Одинокий папа желает познакомиться

Пролог

– Мммм, ммм, ммм…

Мой сон бесцеремонно прервал довольно странный звук, который монотонно и весьма настойчиво повторялся раз за разом. Не понимая, кто это «мычит» у меня под ухом, перевернулась на бок и посильнее зажмурилась, надеясь еще немного поспать.

– Ммм, ммм, ммм… – вновь раздалось над головой, а потом к моей спине прикоснулось нечто…

Испуганно подскочив на постели, стала сонно оглядываться по сторонам, не понимая, что происходит. А потом, увидев у своей кровати взлохмаченного темноглазого «ангела» с игрушечной лопаткой в руке, вздохнула:

– Сонечка, ты уже проснулась?

Бросив взгляд на прикроватную тумбочку, мысленно застонала. Часы показывали начало седьмого, и получается, я поспала совсем немного.

– Ммм, ммм, ммм, – девочка активно замахала руками, указывая в сторону двери. – Ммм.

– Что там? – нахмурилась я.

– Ммм, – она схватила меня за руку и стала тянуть. Окинув взглядом малышку в белоснежной майке и трусиках, чуть задержавшись на ее ногах в разноцветных носках, вздохнула и встала.

Вот уж никогда не думала, что ребенок может стать такой колоссальной проблемой, от которой нет покоя ни днем, ни ночью. Страшно подумать, а ведь когда-то я мечтала о двойне. Тут с одной едва справляюсь, а с двумя… Уж лучше сразу застрелиться.

– Ыыы, – девочка решительно потопала к выходу. Бросив на нее насмешливый взгляд, завернулась в шелковый халат. Тем временем Соня дошла до двери и, сообразив, что я за ней не иду следом, обернулась и укоризненно промычала. – Ммм.

– Когда ты начнешь говорить, а? – усмехнулась я. – Если бы ты умела выражать свои мысли членораздельно, наше общение стало бы намного легче. Правда-правда.

Девочка озорно улыбнулась, хитро прищурилась и помчалась вперед. Вздохнув, пошла за ней, просто не представляя, куда ведет меня эта кроха в такую рань.

Тем временем Сонечка, держась за деревянные стойки перил, довольно ловко спустилась по лестнице и, подбежав к входной двери, стала пытаться ее открыть. Но массивная дубовая «преграду» ей было не по силам, и поэтому она просто повисла на позолоченной ручке, как обезьянка на лиане.

Но… надолго ее не хватило, и Сонечка шлепнулась на пол быстрее, чем я успела спуститься по лестнице.

– Ах, – невольно вскрикнула, испугавшись за малявку. – Ударилась?

Но она как ни в чем не бывало ловко поднялась на ноги и продолжила штурмовать преграду на своем пути, дергая за ручку, но увидев, что ничего не получается, развернувшись спиной к двери, стала пинать ее ногами, при этом грозно рыча.

– Соня успокойся, куда ты собралась? – вопросительно посмотрела на нее. – Весь дом еще спит. Идем, я тебя уложу в кроватку? Хочешь, сказку расскажу или песенку спою? А чуть позже, когда папа проснется, пойдем на прогулку?

– Ыыыы, – в ответ девочка, повернувшись, показала пальцем на дверь. – Ыыыы.

Стало понятно, что отговорить ее вряд ли удастся.

Сонечка была очаровательной малышкой – светлые русые волосы, красивые глубокие карие глаза в окаймлении пушистых ресниц, аристократическое личико. Но под ангельской внешностью скрывался демоненок, который не давал никому покоя. И чем дольше я жила в этом доме, тем больше понимала, почему гувернантки здесь надолго не задерживались. Софья кого хочешь могла свести с ума способностью добиваться желаемого любыми способами. Малышка в силу своего возраста, почти не говорила, но, тем не менее, это не мешало ей выражать свои желания.

– Ну? – вопросительно посмотрела на нее, открывая дверь. – И куда ты собралась?

Девочка помчалась вперед, да так быстро, что я едва поспевала за ней.

– Соня нет! Не надо! Соня! – закричала, сообразив, куда она направляется. – Стой!

Я попыталась ее остановить, но у меня не вышло. Малышка открыла дверь в небольшой домик из белого кирпича и издала боевой клич индейцев:

– Йохууууу…

В ответ послышалось грозное урчание. Уже зная, что Марси, наш питомец – небольшая подвижная драконица, сейчас очень нервная, схватилась за голову. Она высиживала потомство и иногда вела себя совершенно непредсказуемо, и в принципе от нее можно было ожидать что угодно. Поэтому подхватив Сонечку под мышку, я быстро выскочила за дверь. И нам очень повезло, потому что буквально спустя мгновение потянуло паленым. Марси в состоянии нервозности опять выпустила струю огня…

– Соня, – простонала я. – Ты не ребенок… А сущее наказание!

И тут округу огласил обидный детский рев. Не обращая внимания на это, понесла девочку к дому, твердо решив, что мне необходимо поговорить с ее отцом. Так больше продолжаться просто не могло…

Глава 1

Некоторое время назад

– Хороших новостей у меня для вас нет. К сожалению, лечение не оказывает должного эффекта. Анализы показали, что никаких изменений нет.

Молча, подняла взгляд на врача, едва сдерживая горькие слезы. Разве несколько лет назад избавившись от нежелательной беременности, я могла подумать, что последствия будут такими…

– Елизавета, вы не отчаивайтесь, я скорректирую лечение. Ваш диагноз не приговор, просто на данный момент новая беременность невозможна. А еще есть много экспериментальных методов лечения… Например, грязи или смена климата. Главное – не отчаивайтесь.

– Спасибо, – тяжело поднялась со стула и направилась к двери.

– Елизавета, – окликнул меня доктор.

– Что? – вскинула на него потухший взгляд.

– У вас обязательно все будет хорошо.

– Спасибо, – выдавила улыбку и выскочила за дверь. Перед глазами все расплывалось от слез. Я с трудом прошла по узкому длинному коридору, сняла бахилы и вышла за пределы частной клиники. Спустившись с крыльца, уселась на скамейке в больничном сквере и закрыла глаза. По щеке скатилась слезинка.

«Будь ты проклят», – пронеслось в голове проклятие тому, кого я, когда-то так любила, что была слепа. Все мои несчастья сейчас были из-за этого мужчины, который со мной просто поигрался и выбросил, как ненужную игрушку.

Мы познакомились случайно. Я бежала с лекции в библиотеку, погруженная в свои мысли, совершенно не обращая внимания на то, что происходит вокруг. Светофор давно сменил цвет с зеленого на красный, но я этого не заметила и выскочила на пешеходный переход. В результате меня едва не сбила роскошная тонированная машина. Водитель успел вовремя затормозить. Молодой темноволосый сероглазый мужчина, выскочивший из автомобиля, был чертовски зол. Он кричал и сыпал ругательствами, пока мне помогал встать с асфальта и собрать разбросанные книги, а потом в какой-то момент просто спросил: «Может, выпьем вместе кофе?»

Так начался наш роман.

Сергей очень эффектно и красиво ухаживал, и мне, девчонке из детского дома, моментально вскружил голову. Я влюбилась в него окончательно и навсегда, так мне тогда казалось… В тот момент он был пламенем, на которое так глупо летел мотылек, пытаясь согреться, совершенно не думая, что может опалить крылья.

Наш роман был ярким, ослепительным и совсем коротким.

Однажды я просто услышала фразу: «Милая, извини, сегодня была наша последняя встреча». На мой логичный вопрос: «Почему?», последовал ответ: «У меня скоро свадьба. Нам было хорошо с тобой, но пришло время расстаться. Спасибо, крошка, за прекрасные моменты».

Я не сразу поверила в то, что услышала. Ведь Сергей был моим принцем, тем, кто должен изменить мою жизнь… Частично так и оказалось. Спустя три недели после тяжелого разговора я поняла, что беременна. Недолго думая, тут же сообщила об этом Сереже, а в ответ получила поток ругани и предложение самостоятельно решить данную проблему. В тот же день незнакомый парень передал конверт от моего возлюбленного. В нем лежало несколько купюр и записка о том, что я должна навсегда его забыть, ведь наши отношения были ошибкой. Создавшуюся проблему мне предлагалось решить самой, потому что ему ребенок не нужен…

На тот момент у меня не было ни жилья, ни профессии, ни постоянной работы, и малыша я бы просто материально не потянула.

Разменяв валюту, потратила деньги по назначению, порыдала неделю, а потом решила, что нужно жить дальше. Я погрузилась в учебу, откинула все мысли о личной жизни, и через несколько лет окончила университет на отлично. Получить должность в хорошей компании не составило труда, а вместе с этим у меня появилась своя квартира.

Я стала совсем другой – самостоятельной, самодостаточной и очень уверенной. В моей жизни появились мужчины, вот только веры больше не было никому. Я понимала, что биологические часы тикают, и стала задумываться о ребенке, которого теперь могла содержать самостоятельного. Выбрав «правильного» кандидата, приступила к задуманному, но желанная беременность никак не наступала.

Потом была череда сложных обследований и анализов, а затем прозвучал приговор: «бесплодие». Почти год я лечилась, надеясь на чудо, но сейчас мои мечты окончательно разбились. Как бы больно не было осознавать, надо принять тот факт, что у меня никогда не будет детей…

По щеке невольно скатилась слезинка, потом еще одна и еще. Уткнувшись лицом в ладони, с трудом подавила рвущиеся рыдания. «Как же мне хотелось стать матерью, все бы отдала за это», – в голове промелькнула мысль и я залилась слезами пуще прежнего.

– Девочка, милая, что же ты так горько плачешь? – внезапно раздался приятный немолодой женский голос.

Вскинув голову, увидела рядом с собой миловидную старушку неопределенного возраста. Она была одета довольно странно – в строгое темно-синее платье, длиной до колена. Я бы назвала его униформой и никак иначе. Единственным украшением наряда служил скромный кружевной воротничок, который подчеркивал сдержанность, аккуратность и даже какую-то чопорность.

– Так что случилось, милая? Почему ты так горько плачешь? – чуть улыбнувшись, незнакомка поправила рукой седые волосы, собранные на макушке в пучок, и присела рядом.

– Все в порядке, – заверила я, смахивая с лица слезы.

– И поэтому ты тут так горько плачешь? – она ласково улыбнулась. – Может, я могу тебе чем-то помочь?

Рассказывать постороннему человеку о своей беде я была не намерена. Поэтому подхватив сумочку, поднялась со скамейки:

– Простите, но мне пора.

Я сделал всего пару шагов, когда услышала:

– Зря торопишься, ведь тебя никто не ждет.

Обернувшись на старушку, которая снисходительно смотрела на меня, удивленно всхлипнула:

– Откуда вы знаете?

– Я живу неподалеку и частенько прогуливаюсь в этом сквере. Здесь расположена частная клиника, и сюда приходят женщины, которые хотят стать матерями. Кто-то выходит счастливым, их глаза буквально сияют от радости и сразу понятно, что их желание скоро сбудется. Некоторые, покидают стены этого заведения, хмурыми, задумчивыми, и становится ясно, что в их жизни не все так гладко. Но обычно и тех, и других сопровождают мужчины. А ты заливаешься слезами на скамейке одна, значит, надежного сильного плеча рядом с тобой нет. Да и с родственниками, видимо, отношения не заладились, иначе рядом были бы мать или сестра.

– Нет у меня никого, – вздохнула я и, вернувшись к скамейке, вновь присела на свое место. – Одна я в целом мире. Мать оставила меня сразу после родов, не нужна я ей была, и за долгое время, проведенное мной в детском доме, так и не появилась. И мужчины у меня нет, правильно вы заметили.

– Так что у тебя случилось? – вновь поинтересовалась старушка. – Почему ты так горько плакала?

– Сегодня мне озвучили приговор. У меня никогда не было семьи и не будет. В молодости совершила ошибку, теперь вот расплачиваюсь за это.

– Приговор? – старушка нахмурилась.

– Да, – кинула в ответ и, сжимаясь внутри от боли, призналась. – Бесплодие мне поставили, и я никогда не узнаю счастья материнства. Никогда!

– Почему ты так говоришь? – женщина нахмурилась.

– Потому что лечение не помогает, да и вряд ли поможет. В моей душе надежда почти угасла.

– А ты хочешь стать матерью?

– Очень, – искренне выдохнула в ответ.

– Но дети же это лишние трудности. С ними бывает нелегко. Они шумят, бегаю, прыгают и совершенно не слушаются.

– Когда в доме раздается топот детских ножек и заливистый смех – это огромное счастье. Я всегда хотела иметь двойню, но, видимо, не судьба, – в очередной раз вздохнула.

– Ох, – старушка качнула головой. – Судьба, штука непредсказуемая, никогда не знаешь, как она повернется в следующую минуту. Ты очень хочешь стать матерью?

– Очень, – искренне выдохнула я.

– Если чего-то сильно желаешь, это обязательно сбудется, – старушка ободряюще похлопала меня по руке. – Все будет хорошо, девочка. Вот увидишь.

– Надеюсь, – чуть улыбнулась я.

– Как тебя зовут? – внезапно раздался вопрос.

– Лиза, – ответила я и тут же добавила. – Елизавета.

– А это тебе маленький подарок, Лизонька, – старушка достала из старинного черного ридикюля тонкий серебряный браслетик, на котором был кулончик в виде голубого треугольника. – Он обязательно принесет тебе удачу.

Я взяла в руки украшения и, рассматривая его, воскликнула:

– Какое красивое, спаси…

И осеклась на полуслове, когда осознала, что на скамейке сижу одна. Посмотрела влево, вправо – на аллее тоже никого не было. Вскочив на ноги, стала оглядываться по сторонам, не понимая, куда могла исчезнуть доброжелательная пожилая женщина. Но ее действительно нигде не было, она, будто просто растворилась в воздухе.

«А может, никого и не было? И мне все это привиделось?», – промелькнула мысль, но вот браслет в моей руке говорил об обратном, и это казалось очень-очень странным.

* * *

Я еще некоторое время сидела на скамейке, пытаясь понять, куда пропала старушка, а потом, надев на руку ее подарок, поехала домой. На душе было паршиво, как никогда. Я привыкла быть сильной, стойко переносить все невзгоды судьбы, противостоять любым ударам, но сейчас глаза то и дело наполнялись слезами, и безумно хотелось завыть, закричать и выплеснуть всю ту боль, что разрывала мое сердце…

Притормозив у очередного пешеходного перехода, пустым взглядом смотрела на людей, которые торопились пересечь дорогу. Они все были для меня безликими прохожими, ровно до тех пор, пока не раздался громкий звонкий мальчишеский голос:

– Папа!

Невольно вздрогнув, обратила внимания на темноволосого малыша. Он держал за веревочку огромный воздушный шарик красного цвета, на котором было написано: «Любимой маме!». Малыш важно вышагивал с… Сергеем. Воспоминания молниеносно пролетели перед глазами: «Милая, извини, сегодня наша последняя встреча. У меня скоро свадьба. Нам было хорошо, но пришло время расставаться. Спасибо, крошка, за прекрасные моменты».

Я зажмурилась, чтобы не закричать. Этот мужчина отказался от меня и нашего ребенка, фактически толкнув на преступление, а теперь он счастливый отец, а я…

Есть ли в жизни справедливость? Почему судьба так жестока ко мне?

Никогда не была особо верующим человеком, но сейчас мысленно я просила ребенка, просила малыша, обещая, что стану лучшей матерью на свете.

Громкий звук клаксона заставил меня вспомнить, где нахожусь. Светофор давно переключился, пешеходная дорожка опустела, а я невольно создала пробку на своей полосе дороги.

Быстро нажала на газ и тронулась вперед. Я оплакивала прошлое и никак не могла остановиться. Как бы мне хотелось все исправить, но, увы… это, к сожалению, было невозможно. Двигаясь по мосту, поймала себя на мысли, что стоит только повернуть руль, машина пробьет ограждение и упадет. И страданиям придет конец. Моего ухода даже никто не заметит, потому что никому я не нужна – вечная одиночка, карьеристка, пустышка.

От своих мыслей мне стало самой страшно. Понимая, что так и с ума можно сойти, около дома завернула на стоянку супермаркета. Мне нужно было расслабиться и забыть обо всем, а лучшего способа, чем наесться сладкого холодного мороженого я не знала. Сейчас мне это было жизненно необходимо.

Бросив машину на подземной парковке, поднялась в свою роскошную квартиру в одной из элитных многоэтажек нашего города. Мне повезло купить это жилье в ипотеку по довольно приемлемой цене еще на стадии строительства. За несколько лет я рассчиталась с банком и теперь была свободна от всяких обязательств.

В детском доме в узких комнатах кровати стояли очень близко, и я всегда мечтала о личном пространстве, и теперь у меня его было в избытке – огромный холл, просторная спальня, светлый зал, уютная кухня. Я все сделала так, как мне нравится.

Немногие меня поймут, но после того как долгие годы в моей жизни все было общим, я не экономила на себе и покупала в квартиру дорогие брендовые вещи, технику и элементы декора. Я мечтала, как мой малыш будет расти среди этой красоты, а теперь…

Вновь заревев, поставила пакет на кухне и направилась в душ. Здесь я поплакала от души. Слезинки смешивались с капельками воды и стекали в сливное отверстие. Не знаю, сколько мне понадобилось времени, чтобы успокоиться, но когда я вышла из ванной, то чувствовала себя безумно уставшей и весьма опустошенной.

Открыв пакет сока, на скорую руку сделала бутербродов с различными начинками – сыром, колбасой, рыбой, икрой, нарезала фрукты и уселась в зале перед телевизором.

В это время как раз шла старая, любимая мною, комедия, я попыталась отвлечься от грустных мыслей. У меня была уверенность, что со всем справлюсь, но на это надо, во-первых, набраться моральных сил, во-вторых – чтобы прийти в себя мне нужно было время.

Перед тем как открыть очередное ведерко с мороженым, набралась смелости и позвонила руководству компании и попросила отгулы, сославшись на болезнь. Начальник меня внимательно выслушал, а так как я всегда была трудоголиком и выходила на работу даже в выходные, безоговорочно поверил моим словам и позволил оформить короткий отпуск.

Теперь у меня было две недели, чтобы морально собраться с силами, принять свой диагноз и решить, что делать дальше.

Бросив взгляд на сладкое лакомство, набрала номер доставки и заказала большую ароматную пиццу, посчитав, что сегодня могу позволить себе многое…

Когда часы на стене глухо пробили полночь, я поняла, что нужно идти спать. Выключив телевизор, оглядела ленивым взглядом бардак на столике и махнула рукой, решив, что порядок наведу завтра. В голове была пустота, впрочем, как и на сердце. Я еще никогда не плакала столько, как сегодня. Но слезы мне пошли на пользу. По крайней мере, так казалось.

Забравшись под одеяло, закрыла глаза и почти сразу уснула. И мне приснился удивительный странный сон.

Я вновь сидела на скамейке в скверике у клиники. Над головой в невероятно лазурном небе сияло ослепительное солнце, которое то и дело пряталось за кучерявыми облаками. Приятно дул теплый ветер – ласковый, нежный, едва заметный. Прищурившись, подставила ему лицо, глубоко вдохнула, с изумлением почувствовав запах свежескошенной травы.

– Как дела, Лизонька? – внезапно раздался вопрос.

С удивлением повернувшись на голос, увидела рядом с собой пожилую женщину в странной одежде, которая сегодня днем так неожиданно ушла, что я даже этого не заметила.

– Вижу, ты успокоилась?

Я улыбнулась в ответ:

– Все хорошо. Надеюсь, мои слезы остались в прошлом.

– Рада за тебя деточка, – качнула она головой.

– Спасибо вам за такой замечательный подарок, – невольно бросила взгляд на браслет на своем запястье. – Украшение невероятно красивое и такое необычное.

– Оно тебе очень идёт, и надеюсь, принесет много удачи.

– А куда вы так быстро ушли? Я даже не успела попрощаться с вами, – вопросительно посмотрела на нее.

– Дела, дела, – пожала плечами женщина. – А потом, зачем нам прощаться? Я ведь знала, что мы еще увидимся.

– Да? Откуда вы могли это знать?

– Мне многое известно, – она таинственно улыбнулась и поинтересовалась. – Ты еще хочешь ребенка?

– Больше всего на свете, – выпалила в ответ, даже не задумываясь.

– А если малыш будет не твоим?

Этот неожиданный вопрос меня застал врасплох. Я всегда мечтала о своих детях и о приемном ребенке даже не задумывалась, а ведь это был выход. Молча взвешивала все «за» и «против», и пока на вопрос не отвечала.

– Наверное, ты не готова, – пришла к выводу незнакомка и стала вставать.

– Подождите, – схватила ее за запястье. – Просто никогда о подобном не думала. Но вы правы. Если у меня нет своих детей, я смогу стать матерью для какого-нибудь несчастного малыша. Я ведь и сама выросла в детском доме. И почему мне это раньше в голову не пришло. Не понимаю…

– А справишься? – женщина хитро прищурилась. – Не побоишься трудностей?

– Нет, – уверенно ответила я.

– У меня на примете есть одна девочка, которая очень нуждается в тепле и ласке.

Я посмотрела на свою собеседницу и попросила:

– Как мне ее найти?

– Малышка избалованная, и практически никого не слушает. Там сложная ситуация.

– Где живет эта кроха? – улыбнулась в ответ.

– Еще у нее есть отец с довольно непростым характером, и тебе нужно будет найти с ним общий язык. Не побоишься трудностей?

– Нет.

– Тогда сожми кулон на браслете и просто загадай свое желание.

«Хочу стать матерью», – подумала я и сделала так, как мне велела странная незнакомка…

– Аааааааа, ааааааа, ааааааа…

Я подскочила на постели, совершенно не понимая, что происходит.

– Ааааа, – вопль повторился.

Вскочив с кровати, полусонная, босиком рванула к двери и, распахнув ее, с удивлением увидела на пороге белокурую девочку лет двух, которая сидела на полу и громко плакала.

– Ты кто? – испуганно спросила я, невольно оглядываясь по сторонам.

Передо мной был широкий коридор с множеством дверей, расположенных друг напротив друга. Темная ковровая дорожка, натюрморты на стенах, странные бра в виде шаров, орущий ребенок…

– Ааааа, – тем временем верещала малышка, стуча кулачками по полу.

Медленно и очень осторожно обернулась и сама в ужасе закричала:

– Аааа…

Потому что спальня была совершенно не моя. Совсем не моя!

Не веря глазам, прошлась по комнате, потрогала спинку огромной кровати с балдахином, дубовый массивный стол и, посмотрев на девочку, которая, замолчав, теперь ходила следом за мной, невольно икнула.

Не знаю, что произошло, но все вокруг мне было незнакомо, и как я здесь оказалась, совершенно непонятно.

– Мммм, – девочка дернула меня за подол ночной сорочки.

С удивлением посмотрела на нее и поинтересовалась:

– Как тебя зовут?

– Мммм, – малышка показала указательным пальцем на дверь и вновь дернула меня за сорочку. – Мммм…

Пока я соображала, что хочет белокурый ангел, девочка, недолго думая, пнула меня, а потом, упав на пол, забилась в истерике:

– Ааааааа…

Глава 2

Я сидела в кресле, обхватив лицо ладонями, с ужасом наблюдая за ребенком, который весело скакал на моей постели, полностью перевернув ее. Повсюду были разбросаны многочисленные подушки, шелковое стеганое одеяло свисало на пол, впрочем, как и простынь. Но белокурая хулиганка, не обращая на это внимания, продолжала весело прыгать и радостно хлопать в ладоши, при этом издавая своеобразные громкие звуки.

В моей голове творился настоящий хаос. Мысли перескакивали одна на другую, и я никак не могла сосредоточиться на чем-то конкретном. Мне было непонятно, где нахожусь? Как здесь оказалась? Чей это невыносимо крикливый ребёнок? И самое главное, что теперь делать?

Малышка тем временем взмахнув руками, упала на матрас, издав очередной веселый вопль. Удостоверившись, что девочка весьма увлечена своим занятием и на меня совсем не смотрит, осторожно встала с кресла и быстро шагнула к двери. Но моя попытка к бегству была тут же пресечена. За спиной моментально раздался недовольный громкий крик:

– Ыыыыы…

Это была не первая моя попытка покинуть комнату. Но едва я открывала дверь, девочка начинала плакать, биться в истерике, громко кричать ровно до тех пор, пока я вновь не возвращалась в кресло. Но так могло продолжаться до бесконечности…

Обернувшись, посмотрела маленькому «демоненку» в глаза и твердо сказала:

– Надо выяснить, что происходит. Поэтому ты оставайся здесь, а я пойду искать твоих родителей.

– Ммммм, – девочка отрицательно покачала головой и показала пальцем на кресло. – Уууу.

– Нет, – строго посмотрела на нее. – Если хочешь, ты можешь пойти со мной, а если нет – оставайся здесь.

Открыв дверь, решительно вышла в коридор, и тут же услышала громкий детский плач. Не оборачиваясь, пошла вперед, потому что подчиняться капризам маленькой девочки больше не собиралась.

– Ааааа, аааа… Аааа…

Я успела дойти почти до конца коридора, когда услышала топот детских ножек. «Ну, вот и славненько. Наконец-то слезы прекратились», – промелькнула мысль.

– Ыыыы!

Обернувшись, улыбнулась крохе:

– Идем, маленькая, – и протянула девочке руку. Но девочка, проигнорировав ладонь, оббежала меня и преградила путь.

Удивленно посмотрела на нее. Малышка была весьма забавной – подвижная мимика, маленькая, в красивом кружевном платьице и двумя торчащими хвостиками на макушке.

– Ну и что? – улыбнулась ей.

– Ыыыы, – она показала рукой в сторону комнаты, в которой я проснулась.

– Нет, – покачала головой. – Возвращаться не будем. Мы идем осматриваться и искать твоих «замечательных» родителей. Мне очень интересно, где они и почему оставили тебя без присмотра. Да и вообще, что здесь происходит!

Малышка нахмурилась и топнула ногой:

– Мммм!

– Никаких ммм, – строго ответила ей. – Не понимаю, почему ты себя так ведешь. Видимо, твои родители тебе все позволяют. Но со мной это не пройдет.

Девочка скривилась и, подняв голову, завыла. Если честно, я даже опешила. Стало понятно, что этот ребенок привык добиваться желаемого с помощью криков, слез и постоянных истерик. Будто в подтверждение моих мыслей, девочка упала на пол и стала стучать ногами и руками… И тут я разозлилась. Шагнув к ней, подхватила «демоненка» под мышку и строго сообщила:

– Хоть вой, хоть не вой, но будет так, как я сказала. И сейчас мы идем искать твоих родителей, и ты идешь со мной.

– Ммм, – малышка попыталась вырваться, но я покрепче ее перехватила. – Ммм.

– Тебе придётся меня слушаться, поняла?!

Девочка, к моему удивлению, замолчала, и я с облегчением вздохнула.

Достигнув конца коридора, увидела большую деревянную лестницу, ведущую вниз в роскошный холл, украшенный живыми цветами в красивых напольных вазах. Темные, тяжёлые на вид, шторы закрывали окна, создавая полумрак. На белоснежных стенах, расписанных изящным золотистым рисунком, горели небольшие разноцветные лампы в виде лилий, освещая громадный холл теплым рассеянным светом.

– Ыыы, – протянула малышка.

Посмотрев на девочку, поудобнее взяла ее на руки, и она тут же, обняв меня за шею, уткнулась лицом мне в плечо. «Надо же, притихла, – подумала я и спустилась по лестнице.

Оглядываясь по сторонам, никак не могла понять, где нахожусь. Дом напоминал замок, очень красивый, но довольно запущенный. На темных портьерах в гостиной виднелась пыль, на полу валялись какие-то игрушки – блеклые, невзрачные, в основном деревянные. В следующей комнате, видимо, столовой, я обнаружила грязную посуду на столе и остатки ужина. Возле камина была рассыпана зола, в которой отчетливо виднелись отпечатки детских ножек.

Ситуация становилась все страннее и непонятней. Потому что любому здравомыслящему человеку ясно – такого маленького ребенка нельзя оставлять дома одного, поэтому или родители малышки, задремавшей у меня на руках, мягко говоря, люди странные или они попали в беду и им нужна моя помощь.

Уснувшую по дороге девочку, уложила в гостиной на большую софу, загородив ее диванными подушками, чтобы она не упала, и отправилась дальше осматривать дом.

Первый этаж делился на жилые комнаты и, видимо, подсобные помещения. Заглянув в узкий темный коридор, передернула плечами и решила туда не ходить, посчитав это благоразумным.

– Есть кто-нибудь? – осторожно крикнула я. – Эй!

Ответа никакого не последовало.

Надо было что-то делать? Но что?

Взгляд остановился на входной двери. Не раздумывая, открыла ее и оказалась на большом светлом крыльце. Солнце так сияло, что ослепляло. Приложив ладонь ко лбу, стала оглядываться. Часть двора представляла собой аккуратно подстриженный зеленый газон, а вот другая была выложена серым камнем. Чуть в стороне виднелись аккуратные домики из белого кирпича с весьма яркими крышами – огненно-красной, синей, изумрудной. Пройдя несколько шагов вперед, обернулась и буквально ахнула от удивления.

Передо мной находился замок – большой, настоящий, с круглыми башнями с флюгерами на верхушках, узкими арочными окнами, решетчатыми балкончиками, выступами на невероятной высоте, и красивыми белоснежными колоннами и лепниной.

Подобные строения я видела только лишь в кино, и сейчас меня до глубины души поразило величие этого невероятного здания, от которого веяло силой, мощью и гранитной надежностью. Ведь не зря говорят, мой дом – моя крепость.

И тут где-то в стороне я услышала мужской крик:

– Марси, нельзя. Марси!

Обрадовавшись, стала оглядываться, а потом заметила у домиков высокого темноволосого мужчину. Он был одет как наездник – темные узкие брюки, заправленные в высокие черные сапоги, белоснежная рубашка, удлинённый жилет сверху.

«Хоть кто-то живой», – радостно подумала я и спешно направилась к нему.

Незнакомец, не замечая меня, продолжал кого-то уговаривать:

– Марси, ты теперь домашняя. Понимаешь, домашняя, и вести должна себя соответственно, как домашний питомец.

«С собакой, что ли, разговаривает, – ухмыльнулась я. – Только если дрессируешь животное, надо подходить к этому с умом. А от слов, что ты стал домашним, пес вряд ли научится хорошим манерам».

Подойдя к домикам, как можно приветливей, поздоровалась:

– Доброе утро!

Незнакомец резко обернулся и вздрогнул, а потом и вовсе застыл, будто превратился в статую. Мужчина был красив – тёмные волосы цвета вороньего крыла обрамляли красивое аристократическое лицо. Он был похож на принца или даже может быть рыцаря из классических фильмов о времени правления короля Артура и круглого стола. И лишь только легкая щетина на щеках портила идеальный образ, хотя в то же время добавляла мужчине шарма и очень ему шла. Встретив его просто на улице, я бы обязательно заметила такого видного представителя противоположного пола.

Незнакомец застыл как изваяние, а в его карих глазах плескались непонимание и изумление.

– Здравствуйте, – еще раз улыбнулась я, переминаясь с ноги на ногу.

Мужчина скользнул по мне взглядом и удивленно приподнял брови. И тут до меня дошло, что я стою перед ним босиком в одной короткой кружевной сорочке.

– Ой, – пискнула я, скрещивая руки на груди. – Простите меня за такой вид, просто я проснулась… А там ребенок… Малышка плачет… И замок… И никого нет… Вы не подскажите, где я нахожусь и как тут оказалась? И как мне вернуться домой?

Мужчина стоял, молча хлопая глазами. Долго так стоял и продолжительно молчал. Тут до меня дошло… Прижав ладонь к губам, сочувственно выдохнула:

– Вы тоже не разговариваете? Как малышка, да? А вы слышите меня?

И тут на мужском лице появилась усмешка:

– И вижу, и слышу, и разговариваю. А теперь потрудитесь объяснить, что вы делаете в моем доме?!

Удивленно уставилась на незнакомца, совершенно растерявшись. Если честно, я надеялась получить ответы на свои вопросы, а натолкнулась на непонимание и допрос. Ситуация становилась все абсурднее.

– Почему вы молчите?! – мужчина нахмурился и строго поинтересовался. – Кто вы такая? Как ваше имя?

– Лиза, – невольно ответила я.

– Лиза, значит, – протянул незнакомец.

– Елизавета, – уточнила и, вскинув голову, поинтересовалась. – А как ваше имя?

– Лорд Вилберт Хант.

– Чего? Какой лорд? – невольно вырвалось у меня. – Это программа «Розыгрыш»? А где камеры?

– Леди, вы ведете себя неподобающе, да и одеты так же. Если сейчас же не ответите на мои вопросы, я вас немедленно выставлю за ворота своего дома. Как вы здесь оказались?

– Не знаю, – пожала плечами и поинтересовалась. – А можно задать встречный вопрос.

– Попробуйте.

– А здесь – это где? Как называется это место?

– Вы находитесь в моем имении, расположенном на севере страны.

Я молча смотрела на мужчину, соображая, как я в одной сорочке могла оказаться в чужом имении, и тут до меня дошло. Хлопнув себя ладонью по лбу, радостно сообщила:

– Я все поняла.

– Это замечательно, – скептически прокомментировал мужчина. – Поделитесь информацией?

– Конечно. Я крепко сплю, и все происходящее – плод моего воображения.

– Вы душевнобольная? – уточнил лорд.

– А вы хам, – усмехнулась я. – Какой же дурацкий сон мне снится. Сначала пожилая женщина, с которой я познакомилась в сквере, потом мое заветное желание, маленькая кричащая девочка, вы…

– Софья уже проснулась? – мужчина нервно дернулся.

– Проснулась и опять уснула, я уложила ее на софе.

– Кажется, я совершенно забыл о времени, – он потер ладонью лоб. – Надо возвращаться в дом. Соню надолго одну оставлять нельзя. Марси, – лорд присвистнул. – Марси, ко мне.

Вилберт шагнул вперед:

– Немедленно иди сюда. Да что же ты такая непослушная девочка!

Если честно, тут меня пробрало любопытство. Я сделала два шага в сторону и замерла. На площадке, огороженной деревянным забором, носилось розово-лиловое нечто, размером с пони… Удивленно потерла глаза и вновь уставилась на Марси, которая оказалась маленьким дракончиком с перепончатыми розовыми крыльями и длинным шипастым хвостом. На зубастой удлиненной морде от уха до уха тянулись костяные наросты, напоминающие корону.

– Марси, прогулка закончена, – тем временем произнес Вилберт, и я поняла, что дракончик исполняет роль домашнего питомца.

«Приснится же такая чушь», – подумала я, наблюдая, как лиловое чудо улепетывает от мужчины, который хочет его поймать, а потом, совершенно внезапно, мимо меня пролетел огненный шар… Обернувшись, увидела, как полыхает одно из строений, и вдыхая запах горящего дерева, с ужасом осознала, что это не сон и все происходит на самом деле.

– Уру-ру-ррру, – раздался веселенький звук. Я посмотрела на Марси и случайно столкнулась с удивленным взглядом. У нее были яркие янтарные глаза с темным узким вертикальным зрачком. – Ру-ру-ру, – протрубил дракон и ринулся на меня, буквально выломав деревянную ограду.

«Ик!», – невольно стала отступать, а потом просто бросилась бежать, надеясь спрятаться за надежными дверьми дома.

– Марси, стой! Нельзя. Марси! – раздался вопль за моей спиной. – Марси!

И тут я почувствовала весомый тычок в спину и, споткнувшись, растянулась на земле, закричав:

– Помогите!

– Уррр, – раздалось над моей головой, а потом меня лизнули в руку. – Рур-ру-ру. Уррр

– Не бойтесь, – закричал мужчина. – Она совершенно безобидная.

Я поднялась на колени и уставилась на Марси, которая сидела напротив меня и явно довольно улыбалась, если можно так сказать.

– Вы как? – послышался тревожный голос Вилберта. – Простите. Марси еще совсем юная драконица, манерам не обучена. Надеюсь, Елизавета, вы не пострадали?

– Если не считать сбитых ладоней и коленей, то все в порядке.

– Простите, – лорд протянул мне руку, помогая подняться. – Так неудобно вышло.

Я посмотрела сначала на него, потом на дракона и просто истерично расхохоталась…

– Елизавета?! – мужчина нахмурился и заглянул мне в лицо. – С вами все в порядке?

А я в ответ не могла произнести ни слова. В голове не укладывалось, что все то, что происходит со мной на самом деле, и это совсем не сон. Я истерично смеялась, совершенно не замечая, как по щекам бегут слезы.

– Лиза? – меня встряхнули за плечи. – Лиза! Успокойтесь.

– Да, да, конечно, – прорыдала в ответ, и с губ сорвался всхлип. И тут щеку обожгла пощёчина, которая мгновенно меня отрезвила, и я моментально забыла о слезах. Удивленно уставилась на мужчину и всхлипнула.

– Лиза?! – Вилберт вопросительно посмотрел на меня. – Все в порядке?

– Наверное, да, – хрипло выдавила я и снова села на землю, тяжело дыша.

Тем временем лиловая Марси осторожно подкралась ко мне, неуклюже уселась рядом и обвила меня подвижным гибким хвостом, покрытым жесткой чешуей.

– Ой! – воскликнула от неожиданности.

– Уррр, – она оскалилась, словно улыбаясь. – Ру-ру-ру!

– Ик, – икнула я, рассматривая пасть с внушительными белоснежными острыми зубами. Стало так страшно. От испуга попыталась отодвинуться, но она еще крепче прижала меня хвостом и пододвинулась поближе.

– С ума сойти, – выдавил Вилберт. – Кажется, Марси признала в вас хозяйку. Удивительно!

– Уберите ее от меня, – осторожно проговорила я, опасаясь разозлить зверюгу. – Я ее боюсь.

– Не говорите ерунды, Марси – домашний дракон, и никогда не причинит вреда.

– Это она вам сказала или ваше личное умозаключение? – разозлилась я. – Немедленно уберите дракона от меня. Да и вообще, вас не смущает, что одна из построек вот-вот догорит? – показала пальцем на пожар, устроенный дракончиком.

– Совсем забыл, – мужчина хлопнул в ладоши, и будто по велению волшебной палочки, над горящим строением появилась черная туча, и прямо с неба хлынул сильнейший ливень, в одно мгновение затушивший огонь.

– Это что?! – теперь я уже с испугом смотрела на своего собеседника.

– Ничего особенного. Природная магия. Марси, иди сюда, – он подошел к дракону, ловко надел на нее ошейник и потянул поводок. – Идем.

– Ру-ру-ру, – заверещало лиловое создание, упираясь всеми четырьмя лапами, давая понять, что никуда не пойдет. – Ру-ру-ру.

Затем она посмотрела на меня и ловко лизнула в щеку, забрызгав розовой слюной с ног до головы.

И тут моему терпению пришел конец. Возмущение перебороло страх, и я заорала:

– Немедленно отпусти меня! Сейчас же! Совсем уже обнаглела!

Дракончик сначала обомлел, а затем поджал хвост к себе, и я оказалась свободна. Ловко вскочив, посмотрела на Марси. В ее больших фиолетовых глазах было столько обиды, что мне стало стыдно. Я шагнула к ней, но она отвернулась и как-то совсем по-человечески завыла:

– Уууууу…

– Вы обидели ее, – укоризненно произнес Вилберт. – Неужели забыли, что драконы весьма доверчивые и очень ранимые? Нельзя так строго разговаривать с ними. Надо лаской…

– Я этого просто не знала, – буркнула в ответ и осторожно шагнула к дракончику. Марси обидно выла, и сейчас мне безумно напоминала малышку, которая некоторое время назад в доме плакала точно так же. Плачущий дракон, маленькая девочка, лорд, замок – если честно, даже страшно было думать о том, что со мной произошло.

– Уууу, – верещала Марси, и надо было ее как-то успокоить, но как…

– Хорошая… Маленькая… Не обижайся… – я несла какую-то околесицу и чувствовала себя до безумия по-дурацки.

– Погладьте ее, – посоветовал Вилберт.

– А она мне руку не откусит?

– Ох, – мужчина нервно передернул плечами. – Прекратите нести ерунду. Скорее вы ее покусаете.

Бросив на него убийственный взгляд, осторожно коснулась ладонью лиловой морды.

Ромбовидная чешуя оказалась твердой, но на ощупь очень теплой и какой-то бархатистой.

– Не плачь, маленькая. Не плачь, – поглаживая дракона, украдкой рассматривала это удивительное чудо. Маленькая драконница была довольно милой – лиловые крылья, розовые бока, светлое брюшко, а костяные наросты вдоль макушки оказались очень твёрдыми и напоминали броню.

– Урррр, – Марси перешла на другую тональность и начала тыкаться головой в ладонь, а потом как-то неожиданно и весьма ловко подпрыгнула и я от толчка вновь оказалась на земле.

– Ай, – зашипев от боли, потерла бедро. – Ты чего дерешься?

– Марси просто пока плохо воспитана, – поспешил заступиться за свою питомицу Вилберт. – Но мы над этим работаем. А теперь леди Лиза, вы можете помочь, отвести Марси в ее домик?

Мужчина протянул мне цепочку, которая на фоне массивной Марси смотрелась тоненькой ниточкой.

– Вы думаете, это поможет удержать дракона? – поинтересовалась я, насмешливо рассматривая цепочку в своих руках.

– Это альдерит.

В ответ пожала плечами:

– Это мне ни о чем не говорит.

Он задумчиво посмотрел на меня, вновь окинул изучающим взглядом и вздохнул:

– Ладно, давайте отведем Марси на место, а потом поговорим. У меня к вам есть немало вопросов.

– Вы не поверите, но у меня к вам тоже.

Я посмотрела на дракончика и потянула цепочку:

– Идем, крылатое чудо.

К моему удивлению, лиловая красавица поднялась на лапы и медленно зашагала вслед за мной.

– Хорошая девочка, – похвалил ее Вилберт. – Вот видишь, поводок – совсем нестрашный, и тебе в нем удобно.

– Она что впервые ходит на цепочке? – уточнила я.

– Второй раз… Но сейчас намного лучше, чем вчера. Правда.

И тут Марси надоело быть хорошей девочкой, и она рванула вперед, таща меня следом за собой. Тонкий поводок обмотался вокруг запястья, и мне ничего не оставалось, как бежать за «розовым пони» и орать на всю округу:

– Стой!

– Нельзя!

– Фу!

– Марси…

– Марси, – вторил мне Вилберт, который бодренько бежал за нами. Тем временем Марси сделала круг по загону, а затем заскочила в белый домик. Я залетела следом за ней, споткнулась об высокий порог и упала плашмя на застеленный соломой пол.

– Оуууу, – завыла я, чувствуя боль в левой ноге.

– Лиза, вы как? – Вилберт быстро освободил мою руку от цепочки и помог сесть.

– Жить буду, – буркнула я и укоризненно посмотрела на Марси, которая развалилась на спине, демонстрируя розовый живот и строго поинтересовалась. – У тебя совесть есть?

– Ру-ру-ру, – послышалось в ответ, и как-то сразу стало понятно, что ей совершенно не стыдно за свое поведение.

– Лиза, идемте в дом. Вам нужно… – мужчина замялся и отвел взгляд в сторону. – Переодеться.

И тут я заметила, что тонкое кружево ночной сорочки местами порвалось. Конечно, находится в подобном виде перед посторонним мужчиной крайне неудобно, но раз уж получилась такая ситуация надо было принять ее достойно.

– Помогите мне, – попросила я, протягивая руку.

– Конечно.

Встав, одернула сорочку, но едва я сделала первый шаг, как взвыла:

– Ай!

– Что случилось? – Вилберт с тревогой посмотрел на меня.

– Кажется, я подвернула ногу.

– Сами дойдете?

– Попробую…

Шипя при каждом шаге, весьма сильно хромая, кое-как я вышла из домика. Вилберт плотно закрыл дверь, затем оглядел мою опухшую лодыжку и качнул головой:

– Надо, чтобы вас осмотрел доктор, – а затем подхватил меня на руки.

– Что вы делаете?

– Несу в дом. Похоже, у вас серьезное повреждение ноги и пока лучше не делать на нее никакой нагрузки. Вдруг это перелом.

Я притихла, прижимаясь у мужской груди. От Вилберта пахло сладкими травами и солнцем. Удивительное сочетание – манящее, захватывающее и весьма головокружительное. Я еще именно сейчас стало понятно насколько мужчина сильный и мощный.

Он ловко поднялся по ступенькам, открыл дверь, и мы тут же услышали оглушающий детский плач… и стало понятно, что маленькая Соня уже проснулась.

Глава 3

Я смотрела на бардак, царивший вокруг, которая умудрилась сделать одна маленькая плохо говорящая, вернее, не говорящая, девочка, и уверенно заявила:

– Ребенок не мог натворить все это!

Пока я и Вилберт разбирались с Марси, Сонечка, проснувшись, умудрилась перевернуть в гостиной все, до чего смогла дотянуться, и теперь казалось, что в комнате произошел взрыв – на полу валялись игрушки, подушки, остатки вчерашнего ужина, какие-то осколки, скатерть…

– Вам только кажется, – прижимая притихшую малышку к груди, ответил Вилберт, одной рукой ловко подметая веником, рассыпанную золу. – Соня и не на такое способна.

– Когда она все успела это сделать, – растерялась я. – Ведь, вроде, малышка крепко спала.

– Вы просто плохо знаете Сонечку, – мужчина улыбнулся. – Она очень энергичная девочка. У нее вообще особая способность наводить бардак за считаные минуты.

Малышка гикнула и, показав на меня указательным пальцем, провозгласила:

– Ыыыы…

Удивленно уставилась на нее, а потом поинтересовалась у ее отца:

– Чего она хочет?

– Кажется, вы ей понравились, и это удивительно. Ни одну женщина в этом доме Соня не воспринимала благодушно. Ну и как вы понимаете, няни у нас особо не задерживаются. Если честно сказать, уже из всех агентств мною получен отказ. Слухи о тяжелом характере моей дочурки быстро разлетелись по округе, и желающих работать в нашем доме, даже за большую плату не находится.

Я оглядела грязную гостиную, засыпанную пеплом, и уточнила:

– А кто здесь наводит порядок?

– Марика, последняя служанка, не выдержала и сбежала несколько дней назад, заявив, что с нее хватит. Бажена, экономка моих хороших знакомых, согласилась мне помогать, по своей доброте душевной. Именно она заботится об уюте в этом доме.

– Плохо, как-то заботится, – прокомментировала я. – Вокруг ужасно грязно.

– Бажена приходит раз в день, наводит порядок, готовит еду. Но Соня ее совершенно не воспринимает и будто назло шкодит еще больше. Я вчера выполнял магический заказ и так переутомился, что даже ужин со стола не убрал, а теперь сами видите…

– Мне кажется, вы ее оправдываете, ну и себя заодно. Такой бардак еще поискать надо, – укоризненно качнула головой.

– Ыыыы, – заявила Соня, будто желая поддержать меня, и протянула ко мне две руки.

– Сонечка хочет к вам… – сообщил Вилберт.

В глазах мужчины было столько обречённости и надежды, что я вздохнула:

– Ну, раз хочет, давайте сюда.

В одно мгновение, ребенок, став подвижной обезьянкой, перебрался ко мне, крепко обхватив меня ногами за талию и руками за шею.

– Ммммм, – вздохнув, сообщила она.

Я невольно посмотрела на ее отца, ожидая «перевода», и он пояснил:

– Соня довольна!

– Понятно, – перехватила малышку поудобнее, поинтересовалась. – А где ее мама?

– Моя супруга умерла при рождении ребенка, с тех пор воспитанием дочери я занимаюсь единолично.

– Заметно, – вздохнула я, невольно покачивая девочку на руках. Она положила мне голову на плечо и закрыла глаза.

– Я пытаюсь быть хорошим отцом! – возразил мужчина. – Без женской помощи, конечно, сложно, но мы стараемся справиться, да дочка?

Соня повернулась к отцу и пульнула в него деревянный кубик, который сжимала в руке. Я только успела охнуть, а малышка весело рассмеялась, прижавшись ко мне.

– Дерется, – выдохнул он, потирая ладонью лоб. – Видимо, я опять ей не угодил. Хорошо, что не хоть плачет…

– Вы, почему позволяете ребенку так себя вести? – возмутилась я.

– Зато тишина.

И тут мне все стало понятно. Вилберт донельзя разбаловал дочь, и теперь маленькая хулиганка терроризирует весь дом. И мужчина придерживался тактики – все что угодно, лишь бы не орала. И это было совершенно неправильно.

Безумно хотелось высказать все, что я думаю. Но оглядев лорда, который с несчастным видом, пытался навести порядок, вздохнула и поинтересовалась:

– Вы завтракали?

– Нет.

– А Соню кормили?

– Нет. Я ушел тренировать Марси и был уверен, что дочка спит…

– Понятно, – протянула я и уточнила. – У вас есть продукты?

– Есть, – мужчина бросил на меня изумленный взгляд. – А вы умеете готовить?

– Представьте себе, умею. Показывайте где кухня.

Вилберт оторопел, а потом предложил:

– Может, вы сначала оденетесь?

– Да я бы с удовольствием, но не во что.

– У меня осталась одежда супруги, думаю, что-то вам подойдет, и потом вы обязательно должны мне объяснить, как попали в мой дом. Идемте.

Я сделала шаг и ойкнула, чуть не уронив ребенка. В ноге растеклась волна боли.

– Давайте Сонечку мне, – Вилберт попытался взять девочку на руки, но малышка заверещала да с такой визгливой тональностью, что невольно хотелось закрыть уши ладонями.

– Прекрати, – разозлился мужчина.

В ответ ребенок завыл еще громче. Лорд закрыл глаза, видимо, пытаясь справиться с теми эмоциями, что одолевали его. Было понятно, что капризы дочери мужчину выводят из себя, но бороться с маленьким тираном он просто не в силах. Стало его жалко.

– Соня, – посмотрела на малышку и слегка подула ей в лицо. – Давай папа немножко понесет, а потом я снова возьму тебя на руки.

– Мммм, – она закачала головой, давая понять, что мое предложение ей совершенно не нравится.

– Тогда иди ножками, а я буду держать тебя ручку, – опустила ее на пол и, к моему удивлению, маленькая капризница тут же вцепилась мне в указательный палец. Такой вариант ее вполне устроил.

Посмотрев на ее отца, чуть улыбнулась:

– Идемте…

Кое-как преодолев барьер в виде многоступенчатой лестницы, мы оказались на втором этаже. Вилберт привел нас к одной из комнат и, распахнув дверь, сообщил:

– Лиза, здесь вы найдете все необходимое. Можете взять то, что вам понравится.

– Спасибо, – попыталась передать Соню отцу, но она крепко вцепилась в мою ногу, и мне ничего не оставалось, как взять девочку с собой. – Я сейчас переоденусь, и мы спустимся.

Мужчина кивнул и поспешил вниз.

Я осторожно вошла в спальню, в которой царил идеальный порядок. На кровати было расстелено безукоризненно разглаженное голубое шелковое покрывало, на тумбочке в хрустальной вазе стояли свежие белые розы, на комоде лежала стопка белья. Невольно казалось, что хозяйка этой комнаты вышла всего лишь на одно мгновение и вот-вот вернется.

Видимо, лорд Хант сильно любил жену, раз все сохранил, как при ее жизни и даже приносил свежие цветы. Это было так трогательно.

Усадив девочку в кресло, попросила:

– Веди себя по-человечески, пожалуйста. Я только переоденусь, и пойдем завтракать, хорошо?

– Ыыыы, – послышалось в ответ.

«Буду надеяться, что она сказала «да»», – подумала я и открыла шкаф. В идеальном порядке на вешалках висели длинные платья. Они казались такими старомодными, будто из прошлого века. Пересмотрев их все, выбрала темно-желтое, с красивой вышивкой по краю юбки и элегантными кружевами на рукавах и зоне декольте. И тут в зеркальной дверце шкафа боковым зрением заметила свое отражение.

Я выглядела как замарашка – грязь на коленях и ладонях, растрепанная, в волосах какие-то травинки, на лице пыль… Да, что там говорить, чучело огородное, иначе и не скажешь.

Оглянувшись на притихшую малышку, направилась в ванную. Я старалась все делать быстро, понимая, что любое промедление может дорого стоить – ведь как мне сказали, Сонечка большой специалист по наведению бардака. Набрав воды в ладони, умылась, а потом мой взгляд остановился на браслете…

Моментально вспомнился странный сон, согласие стать мамой сложному ребенку и моя просьба. Картинка тут же сложилась. Я не знаю, кем была та женщина, но именно она помогла мне оказаться в другом мире.

«В другом мире», – мысленно простонала я, закрывая глаза. Нормальному человеку в такое сложное было поверить, но, тем не менее, это так. Не знаю как, но я оказалась черт знает где, и подтверждением этому служил замок, лорд, розовая Марси и маленькая Соня…

Внезапно раздался грохот. Вздрогнув, поковыляла в комнату. Малышка стояла у туалетного столика и держала в руках шкатулку, явно для нее большую и тяжелую, содержимое же ларца валялось на полу – кольца, заколки, бусы, картинки.

– Соня, Соня, – укоризненно покачала головой. – Что же творишь?! Это вещи твоей мамы, и когда ты подрастешь, будешь ими пользоваться обязательно, а сейчас – нельзя.

– Ыыыыы, – малышка нахмурилась.

– Вот тебе и «ы». Давай собирать все то, что ты уже успела раскидать.

Опустившись на корточки, стал поднимать рассыпанные безделицы. Девочка бросила шкатулку и начала мне помогать, и очень вскоре так втянулась, что бегала по комнате и весело гикала.

Мы собрали все мелочевку, а потом я подняла картинки и невольно ахнула. На них была изображена молодая светловолосая женщина, чем-то отдалённо очень похожая на меня – такие же миндалевидные глаза, нос с едва заметной горбинкой, и маленькая родинка в виде точечки над губой. Нас можно было бы даже принять за сестер, только я с рождения брюнетка, а девушка на портрете обладала роскошной копной волос цвета спелой пшеницы.

Невольно бросила взгляда на девочку и даже нашла отдаленное сходство с матерью, а может, я просто очень хотела это увидеть.

– Ммм, – Соня подошла ко мне и тыкнула пальчиком в портрет. – Ыыыы.

– Да, малышка – это твоя мама, и она была настоящей красавицей. Ты очень на нее похожа.

К моему удивлению, девочка наклонилась и поцеловала портрет, а потом показала на шкатулку:

– Мммм.

– Конечно, – я улыбнулась и спрятала картинки в ларец, а затем поставила его на место.

Видимо, лорд Вилберт рассказывал своей маленькой девочке о матери и пытался пробудить в ее сердце любовь к той, кого она никогда не видела. Это характеризовало его с лучшей стороны, что тут скажешь. Он не забыл жену, не бросился во все тяжкие, сам воспитывал дочь, как мог… Ну а вышло то, что вышло.

Переодев платье, которое мне оказалось впору, собрала волосы на макушке в пучок, и придирчиво оглядела свое отражение. Удивительно, но платье преобразило меня, и сейчас, как мне показалось, я действительно была похожа на леди.

– Идем, – протянула малышке ладонь, но едва сделала шаг, поморщилась. Боль становилась сильнее. В перелом как-то не верилось, а вот получить ушиб и растянуть ногу я могла запросто. Открыв шкаф, увидела на дверце висящие шарфы. Выбрав тот, что был ближе к хлопку, уселась в кресло и стала заматывать опухшую ногу и голеностоп.

– Ууу, – Сонечка внимательно следила за моими движениями.

– Ваша Марси меня покалечила, – вздохнула я.

– Ру-ру-ру, – малышка скопировала питомца, а потом, обхватив ладошками лицо, покачала головой.

Стало так смешно. Удивительно, но одним движением, девочка показала мое состояние в данный момент, потому что больше всего на свете мне сейчас хотелось прокричать: «Ру-ру-ру».

* * *

Когда мы с Соней спустились вниз, Вилберт уже успел навести относительный порядок – подмести пол, убрать со стола остатки трапезы, собрать разбросанные игрушки в большую плетеную корзину, стоявшую у камина.

При нашем появлении он окинул меня странным взглядом, я бы сказала оценивающим, и не смог сдержать легкую улыбку:

– Вы прекрасно выглядите.

– Спасибо, – кивнула я, чувствую некую неловкость. – А теперь показывайте, где у вас находится кухня.

К моему удивлению, здесь царил невероятный порядок. Видимо, женщина, которая иногда приходила помочь, все-таки ценила чистоту, просто не везде и не всегда успевала убрать за Соней и ее отцом.

– Где продукты?

– В хладнике, – мужчина открыл дверь, за которой оказалось некое подобие кладовой. Она делилась на две части: в первой половине стояли крупы, овощи, разнообразная зелень, а вот второй, было намного холоднее, и тут лежали всякие колбасы, сыры, молочная продукция.

Быстро прокрутив в голове, что можно приготовить на скорую руку, скомандовала:

– Мне нужен бекон, яйца, молоко, сыр, манная крупа и немного овощей…

В скором времени перед Соней стояла тарелка с манной кашей, в которой аппетитно таял кусочек золотистого сливочного масла, а перед ее отцом – яичница с беконом, бутерброды с сыром и чашка с салатом из свежих овощей.

– Приятного аппетита, – улыбнулась я, присаживаясь на стул и наливая в две кружки ароматный кофе.

– Невероятно, – выдохнул Вилберт, который все это время молча следил за мной. – Вы просто потрясающая женщина.

– Обыкновенная, – пожала плечами я. – Ешьте, пока не остыло.

Сонечка схватилась за ложку, и я ее предупредила:

– Дуй. Горячо.

Девочка послушно начал дуть на кашу и, кажется, ее это забавляло.

– Умница, – похвалила я малышку, наблюдая, как она начала кушать. Я специально налила кашу в плоскую тарелку, чтобы она успела остыть. Девочка съела ложку, потом другую, и я невольно с облегчением выдохнула. Манная каша не была моим любимым блюдом, и я опасалась, что ребенку она не понравится. Но сейчас наблюдая, как Соня уплетает свой завтрак, поняла – все получилось как надо.

Вилберт смотрел то на дочь, то на меня и совсем ничего не ел.

– Вам не нравится? – уточнила я.

– Лиза, как вы оказались в моем доме?

– Боюсь, вы мне не поверите, – вздохнула в ответ.

– А вы попробуйте рассказать.

Я собралась с мыслями и начала свой рассказа с того момента, как встретила пожилую женщину в скверике у клиники. Но, конечно, утаила то, что поддавшись эмоциями, согласилась стать мамой для непослушной и неподчиняющейся никому маленькой шкодницы. Тщательно подбирая слова, я рассказала мужчине мою отредактированную историю. Вилберт молча выслушал и ни разу меня не перебил. Он лишь иногда удивленно приподнимал брови, ухмылялся, качал головой и вздыхал. А когда я замолчала, уточнил:

– Лиза, я правильно понял, что вы пришли из другого мира?

– Не пришла, меня сюда переместили, – уточнила я, – во сне.

– Пожилая женщина? – последовал следующий вопрос.

– Да, – закивала в ответ. – Я и сама этого не ожидала. Поэтому, проснувшись от плача ребенка, не поняла, где нахожусь. И если честно, когда встретила вас и Марси посчитала, что мне все это снится… Я не сразу сама поняла, что оказалась в другом мире.

– Лиза, – Вилберт усмехнулся. – У вас весьма богатая фантазия.

– Вы думаете, я обманываю? – нахмурилась в ответ.

– Разве можно поверить в подобное? – в голосе мужчины звучала откровенная насмешка.

Вместо меня ответила Сонечка, которая запустила в отца кашу. Остывшая манка шлепнулась ему в лоб, а потом медленно стала сползать на нос.

– Соня! – возмутился Вилберт, вытирая лицо салфеткой. – Ты что делаешь?

И тут же опять получил очередную порцию каши. Малышка уже наелась, откровенно играла с едой, и было понятно, что ее забавляет реакция на эту шалость. Она вновь набрала ложку манки и швырнула ее в отца.

– Соня, – простонал мужчина и вскочил. – Да как же так можно?

– Мммм, – многозначительно промычал ребенок и протянул ко мне руки. – Ыыыы.

– Дорогая, у меня болит нога, – улыбнулась ей. – Поэтому, давай ты посидишь на стульчике?

– Ааааааа, – раздался боевой клич, и тарелка с кашей слетала со стола на пол и вдребезги разбилась. – Ааааа…

Стало понятно, что малышка решила добиться желаемого привычным для нее способом, но вот только я поощрять данное поведение не собиралась. И поэтому, как ни в чем не бывало, протянула Вилберту еще салфеток, а сама, откусив кусочек бутерброда, стала медленно его жевать, запивая кофе.

– Уууу, – Соня сменила тональность, понимая, что ее требования никто исполнять не спешит.

– Она плачет, – внезапно сообщил ее отец, в упор глядя на меня.

– Ииии? – протянула я.

– Надо что-то делать, – заявил лорд.

– Не надо, – покачала головой. – Ваша сердобольность именно и привела к такому результату. Соня – безмерно избалована, и уже прекрасно понимает, что своими воплями добьется желаемого. Дочка фактически шантажирует вас, вынуждая принять ее капризы.

– Лиза! – в голосе мужчины послышались укоризненные нотки. – Она маленькая девочка, лишенная внимания матери. Ей не хватает ласки и любви.

– Ей не хватает твердой руки, – решительно заявила я, прекрасно зная, о чем говорю. – В детском доме много детей и каждый со своим характером и, тем не менее, воспитатели всегда ко всем находили подход, а знаете почему?

– Почему? – автоматически переспросил Вилберт.

– Потому что в ребенке видели личность и проявляли не только ласку, но и строгость, таким образом, воспитывая каждого своего подопечного. И знаете, несмотря на отсутствие не только материнской, но и отцовской любви, многие выросли достойными людьми. Ваше потакание любому капризу дочери до хорошего не доведет. Посудите сами, она уже в столь раннем возрасте вас ни во что не ставит, а про будущее просто промолчу.

Вилберт, молча, меня слушал, и я видела, как в его глазах мелькает калейдоскоп эмоций – возмущение, несогласие, осознание, а потом он выдохнул:

– Может, вы и правы.

– Ааааа, – перебила его Соня, зашвырнув в отца ложку, которая прилетела ему в плечо. Мужчина поморщился и поинтересовался:

– И что мне теперь делать?

– Думаю, для начал просто перестать обращать внимание на пустой плач, – предложила я.

Мое предложение явно не понравилось девочке, потому что она закри