Рик Саттор. Во славу Империи

Он родился на планете, где сражались на мечах и думали, что их мир плоский, как тарелка. Пастушок с Танора верил, что боги живут на небе, а звезды – это их сокровища.

Но однажды маленький дикарь поднялся выше неба. Теперь он офицер Космического имперского Флота и верный сын Земли.

Майор Рикьярд Саттор давно уже не ребенок. Он знает, что такое звезды, и настоящим сокровищем считает честь, доблесть и отвагу. Рик любит свой новый дом, но Земле придется подождать, потому что корвет «Шустрый» получил новый приказ – он летит на Демос. Экипажу предстоит служба в составе гарнизона.

На этой планете царят скука и сонный покой. Только ссоры с учеными, занимающимися раскопками следов загадочной цивилизации, иногда баламутят омут, в котором живут военные. Но так ли спокоен Демос, как кажется на первый взгляд? Пытливый ум майора не привык находиться в бездействии, и Рик готов разобраться в тайнах далекой планеты…

Глава 1

Молодой синеглазый мужчина замер у иллюминатора. Его рассеянный взгляд остановился на собственном отражении, размытом смесью темноты и света. «Рикьярд Саттор» – прочитал он на нашивке на своей груди; даже не прочитал, потому что контуры букв были смазаны в отражении на стекле иллюминатора – просто знал, что там написано. Конечно, знал: все-таки это был его комбинезон.

Рик усмехнулся и перевел взгляд на нашивку, расположенную немного выше – это был герб Геи, его родной империи, которой майор служил уже почти семь лет своей взрослой самостоятельной жизни. Это было миниатюрное изображение Земли, в центре которого распластал в полете крылья орел в короне. Саттор прикрыл глаза и негромко произнес:

– Красиво.

Майор отвернулся от иллюминатора и посмотрел на пилота. Взгляд того был устремлен в пространство, и что там видел лейтенант, было ведомо лишь ему одному.

– Красиво, – согласился майор. Он снова посмотрел в иллюминатор, но уже дальше своего отражения и повторил машинально: – Красиво…

– Чье это стихотворение? – спросил пилот, но его командир не ответил, и лейтенант позвал: – Господин майор.

– Что?

– Чье это стихотворение?

Майор обернулся. Он короткое мгновение смотрел на пилота, а затем все-таки ответил:

– Его написал мой сокурсник. Даже не знал, что он умеет, – парни рассказали. Мы с ним не были особо близки, просто учились вместе еще с Кадетского корпуса. Так… общались нейтрально, – он вновь отвернулся и повторил последнюю строчку: – Земля, тебе до смерти верен… Он погиб год назад, – и командир корвета «Шустрый» замолчал.

В рубке повисла недолгая тишина. Пилот оставил майора в покое и вернулся к панели управления. Саттор поджал губы – он отогнал ненужные сейчас мысли. Не о том нужно было думать, не о том…

– Командир, – позвала связистка. – «Вики» вызывает. Перевожу на вас.

Рик кивнул и активировал свой переговорник.

– Майор Саттор на связи, – произнес командир корвета.

– Подполковник Лапин, майор, – ответил командир линкора «Королева Виктория». – Приступить к выполнению поставленной задачи.

– Есть приступить к выполнению, – привычно ответил Саттор. – Младший коммандер, позвольте вопрос.

– Спрашивай, Рик, – уже без всякого официоза произнес подполковник.

– Я не вижу противника – что происходит?

– Мы засекли появление нескольких неопознанных объектов. Пока не видим знаков различия и принадлежности к какому-то определенному флоту. Просто хочу подстраховаться. Уводите подопечных, майор.

– Слушаюсь, младший коммандер, – отчеканил Саттор и обвел взглядом тех, кто находился в рубке. – Приступаем к выполнению поставленной нам задачи. Выходим на заданную траекторию. Скачок по готовности следом за кораблем миссии.

– Есть, – мгновенно послышался ответ, и майор отдал новую команду:

– Развернуть экран. Связь с «Ветром».

Работа закипела, привычная и обыденная. Задача, поставленная перед корветом, была проста: сопроводить корабль научной миссии к точке встречи с кораблями, которые должны были обеспечить безопасный коридор до пункта назначения, пока линкор и второй корвет сопровождения будут прикрывать их отход.

– «Космический ветер» на связи, – доложила связистка, и посреди рубки появилось изображение капитана «Ветра».

– Я вас слушаю, майор, – заговорил капитан Бьорк.

– Начинаем маневры. Выходите на траекторию прыжка, мы за вами.

– Вас понял, майор Саттор, – ответил капитан. – Начинаем движение.

Бьорк исчез, и Рик перевел взгляд на экран. В сетке, растянувшейся на все полупрозрачное пространство, он увидел линкор и корвет «Княжич», менявшие позицию. Сенсор, менее мощный, чем у линкора, наконец, отразил и два неизвестных корабля, чья принадлежность Альянсу еще так и не была установлена.

– Может, и пираты, – задумчиво произнес майор. – Уже должны были отозваться и открыть себя…

После посмотрел на точку, обозначавшую лайнер миссии, и удовлетворенно кивнул: гражданский корабль обходил их, спеша в расчетную точку для прыжка. Рик скосил глаза на иллюминатор, где сейчас должна была как раз проплыть махина «Ветра», но маскировка надежно скрывала его, и различить движение можно было только на экране.

Данные, бежавшие по экрану мерцающими строчками, оповестили, что лайнер приблизился к расчетной точке.

– Начинаем отсчет, – доложил лейтенант. – Минута, пятьдесят секунд, сорок секунд, тридцать секунд.

– Команде приготовиться к скачку, – понеслось по отсекам.

Рик сжал спинку кресла пилота, продолжая следить за тем, что происходило за бортом «Шустрого». Лайнер исчез с экрана, расчистив курс к расчетной точке. «Вики» и «Княжич» заняли позицию щита, неизвестные корабли пока враждебных намерений не проявляли и на сближение не спешили. Впрочем, если это были пираты, то их цель уже успела убраться, а военные корабли интереса для этой братии представляли мало.

– Пять секунд, – оповестил пилот. – Четыре, три, два, один, скачок.

Корвет рванул сквозь пространство, догоняя объект охраны. «Космический ветер» ожидал их, и Рик приказал:

– Занять позицию в авангарде.

А еще спустя десять минут к ним присоединились оба отставших корабля сопровождения. Миссия, протекавшая без каких-либо осложнений, продолжала радовать своей легкостью и отсутствием сражений. И думал так не только майор Саттор. Это зеленые необстрелянные щеглы рвались в бой. Они еще не видели, как взрываются машины тех, кто еще час назад сидел рядом, в чьи глаза ты смотрел и смеялся над общей шуткой или слушал, как погибший собирался слетать в отпуске на какую-нибудь Чилай-ве. Они не знали, каково это – болтаться в пустоте в спасательной капсуле и истово верить, что медики успеют тебя подобрать, что свои закроют и не позволят врагу добить тебя, потому что сам ты уже ничего не можешь сделать. Так что у опытных вояк был повод радоваться тому, что за всё время рейда не было пока сделано ни единого выстрела.

– Командир, «Вики».

Рик перевел взгляд на связистку и, кивнув, активировал переговорник:

– Майор Саттор на связи.

– Рик, – Лапин перешел на обыденный тон – значит, нет новой вводной. Хорошо. – Поступило распоряжение: вы задержитесь на Демосе.

Все-таки вводная… Рик отошел к своему креслу, сел и закинул руки за голову. Тон неофициальный, потому что «Королева Виктория» уйдет.

– «Княжич»? – спросил Саттор.

– Он тоже остается, – ответил Лапин. – Адамидис уже поставлен в известность. Будете находиться там как вспомогательные силы. Наша помощь не нужна, а вы прикомандированы к гарнизону полковника Чоу до особого распоряжения. Астродромы Демоса не предусматривают наличия крупногабаритных кораблей, а ваши малыши там местечко найдут. Сам знаешь, мы даже на планету не будем спускаться.

– Тэд, я понял, – улыбнулся Рик. – Не распыляйся.

– Тебе вроде как обещали возвращение на Землю, – ответил Тадеуш Лапин. – Я подслащиваю пилюлю.

– Уже зубы сводит, – усмехнулся майор. – Не в космосе, и на том спасибо.

– Ты излишки своим отсыпь, – произнес младший коммандер, – им пригодится.

– Будет исполнено, господин подполковник.

– Хороший мальчик, – усмехнулся Лапин. – Ладно, собрались. Через час выйдем к точке входа в коридор. Особое внимание.

– Есть особое внимание, – уже чеканно ответил Рик и отключил переговорник. После обвел взглядом притихших членов команды, находившихся в рубке, и спросил: – Кто хочет ощутить землю под ногами?

– Все хотят, – ответил первый помощник, стоявший у панорамного иллюминатора.

– Тогда вас обрадует, что мы будем топтать землю Демоса до особого распоряжения, – объявил новость командир.

– Демоса? – переспросила связистка.

– Но землю же, – весомо ответил ей Саттор и велел: – Всем собраться. Через час войдем в коридор. Вики отстанет на орбите, дальше «Ветер» поведем мы и «Княжич». Всё, сопли подтерли, взор зажгли патриотизмом и продолжаем служить империи и императору. Слава!

– Слава! – по привычке, отработанной до автоматизма, гаркнули люди.

– Вот и замечательно, – одобрительно кивнул майор и устремил взгляд в пространство перед собой.

А дома хорошо… Он подавил короткий вздох и снова закинул руки за голову. После закрыл глаза и позволил себе ненадолго расслабиться…

– Р-р-рик! Р-р-ри-и-ик! Бр-р-рати-и-ик!!!

Рик, стоявший на вершине невысокого холма, обернулся на звук детского голоса. Он еще никого не увидел, но на губах его появилась улыбка, и майор поспешил вниз.

– Р-р-ри-ик!

Из-за деревьев выбежала девочка четырех лет от роду. Ее ярко-рыжие волосы, казалось, могли поспорить с солнечными лучами, щедро заливавшими землю. Девчушка бежала, смешно вскидывая вверх острые коленки, и мужчина весело рассмеялся, глядя на ребенка. Он нагнулся, раскинул руки в стороны, и девочка влетела ему в объятья, обхватила шею Саттора руками и возвестила об очевидном факте:

– Плиехал!

– Плиехал? – с добродушной иронией переспросил ее старший брат. – Да, Лита?

– Р-р-рита! – грозно зарычала девочка.

Рик снова рассмеялся и звонко расцеловал сестру в румяные щеки, затем в нос, усыпанный веснушками, и малышка сморщилась под новый смешок брата:

– Фу-у.

И пока Рита ожесточенно терла нос, Рик посмотрел вперед и приветливо махнул рукой отцу – уже немолодому, но по-прежнему подтянутому, с военной выправкой. В отличие от дочери, он не бежал. Шел неспешно, но на губах генерала играла теплая улыбка.

– Привет, пап, – улыбнулся Рик.

– Здравствуй, сын, – кивнул Георг Саттор.

Он попытался снять с рук Рика дочь, но Рита замотала головой, еще сильней сжав объятья на шее брата.

– Задушишь! – воскликнул майор.

– Мой Рик, – безапелляционно заявила девочка.

– Да отдай мне его хоть ненадолго, – возмутился отец.

– Нет, – снова мотнула головой Рита.

– Упрямая, как ослица, – сердито фыркнул Георг и обнял обоих детей разом.

– Саттор, – со значением ответил Рик.

– Да, – весомо поддакнула Рита.

– Детишки, – усмехнулся генерал и кивнул в сторону крыши, видневшейся в просвете между деревьями: – Идем, Рина там уже царский стол накрыла. С утра женщины нервы истрепали. Наконец-то хоть еще один мужик в доме появился. Я в этом бабьем царстве скоро совсем размякну.

– Тебе можно, – улыбнулся младший Саттор. – Заслужил.

– Веришь, скучаю по службе. Там хоть матом ругаться можно было, а здесь только пальцем грожу, – вздохнул главный коммандер на пенсии.

– Врешь, – хмыкнул Рик.

Старший Саттор ответил суровым взглядом, но младший его выдержал, и Георг сдался. Он махнул рукой и сознался:

– Вру. Хотя иногда и вправду скучаю по службе – все-таки это почти вся моя жизнь. Но сейчас у меня самый лучший экипаж, хотя субординация для них – пустое слово, особенно для этой вот рыжей таракашки, – генерал тепло взглянул на дочь, притихшую на руках брата. – А лошадки стали отличной заменой бездушному металлу. Отдыхаю, сын, душой отдыхаю. Еще бы тебя видеть почаще, и вообще жил бы в раю.

Рик улыбнулся и потрепал отца по плечу свободной рукой. Тот накрыл пальцы сына сухой, чуть шершавой ладонью, слегка сжал, но быстро отпустил и зашагал в сторону своего нового дома. Майор Саттор подмигнул сестре и опустил ее на землю. Затем протянул руку и, ощутив, как маленькие пальчики сжали его ладонь, направился вслед за отцом. Рядом подпрыгивала Маргарита Саттор, напевая странную, но задорную песенку, слова которой придумывала на ходу:

– А ко мне плиехал Лик. Нет! Р-рик, Р-рик! Ко мне пр-риехал брат, вот так, вот так. Он большой и сильный брат, он Леське уши оборвет, да-да. А не будет длазниться, ду-у-ур-р-рочка-а-а…

Рик открыл глаза и поймал себя на том, что улыбается. Сестру он любил. Наверное, если бы она появилась, пока младший Саттор учился в Кадетском корпусе, парень начал бы ревновать: все-таки родная дочь, а он приемыш. Но Рита родилась, когда он уже бороздил бескрайние просторы Вселенной, и, увидев спящего пупса с рыжим пушком волос на голове, Рик умилился и как-то быстро привязался к девочке. И когда навещал отца на его лошадиной ферме, сменившей космический крейсер, проводил с сестрой много времени и баловал без зазрения совести, несмотря на ворчание Рины – ее матери – и увещевания отца. Увещевания, впрочем, слабые, даже фальшивые, потому что сам суровый генерал в дочери души не чаял.

Майор встряхнулся и отогнал приятные воспоминания. Всё потом. Сейчас их ожидало завершение задания по сопровождению, и Саттор надеялся, что оно пройдет так же, как и весь рейд – без осложнений.

– Мы приближаемся к сектору встречи, – доложил лейтенант.

– Отправить код по запросу, – приказал Рик, не сводя взгляда с экрана.

Там появились новые сообщения от системы слежения. Командир «Шустрого», читавший полосу информатора, вдруг усмехнулся и вспомнил, как когда-то, когда впервые попал на военный корабль, смотрел на непонятные значки на таком же экране и мечтал, что однажды сможет понимать их с такой же легкостью, как смену времен года. Теперь маленький дикарь с Танора умел делать всё, о чем даже не мог мечтать в те далекие семь лет, и ему было даже немного грустно от сознания того, что чудеса остались в прошлом. Когда-то для него каждый день был наполнен открытиями, а теперь все они превратились в обыденность.

– Передаю код-пропуск, – сообщила связистка.

Рик кивнул и снова откинулся на спинку кресла. Колонна достигла места встречи. «Шустрый» вошел в коридор первым. За ним последовал линкор, после корабль миссии, замыкающим летел «Княжич». Они так и приблизились к орбите Демоса, продвигаясь мимо цепочки кораблей прикрытия, выстроенных для встречи «Ветра».

– А на Аривее пушки смотрели бы нам в лоб, – усмехнулся первый помощник.

Саттор кинул на него короткий взгляд и хмыкнул. Это было верным замечанием. Нигде в Альянсе так не давили на психику, как на подлете к этой гаремной планете. Обычно сторожевики не демонстрировали так явно готовность к атаке, но на орбите Аривеи был установлен целый заградительный комплекс, щетинившийся орудиями по ходу движения корабля гостей планеты; будь то обычные туристы или же дипломатическая миссия – встреча была одинаковой.

– Командир, «Вики» на связи.

– Переводи, – откликнулся Рик и активировал переговорник. – Майор Саттор слушает.

– Мы свое дело сделали, – заговорил Лапин. – Дальше идете одни. Удачи, Рик.

– Есть, понял, – ответил Саттор и закончил: – Удачи, Тэд. До встречи на Земле.

– Да куда ты денешься, – коротко рассмеялся подполковник. – Долг платежом красен, как говорили древние.

– От долгов не бегаю, – усмехнулся майор. – Сочтемся, когда вернусь.

– Когда ты успел обрасти долгами? – спросил первый помощник, решив, что разговор командира и младшего коммандера закончен.

– Пить меньше надо, – произнес Саттор. – И не спорить с теми, у кого слишком хитрый зад.

– А я всё слышу, – напомнил о себе Лапин.

– Виноват, господин подполковник, – ответил ему майор. – Зад вышестоящего чина вне обсуждений и обвинений в коварстве.

– Ой, договоришься, Саттор, – беззлобно огрызнулся Лапин и добавил уже официальным тоном: – К выполнению поставленной задачи приступить.

– Есть приступить, – отрапортовал Рик и отключил переговорник. – Следуем к астродрому.

– Есть, – донесся голос лейтенанта.

И корвет «Шустрый» вошел в воздушное пространство Демоса.

Глава 2

Планета встретила землян теплым влажным воздухом, шелестом обильной зелени, окружившей астродром, и тишиной. Астродром на Демосе не жил активной жизнью, как его собратья на развитых планетах, здесь ощущались леность и бездействие. Команды кораблей изнывали от скуки. Но для экипажа «Шустрого» даже уныние захолустного астродрома было сродни маленькому празднику. Их пребывание в космосе затянулось. И теперь люди выходили из корвета, поднимали лица к местному светилу и шумно вдыхали запахи, витавшие в воздухе.

Рик, прикрыв глаза, подставил лицо ветру и прислушался к далекому крику какой-то местной птицы. Голос пичуги был низким и надтреснутым, но майор улыбнулся и мечтательно произнес:

– Хорошо-то как…

После передернул плечами и задрал голову. Над астродромом нависла махина «Космического ветра», накрыв гарнизон тенью. Он был слишком велик, чтобы сесть на относительную небольшую площадку, отданную под космические корабли. С его борта вылетали катера, доставлявшие на Демос людей, технику и груз. Майор не стал отдавать команду помочь в выгрузке – для этого существовали рабочие, а его экипаж честно заслужил отдых.

Неподалеку приземлился «Княжич». Саттор некоторое время смотрел на то, как открылся люк, и на астродром из нутра корвета выбираются члены его экипажа. Дождавшись, когда появился их командир – майор Леандр Адамидис, Рик направился к нему.

– Здравия желаю, – произнес Саттор, козырнув.

Леандр вскинул руку в воинском приветствии, после протянул ее Рику, и тот пожал узкую сухую ладонь. В отличие от близнецов-братьев «Шустрого» и «Княжича», их командиры были совершенно не похожи. Синеглазый брюнет Саттор превышал в росте худощавого блондина Адамидиса. Леандр совершенно терялся рядом с ярким сослуживцем, обладающим не только четкими чертами, но и крепким натренированным телом. Майор Адамидис был бесцветен, говорил негромко, и глаза его казались выцветшими на солнце, как и он сам. Но за невзрачной внешностью скрывались железная воля и непростой характер. И если на «Шустром» царила почти семейная атмосфера, то на «Княжиче» были установлены жесткая дисциплина и подчинение. Впрочем, о своих людях командир заботился.

С тем же Лапиным, бывшим старше по званию, Рик мог бы обойтись и дружеским «привет», если обстановка не требовала соблюдения субординации, но с Адамидисом удерживал расстояние. И дело не в антипатии – ее не было. Саттор уважал сослуживца и ценил, как боевого товарища, зная, что Леандр не бросит, прикроет и придет на выручку. Но друзьями они все-таки не были. Командир «Княжича» вообще плохо сходился с людьми, потому проще с ним было общаться, не переходя определенную границу.

– Чоу должен ожидать нас, – сказал Рик. – Нужно доложить о прибытии. Было бы неплохо, если бы команды разместили где-то. Мои от корабля устали, им нужна передышка.

– И обстановку узнать не помешает, – согласно кивнул Адамидис. – Оставили же нас тут зачем-то.

– Объяснят, – пожал плечами Саттор.

– Угу, – промычал командир «Княжича», и майоры направились к КПП.

Полковник Чоу, как уверили новоприбывших офицеров, находился в Штабе. Это было неказистое двухэтажное здание, такое же унылое, как и астродром. На входе стояли двое часовых. Они не требовали пропуск, не спешили с докладом, чтобы выяснить, как поступить с теми, кто хочет пройти к полковнику. Только кивнули, услышав, что господа майоры хотят видеть их командира.

– Какая дикая безалаберность, – покривился Адамидис, когда они с Риком шли по узкому серому коридору в сторону лестницы на второй этаж, где находился нужный им кабинет. – Знание устава на нуле. Хорошо, что еще помнят, как приветствовать старших по званию.

– Специфика службы накладывает отпечаток, – ответил Саттор.

– Ерунда, – отмахнулся Леандр. – Дисциплина есть дисциплина. Если бы здесь оказался враг, он взял бы Штаб за пару минут без единого выстрела. Даже если ничего не происходит, нельзя терять бдительности. Мой шурин служил в одной закрытой колонии. Так вот, за всю ее историю там произошел один-единственный побег, и как раз благодаря такому вот разгильдяйству.

– Что за колония? – полюбопытствовал Рик, особо не сомневаясь, что речь идет об Адоре.

Кому, как не устроителю побега, было знать, что имеет в виду его сослуживец? Именно благодаря слепоте охраны, уверенной, что сбежать с ядовитой планеты невозможно, ему и удалось вывезти своего друга, угодившего на Адору по ложному обвинению. Так что с командиром «Княжича» он был полностью согласен. Однако не спешил поддерживать, потому что майор Адамидис сейчас лицемерил.

– Это секретная информация, – сухо ответил Леандр.

– Но вы о ней знаете, – заметил Саттор. – Где же возмущения, адресованные шурину? Более того, вы сейчас разглашаете часть этой информации. Тогда к чему негодование из-за слабой охраны Штаба, где хранятся некие секреты, когда через вас пошла утечка другой секретной информации? Но если угроза здесь пока гипотетическая, то ваш шурин…

– Мы, кажется, пришли, – перебил его Адамидис, прекращая разговор, свернувший в неприятное ему русло.

– Похоже на то, – не стал настаивать Рик.

Приемная полковника Чоу оказалась крохотной комнатушкой, где стоял стол его адъютанта, древний металлический сейф, черт знает как попавший сюда, и два стула для посетителей. Ощущение, что цивилизация остановилась где-то за воротами астродрома, возникало, как только открывалась дверь, и не покидало всё то время, что уходило на ожидание приема.

Майоры вошли в приемную и, остановившись, недоуменно переглянулись. Здесь никого не было. Адъютант полковника находился вне пределов своего служебного места. Дверь в кабинет самого полковника была закрыта, и там ли он, новоприбывшие командиры двух корветов не знали. По уставу они должны были доложить о себе и ожидать приглашения, но первая часть заведенного порядка не могла быть выполнена из-за отсутствия адъютанта.

Саттор скосил глаза на Адамидиса и понял, что тот будет держаться правил, а значит, можно проторчать в приемной до тех пор, пока они не покроются паутиной.

– Какого черта, – чуть раздраженно буркнул Рик и направился к двери кабинета.

– Майор Саттор, – предупреждающе произнес Леандр.

– Здесь свои правила, – отмахнулся Рик и постучал.

Ему никто не ответил. Саттор, прижавшись ухом к двери, прислушался. За его спиной послышалось недовольное покашливание. Адамидис заворчал, и командир «Шустрого», подняв палец, шикнул:

– Тихо.

– Господин майор, вы ведете себя вызывающе, – все-таки отчеканил Леандр, но подошел ближе: – Что там?

– По-моему, там кто-то есть, – негромко ответил Рик. – Вроде возня.

– Угу, – промычал Адамидис. – Там действительно кто-то есть.

Затем раздался звук опрокинутой мебели – наверное, стула, – а затем до майоров долетел протяжный мужской стон, наполненный мукой.

– Черт! – рявкнул Саттор.

– Вот вам и охрана, – в сердцах выругался командир «Княжича».

Больше офицеры не медлили – они выхватили шотеры. Адамидис выбил ногой дверь, и Саттор бросился в кабинет. А затем остановился, так и не убрав оружия, наставленного на мужчину с приспущенными штанами. На столе, широко распахнув глаза, замерла полуголая женщина.

– Что, к чертям, вы вытворяете?! – ожил ошеломленный вторжением полковник Чоу.

– Тьфу, – сплюнул Леандр. Он развернулся и покинул кабинет, бросив на ходу: – Извините.

Саттор опустил оружие, после козырнул и отрапортовал:

– Майор Саттор, господин подполковник. Надеюсь, вас не сильно разозлила забота о вашей безопасности. Когда прикажете явиться с докладом?

Чоу одной рукой натянул штаны на ягодицы, не спеша отойти от женщины, и невозмутимо ответил:

– Ожидаю вас через полчаса, майор Саттор.

– Есть, – снова козырнул Рик, развернулся и ушел, чеканя шаг.

Он прикрыл за собой дверь и посмотрел на пунцового Адамидиса. Тот ответил почти ненавидящим взглядом.

– Какого черта вы сунулись, Саттор? – сердито спросил Леандр. – А за каким хреном я полез за вами? Такое нелепое положение…

– Идемте, – Рик сжал плечо сослуживца и развернул его к двери. – Полковник приказал прийти через полчаса.

– Вы с ним еще и поговорили? – опешил Адамидис.

– Узнал время нашего рандеву, – отмахнулся Саттор. После скосил глаза на командира «Княжича» и усмехнулся: – Главное, мы знаем, что полковник увлекается женщинами, так что если он нас и поимеет за вторжение, то сделает это не на столе. А это не может не радовать, согласитесь.

Адамидис возмущенно округлил глаза:

– Саттор, вы в своем уме? Что вы несете?

– Ищу положительные стороны в нашем возможном скором будущем, – ответил Рик. – А вы, майор Адамидис, совершенно лишены чувства юмора. Вы – законченный пессимист.

– Вы меня раздражаете, – буркнул Леандр.

Офицеры уже вышли из приемной и брели по коридору, обмениваясь «любезностями». Спешить им было некуда, и девать освободившиеся полчаса – тоже.

– Уходить отсюда смысла нет, – произнес Саттор. Он остановился у окна. – Предлагаю подождать здесь.

Адамидис, протяжно вздохнув, привалился плечом к стене и выглянул в окно.

– Неприятное местечко, – сказал он.

Рик, усевшись на подоконник, посмотрел на улицу. Там был плац – импровизированный, но все-таки плац. Небольшую квадратную площадку украшал флагшток, по нему майоры и определили назначение расчищенного куска земли. Впрочем, с таким же успехом плац мог служить площадкой для спортивных игр. Оставалось поставить ворота или натянуть сетку. Хотя, может быть, так и было, потому что по двум сторонам площадки стояли металлические столбы, делившие пространство пополам. К ним было бы удобно прицепить сетку. Иного объяснения их наличию найти было сложно.

– Черт знает что, – буркнул Адамидис.

– Да бросьте, Леандр, – махнул рукой Рик. – Здесь явно недостаток развлечений, а в унынии боевой дух поддержать сложно. Люди должны заниматься чем-то, кроме хождения строем. Сцена в кабинете полковника – лучшее тому доказательство.

– Разгильдяйство, – проворчал командир «Княжича». – Командир не может так вести себя на глазах подчиненных.

– Так нас туда никто и не звал, – пожал плечами Саттор. – Адъютанта, похоже, полковник отослал, потому его и не было в приемной.

– Это ты втянул нас в неприятности, Рик, – скривился Адамидис, прекращая выдерживать прежний тон общения.

– Посмотрим, – пожал плечами командир «Шустрого». – Чоу повел себя сдержанно. Не орал, не угрожал. Я о нем ничего не знаю, но мне кажется, что он неплохой мужик. К тому же важно расставлять верные акценты.

– То есть?

– Я не стал извиняться за вторжение, – ответил Рик. – Я выразил надежду, что его не разозлила наша забота о его безопасности. Он хорошо держал лицо, несмотря на спущенные штаны. Черт, – неожиданно округлил глаза майор, – он даже не вытащил…

Саттор вдруг откинул голову и расхохотался. Адамидис устремил на него сердитый взгляд.

– Что смешного?

– Ситуация… – выдавил Рик и снова затрясся всем телом, прикрыв рот ладонью, чтобы заглушить смех.

– Да уж, – буркнул Леандр, но вдруг хмыкнул и стремительно отвернулся к окну. – На хрен, Саттор, это и вправду смешно, – сдавленно произнес майор.

Он с минуту боролся с приступом смеха, однако проиграл и бросился в сторону лестницы. Рик последовал за сослуживцем. Офицеры почти добрались до первого этажа, когда им навстречу попался немолодой капитан КФ. Он вскинул руку в приветствии. Майоры ответили и поспешили дальше. Уже на улице они обменялись взглядами и расхохотались, перестав сдерживаться.

– Охренеть, – задыхаясь, произнес Адамидис, стирая с глаз слезы. – Как теперь стоять перед ним? У меня перед глазами вся эта сцена!

– Но как лихо влетели, – отметил Саттор, продолжая посмеиваться. – А представь, каково ему будет…

– Да уж, – хмыкнул Леандр и выдохнул: – У-уф. Надо собраться и как-то выкинуть из головы весь этот казус. Нам еще черт знает сколько служить под началом Чоу.

– Что в твоей жизни самое гадкое? – спросил Рик.

– Теща, – не раздумывая, ответил Адамидис. – Настоящая ядовитая жаба в человеческом обличьи.

– Думай о ней, – посоветовал Саттор.

Офицеры переглянулись, хмыкнули и направились обратно в здание Штаба. До встречи с непосредственным командиром оставалось еще десять минут. Они опять поднялись на второй этаж и увидели уже знакомого капитана, застывшего у облюбованного майорами окна. Капитан снова козырнул, но с места не сдвинулся. Однако оглядел Саттора и Адамидиса пристальным взглядом.

– Вы прибыли в наше расположение и хотите доложиться господину полковнику, – уверенно произнес мужчина. – К нему сейчас нельзя. У полковника совещание.

– А вы…

– Я – адъютант полковника, капитан Гогуа, – представился офицер.

– Майор Адамидис, – ответил Леандр.

– Майор Саттор, – представился Рик.

Капитан развернулся в его сторону и устремил более пристальный взгляд.

– С ума сойти, – вдруг выдохнул он. – Я когда-то служил на «Свирепом». Я же видел вас еще вот таким вот постреленком, – капитан Гогуа показал рукой рост маленького Рика. – А теперь майор… Кто бы мог подумать, кто бы мог… – он прижал ладонь ко рту, разглядывая Саттора чуть ли не со священным трепетом. После покачал головой и продолжил: – Я ведь не верил, что из затеи коммандера выйдет толк, а потом мой контракт подходил к концу, и меня перевели на сторожевик. Я еще захватил те два процесса, но больше ничего не знал. И такая встреча, и где!

– Как же вы попали сюда, если срок контракта вышел так давно? – перебил его Рик, уводя от темы, которую не хотелось развивать при Адамидисе, не посвященном в тайну происхождения приемного сына генерала Саттора.

– Со «Свирепого» я уходил капралом. После сторожевика окончил офицерскую школу, – пояснил капитан. – Но это не академия, так что карьеры особо-то не построишь… Какое-то время служил под началом подполковника Акопяна на «Ривьере». Потом командир ушел на пенсию, а его место занял Бернард Чоу, тогда еще майор. «Ривьера» – спасательная посудина полувоенного типа. Там выше подполковника не поднимешься, и Чоу предложили место здесь. А у меня опять подходил к концу контракт. Хотел его продлить, но для службы на военном корабле у меня уже неподходящий возраст, и подполковник позвал меня с собой. Так я стал адъютантом. Уже год тут киснем… э-э, служим.

– Понятно, – кивнул Саттор. – Что здесь за местечко вообще?

– Да, – подал голос Адамидис, – какие условия службы?

– Какие там условия, – проворчал Гогуа. – Тоска зеленая, духота, повышенная влажность и сплошное однообразие – вот что такое Демос. Отпуск – как праздник. В остальном не суетно. За весь этот год орудия не расчехляли ни разу. Аборигены с нами дружат, а чужаки возятся на другом конце света. Иногда лезут, но отгоняем, и вроде опять тихо.

– Но нас сюда зачем-то прикомандировали, – задумчиво произнес Адамидис, и Рик согласно кивнул.

Он тоже не видел особой надобности в их нахождении на Демосе. Гарнизон здесь был небольшой, но раз активных боевых действий не велось, то два корвета были и вправду лишними. На астродроме и без них ржавело достаточно кораблей.

– Полковник скажет, – наконец, подвел итог размышлениям Саттор.

Словно в ответ на его слова, дверь приемной открылась, и оттуда вышла женщина. Она мазнула взглядом по троим мужчинам в конце коридора и удалилась, покачивая бедрами. Капитан Гогуа приосанился и произнес:

– Совещание окончено, я доложу о вас.

Майоры проводили адъютанта взглядами, и Адамидис недовольно проворчал:

– Безобразие. Три офицера стоят и ждут, пока их командир натешится. А эта еще и подбородок вздернула. Тьфу.

– Думаю, он просто не ждал нас так быстро, – пожал плечами Рик. – Может, решил, что мы появимся вместе с представителями миссии. А у них еще выгрузка должна идти полным ходом. В любом случае, не будем торопиться с выводами.

– Посмотрим, – ответил Леандр, и майоры направились обратно к приемной полковника.

Он принял их сразу. И, глядя на Чоу, невозможно было заподозрить, что происходило в его кабинете еще некоторое время назад. Полковник был собран, опрятен, свеж. Впрочем, ответ нашелся быстро: в кабинете имелась дверь, которая вела, по-видимому, в душевую. Так что новый командир имел достаточно времени, чтобы закончить «совещание» и освежиться после него.

– Присаживайтесь, – произнес Чоу, указав новоприбывшим офицерам на стулья.

Рик присел и с интересом посмотрел на полковника. Несмотря на неловкую ситуацию, выглядел тот невозмутимо, будто не предстал перед новыми подчиненными со спущенными штанами. Да, лицо Чоу держать умел, и это прибавило ему плюсов в глазах Саттора. Выдержку майор уважал. А еще полковник был красив, просто потрясающе красив. Это не добавило плюсов, потому что к мужской красоте Рик был равнодушен, но глаза имел, потому не мог этого не отметить.

Наделенный идеальными атлетическими пропорциями и немалым ростом, Чоу имел и выразительные черты лица. Правильные, четкие и гармоничные. Миндалевидные темно-карие глаза в ореоле длинных черных ресниц смотрели с едва уловимым любопытством. В полковнике ощущались ум и внутренний стержень. И уже вот это стало еще одним плюсом в его копилку. Но окончательные выводы Саттор пока делать не спешил. Ощущения не всегда подтверждались реальностью.

– Признаться, я ожидал несколько иного пополнения, – задумчиво произнес Чоу, покручивая в пальцах карманный коммуникатор. – Я запрашивал отряд для ведения наземных боевых действий, а они прислали два корвета… н-да.

– У нас в составе команды имеются десантные группы, – заметил Адамидис.

– Сколько человек?

– Тридцать, – ответил Саттор. – Стандартная численность личного состава в десантном подразделении для кораблей класса «корвет».

– Итого, шестьдесят, – Чоу отложил коммуникатор и поднялся из-за стола. Он прошелся по кабинету, затем развернулся на каблуках форменных ботинок и заложил руки за спину. – Я просил не менее трех сотен бойцов для ведения наземных военных действий. Не менее. Мне нужны опытные люди для работы в джунглях. Диверсионные группы, десант. Истребители хороши для войны в космосе, в крайнем случае – в воздушном пространстве, но не на поверхности планет. Черт, – выругался полковник. – Там, – он неопределенно мотнул головой, но было понятно, что он имеет в виду Министерство Вооруженных Сил Геи, – там плевали на нас. Они сидят на своих насестах, отправляют распоряжения, но совершенно не заботятся о том, как те будут выполнены. Нужды гарнизона мало волнуют высших чинов.

– Но нас все-таки прислали вам в усиление, – осторожно заметил Адамидис.

– И чем вы меня усилите? Поддержкой с воздуха? – язвительно спросил полковник. – Если бы мне поставили задачу разнести к чертям эту поганую планетку, я бы это уже сделал, свободно выдохнул и полетел домой. Но указания, которые я регулярно получаю, гласят иное. Охранять, оборонять, защищать, прикрывать. А чем?! – неожиданно взвился Чоу, но выдохнул и буркнул: – Извините, господа офицеры. Вы не виноваты в том, что в министерстве сидят идиоты.

– Господин полковник, – вновь заговорил Рик. – Я могу попросить вас рассказать нам о происходящем на Демосе?

– Да, хотелось бы все-таки знать, что нас ожидает, – согласно кивнул Леандр.

Чоу вернулся к столу, коротко вздохнул, сел в кресло и снова взял в руки коммуникатор.

– Вы вообще знаете, что такое Демос, и чем тут занимаются?

– В общих чертах, – ответил Рик. – На планете ведется исследовательская деятельность. Мне уже доводилось сопровождать сюда археологов и медиков. Насколько помню, на Демосе есть коренное население. Оно малочисленно и проживает в секторе наших исследований.

– Аборигены, – усмехнулся полковник. – Они такие же аборигены, как и мы с вами. Это одичавшие колонисты, поселившиеся на Демосе где-то лет триста назад. Такие же исследователи, прибывшие сюда с целью разведки. Их родная планета стояла на краю гибели, и предков нынешних поселенцев отправили в экспедицию. Только они тут застряли. Отправляли запросы, но ответов уже не было. Похоже, опоздали. Никто не прилетел вслед за ними. Планета, похоже, все-таки погибла, и исследователи превратились в колонистов. Они какие-то время осваивали земли, благо других разумных форм жизни тут не было. В общем, люди привыкали к новым условиям существования. Они построили несколько поселений, попытались увеличить свою численность. Пока были живы первые два-три поколения, удавалось сдержать деградацию, но потом знания начали утрачиваться. Техника выходила из строя, и уже некому было ее чинить. Начался регресс. Они, конечно, не превратились в первобытных дикарей, но давно перестали быть представителями развитого сообщества. К тому же естественная среда, зверье, болезни – всё это сократило численность колонии.

Когда наши ученые впервые высадились сюда, они даже не сразу обнаружили колонистов. Те сами вышли, когда уже велись работы. Они приняли землян за тех, кто должен был прилететь с их планеты. Эти знания оставили им первые поколения поселенцев, только до наших дней они успели несколько видоизмениться. Стали легендой о пращурах, которые живут среди звезд и однажды придут за своими потомками. Потому пришельцев местные не испугались, легко пошли на контакт. Благодаря им, наши копатели нарыли следы древней цивилизации. То есть разумная жизнь здесь все-таки была еще до колонистов. Черт ее знает, почему вымерла, но следов найдено немало. Есть действительно стоящие открытия. И вот они-то и начали привлекать сюда всякую нечисть.

Случаются нападения на объект. На ученых и транспорт тоже нападали. У меня команды с кораблей уже дежурили на объекте. Но это астронавты, мать вашу! И вместо подразделений для службы на поверхности планет мне присылают еще два корабля. И что мне с вами делать, а? Ни оружия, кроме корабельных пушек, ни спецов. А ученые роют и роют, роют и роют. У них от восторга пена с клыков капает, а я только за голову хватаюсь, чтобы изыскать им охрану. Корабли не бросишь, и полностью снять команды я не могу. Приходится изворачиваться. А у противника и машины, и оружие, и агрессивных намерений не скрывают. Они рвутся в наш сектор, потому что именно здесь имеется что-то, нужное им. Что – не знаю, ученые еще не дали вразумительных пояснений. Но нас ждут жаркие времена, это я нутром чую. И что я смогу противопоставить? Ударную волну с воздуха? Да мы разнесем к чертям и раскопки, и леса, и живность. А у меня приказ оберегать и охранять. И что делать?

Полковник, досадливо покривившись, замолчал. Саттор потер подбородок.

– Положеньице… – задумчиво произнес он.

– Не то слово, майор, – невесело усмехнулся Чоу. – Однако иного варианта действий у меня нет. Вы и ваши команды поступаете в мое распоряжение, и я буду задействовать вас, как и остальных. Сегодня отдыхайте, но завтра вы должны предоставить мне людей, готовых сменить тех, что находятся на охране исследовательской группы.

– Вы так и не сказали, кто наш противник, – напомнил Саттор.

– Это наемники. Скорей всего, за всей их деятельностью стоит кто-то из Альянса, но кто, мы не знаем. Между собой мы называем их Шакалами.

– Ясно, – кивнул Рик. – Господин полковник, у меня есть к вам просьба.

– Говорите, майор.

– Есть ли возможность разместить наших людей за пределами астродрома? Моя команда проторчала в космосе пять месяцев. Были высадки на планеты, но корвет они толком не покидали. Психологическое состояние экипажа пока удовлетворительное, однако передохнуть им необходимо.

– Мой экипаж в более уравновешенном состоянии – мы отправились в рейд с Земли, – произнес Адамидис. – Но если есть такая возможность, я бы тоже просил разместить их…

– У меня тут гостиница, по-вашему? – прервал офицеров Чоу. – Я прекрасно понимаю вашу заботу о личном составе, но на Демосе нет больших казарменных помещений. – После снова вздохнул и посмотрел на Рика. – Майор Саттор, мне нужны психологически уравновешенные бойцы. Поэтому вам я могу пойти навстречу. Определите тех, кого вы готовы отправить завтра, и они проведут эту ночь в более комфортных условиях. Когда они отбудут, сможете переселить в казарму следующую группу.

– Сколько человек отобрать для рейда?

– Двадцать от вас и двадцать от вас, майор Адамидис. Не спешите отправлять ваши десантные группы – они могут нам пригодиться в будущем. Лучше отбирайте людей из числа летного состава.

– Роботы?

– Пусть остаются на борту – хватает и наших.

– Есть, – встав, отрапортовал Саттор.

– Есть, – эхом отозвался Адамидис.

– Можете идти, господа офицеры, – ответил им полковник. – Жду вас на ужин, познакомлю с командирами других кораблей. Ах, да… – Чоу бросил на майоров взгляд исподлобья: – Надеюсь на вашу скромность. Вы забываете про мою слабость, и мы не поссоримся. Все поняли?

– Так точно, – почти хором ответили Саттор и Адамидис.

– Тогда не смею задерживать. Все распоряжения насчет ваших людей, майор Саттор, я передам. До встречи.

– До встречи, господин полковник, – ответили офицеры и покинули кабинет своего нового командира.

Глава 3

Вечер на Демосе был таким же душным, как и день. Новоприбывшие экипажи успели уже оценить местный климат, и он им не понравился.

– Как в парной, – произнес капрал Кучера, утирая пот, обильно струившийся по его лицу.

– Зайди в казарму, – ответил ему Рик. – Там прохладно.

Саттор и его подчиненный из летного подразделения стояли возле двери казармы, где должны были провести ночь первые двадцать человек, которых завтра ожидало начало службы на поверхности планеты. Непривычные условия, незнакомая местность, тяжелый климат – всё это очень не нравилось майору. О том, куда отправляет своих людей, Рик пока знал только по рассказам тех, кто уже давно нес службу на Демосе.

– Нет, – отрицательно покачал головой капрал. – Хочу тут постоять, на воздухе. Пропотею – глядишь, дурь выйдет. Мне так батя всегда говорил.

– Дело хорошее, – согласился майор. – Потей дальше. Не поумнеешь – отправлю на «Княжич»: Адамидис и дурака превратит в гения.

– Командир! – возмущенно воскликнул Кучера. – Не надо! Не хочу я на «Княжич», мне «Шустрый» – дом родной.

– Шучу, расслабься, – Саттор усмехнулся и хлопнул капрала по плечу. – Кому ж я такое сокровище отдам? У меня без тебя карцер с тоски плакать начнет. Кого еще я туда отправлю? Не самому же садиться под арест.

– Командир, ну я же клялся! Вышло так…

– Угу, – покивал Рик, с иронией глядя на капрала. – Я помню. Аривеец тебя спровоцировал.

– Да! Он сам мне свою бабу в нос совал – ну, как было не заметить?

– Аривеец, – снова покивал майор, – свою женщину, угу. А потом случайно поскользнулся и налетел носом на твой кулак, и два раза челюстью, потом ребрами упал тебе на ногу, а затем на затылок бедолаги накинулась стена ресторана.

– Всё так и было, – истово заверил Кучера. – Не, ну на стену-то он сам завалился…

– Да, я всё это помню, – Саттор посмотрел в глаза капралу. – Ты меня знаешь, Владими́р, еще раз – и карцером не отделаешься. На хрен полетишь с «Шустрого». Хорошо еще, что аривеец был полукровкой. Если бы законный сын, мы бы хлебнули дерьма.

– Так не совсем же дурак, на кап посмотрел… – усмехнулся Кучера и опомнился, так и не увидев ответной улыбки на лице майора. – Чтоб я сдох, командир, если еще хоть раз вас подставлю. Тварью буду.

– Только попробуй сдохнуть, – не без угрозы ответил майор, затем одернул форму и велел: – Потей дальше.

– Есть потеть! – рявкнул Кучера, вытянувшись по струнке.

– Раздолбай, – проворчал Рик и направился в сторону дома полковника, где должен был состояться ознакомительный ужин.

Высокая влажность были бичом этой планеты. Испарина выступила и на лбу Саттора. Он смахнул пот ладонью, полуобернулся и посмотрел на Кучеру. Тот стоял, прикрыв глаза, и ловил кожей слабый ветер. Рик, усмехнувшись, покачал головой.

– Раздолбай, – повторил майор и, расстегнув ворот форменного комбинезона, продолжил путь.

ЧП случилось на захолустной планетке, куда, получив разрешение, «Шустрый» встал на трехсуточную стоянку, чтобы дать экипажу вздохнуть перед следующим рейдом. Тем самым, который привел их на Демос. Кучера оказался среди тех, кто получил разрешение на сход. Командир оставался на борту корвета, потому о происшествии узнал первым, как только член его команды был задержан и посажен под арест.

Доложил о случившемся приятель капрала – техник Спиваковски. Он находился рядом с Кучерой, когда произошел… инцидент.

– За что взяли? – спросил Саттор.

– Да ерунда, господин майор, – истово заверил его Спиваковски. – Сидели, отдыхали. Тут это аривеец со своей подружкой. Ну, Влад просто подал ей сумочку, а этот козел взревновал. Влад ему говорит, мол, извините, ваша дама забыла аксессуар…

– Так и сказал? – скептически поинтересовался Рик. – Он знает такие слова?

– Еще бы, – округлил глаза техник. – Да Кучера, мать его, почти аристократ. У него на роже это написано. Утонченный он, вежливый. Слова бранного не скажет. Потому был галантен, услужлив и даже извинился.

– Даже извинился, – покивал майор. – Дальше что?

– А дальше аривеец взбесился и кинулся на Влада. Тот его удерживал, уговаривал успокоиться, но этот придурок всё равно пер, вот Кучера его и приложил разок. Чтобы остыл. А тут воронье налетело, капрала скрутили, не разобравшись…

– Что аривеец?

– А что аривеец? К медикам отправили… То есть пошел своими ногами, – поправился Спиваковски.

– Ясно. Значит, спеленали его сиятельство и – в застенки?

– Так точно, господин майор! – гаркнул техник и добавил: – Вот умеете вы верные эпитеты подбирать.

Саттор сунул в карман коммуникатор и поднялся с кресла, на котором выслушивал душещипательную историю о пленении капрала.

– За мной, – приказал он технику. – Покажешь, где орел наш томится.

Орла командир нашел в невменяемом состоянии. Пьяный в стельку Кучера сотрясал свое узилище и грозил смертными муками стражам порядка. Саттор обернулся к растерявшему пыл Спиваковски и произнес, не скрывая сарказма:

– Их сиятельство гневаться изволят. И речь какая витиеватая – сплошные ямбы с хореями.

– Огорчился, похоже, сильно, – ответил техник и сбежал к ожидавшей их машине, как только командир отвернулся.

Здесь, в участке, Рик узнал, как все обстояло на самом деле. И по мере рассказа дежурного офицера ореол великомученика над головой капрала Кучеры заметно таял. Саттор слушал, играя желваками. Техник, решивший вдруг вернуться, встретился с тяжелым взглядом командира и снова растворился в пространстве. Майор слегка расслабился только тогда, когда услышал:

– Инсаро Талиссеро требует жесточайшего наказания…

– Инсаро может требовать чего угодно. Помимо того, что капрал – подданный Геи, он еще и военнослужащий. По закону вы не можете рассматривать его дело без участия представителя империи, а по союзному соглашению в отсутствие вышестоящего чина судьей являюсь я, как его командир. Поэтому, как законный представитель империи, я требую немедленного освобождения моего человека. А как представитель закона Геи, наказание капралу буду определять тоже я.

– Но… – попытался возразить офицер, однако майор прервал его:

– Я лично урегулирую вопрос с инсаро. Со своей стороны, вы можете сообщить в Штаб КФ об инциденте, а отчет о действиях капрала и наказании за отвратительную выходку буду давать уже я. Если вы переживаете, что я спущу Кучере то, что он учинил, то могу заверить, что свое он получит сполна. А теперь я хотел бы попросить вас проводить меня к капралу – мне хочется кое-что сказать ему, пока мы не покинули вас. Острая потребность в диалоге, – закончил с недоброй усмешкой майор.

Помявшись, дежурный все-таки проводил Саттора к камере, где бушевал Кучера. Правда, к моменту, когда Рик стоял у запертой двери, капрал успел угомониться, но сразу ожил, когда увидел в открывшемся дверном проеме своего командира.

– А я вам говорил, что хрен вы получите, а не Кучеру, – злорадно произнес он, и Рик попросил:

– Оставьте нас наедине, пожалуйста.

Офицер прикрыл дверь, и Саттор, уже не сводя тяжелого взгляда со своего подчиненного, подошел к капралу. Короткое мгновение любовался на пьяную ухмылку, а затем припечатал ее к зубам дебошира. Кучера отлетел к стене, сполз на пол и проревел:

– За что?!

Рик пересек камеру, схватил капрала за грудки и рывком поставил на ноги, не ощущая в этот момент его немалого веса.

– Ты у меня в карцере будешь гнить, пока не вернемся на Землю, – шипящим полушепотом пообещал взбешенный майор. – Спишу на хрен, понял? С волчьим билетом пойдешь в запас до окончания контракта. Будешь на космос смотреть только через иллюминатор круизного лайнера.

– За что? – уже с меньшим апломбом повторил капрал.

– Ты, мразь, всех нас опозорил, – отчеканил Рик.

– Командир, это он на…

Но новый удар прервал Кучеру на полуслове, и тот, прикрывшись рукой, замолчал. Майор подтолкнул его к двери, придал ногой ускорение и после этого выдохнул. Стало легче. Пока он слушал, как его подчиненный домогался чужой женщины, а после избил защищавшего ее мужчину, Саттора душило желание проехаться по физиономии дурака, опозорившего планету, космический флот, своего командира и весь экипаж «Шустрого». Более того, Рик уже предчувствовал, какой скандал учинят аривейцы после избиения их собрата, а потому, услышав «инсаро», испытал настоящее облегчение.

Каждый законнорожденный аривеец имел свой гарем. Там жили жены – аривейки и наложницы – представительницы других планет, подписавшие брачный контракт. Но аривейцы не просто так считались самыми любвеобильными мужчинами Альянса. Имея под рукой достаточное количество своих женщин, они никогда не пренебрегали свободными любовницами, даже отдавали им предпочтение. И пока жены и дурехи, попавшиеся на крючок обольстителя и подписавшие контракт, кисли в гареме, их благоверный вовсю развлекался на стороне. И от таких связей тоже рождались дети.

Те, которые рождались от жен и наложниц, носили звание «менсаро», что подчеркивало статус их законного рождения. Правда, на наследство и на главенство над кланом могли рассчитывать только чистокровные аривейцы. Дети наложниц получали опеку, им помогали устроить их будущее, они могли продолжать служить клану, но не больше того. А вот детям любовниц, если отец их признавал (что бывало не всегда и даже не часто), давалось звание «инсаро» – незаконнорожденный. Отец мог помогать ему и обеспечивать это дитя, но для клана он оставался чужаком и пользовался какими-то благами только до тех пор, пока его родитель был жив.

За нападение на менсаро аривейцы могли закатить скандал планете обидчика, могли потребовать наказания и выплаты немалой компенсации. Если же в результате такой вот драки погибал один из наследников, то его клан мог объявить и родовую месть. Именно знание этих законов заставило напрячься командира «Шустрого». Но как только прозвучало «инсаро», Саттор ощутил невероятное облегчение. Дело можно было решить полюбовно.

В общем, Кучера загремел в карцер до самого прилета на Демос, получил единственное предупреждение и теперь мечтал поскорей искупить свой грех, потому что служить на «Шустром» ему нравилось. Да и знал, что Саттор слов на ветер не бросает. А оказаться выгнанным со службы с позором, без права ношения формы, с выплатой неустойки по контракту и немалого штрафа, капралу не хотелось. К тому же после такого его не взяли бы даже в гражданский космический флот. А в соседнюю камеру сел бы его приятель за «лжесвидетельство и попустительство идиоту».

Что до инсаро, то с ним разошлись миром. Во-первых, он успел появиться в участке еще до того, как Саттор и его люди отбыли на корвет. И, увидев окровавленную физиономию Кучеры, испытал удовлетворение. Капрал, глядя себе под ноги, пробурчал извинения под недобрым взглядом командира – и аривеец их принял. А во-вторых, Рик договорился с ним о компенсации за моральный, физический и финансовый ущерб. Разумеется, компенсация выплачивалась из жалования капрала. Закончив таким образом неприятное дело, майор усмехнулся, думая о том, что друг его отца – адвокат Якоб Стивенс – был бы горд сыном старого приятеля.

– Рик! Рик Саттор!

Майор обернулся на голос. Он с недоумением смотрел на мужчину, махнувшего ему. Тот, сунув руки в карманы, шел к командиру «Шустрого», и в его походке было что-то неуловимо знакомое. И в этой привычке держать руки в карманах… А потом Рик понял…

– Макс! – выкрикнул он. – Макс, мать твою, Колаш!

И устремился навстречу старому знакомому по Императорской Военной Академии. Парни начали свое знакомство с драки из-за подруги Макса, которая вертела хвостом перед Саттором. Продолжили в карцере, куда загремели после драки, а затем и на свободе. Колаш закончил академию на год раньше Рика, и общение переросло в редкие встречи и иногда – разговоры по сендеру. Но уже года четыре они не общались. Вышло это как-то само собой. Рик иногда вспоминал Колаша, даже подумывал связаться с ним, но как-то всё не доходили руки. То служба, то личная жизнь, то еще что-нибудь. И вдруг эта встреча…

Мужчины сблизились. Они пару секунд рассматривали друг друга, и Макс протянул руку. Саттор сжал ее и рывком притянул к себе бывшего курсанта ИВА. Хлопнул по плечу и отступил.

– Охренеть, – произнес с улыбкой Рик. – Чего угодно ожидал, но только не встретить здесь кого-то из знакомых.

– Да я тут уже три года торчу, – усмехнулся Колаш. – А тебя за каким чертом сюда занесло?

– Приказ, – ответил Саттор. Вдруг нахмурился и спросил: – А ты с какого хрена капитан?

– С такого, с какого торчу в этой парилке, – кривовато ухмыльнулся Макс. – Свалял дурака… В общем, в звании не понизили, но и следующего мне пока точно не видать. Ну, и Демос в придачу. Потом расскажу, – отмахнулся он, заметив, что Рик готов задать следующий вопрос. – Ты к Чоу?

– Да, – кивнул майор. – Пригласил на ужин, чтобы познакомиться с сослуживцами.

– Ну, меня ты уже знаешь, мой кулак помнишь, – широко улыбнулся капитан.

– Твоя голова, похоже, не забыла мою ногу, раз по-прежнему неудачно шутишь, – усмехнулся Саттор. – Ты тоже к полковнику?

Колаш кивнул, и мужчины продолжили путь вместе.

– Расскажи про Чоу, – попросил Рик. – По первому впечатлению – нормальный мужик.

– Нормальный, – кивнул Макс. – Прикроет, если что. Поможет, если может, – он усмехнулся. – Кобель жуткий, потому лучше своих дам предупреди и прикажи слюни на коменданта не пускать. Бабы на него, как мотыльки на огонь, летят. Сам не женат, так что море по колено. Женщины – вообще его слабость. Но так мужик принципиальный. За людей переживает. Особо не душит дисциплиной, не муштрует. Хотя с нарушителями строг и церемониться не будет – если, конечно, знает о нарушении. Периодически воюет с учеными.

– Почему?

– Так придурки же оголтелые. Фанатики. Для них тут кротовий рай. Никто не мешает – рой, сколько душе угодно. И следы все принадлежат одной цивилизации, причем высокоразвитой. Под ними ничего нет, то есть такое ощущение, что здесь сразу жили люди примерно нашего уровня развития…

– Тоже колонисты?

– Черт его знает, – пожал плечами Макс. – Скорей всего. Но, в отличие от одичавших, ими была заселена вся планета. Шакалы что-то, наверное, находят и в другом полушарии. И эти находки явно с нашими связаны, раз их сюда прет. Года два назад наши копатели что-то интересное в джунглях отрыли. Ну, как интересное – так, остатки былой роскоши. По анализам, находке не меньше тысячелетия. То есть высокоразвитые существа обитали здесь больше тысячи лет назад. Почему исчезли – непонятно. Но знаешь, что любопытно? – Рик ответил заинтересованным взглядом. – Костей нет. Ни одного захоронения пока не попалось. То есть каменная кладка, остатки каких-то лестниц попадались, части предметов есть, а костей нет. Документов тоже не найдено. Хотя, может, просто пока не дорыли. Но если жили, то должны быть какие-то могилы, как считаешь? Ведь не год и не два они здесь были, раз заселили всю планету.

– Должны, – согласился Саттор.

Он вдруг подумал о своем закадычном дружке Ястребе – вот уж кто на Демосе был бы на седьмом небе от счастья. Этому по наследству от родителей передалась любовь к истории и археологии. Рик коротко вздохнул и отогнал ненужные сейчас мысли.

– Ну вот, – продолжил Колаш. – Ученым – рай, а нам сплошная головная боль. Они что-то нароют – глаза светятся, ручки дрожат, от восторга заходятся. Им говоришь, что дальше продвигаться пока нельзя, что это опасно. Тут такая феерия начинается. Одержимые меньше вытворяют, чем наши «кроты». Сразу истерика, инфаркты с миокардами, припадки и паралич мозгов. Им же плевать, что мы себя то под клыки зверья, то под выстрелы Шакалов подставляем, – им рыть надо. Вот Чоу и орет на них благим матом. Поорет, душу вытрясет, ученые вроде сбавят обороты. Нахохлятся, как воробьи, надуются и сидят, ждут, когда разрешение на продолжение работ получат. В общем, постоянный геморрой.

– Но тут, я смотрю, особо охраны-то и нет, – заметил Рик. – В Штаб зайти может любой.

– Шакалы здесь не нападают – только на раскопках, и то нечасто. Но следы их поблизости находим, – ответил Макс. – И охранка хорошая. Если кто-то взломает барьер, датчики продолжат работу даже при отключении энергии. Они на любое несанкционированное движение на нашу территорию реагируют. Да и сигналка установлена, которая срабатывает на отключение питания в заграждении. Защита неплохо продумана. Кстати, Чоу на ней настоял.

– Министерство, я смотрю, особо не озабочено проблемами Демоса, – сказал Саттор, вспоминая злость полковника при их знакомстве.

– Потому что пока ничего, что представляло бы больше, чем научный интерес, не найдено. Мы здесь как силы срочной эвакуации, по-моему, – усмехнулся Колаш. – В случае опасности должны погрузить ученых на корабли и валить отсюда. Если нароют что-то поважней, тогда в министерстве зашевелятся, наверное.

– Логично, – согласился майор.

Скорей всего, именно так и обстояло дело. Министерство не будет отправлять сюда армию для того, чтобы ученые могли и дальше пускать восторженные пузыри, находя очередной камень древней кладки. И все-таки…

– Ч