Я убил Бессмертного. Том 5

Пролог

Настоящее самоубийство, и никак иначе.

Августу Флетчеру до сих пор казалось, что всё это происходит в каком-то сне. Что это просто бред, и что он в этом не участвует…

Увы, он в этом участвовал.

Он с самого начала опасался худшего, но… всё выходило как-то странно. Сенат раскидывал охрану Крейна лучше целой армии, при этом – что характерно – никого не убивая, а лишь обезоруживая и держа на расстоянии. Щупальца так и летали вокруг облачённой в доспехи фигуры Люка, создавая непобедимый боевой тандем.

И, конечно же, удача. Безумная, неуместная удача во всём, что касалось Люка. Её замечали все, кроме, пожалуй, самого рыцаря.

Погоня на третьем этаже башни?.. Случайный выстрел повреждает электрощит, лифты блокируются, не давая охране попасть на этаж. Сами «повстанцы» подошли к лифту? О, а вот и починили электричество!

Открыл случайную дверь? Она ведёт туда, куда нужно. Споткнулся о ковёр? Только для того, чтобы увернуться от удара… и так во всём.

Итак, они находились на самом верху. На верхнем этаже башни – там, где располагался кабинет Крейна.

– Помните, – увещевал всех Джебедайя Мерсильер, – у нас будет только одна попытка.

– А потом что? – уточнил непонятливый Люк.

– Если мы достанем портальную пушку, – пояснил Джебедайя, – и вернём моих товарищей и вашего Готфрида сюда, они смогут свидетельствовать против Крейна. Если нет… никакие наши слова не помогут. Мы влезли сюда как преступники, мы или победим, или проиграем – третьего не дано!

– В вашем мире странные порядки, – проворчал Люк. – Вот почему, например…

– Просто иди вперёд! – произнёс Джебедайя. – Не гневи Господа тупыми вопросами!

Герда Крейн шла в хвосте процессии и в основном молчала. На лице девушки играло выражение презрения и равнодушия, но… зачем-то же она шла.

Этот вопрос Август и решил ей задать, пока они, огибая здание, направлялись к своей цели.

– Почему ты с нами?

Может, мысли о чужих проблемах отвлекут его от собственных?

Герда покосилась на него.

– Тебе поговорить не о чем?

– Я просто пытаюсь понять, – пожал Август плечами. – Мы с Люком и Сенатом хотим вернуть Артура. Джебедайя – своих… А ты?

– А я ненавижу своего отца, – отрезала Герда.

– До этого ты… не пыталась ничего с этим сделать, – Август почесал затылок. – После того, как он нашёл тебя после побега… ты просто сидела под замком? Неужели не было никакой возможности…

– Иди молча, – фыркнула девушка. – Тебе не идёт думать.

Люк обернулся на них.

– Имей хоть каплю благодарности! – высокопарно заметил он. – Я спас тебя от демонов, а ты…

– И привёл меня обратно, – огрызнулась Герда.

– Вот и я об этом! – заявил Август. – Ты могла не идти с нами!

– И остаться одной?

– Со Старсом, – резонно заметил Джебедайя. Кажется, ему очень не нравилось соседство с полудемоном, особенно таким… конфликтным.

– Отлично, – кивнула Герда. – С ряженным клоуном.

Тут уже на неё поглядела вся группа, остановившись.

– Хватит, – заключил Люк. – Герда пошла сюда, потому что я так сказал. Потому что она важна для спасения мира.

– Так ты ещё командовать мной будешь, «спаситель»? – взъярилась девица.

– Да, буду, – неожиданно твёрдо ответил Люк. – Хочешь, чтобы я повёл тебя силой?

– Только попробуй, и…

– Люди, – напомнил Август, – может, не сейчас?

Казалось бы, они заблокировали лифт, поднявшись на верхний этаж – заблокировали самым варварским способом, просто вырвав с мясом пульт управления. Но были и другие, охрана могла появиться в любой момент…

То, что они поднялись сюда, никого не потеряв (и никого не убив), уже было чудом. А чудеса имеют свойство кончаться.

– Так я и сказала, – бросила Герда. – Иди молча.

И, не оглядываясь, она первой зашагала вперёд к кабинету своего отца.

Люк, Август и Джебедайя переглянулись.

– Мы точно знаем, что делаем? – уточнил миссионер. – Если я поставил на кон всю свою репутацию и свободу ради пшика…

– Раньше нужно было думать, – пробормотал Август себе под нос.

– Даже если портал и не там, – сообщил Сенат, – то Крейн знает, где он. Это его люди отправили Артура Готфрида и твоих друзей в другой мир!

– Я не об этом, – кивнул Джебедайя. – Понятно, что Крейн знает, где его имущество… в его виновности я тоже не сомневаюсь. Я о…

Он покосился на Герду.

– Дева – ключ к концу света, – отозвался Люк. – Демоны сами так сказали.

– А ты поверил им?

Люк завис на секунду – кажется, подобная мысль до сих пор не приходила ему в голову.

– А ты поверил Люку, когда услышал всю историю! – разозлился Август. – Хотел задавать вопросы – задал бы их раньше!..

– А, в общем-то, верю в историю… в целом, – заметил Джебедайя. – Меня смущает только она. Что, если она уже – демон?

– В ней есть тьма, – ответил Люк. – Но запах демонов слишком слаб. Человека в ней больше, чем демона… пусть это и не самый приятный человек.

– Эй, придурки! – окликнула их Герда. – Так и будете шептаться там, обсуждая меня? Пришли!

Она протянула руку к двери…

И та распахнулась.

– А вот и вы, – улыбнулся Майкл Крейн. – А я уже заждался вас.

Поза, тон, слова… Ох. Август поморгал. Почему у него возникло устойчивое ощущение спектакля, который разыгрывался специально для них? Как будто Крейн пытается изобразить опереточного злодея.

Может, поэтому и охрана не слишком усердствовала, ловя их? И поломки лифтов были не так уж случайны?

– Я же говорил, – продолжил Крейн, идя вперёд, к застывшим на месте героям, – что ваша война безнадёжна.

Переигрывает. Или специально переигрывает. Ведь кто тут собрался против него? Люк и Сенат примут за чистую монету всё, что угодно; Джебедайя тоже фанатик и себе на уме. Герда лишь закатит глаза… выходит, он один тут может распознать фальшивку?

– Думали, спасаете мою дочь? – Крейн улыбнулся одними губами. – Но вот вы здесь, благодаря ей. И теперь уже вы не мой гость, господин Люк. У меня есть полное право сделать всё, что угодно, и никто не обвинит меня.

– Так ты… – вспыхнул Люк, поворачиваясь к Герде, – ты завела нас сюда?!

– Что? – возмутилась та. – Как я могла? Это вообще была ваша идея, идиоты!

– О, – Крейн улыбнулся. – Можете решить свои разногласия, я подожду. Мы не торопимся.

Люк шагнул в сторону Герды, вынимая меч.

– С чего мне тебе верить?

– Ты псих! – парировала девушка. – Скажи лучше, с чего тебе верить ему!

– Демоны, – Люк медленно наступал, качая головой. – Они ведь не получат тебя… если ты умрёшь.

Ох. Августу очень не нравился равнодушный взгляд Крейна. Отцы – даже очень хреновые отцы – не ведут себя так, когда убивают их детей…

Золотая вспышка портала возникла прямо возле Люка в тот момент, когда до Герды оставалось три шага.

– Люк, – заговорил оттуда знакомый голос. – Брось меч. И даже не думай целиться в сторону Герды – она должна оставаться живой.

– Что?! – а вот теперь эмоции проступили на лице Крейна. Оно буквально посерело, вытянулось и…

– Ах, да, – Артур с милой улыбкой шагнул из портала наружу. – Ты. Совсем о тебе забыл.

– Ты… как ты…

– Знаешь, – Готфрид поморщился, – это затянулось, Майкл. Пора кончать.

Щелчок пальцев – и тело Майкла Крейна взрывается кровавыми ошмётками. На лице Артура появилась улыбка… странная, жестокая. Впрочем, через миг она пропала.

– Рад видеть вас всех, – поприветствовал он онемевших героев. – Что ж, с мелочами покончено. Пора заняться серьёзными делами.

Махнув рукой в сторону портала, он скомандовал:

– Заходите, всё чисто.

– …он вернулся, – пророкотал Сенат, вытягивая своё щупальце из-под воротника Люка. – Артур Готфрид. Он…

И через секунду рёв существа потряс всё здание:

– ОН ВЕРНУЛСЯ!!!!

Глава

1

– …человек, который появился из ниоткуда и изменил всё, – с лица молодой, красивой телеведущей не сходила кукольная улыбка. – Человек, который стал больше, чем просто сенсацией. Загадка без ответов, интересующая каждого. Артур Готфрид! Завтра. В семнадцать-тридцать. Прямой эфир. Не пропустите!

Я хмыкнул, глядя на заставку канала. Еремей Монахов буквально умолял дать интервью ему, но нет – я обещал, что пойду на канал к Флетчеру, значит, пойду к Флетчеру.

В рядах моих соратников не было единого мнения об этом предстоящем интервью. Август, например, считал, что я серьёзно затянул с ним, тогда как Алекс мрачно сообщал, что это плохая идея.

Плохая идея?.. Ну, я специалист по плохим идеям. И у меня хорошо выходит их воплощать в жизнь.

С того дня, как я появился на верхнем этаже башни Крейна и разметал её владельца в кровавый фарш, прошло две недели. И за это время мир… действительно слегка поменялся. В основном, моими стараниями.

Обладая достаточной силой, чтобы простые смертные не были мне помехой хоть в чём-либо, я не видел смысла скрываться по заброшенным домам и вести партизанскую войну. Поэтому я просто… заявил о своём присутствии.

Разумеется, моё появление, мои действия и сама моя личность вызывали у властей некоторые… вопросы. Но обезоружив полсотни солдат и уничтожив пару единиц боевой техники, я быстро свёл на нет любые претензии, и даже некто генерал Козлоконь признал, что я отличный парень. А дальше… Все взгляды Питера и не только устремились на меня.

Пришлось отвечать, но довольно кратко.

Кто я такой? Артур Готфрид. Ударение на «а», запомните и не перепутайте. Да, тот самый. Да, из той самой семьи. Да, умер двадцать лет назад, но это вас пусть не смущает – просто примите как данность то, что я вернулся.

Фокусы с бургерами и прочее, чем я прославился до полуторанедельного отсутствия? Так, развлечения. Всё же не был в родном мире двадцать лет, захотелось… чего-то такого.

Где был эти полторы недели? В ещё одном мире. Не верите? Вон, Эмбер Кросс и её команда с удовольствием может подтвердить. Конечно, у них на Родине проблем хватало, конечно, через пару дней после возвращения все пятеро отбыли в свои Штаты, но их шокирующие заявления об иных мирах и демонах тоже наделали шуму – и продолжали делать. Мы продолжаем поддерживать с ними связь; всё-таки демонический межмировой заговор – это не шутка.

Доктор Ханагава? Вы хотели сказать, профессор? Да, теперь – профессор. Что значит – почему? Потому что я так сказал. Так вот, он тоже подтвердит о других мирах. Нет, он решил пока не возвращаться в Японию, а поработать со мной. Над чем, спрашиваете? Это вам лучше спросить у него; кажется, ему просто нравится наблюдать за мной. И за тем, чему я противостою.

Крейн? Какой Крейн? Не знаю никакого Крейна. Ах, тот Крейн, которого хоронят в закрытом гробу?.. Того Крейна знаю, да. Знал. Редкостный был козёл, а вы не согласны? Что-что? Сомневаетесь? А вот власти заявили, что не имеют ко мне никаких претензий по поводу его смерти. Знаете, что – Александр Талл, бывший глава его службы безопасности, и Вульф Флетчер, медиамагнат, уже готовят шокирующий материал обо всех тёмных делишках Майкла Крейна.

Что говорите? За последние недели его в чём только ни обвиняли, вплоть до служения демонам?..

Ох. Вы будете смеяться, правда.

Тем более, вот его дочь и единственная наследница, Герда Крейн. Она не очень расположена к интервью – но тоже охотно внесёт свой вклад в разоблачение делишек отца… а также тех, кто стоял за ним. Что? О ком я говорю?

Кажется, вы плохо меня слушали. Ничего, я повторю – и раз, и два, и столько, сколько понадобится.

Люк, Сенат?.. Да, из другого мира. И не они одни. Знакомьтесь, мои новые ученики – Юнджи и Джунсо. Были ещё пятеро, но они предпочли остаться дома. Сами виноваты. Эти двое пошли со мной, и не пожалели – им открылся целый новый мир взамен унылого старого. А вот это Ино Сонним. Она призрак, и мы ей не доверяем, но всё-таки я ей должен, так что пусть пока повитает где-нибудь неподалёку. В конце концов, так будет удобнее за ней следить.

Мои планы на будущее?.. Хороший вопрос. Просто отличный вопрос!

Если говорить о далеко идущих планах, то здесь всё ясно. Демоны, миры, магия. Сложные вещи, и давайте вы дождётесь выхода того самого расследования, а мне не придётся объяснять вам на пальцах. Но ведь есть и ближние планы. Более приземлённые, так сказать.

Что ж, их воплощением в жизнь я занимался прямо сейчас.

…наверное, я бы мог щёлкнуть пальцами – и поместье Готфридов превратилось бы в сверкающий диснеевский замок, как на картинке. Мог бы раскинуть вокруг садик с озерцом, повесить над домом солнышко и радугу, мог бы много чего. Но… мне этого не хотелось.

Щёлкнуть пальцами легко. И теперь, со всей вернувшейся силой, я мог это сделать. Но такое достижение обесценивает полученное. Поэтому я с удовольствием наблюдал, как в доме идёт полным ходом ремонт, выбирал обои и мебель по каталогам. Пока мы все жили в апартаментах, предоставленных Флетчером. Можно было бы переехать и в башню Крейна – фактически, теперь она была моим боевым трофеем, и даже вечно недовольная Герда ничего не имела против – но я не хотел заселяться в дом врага.

Зато его состояние мы с Гердой поделили надвое. По-моему, это было честно, учитывая, на чём он его нажил. Меня не очень интересовали деньги… но вот независимость от них – штука хорошая.

Юнджи и Джунсо постигали новый мир, и Люк с Сенатом радостно выступали в роли учителей. Ханагава, Алекс, старший и младший Флетчеры – все были при деле, и даже американцы из своей Америки пытались вскрыть сенсационные факты о том, кто в их правительстве повязан с демонами…

…да. Демоны. В том-то вся и загвоздка.

Если в бытовом плане всё было прекрасно, то эта угроза никуда не ушла. Демоны не очень-то боялись огласки; у них на всё были хитрые планы. И то, что пока они затаились, не означало… ровным счётом ничего.

Именно поэтому один из нас постоянно следил за Гердой, втайне от неё. Я не защищал её – даже напротив. Я был готов, что нам придётся её прикончить; Мать Рока не возникнет, если умрёт от руки не-светлого героя.

По крайней мере, так мне казалось. Неуверенность и не давала мне просто прикончить помеху и спать спокойно.

Ино Сонним. Здесь всё было получше – всё-таки, умерев и став привидением, она лишилась своих сил. Отдала их мне, если точнее. Сейчас она могла лишь витать и доставать всех жалобами, а меня – требованиями подыскать ей какое-нибудь тело. Но я отлично помнил, и кто она такая, и что она делала. В общем… пока я ещё размышлял на её счёт.

Виссарион. Вот тут всё было паршиво, и я не об обычном, родном Виссарионе, что приговорил меня к двадцати годам заточения в мире боевого гуро. Я о его «клоне», которого я создал.

Чёрт… наверное, даже я не ожидал, что этот кадавр, подобие живого существа, тоже будет бессмертным. Но – так оно и было. Не осознающий себя, не имеющий ни воли, ни разума, этот гомункул всё же нёс в себе частичку души настоящего Виссариона, и чёрт знает, к каким последствиям это могло бы привести. Оставлять демонам в мире боевого гуро такой подарок было бы полной глупостью, и я взял его с собой.

Но что делать с ним дальше?.. Убить – невозможно. Отпустить – тоже. В общем, пока я погрузил его в стазис. Меня очень интересовали светлые боги, которым поклонялись повстанцы… но они остались в том мире, и лезть туда снова я не хотел – вдруг выбраться во второй раз так легко не выйдет.

Ну и, конечно, самый злобный демон. Демон внутри меня.

…Виссарион был прав. Не так-то просто было его изгнать. Процесс только начался, я, что называется, выдавливал его из себя по капле.

Об этом я не говорил никому. Ни журналистам, ни военным, ни даже Люку с Сенатом. Кстати, о Виссарионе – о том, что оригинал жив и здравствует – я тоже им говорить не стал.

Что же до Тьмы… её было ещё много. Пока я держал её под контролем, отдавая себе отчёт в том, что это временно. Что нужно избавиться от неё раньше, чем она избавится от меня.

В остальном же… да, я погряз в рутине. Война с демонами ещё была в ближайших планах, но сначала хотелось устроиться, и устроиться получше.

В общем, интервью завтра. Те основные вопросы, на которые я ответил, только разожгли аппетит, и целый мир жаждал мне задать сотни вопросов помельче. И я готов ответить.

…отключив в Интерфейсе видео, я глянул на часы. Вечер. Завтра всё же важный день. Информация о демонах наделала шуму в обществе, наверное, больше, чем всё остальное, но многие не верят, обвиняют меня во лжи, популизме, спекуляции фактами. От того, что и как я завтра скажу, зависит то, примет ли мир правду о своих теневых кардиналах.

– Господин Готфрид?

Я развернулся от окна раньше, чем моё имя прозвучало до конца. В руке тут же возникла заветная монтировка; руны на ней светились то белым, то красным, пульсируя в удивительном узоре.

Сладковатый запах полился мне в ноздри резко; видимо, демон переместился быстро. Он стоял там, в красивом дорогом костюмчике, прилизанный, идеальная голливудская звезда – ещё один Вальтер, только чуть иной. На заводе их, что ли, штампуют?..

– Спокойно, спокойно, – холёный франт со смешком поднял руки. – Это мирные переговоры, господин Готфрид. Позвольте представиться – Прескотт.

– Ты отлично знаешь, Прескотт, что никакого мира между мной и вами быть не может, – заметил я, всё ещё держа его «на мушке» и обходя по кругу. – Все вы, ублюдки, знаете.

– Это было невежливо, господин Готфрид, – демонёнок продолжал улыбаться.

– Так и задумывалось, придурок, – улыбнулся я в ответ. – Ты же знаешь, что эта монтировка может убить тебя насовсем, по-настоящему? Не отправить обратно в Лимб, а просто растворить.

– О, да, мы осведомлены об этом, – кивнул Прескотт.

– И всё равно припёрся сюда?

– Это не объявление мира в конце войны, – пояснил тот, глядя мне в глаза. – Это… скорее, переговоры, чтобы прояснить статус кво.

Опустив монтировку – всё равно, если захочу прикончить его, на это мне понадобится секунды четыре – я пожал плечами.

– А что-то неясно? Это мой мир и он под моей защитой. Вы либо убираетесь отсюда вон, либо мы воюем уже в открытую, и где гарантии, что всё закончится в вашу пользу?

– Господин Готфрид, – покачал головой демон. – Вы сильны, конечно. Очень сильны. Но вы не представляете, какой силой обладает наша раса, сколько нас, и…

Я зевнул.

– Вы эгоисты. Раса тех, для кого личное благополучие важнее прочего. Вы никогда не суётесь в пекло лично – прости за каламбур.

– Он не смешной, – заметил Прескотт.

– Плевать. Вы сильны, но каждый из этих силачей будет думать – а вдруг мы победим ценой именно моей жизни, а? Оно мне надо? Вдруг именно меня монтировка страшного Артура Готфрида унесёт в небытие? И ради чего – ради одного мира из бесконечного множества?

Демон смотрел прямо на меня, не отводя взгляда.

– Значит, вы хотите, чтобы мы покинули Землю.

– Именно, – согласился я. – В конце концов, это и правда лишь один мир из множества. Вы как тараканы, вас невозможно вытравить отовсюду – но в своём доме я вас видеть не желаю.

Прескотт улыбнулся.

– Надо полагать, мнение окончательное, господин Готфрид?

Я пожал плечами.

– А сам-то как думаешь?

– Люди, люди, – Прескотт покачал головой. – Такие самоуверенные. Такие кратковременные.

Я глядел на него мрачно. Ох, допрыгаешься ты у меня со своими подколочками.

– Пусть так, – согласился я. – Ну а вы что предлагаете, ублюдки?

– Предлагаем? – улыбка демона стала ещё шире. – Кто сказал вам, что мы что-то предлагаем?

Он развёл руки в стороны, качая головой.

– Кто вы такой, господин Готфрид, чтобы мы предлагали вам что-то? Вы даже не Виссарион. Далеко не Виссарион!.. Я зашёл не предложить, а просто убедиться, что… вы ещё не готовы склониться перед нами.

Монтировка рванулась вперёд; фигура демона начала стремительно таять в воздухе, но – недостаточно быстро. Удар; Прескотта задело только по касательной, но всё-таки задело. Короткий вскрик… и окончания его я не услышал, потому что демон уже пропал из помещения.

Успокоиться. Не дать снова вскипеть клокочущей внутри ярости; успокоиться и остыть. Демонические ублюдки получат своё только в том случае, если я останусь человеком.

Это всегда действовало. Жажда крови успокаивала саму себя, попавшись в хитрый парадокс: чтобы утолить желание убивать, нужно было временно уснуть, дать себе остаться человеком. Впрочем… сейчас она и так могла быть довольна. Даже если мой удар и не стёр Прескотта из реальности насовсем, то точно его искалечил. Мелкому бесу много ли надо?..

Итак. Они приходили… проверить меня. Они уверены в себе, и ошибки прошлого ничему их не научили.

Успокоившись, я улыбнулся. Демоническое высокомерие. От него не избавиться даже умнейшим из них, и это играет с ними злую шутку. Не демон – значит, недостоин.

Нет, правда. Силы Светлых ведь работали! Более того – там, в мире, контроль над которым был у демонов, они защищали их, не давали забирать себе души. Вот только от какого же источника они работают, эти силы, и где их взять?..

Я не верил в светлых богов. Во всяком случае, в том виде, как они описаны во всевозможных легендах. Но, возможно, в каком-то виде они всё-таки существуют. Итак…

…шаги за дверью. Кто-то бежал в сторону моей комнаты. Нет, не демоны – это явно был человек. Стук в дверь – тот, кто прибежал сюда, заколотил с такой силой, будто хотел разбудить мёртвого.

– Не заперто, – сообщил я ровным голосом. Монтировка так и оставалась в моей руке. На всякий случай.

Дверь распахнулась. На пороге стоял Август с глазами, вылезшими на лоб.

– Артур!.. – выдохнул он. – Тебе нужно это видеть! Новости, включи новости, срочно!..

А?

Похоже, момент для визита демоны подобрали не случайно. Хотели меня отвлечь, или просто определялись со стратегией?..

Моргнув, я приказал Интерфейсу снова запустить новости. Миг – и перед моими глазами возник ведущий. Лицо было взволнованным и серьёзным

– …сообщают все доступные источники, – сообщил ведущий, – это происходит не только в России, но и по всему миру.

Да что происходит-то? Я воззрился на карту, выведенную сбоку от ведущего.

– Божественное это вмешательство, или демоническое, как утверждают многие в последние недели, а может, аномалия природы, – ведущий поправил галстук, – но факт остаётся фактом. Прямо сейчас, на наших глазах Туман попросту исчезает с планеты Земля.

Глава 2

Туман исчез?

Ну, ладно. Не исчез. Исчезает в настоящий момент, и исчезнет окончательно где-нибудь часа за два, если продолжит убывать с текущей скоростью. Может, за три.

Так или иначе, демоны сделали свой шаг.

– Что это значит? – Август поглядел на меня, тяжело дыша. – Мы победили? Они уходят из мира, сворачивая свои вещички?

Я медленно сцепил руки за спиной и зашагал к окну. Отсюда, конечно, был виден только самый краешек Тумана – где-то на границе жилой и нежилой частей города – но да, даже так я мог видеть, как белое марево отступает, как море во время отлива. Незабываемое зрелище…

– Думаешь, это капитуляция? – усмехнулся я. – Август, ну подумай головой. Это объявление войны.

– Но…

– Они не смогли убить Герду, – я обернулся к парню, – а значит, и активировать себе через неё полный доступ к панели управления этим измерением. Пока не смогли, заметь… кстати, кто с ней сейчас?

– Алекс и то привидение, – отозвался Август.

Я кивнул. Алекс – это надёжно; кто знает, что ещё наши черти рогатые выкинут, пока все отвлеклись на новую сенсацию.

– Но демоны, – продолжил я, – предусмотрительные гады. Они никогда не опираются на только один план. Не вышло с Матерью Рока? Уберём Туман.

– Так а… разве это плохо? – растерялся Август. – То есть, да, Туман это источник доходов, ресурсы, но ведь это ещё и новые земли! Люди вернут то, что потеряли…

Я хмыкнул.

– Ты сам всё сказал. Туман – это источник доходов и ресурсов, особенно теперь, когда просуществовал на Земле четверть века. Это игла, слезть с которой невозможно. Если бы он исчез тогда, через год или два после появления – все бы ликовали, но сейчас…

Первое правило любой войны: устрой панику в стане врага, и ему будет не до тебя. Да все миллионеры, корпораты и олигархи Земли сейчас с потрохами продадут свою родную планету, только бы демоны вернули им отнятое!

И, конечно же…

Телефон зазвонил как раз в тот момент, когда я об этом подумал. Обычный, не Интерфейсный телефон – всё-таки не слишком удобно, когда что-то звонит внутри твоей головы, мешая думать.

– А вот и твой отец, – заметил я, откладывая в сторону пресвятую монтировку и беря смартфон.

– А? – не понял Август.

– Давай угадаю, – хмыкнул я. – Первое, что он спросил – «Готфрид, это твоих рук дело?»

Поиграв бровями, я включил громкую связь.

– Готфрид! – голос Флетчера-старшего был взволнованным и быстрым. Кажется, каждая секунда теперь стоила для деловых людей очень, очень дорого. – Готфрид, это твоих рук дело? Ты как-то связан с тем, что происходит?

Я поглядел на Августа с непередаваемой иронией во взгляде; тот лишь поднял руки, мол, убедил.

– Сам ещё не знаю, Вульф, – отозвался я в телефон. – Очень может быть, что да, но для меня это точно такая же неожиданность, как и для всех остальных.

Если, конечно, умолчать о том факте, что я ждал подлянки от демонов. Не этой конкретно, но… какой-то и в скором времени. И, кстати, честно предупреждал об этом всех, кто был готов слушать – включая и тебя, Флетчер.

– Тогда в каком смысле «да»? – потребовал Вульф. – Говори яснее, пожалуйста!

Ну, по крайней мере, волшебное слово не забыл. Нужно заметить, что после той демонстрации своих способностей, что я устроил, все в родном мире… стали на порядок вежливее. По отношению ко мне, во всяком случае.

Я пожал плечами.

– Очень просто, Вульф. Я предвидел, что демоны сделают свой шаг. Понятия не имел, какой именно. Теперь – знаю. Они забрали своё имущество из общего пользования.

Молчание. Флетчер думал пару секунд, а затем уточнил:

– Но ведь это не значит, что они просто собрались и…

– Нет-нет-нет, – запротестовал я. Сговорились вы, что ли? – Это значит только то, что они что-то задумали, и им для этого нужно, чтобы люди были сговорчивее.

Улыбка вновь сошла с моего лица.

– Послушайте, – заговорил я прежде, чем Флетчер что-то ответил мне, – вы лучше меня разбираетесь в мире современного бизнеса, Вульф. Можете хотя бы примерно спрогнозировать, чем исчезновение Тумана обернётся?

С той стороны донёсся короткий и грустный смешок.

– Готфрид, не будьте ребёнком! Весь мир сейчас пытается это спрогнозировать, но вряд ли у кого-то удастся.

– Слишком глобально, слишком непредсказуемо… – пробормотал я. – Но хотя бы первые последствия вы назвать мне можете?

– Как и во время любого крупного кризиса, – отозвался Флетчер. – Паника, обвал цен, массовые сокращения, закономерные падения и кратковременные взлёты…

– …расцвет теорий заговоров и сект, волна самоубийств, разброд, шатания и внеочередной Грушинский фестиваль, – закончил я. – Выражаясь короче – хаос. Именно то, что нужно любому захватчику перед нападением.

***

– Ну, вот, – констатировал я, оглядывая собравшихся. – Все на месте.

Все, кого я хотел здесь видеть, во всяком случае. Приглашать на срочный совет полудемона, призрак демонопоклонницы или тринадцатилетку я не собирался, а вот другие… могли мне пригодиться.

Люк и Сенат. Не самого большого ума, зато имеют богатый опыт общения с демонами.

Алекс – просто хороший стратег. Да, мы с ним до сих пор недолюбливали друг друга (то, что было – не забудешь за неделю), но всё же были на одной стороне.

Профессор Ханагава. Полный ноль в демонах и иных мирах, зато гений. Кроме шуток! Никогда не знаешь, что придёт в голову гению. К тому же, совмещение магии и земных технологий – его конёк.

Август. Ну… ладно, он здесь только затем, чтобы чувствовать собственную значимость. Хотя как знать – иногда и за ним бывают хорошие идеи. Вдруг что посоветует. Вот его отца тут не было – пусть думает о бизнесе, пока я буду думать о подготовке к войне.

И Юнджи. Честно, я и не подозревал, какой талант скрывался у меня за спиной. Засечь меня ещё в том городишке, но ничем не выдать в течение недели… Ладно, девочка была взрослее, чем я думал.

А ещё у неё был определённый стержень. Тот же Джунсо пошёл за мной, потому что… ну, я показал свою силу. А потому стал его кумиром. Глядя на меня, он надеялся стать таким же сильным, но о сторонах, о добре или зле – не задумывался.

Я не прогонял его. Я всем ученикам дал шанс уйти со мной или остаться; каждый выбрал своё. Из Джунсо ещё в будущем может получиться человек, но вот Юнджи… она уже сейчас понимает больше, чем подавляющая масса жителей их гнилого мирка.

Ханагава щёлкнул пультом; экран зажёгся, и перед нами возникло лицо Эмбер Кросс, усталое и хмурое. У них же там сейчас ночь, да?

– Привет, Эмбер, – кивнул я. – Ты вовремя – мы как раз собрались. Что там у вас в Америке?

– Примерно то же, что и у вас в России, Готфрид, – отозвалась она, оглядывая собравшихся. – Паника, хаос. Уже сообщили о парочке случаев стрельбы в супермеркетах.

Я криво улыбнулся. Нехорошо. Нет, я понимал, что человечество сильно зависит от Тумана, но… слишком быстро всё происходит. Слишком стремительно мы катимся в тартарары. Можем не успеть выдумать что-нибудь в ответ.

– Что ж, – я сложил руки перед собой. – Думаю, все уже поняли, к чему идёт эта нехорошо пахнущая ситуация?

– Демоны готовятся к войне, – подтвердил Алекс. – К гадалке не ходи.

Все кивнули.

– Вопрос, – я оглядел всех, – в деталях, в методах действий. Может, демоны выждут, пока общая паника достигнет своего пика – и пошлют сюда очередных Мастеров и других шестёрок из покорённых миров, умирать и убивать. А может, явятся к политикам и бизнесменам и сделают выгодное предложение за то, чтобы те сами сдали им мир…

– Среди этих лживых говнюков полно тех, кто у демонов на зарплате, – поморщилась Эмбер. – Ральф и Джеб только начали своё расследование, но уже вскрыли парочку моментов…

– Капля в море, – согласился я. – Большинство просто не дадут себя раскрыть – а найти их случайным образом, не зная, что именно ищем, не получится. Но дело не в этом, а…

Я хрустнул пальцами.

– В войне.

– У нас вообще… есть хоть какие-то шансы? – Ханагава поправил очки. – В открытом противостоянии, я имею в виду.

Я криво улыбнулся.

– Профессор, почему бы не спросить у тех, кто знает лучше? Люк, Юнджи?

– Если драться… шансов нет, – мрачнее тучи, заговорил Люк. – Артур великий воин, и мы с Сенатом опасны для демонов. Но три, тридцать или даже триста солдат – ерунда.

Я покивал. Парень прав, ни прибавить и ни убавить. Половина из собравшихся здесь надерёт демонам, а тем более, их шестёркам зад в любой стычке один на один, или даже один на десять. Но выигранная драка – даже не сражение! – никак не скажется на фоне войны.

– Я не помню, как это было у нас… – неуверенно протянула Юнджи. Мой мир всё ещё был для девушки в новинку, и она чувствовала себя тут не в своей тарелке. Впрочем, она старалась. – Я знаю то время только по легендам.

– Легенды тоже источник информации, – попытался приободрить её профессор. – Тем более, им всего… сколько там? Двести лет?

– Вроде того, – согласилась девушка.

– Ещё не успели обрасти мифами и украшениями, – кивнул японец. – Итак?..

– Когда Вели… – Юнджи поморщилась. – Когда демоны пришли в наш мир, большинство купилось на их трюки… Но было же и сопротивление.

– И где оно теперь? – Эмбер взглянула на девушку. Кажется, она так и не начала доверять ей до конца. Что ж, разумно. – Прячется по лесам?

– Смотри на это с иной стороны, – заметил я. – Оно выжило спустя два века.

– Хочешь, чтобы и человечество стало кучкой маргиналов, находящихся на своей же планете на незаконном положении? – Эмбер перевела взгляд на меня.

– Хочу понять, – медленно, вкрадчиво произнёс я, – что это за светлая сила – или не светлая, а совершенно нейтральная – позволила им противостоять демонам, пока весь остальной мир прогнулся под них и принял их законы.

Вот он – ключевой вопрос. Как и мы сами, Светлые из родного мира Юнджи были сильными бойцами. То, как их чемпион прикончил настоящего мастера Муна, доказывало это. Они умели творить магию, тогда как остальной мир владел лишь Силой. Они могли защищать свои души от влияния демонов. Наконец, именно светлый жрец преобразовал мою монтировку…

…но их – как и нас – было критически мало.

Положение подпольных партизан на родной планете меня определённо не устраивало – как и всех остальных. Если светлой силой овладеют единицы – толку от этого, конечно же, не будет. Но вот если эта сила снизойдёт на весь мир…

Это уже будет выглядеть весомым аргументом.

Осталось найти эту силу и выяснить, чем она является. Сказать. Конечно, проще, чем сделать, но я проворачивал и не такие хитрые планы.

– Профессор, – повернулся я к учёному. – Вы ведь уже получили первые результаты?

– Осмотр, эээ, монтировки? – Ханагава тут же подобрался, поправив очки. – Да, результаты прошли успешно. Исходящая от неё энергетика не похожа ни на что, известное нам раньше…

Ещё бы она была вам известна, если всё, известное раньше, исходило от демонов.

– Воссоздать возможно? – я сцепил руки в замок, глядя на японца.

– Слишком мало, – покачал тот головой. – И слишком много примесей. Мы пытаемся, но…

Вы пытаетесь. Пытаетесь вы. Я до сих пор не уверен, что Университет Плутающих полностью очищен от демонов и повязанных с ними, но вы – пытайтесь.

Повисло молчание. Все смотрели на меня; оно и понятно – я лидер, мне и принимать ответственные решения. Что ж… кой-какие мысли уже зрели в моей голове. Встав из-за стола, я открыл сейф, стоящий рядом, и извлёк оттуда содержимое – а затем выложил его перед всеми.

– Портальная пушка? – Эмбер подняла бровь.

– А она будет работать? – уточнил Август. – Ведь, получается, она тоже работала от Тумана, соединяя миры, в которых он есть…

– Совершенно верно, – подтвердил я. – Она не работает, и даже внутри нашего мира не сможет никого переместить.

Все смотрели на меня, ожидая более подробных пояснений. Ладно.

– Что до меня, – я вновь сел и откинулся на спинку, – то я могу открыть портал в другой мир… случайным образом.

– Так что, как раньше работала установка? – профессор воззрился на меня.

– Практически, – согласился я. – Открывать двери – могу. Сортировать миры – нет.

Профессор, не подведи. Я силён в магии, но техника – твоя стезя.

– Ваша задача, – поглядел я на японца, – как бы это… вывернуть портальную пушку наизнанку.

– Что?.. – не понял Август. Судя по выражению лиц, все остальные тоже не поняли, что я имею в виду… кроме профессора.

– Отбирать только миры без Тумана? – поглядел он в ответ.

– Именно, – кивнул я. – Энергии Света у нас мало, зато энергии Тьмы – предостаточно. Соединить пушку и мою магию; дать мне ориентир, который будет открывать двери лишь в те миры, которые не захвачены демонами.

– Ладно, – нетерпеливо бросила Эмбер. – И что дальше?

– А дальше мы найдём этот Свет, – ответил я. – Будем делать короткие вылазки. Один мир, другой мир. Надолго покидать Землю нельзя – демоны могут этим воспользоваться.

Все призадумались. Моё предложение было тем, что стоило обдумать.

– А если это миры, в которые демоны просто не успели прийти? – заметил Люк.

– Встретятся и такие, почти наверняка, – согласился я. – Но… почему-то мне кажется, рано или поздно мы наткнёмся на миры, защищённые от них. Те, которые знают, как это сделать… и которые могут донести это знание до нас.

Я искренне надеялся, что изжил Тьму внутри себя достаточно, чтобы попасть в подобные миры.

– Итак, – я поглядел на профессора. – Сможете это сделать?

Ханагава почесал седой затылок.

– Гарантировать не могу, но… шансы хорошие.

– А сроки? – уточнила Эмбер.

– Скажем так, – кивнул профессор, – если я не справлюсь за сутки – то не справлюсь вообще.

Я кивнул.

– Все слышали профессора, – сообщил я. – Значит, надеемся на лучшее и готовимся к вылазкам.

Совещание не прекращалось; нам ещё было что обсудить – и что я скажу на завтрашнем интервью (где все вопросы наверняка будут об исчезновении Тумана), и чем займутся американцы, и так далее…

Но основной курс, однако, был уже намечен.

Главное – чтобы не подвёл профессор.

Глава 3

Разумеется, две недели – слишком мало, чтобы постичь чужой мир, настолько отличающийся от собственного.

Всё здесь было Юнджи в новинку. Да что там – сама идея того, что миров не один, а бесконечное множество, что между ними можно перемещаться, была для неё чем-то новым, совершенно внезапным. Она не жаловалась и не подавала виду – уйти сюда вместе с учителем было её собственным выбором. Но… всё же тяжело быть новичком, незнакомым со всем, что тебя окружает. Чуждая магия, чуждые обычаи. Косые взгляды со всех сторон.

Так что, в каком-то смысле, Юнджи была даже рада тому, что они отправляются в иной мир – пусть даже и временно. Понятно, что это будет не её родное измерение. Но, возможно, оно будет похоже на него – в хорошем смысле. Чище воздух, меньше этих странных машин и высоких домов, уходящих в небеса. Меньше шума и суеты.

А даже если нет… что ж, по крайней мере, так они все будут на равном положении. Не она одна окажется новичком.

– Все готовы? – Артур – было немного непривычно называть так учителя – оглядел группу. – Если кто-то что-то забудет или, допустим, не выключит утюг, возвращаться мы не станем.

– Все всё взяли, – хмуро отозвался Алекс. – Аптечка, сухпаёк, оружие и так далее по списку. Ты уверен, что нам нужно собираться туда как в длительный поход?

Артур пожал плечами.

– Был бы уверен – мы шагали бы налегке. Да, по плану у нас там приключение на двадцать минут, вошли и вышли, но кто знает, чем это обернётся на практике?

Вот уж точно. По плану отца, Юнджи должна была уехать в тихий, сонный городок на окраине страны и там изучать боевые искусства под руководством мастера Муна. Настоящего мастера Муна, из Школы Позвоночного Меча. И где она теперь?..

Мысль об отце чуть пронзила её. Она ведь уже никогда его не увидит, так?..

Впрочем, пусть. Она сама решила уйти из того мира. Что с ним будет после того, как Сила обратилась в ничто? Может, он вообще погибнет?

– Напоминаю ещё раз, – продолжал Артур. – Переводчик Интерфейса работает от Тумана, а значит, в том мире он вам не поможет. Единственный способ понимать местных – это магия, а единственный её источник – это я. Держаться возле меня и не разбредаться – вот принцип тех, кто не хочет попасть в неприятности.

– Мы поняли, поняли! – сообщил Август. – Ты это повторил за сегодняшнее утро уже раз двадцать!..

Новое пожимание плечами. Учителю, видимо, нравился этот жест.

– Возможно, я бы повторял меньше, будь с нами Люк или Сенат, а лучше – оба. Но мы все знаем, почему их с нами сегодня не будет…

Конечно же. Кто-то должен охранять ту вздорную девицу, Герду. Юнджи плохо разбиралась в мире Артура Готфрида, но это поняла сразу: если не уследить за ней, то этот мир превратится в подобие её собственного, в худшем проявлении.

Изначально охранять её должны были Сенат и Август. Но паренёк так сокрушался, что ему до сих пор не выпало шанса узреть другие миры, что Артур плюнул и поменял их с Люком местами. О чём сейчас, кажется, слегка жалел.

Итак, их четверо. Учитель. Алекс, Август – и она.

– Давайте уже… просто войдём туда, а остальное увидим на месте.

Она сама боялась того, как твёрдо и, может быть, дерзко звучит её голос. Учитель ведь всё ещё… учитель. Может ли она обращаться к нему вот так запросто, на равных, как остальные?

И тем не менее, Юнджи казалось, что быть баластом, вечно младшей в команде – ещё хуже. Хотелось… доказать, что она не бесполезна, что она не зря шагнула сюда, в этот мир. И Артуру Готфриду, и… самой себе.

– И то верно, – Артур хлопнул в ладоши. – Здравая мысль. Чем затягивать всё на год, давайте начинать.

Его рука сжала устройство – «портальную пушку». Эпитет «странная» так и приходил на ум, но для Юнджи в этом мире всё было странным. Так что почему бы и нет? Нажатие – и белое пятно портала раскрылось в воздухе, прямо перед ними.

– Эээ… дамы вперёд? – неловко кивнул Юнджи Август – кажется, от волнения.

– Я тебе дам, дамы вперёд, – ровно отозвался Артур. – Вперёд иду я. Алекс замыкает процессию. Вы в середине, и будьте настороже.

– Да-да, знаем-знаем, – кивнул Алекс. – Мы можем оказаться где угодно. В гуще боя, в океане, в логове дракона…

– Вот поэтому ходить по другим мирам лучше с Люком, – пробормотал Артур – и шагнул вперёд.

Миг – и его фигура скрылась белом свечении. Пару секунд стояла тишина, а затем изнутри раздался голос учителя:

– Всё чисто, заходите.

Переглянувшись, Август и Юнджи шагнули в портал; Алекс последовал за ними, и всё вокруг поменялось.

– Выглядит довольно мирно, как по вам? – Артур стоял посреди широкой каменной дороги. – Ни раскалённой лавы, ни бездонной пропасти… даже людей не видно, которые могли бы принять нас за тёмные силы и сжечь на костре.

***

Широкая каменная дорога выглядела на удивление мирно. Нет, правда – я ожидал увидеть что-нибудь куда более опасное, но некая неведомая сила словно специально забрасывала меня в спокойные, тихие места.

Как знать? То, что я ничего не знал о существовании такой силы, не мешало ей быть реальной. Может, она и есть. А может – совпадение.

Все трое моих спутников оглядывались по сторонам, оказавшись в новом месте. Отправлялись из Питера мы ранним утром; здесь же, судя по положению солнца, стоял день. Впрочем… солнце здесь хотя бы одно, и цвет совпадает с нашим – и то хорошо. Профессор пересказал мне их собственные злоключения довольно красочно.

Вокруг простирался лес, но не слишком густой и довольно тихий – естественное дело, когда где-то неподалёку живут люди. Выйдя на середину мощённой камнем дороги, я посмотрел в одну сторону, посмотрел в другую…

– Туда, – определил я, ткнув пальцами в одну из сторон. – Там лес редеет, значит, скоро выйдем к человеческому жилищу.

На самом деле, это было лишь предположением. Лес мог перетечь во что угодно… но спустя час с небольшим пути он действительно начал редеть, и я увидел, что не ошибся.

– Наконец-то! – возликовал Август. Он первый раз пересекал границу миров (поход в Туман не в счёт), для него это было долгожданным и волнительным приключением – а часовой поход по совершенно обычному лесу в понятие о приключениях вписывался плохо. – Смотрите, там, впереди!

Впереди… действительно что-то маячило. Высокое, каменное… но отсюда было не разглядеть.

– Похоже на… – сощурился Алекс, чуть подавшись вперёд. – На… На… Да хрен его знает, на что оно там похоже.

– Это не город, – заметила Юнджи. – Слишком мало строений. Возможно, какое-то мелкое поселение, или…

– Или некое здание, стоящее на отшибе, – заключил я. – Гадать можно долго, но наверняка мы это узнаем лишь тогда, когда подойдём. Не тормозите.

Погода баловала теплом, но не жарой; идти по удобной дороге – одно удовольствие. Знать бы ещё, куда, потому что если поход на природу с хорошей компанией окажется единственным плюсом этой вылазки – это будет обидно. Может, всё же стоило не поддаваться на уговоры Августа и взять с собой Люка?..

Путь к загадочному объекту вдали продолжился. Очень могло оказаться, что нам туда и не нужно вовсе, но… с чего-то стоило бы начинать.

– Как бы эти развалины не оказались пустышкой, – вздохнул Алекс. – Наша задача… очень расплывчата. Пойти туда, не знаю, куда, найди то, не знаю что.

Да, это и правда были развалины – отсюда я уже чётко видел это. Кажется… какой-то храм или что-то в этом роде.

– А скорее всего, окажутся, – отозвался я. – Найти что-то ценное с первого раза, не имея никаких ориентиров, очень сложно.

Дорога резко пошла вниз.

– Но мы попытаемся узнать хоть что-то, – продолжил я. – Вернуться домой можно будет в любой момент. Судя по тому, что перед нами какой-то полузаброшенный храм, местных жителей мы или не встретим вообще, или это будут какие-нибудь достаточно примитивные поселяне, разговорить которых не составит большого…

– Учитель, сзади что-то приближается! – перебила меня Юнджи.

…два автомобиля проехали мимо нас на большой скорости, даже не притормозив – мы только-только успели отскочить на обочину.

– Примитивные поселяне, говоришь? – выразительно поглядел на меня Алекс. – Это они только что пронеслись?

Действительно. Если так призадуматься, то дорога какая-то слишком гладкая для средневековой, в воздухе вокруг разлит отчётливый запах бензина, а там, в небе – что-то похожее на след от самолёта…

Я развёл руками.

– Значит, не поселяне и не примитивные. Тем лучше – больше смогут рассказать. Идёмте!

…чем ближе мы подходили к развалинам храма, тем очевиднее становилось то, что примитивными поселянами тут и не пахло. Вокруг территории было натянуто ограждение из полиэтиленовой ленты; снаружи были припаркованы три микроавтобуса и две легковушки – именно они и проехали мимо нас недавно. Пара человек маячила у входа в храм, что-то рассматривая; остальные, кажется, были внутри. Нас пока не заметили, но подойди мы чуть ближе – и прятаться бы стало тяжеловато.

– Это что… место преступления? – уточнил Август, прищурившись.

– Скорее, раскопки, – заметил я. – Думаю, эти древние развалины действительно древние.

– Ну, не знаю… – протянул Алекс с непередаваемой иронией. – Когда я осматривал склеп твоей семьи, со стороны это тоже было похоже на раскопки. И три свежих трупа внутри.

Я мрачно поглядел на него. Уж кто бы говорил про мою семью… Видимо, почуяв, что он ляпнул что-то не то, Алекс заткнулся.

Впрочем, долго тишина не продлилась – именно в этот момент нас заметили.

– Эй! – от стен здания отделилась фигура в очках. – Прошу прощения, это место археологических раскопок, посторонним здесь нельзя находиться! Я бы попросил вас…

Ага, отлично, значит, магический переводчик работает хорошо. А что касается остального…

– Ага! – я широко улыбнулся, скидывая с плеч рюкзак. – Значит, мы добрались по адресу.

Мои спутники смотрели на археолога довольно спокойно. Кажется, они уже сообразили, что будет дальше.

– Простите? – растерялся учёный. Это был типичный кабинетный ботаник – чуть за пятьдесят, но уже начинающий седеть и лысеть, тщедушный. Никаких героических археологов из приключенческих фильмов – просто близорукий интеллигент с кисточкой в руках.

Я щёлкнул пальцами. Тут много магии не нужно – только чуть-чуть доверия, чуть-чуть ложных воспоминаний и поменьше скептицизма.

– Вас разве не предупредили? – я продолжал улыбаться. – Я из комиссии по оценке древностей. Мы услышали о ваших успехах, решили заглянуть и убедиться лично.

– Да?.. – пробормотал археолог, застывая на месте. На лице учёного повисло ощущение задумчивой растерянности; он снял очки и принялся часто моргать. – А… вы уверены?

– Уверен ли я, где работаю? – удивился я. – Не верите мне – спросите у своих коллег.

Алекс, Август и Юнджи синхронно закивали, подтверждая мои слова.

– Если этот объект, – заметил Август, – так ценен, как мы думаем, то вы станете известны.

– О! – учёный расцвёл. – Вы не будете разочарованы. Это настоящая жемчужина, уникальная находка времён Передела. Прошу вас, идите за мной!

Он снова надел очки; от былых сомнений не осталось и следа.

– Дай человеку то, во что он захочет поверить, – хмыкнул под нос Август. – Отец часто это говорит, и вот – пригодилось.

Ну, кроме археолога, здесь были и другие учёные. Я разослал во все стороны всё тот же магический импульс. Никакого сильного вмешательства – просто пусть поменьше обращают на нас внимание, а когда мы уйдём – и вовсе забудут о нашем визите. А пока…

– Прошу прощения, – вежливо улыбнулся я, – как к вам обращаться?

– Профессор Джонс, – представился в ответ археолог.

– …Индиана? – вырвалось у меня?

– Что? – не понял Джонс.

– Индиана Джонс?

Ну, а что. Тоже археолог. Пошло бы.

– Эээ… нет, – чуть удивился тот. – Маркус Джонс, профессор археологии в Лертонском Университете…

– Профессор Джонс, – не дал я ему пуститься в перечисление регалий, – расскажите, пожалуйста, побольше об этом храме.

Мы вошли под своды древнего строения. На меня это производило не слишком-то больше впечатление – я в своей жизни видел и поинтереснее места – а вот моих спутников, кажется, пробрало. Они глазели по сторонам; Август даже рот приоткрыл.

Остатки мозаики на полу. Большие провалы длинных, высоких окон – если здесь и были стёкла, то очень, очень давно. И обломки статуй по стенам.

– О! – вновь напал на свою тему профессор Джонс. – Это очень, очень большая удача. Строение времён Передела в таком состоянии…

– Скажите, а почему вы нашли его только сейчас? – уточнил Алекс. – Оно ведь всё время тут стояло. Не из-под земли же вы его вырыли.

– Ну, это довольно очевидно, – Джонс, судя по тону, был недоволен, что его перебили. – Практически все археологические объекты, расположенные на территории Анкирского Союза, были недоступны до недавнего времени из-за закрытых границ, а сами анкирцы больше интересовались военными технологиями, чем…

– Профессор, – улыбнулся я. – Меньше политики. Больше истории.

– А! Да, конечно, – в голос Джонса вернулось благодушие. – Разумеется. Итак, эпоха Передела. Большинство объектов того времени сохранились намного хуже – в основном, из-за… самой эпохи Передела как таковой. Масштабные войны, которые дошли до нас только в виде легенд и мифов, имеют под собой вполне реальный прообраз, и здания того времени пострадали от них.

– Мифов и легенд? – уточнила Юнджи.

– Мы не относимся к ним как к документальному материалу, – отозвался Джонс, – но и отбрасывать в сторону столь аутентичный источник тоже было бы глупо. Все мы помним ещё со школьной программы эти легенды о Тёмных Веках, когда планетой правили демоны…

Оп. Я резко заткнулся и жестом велел остальным сделать то же самое.

– …о снизошедших богах, которые явились, дабы одолеть тёмные силы… Стандартная мифология, конечно же, но она отражает быт тех времён. Возможно, речь идёт о легендарных правителях-прогрессорах, с приходом которых жизнь стала легче, и которых со временем стали обожествлять; так или иначе, – профессор Джонс обвёл рукой останки статуй, – мы считаем, что это место – храм, в котором поклонялись тем самым «богам».

Он показал пальцами кавычки.

– Кажется, от статуй мало что осталось, – осторожно заметил я. Мы натолкнулись на что-то интересное, и я старался не спугнуть удачу. – Эти обломки… у них даже голов нет.

– Юноша, – нахмурился профессор, – не говорите чуши. Даже покрой одежды или предметы в руках могут дать материал для сотни диссертаций! Глядите, у этой статуи в руках свиток. Это уже говорит о том, что в те времена была развита письменность!

На мой взгляд, было больше похоже на планшет. Но профессору, конечно же, виднее.

– И потом, сам факт искусства тех лет! – учёный был в полном восторге, а четыре внимательных слушателя – именно то, чего ему недоставало по жизни для полного счастья. – Например! Обратите внимание на рост статуй. Разумеется, «боги» были обычными людьми, нашего с вами размера. Но тот факт, что потомки воплощали их в таких масштабах, говорит об уровне почитания и о том, что через подобную форму было принято выражать почтение…

Мы завернули за угол.

– Кстати, о лицах! – просиял профессор. – Как вы можете видеть, эти несколько статуй пострадали меньше всего, и у них даже были целы головы…

О, мы заметили. Наши лица вытянулись при виде… художества. Моё лицо, лицо Алекса, лицо Юнджи. И только Август ничего не понял.

– Э… что такое? – с удивлением посмотрел он на нас. – Вы будто призрака увидели.

– Виссарион… – не сговариваясь, выдохнули мы трое, глядя на одну из сохранившихся статуй.

А может, всё-таки хорошо, что ни Люк, ни Сенат сейчас не видят этого?

Глава 4

– Ви… кто? – изумился профессор Джонс, оборачиваясь на нас.

Что ж, на моём лице играла такая мина, будто я откусил кусок от лимона на полном ходу. Виссарион и тут прописался! Мало было мне его живого (и, между прочим – живого вопреки всем моим усилиям!), так теперь ещё и роскошная возможность созерцать его в виде статуи.

Юнджи и Алекс знали моего учители куда как меньше по времени – но, кажется, за этот короткий срок он и у них успел оставить тёплые, душевные воспоминания. Они скривились не меньше моего. А вот Август просиял.

– В смысле, тот самый Виссарион? Который…

– Тот самый, – с замогильной мрачностью подтвердил я.

– Но это же прекрасно!

– В самом деле? – тем же тоном уточнила Юнджи.

– Да! Это значит, что мы обнаружили зацепку, которая поведёт нас по верному пути!

– Я бы по такому пути не шёл, – заметил Алекс. Тем же тоном, разумеется.

В этот момент включился почти забытый нами Джонс.

– Простите, я не вполне понимаю, о чём вы ведёте речь…

О. Точно. Ты же ещё стоишь тут и смотришь всю эту сцену. Ладно, пожалуй, не стоит разрушать тебе иллюзию того, что всё идёт по плану. Я натянул на лицо улыбку – сейчас это было чуть сложнее обычного – и повернулся к нему.

В конце концов, Август прав, так? Нравится мне Виссарион или нет, но его статуя здесь – не случайность. Я хотел зацепок – я их получил, причём с первой же попытки!

– Извините, профессор, – пара секунд понадобилась мне, чтобы совладать с собой, и вот я уже снова сама вежливость. – Это… просто статуя напомнила нам…

– …общего знакомого, – подсказал Алекс.

– Да. Именно.

– Очень неприятного знакомого, – добавила Юнджи.

– Что ж, – профессор Джонс поправил очки, глядя на нас с толикой профессионального снобизма – мол, дилетанты, что с них взять, – полагаю, если только у вашего знакомого не было возможности проживать и действовать в этих землях около двенадцати тысяч лет назад, то натурой для статуи послужил не он.

Мы переглянулись. Непередаваемое ощущение.

– Разумеется, – учтиво ответил я. – Но, может быть, вы – как специалист – знаете о натуре для статуи больше нас? Раз уж тут сохранилось лицо, возможно, вам известно, кто это…

– О, – большего профессору и не нужно было. – У нас есть две основные версии по этому поводу. Одни мои коллеги утверждают, что это Биссар-аб-тан, в мифах древних – легендарный покровитель военного дела.

Ну, вот она, зашоренность в чистом виде. Не будь он таким предубеждённым против «ничего не знающих дилетантов» – сразу бы подметил схожесть имён «Виссарион» и «Биссар-аб-тан». Но мы же незнайки и говорим о каком-то знакомом, зачем прислушиваться или задумываться?

Вот Ханагава бы это подметил. Он достоин звания профессора, а ты – нет. Отныне будешь просто Джонс.

– А вторая версия? – мило улыбаясь, уточнил я.

– Фассарабонт, – отозвался просто Джонс. – Военачальник при легендарном царе Макрасабале. Лично я придерживаюсь этой версии; поглядите на застёжку плаща у статуи, и вы увидите характерные узоры, присущие именно культуре эпохи Макрасабала. А также предметы в руках, что указывают на…

Мы все опять переглянулись. Серьёзно? Неужели вы, археологи, настолько узколобы, чтобы не видеть даже схожести имён?

– Простите, – поднял руку вверх Август, – может, я плохо разбираюсь в точных исторических науках… но это не может быть один и тот же человек? Биссар-аб и Фассаработ…

– Биссар-аб-тан и Фассарабонт, молодой человек! – повысив голос, поправил просто Джонс. – И не держите специалистов за дураков, прошу прощения, на минуточку. Да, определённая схожесть в фонетике имён действительно присутствует, однако она объясняется просто – общими языковыми мотивами культуры. Фассарабонт жил и действовал спустя триста лет после возникновения первых легенд об Биссар-аб-тане. Для того, чтобы быть прообразом этого божества, ему нужно было быть крупным долгожителем!

Ох. Что ж ты так разволновался, Джонси? Так весь эффект насмарку пойдёт. Между тем, обсуждаемая тема… занимательна.

Я послал в сторону учёного ещё один телепатический импульс. Спокойно, спокойно… Не волнуйся и будь послушнее.

– Расскажите нам побольше о Фассарабонте, пожалуйста, – вежливо попросил я, когда морщины на лбу просто Джонса разгладились, а из глаз пропал гневный блеск возмущённого специалиста.

– Ох, да-да, конечно же, – согласился тут же археолог. – Прошу прощения за эту вспышку… просто это типичная ошибка новичка – искать какие-то взаимосвязи на основе фонетики.

– Ничего страшного, – заметил я. – Господин Флетчер у нас стажёр, но вы-то – крупный специалист в этом периоде, сможете разъяснить, что к чему!

– Верно, верно, – просто Джонс сверкнул очками и почесал залысину. Вокруг нас продолжали работать археологи – ковыряться в земле, сметать пыль своими крохотными метёлочками, что-то замерять и зарисовывать. На нас никто не обращал внимания – все были заняты делом.

– Итак, – отметил я. – Фассарабонт?

– Да, да, Фассарабонт, – закивал тут же просто Джонс. – Фигура, чьи точные даты жизни не определены, однако, эпоха правления Макрасабала – это как раз тот период, который, как мы знаем, и ознаменовал собой рубеж между Тёмными Веками и Переделом.

Ох уж этот лекторский тон. Может утомить кого угодно. Я вдруг почувствовал себя старшеклассником. Именно так мы и сидели на уроках вместе с Алексом, скучая и ожидая звонка.

– В войнах того периода Макрасабал занял позицию освободительную, а Фассарабонт, будучи военачальником, выглядел в глазах освобождаемых от гнёта тирании народов кем-то вроде божества, жестокого, но справедливого. Вместе с тем, с позиции противников…

– Простите, – невежливо перебил я просто Джонса, подавив в себе желание зевнуть. – Чтобы не отвлекать вас от работы слишком сильно – давайте так: мои коллеги прослушают ваш увлекательный рассказ – и про Биссар-абтана не забудьте! – а я пока осмотрю храм.

Возможно, при обычных обстоятельствах археолог возмутился бы такой непочтительности к Истори