кислород, и мне становится нечем дышать.

Щелчок. Хлопок двери. И я резко открываю глаза, впиваясь взглядом перед собой и не решаясь взглянуть на мужчину. Должно быть, я выгляжу неимоверно жалко в его глазах. Наивная брошенная любовница, которая настроила себе воздушных замков и собралась замуж за принца.

Мы едем молча. Игорь впивается пальцами в руль, я же изо всех сил пытаюсь сдерживать всхлипы и не отвожу взгляда от черного пятна на коленках. Белые брюки придется выбросить, жаль, что людей нельзя заменить так же просто, как любимую вещь. На душе наконец-то наступает полный штиль и безразличие. Я истощена. Морально и эмоционально. Мне хочется оказаться в своей комнате, выключить свет и зарыться под одеяло. Чтобы проснуться утром и обнаружить, что это все лишь дурной сон.

– Зачем ты это сделал? – Я упираюсь щекой о стекло и вздрагиваю от голоса Игоря, который ничем не отличается от Юры.

– Что именно?

– Привел меня туда? Мог просто сказать правду.

«И помочь избежать причиненной мне боли», – хочется добавить мне, но я молчу.

– И ты бы поверила?

– Нет, – произношу одними губами после непродолжительной паузы и все же решаюсь взглянуть на мужчину. – Я бы подумала, что ты пытаешься от меня избавиться.

Он лишь издает неопределенный звук в ответ и останавливается на красный свет.

– Кто будет: мальчик или девочка? – Кивком указывает на мой живот, и я инстинктивно прикладываю к нему ладонь.

– Я ещё не была у врача, да и на таком маленьком сроке пол ребёнка пока что нельзя узнать.

Удивительно, насколько спокойно и ровно звучит мой голос. Кажется, мне бы следовало закатить истерику, а не отвечать на вопросы человека, который посмеялся надо мной.

– В смысле – ты ещё не была у врача? – Он жмёт на педаль газа и резко поворачивает голову в мою сторону. Наши взгляды встречаются, и я пропускаю момент, когда нужно сделать выдох.

– Я только вчера узнала, что беременная, и сразу рванула в столицу. Не знаю зачем, – говорю слегка растерянно и понимаю, что абсолютно выжата изнутри. Словно бесчувственная кукла.

– То есть ты явилась ко мне, заявив, что беременна, даже не удостоверившись, что это так и есть? – Игорь резко ударяет по тормозам, и я морщусь от того, как скрипят колёса по асфальту.

– Я сделала кучу тестов, – повышаю голос, не понимая, почему должна оправдываться перед ним.

– Тесты врут.

– Один – возможно, но не двенадцать!

– Чудесно. Завтра утром поедем в клинику. Сделаешь УЗИ, и проведём анализ ДНК. Я хочу быть уверенным, что этот ребёнок от моего брата.

Я задыхаюсь от его наглости.

– Черта с два, завтра утром я уезжаю.

– Ты уедешь, когда я разрешу.

– Ты мне никто, ясно? Твой брат не желает знать ничего о нас с ребёнком – значит, я сама о нас позабочусь. Выпусти меня, от одного твоего вида меня выворачивает.

– Никуда ты не пойдёшь. По крайней мере, до тех пор, пока анализ не покажет, что ребёнок не Юры.

– Выпусти меня, – нервно дергаю за ручку двери, чувствуя, как начинаю задыхаться от паники и возмущения. Мало того, что братья растоптали меня сегодня, так ещё и Игорь решил, что я вру.

– Прекрати истерику, ненавижу это. – Он наклоняется ко мне, обдавая мою щеку горячим дыханием, и я вздрагиваю, когда его пальцы прикасаются к моей руке.

– Выпусти меня, выпусти, выпусти, выпусти! – повторяю раз за разом, ударяя его кулаками в грудь и освобождаясь от всего того, что на время притаилось внутри меня. Боль. Обида. Горечь. Разбитые мечты. Стыд. Непонимание. Отчаяние и безысходность.

– Да прекрати ты, ненормальная. Теперь я начинаю понимать брата: такую, как ты, и в самом деле нужно держать подальше от своей семьи.

Я замираю от его слов. Буравлю его своим взглядом и четко, по слогам, произношу:

– Вы-пус-ти ме-ня. – Я вся дрожу от злости и ненависти, уже не зная, кто из братьев хуже. Дыхание сбилось, короткое и рваное. Вдох-выдох, сердце гулко бьется в груди, виски пульсируют. Я готова вцепиться пальцами в ворот его рубашки, расцарапать до крови лицо, лишь бы избавится от его общества.

Игорь не отводит от меня своего взгляда, в его глазах искрится раздражение, словно я просила его о чём-то, а теперь отказываюсь участвовать в этом.

– Выпусти, – повторяю я и чувствую, как дрожит каждая мышца лица в попытке удержать подступающий град слез.

– Отлично, – сдаётся он, – можешь идти на все четыре стороны, не буду держать тебя.

Он нажимает на кнопку, и с двери снимается блокировка. Я вылетаю из салона автомобиля словно ошпаренная и отпрыгиваю назад, когда чёрный внедорожник срывается с места и на скорости отдаляется от меня.

Глава 7

POV Вика

Прохладный воздух ударяет в легкие, проясняя сознание. Я смотрю вслед удаляющемуся автомобилю и не двигаюсь. Прикусываю губу, сдерживая всхлипы, и с силой впиваюсь ногтями в ладони. Растерянно оглядываюсь по сторонам. Несколько прохожих, незнакомая улица и почти пустая дорога. Мне становится так жаль себя. До безумия. Ощущение, словно весь мир сговорился против меня, посылая испытание за испытанием, и, кажется, это только начало.

Глаза растерянно бегают по сторонам, и я вздрагиваю от испуга, когда сбоку слышится скрежет тормозов. Поворачиваю голову и замечаю, как в мою сторону на большой скорости движется автомобиль. Я жмурюсь, ослепленная ярким светом фар, и инстинктивно делаю шаг назад, подальше от проезжей части.

Игорь, нарушая все правила дорожного движения, едет задом по встречке. Резко останавливается рядом со мной, и я наблюдаю, как медленно опускаются тонированные стекла.

– Садись, – с нажимом произносит он, и я отрицательно машу головой в ответ. – Вика, если ты сейчас же не сядешь обратно, я запихну тебя в машину силой. Давай поедем домой, остынем и завтра на свежую голову переговорим еще раз. Ты на эмоциях, я на эмоциях – это не самое лучшее время вести серьезные разговоры. Будь благоразумна, у тебя сейчас нет выбора.

Мы молча смотрим друг на друга. Я стираю ладонями со щек соленую влагу и понимаю, что он прав. У меня и в самом деле нет выбора. В последний раз оглядываюсь по сторонам, делаю несколько глубоких вдохов, откашливаюсь и с самым безразличным видом, на который только способна, дергаю дверцу машины.

Дрожащими руками пристегиваю ремень безопасности, откидываюсь на спинку сиденья и смотрю перед собой. Успокаиваюсь, но время от времени все ещё вздрагиваю от всхлипов. Игорь тянется к радиоприемнику, из колонок сначала шипят помехи, а потом раздаётся спокойная музыка.

– Я не хочу видеть Юру, – нехотя прерываю затянувшееся молчание.

– Хорошо, – спокойно отзывается он.

– Не пойду с ним делать тест ДНК.

– Он и не нужен. – Я всё-таки отрываюсь от созерцания ночных улиц и вскидываю вопросительный взгляд на мужчину, не забывая напоминать себе, что передо мной совершенно другой человек. Не Юра. – Мы идентичные близнецы. Если ребёнок и в самом деле моего брата, то тест на отцовство покажет, что и я его отец.

– Как это возможно? – удивленно спрашиваю я. До сих пор меня совершенно не волновала тема генетики, но вот сейчас, когда у Юры есть брат, а ещё родились дети-близнецы, я начинаю волноваться, что и у меня может быть двойня. Это слишком, учитывая, что я даже не могу представить, что буду делать с одним ребёнком.

– Это природа, у неё спроси.

– А что потом? Зачем тебе вообще знать, от Юры я беременная или нет? Ему не нужен ни ребёнок, ни я, поэтому, скорее всего, мы с тобой больше не увидимся. И не скажу, что это расстроит меня. Если бы не мои вещи в твоей квартире, я бы не села к тебе в машину.

– Не заводись, – вскидывает на меня взгляд и выворачивает руль вправо. – Это мой племянник или племянница, Вика, и я не собираюсь игнорировать этот факт. Это во-первых. А во-вторых, Юра ещё одумается, вот увидишь, – устало произносит Игорь, и мы вновь замолкаем.

Я прикрываю глаза, тихая музыка и гул мотора медленно укачивают меня, не давая просочиться в голову плохим мыслям, и я не замечаю, как проваливаюсь в беспокойный сон.

Просыпаюсь оттого, что в один момент вокруг вдруг становится слишком тихо. Открываю глаза и отшатываюсь назад, потому что лицо мужчины непозволительно близко ко мне. Он рассматривает меня. Пристально. Я сглатываю подступивший к горлу ком и растерянно моргаю. Он не двигается. Темный взгляд его глаз проходится по моему телу, останавливаясь на уродливом пятне на колене. Мне становится душно. Сердце то и дело пропускает удары, и спросонья я не сразу понимаю, что это не Юра. Поэтому сначала на моем лице расцветает счастливая улыбка, а уже через секунду резко исчезает.

– Приехали, – Игорь разрушает тишину и выходит из машины первым. Останавливается рядом и поднимает голову к ночному небу. Какое-то время я все еще сижу в салоне автомобиля, наблюдая за мужчиной. Изучаю его силуэт, пытаясь в темноте найти различия с братом. Игорь не торопит меня, и по его напряженной позе можно понять, что вся эта история ему не по душе. Как и то, что он привел в свой дом какую-то незнакомку.

Я подбираю туфли с резинового коврика на полу и выхожу на улицу босиком. Ступаю по гладкому асфальту и останавливаюсь рядом с Юрой… Игорем. Все ещё не могу привыкнуть к тому, что их двое, и даже мысленно путаю имена.

– Я не буду против, если ты отвезешь меня в гостиницу, – произношу тихо, сонно потирая глаза.

Он поворачивает голову в мою сторону, скептически смотрит на меня, ставит на сигналку машину и, не говоря ни слова, идет в сторону дома. Я медлю, но после того, как где-то совсем рядом слышится лай собак и мужские голоса, срываюсь с места и быстро догоняю его.

Игорь

Я не могу понять, что чувствую к этой девчонке. То ли раздражение, то ли ненависть, то ли интерес. Но факт остается фактом: я не могу перестать разглядывать ее, пытаясь понять, чем зацепила брата. Ведь если он изменил своей жене, значит, зацепила же?

У нас с Юрой, несмотря на то, что по характеру мы абсолютно разные, всегда был одинаковый вкус на женщин. Карина – прямое тому доказательство. Изящные, высокие, с большой упругой грудью, ухоженные, игривые и умные. Ни одно из этих описаний не относится к Вике, и, скорее всего, для Юры она была лишь девочкой на одну ночь. Ну не о школьной же программе по алгебре с ней разговаривать, серьезно. Или где она там учится?

Вика молчит, не произносит ни слова. С силой несколько раз жмет на кнопку вызова лифта и полностью избегает меня. Я прислоняюсь спиной к стене рядом с ней и не отвожу от нее задумчивого взгляда. Рассматриваю и изучаю. Нужно держать ее поближе, чтобы заставить Юру понервничать и принять правильное решение. Вика – отличный рычаг давления.

В лифте становится невыносимо душно. Наши взгляды встречаются в отражении зеркала, и на моем лице растягивается кривая ухмылка. Она похожа на пай-девочку, которую я украл у строгих родителей и теперь веду в свою квартиру, чтобы показать, что значит быть с настоящим мужчиной. В какой-то момент я даже задумываюсь над тем, чтобы и в самом деле попробовать затащить ее в постель, но быстро отметаю эту мысль прочь. Во-первых, она похожа сейчас на побитую собаку и я совершенно не чувствую к ней влечения; во вторых, она все-таки не в моем вкусе. Слишком тощая, слишком молодая, слишком истеричная и эмоциональная. А еще беременная. Возможно, моим племянником или племянницей.

– Прекращай реветь, в жизни бывают разочарования, этого не избежать. Научись жить с тем, что есть, – бросаю холодно и цинично, зато правдиво. Это лучше, чем убеждать ее, что все будет хорошо, Юра обязательно одумается, они поженятся и будут счастливо жить до конца своих дней. Хотя на самом деле именно в этом я и должен убедить ее, чтобы достичь своей цели.

– Да пошел ты, – бросает на меня уничтожающий взгляд и выходит из лифта первой. Босыми ногами ступает по кафелю и останавливается возле двери в мою квартиру.

Я не спешу, нарочито медленно подхожу к Вике вплотную, вставляю ключ в замочную скважину, делаю три оборота и распахиваю перед ней дверь. Она недовольно поджимает губы, на меня даже не смотрит, переступает порог и сразу же направляется в комнату, которую я ей выделил. Я усмехаюсь ей вслед и устало заваливаюсь на диван. Ничего, у всех в жизни бывают разочарования, переживет.

Я расстегиваю пуговицы на рубашке, закрываю глаза и пытаюсь спокойно проанализировать все то, что произошло сегодня. Юра был зол, испуган, но я уверен, он сделает все так, как я ему сказал. Пусть забирает себе Вику с их ребенком, а я позабочусь о Карине с близнецами. После того как брат разорвет с ней отношения, я с легкостью и огромной радостью смогу утешить ее.

Я с трудом заставляю себя подняться с дивана, на ходу снимаю одежду, открываю дверь гардеробной и застываю, удивленно разглядывая идеальный порядок на полках. Ладно, беру свои слова обратно, от девчонки может быть толк, здесь не было так убрано с тех пор, как я купил эту квартиру. Вряд ли хоть одна из моих любовниц, оставшись у меня на ночь, решила бы скоротать время за раскладыванием по цветам моей одежды.

Я останавливаюсь у двери гостевой спальни и прислушиваюсь к звукам в комнате. Немного приоткрываю дверь и натыкаюсь взглядом на кромешную тьму.

– Вика? – зову тихо и, убедившись, что она спит, щелкаю выключателем. Комнату заливает тусклый свет, и, не заботясь о том, что Вика может проснуться, я подхожу к краю кровати, рассматривая спящую девушку.

Ее лицо расслаблено, розовые губки приоткрыты, а край одеяла оголяет плечо и выпирающие ключицы. Волосы разбросаны по подушке, и я какого-то хрена не могу удержать при себе руки и касаюсь ее шелковистых локонов. Несколько минут просто смотрю на нее, ловя себя на мысли о том, что жутко хочется намотать ее длинные волосы на кулак, а потом… Проклятье, совсем с катушек съехал. Я резко отшатываюсь от кровати, выключаю в комнате свет и спешу поскорей убраться к себе, пока не натворил какой-то фигни.

Долго верчусь в постели, сон все никак не идет, и стоит мне только прикрыть глаза, как из коридора доносится какой-то шум. Я откидываю в сторону край одеяла и тихо подхожу к двери, сжимая в руках телефон. Очень надеюсь, что это не то, о чем я подумал. Звук повторяется, я тихо приоткрываю дверь и иду в сторону гостиной, замечая впереди невысокий женский силуэт.

– Далеко собралась? – включаю подсветку на телефоне и направляю свет в сторону девушки. Она испуганно вскрикивает, бросает на пол чемодан и с силой прижимает к груди свою сумочку.

Глава 8

Вика

Сердце гулко бьется в груди, заглушая посторонние звуки, я испуганно смотрю на мужчину передо мной и чувствую себя загнанной ланью. Специально ведь выжидала столько времени, прислушивалась к звукам в квартире, чтобы незаметно сбежать домой. Притворилась спящей и чуть не выдала себя, когда пальцы Игоря прикоснулись к моим волосам. Он вызывал во мне противоречивые эмоции. Ненависть на грани восторга.

Не так просто принять то, что его глаза – это не глаза Юры, что его улыбка, прикосновения, губы – все чужое и никогда не принадлежало мне. Но глупому сердцу не прикажешь, не вырвешь одним махом все воспоминания, чувства и мечты. В моей голове Игорь все еще тот мужчина, о котором я мечтаю и который предал меня. Мое сознание все ещё не может справиться с открывшейся мне правдой.

Я с силой прижимаю к груди сумочку с деньгами и документами, оглядываюсь назад, оценивая расстояние между мной и входной дверью, но понимаю, что не успею добежать до нее. Игорь кажется злым, и я искренне не понимаю причины. Я для него никто, он ясно дал понять это, а манипулировать собой, играя в непонятную игру, я не собираюсь.

– Далеко собралась?

– Воды решила выпить, – с издевкой отвечаю на его вопрос.

– С чемоданом?

– Ага.

Игорь делает несколько шагов ко мне, сокращая между нами расстояние, и я вздрагиваю от звука мелодии моего телефона. Такси.

– Слушай, спасибо что приютил, просветил, но мне пора. – Пячусь назад, но мужчина резко срывается с места, обхватывает меня рукой за талию и вырывает телефон.

Меня прошибает от такой близости. Я хочу и вырваться из его захвата, и уткнуться носом в его обнаженную грудь, вдыхая знакомый аромат геля для душа. Скорее всего, у них с Юрой одинаковые вкусы.

– Да? Такси? Нет, простите, вы, наверное, номером ошиблись. Девушка? Без понятия, – Игорь сбрасывает вызов, а я задыхаюсь от возмущения.

– Отпусти меня, я хочу домой! Немедленно!

– Успокоилась и пошла в мою комнату, – его голос звучит ровно и спокойно, но от этого тона по позвоночнику проходит озноб.

– Что?

– Я хочу спокойно спать до утра, а не гадать, сумела ты ускользнуть от меня или нет. Поэтому, раз доверять тебе нельзя, проведешь ночь рядом. Иди, – подталкивает меня в сторону комнаты, я же застываю на месте, давясь возмущением и не в силах произнести ни слова. – Оглохла, что ли?

– Ты мне никто, поэтому будь добр, отдай телефон и позволь мне уйти.

– Ошибаешься, Вика, ты беременная от моего брата. Возможно. Так что теперь мы связаны до конца наших дней. Да и разве не ты мне вчера ныла о том, что тебе некуда идти? С работы уволили, жилья нет, родители будут недовольны – не твои ли это слова? – Мужчина прожигает меня взглядом в полутьме, и я понимаю, что мне нечего возразить ему. Все и в самом деле так, но безвыходных ситуаций не бывает. Пойду полы мыть, если понадобится.

– Я не… – запинаюсь я, потому что в горле застревает ком. Мне только-только удалось успокоиться, забыться, а Игорь вновь потревожил колющую рану.

– У меня нет желания выяснять с