Тону в тебе
ДИСКЛЕЙМЕР
Данная книга содержит сцены употребления алкоголя и табачных изделий, а также ненормативную лексику. Автор напоминает, что употребление алкоголя и табака вредит вашему здоровью. Все персонажи произведения являются плодом фантазии автора. Любые совпадения имен, фамилий, внешности или жизненных обстоятельств героев с реально существующими или существовавшими лицами абсолютно случайны и непреднамеренны.
Осторожно ненормативная лексика! Лицам старше 18+
Пролог
Давлю, как сумасшедший, на газ, игнорируя все правила дорожного движения. В голове крутится только одно: лишь бы успеть, лишь бы успеть, на остальное плевать. Стерва-судьба очередной раз пытается отнять то, что мне дорого. Только на этот раз я не позволю этому произойти.
Только сейчас до конца осознал, насколько дорога для меня эта девушка, так случайно появившаяся в моей жизни. С диким визгом шин останавливаю машину у подъезда панельной хрущевской пятиэтажки. Из окна на четвертом этаже густо валит черный дым.
Выбегаю из машины. В этот момент раздается звон разбитого стекла, и окно разлетается на кусочки, осыпая асфальт осколками. Дыма становится ещё больше. В проёме окна появляется хрупкая фигурка Киры. Она закашливается от дыма, пытается ухватить хоть каплю свежего воздуха. Быстро оцениваю ситуацию и, недолго думая, залетаю в соседний подъезд. Бью кулаком в дверь квартиры, чей балкон, смежный с балконом Киры. Дверь открывает пожилой мужчина.
– Выходи на улицу, в соседней квартире пожар, – кричу, отталкивая его и забегая в квартиру. Перепрыгиваю через разделительное ограждение и попадаю на нужный мне балкон.
– Кира! Кира, мать твою! – кричу, срывая голос, и она, закашливаясь, выглядывает из окна. – Встань на подоконник и протяни мне руку! Давай!
– Мне страшно!
– Быстрей, Кира! – я встал на узкие перила балкона, держась одной рукой за какой-то железный штырь, торчащий из стены.
– Артём, я боюсь, – она крайне испугана и почти плачет.
– Не смотри вниз, смотри на меня. Давай же! – внизу уже столпились люди. Кто-то что-то кричал, кто-то звонил, вызывая пожарных. Но моё внимание было сосредоточено только на одном человеке: на ней, на Кире…
Глава 1
Февраль
Как же я ненавидел больницы. Но раз в год мне приходилось приходить к доктору Романовскому Аркадию Степановичу. Именно благодаря его золотым рукам, я стою на своих двоих. Он буквально по частям собрал мою левую ногу, и теперь каждый год я прохожу у него осмотр.
Пройдя по уже знакомым больничным коридорам, вошёл в кабинет без стука.
– Здравствуйте, Аркадий Степанович.
– Здравствуй, Артём. Подождёшь пару минут? Я сейчас освобожусь, – и доктор бросил взгляд на заплаканную девушку, сидящую на стуле. Она безрезультатно утирала нескончаемый поток слёз.
– Хорошо, – выйдя обратно в коридор, подошёл к окну. Мелкий снежок неторопливо порошил, укрывая землю, почему-то внося вместо успокоения в душу тревогу.
Спустя некоторое время дверь кабинета распахнулась и из него вышла, опираясь на костыли, девушка. Красивая, отметил про себя. Надеюсь, у неё всё будет хорошо.
– Проходи, Артём, – пригласил в кабинет Аркадий Степанович. – Ну так что? Как себя чувствует мой любимый пациент?
– Замечательно, как обычно. Всё благодаря вам.
– Нога не беспокоит?
– Нет, совершенно.
– На перемены погоды, перегрузки как реагирует?
– Не реагирует. Аркадий Степанович, всё у меня отлично.
– Как со спортом?
– Боксирую. На ногу лишней нагрузки не даю, как и обещал.
– Это хорошо, но вот анализы всё же надо сдать. Я тебе сейчас все направления выпишу, сдашь у нас в клинике.
– Ну, Аркадий Степанович, у вас же очереди бешеные. Давайте я в другом месте сдам, а вам результаты принесу.
– Ничего не знаю, сдаёшь у нас, – бескомпромиссно и жестко ответил Романовский. – Я только нашей лаборатории доверяю, а в ваших платных, жулики и бестолочи работают.
– Понял, понял, сдам у вас.
– Ну, вот и отлично.
– Аркадий Степанович, а что это у вас девушка кабинет слезами заливала? – Степанович окинул меня взглядом, словно решал: говорить или нет.
– Да, Артём, случай тяжелый. Два месяца бьюсь, а толку нет. Две операции провёл, идёт отторжение пластин, и всё. Третью делать не рискую, так как это будет её последний шанс, а потом только ампутация, – от его слов у меня по хребту прошла неприятная холодная дрожь.
– Сколько ей лет?
– Двадцать три, молодая совсем.
– И что? Выхода нет? – никогда не поверю, что Аркадий Степанович просто так отступит. Он из старой гвардии, а такие никогда не отступают.
– Есть. В Израиле делают такие операции с её группой крови и проводят специальное лечение, плюс реабилитация. Но стоит это, Артем, столько, что её семье не потянуть.
– О какой сумме идёт речь?
– Больше трёх миллионов: это операция, лечение, реабилитация. Плюс расходы нужны на проживание. Семья небогатая, простая. Из родственников у неё только бабушка, неоткуда ждать помощи. Сейчас счет на дни идёт. Максимум две недели осталось, а дальше или рисковать, или делать операцию в Израиле. Третьего не дано.
– Тяжелая ситуация.
– Да, случается так, что и я бываю бессилен, – пожилой мужчина тяжело вздохнул. – Ладно, Артём, был рад увидеть тебя. Как придут результаты, я позвоню тебе, сообщу, всё ли хорошо.
– И я был рад вас увидеть, Аркадий Степанович. Всего доброго, – пожав мужчине руку, отправился в клуб. Надо было проверить поставки алкоголя и что-то решить с новой программой.
Весь день прокрутился, как заведенный. К вечеру от бумажной работы уже тошнило. Откинувшись в кресле, я потягивал бренди. Почему-то из головы весь день не выходила та девушка, что встретилась в кабинете Аркадия Степановича. И это было странно. Давно меня ни одна ситуация не цепляла так глубоко. А тут запала в душу, тревожила ее. Чтобы ни делал сегодня, чем бы не занимался, всё она перед глазами стоит. Красивая, молодая. Жаль, если без ноги останется. Отпил ещё глоток бренди и задумался.
Ну и чего я голову-то ломаю, сижу? Три ляма и она здорова. Всего три ляма. Это всего лишь бумажки, а ей они могут помочь. Недолго думая, тут же набираю Степановича.
– Аркадий Степанович, не разбудил?
– Артём, случилось чего?
– Помните, мы сегодня о девушке разговаривали, что у вас в кабинете плакала.
– Ну…
– Я помочь хочу. Скиньте мне на почту все реквизиты, я перечислю деньги, и готовьте документы для поездки в Израиль.
– Артём, ты уверен? Это же всё-таки не три тысячи и даже не тридцать.
– Аркадий Степанович, если бы я не был уверен, я бы вас не беспокоил. Это всего лишь деньги, бумажки. Многим даже они не могут спасти жизнь, а ей они могут помочь. Для меня это некритичная сумма. Оформляйте.
– Артём, Господи, – эмоционально произнес Романовский. – Ты бы только знал, как я благодарен. Я прямо сейчас ей позвоню, обрадую.
– Звоните, конечно. Пусть больше не плачет. Всё хорошо будет. Спокойной ночи!
– Спокойной ночи, Артём! Спасибо, ещё раз! – прозвучало в ответ, и я положил трубку. И сразу на душе как-то легко стало. Впервые за долгие годы.
Глава 2
– Аркадий Степанович, вы сейчас серьезно? Это не шутка?
– Это не шутка, Кира, собирай вещи. Документы я все подготовил, в клинику в Израиле позвонил. Тебя там уже ждут, операция и лечение полностью оплачено. Мне необходим твой номер банковского счета, чтобы перевести деньги на проживание.
– Аркадий Степанович, я не могу поверить… Я же не смогу вернуть такую сумму этому человеку.
– Кира, ничего не нужно отдавать. Артём не взаймы дал, а просто безвозмездно.
– Но это же просто огромная сумма. Нереальная.
– Кира, Артём Сергеевич – мой бывший пациент. Десять лет назад я проводил подобную операцию для него. Не скрою, поступок Артёма меня удивил, но потом я посидел, подумал и пришёл к выводу, что это вполне оправдано. Он не понаслышке знает, какого пережить операцию и последующее восстановление. Он довольно-таки обеспеченный человек. Если он решил помочь, то прими эту помощь. Для тебя это единственный вариант. В твоей ситуации не до гордости и стеснения.
– Я понимаю, Аркадий Степанович.
– Вот и молодец. Приедешь из Израиля, лично его поблагодаришь. Он хороший человек, Кира. Тебе не о чем переживать.
– Аркадий Степанович, передайте ему мою благодарность, пожалуйста, – я уже не могу удержать всхлипов и не могу поверить, что это и правда происходит. За эти дни, выплакав все глаза, я уже почти смирилась, что остаток жизни проведу на костылях и инвалидной коляске.
– Кирочка, ну что ты, не плачь. Всё будет хорошо, – почти по-отцовски произнес Романовский, и на сердце вдруг стало тепло.
– Это я от радости. Спасибо вам, Аркадий Степанович.
– Не за что, Кира. Моё дело тут совсем маленькое. Давай, пакуй чемоданы. Попроси мужа заехать ко мне, пусть заберет билеты для тебя и бабушки. Вылет завтра.
После разговора с Аркадием Степановичем я ещё долго сидела ошеломленная, не веря в происходящее. Абсолютно чужой, незнакомый человек, просто так дал мне три с половиной миллиона. Он даже не знает меня, не знает, что случилось, и такая сумма… Да я за всю жизнь не расплачусь с ним. Господи, да в это невозможно поверить. Всё ещё не веря в происходящее, я набрала Олега.
– Олеж, я в Израиль лечу. Деньги нашлись.
– Откуда?
– Аркадий Степанович… точнее, его бывший пациент, пожертвовал их для меня.
– Кир, это шутка такая?
– Нет. Я сама не поверила, но Аркадий Степанович говорит, что операция и лечение уже оплачено. Даже на проживание есть вся сумма.
– С чего это вдруг какой-то мужик просто так отдает три ляма? Под какой процент мы должны будем вернуть деньги? – выразил подозрения Олег, которые, если честно, и меня до сих пор мучили.
– Аркадий Степанович говорит, что ничего возвращать не нужно. Это обеспеченный человек, и для него это небольшая сумма. Он помог, потому что сам пережил подобную травму.
– Ну, не знаю, – хмыкнул Олег. – Если честно, какой-то аферой попахивает.
– Олеж, у меня нет выбора. Сами мы не соберем такую сумму за две недели. А в двадцать три оставаться инвалидом я не хочу.
– Не хрен было за руль той колымаги садиться! – резко взорвался муж, отчего я вздрогнула.
– Это случайность, трагическая случайность, – не скрою, подобное было слышать обидно. Но уже привыкла. Не впервые он упрекает меня за допущенную беспечность.
– А теперь благодаря этой случайности, мне приходится работать, как проклятому, чтобы из долгов вылезти.
– Олеж, как только я смогу ходить, я обязательно устроюсь на работу, и нам станет полегче. Обещаю. Немножко потерпеть нужно, – Олег глубоко вздохнул, успокаиваясь.
– Прости, Кир, просто я устал, чертовски устал. Вот и срываюсь. Прости, пожалуйста. Конечно, соглашайся. Главное – здоровье, а потом уже со всем остальным разберемся.
– Я люблю тебя, Олеж, – прошептала я в трубку.
– И я тебя, малышка.
Утром мы с бабулей уже были в аэропорту, а вечером того же дня пили чай в гостиничном номере при клинике. Операция была назначена через три дня после прилёта. До операции необходимо было сдать дополнительные анализы и пройти осмотр у врача, который будет меня оперировать.
Два месяца спустя.
– Аркадий Степанович, – произнес я в трубку, отвечая на вызов, я был удивлен его звонку.
– Здравствуй, Артём, я звоню по очень хорошему поводу. Хочу сообщить тебе, что твои деньги помогли Кире. Это та девушка с травмой ноги. Операция прошла успешно, сейчас полным ходом идёт лечение и реабилитация. Чувствует себя хорошо, уже может наступать на ногу. Артём, они сделали почти невозможное. У неё даже хромоты не будет, это просто чудо. Я так рад за неё.
– Это очень хорошие новости, Аркадий Степанович. Я очень рад, что смог помочь.
– Артём, она очень просила передать тебе её благодарность.
– Спасибо, Аркадий Степанович, не стоит. Главная благодарность в том, что девушка будет ходить и вести полноценную жизнь. Это главное.
– Ты прав Артём, прав. И всё же не отмахивайся от благодарности, для неё это важно.
– Хорошо, Аркадий Степанович.
Ещё немного поговорив с моим чересчур заботливым врачом, выслушав все его восторги по поводу проведенной его коллегами операции, я, отложив в сторону телефон, попытался вернуться к работе, но мысли уже были далеко от документов.
Неожиданный звонок, заставивший меня улыбнуться. Рад за эту девушку. Раз она смогла через такое пройти и уже начинала самостоятельно ходить, значит, характера ей не занимать. Я-то уж знаю насколько невыносимые первые месяцы после операции. Не знаю, что меня останавливало эти два месяца самому позвонить Аркадию Степановичу и узнать, как у этой девушки дела, но вспоминал я о ней часто. Кира… Кажется, так назвал её Аркадий Степанович. Красивое имя для красивой девушки. Надеюсь, ещё и для счастливой.
Глава 3
Середина Мая.
Я занимался текущими делами в клубе, как на пороге моего кабинета возникла Динка. Красивая блондинка, с милым личиком. Она была моей соседкой, жила этажом выше и моей личной занозой в заднице. Дина младше меня на четырнадцать лет. Когда я женился на Наташе, Дина еще в куклы играла и ходила в третий класс со смешными бантиками на голове. Но как говорится, девочка выросла и стала настоящей красавицей. А также моей головной болью, потому что вдруг решила, что влюблена в меня, причём навсегда и по-настоящему. Сначала я думал, что это у неё подростковая фигня, и вся эта блажь пройдёт со временем. Но время идёт, а ни хрена не меняется. Уже пять лет она активно добивается моего внимания, что порядком меня напрягает, потому что отношусь я к ней исключительно, как к другу. Не скажу, что она для меня, как сестра, хоть я и видел, как она росла, как превратилась из ребёнка в шикарную девушку. Я все же мужчина, а она делает всё, чтобы подчеркнуть свою сексуальную фигурку и очередной раз продемонстрировать, что уже не маленькая девочка.
– Тём, привет!
– Привет.
– Ты чего опять хмурый?
– Работы много. Ты что-то хотела?
– Хотела. Я работу на лето ищу. Мне сегодня последний зачёт автоматом поставили, я свободна на всё лето. У тебя в клубе, случайно, вакансии свободной нет?
– Нет. Съезди к родителям в гости.
– Тём, ты специально мне отказываешь. У вас объявление висит у входа, что вам официантки нужны.
– Официантки нужны, а проблемы нет.
– В смысле?
– В смысле, благодаря твоей вертлявой заднице, проблемы начнутся. У нас тут не пай-мальчики отдыхают, а приставлять охрану к каждой официантке я не могу. Поэтому говорю тебе нет. Считай, что ты слишком симпатична для этой работы.
– Хорошо, я тогда пойду в «Шериф», устроюсь. Им тоже официантки нужны.
– Это будет твоей самой большой ошибкой, – проговорил я, не отрываясь от бумаг на столе.
– Почему?
– Потому что тебя там изнасилуют в первый же день. Это клуб для торчков и отморозков. А официантки им нужны, потому что в прошлом месяце одну пырнули ножом у входа в клуб, после чего большая часть персонала уволилась.
– Ты специально меня пугаешь.
– Нет. Просто говорю правду.
– Артём, ну, возьми меня к себе на работу. Обещаю, что я буду тише мышки и не создам никаких проблем, – поднял глаза на Динку, тут же наткнувшись взглядом на её откровенное декольте.
– Вот это уже проблема, – кивнул я на расстегнутые пуговицы её рубашки и снова переключился на бумаги.
– А вот так? – проговорила Динка, привлекая моё внимание, застегивая все пуговицы до последней.
– Давай начистоту. Ты же не работать хочешь. Не занимайся ерундой. Иди погуляй со сверстниками, одногруппниками. Найди себя парня и прекрати забивать себе голову чушью и попутно трахать мне мозг.
– Ясно. Ладно, тогда пойду искать работу в другом клубе.
– Дина! – рыкнул, едва сдерживаясь, чтобы не взорваться.
– Что?
– Тебе приключений на пятую точку не хватает?
– Мне тебя не хватает. А приключений достаточно.
– А-а… Дина, блин… – я поднял глаза к потолку от бессилия. Ну, сколько можно, а? – Вот что мне сделать, чтобы ты успокоилась?
– Возьми меня на работу. Я больше ни о чем не прошу.
– А дальше что начнется? Будешь хвостом за мной ходить? Навязчивость, между прочим, не красит женщину.
– Не буду я за тобой ходить, не волнуйся. Вообще, меня не заметишь, обещаю, – совсем смиренно проговорила Динка, смотря в пол. Но я ей совсем не верил.
– Хорошо, но с испытательным сроком в две недели. И, Дин, если устроишь тут хоть один скандал, драку или будешь капать мне на мозг, вылетишь отсюда, как пробка.
– Договорились.
– Всё, завтра с документами жду к трём часам дня.
– Спасибо, Тём.
– Иди уже, – Савельева выпорхнула из кабинета, а я тяжело вздохнул. Когда же вся эта восторженная чушь выветрится из её белобрысой головки?
Закончив со всеми бумагами, посмотрел новый номер танцовщиц. Утвердив изменения в программе на вечер и оставив клуб на администратора, в одиннадцать уже поехал домой.
Зайдя в квартиру, только успел скинуть с себя одежду, как раздался звонок в дверь. Динка стояла на площадке с какой-то тарелкой в руке.
– Тём, это тебе, пирог. Ну … в знак благодарности за работу, – она немного замялась, будто стеснялась.
– С ядом?
– Нет, с мясом.
– Из собачки? Купила в местной закусочной?
– Артём! Я сама пекла.
– Ладно, ладно. Шучу я, – ее искреннее возмущение заставило меня улыбнуться.
– Держи, ещё тёплый, – она протянула мне тарелку.
– Спасибо. Зайдёшь на чай?
– А ты приглашаешь?
– Ага, только сходи, оденься.
– Я вроде одета.
– Ты раздета. У меня трусы длиннее, чем твои шорты, – через пятнадцать минут мы уже сидим с Динкой на кухне, пьём чай с пирогом, который пришёлся очень кстати. В моём холодильнике шаром покати, снова забыл заехать в продуктовый.
– Мама твоя звонила вчера, – говорю, прожевывая кусок, между прочим, вкусного пирога.
– Тебе? Зачем? – в ее глазах удивление.
– Про тебя спрашивала. Она периодически звонит мне разведать обстановку и поинтересоваться, как ты живешь, насколько справляешься с самостоятельной жизнью.
– Блин, я уже четыре года одна живу. Сколько можно проверять? Разгульную жизнь не веду, дома ночую. Учусь на отлично, между прочим.
– Дин, это родители. Они всегда будут за тебя волноваться. Слетай к ним в Германию. Отдохнёшь от учёбы, развеешься, маму порадуешь.
– Не хочу, – пробурчала себе под нос Динка.
– Почему же?
– Папа опять будет пытаться воспитывать и прессовать мой мозг. А ничего, что мне уже почти двадцать два года, и воспитывать, в принципе, поздно?
– Ну, тут я с твоим папой соглашусь. Направить тебя на путь истинный не мешало бы.
– Раньше воспитывать надо было, а не сейчас. У некоторых в моём возрасте уже собственные семья и дети есть. Так что поздно меня учить и воспитывать.
– Ладно, не кипятись. И спасибо за пирог, вкусный.
– Пожалуйста, – она поднялась и направилась к раковине, начав мыть кружки с тарелками.
– Оставь, я сам помою. Ты у меня в гостях, а не я у тебя.
– Мне несложно, – пока Динка намывала посуду, я вышел на балкон и закурил. Минут через пять балконная дверь приоткрылась.
– Артём, я всё помыла. Высохнет, уберёшь в шкаф. Мокрое не стала ставить.
– Хорошо, спасибо.
– Ну, я пошла тогда.
– Да. Сейчас провожу, – затушив сигарету, прошёл за Савельевой в коридор. Она, всунув свои ножки в тапочки, привстала на носочки и поцеловала меня в щёку. Вот же шустрая, даже среагировать не успел.
– Дина! – рыкнул, показывая, что я не одобряю этот поступок.
– Спокойной ночи, Артём! – проговорила довольная собой Динка и выпорхнула из квартиры. Вот же вертихвостка.
Глава 4
Июль
Середина лета, а я всё торчу на работе. С удовольствием бы сорвался куда-нибудь отдохнуть, но дела держат на месте. Дина работает уже два месяца в клубе и, что удивительно, я и правда её не замечаю. Она ничем не отличается от других официанток. Прижилась, вертихвостка. Ладно, пока пусть работает, а там посмотрю, вдруг кого и подцепит в клубе. Чем чёрт не шутит? Игорь уехал с Аней на море, свалив на меня ещё и работу в компании. Благо Сашка Ливанов в курсе всех дел и меня особо не напрягает. Поэтому я спокойно занимаюсь проектом нового кафе и ресторана.
– Артём Сергеевич, к вам можно? – в кабинет заглянула Оксана.
– Заходи, Оксан.
Оксана – моя помощница, моя правая рука. Без неё я уже не представляю, как работать. Она знает каждый угол в клубе. Ей можно дать любое задание с уверенностью, что всё будет исполнено на высшем уровне.
– Я к вам с разговором.
– Что случилось?
– В клубе все в порядке. Я по другому вопросу.
– Оксан, говори уже.
– Артём Сергеевич, я в декрет уйду скоро, – вот это новости.
– Хм… и насколько скоро?
– Через два месяца уже.
– А чего тянула? Ничего не говорила.
– Просто в прошлый раз на позднем сроке… В общем, не получилось у нас с ребенком. Вот и говорить не хотела, мало ли что…
– Какой сейчас срок?
– Пять месяцев.
– По тебе не скажешь, – девушка, конечно, немного поправилась в последнее время, но не настолько, чтобы это бросалось в глаза. Если брать во внимание её обычную, почти болезненную худобу, набранный вес ей был к лицу. Да и животика не было заметно за свободной кофточкой.
– Я сама удивилась, когда врач сказал срок.
– Что ж, поздравляю и береги себя. Чтобы я тебя на каблуках на работе больше не видел и в десять домой.
– Спасибо большое.
– Да не за что. Ищи себе замену. Чтобы за два месяца человек вошёл в курс всех дел. Удивила ты меня, конечно.
– Хорошо, я тогда займусь поиском человека на моё место с сегодняшнего дня.
Оксана вышла из кабинета, а я снова принялся заниматься текущими делами.
В полночь вышел из клуба. Устал как собака, выспаться бы. Уже был готов идти к машине, чтобы отправиться домой, когда заметил на скамейке напротив стоянки Динку. Она сидела, опустив голову, и крутила в руке новую нераскрытую пачку сигарет.
– Ты чего? Курить начала? – остановился рядом с ней, но она даже голову не подняла.
– Пока нет.
– Тебя кто-то обидел? – присел напротив неё.
– Никто не обижал. Сама себя обидела.
– Ты можешь нормально объяснить?
– Всё в порядке, Тём, не парься.
– Раз всё хорошо, то поехали, отвезу домой.
– Не стоит, сама доберусь.
– Всё равно домой еду. Что за детский сад? Пошли, – взял её за руку и повёл к машине. Динка не сопротивлялась, но и энтузиазма не проявляла.
В машине тоже молчала большую часть пути. Мы уже почти подъезжали к дому, когда она заговорила.
– Артём я, правда, тебе не нравлюсь? Хоть чуть-чуть?
– Мы уже обсуждали это с тобой и не раз, – спокойно проговорил в ответ.
– Прости…
– Ты поэтому там сидела? – в ответ она ничего не сказала, только отвернулась к окну. Значит, поэтому. – Дин, ну неужели тебе среди сверстников никто не нравится? Ведь куча свободных и молодых парней. Они же вьются вокруг тебя стаями. Ну, на хрен тебе я? Мне уже тридцать шесть, в этом году тридцать семь стукнет. За плечами столько всего, что не дай Бог кому такого, и тараканов в голове достаточно. Не нужен молоденькой девочке, как ты, такой «подарок», как я. Поверь мне.
– Ты ошибаешься… – Савельева громко всхлипнула.
– Черт, не реви только.
– Прости… – снова всхлип. – Останови машину, я сама доберусь.
– Ага, сейчас. Совсем с ума сошла.
– Я же вижу, что ты злишься. Не хочу тебе портить настроение, – она вытирает ладонями слёзы со своих щёк, опустив голову.
– Динка, ну почему ты такая дурочка-то, а?
– Какая есть. Считаешь, я не пыталась от этого избавиться? Пыталась, и не раз, да только не выходит ничего. Думаешь, мне нравится, что ты меня, как ненужную собачонку всё время шпыняешь? Только когда тебя не вижу, ещё хуже… – подъезжаем к дому, паркую машину на свободном месте и глушу двигатель.
– Дин… – даже не знаю, что ей сказать, как утешить. Сидит, слёзы глотает. Вижу, что страдает, а сделать ничего не могу. Ну, не лежит у меня к ней душа. Понимаю, что сделаю ещё больней, если завяжу с ней отношения, так как, кроме секса, в них ничего больше не будет. – Иди сюда, – тяну её за руку к себе, обнимаю. Она прижимается к моей груди всхлипывая.
– Дин, не плачь, не надо. Лучше ненавидь меня, презирай, включи высокомерную суку, реши мне отомстить, но только не плачь. Не стою я твоих слёз, поверь мне на слово. Я тот ещё подонок.
– Не могу я тебя ненавидеть.
– Успокаивайся, пошли уже домой. Выспишься, завтра легче будет. Возьми выходной, сходи, с друзьями погуляй.
– Артём…
– Прислушайся ко мне хоть раз.
– Хорошо, – утерев мокрые от слёз щёки, она вышла из автомобиля и пошла к подъезду. Я остался в машине, приоткрыв окно, закурил.
Самое паршивое, что я мог её понять. Любить человека и не иметь возможности быть рядом – это хреново. Остаться один на один со своими чувствами – это хреново. Когда погибла Наташа, на собственной шкуре это испытал. Человек ушёл, а ты продолжаешь его любить. В моем случае я даже её увидеть не мог, прикоснуться больше не мог. Напивался до чертиков, только бы потерять связь с реальностью, впасть в иллюзию. Хотел представить, что стоит мне открыть глаза, и она будет снова рядом. Я смогу обнять её, прикоснуться к ней, наполнить лёгкие ароматом её волос, а случившееся окажется лишь плохим сном. Но протрезвев, я возвращался в реальность, где больше не было ни Наташи, ни нашего сына.
Глава 5
Август
Лечение и реабилитация в Израиле подошли к концу. Завтра мы с бабулей возвращаемся домой. Жутко соскучилась по родной земле. Правильно говорят в гостях хорошо, но дома лучше.
Я уже сама хожу, без чьей-либо помощи. Правда, приходится ещё пользоваться тростью, особенно на длительных прогулках. Но даже это не омрачает моей радости. Впереди ещё наблюдение у Аркадия Степановича, который активно интересуется моим прогрессом в восстановлении. Можно сказать, мы с ним даже сдружились.
В пять часов наш самолет благополучно приземлился в аэропорту. Нас встретил Олег, обнимаемся, закидываем сумки в багажник и садимся в машину.
– Олеж, как у тебя дела? Ты в последнее время ничего не говоришь.
– Нормально всё, – сухо произносит муж, не поворачивая головы.
– Точно?
– Да, – отвечает как-то излишне сдержанно. Может, при бабушке не хочет сообщать о проблемах? Перевожу разговор на более безопасную тему. Рассказываю о клинике, перелёте, забавные истории, что с нами случались в Израиле. Так, незаметно, за разговором, подъезжаем к дому. Выгрузив все свои вещи, поднимаемся в квартиру. После аварии пришлось продать нашу двухкомнатную и купить вот эту однушку, а оставшиеся деньги мы потратили на лечение и те две неудавшиеся операции. Да и то не хватило, приходилось занимать.
– Кир, может, я у Саньки переночую? А то ютиться тут в тесноте не хочется, вас с бабушкой смущать, – Санёк – друг Олега, жил через три дома от нас в панельной пятиэтажке. Поэтому я, хоть и скрипя сердцем, всё-таки хотелось побыть с мужем после долгой разлуки, но отпустила.
– Ладно, только утром приходи на завтрак, а то я соскучилась.
– Конечно, – он поцеловал меня и, прихватив свою сумку с ноутбуком, вышел за дверь.
– Кирочка, а у вас с Олегом всё нормально? – бабуля оторвала взгляд от дорожной сумки, в которой что-то до этого упорно искала.
– Да, вроде всё хорошо. А что?
– Не нравится мне, как он общается. Да и сам он мне тоже не нравится. Я тебе это ещё до свадьбы говорила.
– Баб, не начинай…
– Что «баб»? Не нравится, и всё тут.
– Главное, мне нравится.
– Наплачешься ещё ты от него. Ой, наплачешься.
– Бабуль, ну зачем ты так? Сразу о плохом?
– Хлыщ он! Без выгоды и жопу не поднимет от дивана.
Этот разговор мог продолжаться часами. Мне оставалось только молчать. Если первое время я пыталась переубедить бабушку, то через год нашего брака с Олегом, я бросила это безнадежное дело. Потому что изменить мнение Инессы Павловны было невозможно. Если она за эти прошедшие пять лет не поменяла своё отношение к Олегу, то уже его и не изменит.
– Кирочка, а ты как себя чувствуешь?
– Хорошо, бабуль.
– Если я тебе в помощницы не нужна, то, может, я домой завтра поеду? Что я буду вас тут стеснять?
– Бабуль, ты на нас совсем не стеснишь и можешь оставаться, сколько захочешь.
– Ну, тебе я, может, и не мешаю, а вот муженьку твоему определенно не нравится мое присутствие.
– Олег просто устал. Он все дни в магазине проводит, приходится на всем экономить из-за долгов. Даже продавца одного уволил и теперь сам за прилавком стоит.
– Ему полезно, коли так. Пусть почувствует, какого это, деньги зарабатывать своим трудом, а то штаны по офисам протирал.
– Менеджером он, кстати, неплохо зарабатывал. Если бы не сокращение, то не пришлось бы ничего менять. Но что не делается, всё к лучшему. Зато своё дело открыл, о котором давно мечтал.
– А ты уверена, что его сократили? Может, выгнали? Я бы точно такого работника выгнала взашей поганой метлой. Как вспомню, как он мне на даче грядки вперемежку с травой перекопал, так руки ему поотрывать хочется.
– Бабуль, ну когда это было? Вспомнила тоже.
– Три года назад было, – бабушка была неумолима.
– Баб, давай ужинать лучше. Олег солянку нам приготовил.
– Хоть в чём-то от него толк, – на это я лишь тяжело вздохнула. Пока ужинали, написала Олегу сообщение. Он пообещал утром отвезти бабушку.
– Бабуль, Олег с утра отвезет тебя, можешь такси не заказывать.
– Знаю я его. Наобещает, а сам только к обеду явится.
Наутро бабушка отправилась домой. Вызвала такси и уехала. Если Инесса Павловна сказала выезд в семь, значит, в семь. А опоздал на десять минут – твои проблемы. Олег пришел домой в семь пятнадцать.
– А Инесса Павловна где? Чего не дождалась? Мне всё равно по пути.
– Ты же знаешь бабушку. Не любит она ждать. Проснулась, позавтракала и поехала. Говорит, кота надо от соседки забрать. Соскучилась она по своему Васеньке.
– Да уж. Характер, конечно, у твоей бабули.
– Олеж…
– Что?
– Она хорошая, и мой единственный близкий человек.
– Кир, я не говорю, что она плохая. Просто характер у нее тяжёлый, как и у тебя. Семейное это, видимо.
– Нормальный у меня характер, сейчас наговоришь. Садись за стол, завтрак остывает. Олеж, а что у нас с деньгами и сколько надо, чтобы долги закрыть?
– Много нужно. Мы в долгах, как в шелках. Генка уже спрашивал на днях, когда вернём деньги. Он с семьей собрался квартиру покупать, надоело по съёмным шарахаться. Отсрочил до второго сентября. Да и остальным тоже надо возвращать. Пока тебя не было, я только Петровичу вернул да Марку.
– Ясно. Как в магазине дела? Может, помощь нужна?
– Средненько. Хотелось бы лучше. Чем ты сейчас можешь помочь-то? Запчасти на складе таскать, что ли? Они тяжёлые. Да и весь день на ногах тебе нельзя. Так что, даже за прилавком не постоишь.
– Не расстраивайся только. Я уже почти без трости хожу. Недельки через две уже бегать буду. Начну работу искать. Пока в клинике была, в свободное от процедур время, начала изучать программы по графическому дизайну. Может, удастся подработку найти в какой-нибудь фотостудии, на первое время, пока буду основную искать. Выкрутимся. – На мои слова муж недовольно скривился и в пару глотков, допив остывший чай, поднялся из-за стола.
– Ладно, поехал я на работу. Ты напиши сообщением вечером, что домой купить из продуктов.
– Да я сама схожу, тут же недалеко.
– А пакеты тяжёлые сама потащишь? Тебе же нельзя ногу перегружать, сама говорила. Напиши, я сам всё куплю.
– Хорошо, – поцеловав на прощание мужа, закрыла дверь и пошла на кухню. Допила кофе, помыла посуду, оставшуюся после завтрака, и позвонила Аркадию Степановичу.
– Здравствуй, Кирочка! – после пары гудков веселый голос врача раздался в трубке.
– Здравствуйте, Аркадий Степанович!
– Как твоё самочувствие?
– Всё хорошо. Вот, вчера вернулись домой. Звоню узнать, когда мне к вам с визитом можно прийти?
– Тебе я всегда рад. Завтра в девять утра тебе удобно будет?
– Конечно.
– Ну, тогда буду с нетерпением тебя ждать!
Обговорив с Аркадием Степановичем все вопросы касательно приёма и документов, что мне дали на руки в клинике, я принялась распаковывать сумки, которые не успела разобрать вчера. Вымыла пол, приготовила ужин и села за ноутбук. Нужно просмотреть сайты с вакансиями, чтобы хоть немного представлять, на что можно надеяться.
***
– Что скажете, Аркадий Степанович? – спросила я врача, как только он закончил осмотр.
– Всё замечательно, Кирочка, всё просто замечательно. Превосходный результат. Я впечатлен проделанной работой коллег и очень рад за тебя. Скажи мне ещё: есть ли боль в ноге при ходьбе, нагрузке или к вечеру? Острая, ноющая?
– Только если я хожу более двух часов без отдыха, немного начинает ныть. Но не всегда, и после отдыха это проходит.
– Лекарства, что прописали, ещё месяц принимай. Ногу не перегружай, но регулярно совершай прогулки. Полчасика походила, присядь на скамейку, отдохни, потом дальше гуляй. Не геройствуй только, а то хуже сделаешь. А в сентябре ко мне на приём придёшь, отметишься, анализы возьмём. Если вдруг что-то заболит, звони, не стесняйся. Договорились?
– Хорошо. Аркадий Степанович, можно вас попросить об одном одолжении?
– Говори, Кирочка, что необходимо?
– Вы не могли бы мне дать номер того человека, что пожертвовал деньги на мою операцию? Или адрес? Я хотела бы лично поблагодарить его, а то как-то неудобно: деньги взяла и даже «спасибо» не сказала.
– Конечно, – Аркадий Степанович что-то написал на листочке бумаги и протянул мне. – Тут его номер и адрес клуба. Он там работает. Точнее, он хозяин этого клуба. Зовут Орлов Артём Сергеевич.
– Спасибо огромное!
– Да на здоровье!
Артём.
Уже август, а Оксана до сих пор не нашла себе замену. Все кандидаты, что к нам обращались, либо не подходили нам по причине своей непригодности и некомпетентности, либо сбегали от нас сами. Не выдерживали интенсивного ритма работы и ненормированного графика. Ну и что мне делать? В сентябре запланировано открытие кафе, а в марте – ресторана. Дел невпроворот. Срочно нужен толковый человек, а лучше два. Только где их взять было большим вопросом и моей проблемой. Если, не найду замену Оксане, придется все самому тянуть, а я и так без выходных пашу.
Глава 6
Я не стала тянуть и после обеда решила наведаться в клуб, адрес которого мне дал Аркадий Степанович. На входе в клуб меня встретила охрана.
– Извините, мы ещё не работаем. Часы работы с девяти вечера до шести утра.
– Мне бы увидеть Орлова Артёма Сергеевича, я от Романовского, – фамилию Аркадия Степановича упомянула на всякий случай, а то вдруг у них тут совсем все строго.
– Подождите минуту, – мужчина скрылся в дверях, а навстречу мне вышла девушка, явно пребывающая в положении.
– Здравствуйте! Я администратор клуба. Вы по какому вопросу к Артёму Сергеевичу?
– По личному. Я могу с ним поговорить?
– Идите за мной, пожалуйста.
Пройдя через зал, в какой-то коридор, видимо, где находились служебные помещения, мы остановились перед дверью.
– Подождите тут, я предупрежу Артема Сергеевича о визите, – как же у них всё сложно тут. Девушка быстро вышла из кабинета.
– Проходите, – я приоткрыла дверь и вошла внутрь.
Если честно, я ожидала увидеть, какого-нибудь тучного мужчину лет так за сорок, возможно, лысеющего. Но в кресле за рабочим столом передо мной сидел молодой симпатичный мужчина, изучающий взгляд которого за секунду пробирал до костей. Казалось, он видит меня насквозь. Необычное чувство. Но не отталкивающие, а наоборот оказывающие притягательное воздействие.
– Здравствуйте, Артём Сергеевич.
– Здравствуйте. Проходите, не стойте на пороге. Чем могу вам помочь? – странно, но его голубые глаза не излучали холода, только непонятное тепло, которое разливалось по моему телу.
– Меня зовут Кира, я пациентка Аркадия Степановича. Это вы мне помогли с операцией в Израиле, – я осеклась на полуслове, не понимая, как реагировать на возникшую на его губах полуулыбку.
– Присаживайтесь, Кира. Извините, не знаю вашего отчества, – он указал на стул напротив его стола, и смешинки заплясали в его глазах.
– Можно просто Кира.
– Тогда, может, сразу перейдем на «ты»?
– Хорошо. Я не против, – немного смутилась.
– Что же тебя привело ко мне? – Артём, откинулся на спинку кресла и задумчиво прокручивал пальцами шариковую ручку.
– Хотела поблагодарить за помощь, и… я могу вернуть вам деньги. Не сразу, но частями, как только найду работу.
– Ну, лучшая благодарность – видеть тебя здоровой и без костылей. А по поводу денег – ничего возвращать не надо.
– Но это очень большая сумма…
– Кира, за эти полгода я заработал больше, чем дал тебе на операцию. Поэтому для меня эта сумма не играет большой роли. Ты сказала, что ищешь работу. Правильно я услышал? – Артём ловко перевел разговор на другую тему.
– Да.
– А кто ты по специальности и где работала до травмы?
– Я окончила институт, экономическое отделение, специальность: финансы и кредит. Работала администратором в гостиничном комплексе «Орион».
– У Юрия Даниловича Галицкого?
– Да, у него.
– Значит, опыт в управлении у тебя имеется? Сколько ты проработала у него?
– Я устроилась в комплекс сразу после окончания школы на подработку, а потом, на втором курсе, меня уже перевели в должность администратора. В общем, около пяти лет.
– Хорошо. Кира, у меня есть для тебя предложение. Ты бы мне очень помогла и в том числе и отблагодарила, заняв должность моего личного помощника и администратора в клубе. Сейчас эту должность занимает Оксана, но, как, наверное, ты успела заметить, она в положении и скоро уйдет в декрет. А в скором времени планируется открытие кафе и ресторана, без помощника я не могу обойтись.
– Очень неожиданно… – я нервно закашляла, не ожидая такого развития событий. Артём положил руки на стол и с интересом оценивал мою реакцию, а я поймала себя на том, что невольно разглядываю его руки. Даже рубашка классического кроя не скрывала того, что мужчина, по-видимому, был постоянным посетителем спортзала. При каждом движении ткань натягивалась на его широких плечах и давала возможность оценить рельефность мышц. Блин, Кир, ну куда тебя несёт?
– Я знаю, какую подготовку проходит персонал у Галицкого, и человек, смыслящий в управлении, ещё и с экономическим образованием, мне очень нужен. По зарплате пока вот такая сумма. Как только начнётся работа с курированием кафе и ресторана, эта сумма умножится на четыре. Ну как понимаешь, объём работы тоже увеличится, – Артём продвинул по столу листок, на котором была написана сумма, которая превышала мою прежнюю зарплату в гостиничном комплексе вдвое. А Орлов тем временем продолжил. – График работы ненормированный, но за хороший результат – хорошие премии. Как вижу, ты немного ошарашена.
– Если честно, то да, – я попыталась выдавить из себя улыбку. Но обычное спокойствие меня в этот раз подводило. Под взглядом этого мужчины я начинала волноваться, причём настолько сильно, что вспотели ладони.
– Хорошо, давай сделаем так. Как вижу по колечку на пальчике, ты девушка замужняя, верно?
– Да.
– Вот моя визитка. Подумай о моём предложении, обсуди с мужем и позвони мне. Буду ждать твоего звонка до девяти вечера завтрашнего дня. Я буду очень рад, если ты согласишься. Если честно, я уже зашиваюсь, а ты можешь меня выручить, – Артём улыбнулся.
– Я подумаю над вашим предложением…
– Над твоим предложением. Мы вроде перешли на «ты».
– Извини, я подумаю над твоим предложением.
– Вот уже лучше. Прогресс налицо, – мы улыбнулись друг другу, и я окончательно смутилась.
– Я тогда пойду. До свидания, Артём Сергеевич, – я поднялась со своего места, и он тоже встал и вышел из-за стола. Боже мой, он был выше меня на целую голову.
– Просто Артём.
– До свидания, Артём, – я физически почувствовала, как мои щеки залило румянцем. Да что блин происходит?
– Всего доброго, Кира! – выйдя из его кабинета, я даже не вспомнила сразу, в какой стороне находится выход.
***
Вечер. Клуб наполнен до отказа. Вышел на пару минут из кабинета, окинул взглядом зал. Музыка гремела. Девочки go-go и новый диджей разогревал толпу перед выходом ведущего с новой программой. Вроде всё хорошо. Вернувшись в кабинет, завис в кресле с бокалом виски в руках и прокручивая пальцами телефон. Сегодня снова эта девушка застряла в моих мыслях…
Кира… интересная она… Смущалась, даже краснела под моим взглядом. Но всё равно смотрела в глаза, не отводила взгляд в сторону. Симпатичная, даже очень, а в глазах чертенята пляшут. Казалось, ещё чуть-чуть и она рассмеется звонко и заразительно. Меня удивил её приход, но ещё больше удивило, что она замужем. Даже не так: факт замужества не удивил, а немного расстроил. Во-первых, я нечасто встречал женщин, которые бы меня по-настоящему цепляли, а судя по тому, как часто она крутится в моей голове, ей это удалось. Во-вторых, мне нужен был помощник и администратор, а у неё подходящий опыт работы. Но я прекрасно понимаю, что не каждый мужчина отпустит свою жену работать в ночной клуб с ненормированным графиком, да ещё и с ночными сменами. Я бы точно не отпустил. Остается только надеяться на чудо, но, как показывает опыт, оно случается очень и очень редко.
Опрокинув в себя остатки виски, вышел из кабинета, надо проветрить голову. В коридоре наткнулся на Вику. Она работала танцовщицей go-go и стрипа и часто скрашивала мои вечера. К слову, отношения с ней были только в одной плоскости – в горизонтальной.
– Здравствуйте, Артём Сергеевич, – проворковала Вика, проводя своим наманикюренным пальчиком по моей груди.
– Здравствуйте, Виктория!
– Фу, как официально. Я, между прочим, соскучилась по тебе. Совсем про меня забыл, – Вика надула свои накрашенные губки, хлопая при этом накладными ресницами.
– Соскучилась?
– Ага.
– Ну, пошли, покажешь мне, как ты соскучилась. Только помаду сотри, не выношу эту липкую хрень.
Уже через пару минут Вика с усердием делала мне минет, стоя на коленях в моём кабинете. К слову, это лучшее, что у неё получалось. Про таких, как она, говорят «рабочий рот». В остальном, как любовница, Вика тянула лишь на твёрдую четвёрку.
Слизав всё до последней капли, Вика потянулась ко мне. Увернувшись от неё, взял со стола пачку сигарет и закурил. Вытащив пару купюр, бросил на стол.
– Тебе на чай.
– Тём, ты же знаешь, я с тебя никогда денег не беру.
– И где же ты берёшь их? С других? – я знал, о чём спрашиваю. Уже не раз девчонки и Оксана высказывали подозрения, что Вика обслуживает клиентов не только, как танцовщица.
– Тём…
– Если я узнаю, что ты цепляешь и обслуживаешь клиентов из клуба, вылетишь отсюда, как пробка. Я не занимаюсь сутенерством, – сжав пальцами её скулы, притянул к себе, заставляя смотреть в глаза. – Поняла?
– Да, – проскулила Вика. Убрал руку с её лица и откинулся на спинку кресла.
– Свободна.
– Тём…
– Свободна, сказал.
Вика больше не произнесла ни слова и вышла из кабинета, а я, докурив, вышел в зал, выполнять обязанности администратора, так как Оксана уже не работала в ночную смену.
Глава 7
Остаток дня я провела дома, размышляя о предложении Артёма Сергеевича. Мне очень хотелось согласиться. Клуб мне понравился, и я действительно хотела хоть как-то отблагодарить его за помощь. Если ему срочно нужен работник, и я подхожу на эту должность, то почему бы и нет? Но я не знала, как к этому отнесётся Олег. Обострять и так шаткие отношения с мужем не хотелось.
Часы уже показывали десять часов вечера, когда я услышала, как открывается входная дверь, и прошла в коридор.
– Олеж, ты так поздно.
– Работы много, прости, – Олег разулся, поцеловал меня в щёку и, подхватив пакеты с продуктами, прошёл на кухню.
– Кстати, о работе. Мне место предложили, но я сомневаюсь: соглашаться или нет. Хотела с тобой посоветоваться, – я прошла следом за мужем.
– Что за место и в чём заключаются сомнения? – Он стал разбирать покупки.
– Администратор в ночном клубе с функциями личного помощника руководителя, – я специально умолчала о том, кто предложил мне эту работу. Олег до сих пор ожидал, что Артём потребует деньги обратно. И факт того, что я буду работать на Орлова, мог воспринять довольно остро и неизвестно что себе надумать лишнего. – Зарплата выше в два раза, чем я получала в «Орионе».
– Кир, не понимаю, чего ты сомневаешься. Нам сейчас очень нужны деньги, тем более, если, как ты говоришь, платить будут больше, чем в «Орионе».
– Но мы тогда совсем не будем видеться. Работа, в основном, в вечернее и ночное время.
– Ну, это же не навсегда. Как только закроем самые большие долги, так сразу уйдешь. Да и выходные, думаю, будут. Будем выходные проводить вместе.
– То есть, ты не против?
– Конечно, нет. Как себя чувствуешь, кстати?
– Хорошо. Сегодня была у Аркадия Степановича на приеме. Он сказал, что всё у меня замечательно.
– Это не может не радовать. Кир, я голодный, как собака. Накормишь мужа?
– Конечно, иди мой руки, а я накрою на стол.
Олег спал, а я лежала в кровати, уставившись в потолок, и прокручивала события прошедшего дня, центром которых был Орлов. Я старалась думать о работе, о том, как я вживусь в новый коллектив, но мысли то и дело возвращались к Артёму. Притягательный мужчина. На таких всегда засматриваются женщины, причём всех возрастов, независимо от статуса. Стоит вспомнить насмешливый взгляд его голубых глаз, и волнение возникает само собой. Ну, и как мне с ним работать? При такой реакции? Хотя может это просто первоначальное впечатление? Со временем пройдет? Привыкну и сработаемся.
Заснула я только к утру, уставшая от собственных мыслей. Открыла глаза, когда уже вовсю светило солнце и часы показывали двенадцать дня. Не успела устроиться на работу, как сама перехожу на ночной режим бодрствования. Олег уже давно ушёл на работу, на подушке лежала записка от мужа, а сверху конфетка. «Доброе утро, любимая! Я ушел на работу, не стал тебя будить. Целую». В самом начале нашей семейной жизни такие записки и маленькие сладости были каждодневным ритуалом, толикой внимания друг другу. Он оставлял мне их на подушке, на кухонном столе или умудрялся подложить в сумочку. Но постепенно всё это сошло на нет. В какой-то момент я поймала себя на мысли, что уже я одна подкладываю записки с конфетами в карманы Олегу или его машину, а обратной связи больше нет. Тогда я отнеслась к этому философски: трехлетний период брака многие психологи считают кризисным для пары. Поэтому я списала всё на кризис в отношениях. Да и не может романтика длиться всю жизнь. Со временем на смену букетам и сюрпризам приходит более важные составляющие: доверие, понимание, теплота, уважение и прочие фундаментальные ценности. Но сегодня Олег меня приятно удивил. Ещё раз прочитав записку, улыбнулась и, зажевав конфету, пошла умываться.
Позавтракав, ну, точнее, в моём случае уже пообедав, я сидела на кухне, медленно отпивала горячий чай, крутила в руках телефон и смотрела на визитку Артёма. Всего-то надо набрать необходимые цифры номера и сказать, что я согласна. Вроде всё просто, но отчего-то при одной мысли, что снова услышу голос этого мужчины, потели ладони. Да, блин, когда я успела стать такой размазней? Выдохнув, набрала номер. Гудок, второй, третий… Сердце отбивает бешеный ритм. Усмехаюсь сама себе, простой звонок, а волнуюсь, будто на кону вся жизнь.
– Слушаю, – наконец раздается в трубке тяжелый резкий голос.
– Это Кира.
– Здравствуй, Кира, – уже намного мягче отвечает Орлов.
– Здравствуй, – произношу, чувствуя, как слова застревают в горле. Мне ужасно неловко обращаться к нему на «ты», но вроде мы вчера договорились. Поэтому я продолжила. – Ты вчера просил позвонить. Я согласна на твоё предложение.
– Совру, если не скажу, что я безумно этому рад. Жду тебя в клубе в три часа. Возьми с собой паспорт и трудовую.
– Хорошо. Рекомендации с предыдущего места работы нужны?
– Нет, я уже звонил Галицкому. Он уверил меня, что мне очень повезло с выбором администратора. Он сам был готов пригласить тебя обратно в «Орион».
– Правда?
– Да. Но, надеюсь, после этой информации ты не передумаешь работать у меня?
– Нет, не передумаю. Я подъеду к трём.
– Буду ждать.
Положив трубку, я пошла собираться.
***
– Сейчас подойдет Оксана и всё тебе покажет. К пяти часам подойдет остальной персонал. Оксана тебя всем представит и со всеми познакомит. Ещё вопрос. Что сказал Аркадий Степанович по нагрузкам на ногу?
– Избыточно не перегружать. Болей у меня нет, так что всё хорошо.
– Тем не менее будь аккуратна. Не проводи много времени на ногах. Сейчас необходимо, в основном, проверить документацию за Оксаной. Перенять у нее все дела. И смотреть за залом. У второго бара хороший обзор, можешь сидеть там, персонал будет в курсе. Кабинет у тебя будет отдельный, напротив моего. По времени, что у тебя сегодня?
– Полностью свободна.
– Извини, что так тороплю, но мы, правда, тут зашиваемся. Сможешь сегодня выйти после двенадцати?
– Да, смогу.
– Оксана уходит раньше, а я один везде не успеваю.
– Без проблем.
– Замечательно.
***
– Кира, знакомься, это наши девочки, – Оксана провела меня в гримёрку для танцовщиц. – Девочки, это Кира Алексеевна – наш новый администратор. Прошу любить и жаловать, – барышни защебетали, словно курицы, попеременно представляясь и отпуская шуточки. Я лишь окинула их оценивающим взглядом и сделала вывод о полном отсутствии субординации. Выйдя из гримёрки, Оксана сразу обратилась ко мне.
– Будь с ними построже, те ещё стервы. Не показывай слабости, а то сожрут и не подавятся.
– По ним видно.
– Пошли дальше, представлю тебе официанток и персонал кухни.
Познакомив меня со всем персоналом, включая охранников, Оксана проводила меня в кабинет. Показала, что где хранится, какие документы и накладные необходимо проверить, какие отнести на подпись Артёму и прочие мелочи.
– Вот мой номер. Если что не сможешь найти или будут, какие вопросы, звони, не стесняйся, – Оксана протянула листочек со своим номером телефона.
– Спасибо.
– Да не за что. Ты не представляешь, как я рада, что Артём нашел мне замену. У меня уже было чувство, что рожать придётся на работе, – Оксана рассмеялась и присела на край дивана.
– Устала?
– Да, уже тяжко. Чуть больше месяца осталось и смогу подержать своего карапуза на руках. А у тебя есть дети?
– Нет, пока не решилась.
– Всему свое время, – Оксана улыбнулась, нежно поглаживая живот. Ещё немного поболтав с ней, я отправилась домой, готовиться к первой ночной смене.
***
Кира пришла в половину двенадцатого. Пройдя в зал, сделала пару замечаний официанткам за грязные столы, чем очень меня порадовала. Обойдя вип-зоны и балкон, отправила девочек, навести порядки и там. Через час на моём столе уже лежала папка с документами на подпись.
– Я всё проверила, как просила Оксана. Внесла несколько поправок, можете посмотреть.
– Кир, на «ты», пожалуйста. А то, когда ты ко мне обращаешься на «вы», я чувствую себя старым лысеющим хрычом, – она улыбнулась, а я, открыв папку, пробежал взглядом по накладным и отчётам.
– Прости, забываю. Привычка, на работе к начальству только на «вы».
– Документы я просмотрю и подпишу. Попозже подойдешь за накладными для бара и кухни? Они поставщику понадобятся завтра.
– Хорошо, – Кира вышла за дверь, а я откинулся на спинку кресла и улыбнулся, затянувшись сигаретой. А у этой девчонки хорошая хватка. За пару часов навела порядок в бумагах и персоналу напомнила, чем они должны заниматься в рабочее время. Она определенно мне нравится, и это касается не только внешности.
Глава 8
– Устала? – Артём подошел со спины так незаметно, что от неожиданности я вздрогнула.
– Есть немного, но это с непривычки. В сон клонит, а так все нормально, – если быть честной, то я уже просто спала на ходу. Часы показывали половину пятого утра, клуб закрывался в шесть. Осталось полтора часа и можно идти домой спать…
– Не ночная птичка?
– Отвыкла от ночных смен. В больнице отбой в десять, а подъём в шесть утра, режим выработался.
– Тогда не мучайся, иди домой. На сегодня всё. В семнадцать часов начало рабочего дня.
– Хорошо. Спасибо, – я была безмерно благодарна в этот момент, но сил не было даже на то, чтобы сказать что-то более ёмкое.
Я попрощалась с Артёмом и барменом Мишей и пошла собираться.
Когда я приехала домой, Олег ещё спал. Приняла душ и устроилась под его боком, а когда я проснулась утром, мужа уже не было рядом, часы показывали двенадцать дня. Конечно, он уже давно ушёл на работу. На соседней подушке стояла небольшая коробочка с рафаэлками и записка: «Моей сладкой девочке для настроения». Я улыбнулась и пошла умываться.
Закончив с уборкой, готовкой и глажкой белья, немного отдохнув, начала собираться на работу. Второй рабочий день, точнее, ночь, меня не пугала, а скорее радовала. После затяжного валяния на больничной койке безумно приятно было находиться в коллективе и иметь возможность быть полезной.
Придя в клуб, проверила комплектацию бара, попросила Мишу составить список недостающего. Отправила пару девочек прибраться в випах, остальных распределила по основным залам также с тряпками и средствами. Зайдя на кухню, впала в ступор: вместо того, чтобы заниматься заготовками блюд и уборкой, работники кухни, устроившись за столом, играли в карты.
– Что тут происходит?
– Мы это… перерыв… – подскочил со стула самый молодой.
– Какой перерыв? Вы только пришли.
– Да что ты перед ней расшаркиваешься, Лёнь? – нагло встрял в разговор помощник повара.
– Карты положили. Объяснительную мне на стол в течение получаса. Самые языкастые и излишне умные останутся без премии. Артём Сергеевич сегодня же узнает о ваших перерывах, а сейчас за работу. Через час приду, проверю, – отчеканив каждое слово под удивлённые взгляды коллектива, я, взяв со стола колоду карт, направилась в свой кабинет. Думают, если я моложе их, то мной можно крутить и вертеть в свою пользу, а я и слова не скажу? Ошибаются.
– Кира Алексеевна, – в кабинет заглянула одна из официанток, – можно?
– Проходи.
– Мы закончили с уборкой в зале.
– Кто старший сегодня? – девушка уставилась на меня во все глаза, не понимая, о чём я её спрашиваю. – Кто старший из официантов в смене?
– У нас нет старших.
– Значит, с сегодняшнего дня будут. Собери всех у бара, я сейчас подойду.
Следующие полчаса провожу беседу с персоналом, проверяю с Наташей (официанткой, назначенной мной на сегодня старшей) залы.
– Наташ, после проверки залов на чистоту и комплектацию столов, проверяешь форму персонала, чтобы у всех были бейджи, чистые рубашки и опрятный вид.
– Хорошо, Кира Алексеевна.
– Как только Артём Сергеевич придёт, скажешь мне.
– Хорошо, – девушка отправилась исполнять распоряжения, а я вернулась в кабинет и занялась списком от бармена. Надо заполнить накладные для бара. В поисках бланков начала исследовать свой стол. Открывая ящики, не заметила, как сбросила на пол органайзер с карандашами и ручками. Блин. Пришлось ползать по полу и собирать всё это канцелярское добро. Один карандаш, как назло, закатился под шкаф. Пришлось почти лечь на пол, оттопырив при этом пятую точку, чтобы его достать. И вот когда я почти до него дотянулась, за моей спиной раздался голос Артёма.
– Какой шикарный вид. Я определенно не жалею, что взял тебя на работу, – я, наверное, покраснела, как рак, в этот момент. Схватив злополучный карандаш, поднялась на ноги, приняв протянутую руку Артёма.
– Карандаш закатился.
– Ну, я так и понял, – проговорил, Орлов, нагло ухмыляясь. – Наверное, мне надо почаще заглядывать в твой кабинет, вдруг что-то ещё закатится под шкаф.
– Артём Сергеевич!
– Что, Кира Алексеевна? Грех не воспользоваться моментом и не насладиться таким видом красивой девушки.
– Вот даже не знаю: оскорбиться или принять, как комплимент?
– Только как комплимент, обидеть не хотел, – я села за стол, а Артём устроился напротив, развалившись в кресле. – Что там с кухней случилось?
– Вот об этом я в первую очередь хотела поговорить. Сегодня застала их за игрой в карты. Кухня грязная, заготовки не готовы, а персонал играет. Карты отобрала, заставила объяснительные всех писать. Вот они, – я протянула стопку листов Артему.
– Объяви им, что ещё раз такое повторится, останутся без премии, а на третий раз – увольнение.
– Почему камеры на кухне не работают?
– О, Кир, точно. Позвони в агентство, закажи рабочего, чтобы камеры посмотрел. Уже неделю про это забываю, – я тут же черкнула напоминание в ежедневнике.
– Бармен написал список недостающего. Сейчас напишу накладные и принесу тебе посмотреть.
– Хорошо.
– Я назначила старшую официантку по смене на сегодня.
– Замечательно. Кира, ты молодец. Зайдёшь, когда с накладными, напомни мне, чтобы я тебе документацию по кафе дал просмотреть.
– Ладно, – Артём поднялся с кресла, и смешинки снова блеснули в его глазах.
– Только карандаши больше не роняй, а то сведешь с ума мужскую часть коллектива, – проговорил этот наглец с гадкой улыбкой.
– А мужской части коллектива не мешало бы научиться стучать в дверь, перед тем как входить.
– У меня с этим проблемы, но я учту, – ответил Орлов, улыбаясь.
М-да, я мастер просто попадать в пикантные и неудобные ситуации. Боже мой, ещё и перед �