Ружемант 4
Глава 1
Помнил этот блок, помнил эту улицу.
Недалеко то, что раньше было Дворцом Культуры, где чуть не сожрали крысы в подвале.
Бой затянулся. Обратился из легкой стычки на пять минут в часовую тягомотину.
Хлопали тяжелые винтовки снайперов. Легкая, как тень, Фелиция меняла позиции, что перчатки. Девяносто пятый уровень давал ей преимущество перед слабеньким царенатским ополчением.
Карсиры скидывали форму, спешно сдаваясь в плен. Не все, некоторые из предателей решили идти до конца, как эти.
– Механоид на 3-14. Положение на три часа.
Я перемахнул в полуразрушенный, изъеденный временем и свежим конфликтом коридор. Когда-то здесь был актовый зал: широкие окна наружу, обрушившаяся на лавки сидений хрустальная люстра.
Высунулся, доверил шестое чувство Ириске. ИИ едва ли не за шиворот поволокла назад: пресловутый шагоход сумел меня заметить.
Пригнулся, сегодня беспилотники зарядили калибром побольше. Очередь прошила стену насквозь, осыпала каменное крошево на голову.
Второго залпа ждать не стал. Стрелял вслепую, по очерченным Ириской силуэтам. Сквозь стену. Не ожидавший такой подлости механоид обиделся, задымил и взорвался.
Недолго осталось и его собрату. Разведывательный дрон высоко парил над руинами, сканировал окружение. «Арес» проговорил ему предсмертное послание, гильзы шумно покатились по полу.
Отдыхать времени не было, связался с остальными. Ната, несмотря на мощь глушащих сигналов, держала для нас сеть.
– Немного занята, рядовой! – Бейка отозвалась одной из первых. Ириска тотчас же отметила командующую на компасе. Рванул к окну напротив моего, что выходило видом на соседнюю улицу.
Скамейки, торчащие стволы светильников, насквозь проржавевшие урны – когда-то здесь был парк при дворце.
Чуть не икнул, в мраморном, чудом уцелевшем изваянии узнал одну из Восьми, Остроглазую.
Покровительница города или…
Бейка платила кровавую дань – механические руки вспороли брюхо одного из шагодов. Исходящий машинным маслом и искрами механизм тут же послужил щитом, троица засевших в укрытиях карсиров мгновенно открыла огонь. Бейка зарычала вепрем, швырнув в их сторону догорающий остов. Ловкими, текучими движениями в несколько бросков оказалась за спиной одного из них – его судьба была предрешена. Его собрат, попятившись, с ужасом смотрел на несущийся прямо на него корпус механоида. Орал, продолжая высаживать в него обойму.
Я прицелился в третьего, самого хитрого. Единственный, кому пришло в голову обойти командующую через кусты по флангам. Хотел ударить в тылы.
– Куда-то собрался, боец? – Бейка настигла несчастного с хищным оскалом. За ней сложно было уследить: не человек, а змея! Механическая рука командующей обратилась дробовиком.
Выстрел стал для паршивца роковым.
– Все, – проговорила Фелиция. – Готовы. Чисто.
Ириска насупилась, собиралась сказать то же самое и не успела. На лице голографической девы застыл вопрос: «Я что, зря сканировала?»
Отвечать не спешил.
В холле Дворца Культуры столкнулся с Еленой. Девчонка очищала руки тряпкой, ее ьжертвы лежали навзничь и недвижимо.
– Вы хорошо придумали, товарищ сержа-а… лейтенант, – смутилась. Весть о моем повышении была для нее громом среди ясного неба. Никак не могла привыкнуть.
Девчат и самих ждали повышения, но после миссии. Бейка показывала список на утверждение. Советовалась…
Три часа с момента высадки, пять километров позади.
Тройняшки деловито укладывали свежий боекомплект в опустевший короб. Три танка стали их добычей. Девочки подросли и в уровнях, и в умении стрелять. Читал их способности и диву давался: почти ружемантская братия! Каждое попадание грозило стать критическим, с наложением эффекта.
Чадил подбитый «Дракон» – их рук дело. Сколько шагоходов пали под их натиском, даже не сосчитать…
– Патронов-то хватит?
– А то! – Старшенькая, как всегда, говорила за всех.
– Привал? – Ната показала себя, вытирая пот со лба. Передохнуть и в самом деле следовало.
– Далеко еще идти? – Фелиция тяжко дышала: успела отвыкнуть от марш-бросков и штурмовых операций.
– Десять километров.
Бейка вырвала из омертвевших рук дробовик. Царенатский «Бермингем 144», привычный 12-й калибр. Пробежался по выведенным Ириской на сетчатку характеристикам, понимающе кивнул, одобрил ее выбор. До этого была со штурмовой винтовкой.
– Там, видите? – указала перед собой за пару улиц вперед. Тут слепой бы увидел: гордость Царената, вторая стена, отделяющая районы шавов с серво от гражданской застройки была прошиблена насквозь. Огромная прореха, сквозь такую проскочит и стадо слонов.
Жутко было представить, что творилось внутри самого города.
Танки рычали траками где-то неподалеку. Елена вслушалась, махнула рукой. Узнавала машины «свой-чужой» на слух.
Бои велись повсеместно. Столкнулись с группой спецназа Горомира: здоровенные орки чуть не пустили нас на фарш, но Бейка знала и пароль, и отзыв.
Зеленошкурая бригада, похватав тяжеленные комплексы «Скрижаль», поспешила с битвам и военным свершениям.
Особняк Вита Скарлуччи ждал, манил неприступностью. Представлялся босс, сидящий на троне в своем логове, ждущий героев с пламенной речью.
Гнал глупости прочь, из пламенного будет разве что «радужная» встреча.
Заслышав про возможность отдохнуть, первыми наземь уселись тройняшки. Таскать свое оружие было в тягость, но менять его на что-то полегче отказывались наотрез.
И нельзя: новехонький «Граникадзе», разработанный гномами, был собственностью армии. Терять казенное себе дороже…
Девчата плюхнулись наземь. Юно деловито выудила из сумки хлеб, Сано – консервы. Старшенькая терпеливо ждала.
– Не только говорить, но и есть за троих собираешься? – пошутил, не скрывая улыбки.
– Драки хочешь? – Кендер взвилась, словно буря. Повержено поднял руки, отошел прочь.
Бейка застыла у монумента. Рассматривала, чуть прищурившись. Грубая работа, копия той, что в Москве. Как там звали скульптора?
– Не похожа, – фыркнула, нехотя обернулась. – Какие-то вопросы, рядовой?
Отвечать не спешил, глянул на голограмму «Ареса» – тридцать две смерти в обойме. И состояние почти не упало…
– Вам тоже снятся о них сны, товарищ Бейка? – вспомнил про субординацию.
– Тоже?
– Вы же слышали про мои видения, к чему вопрос?
Она задумалась, прежде чем покачала головой.
– Нет, рядовой, не снятся. Особняк Скарлуччи, думай о нем, все остальное неважно.
– Что нас там может ждать?
– Как думаешь, Потапов? Наряды вне очереди за глупые вопросы точно ждут. Есть желание раздражать меня еще?
Желания не было, а вопросов хоть отбавляй.
Командующая выдохнула, смягчилась. Извиняться не будет, но решилась объясниться.
– Это личное, рядовой. Вит будет ждать нас собственной персоной. Даже если фронт будет близок к обрушению, он явится домой расквитаться. Вы надрали ему зад еще раз.
– Чудом, – кивнул в ответ. Вспомнил, плечи до сих пор болели. Она продолжила:
– Он стал сильнее. Вероятно, из-за той машины или чего-то другого. Ты ведь не думал, что развиваемся только мы? Царенат двигается вперед семимильными шагами.
– Значит, он мог усилить самого себя через эти… нанороботы? Я думал, при помощи той машины лишь делают чародеев из тех, кто никогда ими не был.
– Может быть. А может, Скарлуччи занимается тем же самым, что и я: ищет новые пути. Ты ведь видел, у него большой кредит доверия.
– Говорят, он явился на аэродром.
– Ты хорошо придумал с этим однопогонным дураком. Цифра шесть могла бы тобой гордиться. Да, удалось его обмануть, а у самого Вита оказался список доверенных тебе целей.
– Почему аэродром так важен? – отвел взгляд, посмотрел на Фелицию. Пока остальные дали ногам отдых, снайпер заняла позицию. Поколдовала – едва видимая взору галка воспарила над нами.
Сканирует, ищет цели, ожидает засад.
Ната грустно ковырялась в банке тушенки: не было аппетита. Надо будет с ней поговорить, узнать, в чем дело.
Бейка ответила хитрой, клыкастой ухмылкой.
– Все просто рядовой. Уверена, тебе рассказывали и про «Дровосека», и про десантные самолеты, способные перевозить тонны техники. Последние все-таки бо́льшая угроза, чем все остальное.
– Тогда что мешает артиллерии вдарить туда прямо сейчас?
– То же, что мешало им бить по нашей части. Защитный магический купол. Уверена, его ставил лично Скарлуччи.
Если так, то дело дрянь. Не знаю, каких размеров и крепости Вит возводил купола, но пробить их можно было разве что с орбитальных пушек. Если бы такие существовали…
– Выше нос. Ещепять минут, и собираемся. Новый маршрут.
Выдохнул. Ириска вывела скинутую Бейкой тропукрасной нитью по карте.
Движущиеся точки патрулей, крупные скопления техники. Следовало избегать рвущихся в контратаку механоидов.
На миг поймал себя на том, что наконец плаваю в привычном болоте…
* * *
У танка не было двух из трех башен. Гусеничное переднее шасси уничтожено, второе слепо и безучастно месило и без того раздавленный асфальт. Воронка рядом была прямолинейна – прилетел артиллерийский снаряд.
Бейка сверилась с картами, отправила координаты. Что бы здесь ни находилось, но попасть под дружественный огонь будет обидно.
Велел Ириске сканировать. Голографическая дева вернулась недовольной. И напуганной. Хмыкнул, вот это уже интересно…
– Сквернострел, – Фелиция скорчила рожицу. Я заскрипел зубами. То, что принял за лужу масла под танком, было мерзкой, черной скверной.
Асфальт плавился, но еще не дымился.
– Сволочи… какие же… сволочи, – зашептала Лена. Посмотрел туда же, куда и она. Сразу же все понял.
Людские тела, коих окатило снарядами скверны, представляли собой жуткое зрелище. Замутило, отвернулся, но знал: нашел себе новый кошмар на ночь.
Хотел, чтобы это видела удачно избежавшая наказания Хроми…
– Военное преступление-с, – Бейка решила обойтись без шуток. Вид мертвых серво и шавов наталкивал лишь на мрачные мысли.
Я подавил в зародыше вопрос: а сколько же убитых в самих домах? Эта дрянь не щадит никого.
Взгляд теперь выхватывал то, что принял за простые подпалины. Скверна жуткой смолой липла к стенам. Разбитые в клочья выстрелами дома. Танк успел собрать кровавую жатву.
– Не будем задерживаться, идем.
– Поискать выживших? – в голосе Наты была слабая надежда. Бейка лишь затрясла головой в ответ.
– Не наше дело, рядовая. Никого не спасем, потеряем время.
Война заставляла принимать жестокие решения. Был полностью согласен с Бейкой.
– Зачем?
Вопрос, что вертелся у меня на языке, озвучила Елена: – Здесь же… какая была необходимость?
Переглянулись с командующей. Фел решила нас спасти, устало выдохнула.
– Царенат не считает за людей тебя, меня, всех, кто с ними не согласен. Но они боятся: боятся, что еще вчера покорные куклы дадут им сдачи. Потому решили уничтожить заранее.
Елена грустно приняла объяснение, поникли задорные волчьи ушки.
– Эта штука все еще двигается, – Ната говорила об очевидном. Бейка кивнула:
– Верно, потому идем через дома. Возможно, двигаться она не может, но вот стрелять…
Словно в подтверждение ее слов, треклятущая башня с коротким стволом заворочалась. Искрили клинившие сервомоторы, трещали расколачиваемые напрочь зубья шестеренок.
– Не хочу рисковать.
– Может, уничтожим? – предложили вместе с Фел на пару, почти в унисон. Бейка была против.
– И привлечем его внимание. Он не стреляет по нам, не способен двигаться. И его уничтожение брызгами скверны заляпает округу. Если здесь есть выжившие, им не поздоровится.
Танк был против. Умирающий в одиночестве великан вздрогнул. Заднее шасси зарычало, вытягивая поганца наружу. Бейка зло выругалась, меньше всего нам нужен был такой хвост!
Кровожадная оптика красным глазом зловеще выбирала следующую цель.
– В укрытие! Рассредоточиться по позициям! Ната, второй этаж третьего блока, Елена…
Командующая умолкла, завидев, что я не тронулся с места. Сквернострел восставшим из могилы чудовищем дрожал под лучами солнечного света.
Сплетенное наспех ружеклятье рассыпалось в прах, искрами маны испарилось в ладони.
В трепете, громыхании истерзанной брони, в чадящем гомоне едва работающего движка я слышал голос.
– Доб… ейте. Доб… ей…
Уставившееся на меня дуло вздрогнуло, пошло ходуном. Магический снаряд, сноп скверны норовил разорвать стального гиганта изнутри.
Время замедлилось. Не удержавшись, соскочила со своего укрытия Бейка, временная аномалия заморозила момент. Командующая в самоубийственном прыжке застыла в воздухе.
Решение пришло сразу же. Не бросая попыток спасти непутевого хозяина, Ириска просканировала боевую машину. Броня тридцатого уровня, броня сорокового, нахлестные пластины двадцать третьего. Питающий реактор тарахтел, прятался в центре корпуса. Красным выделилась тонкая прослойка – возликовавшая ИИ-ассистент нашла слабину.
«Арес» прикладом ударился в плечо. Мана взвилась вихрем, окружая патронный короб заклинанием. Ярость ружеманта вырвалась дикой, необузданной очередью следом за безжалостным выстрелом.
Танк крякнул, как Голиаф перед повергнувшим его Давидом. Реактор бухнул изнутри, едкий дым вырвался из-под брони, мерзко ударил в ноздри.
Время зашевелилось вновь, с каждым мгновением возвращая право идти.
Идти? Лететь!
Бейка врезалась в меня, что снаряд. Кубарем покатились на земле, командующая желала быть сверху, закрыть собой. Не сегодня. Стиснул покрепче, накрыл своим телом. Взрыв был едва слышен. Под нами затряслась земля, сверху просыпалась расколотая штукатурка.
Пришли в себя не сразу, пару мгновений спустя. Взбудораженный ум желал ответов на случившееся. Здравый смысл списывал все на безумие, недосып, усталость, тысячу иных причин. Спросил у Ириски, но та лишь пожала плечами – сама удивлена.
Попытался встать, но тут же оказался на земле. Кулак Бейки врезался в скулу. Видел ее злой и до сего момента, но сейчас один ее взгляд давал понять: шутки кончились.
– Ты что творишь, рядовой? – второго удара не последовало, но офицер замахнулась. Механические руки, словно за хозяйку, шумно выпустили пар, уменьшились в размерах.
Отвечать было нечем.
– Не сориентировался сразу.
– Ты встал как вкопанный! Героя решил из себя играть?
Посмотрел на нее. Глаза на мокром месте. А ведь она правда беспокоится за нас, как за родных. Совесть точила вилку: будет есть за то, что снова смел в ней сомневаться.
Все еще не отвечал, высунулся в проем. Танк больше не двигался. Ната осматривала его, покачала головой – какой бы там ИИ ни стоял, сейчас он мертв.
– За мной, – выдохнула Бейка. – Шевели ножками, Потапов. Помоги тройняшкам. Я во главе.
Сразу дала понять, что мной разочарована. Что ж, у меня будет возможность реабилитироваться.
Глава 2
Огонь разводить не стали, грелись цилиндрами. Модуль «хамелеон» помогал укрыться от вездесущей оптики.
Спал в обнимку с Натой. Тройняшкам обещал лечь с ними на следующую ночь. Едва не потеряв меня в огне скверны, смотрели по-другому. Из героя в их глазах обращался писаной торбой: вот-вот начнут носиться.
У Наты большая шикарная грудь, больше только у Влады. Жаждала рук, ласки, поцелуев, дал ей все, что просила. Уставшая, она уснула прямо на мне.
– Куда? – одна из тройняшек спросила, стоило мне сделать шаг. У них и вправду до нечеловеческого чуткий слух. Вгляделся в темноту, взглядом сверлила Старшенькая.
Расческа, жар теплой воды, аромат чая, камуфляжный плед – не иначе, прислали из дома.
Разделила надвое сахарный крекер, не ест, бережет для сестер.
– Прогуляюсь. А ты чего не спишь? Не устала?
Спрашивать последнее у той, что тащила в одиночку основной боезапас было наглостью. Тут же прикусил язык, девчонка ответила в репертуаре.
– Драки хочешь? Караулю с командующей. Мы тут по очереди. Ещедва часа, и пусть Сано стережет.
Словно в ответ на последнее, близняшка заерзала во сне.
– Держи, – покопался в карманах куртки. Зерновой батончик упал в руки.
– Не ешь, не спишь. Не заболел? – смотрела снизу вверх, но лакомство из пайка приняла.
– Всепонемногу. Я к Бейке.
– Она на тебя зла.
– Знаю. Но поговорить есть о чем.
Старшенькая выдохнула, решив не мешать. Припала глазом к линзе ночного видения на пулемете – врагов не наблюдалось.
Под самый вечер вертолетное звено из трех машин пробурчало винтами над головой. Ракетным беспощадным ударом накрыли опустевший, полуразрушенный склад, спрятавшаяся внутри минометная техника окончила дни под завалами. Сквозь бинокль Бейка видела, что наши выводили шавов. Обескураженные рабы не знали, что делать. Оболваненные, ждали свежих указаний от хозяев, а хозяева все не шли. Смотрел потом и сам, грузили несчастных в автобусы.
Вздрогнул, вспомнив, как выкрашенная в серо-черный «Щука» зависла над нами, возвращаясь с атаки.
Замедлила ход, жало пулемета механически вздрогнуло, уставившись прямо на Фелицию. Снайпер обратилась в каменное изваяние.
Пилот четырехлопастного легкого штурмовика принял нас за диверсионную царенатскую группу.
Держался за «Ареса», задаваясь вопросом: что делать? Стрелять? По своим?
Елена замахала руками, глупо указывая на свои уши: надеялась сказать, что зверолюд.
А все знают, что с зверолюдьми делали в Царенате.
Бейка связалась с пилотом по сети. Не сказала ни слова, общались мысленно, но был уверен, летчик побелел, как мел и поседел. «Щука» умчалась вслед за товарками на крейсерской скорости.
Выбрали ночлег в опустевшем доме на пересечении трассы. Судя по картам, когда-то здесь была улица Веселая.
Бейка решила держаться особняком, забралась на этаж выше.
Скакать по лестнице не было желания, через окно по остаткам водосточной трубы забрался наверх.
Прошел сквозь туалетную комнату. Разрывом снесло перегородки. Фаянсовый трон осколками лежал на колотом плиточном полу.
Щелчок взведенного курка заставил вздрогнуть. Застыл, словно там, перед танком.
– Приказ «отбой» дается для всех, рядовой. Даже если мнишь себя младшим лейтенантом.
Бейка изволила быть в гостиной. Диван подтащила к самому окну. Так вот, значит, чем гремела здесь?
Плоский пистолет в руке дулом смотрел мне в грудь, но через миг нырнул обратно в кобуру. Стало спокойнее, когда услышал мягкий шелест предохранителя.
– Я…
– Хотел со мной поговорить, Потапов? Давай попробуем.
Все ещезлится. Знает, что напрасно, но не отпускает обиды. За то, что заставил поволноваться. Самому не легче.
Я потеребил волосы на затылке.
– Этот танк, он… заговорил со мной.
Стальной взгляд стальной девы. Ничего не выражающее, будто ставшее маской, лицо Бейки. Не верит ни единому слову.
Почуял себя маленьким мальчиком на допросе у директрисы: кто разбил стекло? Да что я, в самом деле!
Наплыв злобы на самого себя вернул уверенность.
– Он говорил со мной, просил добить. Так бывает?
– Нет.
– Уверена? Щебекин говорил, они вселяют души в эти машины. Чтобы те обладали толикой человеческих чувств. Сомневались, искали, подозревали…
– Неудивительно. Щебекин верующий.
– Рабы, резервуары, некроманты… Как-то слишком много подтверждений, чтоб было неправдой.
Командующая выдохнула. Моя наивность ее заводила, заставила улыбнуться, как прежде.
– Они используют не души, лишь эманации.
– Эманации?
– Концентрат. Представь, Потапов, что большинство людей не похожи на тебя. Там, где ты хватаешься за винтовку, падаешь в грязь и спешишь дать отпор, большая часть попросту расставит руки, выпучит глаза.
– Я сегодня тоже был не на коне, – признал ошибку. Она кивнула, но возразила:
– Может. А может, и наоборот: ты прострелил танку реактор, отрубил от управления и питания. Если машина в самом деле просила добить ее, сделал, как просила. Быстро, четко. Я даже не видела, как и когда ты вскинул винтовку. Мой ИИ говорит, что сделал за доли секунды. Люди так не умеют, Потапов, – выдохнула, припала к биноклю. А вот был бы с нами заказанный мной дрон, подумалось, можно было бы доверить ему охрану и патруль…
– Эманации, мальчик, это часть жизненной энергии. Не характер, лишь отголосок. Некромант вытаскивает из общей субстанции… да вот ту же подозрительность, мешает с чужой агрессией. Вживляет в чип, прикладывает магической печатью. Те, с кем мы воюем, не душами взятых в плен управляют. Это я к тому, что много ли науправляет «Драконом» завзятый трус? И кто захочет? Заставляет механизм и устройство машины? Тогда зачем им осознанность управляющего? Теперь понимаешь суть задумки?
– Ты хочешь сказать, что в машине некому и нечему заговорить?
– Схватываешь на лету, рядовой. Может статься, когда-нибудь поднимешься в моих глазах до ефрейтора. Лет через двести.
– И всеже, – пропустил ееукол мимо ушей, – я отчетливо слышал! Неужели не мог попасться осколок здравомыслия в поверженной машине?
Она умолкла, я терпеливо ждал, чтоскажет. Услышал лишь раздражение.
– Ты слишком громко дышишь, рядовой! Мешает думать, сбивает с толку.
– Простите покорно, – изобразил смешной реверанс. Бейке понравилось: по резко изменившемуся настроению понял, что прощен.
– Нет, Потапов, такого быть не могло. Разве что ты ошибаешься, с тобой говорили не осколки эманаций, а что-то другое.
– И что могло со мной заговорить?
Спросил и чуть не прикусил язык. Вспомнилось, как бился со Скарлуччи: попытка пробить сигналом блокирующий купол едва не окончилась для нас крахом. Но далекие от меня машины говорили на языке ружейных выстрелов. Просили прощения, убеждали – иначе не могут.
Бейка терпеливо ждала, как разберусь с собственными размышлениями.
Медленно перевел на неевзгляд.
– Бейка, может быть так… чтобы со мной говорило оружие?
Спросил и испугался сам. С винтовкой на моей памяти говорил лишь рядовой Куча. Ждал, что командующая усмехнется, спросит, не обезумел ли в край.
Она стала серьезней, чем прежде. Отвлеклась от созерцания ночного ничего. Вздрогнули черты лица – заговорила с кем-то мысленно. Наверно, просила подменить на посту.
– Ты сотого уровня, Потапов, – лукавила, накинул ещечетыре сверх того. – Проверял ли ты линейку своих способностей?
Покачал головой в ответ. Ириска нарисовала саму себя напротив командующей. Обиженно отвернулась, уперла руки в бока – устала предлагать заняться изучением новых способностей.
– Ты по-наивному мил, Потапов.
Бейка вмиг оказалась близко, ощутил на себе жар еее дыхания. Вдруг понял, она ни разу не называла меня по имени. Лишь по фамилии и удобному ей званию…
– Руж-волны, ты же про них слышал. И даже спрашивал.
А ведь верно. В сонном полубреду видений о Восьми слышал мысли… оружия. Разве так бывает?
– Человек – странное существо, Потапов. Любит наделять людскими качествами все, что его окружает. И все, что ему дорого.
– Этот танк был кому-то дорог?
Она выдохнула.
– Ты все еще кажешься умнее, чем есть на самом деле, рядовой. Настоятельно советую остаток отбоя потратить на то, чтобы разобраться с собой и способностями. А там решим, что делать с тобой после: казнить или казнить. Иди.
Она едва ли не вытолкала меня за дверь.
* * *
Ириска выглядела довольной, как слон.
Попросил помочь – она тут же вывела передо мной ветвь умений. Проскочил глазами через плеяду вновь открытых, глянул, что предлагали на сотом уровне.
Сам же ведь ждал! Проснувшееся любопытство присвистнуло.
Прочитал описание обведенной в рамку особенности, посмотрел на Ириску, будет пояснять.
Родственные души
Требование: 100 уровень
Пассивная, особенность
Ружемант, достигший высокого уровня, вникает в тонкий мир оружейного мастерства. Может слышать и понимать то, что говорят ему пушки.
Поздравляем! Вам доступна подветка умений, связанная с этой способностью. Стоимость разблокировки 25 очков умения!
Желаете открыть?
Ну да, бесплатно обретенное умение, как же. За двадцать-то пять очков…
Глянул на «Арес», на миг подумал, что будет, если задам ему вопрос. Бывший «Янтарь» был не из болтливых…
– Ириска, какого черта?
– Соответственно вашему классу, настоятельно советую открыть ветку умений как можно раньше.
Способности, давно мечтавшие о повышении, будто приуныли – снова пойдут нахер.
– И все-таки, какого черта? Что значит «слышать и понимать»? Оружие бывает живым? Тяпнули-ляпнули заготовку на заводе, прошлись шлифовкой, поставили курок – живое готово?
Не так себе представлял. В памяти роились книги с историями об осознавшим себя живыми ИИ. Но тем хотя бы было почему оживать…
Ассистентка повела плечами, задумчиво поправила очки. Нырнула в недра всезнающей сети, надеясь отыскать ответ. Вернулась с ворохом ссылок.
Я скривился.
– Тут ничего конкретного.
Уязвленная в лучших чувствах, Ириска опустила голову, потерла плечо.
Страсть как хотелось глянуть, что за способности скрывала подветка, но прочитать описания не давал закрытый доступ. Предлагали кота в мешке.
– Оружие генерирует руж-волны, – наконец разродилась ИИ-ассистент.
– Что, любое?
– Нет. Только оружие качества уникальное и легендарное. Обычное испускает слишком слабые потоки, чтобы их можно было сосчитать или услышать.
Кивнул. Подумал на миг, что если у оружия может быть бог, должна быть и прославляющая паства. На свой манер.
– Открой новую ветку. Сколько очков останется? – мог сосчитать и сам, было лень.
– Десять, – ответила ИИ сразу. Обработала запрос относительно открытия. Перед глазами пробежала строка: требовалась мысленная активация.
Новая ветка открывала воистину странные, жуткие особенности класса.
Последний позывной
Активное, 1 уровень, не изучено.
Ружемант создает руж-волны первого разряда с возможностью оставить сообщение или воспоминание.
Покачал головой, спрашивал же у Бейки, были ли среди Восьми ружеманты? Ответила нет. Тогда как у них получилось?
Способность сияла, будто подмигивая: прокачай – и узнаешь!
Не поддался на уловку, последнему в своем роде не с кем говорить таким образом.
Приказ
Активное, поддерживаемое, 1 уровень, не изучено.
Использует единицу шкалы особенности.
Ружемант испускает волну радиусом 20 метров, меняющую структуру оружия в руках врагов и союзников. Данная способность накладывает на оружие состояние «под надзором ружеманта». На поддержание способности постоянно расходуется мана.
Поднял на Ириску взор. Способность была немногословна. Та разъяснила:
– Данная способность активирует эффект ауры.
– Допустим. А что за «под надзором ружеманта»? Дальше стреляется, больнее бьется?
Она возмущенно затрясла головой, как смею не знать прописных истин?
– Все последующие способности в этой ветке будут срабатывать на всех, кто находится рядом.
Глянул выше и присвистнул – выбрать было из чего. Аура там или что, но однозначный мастхэв.
Остановил себя в последний момент.
– А этот приказ… если я, скажем, захочу применить «Порчу»… – выбрал одну из способностей наобум. Оная отнимала едва ли не 75 % состояния вражеского оружия. И маны требовало больше, чем вручить «Владыку» Ириске, – оно что же, на девчат, что рядом, перейдет?
Ириска нахмурилась, словно получивший неверный ответ учитель. Голографической указкой ткнула в текст ниже – все сразу же встало на свои места.
«Список друзей» – давно взятая мной способность, лежавшая без дела до сего момента – теперь даровала иммунитет от всех негативных воздействия «надзора».
Как знал, что пригодится!
Кинул в него сразу же два уровня, список пополнился двумя свежими строчками. Надо будет занести в него девчат, что сейчас рядом. А на будущее – вкачать способность до максимума!
Подветка родственности с оружием обогатила меня сразу на три новые способности. Взял пресловутую «Порчу», с ее повышением менялся лишь расход маны, становясь не столь критичным.
Иные способности оказались поинтересней.
Отдачи не надо!
Активируемое, 2 уровень.
Способность снижает негативное воздействие отдачи на 30 % сроком на 300 секунд (шанс 10 % получить +5 секунд за каждое очко удачи).
Последнее точно лишнее. Бои скоротечны. Способность накладывалась как и порча, но эффектом: не требовалось поддержание «надзором». Применил – и так до следующего раза.
Удобно.
Чарострел
Активное, поддерживаемое, уровень 3
Мелочиться не стал, закинул три очка в обновку. Да и были причины: с ней я обращался в кудесника!
Данная способность наделяет всех бойцов, что находятся под «надзором», чародейским зарядом. Каждый выстрел получает шанс 25 % стать чародейским. Наносит физический и ментальный урон.
Внимание! Свойством наделяется лишь то оружие, что находится в руках бойцов!
Внимание! В разделе умения «Список друзей» можно переключить, что данная способность будет работать лишь на них.
Способность требует активированного «надзора ружеманта» и поглощает ману каждую секунду.
Прочистил горло, глянул на Ириску.
– Продемонстрируй.
ИИ дева рада стараться, тут же исполнила.
Оказавшийся в ее руках «Владыка» был не настоящим, бледной копией себя самого. Словно грибы из-под земли возникли невысокие фигурки плюшевых медвежат с игрушечными ружьями.
Вообразив себя ружемантом, Ириска воздела руку. Чародейство эффектом окутало ее саму и плюшевое воинство.
В противниках были деревянные, кривозубые зайцы. Натиск медвежат смел их свинцовым шквалом. Чародейство проявлялось где взрывом, где воспламенением, где проклятием.
Перестав играть, Ириска вытерла пот, смахнула ладонью открывшееся сражение, голографические бойцы сгинули, как не было.
Что ж, не зря я, значит, берег очки способностей. Надо было бы еще хоть немного в «Пулееда» закинуть – чую, как попаду к Скарлуччи под раздачу, будет очень кстати.
Велел Ириске сделать пометку: как только, так сразу!
Зевнул, кажется, ночная прогулка все же сумела вымотать. С говорящим танком так и не разобрался, но, чую, еще получу ответ на свой вопрос.
Глянул на часы – сна оставалось на полтора часа.
Жизнь наемника научила: краткий миг тишины лучше, чем несколько часов беспрерывного боя. Вернуться, что ли, к Нате?
Последнее пришлось по душе…
Глава 3
Ната нахмурилась, сверилась с картой. Невозмутимость Бейки раздражала и вдохновляла.
Командующая успевала менять маршрут на ходу. Тройняшки за спиной пыхтели. В случае внезапной атаки должны были броситься врассыпную. По кобуре с пистолетом на поясе – оружие как раз по ним.
Старшенькая будто читала мысли и сверлила спину озлобленным взглядом.
– Мы не здесь должны идти, – заключила инфо-фея, уставившись на возникший перед нами корпус.
Стена была вот уже как четвертый час позади. Вышагивали по тем землям, что Царенат звал гражданской застройкой.
Опустевшие улицы, недавние следы гуманитарного коридора. Над головой парила сфера беспилотника, вещала, что ни при каких условиях граждане не должны идти к российской армии, принимать от них еду и помощь. Грозили страшилками о том, какие мы, оказывается, звери.
Подстрелил болтушку раньше, чем сделала Бейка. Она ответила лишь благодарным взглядом.
– Не здесь. Но слышите в той стороне грохот?
Командующая лукавила: грохот был слышен отовсюду. Перестрелки, мерный цокот очередей. Разрыв сопровождался воем сигналок напуганных автомобилей. Ревели сирены медтранспортеров. Технику под нужды медиков выдал Горомир.
Бейка продолжила:
– Танковый бой. Не ленитесь проверять общую сводку, рядовая Качалина.
О, а вот и фамилия Наты!
Вдруг стало стыдно: провели столько ночей вместе, в рейд ходили, спины прикрывали, а я даже фамилии не спросил. И если бы у нее одной…
Ириска стукнула по голове, завещала слушать командующую. Вывела сводку, не спрашивая разрешения.
– Нам же крюк придется делать, товарищ майор… – Елена набралась смелости, подбоченилась.
– Отставить обсуждать логику! Время терпит. Вперед, девоньки, это всего лишь оружейный музей. Проведу вам экскурсию, сможете отдохнуть.
Обещание последнего сыграло свою роль.
Внутри было пыльно и грязно. Разбитые окна, раскиданные в панике на земле экспонаты.
Не знаю, как Бейке, а мне обстановка говорила о многом. Командующая кивнула, ухмыльнулась.
– Есть что рассказать, товарищ лейтенант? – рядовым по-прежнему звала лишь при личных разговорах.
– Здесь прятались люди.
– С чего взял?
Мне и говорить ничего не надо, указал стволом «Ареса» на смятые, присыпанные мусором блистеры упаковок от шоколада. Разграбленные, забитые насмерть вендинговые автоматы торчали некрасивыми потрохами. До последнего сражались за свое содержимое?
Орудие «убийства» валялось неподалеку: несчастный разломившийся стул.
– Молодец, Потапов, соображаешь. Что-то еще?
Было здесь и еще.
– Кто-то стрелял. Гильзы, – привстал, глянул чуть дальше. Характерные колотые следы на ближайшей стене.
Бейка хмыкнула, говорить об очевидном посчитала ниже своего достоинства. Я продолжил:
– Кажется, среди прятавшихся царенатцев кто-то решился на геройство. Пустое, смельчака быстро обезвредили. А следы шин за дверью – увозили на автобусах.
– Браво, Потапов, – Бейка картинно похлопала в ладоши.
Задумался. Не так уж и далеки высокопочтенные жители Царената от нас самих. Дичают, боятся, смело защищаются. И даже не подозревают, что мы освобождаем город, освобождаем своих людей.
Хотелось глянуть в лицо Скарлуччи, спросить: он все еще думает, что это в Царенате все для людей?
Проскрипел зубами.
– Не расходитесь. Идем по первому этажу до пролета. Там выход в метро будет.
Вспомнил вылазку в метро с отрядом Ерохина. Вечная память старику с бойцами…
Ната нахмурилась.
– Разве в метро сейчас не опасно? Обвалы, прорехи… Идти туннелями может стать роковой ошибкой.
– Опасно, рядовая Качалина. Как и везде. Но через метро есть шанс добраться до особняка Скарлуччи, минуя десятки заслонов и блокпостов. Царенатцы хоть и запоздало, но адаптируются. Используют последние ресурсы, им нужно продержаться неделю.
– Неделю? Почему? – спросил, не выдержал. Бейка повела плечами.
– Все просто, лейтенант. Подкрепления. Город нужен Царенату. Одни твои действия причинили немало репутационных потерь.
– Да? – переспросил. На моей памяти было иначе: нас слабо пытались поймать. Можно было списать многое на особенности Белкиной удачи, но ведь нет…
Прошествовали по залу. Коридор в зеленых тонах, мягкий ковролин под ногами. Музей почти не пострадал. Если верить одной из сохранившихся бронзовых вывесок на русском языке, наследие РОК.
Ириска тут же расшифровала аббревиатуру: Реестр по Охране Культуры.
Пожал плечами, РОК так РОК…
Бейка продолжила:
– Да, Потапов. Царенат, державший одну победу за другой еще сумел втулить гражданам забуксовавший конфликт, ушедший в глубокую затяжку. А вот что сборище рабов запросто кошмарит их просвещенный Царенат – уже не получилось.
Вспомнил про Кьяру, что там говорила Сейрас? Те, у кого она в руках, держат бразды гражданской войны внутри царенатского общества. Не все так гладко в итальянском доме…
Экспонаты прошлых веков сменились современными моделями. Пистолет-пулеметы, дробовики, ружья.
Муляжи, подсказала Ириска. Тройняшки, оттащив пулемет вперед, получили краткую передышку и глазели на стальное богатство.
– Если их неудачи продолжатся, фронт посыплется, а город будет взят, в умах поселится смута.
Вспомнил свои же размышления, что идеологию врага следует давить в зародыше. В особенности такую мерзкую.
– Так что же, переговоры?
– До переговоров далеко, но могут случиться и они. Плохо, конечно, Вербицкий будет тянуть лямку до последнего, настаивать на предлагаемых условиях.
Старик в самом деле мог. За все увиденное здесь захотелось набить ему морду.
– А почему плохо? – голос подала та, кто говорил меньше остальных. Уже и забыл, что Уно с Сано умеют это делать.
Бейка выдохнула, посмотрев на девчонок.
– Царенат – крупная держава, не мелкая сошка на карте. Перемирие будет лишь отсрочкой. Они решат свои проблемы внутри страны, восстановят силы.
– А Кьяра? – спросил уже сам.
– Царенатская принцесса? Так кто ж даст ее внедрить? Вербицкий из кожи вон вылезет, чтобы вывести девочку из-под влияния Императора. Или того хуже, сам посадит на трон. Внушит реваншистские настроения.
– Мне думалось, старик – лишь марионетка. Дурак с чужим обещанием.
– Может быть, лет двадцать назад именно так оно и было бы. Но сейчас он и его род – важная политическая сила. Император с ним считается, хоть и скрипя зубами. У него свои люди и руки почти в каждой области бытия. Заводы, пароходы…
Кажется, он говорил о подобном.
– А если без переговоров? Штурмовать столицу? – к своему стыду, не знал, где она. Думал на Рим, Ириска подсказала, что Милан. Перенесли во время государственной смуты.
Бейка развела руками.
– Ты слишком многого хочешь от меня знать, лейтенант. Откуда мне знать?
В самом деле, даже будучи вхожей в высшие военные кабинеты, могла быть несведущей.
Следующий зал почти ударил под дых. Сперло дыхание, стало не по себе. Елена первой обратила внимание.
– Товарищ лейтенант, вы в порядке?
Хотел бы сказать, что да, но тело словно взбесилось. Бейка прищурилась, быстро сообразила, в чем дело.
Зал Восьми.
Вспомнил, как коснулся мраморной винтовки Остроглазой. Она будто звала меня, сейчас повторялось.
Руж-волны били едва ли не с каждого предмета, зловещим эхом отражались с купола крыши и водопадом обрушивались мне на плечи.
– Выдержишь, Потапов? – в голосе Бейки снова волнение. Приняла меня из рук волчицы, усадила. Взволнованные тройняшки переглянулись. Ната нервничала, кусала губы. Елена распаковывала медпакет, мерзко запахло нашатырем.
Мир перед глазами померк, девчонки сгинули, исчезли с глаз. Крышу унесло что у здания, что у меня. Каменные изваяния Восьми вздрогнули. Мрачные взоры героинь окружили со всех сторон, навалившаяся жуть заставила стиснуть рукоять «Ареса».
Пустоту вместо рукояти, оружия не было.
Прищурился, губы статуй двигались. Говорили, но их голоса заглушал завывающий в ушах ветер. Это видение отличалось от всех остальных!
Опасность, прочитал по губам. Опасность. Уходи. Опасность…
Они мне угрожают?
Наваждение сгинуло столь же скоро, как и пришло. Будто сидящие демоны послания, осознав, что не откликаюсь на зов, бросили пустую затею. Шум, поселившийся в ушах лопнул звенящей тишиной, чуть не швырнул на колени.
– Справишься?
– Уже лучше, – выдохнул, посмотрев Бейке в глаза. Сглотнул, собираясь рассказать о том, что увидел.
И не успел.
Стена напротив нас взорвалась ворохом осколков. Вскрикнули хором тройняшки, бросившись к родному пулемету. Бейка, недолго думая, резко развернувшись, открыла огонь, последовал ее примеру.
Тело не сразу пришло в себя. Ватное, непослушное, не желало стоять на ногах.
– Ириска, что там еще за дрянь?
ИИ-ассистент бесстрашным инфопотоком нырнула на разведку.
Знал, что ее ответ мне не понравится…
* * *
Ответ не то чтобы не понравился, скорее, удивил.
Ждал взвод танков, кавалькаду беспилотников, самого «Дровосека». Место стальных великанов заняли изящные, невысокие девичьи фигурки. Прищурился, сколько этим малышкам лет? Ириска по биометрии говорила, что чуть больше восемнадцати.
Улегшаяся пыль обнажила их во всей красе. Скрытые от сканирования уровень и класс, красный блеск кровожадных глаз, невинное кукольное выражение лиц. Неестественно белые, почти молочные волосы. Отдаленно похожи на служек Макмамбетова, так и тянуло звать их Первой и Второй. У последней, дабы хоть чем-то отличаться от сестрицы, за спиной стелился черный плащ.
Дернулись с места за миг до того, как Бейка дважды спустила курок. Юркие и ловкие, они казались быстрее пули. Дробовик командующей бил, где они стояли мгновение назад. В руках одной из них сверкнул нож, они здесь точно не за обнимашками.
Стиснул «Арес», наводя на цель. Топнул ногой, вызывая новое умение – надзор взрывной волной растекся по полу. Девчонок в список добавил еще утром, прежде чем уходили. Чарострел здесь лишнее, а вот понижение отдачи будет в самый раз.
Девчонки лишних вопросов не задавали. Ната нырнула в сторону, едва одна из девиц оказалась рядом с ней. Инфо-фея перекатилась, тут же ответила короткой очередью. Слишком медленно. Настырная противница, Первая, отвела ствол винтовки в сторону, ударом ноги выбила из нее магазин. Брошенный клинок сверкнул черным, Ната успела лишь зажмуриться.
Грянувший выстрел спас ей жизнь. Метательный нож брызгами разлетелся, Фелиция не зря звалась снайпером, подстрелила на лету. Сразу же заприметив в ней главную угрозу, девчонка позабыла про Нату, метнулась выше.
Извернулась, противореча законам физики, выгнулась дугой, сцепилась с набросившейся на нее Еленой.
В рядовой сейчас было больше звериного, чем людского: волчий, зловещий оскал, животный, кровожадный блеск глаз. Размашистый удар длинных когтей лапы должен был снести противнице половину лица.
Та легко блокировала, легкий кулачок врезался в скулу Лены, удар головой в шею заставил ее по-щенячьи заскулить. Подтянув ноги, Первая ударила снизу вверх, словно натянутая пружина, отшвырнула волчицу прочь. Ната ждать не стала, бросилась подруге на помощь.
Справятся без меня. Бросился на помощь Бейке, ей не помешает.
Ошибался на все сто: Бейка приняла беловолосую противницу, блокировала дробовиком удар. Приклад врезался в живот, выбил у девчонки дыхание. Она быстра, но командующая быстрее – опрокинула несчастную наземь, спустила курок. Заряд дроби врезался в черную, вязкую пелену, взявшуюся невесть откуда. В ноздри ударил мерзкий запах скверны. Вторая схватила пелену, растянула, словно простыню – та укрыла ее, будто покрывалом, позволила испариться. Чтобы через миг ударить Бейку в спину. Врезавшаяся ногами поганка чуть не опрокинула командующую. Та резко развернулась, успела удивиться, недавнее покрывало растянулось плоским, блестящим лезвием, спешащим отрезать ей нос.
Я сдавил спусковой крюк, дико завопил. Ярость ружеманта заколотила взрывами рядом с девчонкой, смертельный удар прошел мимо Бейки. Фыркнув, беловолосая перетекла прочь, прыгнула. Люди так не могут. В ней словно не было веса, тощая фигурка взлетела на три метра над землей. Элегантный размах руки осыпал дождем метательных ножей. Я перескочил за деревянную стойку, уходя от них, закатился под стеллаж. Вздрогнул, ножи чуть не прошибли мое укрытие насквозь.
Будь в их руках оружие, мы могли бы быть уже мертвы. Не успел подумать, как получил объяснение. Фел свалилась со своей точки. Беловолосая выхватила ее винтовку, та вмиг расплавилась, обратилась уродливым куском металла. В воздухе мерзко завоняло серой.
Выдал очередью, целясь в оседлавшую снайпера девчонку, ее сестрица воплотилась из воздуха. Шелковым шнурком, будто плетью, било покрывало из скверны. Девчонка, кутаясь в него, словно в плащ, приняла удар.
Ну уж нет, девонька, в этот раз не будет так просто!
Взрывы заколотили ей в спину, опрокинули, заставили вскрикнуть. Вихрем зашелся безжалостный выстрел, сорвавшись со ствола.
На пол брызнуло кровью, девчонка харкнула, распласталась, задрожала в агонии.
Первая пришла в ярость при виде сестры. Словно одичавший зверь, понеслась на меня стрелой. На ум шли уроки стрельбы, теплые большие руки отца, вкрадчивый голос.
Не бойся, держи ровнее, дави на крюк плавно, все получится.
Бейкин снаряд врезался в выставленный мерзавкой щит. Развернувшись в прыжке, она швырнула снарядом в командующую, та успела нырнуть в сторону. Ната, справившаяся с винтовкой, сдавила крюк – напрасно и в молоко.
Еще мгновение. Пли!
Тяжелая очередь сшибла несчастную прямо в полете. Подстреленной птицей Первая рухнула на пол, ломая и ломаясь. Беспощадный свинцовый душ закончил дело, терзал уже неподвижную, мертвую тушку.
Стрелял не я, обернулся, Старшенькая отсалютовала ладонью. В глазах малышки-кендера плескались азарт и жажда крови. Дымился разложенный тяжелый пулемет, девчонки разом облегченно выдохнули.
Все закончилось…
* * *
Вторая была еще жива. Я подходил осторожно, держал на прицеле. Окриком предупредил: еще одно неосторожное движение, и ей крышка!
Напрасно кричал, она либо не знала русского, либо плюнула на все. Двигаться не могла, несчастную сковало болью. Под ней растекалась лужа крови. На плечо легла рука Бейки. Покачала головой, велела оставить.
– Что это за чертовки? Их нужно допросить!
Понимал, что говорю глупость. Даже с дырой промеж груди девчонка не позволяла себе болезненных стонов.
– Дочери Скарлуччи, – проговорила Бейка, отряхнула поднятую фуражку, водрузила на голову.
– У него были… дети?
– Не в том смысле, в каком обычно, Потапов. Это своего рода подразделение. Помнишь, тебе велели помешать работе вражеских агентов? – в ответ на ее вопрос Ириска выудила список. Был такой пункт. – Считай, что только что увидел их воочию. Производные от той самой машины.
– Ириска… то есть, ИИ-ассистент не смогла прочитать их класс и уровень.
Бейка понимающе кивнула, не у одного меня.
– Ты же слышал, что их создание происходит в обход системы.
Не только слышал, но и видел. Вспомнились рясы священников. Неужели вера в этом мире в самом деле имеет вес? Бейка продолжила:
– Система не может их понять, как и их способности. Дрянь какая, их со скверной смешивают, – Бейка перевернула ногой умирающую девчонку, та не противилась. Из сжатой ладони выкатился тубус.
– Это что еще такое? – я нагнулся, тут же получил ладонью по голове.
– Вас не учили, товарищ лейтенант, не поднимать с пола всякое?
Она права: одно из правил войны – не трогать чужого, где бы то ни было. Нарушители быстро отправлялись к праотцам, служа монументом человеческой глупости. Готов был отругать себя сам.
– Оставь, я разберусь. Осмотри остальных, помоги тем, кто ранен. Долго тут торчать не будем, здесь могут быть еще.
Послушался. Помощь требовалась разве что Лене. Избитая противницей, вернувшись к людскому облику, выплюнула выбитый зуб. Деловито перевязывала порез на руке Наты. Когда только успело зацепить? Лучше всех было у тройняшек: кендеры сегодня герои.
– Ваши родители могли бы вами гордиться!
– А то! – Старшенькая была довольна, как слон. Сестрицы промолчали, но прикрыли радостные улыбки ладонями.
– Буду рапортовать о присуждении вам награды!
Уно с Сано дали друг дружке пятюню…
Фелиция ругалась, осталась безоружной. Посмотрела на свою прежнюю винтовку, как на старую подругу, покачала головой.
– Это поправимо, – сказал, подходя ближе, собирая в руке ману для мутагена. Выдохнул, в любом случае хуже не сделаю.
– Думаешь, стоит? Мы в музее оружия, здесь должно быть что-то мне по вкусу и так.
– Охолощенное, – слышавшая наш разговор Бейка внесла логику. В самом деле, кто станет располагать здесь винтовки на боевом взводе?
Фелиция пожала плечами, протянула мне останки. Взял оставшееся нечто, окинул взором. Мутаген побежал по плавленым бокам, маной вклиниваясь в самое нутро ствола.
На этот раз обошлось без видений. Почуял скопившуюся внутри оружия… боль? Огладил остатки приклада. Отвечая на ласку, тот потянулся за ладонью. Выпрямился, стал прежним. По лицу Фелиции пробежало удивление, вскинула бровью. Качнула головой, когда привел в порядок ствол – гнутый, испещренный подпалинами и царапинами, заблестел вороненой сталью, как новенький!
Сложнее пришлось с магазином: поганец никак не хотел вставать на место. «А что, если так?» – спросил у себя и мысленно переместил приемный отсек набок. Кажется, что-то такое было у немецких винтовок.
– Гляжу, ты горазд не только портить. У Макмамбетова научился? – Бейка подошла глянуть получившийся результат. Став чуть короче, в руки Фел опустилась новенькая штурмовая винтовка со снайперским прицелом. Почти такая же, как была раньше.
«Рысь» – обозвала ее то ли система, то ли Ириска.
– В самом деле, как новенькая… – Фелиция оглаживала пластиковые бока приклада, касалась прорезиненной поверхности наглазника прицела. – Стой, а это что?
Не сразу понял, что ее смутило. Бейка прищурилась, прочитала за всех:
– «Находящееся под действием эффекта «надзор ружеманта» получает возможность наносить критический урон броне. Каждое попадание при стрельбе очередями с отсечкой с шансом 25 % понижает уровень брони на одну единицу».
Ната, Лена подошли ближе. Любопытству едва ли не проскочивших у них меж ног тройняшек не было предела.
Заголосили.
– И нам! Нам так же с пулеметом сделаешь? – никакой субординации. Гаркнуть на них, что ли?
Они и сами поняли, смутились.
Спасла Бейка.
– Отставить! Лейтенант Потапов, берегите ману и силы для дальнейших действий. Отдохнули, юные леди? Ноги в руки!
Глава 4
Метро.
Снова накатил страх. Маленький мальчик, живущий где-то глубоко внутри, взял за руку теплой липкой ладошкой.
Напомнил, что когда-то мы любили сюда ходить. Вагоны, несущиеся поезда. Воображение рисовало добрых радужных великанов, спешащих отвезти людей кого домой, кого на работу…
Не во Вратограде.
Вспомнилось, как шли здесь с Ерохиным и отрядом. Прогнал подкативший ком грусти прочь, не сейчас.
Словно издеваясь над происходящим, призывно мерцала лампа, метро открыто. Мятый асфальт у входа, разлохмаченные плиты ступеней. Я заскрежетал зубами.
Бейка промолчала, слова излишни. «Драконы», максимум «Вараны» то ли прятались в туннелях, то ли использовали их для безопасного передвижения.
Внутри все говорило о том же: снесенные напрочь ворота, подобие уцелевшего эскалатора. Нетронутый. Как по нему ходила техника? Ответ нашелся почти сразу же: разломанная прореха стены выводила в коридор с пандусом. Ни единого светильника. Машины неплохо ориентировались в темноте. Изнутри доносилось приглушенное рычание десятков двигателей. Вот уж куда точно не стоит соваться.
Бросил взгляд на указатели. Там, где раньше высился красно-синий столб справочной, теперь стояла нерабочая голографическая плита. Ириска сумела к ней подключиться, шепнула на ухо: мы на серой ветке, что бы это ни значило.
Вывела карту метро на сетчатку, я вспомнил брифинг. Особняк Скарлуччи как раз стоял на пересечении между серой и фиолетовой веткой. Меж двумя станциями, Корельской и Шахтеров-Героев.
– Идем тихо, без лишнего шума. Рты на замок!
И это тоже где-то слышал, но был рад подчиниться. Тащиться по туннелям с пулеметом было тяжко, тройняшки шустро разобрали свое орудие, закинули частями за спины. Пистолеты в руках. Скорее, огневая поддержка, чем нечто действенное против обитавших здесь монстров.
Сферы разведчиков парили над землей. «Осы» табунами мчались по коридорам, ни на что не обращая внимания. Вот, значит, как они доставляют технику на поверхность?
Завыл грохот подходящего поезда. Как? Кто пустил?
– Прячьтесь, – приказ Бейки исполнили шустро, было где. Колонны, статуи, тянущиеся линии стен – все к нашим услугам.
Бейка приставила палец к губам, зашептала по инфо-связи:
– Я говорила, что они используют метро. Нам нужен поезд.
Поезд, кажется, об этом не знал, унесся вдаль. Не доверяя Ириске, боясь что ее заметят, выглянул сам. Вместо пассажирских вагонов подобие поездов тянуло за собой платформы. Как и думал: «Гадюки», «Драконы», «Вараны». Ящики с торчащими из них сферами всех мастей.
– Видимо, у Царената дела не очень. Видите последний вагон?
Словно дань прошлому, на нем ютился с десяток старых, знакомых мне по воинской части «Скарабеев». Бейка заговорила вновь:
– Используют старье.
– Мы уничтожили сапожную фабрику, – шепнула Фелиция.
– И резервуары.
– Производственные линии стоят. Они пытаются их запустить резервными перевозными источниками питания. Но там, где раньше производились сотни беспилотников в сутки, теперь умудряются сделать десяток-другой. Отличная работа, – похвалила Бейка.
Ната с Леной смущенно покраснели. Мне же приятно было видеть плоды собственных трудов.
– Так как нам попасть на поезд? – нетерпению Старшенькой не было предела. Вопрос справедлив, прыгать на несущуюся платформу даже я посчитал бы самоубийством. А стоящая на них техника? Если даже у нас получится, поезд зажужжит, словно улей, сотнями оживших машин…
Бейка ухмыльнулась, будто собираясь подтвердить самые жуткие из опасений. Вместо этого выудила из вещмешка пластиковый граненый брикет. Дождалась, когда проскочит поезд, швырнула его на рельсы, словно гранату.
Я и подумал, что это граната…
– Это остановит следующий. Ничего особенного, всего лишь детская игрушка. Но мино-сканеры, что в их поездах, хорошо на нее реагируют. Остановятся, пустят проверять пару-другую сфер, понять, что за сигнал. Беспилотники на платформах в спящем режиме. Уже говорила, что экономят энергию, как могут?
Следующий рейс заурчал в туннеле. Зажужжало бегущее по рельсам электричество, несущийся нам навстречу великан вдруг завизжал тормозами. Искры летели из проема, били вспышкой по глазам. Бейкина уловка сработала!
– Живо! Пошли-пошли-пошли! – в эфире голосил уже сам. Сферы разведчиков высунулись из переднего вагона. – Не кучкуйтесь, в разные вагоны!
Этот поезд отличался от остальных. Вместо платформ – грузовые отсеки, накрытое тряпицей оборудование.
– Карт-бланш! – воскликнула Бейка.
– Что там?
– Погляди сам. Что под простынями, видишь?
Ириска ненадолго высунулась оттуда, куда ее запихнул, считала окружающую информацию. В самом деле, было от чего присвистнуть.
– Это же резервуары!
– Как есть! Те самые, от которых запитывают станки на уцелевших предприятиях. Как хорошо, что с нами взрывчатка, правда?
– А как же особняк Скарлуччи? Мы собирались ей пробивать стены!
– Я не ставлю свое прежде военного, Потапов! – в голосе командующей проскользнуло раздражение. Лучше не спорить.
Поезд дернулся, сдвинувшись с места. Ириска сообщила, что прибудем на следующую станцию в течение десяти минут. Общий путь до нужной нам ветки – двадцать одна минута…
– Закладывай сейчас, – велела Бейка. – Кто знает, что случится?
Как в воду смотрела.
Пистолетные выстрелы прозвучали громом среди ясного неба. Дернулся, ударился головой о торчащий конус резервуара, зашипел от боли. Чуть не выронил на рельсы взрывчатку, спешно сунул обратно в сумку.
– Что там?
Гадать не стоило, спрашивал у тройняшек. Вместо ответа услышал лишь раскатистую автоматную очередь.
Ждать ответа смысла не было…
* * *
Перескочил на следующий отсек, вскидывая «Арес» на ходу. Поезд набирал ход, в ушах свистел ветер. От рельс шел жаркий, душный дух.
Две «Осы» воспарили над головой, еще т�