Кровь Василиска. Том 2

Интерлюдия

Имение Рода Рошфор

Некоторое время назад

Габриэль Рошфор чувствовал себя не в своей тарелке. Только что вернувшись от молодого Кастельмора, он приводил себя в порядок после поездки. А слуга уже уведомил, что его ждут в обеденном зале для отчета.

И Габриэль понятия не имел, как объяснять всё происшедшее отцу и братьям. Более того, он сам понятия не имел, что пошло не так, ведь он всё сделал правильно! Как и планировалось!

– Господин, – с лёгким поклоном в ванную комнату зашел личный слуга его отца. – Его Сиятельство просит вас поторопиться и не заставлять его и ваших братьев ждать.

– Да, Оливер. Передай что я уже закончил и через минуту спущусь, – Габриэль вздрогнул от этого холодного голоса.

Слуга кивнул и тут же удалился. Да какой он, к чёрту, слуга? Оливер Стоун не был галларийцем. Он был с севера, из Альбия, страны, ставшей своеобразным форпостом человечества, непосредственно соединенными сушей с Проклятыми землями.

Так получилось, что когда во время Войны за Наследство возник разлом, отрезавший часть восточных земель как Галларии, так и Иллерии, то в него хлынули воды Великого Океана, создав своеобразный защитный “ров” между землями людей и, как считала Церковь, Чистилищем-на-земле.

В течение года мир сотрясался от магической катастрофы. Менялся рельеф в районе катастрофы. Часть суши поднималась из океана, а другая часть опускалась. Огромные цунами смели с лица земли множество ставших прибрежными населенных пунктов. А когда, наконец, природа успокоилась, то получилось вот что.

Проклятые земли отделяли от Галларии материка примерно двести миль водного пространства, усеянного мелкими и крупными островами. Самый крупный из них – Длань Господня, который реально напоминал собой руку человека, находился к Проклятым землям практически вплотную. Отделяло его от земель триста футов водной глади, через которую был построен мост. Именно Длань Господня являлся основной базой для авантюристов из Галларии, что стремились сюда за славой и богатством.

У Иллерии похожего острова не было, поэтому иллерийцы построили форпост прямо на небольшом полуострове и находились в более сложном положении. Пару раз им приходилось быстро отступать, в спешке бросая форпост, а затем восстанавливать его заново.

Хуже было только альбийцам. Поднявшись со дна морского, двадцатимильный перешеек навсегда связал территорию Альбии с Проклятыми землями, обрекая ее жителей на постоянное противостояние с флорой и фауной неизвестного происхождения.

Вот оттуда и был Оливер, который выполнял у старого графа Поля Рошфора обязанности… Трудно было сказать, какие обязанности он не выполнял. Он с одинаковым усердием в свое время учил маленького Габриэля фехтованию и порол нерадивых крестьян, кто воровал добро хозяина. Помогал надевать гольфы старому графу и перерезал глотки его врагам. Оливер был страшным человеком. Страшным для всех врагов рода Рошфор. Единственное, чего не знал Габриэль, как он появился подле отца. Ведь когда он сам родился, Оливер уже был.

Все эти мысли пролетели внутри головы молодого человека, и он требовательно протянул руку, в которую тут же легло чистое и мягкое полотенце. Обтершись выше пояса, Габриэль с некоторым сожалением посмотрел на служанку. Она стояла, потупив глаза и не смея посмотреть на своего господина. Эта дура не смогла нормально предохраниться и теперь понесла от него. Отец не допустит бастардов, поэтому ребенка у нее не будет. Да и ладно, но Габриэль с ней еще не наигрался. А зная матушку, эта юная, но такая красивая дурочка вскоре отправится отсюда в неизвестном направлении. Может быть, даже прямиком в ад…

Габриэль улыбнулся своей шутке. Ему было без разницы, но теперь ему придется искать новую девку для своих утех. А это не так просто. Ведь годных сервов у них уже не осталось. Батюшка постарался, да и старшие братишки не отставали. В итоге младшему Габриэлю доставалось всё по остаточному принципу.

Надев чистую рубаху и камзол, Габриэль спустился вниз, где его уже ждал своеобразный семейный “совет”. За обеденным столом, неспешно попивая вино, сидели его отец и два старших брата. Матери и его младшей сестры не было, женщин в серьезные дела не посвящали.

– Присаживайся, сын, – кивнул граф Поль Рошфор.

Габриэль кивнул братьям и сел. Слуга тут же наполнил его бокал красным вином. Но Габриэль не торопился начинать пить.

– Можно отпраздновать смерть последнего Кастельмора? – усмехнулся в седую бороду старый граф, поднимая свой золотой бокал, украшенный драгоценностями. Такие же камни в многочисленных кольцах на его пальцах так же мгновенно заблестели в свете факелов. Надо признать, это завораживало.

– Нет, отец. Кастельмор всё еще жив, – уныло, не поднимая глаз, ответил Габриэль.

Сбоку раздался смешок. Это третий по возрасту его брат Гаспар не смог сдержать свое веселье. Однако под суровым взглядом отца он тут же убрал улыбку с лица. При этом у второго сына графа, Дениса, ни один мускул не дрогнул на лице.

– Что. Произошло. Рассказывай, – буквально прошипел граф.

Габриэль судорожно сглотнул. Когда отец начинал говорить с паузами между каждым словом, это означало, что он либо раздражен, либо в гневе. И то и другое не предвещало Габриэлю ничего хорошего. Но отмолчаться тоже бы не получилось. Поэтому, набравшись смелости, Габриэль начал рассказ.

После того как он закончил, настала очередь графа. Самым лестным эпитетом, который он употребил к своему младшему сыну, было слово “неудачник”. А так-то он не сдерживался в выражениях. Конечно же, он вспомнил свою гордость – старшего сына, наследника Винсента Рошфора, что прямо сейчас наводил порядок на южных границах, подавляя мятеж. Действуя, как он умел и любил, и отрабатывая прозвище Багровый Палач, просто сжигая дома бунтовщиков вместе с ними самими.

Были упомянуты также и Денис с Гаспаром, и то, что ему, Габриэлю, было поручено ответственное задание, чтобы он, наконец, сделал что-то большее, чем портить служанок и пить без меры. Но он облажался! И это очень расстраивает старого графа. Чрезвычайно расстраивает!

В конце своей обвинительной речи он стал апеллировать к зрителям, то есть к другим сыновьям, спрашивая, как у него могло родиться такое ничтожество, как Габриэль, который не смог выполнить даже такое простое поручение?!

Братья с удовольствием над ним посмеялись, от чего Габриэль буквально взбесился. Но, конечно же, он не мог показать своих чувств отцу. Он стоял, глотая слезы злости, обиды и бессилия, и бормотал, что клянется, что прикончит Кастельмора, чего бы ему это не стоило! А затем он со слезами на глазах буквально закричал, что Кастельмор согласился приехать к ним на охоту.

Это помогло. Старый граф на минуту замолчал, а потом произнес.

– Возможно, с тобой еще не все потеряно. Даю тебе последний шанс, иначе лишу наследства. Убей щенка на охоте. И так, чтобы комар носа не подточил! Оливер!

– Да, Ваше Сиятельство, – как из-под земли возник Стоун.

– Помоги ему, – небрежно бросил граф.

– Будет исполнено, Ваше Сиятельство, – глубоко поклонился слуга и взглянул на Габриэля.

От этого взгляда Габриэль испытал двойственные чувства. Благодарность отцу и уверенность, что теперь, зная Оливера, всё будет в порядке. И обиду на то, что ему не доверяют. Он и сам сможет разобраться с этим доходягой! Ведь он будущий граф Рошфор!

Глава 1

– Скоро будем, господин, – крикнул Живьен с козлов кареты. И я, высунув голову в окно, увидел впереди самый настоящий замок, который был построен на большом холме и обнесен высокими стенами.

“Не удивлюсь, если там еще и ров найдется”, – подумал я и усмехнулся про себя.

Дорога до отравителей семьи Люка Кастельмора действительно заняла меньше суток. Магические лошади, которых назвали “Альбийские Вихри”, оказались настоящими зверюгами и без устали скакали все сутки напролет, лишь один раз прервавшись на еду и питье. Название отражало их историю. Именно альбийцы смогли найти, приручить и сейчас разводили этих великолепных животных.

Кстати, ели и пили эти монстры за троих, а цену за них я решил и вовсе не уточнять, ибо в ближайшее время я такого скакуна точно позволить себе не смог бы.

– Хорошо, – ответил я, оторвавшись от созерцания замка и его окрестностей.

Несмотря на то, что у меня был всего день на подготовку к охоте с Рошфорами, в течение которого я не потратил зря ни секунды, я был полностью готов.

Во-первых, я научился стрелять. Пистолет, а уж тем более мушкет, сильно порадовали меня в плане своей поражающей силы. А когда я соединил структуру металла пуль со своими ядами, то радости моей не было предела.

И да, помог мне в этом Фредерик, который проявил недюжинные навыки владения огнестрелом. При этом он очень пытался скрыть удивление, глядя на то, как мгновенно я все схватываю. Ну, изучение новых орудий убийства было для меня всегда в приоритете. И без ложной скромности скажу, что у меня явно талант к его быстрому освоению.

Да, ядовитых пуль получилось немного, ибо в магическом плане это было очень трудозатратно. Но главное, у меня было четыре выстрела, один из которых ослеплял жертву, причем при такой концентрации отравы в пуле, скорее всего, навсегда.

Еще две пули несли в себе яд Ласковой смерти, а последняя – отраву, которой пытался убить меня Габриэль Рошфор. Я решил не пользоваться ядом магических паразитов, так как это сразу же навлекло бы на меня подозрения. А этого я сейчас хотел меньше всего.

Помимо уже изученных ядов, я прихватил с собой парочку пузырьков новых. Достав из внутреннего кармана склянку с ярко-красной субстанцией, я аккуратно откупорил крышку и сделал небольшой глоток.

Времени до того, как я доберусь до поместья, еще хватало, чтобы мой организм успел поглотить и эту отраву, которая была сделана из бладника и обладала интересными свойствами, а именно – не давала крови свернуться.

Любая рана, полученная под этим ядом, могла оказаться смертельной. А главное, эффект этой отравы длился очень долго. К тому же я усилил этот состав еще и своей маной, что сделало его еще опаснее, и теперь он мог оказать сильный эффект даже на магов.

Второй яд, который я взял к Рошфорам, был экстракт Змеиного плюща. Он обладал интересной способностью лишать жертву, в чей организм он попал, способности двигаться. Да, паралич – штука серьезная, но не настолько, как мой последний яд.

“Идеальный Убийца” – вершина алхимического искусства, которой достиг Люк Кастельмор.

Я убрал пузырек с жидкостью цвета крови обратно во внутренний карман моего новенького охотничьего камзола и достал другой.

Тягучая субстанция прозрачного цвета внутри маленькой склянки источала ровный и теплый свет. Отдав дань уважения бывшему владельцу этого тела, я довел этот яд до совершенства, по максимуму наполнив его маной своего ядовитого ядра, что во много раз усилило его эффект.

А чем же был так хорош “Идеальный Убийца”?

Все просто. Принцип действия этого яда был схож с тем, как работал яд у Шершнелова – небольшого паука из моего мира. Попадая внутрь организма, яд, который создал Люк, выделив особые пищеварительные ферменты из хищного растения под названием Ловчая лоза, начинал разжижать внутренности, включая кости, превращая все в некое подобие кашицы. Кроваво-мясной…

Да уж, Люк был настоящим гением, когда дело касалось алхимии, а в особенности – ядов. Такой отравы даже лучшие ядомансеры моего тайного ордена не придумали, а вот молодой Кастельмор смог, за что я ему был премного благодарен.

По возвращении в поместье из Сент-Эрена я нашел этот яд, когда выбирал остальные. На нем не было маркировки, поэтому он сильно меня заинтересовал. Пришлось поднять много записей Люка, прежде чем я смог найти описание этого яда. Эта отрава была последним детищем молодого Кастельмора, на создание которой он потратил более трех лет.

Возможно, даже больше, так как такие проекты не придумывались за день. Наверняка, идея такого яда пришла ему еще когда он был подростком. А затем, капля по капле, собирая информацию и проводя долгие часы за книгами в библиотеке, Люк, наконец, смог сформулировать для себя общее направление, а став постарше, приступил к его реализации.

В общем, как только я узнал, что за сокровище у меня в руках, разумеется, первым делом решил испытать его действие на себе, чем не только усилил свое ядовитое ядро, но и заполучил возможность создавать такой яд.

Вкупе с отравой, которая позволяла мне обездвиживать своих жертв, я превращался в настоящего хищного паука, который сначала парализовывал свою жертву, а потом превращал его внутренности в кашу. А затем…

Так, стоп. Что-то моя фантазия слишком уж разыгралась! Разумеется, я бы не стал есть “это”.

И вообще, изначально я вспомнил то, насколько болезненными были мои ощущения, когда я попробовал каплю “Идеального Убийцы”. По причинению боли он совсем не уступал эффекту от съеденного лепестка Ласковой Смерти, если вообще не превосходил некротический цветок.

Болел буквально каждый орган в моем теле, а кровь, казалось, и вовсе сейчас закипит и польется из всех возможных отверстий, включая поры в коже. И самое страшное, что от этого яда не было противоядия. Люк только начал его разрабатывать, но был убит Рошфорами.

“Ну ничего, я отомщу и за тебя, парень”, – пообещал я душе молодого Кастельмора, убирая маленький пузырек обратно во внутренний карман.

Кстати, еще один интересный факт об этом яде. Странно, но он полностью отторгал магию. Как бы я не пытался насытить его маной своего ядовитого ядра, у меня никак это не выходило и после десятка попыток я забросил это гиблое дело.

В любом случае, ночь для меня выдалась не из приятных, поэтому, когда настало время отправки и я покинул свое поместье, большую часть дороги я просто проспал. Но зато мое магическое сердце снова окрепло. Это касалось и паутины энергоканалов. Поэтому, несмотря на неудобства и боль, которую пришлось перетерпеть, я был очень доволен результатом.

А тем временем мы уже подъехали к замку Рошфоров, у которого действительно был ров.

– Господин Люк, сейчас мост опустят, и мы проедем, – произнес с козлов кареты Живьен, когда остановка слишком затянулась.

– Хорошо, – ответил я и усмехнулся.

Наверняка специально задерживают меня здесь, чтобы показать мое место.

“Ну что ж, я никуда не тороплюсь”, – подумал и еще раз решил проверить, все ли у меня на месте.

На охоту к Рошфорам, помимо ядов и заготовленных для них же пуль, я взял свою фамильную шпагу, несколько комплектов сменной одежды и обуви. Благо, за время моего отсутствия Фредерик успел обо всем этом позаботиться и успел обновить мой гардероб. Как, впрочем, и остальных слуг в поместье, что тоже было важно.

Дворецкий отчаянно порывался отправиться со мной в это осиное гнездо, которым являлось не только само поместье Рошфоров, но и будущее мероприятие, но я был непреклонен. Одно дело рисковать своей жизнью, к чему я давно уже привык, и другое дело – другим человеком, к которому к тому же я испытывал симпатию.

Если уж мне суждено сгинуть здесь, то за собой я никого не утащу. Один раз я уже на этом обжегся и больше не хочу. Я даже оставил управляющему письмо, в котором рассказал, где находятся все мои деньги, которые мне удалось скопить за то недолгое время, пока я был в этом мире.

Для дворянина сумма небольшая, но слугам этих денег должно было хватить, чтобы безбедно существовать несколько лет. Причем не одному Фредерику, а именно всем слугам в поместье Кастельморов. Пока я обо всем этом рассуждал, ворота наконец-то открылись, и через ров опустился подвесной мост.

“Интересно, со своими навыками смог бы я проникнуть в этот замок?” – подумал я, наблюдая за всем этим действом, и уже хотел было ответить “да”, но затем переключился на магическое зрение и понял, что погорячился с ответом.

“Ничего себе. Вот это я понимаю, магическая защита”, – смотря на все это “великолепие”, думал я, пока мы ехали по мосту.

Видимо, денег у Рошфоров было ну очень много, раз они смогли позволить себе подобное. Дело в том, что магии в их стенах было столько, что от сильной ее концентрации у меня даже начали побаливать энергетические каналы, благодаря которым я и мог смотреть на мир с помощью магии. Хотя не думаю, что все это было именно защитой.

Скорее всего, часть маны в стенах замка служила для того, чтобы укрепить их. И если мои догадки были верны, то катапульты, требушеты и другие осадные орудия этим каменным стенам точно не угрожали.

С воротами, к слову, была та же ситуация, поэтому использовать таран было тоже бесполезно. А ещё был ров, который тоже оказался с сюрпризами.

“А это еще что такое?” – удивленно произнес я про себя, когда заметил более десятка магических аур, которые плавали в воде и явно были живыми. Строение магической системы было схоже с конями, которые доставили меня сюда.

– Во рве кто-то живет? – высунув голову из окна, поинтересовался я у возничего.

– А вы наблюдательны, господин, – усмехнулся Живьен. – Да, там плавают кое-какие твари, которых специально вырастили для господ. Упал в ров, считай, поминай, как звали! Человека живьем могут за пару секунд до косточек обглодать! – добавил он, явно немного преувеличивая способность существ к поеданию мяса.

Хотя, кто знает…

– А на что похожи? – поинтересовался я.

– На рыб. Только с большой пастью и зубами. Вы даже не представляете, господин Люк, сколько они жрут! Причем нет разницы, живых или мертвых, – возничий тяжело вздохнул. – Все преступники там оказываются, – я увидел, как Живьен покачал головой. – Думаю, там на дне даже костей нет. Всё эти твари пожирают, – добавил мой собеседник как раз в тот момент, когда мы подъехали к страже, которой возле ворот было больше десятка.

Все в хороших доспехах, поверх которых были накинуты плащи в цветах Рошфоров – фиолетовые и на каждом из них был вышит герб дома.

Карета остановилась.

– Я везу Люка Кастельмора, – произнес Живьен с козлов. Но, судя по тому, что в ответ возничий услышал молчание, пускать меня внутрь не торопились. К окну подошел один из стражи.

– Люк Кастельмор? – заглянув в окно, поинтересовался мужик лет сорока на вид.

Чем-то он мне сразу напомнил Жака. Видимо, густыми усами и своим нахальством.

– Барон Люк Кастельмор, – холодно ответил я, смерив стражника не самым радушным взглядом.

– Хорошо, барон, – кивнул мой собеседник. – Попрошу вас покинуть карету для досмотра, – добавил он, а я усмехнулся про себя.

Вот, значит, как Рошфоры встречают гостей. Ясно. Ладно, будем играть по их правилам. Я покинул карету и, оказавшись снаружи, посмотрел на стражника, который оказался куда как выше, чем я думал.

“Здоровый детина”, – подумал я, смотря на воина, который почти на голову был выше меня ростом и раза в два шире в плечах.

– Оружие придется сдать, барон, – осмотрев меня с ног до головы, тем временем произнес усач, с нагловатым видом уставившись на меня. Ну это уж совсем наглость! Никто не смеет забирать личное оружие у благородного.

– Нет, – спокойно ответил я. – Мое оружие останется при мне, – добавил я, смотря собеседнику в его насмешливые глаза.

Наверняка ему приказали все это сделать, и он был не виноват. Но это ничего не меняет. Меня хотели оскорбить на глазах у других стражников, и этого я терпеть не собирался. Мой ответ, видимо, удивил усача, ибо ответил он не сразу.

– Но…

– Никаких “но”, – перебил я собеседника. – Или ты пропускаешь меня, или я разворачиваюсь и ухожу! – добавил я, так как продолжать развивать этот конфликт я не собирался.

У меня не было никакой обиды и злости. Лишь небольшая усталость и раздражение. Подозреваю, за всем происходящим сейчас наблюдают откуда-то сверху. Жалкие идиоты… Такой дешевый трюк? Могли бы придумать кое-что поинтересней. Да и Рошфорам я, если что, смогу отомстить и позже. И это приглашение на охоту больше в их интересах, нежели моих.

Это ведь они изначально задумали расправиться со мной на охоте, а только потом уже я решил воспользоваться удачным стечением обстоятельств и отомстить за смерть Кастельморов. Мои слова смутили стражника, и он покосился на одну из башен, располагающуюся справа от ворот.

“Хм-м. Интересно,” – я использовал магическое зрение, и мои догадки подтвердились.

Там действительно стоял обладатель магического огненного дара. Это, с большой вероятностью был кто-то из семьи Рошфоров. Вот только кто именно, я не знал. Значит, я угадал. Кто-то пришел лично посмотреть на то, как стражники на воротах изымут мое оружие и тем самым унизят меня. Неужели это Габриэль мстит мне за то, что у него не получилось меня отравить? Судя по нашему недолгому знакомству, он вполне был способен на подобную низость.

“Ну что за идиот?” – усмехнулся я про себя, понимая, что если я сейчас уйду, родственники по голове его точно не погладят.

– Ну, как пожелаете, – спокойно произнес я и, развернувшись к стражнику спиной, пошел обратно. Да, путь выдастся не быстрым, но зато прогуляюсь, а заодно посмотрю владения своего врага. Я уже сделал несколько шагов в противоположную от замка сторону, когда меня окликнули. И голос этот я уже слышал ранее.

– Барон! Куда же вы? – я обернулся и увидел в окне башни Габриэля Рошфора собственной персоной.

Он дружелюбно помахал мне и улыбнулся.

“Что, струхнул, крысеныш?” – подумал я, наблюдая за младшим сыном семьи Рошфоров, который, наверное, уже успел в штаны наложить, поняв, что я сейчас могу уйти.

И да, он что, думает, я с ним сейчас буду перекрикиваться? Совсем идиот, что ли? Я вежливо кивнул ему и, повернувшись спиной, пошел дальше. А спустя буквально мгновение ощутил всплеск магической силы.

“Неужели хватило духа атаковать в спину?” – подумал я, сразу же разогнав магическую энергию по всему телу. Я обернулся и увидел Габриэля, который, стоя на парапете, оттолкнулся от него и спрыгнул вниз. При этом стоило ему оказаться в воздухе, как из его ног вниз ударили мощные огненные потоки, которые замедлили его падение, и он легко опустился на землю.

“Зрелищно”, – я оценил приземление молодого дворянина, заодно мысленно поблагодарив его за демонстрацию того, на что способна огненная магия, которую я еще не видел в деле.

– Барон Кастельмор, рад вас видеть, – произнес он и попытался натянуть на лицо дружелюбную улыбку.

Почти получилось. И человек, не разбирающийся в людях и их эмоциях, наверняка бы поверил, что перед ним стоит человек, который к нему доброжелателен. Но я разбирался и считывал любую мимику на лице молодого аристократа. И мне было видно сколько в нем… Желчи.

– Да? Не заметно, – холодно ответил я Габриэлю.

– О чем вы? – мой собеседник попытался изобразить удивление.

– О том, что у меня попытались изъять оружие, – ответил я Рошфору. – Вы со всеми гостями так обращаетесь? – прямо спросил я, смотря своему собеседнику прямо в глаза.

– Да, таковы правила, – ответил он, явно солгав.

– Хм-м, да? – задумчиво произнес я. – Хорошо, я спрошу у остальных гостей, так ли это, – добавил я и увидел в его наглых и надменных глазах панику.

Да уж, интриган он не самый лучший… Не зная, что ему дальше делать, Габриэль решил поступить так, как, скорее всего, он привык. Повернувшись назад, он позвал стражника, который со мной говорил.

– Я уточню распоряжение у главы стражи, – решил он спихнуть свою вину на другого.

“ Вот же крысеныш”, – снова подумал я, чуть не улыбнувшись, так как, кажется, я придумал ему подходящее прозвище. Ну и наблюдал за тем, что происходит.

Далее события начали разворачиваться так, как я и предполагал. Младший Рошфор начал перекладывать вину на главу стражи, а тот, будучи человеком подневольным, разумеется, стал ему подыгрывать.

– Не беспокойтесь, барон, виновный будет наказан! – торжественно произнес он, когда конфликт был разрешен. Я посмотрел на усача, на котором уже не было лица. Видимо, он уже понимал, чем ему аукнется все, что сегодня произошло.

А ведь этот крысеныш с легкостью обставит эту ситуацию так, что начальник стражи останется виноватым, чтобы выгородить свою шкуру. И ведь бедолагу даже не спросят, как все было на самом деле.

– Замнем это дело, – произнес я, посмотрев на Габриэля. – Можете считать, что всего этого не было. Зачем портить этот вечер? – добавил я, и лицо моего собеседника засияло от счастья.

– Верно, барон! – радостно ответил младший Рошфор. – Прочь с глаз моих! – он махнул на главу стражи рукой, и того как ветром сдуло. – А теперь прошу за мной, барон. Я покажу вам “Гордость Рошфоров”.

Глава 2

Если я думал, что у маркиза Жана Де’Бордо был роскошный особняк с прилегающей к нему территорией, то на фоне замка “Гордость Рошфоров” он казался флигелем, который часто строят для слуг, чтобы они не жили вместе с хозяевами.

Размах застройки поражал. Внутри замка, казалось, находился небольшой городок, который жил своей жизнью. Все чем-то занимались. Слуги работали, стражники несли свою службу, гости ходили с надменным видом, а солдаты тренировались. Кстати, последних на тренировочной площадке было точно не меньше пары сотен, а может даже и больше.

“Прямо небольшая армия”, – подумал я, смотря на солдат, которые занимались боевой подготовкой в фиолетовых цветах Рошфоров. Кто-то фехтовал, кто-то стрелял по мишеням. Причем на вооружении у личной армии моих врагов были как арбалеты, так и мушкеты, что опять же говорило о том, что деньги у них водились. И много.

– У нашей семьи более пяти сотен обученных и квалифицированных бойцов, – поймав мой взгляд, обращенный на плац, произнес Габриэль. – И это только в “Гордости Рошфоров”, – добавил он с гордой улыбкой на лице. – Кстати, барон, а вы взяли что-то кроме пистолетов на охоту? – спросил он, посмотрев на пистолет, заткнутый у меня за пояс.

– Мушкет остался в карете, – спокойно ответил я, не обращая внимания на насмешливые интонации в его голосе.

Если младший Рошфор и хотел меня как-то задеть, то получалось у него это, откровенно говоря, плохо.

– Да? Это очень хорошо. А кем он был изготовлен? – поинтересовался Габриэль.

– “Пьежская мануфактура”, – ответил я.

По приезду в поместье я, будучи профессионалом, сразу же навел справки об оружии, которое получил в Сент-Эрене. Фредерик, в прошлом человек военный, был подкован в данной теме и располагал нужной мне информацией.

Оказалось, что мушкет и оба пистолета были изготовлены “Пьежской мануфактурой”, которая славилась своими изделиями на всю Галларию. В общем, оружие мне досталось качественное и очень дорогое. Поэтому сейчас я не без удовольствия наблюдал за метаморфозами в эмоциях на лице Габриэля, которые быстро сменяли друг друга.

– Неплохо – послышались в его голосе нотки разочарования от того, что ему не удалось уязвить меня.

“Неплохо”, это еще слабо сказано. “Пьежская мануфактура” занимала лидирующие позиции по производству высококачественного современного оружия в стране. Именно мушкетами этой мануфактуры было вооружено самое элитное подразделение Галларии – Королевские мушкетеры.

– Возможно, – тем временем ответил я своему собеседнику. – На кого будем охотиться?

– Фазаны, кабаны, олени. В наших лесах полно добычи, – ответил Габриэль и окинул меня оценивающим взглядом.

Вот, значит, что он думает. Уже видит во мне добычу? Что ж, думаю, скоро его придется его разочаровать. Как, впрочем, и других членов семьи Рошфоров.

Кстати о них. Пока мы шли по внутреннему двору замка, я частенько переключался на магическое зрение, чтобы оценить уровень силы дворян, которых, как и меня, пригласили на охоту. И остался совершенно не впечатлен, пока в мое поле зрение не попал человек, чья магическая сила поражала.

“Что это за чудовище?” – подумал я, когда увидел его магическое ядро и просто невероятную систему энергетических каналов, которая просто поражала.

– Барон, пойдемте, поприветствуем отца, – произнес Габриэль. И я увидел небольшую группу аристократов, которые о чем-то оживленно беседовали у небольшого фонтана.

– Разумеется, – кивнул я, и мы направились прямиком к той ауре, на которую я все еще смотрел при помощи магического взора. Несложно было догадаться, кому она принадлежит, особенно если принять во внимание элемент магии ее обладателя. Огонь. Такой же как и у Габриэля.

Вот только если магия младшего Рошфора меня совершенно не впечатлила, то вот его отец был настоящим монстром. Причем, видимо, не только в магическом плане, раз он из-за кого-то леса решил отравить всю семью Кастельморов. Вместе с моим провожатым мы подошли к аристократам, которые обсуждали предстоящую охоту.

– Вот я и говорю. Беру, значит, я его на мушку и… – неизвестный мужчина затих, когда увидел Габриэля и меня.

– Отец. Господа, – младший Рошфор вежливо поприветствовал отца и аристократов кивком головы. – Позвольте вам представить барона Люка Кастельмора, – произнес он, и я последовал его примеру и тоже вежливо склонил голову.

– Приветствую вас, господа, – сказал я, смотря на четырех мужчин, чьи магические ауры были настолько слабы, что просто блекли на фоне главы семейства Рошфоров.

– Рад, что вы приняли приглашение, барон, – произнес граф Поль Батист Рошфор.

– Как же я мог отказаться? – ответил я. – Ведь наши земли граничат, и нужно поддерживать дружеские отношения между нашими семьями, – добавил я, глядя в глаза человеку, который был повинен в смерти всех родных Люка, в тело которого попала моя душа.

– Согласен, – кивнул мужчина. – Я слышал, что случилось с вашей семьей. Соболезную вашей утрате, – добавил он, изображая сочувствие.

Причем, в отличие от сына, притворялся граф более искусно, что было неудивительно, учитывая его возраст и опыт плетения интриг. Без этого в подобном обществе было просто не выжить. Ты либо играешь и выигрываешь, либо тебя съедают. Все просто.

– Спасибо, – поблагодарил хозяина замка.

– Я слышал, что всему причиной был яд? – спросил Поль Рошфор.

– Все верно, – кивнул.

– Подозреваете кого-то? – спросил глава семейства, явно издеваясь надо мной. Уверен, что не только он, но и все присутствующие, включая меня, знали, кто стоит за всем этим.

– Да, но пока не буду точно уверен в том, что я прав – называть имен не буду, – спокойно ответил я. – Но будьте уверены, что виновные получат по заслугам, – добавил я ледяным тоном и холодно улыбнулся.

– Тогда могу пожелать вам удачи, – ответил Поль Рошфор. – Габриэль, проводи барона в его комнату, – добавил он, продолжая с интересом изучать меня взглядом.

– Благодарю, граф, – вежливо ответил я. – Хорошего вам вечера, господа, – попрощался я с остальными благородными, после чего вместе с младшим Рошфором пошел в сторону главных ворот замка, которые тоже впечатляли своими размерами, ибо были раза в три выше меня. И, разумеется, тут так же не обошлось без магии, которой на внутренних воротах замка было даже больше, чем на внешних.

Да уж, не завидую я тому, кто решится взять “Гордость Рошфоров” штурмом. Хотя для прежнего меня проникнуть сюда и устранить нужные цели не составило бы большого труда. Да, тут было много стражи, да и защитных чар хватало, но при должной постановке, тщательной подготовке и специализированным инструментам я бы смог справиться с поставленной целью. Благо, будучи Василиском, мне удавалось проникать и на более защищенные объекты, нежели этот замок.

Тем временем нам открыли ворота, и с внутреннего двора замка мы попали внутрь.

– Под гостей отец отвел все правое крыло, – произнес Габриэль, когда мы оказались в большом и просторном холле, который был щедро украшен стойками с доспехами, оружием, цветами, посудой и прочей утварью, которую богатеи хотят выставить на всеобщее обозрение, чтобы показать свою состоятельность. Мне все это было не интересно, поэтому я не придал всему этому роскошеству особого внимания.

– Пойдемте за мной, барон, – младший Рошфор сделал приглашающий жест и пошел первым, а я последовал за ним, по пути запоминая все повороты и лестницы, которые казались бесконечными. Складывалось такое ощущение, что внутри замок был еще больше, чем снаружи.

– Вот ваша комната, – мы остановились возле деревянной двери, окованной металлическими пластинками.

“Интересно, какую свинью мне подкинут на этот раз? Буду жить со слугами? Или это какая-нибудь кладовка?” – подумал я и уже приготовился к худшему, но мои опасения не подтвердились.

Когда Габриэль открыл дверь, за ней оказалась небольшая, но уютная комната с большой кроватью, письменным столом, шкафом под одежду и всем тем, что было необходимо для недолго, но комфортного проживания.

– Ваша комната. Располагайтесь, барон, – произнес младший Рошфор. – На этом прошу меня извинить, но я вынужден вас покинуть. Сами понимаете, дела не ждут, – явно переигрывая с вежливым тоном, добавил он.

– Разумеется, лорд Габриэль, – я кивнул собеседнику, и вскоре Габриэль удалился. А я остался в комнате один.

И первым делом я решил проверить свое временное жилище на наличие магии. Вернее, на наличие шпионских заклинаний. И, конечно же, они были.

– Не поскупились, – усмехнулся я, смотря на обилие магии вокруг меня. Что ж, придется их немного разочаровать. Я подошел к первому магическому сосредоточению, которое спрятали за зеркалом, стоящим на письменном столе.

“Хм-м. Интересно”, – перевернув его, я обнаружил сзади маленький плоский кристалл размером с монетку. Коснувшись его пальцем, я влил в него свою магическую энергию, и он сразу переполнился и “потух”. Следующий “шпион” оказался рядом.

Им тоже оказался небольшой плоский кристалл, который был приделан к нижней части столешницы письменного стола. Дальше наступила очередь подсвечника у кровати и сама кровать, причем там магических сосредоточений было аж целых три штуки.

В общем, чтобы полностью “очистить” свою комнату от шпионских и других магических чар, у меня ушло около часа. Но в результате я остался очень доволен проделанной работой.

“Интересно, во сколько им все это обошлось?” – подумал я, осматривая небольшую горку кристаллов различных форм, расцветок и размеров.

Скорее всего, не дёшево. Вопрос только, чего они всем этим хотели добиться? Я собрал кристаллы в руку, а затем переложил их с кровати, на которой они лежали, на стол.

“Надо будет избавиться от большинства”, – решил я, убрав несколько во внутренний карман камзола, чтобы потом их как следует изучить, а все оставшиеся – в кулек, который я сделал из листа бумаги. Я уже собирался было выйти из комнаты и прогуляться по замку, когда в дверь постучали.

– Открыто, – произнес я, и на пороге появилась молодая девушка с подносом.

– Господин, ужин, – произнесла она, стоя в дверях и не решаясь идти дальше.

– Поставь на стол, – ответил я служанке. И когда она сделала то, что я ей сказал, спросил. – А остальные гости где ужинают?

– Не знаю, господин, – ответила она, явно говоря правду. – Могу я еще чем-нибудь вам услужить? – поинтересовалась она.

– Мне нужна вода, чтобы умыться с дороги, – ответил я, ибо Габриэль об этом не позаботился.

Хотя, наверное, и не должен был. Не уверен, что он вообще должен был меня встречать и показывать замок. Кто я такой? Обнищавший барон, которого пригласили на охоту с единственной целью: он должен умереть на ней при каких-нибудь странных стечениях обстоятельств. Благо лес большой и опасностей там хватало. Уверен, что меня просто собираются пристрелить где-нибудь, а труп оставить на съедение каким-нибудь диким хищникам. И поминай, как звали.

– Это все, господин? Только вода? – голос служанки отвлек меня от мрачных мыслей о предстоящем покушении на меня.

– Да, это все, – ответил я, удивившись, что девушка все еще здесь.

Или постойте-ка. Кажется, я понял, почему она все еще стоит и неуверенно переминается с ноги на ногу. Я смерил служанку изучающим взглядом, поймав который, она вздрогнула и сразу же стушевалась.

– Тебя подослали скрасить мне ночь? – прямо спросил я.

– Да, господин. И если вы…

– Мне это не нужно, – ответил я.

– Я недостаточно красива для господина? – голос девушки задрожал.

– Нет, дело в не в этом, – я покачал головой.

– А в чем? Господин, прошу меня извинить, если я не права, но может, позвать кого-то другого? – осторожно поинтересовалась моя собеседница. – Кого-то кто…

– Не советую тебе договаривать эту фразу, – произнес я, понимая, к чему она клонит.

– Прошу прощения, господин, я ни в коем случае не хотела вас оскорбить и…

– Все нормально, – спокойным голосом произнес я. – Просто принеси воды. Больше ничего не нужно. Лучше большую кадушку. Я устал с дороги, – добавил я и устало вздохнул.

В этом мире все было точно так же, как и в моем. Положение в обществе решало абсолютно все. У бедняжки просто не было другого выбора, кроме как подчиниться своим господам и выполнить их приказ. Заставили лечь под кого-то, и ты делаешь это, так как выбора у тебя нет.

– Хорошо, – тем временем ответила девушка и вышла из комнаты.

Я посмотрел на поднос – все было очень скромно. Интересно, меня одного кормят в комнате, а всех остальных гостей собрали в какой-нибудь роскошной столовой или с другими так же поступили? Да, я прекрасно понимал, что благородные – благородным рознь, но мне было интересно, насколько именно большая между нами пропасть.

Ладно, плевать. Я тут вовсе не за этим. Я подошел к окну и открыл его. Комната сразу же наполнилась вечерней прохладой и запахами еды. Бойцы Рошфоров, казармы которых располагались прямо у меня под окном, что-то готовили в огромном котле, и, судя по запаху, это было что-то очень наваристое и мясное. Я посмотрел на поднос и поморщился.

“Лучше бы я поел с ними”, – подумал я и высунулся из окна практически на весь корпус.

Если бы я был самим собой, то все бы решилось этой же ночью. Под покровом тьмы я бы просто покинул свою комнату через окно, а затем нашел бы покои всех Рошфоров и перебил бы их по одному. Они бы и пикнуть не успели. Но сейчас подобное было просто невыполнимо. Тело молодого Люка было слишком слабым, а магия все еще пребывала в зачаточном состоянии.

С нынешним уровнем силы мне Рошфоров не победить и нужно было действовать по – другому и не так прямолинейно. Я взял с собой достаточно ядов, также со мной всегда были мои ядовитые способности. На охоте не только со мной мог произойти несчастный случай, но и с самими организаторами охоты. Никто не застрахован от падений, шальной пули и нападок хищников. Особенно если главный хищник – это Василиск, вышедший на эту самую охоту. В дверь постучали, и я убрал с лица недобрую улыбку.

– Входи, – произнес я. И на пороге появилась служанка, за которой в мою комнату притащили огромную бадью с горячей водой, от которой исходил приятный травянистый запах благовоний. Вошедшие трое мужчин слуг, поставив бадью в середине комнаты, сразу же удалились, а девушка не спешила покидать мою комнату.

– Я же сказал, что ты можешь на эту ночь быть свободна, – сказал я служанке, которая встала возле деревянной кадушки.

– Прошу, господин, не выгоняйте, – ответила она, и в ее голосе послышался испуг. – Позвольте просто поухаживать за вами? – она с надеждой подняла взгляд, беря в руки мочалку.

Насколько же сильно ее запугали…

– Хорошо, – произнес я и стянул с себя камзол. От того, что она просто потрет мне спину, никто не умрет.

“Хотя на моем опыте умирали и от этого”, – подумал я и усмехнулся про себя. Помнится, как-то я отравил одного шейха как раз через мочалку, пропитав ее ядом своей магии. Да, много я жизней в прошлом отнял… Хотя я уже и в этом мире успел много чего натворить. Благо все они заслужили свою участь.

Сняв с себя верхнюю одежду, а затем и исподнее, я, подставив табурет, аккуратно забрался в бадью и облегченно выдохнул. Мышцы от дневного путешествия в карете успели немного затечь, поэтому, оказавшись в горячей воде, тело наконец-то могло позволить себе расслабиться.

– Господин, могу я помыть вашу голову? – спросила служанка, которая молча дождалась, когда я окажусь в бадье.

– Хорошо, – кивнул я и уже хотел было откинуться спиной на стенку бадьи и дать девушке сделать свою работу, но вдруг краем глаза я заметил ручку какого-то металлического предмета в кармане ее передника.

“Убийца?” – сразу же промелькнула мысль в моей голове. И вместо того, чтобы расслабиться, я наоборот напрягся, а заодно и “запитал” тело магией. Девушка же тем временем взяла деревянный ковшик и, зачерпнув им воды, полила из него мне на голову.

Повторив процедуру несколько раз, она взяла в руки небольшую кожаную сумку, которая прилагалась к кадушке, и вынула из нее какую-то склянку.

“Мыло”, – сразу же понял я, когда она открыла ее, и в комнате запахло медом.

Нанеся мыло мне на голову, она начала нежно втирать его в волосы, в то время как я готов был в любой момент продемонстрировать, на что способно мое тело, усиленное магией. И он вскоре наступил. Продолжая мыть мои волосы одной рукой, служанка потянулась к металлической ручке.

“Если она думает, что Василиску так легко перерезать горло, то она сильно заблуждается”, – усмехнулся я про себя.

Что ж, Рошфоры оказались глупей, чем я ожидал.

“Или это не то, чем кажется?”– подумал я, широко распахивая глаза и впиваясь взглядом в её большие глаза. Взглядом, который не предвещал ничего хорошего…

Глава 3

Моя реакция была молниеносной. Девушка даже пикнуть не успела, когда я перехватил ее руку с… Расческа?! Я не мог поверить своим глазам. Вместо оружия служанка держала в руках обычную металлическую расческу.

В комнате воцарилась гробовая тишина.

– Я… Я не… – округлив глаза, служанка с ужасом посмотрела на меня.

Да уж, неловко вышло. Хотя, учитывая, какую жизнь я прожил, я просто не мог не стать параноиком. Я отпустил руку девушки.

– Извини, – произнес я, садясь обратно в воду.

– Господин, я…

– Не оправдывайся, я сам виноват, – произнес я, прислонившись спиной к деревянной стенке кадки. – Продолжай, – добавил я, и на моем лице появилась грустная улыбка.

Вспомнилось, что моя единственная любовь тоже как-то мыла мне голову. Наверное, единственные теплые воспоминания из моего родного мира были связаны только с ней. А потом ее забрали у меня.

– Здесь я такого точно не допущу, – буркнул я себе под нос.

– Что, господин? – встрепенулась за моей спиной служанка.

– Ничего. Это я не тебе, – ответил я девушке, которая осторожно коснулась моих волос рукой, а затем использовала расческу во второй, чтобы расчесать спутавшиеся пряди.

Приятно. Я невольно закрыл глаза от удовольствия, при этом продолжая питать тело маной. Ну, так, как говорится, на всякий случай. Интересно, а смогу я когда-нибудь по-настоящему доверять другим людям и иметь возможность расслабиться, пребывая в компании другого человека?

С точки зрения Василиска звучало неправдоподобно, но с позиции Люка Кастельмора, у которого кроме Рошфоров не было других врагов, вполне осуществимо.

“Устраню основную угрозу и заживу в свое удовольствие”, – подумал я и тяжело вздохнул.

Как будто это так просто… Ладно, уверен, что я смогу во всем разобраться. Да, возможно, следовало немного подождать и отложить месть Рошфорам на потом, когда я освоюсь в этом мире, наберусь сил, как физических, так и магических, и обзаведусь связями. Но что сделано, то сделано. К тому же уж очень хотелось посмотреть, что из себя представляют эти Рошфоры.

И если Габриэль не представлял для меня ровным счетом никакой опасности, то вот его отец, наоборот, был серьезным противником, с которым нельзя было не считаться. Опять же, я не видел старших сыновей этого человека, из которых меня больше всего интересовал Винсент Рошфор, носящий прозвище “Багровый палач”.

Если он еще сильнее своего отца, а скорее всего, так и есть, то с ним у меня могут возникнуть серьезные проблемы, особенно с моим нынешним уровнем силы. Пока я обо всем этом думал, служанка помыла мне голову и даже уложила волосы.

– Господин, могу я потереть вам спину? – тем временем поинтересовалась девушка. Было видно, что она боится покидать мою комнату, поэтому она всеми силами старалась как можно дольше задержаться здесь. Признаться честно, мне даже стало немного жаль ее.

– Хорошо, – ответил я и переместился к другой стенке бадьи, тем самым давая доступ к своей спине.

– Спасибо, господин, – поблагодарила меня служанка и, намылив мочалку, снова приступила к работе.

Прошло еще некоторое время, и когда я уже был полностью чистым, я вылез из бадьи, накинув на себя чистый халат, который, как оказалось, был сложен в нижнем ящике платяного шкафа, подошел к столу и подносу со снедью на нем и, взяв в руки кувшин, наполнил стакан вином.

Посмотрев на девушку, которая опустила глаза и молча продолжала стоять возле кадки с водой, стараясь не отсвечивать, взял в руки второй стакан и тоже наполнил его. Прежде чем отдать его служанке, я сам сделал небольшой глоток из своего стакана, дабы проверить, не было ли вино отравленным. И в первую очередь я, конечно, беспокоился не о себе. Мне отрава вряд ли навредила бы, особенно если принять во внимание, сколько сильных ядов я в последнее время попробовал.

Один только бладник чего стоит.

А вот девушка, имени которой я так даже и не спросил – могла умереть и от самого обычного яда. Поэтому рисковать не хотелось.

– Держи, – я протянул служанке стакан с вином, которое оказалось не отравленным. – Как тебя зовут? – спросил я бедняжку, которая наверное боялась лишний дышать.

– Валери, господин, – ответила она, дрожащими руками принимая из моих рук стакан.

– Отлично, Валери. Тогда поступим следующим образом, – я подошел к письменному столу и взял с него кусочек сыра. – Сейчас мы немного выпьем. Ты поешь, а затем можешь идти. Хорошо? – спросил я служанку.

– Как прикажите, господин, – ответила она и сделала небольшой глоток.

– Хорошо, – я кивнул. – Садись, – я указал ей на соседний стул, который стоял рядом.

Валери осторожно приблизилась и выполнила, что я ей велел.

– Все. А теперь ешь и пей, – я кивнул служанке на поднос и сам взял с него кусок буженины и сразу же отправил его в рот. Вкусно! Мясо буквально таяло во рту, а пряный вкус специей приятно щекотал неба. Запив мясо вином – вкус самого напитка и буженины тоже изменились.

Неплохо. Вино, которое мне принесли, явно не было дорогим, но точно было не из самых дешевых, вроде тех, которые подают в придорожных трактирах и тавернах.

За бужениной последовала разносольная рыба, которая тоже оказалась вкусной, а вслед за ней и овощи, большую часть которых я вообще еще не видел, попав в этот мир. Пока я все это пробовал, Валери тихо сидела, зажав стакан с вином, и лишь изредка делала из него глоток – другой.

– Так не пойдет, – произнес я, обращаясь к девушке. – Ешь, – я кивнул на поднос.

– Но, господин, я же не могу…

– Можешь, – спокойно произнес я. – Бери все, что нравится и ешь, – я посмотрел Валери в глаза и, поняв, что я явно настроен серьезно, девушка отломила небольшой кусок хлеба и положила на него мясо.

Запив еду вином и уже немного захмелев, Валери начала действовать более смело и в какой-то момент уже без опаски сметала с подноса все, что попадало ей под руку.

– Держи еще, – я подлил ей в стакан вина.

– Спасибо, господин, – поблагодарила меня служанка. – Почему вы так добры со мной? – она перестала жевать и недоуменно посмотрела на меня.

– Не только с тобой, – улыбнулся я. – Я со многими добр, – добавил я, вспоминая Густава и Огюста, которые были хорошими людьми, а значит, заслуживали такого же отношения и к ним.

Был еще Фредерик, который тоже зарекомендовал себя как надежный соратник, на которого можно было положиться и которому можно было доверять. К тому же нас с ним связывала общая тайна, что еще больше укрепляло нашу связь. А вот к Луи Бриану я пока не знал, как относиться. За время нашего общения он показался мне хорошим малым. Но монсеньор был не так прост, как хотел показаться на первый взгляд, и это меня настораживало.

В любом случае, Валери я не соврал. Я никогда не был злым человеком, но история моей жизни была пропитана болью, кровью и страданием, поэтому я просто не мог не стать черствым. Обо всем этом я думал, наблюдая за служанкой, которая забавно быстро уничтожала снедь, при этом не забывая налегать на вино.

– Господин, а я вам совсем не нравлюсь? – вопрос девушки, который она неожиданно задала мне, поставил меня в тупик.

Я посмотрел на Валери, щеки которой были пунцового цвета от румянца.

– Я такое не говорил, – ответил я девушке.

– Тогда позвольте мне остаться на ночь? – она подняла на меня глаза, полные надежды. – Я могу… – она замялась, а затем коснулась бретельки своего платья, опуская ее вниз.

Я остановил руку Валери и покачал головой.

– Если хочешь, можешь остаться здесь на ночь, – спокойно произнес я и посмотрел на небольшой диванчик, который выглядел довольно удобным. – Но ты мне ничего не должна. Это понятно? – прямо спросил я, смотря ей в глаза.

– Да, господин, – кивнула Валери, и по ее щекам почему-то потекли слезы.

– Что с тобой? – спросил я плачущую служанку.

– Вы… Вы так добры со мной, – ответила она, закрыв глаза руками. – Со мной еще никто не был так добр. Все только… Только…

– Успокойся, – мягко произнес я. – Вот, держи, – я протянул ей бисквит, который был покрыт ягодным конфитюром.

Не сработало. Валери продолжила плакать, и я понятия не имел, как ее успокоить.

– Оставайся здесь, а мне нужно выйти, – я встал и, накинув на себя камзол и прихватив шпагу, вышел из комнаты.

Ей наверняка лучше пока побыть одной, а мне все равно нужно немного освежиться и пройтись по замку, ибо я понятия не имел, когда в следующий раз мне выпадет такая возможность. И нет, я не собирался хранить целибат или что-то подобное. В прошлой жизни я до встречи со своей любовью не гнушался и борделей, но там, по крайней мере, был честный товарообмен. Да и Валери была милой. Уверен, всё бы случилось по согласию, я видел, что нравлюсь девушке. Просто Василиск вышел на охоту, и я не хотел сбивать концентрацию.

Покинув комнату, я по памяти без проблем восстановил маршрут, которым мы двигались вместе с Габриэлем, и вскоре был уже у ворот, ведущих во внутренний двор замка. В этот раз охрана проблем не доставила, и я без труда покинул “Гордость Рошфоров” и вышел наружу.

“Как свежо!” – я с удовольствием втянул ноздрями вечерний свежий воздух и осмотрелся по сторонам.

Затем я использовал свою магическую энергию, чтобы лучше слышать, и спустя несколько секунд мое внимание привлекли звуки, которые я ни с чем не мог перепутать. Недалеко точно сражались. Поэтому, недолго думая, я сразу же направился туда, откуда доносились звуки боя. И уже спустя несколько минут я оказался на ристалище.

“Хм-м. Любопытно”, – подумал я, когда понял, что здесь собрались не вояки Рошфоров, а знать, которую, видимо, как и меня, пригласили на охоту. Причем здесь собралась в основном молодежь, среди которой был и один мой знакомый.

– Барон, а вы какими судьбами здесь? – поинтересовался Габриэль, который отделился от небольшой группы молодых франтов и подошел ко мне.

– Хотел провериться, – честно признался я.

– Вот и мы с моими друзьями тоже! – довольным голосом произнес он. – Но просто гулять скучно, поэтому мы решили устроить спарринги! – он щелкнул пальцами, и спустя мгновение рядом с ним показался слуга с подносом, на котором стояли фужеры с игристым вином. – Угощайтесь, барон, – произнес младший Рошфор. – Это Рикад от Перье-Жуэ. Пробовали когда-нибудь? – спросил он, явно зная ответ на этот вопрос.

“Значит, ему до сих пор неймётся”, – усмехнулся я про себя и покачал головой.

– Нет, – честно ответил я.

– Не удивлен, – произнес подвыпивший младший Рошфор. – Так пробуйте! Пробуйте, барон, – добавил он еще громче.

– Спасибо, не хочу, – вежливо отказался я. – Значит, вы фехтуете? – спросил я, решив сменить тему.

– Да. А что, вы тоже хотите? – удивился мой собеседник.

– Почему бы и нет? – я пожал плечами, а затем использовал магическое зрение и остался доволен увиденным.

Вся молодежь, собравшаяся тут, оказалась довольно развитой в магическом плане, и парочка аристократов явно была посильнее даже самого Габриэля. Особенно меня заинтересовал один из молодых людей, который сильно отличался на фоне остальных.

– Габриэль, а не подскажите, кто это? – я кивнул собеседнику на светловолосого юношу с глазами цвета аквамарина.

– Кто? Кто именно? – Рошфор проследил за моим взглядом.

– Тот, что показывает кому-то свою шпагу, – уточнил я.

– А. Это барон, никто иной, как Жозе Жумельяк, – ответил Габриэль. – Сын его высокопреосвященства Арамана де Лузиньяна, герцога Жумельяка, – добавил он и посмотрел на молодого человека взглядом, в котором смешалось сразу много эмоций.

И все они были негативными.

– Спасибо, – кивнул я Рошфору, продолжая смотреть на молодого аристократа с очень сильным магическим ядром ярко-желтого цвета, которое, если верить книге, имело продвинутый элемент магии воздуха, а именно – молнию. – Вы сказали, что собираетесь фехтовать? – я повернулся к собеседнику.

– Да. Решили немного развлечься перед охотой. Хотите присоединиться? – усмехнулся Габриэль. – Сразу предупреждаю. Здесь все серьезные фехтовальщики, и если вы…

– Можете не переживать за меня, – вежливо перебил я Рошфора.

– Да? Что ж, ладно. Кстати, для большего азарта мы собираем призовой фонд для победителя. С каждого по двадцать луидоров. У вас есть такие деньги? – мой собеседник смерил меня насмешливым взглядом.

– Есть, – кивнул я. – Недавно закрыл очень хорошую сделку с одним простофилей, поэтому за мое материальное благосостояние можете не переживать, – ответил я Габриэлю, натянув на губы самую мерзкую из своих улыбок.

Эмоции, которые я увидел на лице младшего Рошфора, были словно долгожданная прохлада морского бриза в очень знойный полдень.

– Хорошо, – стиснув зубы, произнес он. – Кладите их в тот ларец, – он показал пальцем на небольшой резной сундучок, обитый каким-то металлом, явно благородного происхождения, а также украшен драгоценными камнями.

Один такой ларец наверняка мог обеспечить безбедную жизнь какой-нибудь небольшой семье. Здесь же он служил чем-то вроде коробки, в которую местные благородные “букмекеры” собирали ставки.

“Да уж, богато жить не запретишь”, – усмехнулся я про себя и, подойдя к ларцу, закинул туда положенную сумму.

К слову, деньжат там скопилось немало.

– Господа! – Габриэль привлек внимание всех, постучав вилкой по своему фужеру. – К нашему небольшому событию присоединился барон Люк Кастельмор, – произнес он, и все окружающие посмотрели на меня, почему-то сразу определив, кто я.

Они что, все тут друг друга знают?

Хотя без разницы. В первую очередь мне хотелось проверить, на что способны местные фехтовальщики. Плюс посмотреть, как они используют магию во время дуэлей. Благо все присутствующие здесь были одаренными и владели магией. Кто сильной, ну а кто-то вроде того же Габриэля, не очень.

– Барон как раз стал двадцатым, и теперь нас четное число, – тем временем продолжил ораторствовать младший Рошфор. – Предлагаю определить участников дуэлей жребием! Гастон, тащи шляпу! – громко произнес он, и к Габриэлю подошел старый слуга, который действительно держал в руках обычную шляпу с модным нынче плюмажем из соколиных перьев.

Габриэль взял в руку листок бумаги, оторвал от него клочок и, видимо, написал на нем мое имя, после чего закинул его в головной убор в руках слуги.

– Все, господа! – произнес Габриэль, когда имена всех участников небольшого турнира оказались внутри. – Теперь Гастон перемешает наши имена, а затем будет вытягивать по две бумажки, и те, кого назовут, и будут сражаться, – продолжил вещать Рошфор. – Правила просты. Фехтуем любым учебным оружием, ибо я знаю, что шпаги любят не все. Да, маркиз Де’Жориньи? – спросил Габриэль, и все остальные аристократы, кроме меня и Жозе Жумельяка, громко засмеялись.

“Видимо, какая-то местная шутка”, – подумал я, не придав ей значения.

– Бьемся до первого потенциально смертельного касания или крови… И, господа, не забываем, что мы благородные, поэтому постарайтесь исключить возможность попадания в глаза и пах. Некоторые, в отличие от господина Сантэса, причинными местами еще пользуются! – произнес Габриэль, и толпа молодых аристократов снова взорвалась громким хохотом.

Хотя в этот раз было небольшое отличие. Вместе со мной и молодым Жумельяком не смеялся еще один благородный.

Не нужно было обладать острым умом, чтобы предположить, что это никто иной, как господин Сантэс, о котором так нелестно отозвался младший Рошфор.

– Так, все готовы начинать?! – громко спросил Габриэль, и толпа подвыпивших благородных взорвалась громким “да”. – Отлично, тогда начинаем! Гастон, тяни! – добавил он, и все замолчали.

Старый слуга запустил руку, а затем вынул из шляпы две бумажки.

– Господин Кастельмор и господин Рошфор! – громко произнес он, и на моем лице появилась довольная улыбка.

Было очевидно, что этот бой был подстроен. Но передо мной встал вопрос: неужели младший Рошфор настолько уверен в своих силах? Или, может, он задумал какую-то пакость? Собирается убить меня во время тренировочной дуэли? Но как?

– Барон, вы готовы? – поинтересовался Габриэль, подходя к стойке и беря с нее полуторный меч, а во вторую – маленький круглый баклер.

Интересно. Признаться честно, я думал, что он выберет шпагу.

– Разумеется, – ответил я и, подойдя к той же стойке, взял две даги.

Сначала я хотел взять шпагу и дагу, но потом понял, что если уж сражаться, то в полную силу, а я всегда безупречно владел именно кинжалами.

– Интересный выбор, задумчиво произнес Рошфор. – Тем более для благородного аристократа. Хотя… Какая разница? Тогда не будем заставлять других ждать, – улыбнулся Рошфор и первым зашел на ристалище, а я вслед за ним.

Отойдя друг от друга на десяток шагов, мы заняли боевые стойки и приготовились к бою. Несколько секунд мы просто стояли и смотрели друг на друга, а затем прозвучал выстрел, ознаменовавший начало поединка, и мы одновременно бросились навстречу друг другу…

Глава 4

Несмотря на то, что Габриэль был тот еще франт и, судя по его поведению, повеса, мечником, на удивление он оказался довольно опытным.

Хотя чему тут удивляться, учитывая, что он рос в семье военных. Тут хочешь не хочешь, а тренироваться все равно заставят. Плюс я при помощи магического зрения увидел некие изменения в его ментальном теле. Нет, это было не такое усиление, которое, как правило, использовал я, но его огненная мана заметно “оживилась”, когда начался поединок.

Интересно. Габриэль явно не усиливал себя напрямую, как это делал я, но при этом точно использовал какое-то заклинание, ибо первый же его удар чуть не разбил мне голову, настолько он оказался неожиданным. Вернее, неожиданной в нем была его скорость.

Чтобы избежать попадания в голову, мне пришлось немного сместить тело вбок, поэтому от атаки полностью увернуться не получилось, и деревянный меч Рошфора врезался мне в плечо.

Ого! Атака была настолько сильной, что у меня на мгновение потемнело в глазах, а кости предательски затрещали. Нет, сломать он мне их, конечно, не сломал, но трещину точно оставил. И это несмотря на то, что я усилил тело магией.

“Видимо, надо было больше”, – подумал я. А буквально в следующий момент чуть было не пропустил удар второй рукой, в которой Габриэль держал баклер и коим он хотел выбить мне зубы, решив ударить его торцом.

Вот значит как. Ладно! Я отклонил голову и, пропустив удар, со всей силы вмазал лбом прямо в лицо своего противника. Послышался хруст. Да, младший Рошфор усилил себя магией, благодаря которой, видимо, стал быстрее, а главное сильнее, но вот прочнее она его точно не делала.

В отличие от моей. Я отпрыгнул назад и снова встал в боевую стойку. Несмотря на то, что я разбил ему нос, и из него уже ручьями хлестала кровь, поединок почему-то продолжался, и никто не объявлял о его завершении.

Габриэль прижал одну руку к лицу и взглядом, полным ненависти, посмотрел на меня. Несколько секунд мы буравили друг друга взглядом.

– Победитель барон Кастельмор! – вдруг послышался чей-то громкий голос из толпы аристократов, и мы с Рошфором одновременно повернулись на его источник.

Принадлежал он, как оказалось, представленному мне ранее Жозе Жумельяку.

– Мы же сражаемся до первой крови, так? – спросил он, обращаясь к Габриэлю.

– Да, – ответил он. А затем, повернувшись ко мне, смерил меня уничижительным взглядом.

Уже второй раз ему не удалось убить меня. Та атака, попади она по голове простого человека