Истребление монстров. Для слабаков
Аннетт Мари
Истребление монстров для слабаков
(Кодекс гильдии: Демонизация — 2)
Перевод: Kuromiya Ren
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Я была в раю.
Затхлый запах бумаги и старой кожи наполнял мой нос, пальцы покалывало от желания коснуться корешков вокруг меня. Я шла меж высоких стеллажей, ласкала книги взглядом. Я сдалась, скользнула кончиками пальцев по энциклопедиям.
Не просто энциклопедиям. Там были шестнадцать толстых томов в кожаном переплете «Энциклопедии алхимии», полный набор, где описывались все известные мификам ингредиенты для алхимии.
Радость бурлила во мне, и я позволила себе радостно подпрыгнуть и сосредоточилась. Я хотела заглянуть в «Сто трансмутаций для повседневной жизни» или взять с полки «Защитную алхимию: справочник ученика», но я была тут не ради утоления вечного любопытства. Я была на задании.
Я покинула секцию алхимии, сверилась со знаками над входом в каждый ряд. Я миновала «Аркана — Изучение языка», «Аркана — Заклинания и чары», «Аркана — Артефакты и их создание» и «Аркана — История». Последняя секция занимала три ряда.
Дальше шла Элементария. Я миновала Психику, повернула в ряду Спириталиса. Я невольно замерла и прочла пару названий, включая «Справочник по фамильярам для юной ведьмы», «Сила портит: изучение влияния темнофей» и «Друидство или помрачение? Диссертация Североамериканского объединения ковенов». Я покачала головой от третьей книги. Презрение между ведьмами и друидами было легендой среди мификов.
Я вышла в другой коридор, края стеллажей выстроились по бокам как деревянные солдаты. Глубже в библиотеке я нашла нужную табличку: «Демоника».
Мне показалось, или в том ряду на меня упала холодная тень?
Я оглянулась, щурясь. Ах, стена вокруг зоны для учебы закрывала от этого ряда окна у входа в библиотеку. Я забрела в тень. Библиотекари намеренно выбрали тусклый уголок для секции о созданиях ада и контрактах на душу?
Я поправила очки на носу, глядя на названия. На первой полке был ряд одинаковых и знакомых копий «Законная Демоника: пособие призывателя». Полезно, но не то, что мне надо. Я искала дальше. «Контроль контрактора — продвинутое управление демоном», «Главное оружие: гильдии Демоники в современном обществе», «История призыва», «Справочник по самозащите для случайного контрактора».
Книга для случайного контрактора? Какой человек случайно отдал бы душу демону? Я сняла ее с полки и посмотрела на блестящую современную обложку с жирным красным шрифтом и рисунком демона. Мои брови поползли выше, я раскрыла книгу и прочла вступление. Как и было обещано, это была книга для контракторов, которые хотели узнать только основы.
Я перевернула страницу. Глава первая «Начало». Крупный шрифт с цветными заголовками заполнял страницу рядом с еще одним мультяшным демоном, корчащим пугающую гримасу.
Поздравляем! Вы — контрактор!
Теперь вы — часть маленького общества мификов, которые повелевают демонами. Не бойтесь за свою безопасность. Вы уже не уступите яркому магу или нахальному боевому волшебнику. Вы теперь из самого сильного класса!
Но сначала вам нужно узнать основы управления своим демоном.
Думаете, с чего начать? Давайте начнем с вызова демона.
У всех контракторов есть «инфернус» — артефакт, содержащий силу вашего демона. Не потеряйте его! Без него вы не можете управлять своим демоном. Носите его на цепочке на шее, держите в кармане или сумочке, оставляйте на легкодоступном месте дома. Чем дальше от вас инфернус, тем слабее связь с вашим демоном.
Звучало так, словно любой мог отыскать инфернус в местном демонмаркете. Я не знала, сколько стоили контракты демонов, но уж точно не меньше миллиона. Редкие потратили бы такие деньги на контракт, чтобы учиться техникам из такой книжки.
Теперь отработаем первый шаг в управлении демоном. Два магических приказа привязаны к вашему инфернусу, и вам нужно их запомнить.
ПРИДИ вызывает вашего демона из инфернуса
Приказ: Δαῖμον, ἀναστῆθι
Даймон, анастети! (ДАЙ-мон, а-на-СТЕ-ти)
ОТДЫХАЙ возвращает вашего демона в инфернус
Приказ: Δαῖμον, ἡσύχαζε
Даймон, исихазэ! (ДАЙ-мон, и-СИ-ха-зэ)
Тренируйте произношение приказов. Когда будете готовы, возьмите инфернус, сосредоточьтесь на месте, где хотите, чтобы появился демон — но не рядом с вами! Теперь произнесите приказ Приди. Ваш демон появился? Идеально.
Помните, важна сосредоточенность. Повторяйте приказы Приди и Отдыхай, если нужно. Как только процесс станет удобным, можете произносить приказы мысленно.
(Приказы не работают? Откройте стр. 12 для помощи с проблемами)
Я фыркнула от мысли о странице с помощью, представляя вопросы там. Демон не появился должным образом? Попробуйте выключить и включить свой инфернус).
Обычно контрактор вызывал демона как марионетку, управлял с помощью телепатии всеми его движениями. Мне не нужно было переживать о таком. Я вообще не управляла своим демоном.
И это было ужасной проблемой.
Я постучала по странице.
— «Два магических приказа привязаны к вашему инфернусу». Хм.
Приказы были привязаны к инфернусу. То есть они были связаны с контрактом или с магией инфернуса. У меня не было настоящего контракта, и я подозревала, что приказы не сработают, но был лишь один способ узнать.
С книгой в одной руке я вытащила инфернус из-под куртки и наклонила его к свету, цепочка звякнула. Я смотрела на серебряный кулон размером с ладонь. Идеально круглый, плоский, с тонкой эмблемой, выдавленной в центре. Руны Арканы тянулись по краю.
Я смотрела на пустой ряд в ярде от себя и пробормотала:
— Даймон, анастети!
Красный свет вспыхнул на инфернусе, и я чуть не уронила его. Яркая вспышка сорвалась с кулона, ударилась о пыльный пол и потянулась вверх, словно заполняла невидимую форму. Свет вытянулся под метр восемьдесят, стал знакомой формой моего демона.
Моего недовольного демона.
Алые глаза глядели на меня, их зловещее сияние скрывало темные зрачки, ставшие щелками от света над головой. Четыре маленьких рога — по два над виском — скрывались в спутанных черных волосах, черная ткань, плотная кожа и сияющая металлическая броня отчасти скрывали гладкую кожу цвета ириски, отливающую красным.
Он оскалил зубы, показывая острые клыки.
— Что ты сделала, пайилас?
Демоны вызывали панику во всех, и я не была исключением — но моя тревога была по другой причине. Я безумно огляделась, переживая, не заметил ли кто-то ты вспышку.
Никто не стал кричать о демоне в библиотеке, и я перевела взгляд с книги на Заиласа. Я… вызвала его из инфернуса?
— Пайилас, — прорычал он.
— Эм, — я робко подняла книгу. — Я нашла приказы для инфернуса?
Он прищурил глаза, похожие на лаву, а потом стал разглядывать окрестности. Его ноздри раздулись, он тихо вдохнул, морща недовольно нос.
— Что это за место? — спросил он, акцент придавал хриплому голосу переливы.
— Это библиотека… часть гильдии «Arcana Historia». Так что тебе нужно, кхм, вернуться в инфернус, пока тебя не увидели.
Его длинный тонкий хвост покачнулся, два шипа на конце чуть не задели полку с ценными текстами. Он склонил голову, словно слушал.
— Поблизости никого, — он махнул рукой вокруг нас. — То, что тебе нужно, тут?
— Не знаю. Я только начала искать. Ты вернешься в инфернус?
Он оскалился, снова сверкнул клыками.
Я стала нервничать. Мой демон стоял посреди библиотеки мификов. Если его увидят, меня, в лучшем случае, выгонят. В худшем — раскроют как незаконного контрактора и приговорят к смерти.
Пора было попробовать приказ «отдыхай». Я сосредоточилась на инфернусе. Даймон, есихазэ!
Ничего не произошло. Блин. Я напутала древнегреческий? Я была лучше в латыни. Я посмотрела на открытую книгу.
Она пропала из моей руки. Заилас поднял книгу, словно думал, сжечь ли ее сразу. Он повернулся, приподнялся на носочки и сунул книгу на верхнюю полку.
Он опустился на пятки и повернулся ко мне. С моим ростом в метр пятьдесят я не могла достать книгу без стремянки. Он знал об этом. Я стиснула зубы, отвернулась от него и хмуро посмотрела на ближайшую полку. Какой был приказ? Эсихе… Исахазэ… исихаза…
Теплое дыхание задело мою макушку, пошевелило волосы.
Я хмуро оглянулась на Заиласа, который стоял возмутительно близко.
— Назад. Я не могу сосредоточиться.
— На чем сосредоточиться? Ты ничего не делаешь.
Я стиснула зубы. Хуже непослушного демона был ворчливый непослушный демон.
— Ты неделями ничего не делала, — возмутился он. — Днями только лежала и спала…
— Я спала не из-за лени, — рявкнула я. — Я простыла. У меня был грипп.
— Ты обещала поискать для меня путь домой.
— И я ищу. Сейчас. Но ты мешаешь, — я схватила книгу наугад. — Чем больше ты меня отвлекаешь, тем дольше это будет длиться.
Он отошел, забрал с собой запах гикори и кожи с собой, мрачно притих. Я разжала челюсти, подавляя желание загнать его приказом в инфернус. Чем сильнее я давила, тем больше он сопротивлялся. Если я чему-то научилась за шесть недель нашей связи, так это тому, что Заилас был ужасно упрямым. И любил перечить. Наглый. Вредный. Придирчивый до…
— Мне описать тебя, пайилас?
Его шипение донеслось до меня, и я покраснела. Телепатическая связь должна была позволять мне управлять им, и он слышал мои мысли. Не всегда — зависело от того, как сильно я думала — но часто это было обидно.
Делая вид, что я не оскорбляла его в голове, я открыла книгу и посмотрела на титульную страницу. «Психология демонов: рожденные или созданные монстры»?
Хм. Я перевернула страницу и посмотрела на вступление.
Споры о природе против воспитания были главной темой психологии веками. Люди изначально хорошие? Или мораль — результат воспитания?
На этих страницах мы рассмотрим, как этот концепт применяется к сверхъестественным существам, известным как демонам. Хоть психология, в теории и на практике, касается только людей, мы применим наши отточенные методы к психологии демонов.
Симптомы, чаще всего выражаемые демонами (агрессия, жестокость, нехватка сочувствия, нехватка стыда, неспособность устанавливать эмоциональные связи, нарциссизм, желание манипулировать) в случае человека быстро привели бы к диагнозу антисоциального расстройства личности, больше известного как психопатия.
Но остается вопрос: жестокость демонов — продукт загадочного окружения на родине демонов, или они рождаются монстрами?
Я посмотрела поверх книги. В конце ряда Заилас сидел на корточках и смотрел за угол. Его хвост раскачивался.
Агрессия, жестокость, манипуляции — тут я могла поставить галочки. Отсутствие сочувствия, стыда и эгоизм — еще три галочки. Я нахмурилась, перевернула страницу и посмотрела на содержание и поисках милой и удобной главы «Заключения». Я прикусила губу и подняла голову.
Проход был пустым.
Я испуганно охнула, сунула книгу на ближайшую полку и побежала в край ряда. Он вел к широкому проему со столами у стены. На половине пути мой демон во всей своей рогатой и хвостатой красе в броне крался мимо третьего столика.
Я побежала к нему так быстро, что врезалась в его спину и отлетела, чуть не лишилась очков. Я схватила его за руку и потащила… попыталась. Я была муравьем, потому что он не замечал мои попытки.
— Что ты делаешь? — в панике прошептала я. — Вернись в инфернус, пока тебя не увидели!
— Тихо, — прошипел он.
Я потянула его за локоть.
— Тебе нужно… вернуться… сюда.
Я дернула его за руку, мои ладони соскользнулись. Я отлетела в стул, тот загремел об стол и накренился. Я поправила его, ножки грохотали по полу.
— Dahganul, — прорычал он.
Я разозлилась на миг на новое оскорбление — точно оскорбление, хоть я и не знала значения — а потом услышала стук высоких каблуков по плитке. Я бросилась к Заиласу, словно могла силой запихать его в инфернус — но яркое сияние силы будет маяком для приближающегося библиотекаря.
Он пронзил меня испепеляющим взглядом, пригнулся и скользнул меж двух стульев. Он пропал под столом.
Властный стук стал громче, и я не выдержала и нырнула за ним. Стулья были под отчасти под столом, и свободного места было мало. Заилас занял почти все место. Но отступать было поздно, и я втиснулась к нему.
Прятаться от библиотекаря было невозможно. Она была библиотекарем. Мне нужно было работать над своим необъяснимым страхом перед разговорами.
Шаги становились ближе, замерли в паре столов от нас. Я затаила дыхание.
Глаза сияли в тенях, Заилас склонился ко мне и прошептал:
— Двигайся.
Я отпрянула от его лица.
— А?
— Двигайся, пайилас.
— Зачем? Нам нужно…
— Ты на моем хвосте.
Я поздно поняла, что пол под моей попой был неровным, и справа я заметила остальной его хвост. Мое лицо вспыхнуло.
— Двигаться некуда. Ты не можешь подождать? — он хмуро посмотрел, и я прошипела. — Это твоя вина. Почему ты бродил там, где тебя могли увидеть?
— Меня не увидели бы. Ты шумишь, а не я.
Библиотекарь подошла ближе, и я подавила возмущение. Появились черные туфли и серые классические брюки. Женщина прошла мимо стола, и ее шаги стали утихать — она пошла в дальний угол библиотеки.
— Ты бесполезная, — безжалостно добавил Заилас. — Ты громко ходишь, громко говоришь, громко дышишь…
— Я не дышу громко, — я сдвинулась с его глупого хвоста и забралась в брешь меж стульев.
Он потянул меня за край свитера. Я рухнула на его колени с приглушенным стуком. Он зажал теплой ладонью мой рот.
Мужские кожаные туфли появились в поле зрения, двигаясь почти беззвучно, по сравнению с каблуками женщины. Мужчина прошел мимо нашего укрытия и повернул в ряд.
Заилас выдохнул у моей щеки, прижался носом к точке под моим ухом. Я пискнула в его ладонь и отодвинулась от его лица. Его хриплый смех был скорее дрожью, чем звуком. Он сдвинул меня со своих колен, перелез через мои ноги с большей грацией, чем было возможно в такой тесноте, и выбрался между стульев.
Бормоча ругательства под нос, я поспешила за ним. Я пошатнулась, встав на ноги, а он уже двигался, но не в угол Демоники, а к входу в библиотеку.
— Заилас! — я поспешила к нему. В этот раз тихо. — Куда ты идешь?
Он замер, огляделся.
— Сюда.
— Куда? Что ты…
Он беззвучно прошел в короткий коридор. Дверь с табличкой туалета ждала в конце, но Заиласа интересовала дверь с табличкой «Только члены гильдии».
— Нам туда нельзя, — сказала я ему.
Он сжал ручку. На ней заискрился белый свет — какие-то чары Арканы. Бледное шипение пробежало по его костяшкам и запястью. Он прищурился, толкнул дверь плечом. Рама треснула, и дверь открылась, магия в ручке стала бесполезной.
Он выбил дверь. И как я это объясню?
— Заилас, мы не можем…
Он не слушал меня, вошел. Почему я не удивилась?
Внутри было темно, воздух был пыльным. Я нащупала стену, включатель, нажала на него. Лампочки загорелись.
И я поняла, что видела. Длинный стол с книгами в разном состоянии. Инструменты, которые все время были на столе у мамы — ножики, клей, нить, прессы для кожи, ручки и чернила. Большая лупа на подставке стояла над нынешним проектом.
Заилас прошел к столу, замер и вдохнул, повернулся к шкафам у стены. Он устремился к угловому, металлические двери были с тяжелым замком.
Я подобралась к нему. В замке не было скважины, его покрывали руны.
— Что такое?
Он понюхал воздух.
— Я ощущаю запах крови.
Мой желудок сделал сальто. Я не ожидала услышать «кровь».
— Старая. Слабая, — его хвост дрогнул. — Запах крови демона и магии.
Он потянулся к замку, но я сжала его запястье. Я не сомневалась, что он мог его сломать чистой силой или магией, но в этом была проблема.
— Не надо, — тревожно прошептала я.
Он упрямо стиснул зубы. Я знала этот взгляд: «Я сделаю не то, что ты хочешь, только чтобы доказать, что я могу».
Если он сломает замок, у меня будут проблемы.
Я потянула за его руку, пыталась вспомнить страницу с приказами. Он скривил губы, потянулся к замку, таща меня по полу.
Паника вызвала в памяти древнегреческий.
— Даймон, исихазэ!
Алая сила озарила его изнутри. Я заметила его большие и яростные алые глаза, а потом его тело рассеялось светом, который вернулся в инфернус. Я сунула кулон под куртку, дышала быстрее, чем требовалось.
Я заставила Заиласа уйти в инфернус. Я впервые заставила его сделать хоть что-то.
Каблуки стучали в коридоре снаружи. Я развернулась, веселье сменилось страхом. Шаги стучали громко, библиотекарь прошла мимо выбитой двери, шок и гнев проступили на ее лице.
Проклятый демон.
ГЛАВА ВТОРАЯ
Порой удобно быть невысокой и двадцатилетней. Актриса из меня была плохая, но мне не пришлось изображать свои слезные извинения перед библиотекарем. Мне не хватило бы сил выбить дверь. Я шла в туалет и заметила, что она была открыта. И все.
Решив, что я слишком юна, невинна и слаба, чтобы выбить двери с магическим замком, она вздохнула, сказала мне уйти и стала проверять, не пропало ли что-нибудь из комнаты реставрации. Хорошо, что я не дала Заиласу взломать замок на шкафу.
Через полчаса я вышла из автобуса в потрепанном восточном районе. Прохладный воздух грозил дождем, и я плотнее укуталась в куртку, защищаясь от декабрьского ветра. Не желая задерживаться, я поспешила мимо старого магазина ремонта велосипедов и тату-салона с забитыми окнами.
В двадцати ярдах впереди было трехэтажное здание в форме куба между маленькой парковкой и стройкой. Дверь в тени была едва заметной. Я вытащила телефон, проверила, что сообщений не было, а потом написала Амалии, напоминая ей не опаздывать.
Я взяла себя в руки — это была моя гильдия, и я не должна была ее бояться — я подошла к двери. На черном дереве были нарисованы выцветшая ворона и молот. Выше резной шрифт изображал название «Ворона и молот». Я пришла сюда больше месяца назад, но была тут всего несколько раз. Отчасти из-за того, что серьезно заболела гриппом — наверное, из-за пережитого стресса — и отчасти потому что… кхм…
Я с дрожью вдохнула и напомнила себе, что я была контрактором. Я открыла дверь. Стало слышно болтовню, я ощутила тепло и свет. Я проникла внутрь.
Паб был уютным и просторным. Деревянные стулья окружали отполированные столы, темные балки пересекали потолок. Напротив двери тянулась стойка бара вдоль задней стены, стулья стояли в ряд перед ней. Большой стальной молот был прикреплен к стене над шкафчиками с напитками.
Я прошла к ближайшему столику, держась подальше от групп мификов у бара. Все были заняты, выпивая, смех смешивался с болтовней. Этой ночью было ежемесячное собрание гильдии, и все собрались на час новостей, представлений и тренировки.
Я потирала руки, чтобы согреться и успокоиться. Все было не так плохо. Атмосфера была в тысячу раз лучше моей прошлой гильдии. Я даже посмела снять куртку и повесить ее на спинку стула.
Никто меня не заметил, и меня это устраивало. Я не любила, когда меня замечали, особенно когда все меня знали, а я не знала никого.
Дверь гильдии распахнулась с веселым звоном колокольчиков. Высокая женщина чуть старше меня и еще более высокий крупный мужчина прошли в паб. Ее темные волосы свободно ниспадали на спину, а его были стянуты в пучок.
— Мы тут! — крикнул парень. — Даже не опоздали в этот раз!
В гильдии зазвучал смех, лица повернулись к ним, руки махали в приветствии.
— Кир, Кавери!
— Ого, они вовремя!
Пара прошла к группе. Они не заметили меня, а вот остальные из-за их появления увидели. Я не могла больше прятаться в углу, это выглядело бы странно. Я сглотнула, прошла за парой, каждый шаг нес меня ближе к жуткой перспективе общения.
Я разглядывала мификов «Вороны и молота». От восемнадцати до тридцати, многие из них источали грубую ауру. Я инстинктивно прошла к группе, что была ближе мне по возрасту, но поймала их враждебные взгляды, и меня словно окатило ледяной водой.
Поэтому я и была подальше от гильдии.
— Так-так, — протянул крупный мужчина с каштановыми волосами и бородой, которая мешала определить его возраст. — Это же маленький контрактор.
Рядом с ним мускулистый парень с широкой ухмылкой разглядывал меня так, словно размышлял, мог ли поднять меня одной рукой.
Женщина за двадцать втиснулась между ними, ее светлые волосы были мокрыми, словно она только вышла из душа.
— Мы делали ставки, придешь ли ты. Для остального ты не приходила.
Я пропустила события гильдии, пока болела? Никто со мной не связывался.
Стараясь не задыхаться, я подняла взгляд.
— Я не хотела ничего пропустить, но я…
— Я ничего не услышала, — громко перебила она. — Громче.
Лицо горело, и я невольно сжалась. Я сжала край черного свитера, пыталась ответить, но разум опустел. Я хотела провалиться под пол.
— Ты загадочная, — сказал мускулистый парень. — Мы о тебе ничего не слышала. Как ты попала в Демонику?
Я посмотрела из-под челки, сжала свитер сильнее, пытаясь понять, интересовался он искренне или хотел меня унизить.
— Ну? — парень шагнул ближе. — Где ты училась? Как давно у тебя контракт?
Эти вопросы не были дружелюбными.
— Ты убила непривязанного демона, да? — фыркнула блондинка. — Как ты смогла?
«Позволила сделать всю работу своему демону с незаконным контрактом», — но я не могла это сказать. Они ждали, и я пробормотала:
— Непривязанный демон был уже ранен.
Мой ответ их не впечатлил.
Крупный парень оскалился.
— Почему ты вообще контрактор? Зачем такой мелкой девочке демон?
Я вздрогнула, не зная, стоило ли отыскать повод уйти. А куда уйти? На собрании нужно было присутствовать.
— Кто заказывал московских мулов? — прозвенел женский голос поверх болтовни. — Забирайте, пока я не вылила их на вас!
Я встрепенулась и посмотрела на бар, но члены гильдии мешали видеть. Это бармен кричала? Ей можно было так угрожать людям?
Крупный мужчина шагнул ближе, навис надо мной. Несколько мификов смотрели в нашу сторону с нейтральным выражением лицом, и никто не встал на мою защиту. Я слышала в тоне разговоров вокруг себя, в их агрессивных вопросах подтекст: чужая. Я была нарушителем в их гильдии.
Слезы жгли уголки глаз, я сжала губы, чтобы их дрожь не выдала меня.
— Эй, новенькая!
Я вздрогнула во второй раз. Тот голос звал меня? Я скользнула взглядом по незнакомым лицам и нашла то, которое уже знала. Хотя бы немного.
— Сюда, — приказала властно рыжеволосая барменша.
Я растерянно моргнула, но не спорила. Я обогнула великана, поспешила мимо другой группы и неуверенно остановилась у бара. Женщина указала на стул напротив нее, и я забралась туда, опустила ступни на подставку.
Она разглядывала меня ореховыми глазами, ее нос и щеки были с веснушками. Ее дикие кудри были влажными и блестящими — почему половина мификов выглядела так, словно они только выбрались из бассейна? — и ниспадали ниже ее плеч. Шесть недель назад я видела ее во время атаки демона. После того, как Заилас убил Тахеша, она прыгнула в машину с тремя парнями и уехала оттуда.
Она казалась мне подозрительной, но это она разглядывала меня так, словно могла взглядом проникнуть под мою кожу. Она прищурилась, глаза стали зелено-янтарными щелками.
А потом, к моему шоку, она протянула руку.
— Я — Тори.
Она была первой, кто представился.
Я взяла ее за руку и робко пожала.
— Робин.
— Хочешь выпить?
Вежливый вопрос?
— Эм…
— Эй! — агрессивный парень оттолкнул с дороги мелкого в солнцезащитных очках. Его хмурый вид показывал, что я так просто от разговора не уйду. — Где твой инфернус? Ты хоть контрактор, или просто притворяешься…
— Даррен, заткни пасть, пока не испачкал мой бар своей глупостью.
Мой рот раскрылся, я посмотрела на Тори.
Крупный парень повернулся к ней.
— Я просто спрашиваю то, о чем все думают…
— Тебя никто не спрашивал, идиот.
Мои глаза расширились сильнее.
Тори хмуро посмотрела на Даррена, а потом склонилась ко мне.
— Не давай ему помыкать тобой.
Помыкать? Я взглянула на него, потом на холодную блондинку, ухмыляющегося парня и других, которые не стали защищать новенькую. Меня снова потрясала их грубость, скрытая под безобидным видом. Я думала, эта гильдия была мягче Великого Гримуара, но, может, я ошиблась.
«Заилас, ты слушаешь?» — спросила я, осторожно полезла под воротник свитера и сжала холодный серебряный кулон. Я вытащила инфернус, опустила на грудь. Даррен следил за ним, на лице смешались любопытство и презрение.
— Хочешь увидеть моего демона? — спросила я. — Сейчас?
Он скрестил руки.
— Да, давай посмотрим.
Я провела большим пальцем по инфернусу.
«Давай сыграем, Заилас».
Кулон вспыхнул алым светом. Сила полилась вниз, ударилась об пол, поднялась и приняла облик моего демона. Сияние вспыхнуло и угасло. Заилас стоял, пусто глядя перед собой, безупречно изображая порабощенного демона без своей воли.
Несмотря на возмущения, Заилас был умным. Он знал, что сейчас непослушание было недопустимым. Наши жизни зависели от его игры.
От его появления все вокруг охнули, и я подавила желание сжаться. Теперь все смотрели на нас. Они глядели на Заиласа, оценивали его, судили, и он мог лишь стоять там и терпеть. Никто хотя бы в этот раз не смеялся.
— Серьезно?
Или смех еще не начался.
— Это твой демон? — Даррен опустил ноги почти на носки Заиласа, ухмыляясь в лицо демона. — Я еще не видел такого мелкого и жалкого демона!
Блондинка с насмешкой прошептала мускулистому парню:
— Думаешь, она купила его задешево из-за его размера?
Когда Дариус, глава «Вороны и молота», позволил мне присоединиться, я надеялась, что эта гильдия будет другой, не как Великий Гримуар. Может, все гильдии были одинаковыми. Может, Заилас и я были слишком слабыми и мелкими для уважения остальными.
Острый кончик его хвоста чуть дрогнул, этого не заметили мифики.
— Забыли что-то, придурки? — едко рявкнула Тори, перебивая мои мысли. — Робин и ее демон убили непривязанного демона на Хэллоуин. Ясное дело, они не слабые.
Она защищала нас?
— Не слабые? — фыркнул Даррен. Он поднял руку к Заиласу. — Эта штука не может…
Ох, плохо дело.
— Не трогай его.
Даррен замер, а потом смело обрушил ладонь на Заиласа. Демон не двигался, а Даррен отшатнулся, потерял равновесие. Он покачал головой и посмотрел на свою руку, словно не понимал, почему его сильные мышцы не повлияли на низкого демона.
Он считал нас слабыми. Никто тут нас не уважал. Нас не принимали, презирали… но что сказала Тори? Мы не должны были поддаваться им.
Я прижала большой палец к печати в центре инфернуса.
«Заилас?».
Мне не нужно было заканчивать, он уже сжал горло Даррена. С силой, о которой мифик мог лишь мечтать, Заилас оторвал его от пола и обрушил на барную стойку.
«Не слишком грубо», — предупредила я.
Он прижал Даррена к бару. Мифик лепетал, беспомощно извивался. Все отпрянули, на лицах были шок и страх. Мне не нравилось, что нужно было проявлять свою силу. Но это было лучше прошлого раза. Заилас впечатлял их, но ему не нужно было при этом разбивать половину гильдии.
Я поправила очки, повернулась к барменше и выдавила улыбку.
— Можно мне, пожалуйста, воды, Тори?
Ее рот был раскрытым, она смотрела то на меня, то на Заиласа. Она взяла себя в руки, улыбнулась, удивив меня этим, а потом взяла стакан. Заилас удерживал Даррена у бара, замер, как статуя, точно скучал. Прижимать людей было не так жестоко, чтобы повеселить его.
«Еще минута, — сказала я ему. — А потом…».
Он вскинул голову.
Как испуганное стадо оленей, все мифики неподалеку отскочили. Что он делал?
«В инфернус!» — тревожно приказала я.
Алый свет окутал его, смягчил его облик, и сила потекла в мой инфернус. Он пропал, я убрала кулон и огляделась, надеясь, что никто не станет спрашивать, почему мой демон вдруг поднял голову. Даррен отшатнулся от бара, потирая горло.
Я посмотрела туда, куда глядел Заилас.
Трое мужчин стояли у края бара. Рыжий посередине, выше на пару дюймов, глядел на меня синими глазами, его красивые черты не омрачил хмурый вид. Слева от него был худой темноволосый парень, выглядел идеально. Его лицо было нечитаемым, темные глаза смотрели мимо меня. Третий был средним по росту из них троих, он провел пальцами по спутанным каштановым волосам, бронзовая кожа была искажена шрамом, что тянулся от левого виска через глаз и к впадине щеки.
Я их узнала, они убежали с Тори после смерти Тахеша. И среди них был скрыт демон.
Я не знала, как такое было возможно, но Заилас был уверен. Третий демон был в ту ночь, и у него была сильная магия. Запах неизвестного демона был от Тори и этих троих.
Стакан воды, гремя льдом, подвинулся ко мне. Я подняла голову.
Подозрение пылало в глазах Тори, она сжала губы. Она знала, что Заилас повел себя странно. Она видела, как он убил Тахеша быстрее и легче, чем двигался демон с контрактом.
Но я видела, как она и ее напарники убежали оттуда. Я знала, что они скрывали демонический секрет.
Я сжала холодный стакан и слабо ей кивнула. Она повернулась к мифику, ждущему заказ, спросила его, что он хотел, а я с дрожью выдохнула. Эта гильдия должна была стать моим раем, а пока что казалась гнездом гадюк под прикрытием.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Дариус привлек всеобщее внимание. Он стоял у лестницы, ведущей на второй этаж, его черные волосы с проседью были зачесаны назад, борода была аккуратно подстрижена — в отличие от прошлого раза, когда у него была борода Гэндальфа. Все из гильдии заняли столы, пятьдесят человек с уважением смотрели на лидера.
Тори стояла за баром, уперев локти в стойку, опустив подбородок на ладонь. Ее трое друзей сидели перед ней. Они не обращали на меня внимания с тех пор, как Заилас вернулся в инфернус.
Несколько других стульев бара были заняты, как и почти все стулья… кроме трех других за моим столом. Мой желудок сжался от такого отторжения. Амалия должна была сидеть тут со мной, но — я снова сверилась с телефоном — она так и не появилась. Двадцать минут назад она писала, что в пути. В случае Амалии, она должна была прибыть через час.
— Этой ночью насчет безопасности, — начал Дариус, голос звучал на весь паб, — Феликс представит сравнение опасности заданий в этом году и отчетов. Но пока мы не занялись этой неприятной темой, — улыбка, — давайте отметим достижения этого месяца.
Он вытащил бумагу из кармана и развернул ее.
— Во-первых, поздравляем Катерину с публикацией ее труда «Контроль силы в алхимической кристаллизации», в престижном журнале «Современная алхимия».
Мифики «Вороны и гильдии» захлопали женщине с короткими, как у мужчины, темными волосами и морщинками смеха вокруг глаз. Она игриво поклонилась с места.
— Особая похвала Филипу, — продолжил Дариус, — который успешно засек, отыскал и изгнал нового оборотня до полнолуния.
Захлопали мужчине средних лет с доброй улыбкой, холодный ветер ударил меня по спине. Я оглянулась, в дверь прошла невысокая женщина. В кожаной куртке и с поднятым капюшоном, она закрыла дверь как можно тише, стараясь скрыть звон колокольчиков. На ее спине висел широкий меч, рукоять торчала над плечом.
— Эндрю повел Гвен, Бриса и Дрю на охоту на плута-террамага, и они не только получили награду, но и опередили команду магов из «Рыцарей Пандоры».
Все завопили. Последняя прибывшая замешкалась, а потом села на ближайший стул — рядом со мной — и опустила капюшон.
Я ее видела раньше! В ночь, когда я помогала Великому Гримуару охотиться на Тахеша, я заметила ее с командой трех других, которые искали на улицах.
Вблизи я увидела, что ей было чуть за тридцать, у нее были большие карие глаза на изящном личике, короткие светлые волосы с голубыми и розовыми прядями, четыре серьги в одном ухе, край татуировки выглядывал на шее, большую часть скрывал воротник. Она смахнула спутанную челку с лица и улыбнулась мне.
Я еще не видела никого такого крутого. Я хотела быть такой, когда вырасту.
— И, наконец, — сказал Дариус, — поздравим Аарона и Кая с поимкой четырех разыскиваемых плутов, награда за которых вместе была больше двадцати тысяч долларов. И особое упоминание их пятой поимки за месяц — с помощью Тайе они преследовали пресловутого Сталкера пляжа Сансет от парка Стэнли до Йелтауна… и обнаружили, что выслеживали… собаку.
Зазвучал смех. Я вытянула шею, пытаясь понять, о ком говорил Дариус.
— Там, — прошептала женщина рядом со мной, указывая на троих перед Тори. — Кай, Аарон и Эзра.
— Дружелюбного лабрадора-ретривера, — добавил Дариус, веселя собравшихся, — и его вернули его хозяину. Аарон, какой была награда?
— Меня два раза обняли и поцеловали в щеку, — гордо сообщил рыжий. — Кай получил ее номер телефона.
Ему ответили свистом. Парень с темными волосами рядом с Аароном отмахнулся от аплодисментов. Тори закатила глаза.
Женщина рядом со мной отклонилась на стуле.
— Я думала, парни втроем были достаточной проблемой, а потом они подобрали Тори, сделав ее четвертым творцом шалостей.
Я моргнула как сова.
Смеясь, она протянула руку.
— Я — Зора. Ты, должно быть, Робин, новый контрактор.
Я пожала ее руку.
— Приятно познакомиться. У тебя большой меч.
Отличный способ проявить свои навыки общения.
Зора улыбнулась от моего неловкого замечания. Дариус заговорил об отчетах, начал с волшебного взрыва на парковке, а она расстегнула ремешок меча, опустила оружие и прислонила к стене.
— Я шла по следу вампира, — прошептала она, хотя ее все равно не услышали бы в пабе. — Почти поймала кровососа, но он ускользнул.
Вампиры? Одно слово встревожило меня.
— Ты была там одна?
— Только в конце. Мой напарник только ушел, и я поймала след, — она склонилась ближе. — Не говори офицерам гильдии, что я ходила за вампиром сама. За такое не похвалят.
Это мне нравилось слышать. Гильдия серьезно воспринимала безопасность.
— Чего ты улыбаешься? — удивилась Зора. — Хочешь шантажировать меня?
— О! — я не поняла, что улыбалась. — Нет. Просто моя прошлая гильдия не думала о безопасности.
— Великий Гримуар, да? — кивнула она. — Я слышала такое о них. И я слышала, что их проверяет МП. Есть неплохой шанс, что их закроют.
Я не слышала такое, но их глава покрывал убийство и продал меня гильдии плутов, так что я не была удивлена.
— Кстати, пока мы говорим об экспериментальной магии, — сказал Дариус всем, — похоже, в местное отделение МП добавили нового агента — юную волшебницу отрицания. Хоть вам хотелось бы с ней встретиться, если вы не станете использовать нашу хорошо оборудованную лабораторию, помните о втором правиле, ладно?
Они засмеялись, и я с любопытством встрепенулась. Второе правило?
Зора прошептала:
— Где твоя подруга? Ученица-волшебница?
Я постучала по телефону на столе, пробуждая экран. Амалия успела написать: «Только вызвала такси. Скоро буду». Вот вам и «в пути».
— Она задерживается, — я вздохнула. — Похоже, пропустит все собрание.
Зора заговорщически улыбнулась.
— Тот, кто пропускает без уважительной причине, получает минуты наказания.
— Что?
— Им нужно описать каждую минуту собрания от руки и отдать офицеру. И они автоматически вызываются описывать все собрания следующие четыре недели.
О, Амалии это понравится.
Улыбка Зоры стала опасной.
— Как-то пару лет назад Кай пропустил ежемесячное собрание. В том месяце Аарон и Эзра устроили дюжину бессмысленных собраний, где были почти все члены гильдии, и заставили его описывать каждое.
Я взглянула на трех магов и рыжеволосую барменшу. Дариус в другом конце комнаты описывал, как мифик чуть не переехал товарища по команде, сдав назад. В комнате было тихо. Властная аура Дариуса удерживала внимание всех в гильдии.
Я теребила телефон, подвинула его к краю стола.
— А можно спросить… какой класс у Дариуса?
— Он луминамаг — маг света.
О, маг света. Это объясняло «ослепляющую магию», которую, по словам Заиласа, пробовал на нем Дариус.
— Он — отличный глава гильдии. Он точно сильно отличается от главы Великого Гримуара, — она весело посмотрела на меня. — Но не обманывайся. Он бывает мягким, но он строгий. Шутить с Дариусом Кингом нельзя.
Это меня не удивило.
— Что насчет тех троих… Аарона и… кхм…
— Аарон, Кай и Эзра, — подсказала она. — Пиромаг, электромаг и аэромаг. Сильная команда. Кстати, все они одиноки.
Мой рот раскрылся.
— А?
— Ты не к этому клонила вопросом?
Нет. Они выглядели неплохо, но были высокими, мускулистыми и, наверное, громкими. И они вряд ли прочли хоть одну книгу за год. Нет, спасибо.
Я задумалась, как запах демона мог исходить от трех мификов Элементарии.
— Какой класс у Тори?
— Кхм… Спириталис.
Я заметила ее паузу, но в тот миг в пабе стало шумно. Дариус уступил место блондину в очках. Он пытался соединить проектор и ноутбук, и у него не очень-то получалось, и остальные болтали, пока ожидали продолжение собрания.
Стул напротив меня отодвинулся. Полная пожилая женщина опустилась туда с шорохом длинной юбки с узором из ромашек. Очки в бирюзовой оправе были на ее носу, а белые волосы украшала вязаная шляпка.
— Добрый вечер, Зора, — негромко сказала она и посмотрела на меня. — Дитя, у тебя обеспокоенная аура.
Что-что?
Она склонилась ближе.
— Твоя энергия позвала меня. Тебе нужна подсказка, да?
Разве? Я растерянно взглянула на Зору. Та подавляла реакцию, но я не знала, какую именно.
— Меня зовут Роза, — добавила леди. — Я — старший прорицатель гильдии.
Она недовольно посмотрела в сторону бара, где девушка со светлым каре оживленно говорила с Аароном, показывая ему что-то на телефоне.
Роза полезла в сумку, висящую на ее плече, и вытащила черный бархат. Она расстелила его на столе, добавила маленькую деревянную подставку. Туда она опустила бледный хрустальный шар. Я хмурилась с потрясением, глядя, как она готовится.
— Можно погадать тебе? — спросила Роза.
Сейчас? Серьезно?
— Эм… думаю, собрание скоро продолжится.
— Я быстро. Условия не идеальные — могут помешать энергии в комнате — но мы можем начать с сеанса разведки.
Я взглянула на нее, потом на Зору.
— Сейчас не лучшее время.
— Нет смысла ждать, милая, — настаивала Роза. — Твоей конфликтующей энергии нужен выход, и если подождешь, психик слабее может захотеть помочь тебе.
Она со странным обвинением посмотрела на девушку, словно та собиралась напасть и забрать хрустальный шар Розы. Зора кашлянула, и это было подозрительно похоже на подавленный смех.
— У меня есть нужные тебе умения и опыт, — уверенно заявила Роза. — Давай начнем. Сначала очисти разум.
Не зная, как отказать, я сдалась и кивнула. Хоть я читала о силах предсказания у психиков, я еще не видела настоящего прорицателя за работой.
— Опусти ладони на шар, — сказала она. — Да, вот так.
Я опустила ладони на прохладный кристалл, и она накрыла их своими руками.
— Расслабься, — проворковала Роза. — Пусть твоя энергия потечет в кристалл.
Я медленно вдохнула, сосредоточилась на холодном твердом кварце под кожей.
— Смотри в шар. Смотри глубоко, опустошив разум, прогнав мысли.
Это было сложно. Я глядела в белый кристалл, гадая, что увижу, а потом поняла, что это была мысль, и я не должна была думать.
Хрустальный шар отражал тусклый свет паба, гул разговоров вокруг нас стал размытым. Кристалл словно притягивал свет. В его глубинах что-то слабо кружилось. Сфера заполнила все перед глазами, и паб пропал, а видно было только белый дым, что кружился. Он парил, пустой и невесомый.
Он двигался, и в его глубинах появилась тень. Далекий силуэт… сидящей фигуры. Темной, без черт. Мужской.
Он стал ближе, словно я плыла в глубине тумана к нему. Он сидел на покрытой туманом земле, согнув ноги, обвив их руками. Подбородок лежал на колене, черные волосы были спутаны.
Заилас сидел в тумане, смотрел вдаль.
Тени липли к нему, и я в них я ощущала мрачные эмоции. Неуверенность. Тревогу. Беспокойную тоску, тихое опустошение. Он смотрел в никуда, неподвижный, словно играл порабощенного демона, но демоны так не сидели — как потерявшийся ребенок, который ждал, пока его найдут.
Странная печаль окружала его, я еще не видела такую уязвимость. Тут, в бесконечном тумане, его бесстрашная уверенность пропала. Его агрессия, наглость, сарказм и оскорбления… пропали, открыв то, что скрывалось за ними.
Он поднял и повернул голову. Алые глаза посмотрели в меня. Он поднял руку, пальцы потянулись ко мне.
— Начнем!
От громкого голоса я отпрянула, охнув. Видение белого тумана пропало, и я увидела хрустальный шар, черный бархат и шумный паб. Мужчина говорил у проектора, лазерная указка была направлена на экран с яркими линиями на графике.
— Робин, — Зора коснулась моей руки, — ты в порядке?
Я тяжело дышала. Я сжимала в кулаке свой свитер и инфернус под ним.
— Н-наверное.
— Милая, — зашептала Роза, — ты сразу же попала в энергию кристалла! Что увидела?
Я посмотрела на шар, потом на Розу.
— Ч-что вы увидели?
— Кристалл потемнел, черный цвет — признак опасности, — она опустила ладонь на шар. — Но сеанс был у тебя — ты видела послание кристалла. Что за видение у тебя было?
— Я не видела черного, — выдавила я, отпуская свитер и инфернус.
— Не робей! — воскликнула Роза. — Расскажи! С моей помощью ты испытала настоящий…
— И, — крикнул выступающий, глядя в нашу сторону, — если все посмотрят сюда, то вы увидите, что несчастных случаев на пятьдесят восемь процентов меньше, если команда оценивает ситуацию хотя был десять минут.
Зора фыркнула и отклонила стул на две ножки. Я покраснела, посмотрела на проектор, игнорируя взгляд Розы, стараясь отогнать из мыслей видение в шаре.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Дверцы автобуса звякнули и открылись с шипением. Мы с Амалией вышли на дорожку. Моя кузина перебросила светлые волосы через плечо и пошла прочь.
Автобус уехал, а я поспешила догнать высокую длинноногую ученицу-призывателя. Она хмуро посмотрела на меня, направилась дальше в полумраке вечера, солнце скрывалось за тучами.
— Я не виновата, что ты пропустила вчера собрание, — отметила я.
— Ты должна была предупредить, что будет глупое наказание. Записывать каждую минуту? Что за бред!
Я пожала плечами, мы пошли по тротуару вдоль улицы с заборами домов.
— Вечера субботы неудобны! — зло добавила она. — И до Рождества осталось девять дней! Почему нельзя быть мягче? — она замедлилась, скривила полные губы. — Думаю, я должна привыкнуть к гильдии, что серьезно относится к правилам.
Я не знала о ее прошлой гильдии, но моя последняя — не считая Великий Гримуар — была сонной гильдией, все ее члены были не практикующими мификами. Я платила за членство и отмечалась каждый год. Но в «Вороне и молоте» были собрания каждый месяц, и офицер, которого нам назначили, требовал отчетов.
Я плотнее укуталась в куртку от холодного ветра, стала шагать так широко, как только позволяли ноги.
— Странно возвращаться, — пробормотала Амалия, поправив сумочку на плече. — Я словно иду домой, но…
Она замолчала, мы остановились перед коваными воротами, прутья обвивала желтая лента полиции. Дорожка тянулась по небольшому склону к тому, что осталось от дома. Там, где раньше было двухэтажное поместье, теперь был почерневший скелет. Обгоревшие столбики удерживали отчасти обвалившуюся крышу.
— Ну… — мрачно сказала Амалия. — Это выглядит безнадежно.
— Вариантов лучше нет, — пробормотала я.
Мы подошли к воротам. Амалия открыла одну створку, открывая пару лент полиции, и юркнула в узкую брешь. Я нырнула за ней, и мы направились к дому.
Амалия уперла руки в бока, смотрела на развалины своего дома. Гараж обрушился, обломки лежали на металле, что когда-то был дорогими машинами.
— Хорошо. Начнем с кабинета папы. А потом посмотрим в его спальне.
Я посмотрела на черные столбики у входной двери, которая лежала в прихожей.
— Туда безопасно заходить?
Она пожала плечами.
— Дом еще не рухнул.
Она поднялась на крыльцо, сорвала ленту с двери. Внутри пол покрывал толстый слой пепла и черных обломков, и это хрустело под ногами. От некоторых стен остались только столбы, почерневшие обои еще держались на других стенах, краска облетела, среди пепла виднелись линии воды от бесконечных декабрьских дождей. Запах дыма и мокрого угля заполнил мой нос.
Амалия пошла по прихожей в коридор, миновала гостиную, где я когда-то подслушивала дядю Джека и его делового партнера, Клода. Мебель сгорела, став горками сажи и обломков.
Кабинет дяди Джека не избежал пожара. Стол был черным, бумага стала золой. Его монитор упал на пол, растаял. Я видела, где стоял его компьютер — к полу прилип расплавленный пластик — но системного блока не было. Его могли забрать МП, но, учитывая состояние всего остального, вряд ли они смогли получить оттуда данные.
Шкаф с папками стоял с открытыми дверцами, содержимое казалось нетронутым, и я не понимала, почему следователи МП оставили документы. А потом Амалия попыталась взять папку. Она рассыпалась в ее пальцах пеплом, что опустился на пол.
— Блин, — буркнула она.
Мое сердце сжалось.
— Тут все такое?
Мы проверили выдвижные ящики, но записи дяди Джека сгорели. Мы покинули кабинет, осмелились подняться по рушащейся лестнице на второй этаж. Больших частей пола не было, и мы не могли добраться до спальни дяди.
— Черт, — вздохнула Амалия, когда мы вернулись в прихожую. — Я знала, что шансов мало, но все же.
— Есть еще идеи? — я вытерла сажу с рук об джинсы. — Дядя Джек не связывался с тобой шесть недель, так что может и не собираться сделать это. Нам нужны подсказки, где его искать.
В день, когда дом сгорел, дядя Джек убежал. Амалия была уверена, что он укрылся в убежище, но по причинам, которые мы не понимали, он не связался с дочерью.
Мне было все равно, увижу ли я дядю снова, но гримуар моей мамы, скорее всего, все еще был у него. Древний дневник принадлежал моим предкам много поколений, его передавали от матери к дочери, пока дядя Джек не добрался до него жадными руками.
Пока что я узнала только две вещи о гримуаре и своей семье: во-первых, семья Атанас была известна среди призывателей всего мира, такой известной, что моя бабушка бросила семью, уехав из Албании, а во-вторых, в гримуаре было, как минимум, одно имя демона, которое стоило десять миллионов долларов.
Мне было плевать на цену. Гримуар был последней связью с мамой, но нужен был и по другим причинам — эти причины были связаны с инфернусом между моей курткой и свитером.
— Он хранил важные документы где-то еще в доме? — спросила я.
— Только кабинет и… о! — она шлепнула ладонью по лбу. — Сейф. Он в гараже.
Она поспешила за дверь, спустилась с крыльца и направилась к развалинам гаража. Он пострадал сильнее всего, превратился в обломки дерева и искаженные скелеты машин. Амалия храбро пошла туда.
Радуясь, что на мне были прочные зимние сапоги, я перешагнула через упавшую балку и присоединилась к ней в дальнем углу.
Она указала на рухнувшую стену — обломки и куски железа.
— Сейф под этим.
Мы схватили кусок и потянули. Он сдвинулся всего на дюйм.
— Мы это не сдвинем, — сообщила она, отряхивая ладони.
Мне пришлось согласиться. Я постучала по куртке, задела инфернус под ней.
«Заилас?».
Вспыхнула алая магия. С вихрем сияющей силы демон появился рядом со мной, щурясь в свете дня.
Он сморщил нос.
— Воняет.
— Спасибо, Шерлок, — буркнула Амалия, отодвигаясь от демона. Она опасалась его даже шесть недель спустя. Я не могла ее винить.
Он следил за ее отступлением сияющими глазами.
— Заилас, нам нужно поискать под этим, — я указала на препятствие. — Ты можешь сдвинуть ту стену?
— Это тяжелое? — он схватил край рукой и потянул. Мышцы на руке напряглись, и кусок стены легко поднялся. — Это не тяжелое.
— А для нас тяжелое, — тихо сказала я. Да, я знала, что он был сильным, но увиденное все еще потрясало. — Ты можешь оттащить ее сюда, пожалуйста?
Удерживая стену одной рукой, он думал над моей просьбой — наверное, оценивал, хотелось ли ему бунтовать. Нам повезло, он тоже хотел найти гримуар, чтобы мы убрали имя его Дома с тех страниц, чтобы «hh’ainun» больше никогда не звали демонов его рода.
Он сжал стену и другой рукой, оттащил ее от угла. Я смогла добраться до сгоревшего хаоса под ней, скривила губы. Стена почти не обгорела, а все под ней было черным.
Мы с Амалией стали отбрасывать обломки, откопали стальной сейф в два фута высотой, прибитый к бетонному полу. Она опустилась перед ним и сжала кольцо замка.
Дверца сейфа приоткрылась.
Амалия испуганно взглянула на меня, открыла дверцу до конца. Полки были пустыми.
— Да ладно, — простонала она. — Похоже, папа вернулся и все забрал.
Я присела рядом с ней, похолодев от недовольства.
— Или МагиПол открыли сейф, обыскивая дом в прошлом месяце.
Заилас потянулся над моим плечом, провел пальцами по внутренней стороне двери. Он поднес ладонь к лицу и вдохнул носом.
— Пахнет как виш.
Так он звал магию.
Я посмотрела на стопорные штифты сейфа.
— Амалия, они не выглядят сломано?
Она тоже их осмотрела.
— Ты права.
Заилас склонился, ноздри раздувались.
— Я не ощущаю запах демона, только его виш. Слишком много других запахов.
Амалия покачала головой, бормоча что-то про гончую. Я потерла лоб и вспомнила о саже на руках. Наверное, так я запачкала лицо.
— Кто-то взломал сейф магией демона? — пробормотала я. — Тогда это не твой папа и МП.
Заилас запрыгнул на сейф, напугав меня и Амалию. Он склонился над проемом, заглянул внутрь вверх ногами. Он стукнул когтями по левой стенке, металл зазвенел, потом стукнул по правой. Она зазвенела глухо.
— Это, — сказал он. — Она толще?
— Да? Как ты понял?
— Выглядит иначе.
Мне стенки казались одинаковыми, но Заилас видел иначе. У него было простое зрение и инфракрасное термальное. Он видел разницу в тепле стеной сейфа?
Я с вопросом посмотрела на Амалию.
— Это нормально для сейфов?
— Откуда я знаю? — она с опаской посмотрела на демона над нами, ощупала сейф внутри. — Можешь посветить сюда?
Я достала телефон, включила фонарик и направила поверх ее плеча. Она возилась со стенкой, и панель открылась и упала на ее голову со стуком.
— Ай! — она отпрянула, потирая лоб.
Я вытащила коричневую папку из скрытого отделения в стенке сейфа. Он почернел от жара, но был целым. Я осторожно открыла папку. Внутри лежал почерневший конверт, наполовину скрывал нечто, похожее на документ.
Заилас спрыгнул с сейфа, беззвучно приземлился на обломки и ушел, наверное, искал еще следы демона, взломавшего сейф. Или скучал.
Я едва заметила, что он ушел, взгляд был прикован к конверту.
— Что это? — Амалия прочла надпись синей ручкой на конверте. — Адресовано папе, но я не узнаю адрес отправителя.
Мое сердце сжалось с болью. Я не сразу смогла сказать:
— Это мой адрес.
Она вскинула голову.
— Это… — горло сжалось, пока я смотрела на почерк с завитком на тройке. — Это почерк моей мамы.
— Твоя мама отправила письмо моему папе?
Я сидела, не двигаясь, и она забрала папку на свои колени. Она подняла конверт и протянула мне.
— Прочитай это, Робин.
Я взяла тонкую бумагу дрожащими руками. Верх конверта был аккуратно разрезан: дядя Джек прочел письмо и запер в тайном отделении сейфа. Едва дыша, я вытащила страницу и развернула ее.
Пятница, 6 апреля
Дорогой Джек,
Надеюсь, ты прочтешь письмо. Ты давно не отвечал на мои звонки, но эти слова, пожалуйста, обязательно прочти.
Во-первых, это я хотела сказать тебе годами. Прости. От всего сердца я извиняюсь за все. Я не могу сказать, что ты во всем был прав, но теперь я знаю, что во многом ошибалась. Я только начинаю осознавать, насколько.
Я хочу сказать больше, правильно извиниться, но есть дело важнее.
Двадцать лет я скрывала гримуар. Я знаю, что ты оставил этот долг. Я знаю, что отказалась делиться с тобой благами и бременем, но я была уверена, что знала, как скрыть его.
Джек, думаю, кто-то знает. Я не буду описывать все подозрения, но за последние пару недель знаки стали заметными. Кто-то охотится на нас. Я боюсь за свою семью… и твою. Если они нашли меня, могут найти и тебя. Ты знаешь, что нас ждет, что будет, если они найдут нас.
Я не знаю, что делать. Я не знаю, как защитить семью. Мне нужна твоя помощь. Мы с моей семьей нуждаемся в тебе.
Я буду ждать у телефона. Прошу, помоги мне, Джек.
Сара
Слезы мешали видеть. Я тихо охнула, сердце разбивалось на кусочки. Амалия осторожно забрала письмо из моих дрожащих рук. Она читала его, а я пыталась взять себя в руки, но не выходило. Я разваливалась, рана от смерти родителей открылась.
— Кто-то охотился на гримуар? — прошептала Амалия. — И твоя мама знала, что была в опасности?
Боль сотрясала меня. Я забрала письмо, чтобы смотреть на имя мамы и ее почерк.
— Робин, как умерли твои родители?
— Авария, — голос был сухим хрипом. — Ночью из-за дождя. Не справились с управлением и слетели с дороги. Умерли раньше, чем прибыли врачи.
Амалия сжала губы, лицо смягчило сочувствие.
— Шестое апреля, — пробормотала я. — Она написала это за неделю до смерти.
Я резко вскочила на ноги. Сжав письмо в руке, я пошла по обломкам. Амалия не пошла за мной, разглядывала остальное содержимое папки.
Я выбралась на дорожку. Пасмурное небо нависало низко, и ветер холодил мое заплаканное лицо.
Мама боялась за свою жизнь и за семью. За неделю до смерти она просила дядю Джека помочь ей. Он позвонил или проигнорировал просьбу? Он оставил ее бороться с опасностью, зная, что ее смерть даст ему шанс забрать гримуар себе?
Он получил гримуар. И первым делом призвал демонов с именами оттуда и продал их гильдии плутов. Мама всю жизнь прятала гримуар, и он предал ее усилия через месяцы после ее смерти.
Я прижала письмо к груди, другую ладонь сжала в кулак, ногти впились в кожу.
— Пайилас?
Я вздрогнула, испуганно пискнув. Заилас смотрел на меня, стоя в двух футах от меня.
— Что? — спросила я, вытирая слезы с лица.
— Ты ранена?
— Нет.
Он с подозрением смотрел на меня. Он спрашивал про рану, видимо, связал с этим слезы. Было больно как от раны, и он почти не ошибся, но я не видела смысла объяснять демону эмоциональные раны.
Его хвост метался в стороны.
— Я ощущаю запах боли.
Я отпрянула на шаг.
— Запах? Как?
Его ноздри раздувались.
— Я не ощущаю запах твоей крови. Где болит?
— Я не ранена, — я вздохнула и помахала письмом. — Моя мама написала это. Она умерла семь месяцев назад. Больно от напоминания, что ее нет.
Он склонил голову.
— От этого тебе больно?
— Да.
Длинная пауза.
— Zh’ūltis.
Я даже не вздрогнула, когда он назвал меня глупой за горе по смерти матери. Он был демоном. Печаль и любовь были ему непонятны.
— Это человеческое. Тебе не понять.
— Хм, — он оглядел развалины. — Если бы ты была сильной, больно бы не было.
Я закатила глаза и вытерла последнюю слезу. Еще укол про то, какой слабой я была. И я не парировала, а повернулась к гаражу, хотела найти Амалию.
— Ты не была готова потерять ту, что защищала тебя.
Я чуть не пропустила его тихие слова. Я повернулась к Заиласу.
— Что ты сказал?
Он смотрел на меня.
— Я нашел запах свежей крови в доме.
— Что?
— Тц. Ты глухая и глупая, пайилас?
— Насколько свежим был запах?
Он повел плечами.
— Не знаю. Запах слабый. След ведет, — он указал на задний двор, — туда.
— Тогда проверим, — я сделала пару шагов и поняла, что он не следует за мной. Я хмуро оглянулась. — Ты идешь?
— Я иду, — заявил он. — Ты остаешься тут.
— Что? Но… разве ты не пришел за мной, чтобы мы пошли вместе?
— Нет, — он фыркнул. — Я пришел сказать тебе, чтобы ты не шумела.
— Шумела?
— «Заилас, Заилас, где ты? Вернись!» — акцент пропал, когда он изображал мой голос. — Я не могу охотиться, если ты шумишь.
Я прижала два пальца к виску и чуть помассировала, надеясь отогнать головную боль, подступившую к глазам.
— Я иду с тобой.
— Ты не можешь охотиться.
— Я буду тихо следовать за тобой.
— Нет.
Я хмуро посмотрела на него.
— Что ты сделаешь? Свяжешь меня, чтобы я не пошла следом?
Он прищурился, словно думал, удалось бы ему это. Раздраженно выдохнув, он пошел прочь. Нетерпеливый демон точно не стал бы ждать, пока я скажу Амалии, куда мы пошли.
Безумно взглянув на гараж, я поспешила за ним, игнорируя голосок в голове, говорящий, что эта идея была плохой.
ГЛАВА ПЯТАЯ
Заилас обогнул развалины дома и замер, чтобы вдохнуть. Его шаги были медленными, со зловещей грацией. Он крался к деревьям в дальней части территории поместья. Тени сомкнулись над нами, и даже в нескольких шагах от меня он сливался с полумраком. Он обошел высокий кипарис с опущенными ветвями от веса темно-зеленой хвои.
— Пайилас, — тихо прорычал он, — ты слишком громкая.
— Я ничего не говорю, — прошипела я.
— Ты очень шумно ходишь.
Я посмотрела на свои сапоги. Я шагала осторожно. И земля была мокрой от постоянных декабрьских дождей, так что листья стали кашей. Каша была тихой.
Он направился вперед, как-то огибая деревья даже без шороха, и я двигалась на носочках за ним, зная обо всем хлюпанье, что доносилось от моих сапог.
Земля поместья заканчивалась забором в восемь футов. Заилас схватился за край и подтянулся, чтобы посмотреть за ограду. Путь, видимо, оказался чистым, потому что он спрыгнул обратно и с разбега прыгнул. Он попал на вершину ограды, присел на корточки, идеально балансируя с раскачивающимся хвостом.
— Запах сильнее, — прошептал он и спрыгнул за ограду.
— Заилас! — прошипела я, побежав вперед. — Заилас, назад!
Его голова появилась над забором, одна рука держалась за вершину.
— Тихо, пайилас.
— Помоги перелезть.
— Нет. Оставайся там.
Я хмуро посмотрела на него.
— Если не поможешь, я закричу.
Он оскалился, показывая острые клыки. Я не отступала и ждала.
— Mailēshta, — проворчал он.
Он перемахнул через ограду и приземлился рядом со мной. Схватив меня за талию, он закинул меня поверх брони на левом плече и прыгнул. Он легко перелетел через барьер в восемь футов. Он аккуратно приземлился, снял меня с плеча и опустил на ноги беззвучно.
Он без слов пошел дальше. Я зашагала за ним, хрипя после того, как он сдавил мне диафрагму. У соседей деревьев было больше, по сравнению с поместьем дяди Джека, и я кривилась от каждого тихого хруста под ногой. �