Крылья Мальгуса. Ступень первая

Глава 1

Телефон зазвонил, когда мы ехали за мамой. Я бросил взгляд на экран и застыл. На экране высветилось: «Айлинг». Чертовщина какая-то. Пара брошенных заклинаний ничего не изменила: мне звонил именно тот абонент, что указан.

– Да? – отрывисто бросил я, стараясь не показывать растерянности.

– Мальгус, ты где пропадаешь?

Голос был незнакомый и никак не мог принадлежать учителю. Но он назвал меня по имени. Имени из прошлой жизни. Как такое может быть?

– В смысле?

– В смысле ты уже сколько в игру не заходил? – зло проорал незнакомец. – Я тебя из клана выставить собирался, да наши выступили против. Два года играем вместе, не шуточки. Но место вечно держать не будем. Либо возвращаешься в игру, либо мы тебя выставляем. Понял?

Вот теперь понял. И многое стало на свои места. Развлечения Ярослава мне казались неинтересными настолько, что я отправил их в самый дальний раздел памяти и не извлекал. А вот сейчас воспоминания о времени, проведенном в компьютерной игрушке, навалились разом. Да, моего перса звали Мальгус, а главу клана – Айлинг. Бывают же такие совпадения. Но ни Дамиана, ни Илинель не обнаружилось ни в клане, ни в моей памяти. Уже хорошо. Не хотелось бы общаться с уже известным дерьмом. Странно, что я не обратил внимание на это раньше. Возможно, потому, что Ярослав тоже иной раз думал про себя: «Я, Мальгус»?

– Выставляйте. Я больше не играю.

Молчание на том конце трубки.

– Мальгус, у тебя все норм? Может, помощь нужна?

– Не, я решил завязывать с играми. Иначе рискую проиграть свою жизнь.

Со стороны Кирилла Лазарева, сидевшего на переднем сиденье, раздалось ироничное хмыканье. Намекнуть ему, что неприлично подслушивать чужой разговор?

– Ты буквально месяц назад говорил, что игра для тебя – самое важное в жизни.

– Повзрослел. Понял, что игра – только игра.

Опять молчание.

– Мож, перса кому отдашь? Он у нас самым сильным магом был. Жалко терять.

«А забирай», – чуть было не ляпнул я, опомнился в самый последний момент. Внутри пожарной тревогой взвыла уверенность, что именно персонаж Ярослава был причиной тому, что я оказался здесь, а значит, отдавать его в чужие руки было нельзя. Разве что переименовать? Функционал игры такое допускал. Но не приманится ли при этом чужая душа? И еще подозрительное существование другого Айлинга. Пусть глупого и недальновидного, но Айлинга.

– Я подумаю.

– Думай. В принципе, я даж купить готов. Жалко ж, столько сил на прокачку угроблено.

– Слушай, а как ты имя выбирал для перса?

– Само пришло, – удивленно ответил он. – Когда создавал, понял, что идеальное.

Идеальное? Это ты Айлинга, друг, не видел…

– Совет хочешь?

– Это какой? – подозрительно спросил он. – Перестать играть, как ты?

– Переименовать перса.

Он неуверенно хохотнул, а я отключился.

Затылок Лазарева выражал неодобрение. И вообще весь он: подтянутый, ухоженный, в дорогом костюме – сильно контрастировал со мной. Даже его шофер выглядел приличнее. Так что если кто мог не одобрять, то только я. Его невоспитанность.

Информация о совпадении имен с именами персов в компьютерной игре беспокоила. Это не могло быть случайностью. Если бы возник только Айлинг или только Мальгус, это можно было бы списать на забавный казус, но сразу оба? Посоветоваться бы с настоящим Айлингом, но сейчас не время, да и не факт, что если он что-то знает, ответит. Но спросить при встрече надо будет.

Мама уже нас ждала. Поздоровалась с Лазаревым с явной неловкостью. Ему тоже было не по себе, хотя он это тщательно скрывал. Но плечи расправил и даже, кажется, живот втянул.

– Зачем такая срочность? – спросила мама.

– На месте расскажем, – бросил Кирилл, не желающий ничего выкладывать при греющем уши шофере.

Я же откладывать не мог, поэтому набросил на нас с мамой иллюзию, потом невидимость, потом полог тишины. Для посторонних мы пялились в окна на места, мимо которых проезжали.

– Мама, нас сейчас никто не слышит, поэтому буду говорить все как есть. Мы едем регистрировать клан, – сразу начал я с главного. – Поскольку мне нет 25, а у тебя нет магии, то я буду главой клана, а ты регентом.

– Зачем? – удивленно спросила она.

– Иначе не получается. Связано с бизнесом, который Лазаревы очень хотели бы иметь у себя. Настолько, что хотели к себе взять и меня, и тебя.

– Так, может, надо было соглашаться, Ярик? Ну какой из нас двоих клан?

Ее неверие в силы собственного сына удивляло.

– Перспективный, – ответил я. – Сама понимаешь, нам есть куда расширяться.

Она хихикнула, совсем как молоденькая девчонка.

– И сильно мы расширимся?

– Как получится. В кланах главное – не размер, а сила. Пока мы слабые, – пояснил я, – поэтому помощь Лазаревых нужна. Но года через три мы прекрасно обойдемся без них.

Она посмотрела на Кирилла, который сидел прямо, словно проглотил магический посох, который используют некоторые маги старшего поколения для лучшей концентрации магии. Взгляд ее мне не понравился. У этого типа есть семья, которая его интересует куда больше нас, а у мамы есть Олег.

– А почему ты не хочешь войти в клан Лазаревых? – опять спросила она. – Это было бы тебе выгоднее со всех сторон. К примеру, если бы ты захотел серьезно учиться магии, они оплатили бы приличную школу.

– Лазарев старший мне уже выписал на учебу чек на десять миллионов. На «Крылья Феникса» хватит.

Она ахнула, приоткрыла рот, но так и не нашлась, что сказать. Поверила она мене сразу и теперь смотрела со смесью восхищения и недоумения. Жаль, что продолжалось это недолго.

– Но почему? – наконец спросила она.

– Потому что Лазаревы заинтересованы в нас сейчас больше, чем мы в них, – ответил я. – Получить над нами контроль они будут пытаться еще не раз. Поэтому ничего не подписывай без моего согласия. Вообще ничего, поняла?

Она поежилась. И опять посмотрела на Кирилла. Взгляд у нее был, словно у побитой собаки, выброшенной хозяином на улицу. Что бы там ни случилось между этими двумя, рана на сердце моей матери еще не отболела.

– Ярик, ты лезешь в игры, в которых ничего не понимаешь. Не лучше ли согласиться на предложение Лазаревых, пока оно в силе. Поверь, это лучшее, на что ты можешь рассчитывать, – с жаром сказала она.

Пришлось ее опустить с небес на землю.

– Ни ты, ни я там никогда своими не будем. В этом клане мы всю жизнь будем людьми второго сорта. Ты уверена, что хочешь такого будущего для сына?

– Не уверена, что быть первым лицом в слабом клане лучше, – возразила она. – Ты всю жизнь будешь на побегушках у более сильных.

– Но если я буду в чужом клане, я этого не изменю. А так есть шанс стать в один ряд с основными игроками. – Я взял ее за руку. – Просто поверь мне и действуй в моих интересах, которые и твои тоже. И у нас все будет хорошо. Уже через год мы поменяем квартиру на что-то поприличней.

– Обещаешь? – улыбнулась она.

– Обещаю, – кивнул я. – Но только если ты ничего не станешь подписывать без моего ведома.

Это было самым слабым местом моего плана. Мама была слишком мягкой, убедить ее таким прохиндеям, как Лазаревы, будет проще простого. Причем ее уверят, что действуют в моих интересах. Хорошо бы ей ментальную закладку сделать, но во-первых, без ее согласия этого делать нельзя, а во-вторых, я пока на такое вряд ли способен. В ментале я никогда не был силен, хотя пару практик знал, но одно дело знать, а другое – использовать. А тренироваться на близких людях – то еще дело. Вот на Мальцевых я бы попробовал. Кстати, до Андрея я так больше и не добрался. Еще решит, что волей богов можно пренебрегать. Непорядок.

– Эх, втягиваешь ты меня в авантюру, – неожиданно сказала мама, – но я почему-то в тебя верю. Обещаю, что не стану ничего подписывать без твоего согласия. Если нужно, могу дать клятву.

– Нужно, – оживился я. – Если ты согласна, это был бы идеальный вариант. Клятва не даст тебе подписать, даже если Лазаревы тебя убедят.

Когда мама давала клятву, Кирилл точно что-то почувствовал и обернулся. Но для него мы продолжали пялиться в окна, поэтому он пару секунд на нас посмотрел и отвернулся.

– Сейчас я сниму все заклинания и нас снова будет слышно, – предупредил я маму. – Поэтому ни о чем серьезном не говорим. Лучше молчим. Тем более что Кирилл собрался нам что-то объяснять по приезде.

– Он не Кирилл, он твой отец.

– Да? Он тоже так считает?

Мама обиженно отвернулась, а я посчитал этот момент подходящим, чтобы развеять все.

Регистрация клана прошла, можно сказать, буднично. Кирилл Лазарев даже благородно заплатил пошлину, о которой меня не предупредил Лазарев-старший. Пошлина была не такой уж большой, я бы смог и сам заплатить, но почему бы и не дать возможность проявить себя рыцарем другому, который показывал, что платит он не за меня, а за мою маму. Оплатить пришлось до проверки и оформления, и Кирилл, выложив незначительную, по меркам Лазаревых, сумму, но при этом почувствовавший себя благодетелем, предложил подождать нас у кабинета. «Чтобы не смущать», – пояснил он прежде, чем выйти.

Почему-то показалось, что он был уверен, что в регистрации нам откажут. Но спрашивать о таком не спрашивают, поэтому я лишь убедился, что он вышел и повернулся к служащему, которому уже все объяснили и который не выглядел так, словно мы предлагали ему совершить нечто невозможное.

Больше всего времени ушло на то, чтобы доставить в эту комнату проверочный артефакт, который неожиданно оказался огромной тяжелой бандурой. Проверяющих заклинаний было два – на силу моей личной магии и на связь со мной заклинаниями подчинения, еще было встроена проверка на несанкционированную магию. То есть по факту все можно было уместить в артефакт размером в ладонь, которую надо было прикладывать, остальное было просто оформлением, тяжеловесным и неудобным.

Служащий проверил, убедился, что я соответствую нужным требованиям, после чего быстро выписал документ. Этакий солидный бланк, с водяными знаками и переливающейся заклинанием истинности печатью.

Лазарев повернулся к нам с улыбкой, которая застыла на его лице, когда он увидел документ у меня в руках, так что мои подозрения в его отношении только усилились. Но справился он с собой быстро и поздравлял нас почти естественно. Я сделал вид, что не заметил заминки, и спросил:

– Договор заключать тоже здесь будем?

– Разумеется, – неохотно подтвердил Лазарев. – У вас печати нет.

Да, печати у нас не было, но нужно озаботиться, если начнем торговать накопителями. Я узнавал, стоила она дорого, и большую часть суммы составлял императорский сбор, а отнюдь не изготовление, хотя клановые печати и выглядели как произведения искусства. Но пока нашими единственными клиентами будут Лазаревы, мы можем не торопиться.

Договор мы обсудили еще с Лазаревым-старшим, он был напечатан и лежал в портфеле у Кирилла, но прежде, чем мы перешли к подписанию, я его еще раз внимательнейшим образом проверил. Уж очень странно вел себя представитель нашего будущего компаньона. Но никаких изменений я не нашел, даже штрафы остались, которые выплатят Лазаревы, если не обеспечат нам рабочее место в течение недели, поэтому не стал возражать против того, чтобы мама подписала.

После чего договор заверили, и мы получили каждый по своему экземпляру, а один остался в канцелярии этого учреждения. За заверку с нас слупили круглую сумму, я предложил Лазареву оплатить половину, но он отказался. Было видно, что он злился, хотя и старался этого не показывать, но говорил отрывисто, а смотрел потемневшими глазами так, что мама, случайно встретившаяся с ним взглядом, отшатнулась.

– Спасибо, мы доедем до дома на такси, – сообщил я ему. – Надеюсь, помещения подготовите быстро.

С помещениями я понаглел и заказал три комнаты: одну для автоклавов, одну с оборудованной вытяжкой для занятий алхимией и одну – для всех остальных занятий с моими учениками. Что-то подсказывало, что скоро их станет на одного больше. Но против Ани я ничего не имел, она была намного посильнее Серого, и в ней виделся потенциал.

– Зачем же на такси? – процедил Кирилл. – Я с удовольствием вас подвезу. Вера, прошу.

Он открыл заднюю дверь для моей мамы, опередив выскочившего водителя.

– Спасибо, но нет, – неожиданно резко ответила мама. – Нам с сыном нужно пройтись и поговорить.

Наверное, наконец заметила, что удовольствия от нашей компании бывший любовник не испытывает. Я с ней был солидарен – ехать со взбешенным магом не хотелось, никогда не знаешь, что он может выкинуть. Конечно, по моим наблюдениям магия здесь не особо развита, но и дубиной можно так шандарахнуть, что не успеешь выстрелить из самого современного оружия. А скорость реакции у меня пока тоже была не ахти, развивать и развивать.

– Ваш выбор, – холодно бросил Кирилл и сел сам на заднее сиденье. На нас он больше не смотрел. Похоже, боялся взорваться.

– А ведь он даже не вспомнил, что у тебя сегодня день рождения, – неожиданно сказала мама.

– Потому что ему нет до нас дела. Мне казалось, ты это уже давно поняла.

– Поняла, но… Сейчас это было особенно наглядно.

Она отвернулась от машины, которая резко стартовала, встроилась в поток и унеслась.

– Что ты собираешься производить? – спросила мама. – Я, конечно, подписала, но ничего не поняла.

– Накопители нового типа. Перспективное направление. Думаешь, они просто так вокруг нас бегают? Им накопители, нам деньги и защита. Пока размен хороший.

– Пока?

– Договор у нас на пять лет. Потом посмотрим, – уклончиво сказал я, вызывая такси.

Пока подъезжало такси, я успел созвониться с Серым и сообщить ему, что наше производство переезжает и увеличивается в объемах. В ответ раздалось молчание, тогда я на всякий случай сообщил ему, что увеличение объема ведет и к увеличению притока денежных средств, которые будут делиться так же, как мы договаривались раньше. Только после этого он наконец смог выразить свою радость словами: «А предупредить раньше никак?». Пришлось напомнить, что я не был уверен в результате, и сообщить, что он повышается до директора производства, что, несомненно, круче, чем владелец одного подпольного автоклава, который постоянно пытается кто-то отжать.

Полине я звонил из такси, в разговоре сделал поправку на то, что нас могут прослушивать:

– Привет, как насчет того, чтобы позаниматься сегодня немецким?

– Сегодня? Я немного занята, – подхватила она игру. – Давай завтра?

– Ага, я нашей немке так и скажу, что ты была занята.

– Чего сразу немке? Я ж не отказываюсь. У тебя или у меня?

– У меня, конечно. У меня сегодня по расписанию разговор с тем же немцем. Если успеешь, вместе с ним пообщаемся. Я пока только еду домой. Буду минут через двадцать.

– Ты бы хоть шоколадку пообещал…

– Я тебе пообещал целого немца на полчаса. Это куда лучше шоколадки.

Она хихикнула и отключилась.

Интерлюдия 1

Кирилл Лазарев, войдя в кабинет отца, молча положил перед ним бумаги.

– Это что?

– Это договор клана Лазаревых с кланом Елисеевых, который вы согласовали с Ярославом, и список материалов, которые клан Лазаревых должен предоставить клану Елисеевых для работы, – не без ехидцы в голосе сказал он.

По дороге он успел немного успокоиться и теперь даже находил удовольствие в том, с каким видом смотрел на него отец.

– То есть как?

– А вот так. Кто посчитал, что Ярослав не обратил внимание на требование, а мы должны показать готовность и уважение?

Спокойствие Кириллу опять изменило, и он злился на отца, поставившего его в положение, когда пришлось подписывать невыгодный клану договор, чтобы не потерять лицо. Злился и не хотел этого скрывать.

– Подожди. – Лазарев-старший выставил останавливающим жестом перед собой руку. – Ты хочешь сказать, что с ним связано не менее пяти человек клятвами подчинения?

– Именно так.

– Но он же пацан? Каким дебилом надо быть, чтобы связать себя клятвой с малолеткой?

Лазарев-младший пренебрежительно пожал плечами.

– Скорее всего, таким же малолеткой, не осознающим последствия. Но мы-то осознаем, правильно, отец? Тебе не кажется, что твоя интуиция сбоит, когда речь идет о Ярославе Елисееве?

– Не сбоит, – буркнул старший. – У меня сразу появилась уверенность, что с ним нужно вести дела честно, но попытаться привязать стоило же?

– Стоило. Я бы даже жестче повел себя. Слишком серьезные деньги на кону.

– Главное – не деньги, главное – возможности.

– Вот-вот. Уйдет он от нас со своими возможностями, – насмешливо фыркнул Лазарев-младший. – Что тогда будешь говорить?

– Не уйдет. Лет десять у нас в запасе есть. Пока можно влиять через мать.

– А то и заставить ее подписать вассальный договор?

Лазарев-старший внимательно посмотрел на сына. Тот был совершенно спокоен, хотя речь шла о его сыне и о его любовнице. Бывшей, но любовнице.

– В груди ничего не шелохнулось при виде Веры?

– Ничего, – с едва заметной запинкой ответил младший. – Все осталось в прошлом. Она сделала свой выбор. Я – свой.

– Это хорошо, что не осталось, – одобрительно кивнул старший. – Нужно ей подобрать мужа. Из тех, кто нам полностью лоялен. Глядишь, тогда вольются к нам безболезненно.

Глава 2

      Полина появилась почти сразу. Я даже не успел ничего обсудить с ее сестрой, только начал ее плавно подводить к тому, что свежесозданному клану Елисеевых нужен полноценный целитель. Поскольку целители здесь были несколько ущербны, а Анна видела себя в роли мага-исследователя, то пока она меня не понимала. Но это пока: у меня был прекрасный набор из Императорской книги именно лечебных заклинаний, а для них характерно усиление по мере практикования. Набор был малый, но там имелось все необходимое для старта именно целителя, а уж дальше пусть Аня проявляет свои исследовательские таланты, из-за которые ее и удерживали Мальцевы. Было еще одно тонкое место в моем плане, вопрос изменения внешности, но к нему я собирался перейти чуть позже.

Полина влетела и сразу со всхлипом повисла у сестры на шее.

– Анечка, – разревелась она, – я думала, что все, тебя уже нет. Но потом Ярослав выяснил, что ты жива. И не только выяснил, но и вытащил. – Она повернула ко мне уже изрядно залитое слезами лицо. – Спасибо, Ярослав, моя семья этого никогда не забудет.

Похвала была приятна, неприятно было то, что теперь они обе ревели уже обе, в четыре ручья, и вряд ли были способны на конструктивное мышление

– Лучше бы забыла. Потому что если кто-то проболтается, то мои нынешние проблемы с Мальцевым покажутся совсем детскими.

– А они есть? – удивилась Аня и шмыгнула носом, совсем как младшая сестра.

– Не было бы, может, я и не полез бы в Огурцово. А не полез бы – тебя бы не вытащил.

– А как ты ее вытащил? – глаза Полины, окруженные слипшимися от слез ресницами, уже сияли от любопытства.

– Просто. Усыпил и перенес через ограду, – немного рисуясь, ответил я.

Аня посмотрела со скепсисом. Весила она прилично, а я не выглядел заправским силачом, способным таскать предметы весом больше себя. Но других вариантов у меня не было: подкоп и перелет были еще менее вероятны.

К нам заглянула мама.

– Я схожу за тортом. Собиралась, но совсем забыла, – чуть виновато сказала она. – Не теряйте меня. Приду и все приготовлю.

Дверь за ней захлопнулась, и Аня повернулась ко мне:

– Допустим, меня действительно вытащил ты. Вопрос: зачем?

– Полине пообещал.

По лицу Анны было понятно, что она не верит мне ни на грош и если продолжает спрашивать, то лишь потому, что хочет понять, кто стоит за мной. Но тут я ее ничем не мог порадовать – за мной стоял только я сам. Ну, и немного Айлинг. Но он стоял слишком далеко, чтобы с ним можно было познакомиться.

– Допустим. А что дальше?

– В смысле?

– Что ты собираешь делать дальше? Ты сказал, чтобы я отсюда не уходила, потому что у тебя есть план.

– Могу предложить работу на клан Елисеевых, – независимо сказал я. – Обещаю достойную зарплату и доступ к нужным знаниям.

– Не припомню такого клана.

– Потому что он только сегодня создался. Вынужденно. Так-то я просто хотел завести производство, но после того как на меня неоднократно наезжали Мальцевы, пришлось искать кого-то, кто смог бы им противостоять. В клан Лазаревых я отказался вступать, пришлось заводить свой, чтобы заключить с ними договор.

По мере моего рассказа глаза Полины округлялись, как у героини анимэ. Нет, сестру она не забывала и крепко держала за руку, как будто боялась, что та исчезнет или потеряется, но внимания теперь уделяла больше мне.

– То есть ты теперь глава клана? – восторженно спросила она.

– Формально да. Регент – мама, но она дала клятву ничего не подписывать без моего согласия.

– И много вас в клане? – скептически спросила Аня.

– С тобой будет трое.

Она оскорбительно захихикала, вытирая выступившие теперь уже от смеха слезы.

– Ярослав, ты же понимаешь, что Мальцевы меня просто так в покое не оставят?

– Лазаревы пообещали сделать для тебя новые документы.

– Мелкий, похоже, ты не понимаешь, – сожалеюще сказала Анна. – Даже с новыми документами мне придется уехать в тьмутаракань и не факт, что меня там не найдут, после чего никакие Лазаревы не защитят клан Елисеевых.

– Слушай, я же сказал, что все это решу, – с раздражением ответил я. – Защитить тебя я в силах. Мальцевы вообще никогда тебя не найдут, если ты не придешь к ним и не скажешь: «Вот она я».

Внезапно Анна насторожилась, и только после этого я обратил внимание на две ауры магов у нашей двери. Взламывать они не пытались, наверняка оценив защиту и сообразив, что пока они доберутся до внутренностей нашей квартиры, мы успеем десять раз вызвать полицию. А то и настрочить сообщение в крупный новостной портал с прекрасным заголовком «Маги Мальцевых опять развернули войну против Лазаревых».

– Похоже, даже приходить не придется, – обреченно сказала Анна. – Эти двое точно за мной.

– Какие двое? – недоуменно спросила Полина.

– У нашей двери два мага, – пояснил я. – Скорее всего, мальцевские. Скорее всего проследили за тобой и решили проверить, зачем ты ко мне пришла.

Во взгляде Анны промелькнуло удивление. Не ожидала, что кто-то, кроме нее, увидит? Зря. Я обычно даже больше могу видеть, но сейчас расслабился. Да и сложно постоянно сканировать, когда по подъезду все время кто-то шляется, то вверх, то вниз. Пойдут первые доходы, нужно будет присмотреть дом с большим приусадебным участком, чтобы не влипать вот так. И утыкать там все артефактными датчиками.

– Аня, не нервничай, Ярослав что-нибудь придумает, – попыталась успокоить сестру Полина.

– Неужели? – выдохнула та, не разделявшая уверенности сестры.

– Для начала расцепитесь, – скомандовал я. – Аня, быстро на кровать, Полина – ко мне и раскрой наконец учебник по-немецкому, мы же ради него здесь собрались.

– Думаешь, они так увлекутся вашими занятиями, что не заметят меня? – скептически спросила Анна. – Мой отвод глаз мальцевские артефакты пробивают на раз-два.

Тем не менее она послушалась и залезла на кровать с ногами.

– Ключевое слово – твой, – отрезал я.

Больше я сказать ничего не успел, потому что вернулась мама, а с ней в нашу квартиру вломились и оба мага. Зато успел сделать: бросил на Аню невидимость, а Полину притянул к себе и начал целовать. Она поначалу опешила и уперлась в меня руками и, лишь сообразив, что это – постановочная сцена, обняла меня сама.

Ввалившиеся маги увидели двух целующихся подростков, которые испуганно отпрянули друг от друга. Маги были незнакомые, но не менее наглые, чем те, что ограбили Серого на накопители.

– Здесь было трое! – уверенно сказал один из них и хищно огляделся.

– Вы вообще кто? – наехал на него я. – По какому праву вы вваливаетесь в дом к главе клана?

– Какого еще клана? – проворчал он, водя артефактом по сторонам. Но моя невидимость – идеальна, примитивным артефактом ее не обнаружишь. – Черт-те что. Говори, кто тут у вас был и куда делся!

– Мама, звони Лазаревым! – рявкнул я. – Они обещали прислать боевиков.

Мама что-то испуганно пискнула на заднем фоне, но явно не про телефонный звонок. Подозреваю, если она телефон достала, то его уже отобрали.

– Стоп-стоп-стоп, каким Лазаревым?

– Обычным. Мы как раз сегодня заключили с ними договор, по которому они отвечают за нашу безопасность.

– Да нет тут никого, – к нам заглянул второй маг. – Сбойнул, видать, артефакт из-за охранной системы. Нестандартная она тут.

– Это не объясняет, почему вы ввалились в мой дом без разрешения. – Я выдвинулся вперед, стараясь создавать как можно больше шума, потому что невидимость на Аню я бросил, а вот полог тишины – не успел. Сейчас это было бы палевно, с работающими артефактами, которые могли засечь магический импульс. А может, и не могли, я пока с местными артефактами не сталкивался, во всяком случае так, чтобы иметь возможность их подержать в руках и внимательно изучить. – Это нарушает мои права, и я буду жаловаться. Кстати, какой клан вы представляете?

Не заметить нашивки на рукавах с огромной буквой «М» мог только слепой, но я демонстративно смотрел куда угодно, только не туда. Маги переглянулись, поверили они мне не до конца, слишком несолидно я выглядел, но поверили, поэтому усиливать конфликт не стали и старший из них сказал почти вежливо:

– Мальцевых. Дело в том, уважаемый, что мы не хотели никого оскорбить. Мы ищем опасную беглую преступницу.

– Опасную? – хмыкнул я.

– Очень. В подробности мы вдаваться не имеем права, но все, кто с ней контактируют, подвергаются нешуточному риску. Вы бы не водились с кем попало, к вам бы не было ненужных визитов, – он кивнул на насупившуюся Полину.

– С кем мне водиться, выбираю я. А вас попрошу на выход, – рявкнул я.

– В этой комнате точно не было третьей персоны?

– Вы меня сейчас пытаетесь оскорбить или подольститься? – хмуро ответил я вопросом на вопрос.

Он хохотнул, бросил одобрительный взгляд на Полину, которая все это время простояла соляным столпом, красным то ли от смущения, то ли от злости, еще раз осмотрел комнату, поводил артефактом, потом неожиданно спросил:

– Разрешите заглянуть в шкаф?

– После этого вы уйдете?

– Нужно же убедиться…

– Заглядывайте.

В шкафу он тоже поводил артефактом, после чего вспомнил, что в комнате есть окно и выглянул в него, уделив внимание тому, что происходит снаружи. Но там ничего интересного не обнаружилось, поэтому вражеский маг выругался сквозь зубы на криворуких артефакторов, неохотно извинился и столь же неохотно двинулся на выход. Я пошел за ним: удостовериться, что ушел и что не забыл своего боевого товарища, который как раз выходил из кухни.

В прихожей обнаружились испуганная мама и валяющаяся на боку коробка с тортом. Нет, торт в любом виде – вещь вкусная, но на день рождения он должен быть еще и красивым. Этот красивым уже не будет, хоть его весь свечками истыкай, значит, нужен другой.

– Ты, – я ткнул пальцем во второго, – быстро до магазина за тортом на замену. Только подумать, два придурка испортили такой день.

– Мы только исполняем свою работу, – неуверенно сказал первый.

– Ваша работа – портить отношения между Мальцевыми и Лазаревыми? Так я вам помогу, сделаю сейчас один звонок.

Я достал телефон.

– Действительно, неловко как-то получилось. Олег, сходи за тортом, не стоит расстраивать хозяев, – с нажимом сказал первый. – Еще раз приносим наши извинения. Мы не хотели внести раздор между кланами.

Знал бы, что получу такое преимущество в разговоре с мальцевскими магами, завел бы клан раньше. Вон как уважительно первый маг бубнил извинения все то время, что второй маг бегал за тортом. Принес не такой, который так и лежал на боку в прихожей мы потеряли, а что-то пафосное в огромной коробке.

– С извинениями от клана Мальцевых клану…

– Елисеевых, – сообщил я, милостиво принимая коробку.

– Не слышал.

Подозрение опять заполыхало в обоих.

– Ничего еще услышите. Клану и дня нет. Желаю вам больше не ошибаться и не использовать неисправные артефакты.

Дверь я захлопнул за ними с огромным удовольствием, трофейный торт отнес на кухню, поставил на стол, потом обратился к испуганной маме, которая все это время простояла в прихожей, прижимая к груди руки:

– Кто-то обещал вкусный ужин? Все, они ушли.

– Совсем? – отмерла мама.

– Надеюсь.

Невидимость с Ани я снимать сразу не стал, сначала внес правку в защиту квартиры, чтобы никто извне не мог увидеть, сколько здесь человек и каких. Даже есть ли здесь кто и то теперь останется тайной для проверяющего. После чего развеял заклинание.

– Я же говорил, защищу.

– Мелкий, а ты не такой уж и мелкий и полон неожиданностей, – попыталась пошутить Аня. Была она бледновата, но держалась неплохо. – Я уж было решила – все, добегалась. Ан нет – прошли мимо и не заметили.

– Знаешь их?

– А то. Старший который, еще ничего, а тот, что помоложе, – сволочь первостатейная, – она нахмурилась. – И всю эту сволочь я сейчас натравливаю на вас. И на свою семью.

– Ничего, мы переживем, – бодро ответила Полина. – Лишь бы с тобой все было нормально.

На меня она старалась не глядеть, а когда смотрела, краснела и отворачивалась. Нежная какая, можно подумать, это у нее первый поцелуй. Я посмотрел на Полину и сообразил, что действительно первый. Похоже, идея оказалась не слишком удачной. Пока я решил делать вид, что ничего не случилось, может пронесет и никто не будет настаивать на втором. Анна шокированной не выглядела, и то хлеб.

– Со мной будет нормально, если мне не придется всю жизнь просидеть на чужой кровати, – фыркнула Аня. – Ярослав, до появления этих двух милых магов, ты что-то говорил о том, что меня не найдут.

– Ах да, – спохватился я. – Мы тебе изменим внешность. Капитально. Вместе с аурой.

Она хихикнула, решив, что я шучу.

– Сил у меня с накопителем должно хватить, – серьезно продолжил я. – Внешность можешь выбрать сама. – Вспомнил особенности заклинания и добавил: – Пол тоже. Но учти, что сколько материала есть, столько и уйдет, ни больше, ни меньше.

Аня заинтересовалась.

– То есть если я захочу стать худой настолько, чтобы сойти за модель…

Я прикинул ее вес и дополнил:

– То тебе придется сильно вырасти. За два метра точно.

– Ну ты и хам! – возмутилась она.

– Какой есть. Меняем внешность?

С ответом она не торопилась.

– Какую работу ты хотел мне предложить?

– Нашему клану нужен целитель. Причем нормальный, а не такой, которого может заменить врач.

– Нормальный – это как в сериалах? – скептически спросила она.

– Нормальный – это как тогда, когда я себе кровь остановил и последствия убрал, – напомнил я.

– Кстати, а как ты это сделал?

– Есть базовый набор целительских практик. Комбинируя их, можно добиться много. А еще, зная, как все устроено, сможешь придумывать новые.

– Звучит слишком красиво, чтобы быть правдой. Проблема целителей не в отсутствии заклинаний, а в том, что внутреннюю структуру они рассматривают в проекции, а она искаженная.

– А зачем в проекции? – удивилась Полина. – Я могу и себя, и другого осмотреть так.

– Ты видишь только каналы и источник, – напомнил я. – Для целителя этого мало. Есть так называемое целительское сканирование, позволяющее…

– Стоп-стоп-стоп, – остановила нас Аня. – Что я только что услышала? Полина видит каналы и источник? Но она же не маг?

– Она маг и моя ученица.

В доказательство Полина создала настоящий файербол, заклинание которого я ей не так давно показал. На большой у нее сил пока не хватало, и то, что сияло сейчас у нее в руке, напоминало маленькую ярко светящуюся бусинку, но спутать это с чем-то другим было невозможно.

– Офигеть, – выдохнула Анна.

Полина поиграла своим файерболом, перекатывая его между пальцев, потом развеяла.

– Полина растет как маг, но до полного раскрытия потенциала ей еще далеко. Не будет лениться – переплюнет тебя нынешнюю, – пояснил я. – У тебя тоже возможен рост.

– Научишь своим практикам? – прищурилась она.

– Хитрая какая. Ты мне даже не ученица.

– Не могу же я пойти в ученицы к кому попало.

– Напоминаю. Кто попало вынес тебя с защищенной базы Мальцевых так, что они почесались только утром.

– И как тебе это удалось?

– У меня был хороший учитель. Ань, у меня такое чувство, что ты продолжаешь работать на Мальцевых и выясняешь сейчас все для них.

– Я ж правильно понимаю, что просто так ты мне ни одного заклинания не выдашь?

– Правильно. Либо ученическую клятву приносишь, либо верности. Ученическая предпочтительнее: она не вечная и показывать что-то удобнее. Но внешность я тебе могу изменить просто так, авансом. Тогда, если не примешь мое предложение, заберешь документы и уедешь, куда захочешь.

Но по Ане было видно, что никуда она не уедет: какой маг откажется от новых неизвестных другим заклинаний? Только глупый, а моя собеседница дурой не была.

– А почему именно целитель? – неожиданно спросила она.

– Потому что есть ритуал, позволяющий полностью раскрыться магу, и проходить его лучше всего с помощью целителя. Поэтому целитель нужен мне и двум моим ученикам. Ты просто не представляешь, на что способен настоящий целитель. Ты точно не разочаруешься.

Возможно, я бы не уговаривал ее так, но другого сильного мага под рукой у меня не было, а какой целитель из слабого? Правильно, никакущий.

– Прыткий ты какой, мелкий. Ладно, пока внешность меняем, и я буду думать.

Как мне показалось, Аня хотела еще раз убедиться в том, что я что-то значу как маг, а что для этого может быть лучше, чем результат заклинания Императорская защита свидетеля? Правда, я его еще ни разу не использовал, но руки так и чесались проверить.

– То есть я смогу выбрать внешность, какую хочу?

И следующие полчаса она мне втолковывала, что именно нужно изменить до идеала: чуть нос, чуть губы, чуть разрез глаз, чуть убрать в талии и чуть добавить в грудь. Полина активно ей помогала. И то, что получалось в результате, в моем воображении выглядело, как целлулоидная кукла.

– Ты станешь стандартной до незапоминания, если все это проделать, – возразил я. – Давай так. Я буду менять на свой вкус. До закрепления результата можно показывать и менять. Не понравится – откатим к тому, что было. Начинаем? Рост будем добавлять?

– Начинаем. Будем, – энергично кивнула Аня.

Интерлюдия 2

– Что значит пропала? – тихо прошипел Игнат Мефодьевич.

Но Новиков не обманывался: патрон терял голос, когда злился так, что орать не мог, а орал он почти всегда и по любому поводу. А еще вместе с голосом он терял контроль над своими действиями. Вот и сейчас от правой руки Мальцева, собранной в кулак, зазмеилась тонкая дымная струйка, на что тот не обращал внимания.

– Исчезла из комнаты, в которой находилась, – делая вид, что все нормально, ответил Новиков. – Территорию Огурцово она не покидала. Мы просмотрели все записи наружных камер.

Мальцев положил кулак на стол, и сразу запахло паленым. Горел не стол, он-то был огнеустойчивым, горели бумаги, лежащие на столешнице. Заполыхали они бодро и одновременно, но глава клана даже не обратил внимания на такую мелочь, тем более что там ничего важного не было – ни одной бумажки с печатями, так, сводки, отчеты, даже не недельные, дневные и уже просмотренные.

– Но на всякий случай мы прошлись по родителям, парню и всем подружкам, – как ни в чем не бывало продолжал Новиков. – Нигде не зафиксированы ни она, ни ее аура. Парень так вообще уже с другой живет.

– Тебе не кажется, Павел, что многовато просчетов с твоей стороны за последнее время? – все так же обманчиво тихо спросил Мальцев. – Того, кто напал на внука, не нашли. Откуда взялись накопители, не нашли. Теперь девка пропала, ее тоже не нашли. Девка сама по себе не слишком важная и нужная, но сам факт неприятный.

– Да не всплывет она, – уверенно ответил Новиков. – Наверняка охрана перестаралась с развлечениями, а концы решили зачистить.

– А что мозгодеры?

– Поковырялись по верхам, ничего не нашли. Дальше лезть не стали: там у каждого блок, его вскрывать – без охраны останемся, – недовольно сказал Новиков. – А вы сами, Игнат Мефодьевич, сказали, что девка не настолько важна. Оштрафуем всю смену, сошлем на охрану шахты.

Бумаги на столе догорели и рассыпались пеплом. Мальцев опустил голову и уставился на них, словно только что заметил.

– Чутье тебе в последнее время изменяет, Паша, – почти нормально сказал он. – Просчет за просчетом. Еще один – и отправишься на шахту сам.

Новиков покаянно опустил голову, но подумал, что на шахту отправиться намного лучше, чем на кладбище. А второе с таким начальством куда вероятнее первого.

Глава 3

Результат меня порадовал. Получилась в меру симпатичная девица, больше похожая на мою маму, чем на саму Аню, чего я и добивался, поскольку собирался выдать ее за нашу родственницу. Но сама Аня оказалась не в восторге. Разглядывала долго, вдумчиво, а в конце выдала:

– Знаешь, мелкий, я поняла, что не готова так кардинально меняться. Я себе так-то нравлюсь.

– Знаешь, Аня, но со своим старым лицом тебе прямая дорога опять к Мальцевым, – чуть раздраженно ответил я – как-никак, угробил на ее новый имидж часа полтора, осталось только закрепить, и упс – объект, видите ли, не готов. – Я тебя могу оттуда потом вытащить, а могу и не вытаскивать. Потому что если ты выбираешь свою внешность, то свобода для тебя однозначно второстепеннее.

– Понимаешь, мелкий, – повторилась она. И ведь чувствовала же, зараза, что меня бесит такое обращение, но упорно дразнила, – внешность – это не главное. Если что-то заподозрят и придут сравнивать ауру, а запись моей у них есть…

– То ничего не подтвердят, потому что аура тоже изменится. Это я гарантирую.

– Понимаешь, Ярослав. Дело в том, что твои гарантии для меня ничего не стоят, – неожиданно ответила она. – Я понимаю, что твой учитель шифруется, но тем не менее хотела бы поговорить с ним.

– У меня нет учителя.

– Ой ли? – Она насмешливо склонила голову набок. – Тогда откуда ты знаешь все это.

Она побултыхала руками в воздухе, словно била по невидимой столешнице. Или раскладывала там что-то, и этого чего-то было очень много.

– То там, то тут набрал понемножку, – ответил я, сам удивляясь собственной гениальности. – На сайте «Искра», к примеру, есть интересные методики.

– На сайте «Искра»? Ыыыы, – замычала она, загибаясь от смеха. – Его еще не прикрыли? Столько раз поднимался вопрос об опасности того, что у них там выложено.

– Там и нормальное есть, – буркнул я, в очередной раз понимая, что фишка с сайтом работает не на всех.

– Есть, кто бы спорил, – согласилась Аня. – Но его так мало, что тот, кто начнет что-то делать по их сайту, раньше загнется, чем получит результат. Кроме того, у тебя виден системный подход, а не хаотичное хватание оттуда и отсюда. У тебя видно нормальное магическое образование. Даже нет, не нормальное, а очень хорошее.

Проницательность Ани не порадовала. Нужно будет как-то шифроваться перед магами посильнее, чтобы не раскрыться. Сообщать Ане о переселении души я не буду, во всяком случае пока она не связана со мной хоть чем-то.

– У меня нет учителя, – повторил я. – Придется тебе с этим смириться.

Конец неприятному разговору положила заглянувшая мама.

– Ужин готов. Давайте быстро мыть руки и за стол.

Накрыла она в своей комнате, которая в нашей квартире выполняла еще и функции гостевой и столовой. И расстаралась по полной: одних салатов штуки четыре. Когда только успела? Если бы покупала вместе с тортом, то они вместе с тортом и валялись бы в прихожей.

– Ох ты! – восторженно выпалила Полина. – Это в честь Аниного освобождения?

– Это в честь дня рождения твоего кавалера, – ехидно ответила Аня. – Что касается меня, то пока я не могу сказать, что освобождение состоялось.

– Ты вообще-то можешь в любой момент уйти, – разозлился я. – И если я попросил тебя остаться, то только из-за беспокойства о тебе. Так-то получишь новую внешность и документы – и вали, куда хочешь. На этом моя ответственность за твою судьбу закончится.

– Не ссорьтесь, – попросила мама. – И без того день был, мягко говоря, странным.

– Вот-вот, – проворчал я. – Форменный дурдом.

– Но Аня может у нас оставаться, пока в этом есть необходимость, – твердо сказала мама. – Мы поставим здесь раскладушку.

Кто будет спать на раскладушке, она не уточнила. Мне-то казалось, что Аня, но маме может представляться другой расклад, в котором я благородно уступаю свою комнату и кровать. Но мне теперь казалось, что все благородство я израсходовал, когда вытаскивал Аню из Огурцово. С тех пор она только и делала, что испытывала мое терпение, которое стремительно таяло, а вместе с ним – и желание помогать.

– А я? – сразу влезла Полина. – Я могу у вас сегодня переночевать?

Чтобы не поинтересоваться в очередной раз, не дура ли Полина, пришлось глубоко вдохнуть и выдохнуть. Хорошая практика, позволяет не делать необдуманных заявлений и действий. Подышал бы так вовремя, посоветовался бы с Айлингом – и не потащился бы в расставленную ловушку. Но в моем случае последовала бы другая ловушка, третья, четвертая – до удачного схлопывания, после которого не факт, что мне повезло бы попасть сюда. Так что иногда горячность имеет свои плюсы. Если подкрепляется удачливостью.

– Ты как это себе представляешь? – вместо меня спросила Аня. – «Мама, папа, не переживайте, я сегодня у Ярослава переночую?» Так они распереживаются куда больше. Ранние ночевки у мальчиков заканчиваются ранними беременностями, заруби это себе на носу.

– Да я же не с ним, а с тобой, – заполыхала Полина.

– А кто это знать будет? Ему-то что? Он, смотрю, вообще очень легко к таким вещам относится, – неодобрительно сказала Аня, намекая на поцелуй.

– Ярослав никогда ничего такого не позволил бы себе, – встала на мою защиту мама.

– Я провожу Полину после ужина, – поставил я точку в разговоре, пока никто не рассказал маме, как я отвлекал мальцевских ьмагов. – Полина, учти, что родителям про сестру говорить ничего нельзя.

Она хмуро кивнула. Удовольствие от общения с сестрой сильно подпортилось намеками за застольным разговором. Так что сейчас радовалась только мама, она даже вытащила бутылку шампанского и предложила старшей гостье. Мне, что характерно, нет. Можно подумать, я ничего крепче воды никогда не пили. Хотя… Ярослав точно даже пиво не пробовал. Бокал себе я требовать не стал – не время проверять, как алкоголь повлияет на тело. Так что мама с Аней уговорили бутылочку вдвоем, после чего Аня тоже размякала и заулыбалась, и они начали мило болтать о какой-то ерунде, не сильно обращая внимания на остальных.

– Я тогда пойду, – решила Полина. – А то уже поздно и вообще…

– Вообще что? – спросила Аня.

– И вообще, мне выспаться надо, потому что завтра на олимпиаду по математике, – пояснил я. – Без меня дверь никому не открывайте. Начнут ломиться – звоните.

– В полицию?

– Мне. Я быстрей появлюсь.

И возможно, после этого в полицию будет уже некого сдавать. Бесцеремонность мальцевских магов злила. Хотелось хотя бы одному подарить пару проклятий. Ба! Да у меня еще остается необработанным Андрей Мальцев. Сегодня же займусь.

По дороге Полина не молчала. Она то выражала восхищение тем, как ловко я вытащил Аню, то начинала строить планы на будущее. Планы были тревожащие. А когда мы подошли к ее дому, добила окончательно.

– Ярослав, это же было не просто так?

– Что?

– Поцелуй.

– Разумеется. Нам надо было сбить с толку магов.

– Ааа, – разочарованно протянула Полина, ожидавшая совсем другого ответа. – А как ты думаешь, сейчас за нами наблюдают?

– Разумеется.

– Тогда, может, их нужно опять сбить с толку?

– Кого? Твоих родителей? – насмешливо уточнил я. – За нами наблюдают сейчас они.

Полина подняла глаза к собственному окну, обнаружила, что я не соврал, и окончательно скисла. Но не сдалась.

– Я вот что еще хотела узнать. Кланы оплачивают обучение перспективным одаренным. Но поскольку я твоя ученица до окончания ученичества, ни с кем не могу такого договора заключать, так?

– Ермолина, ты стань сначала перспективной, – разозлился я. – А то ленишься так, что мне за тебя стыдно. А вот станешь, тогда поговорим. Может, Елисеевым найдется что тебе предложить. Все, пока.

Я развернулся и удрал, пока в ее голову не пришла еще какая-нибудь гениальная идея. До квартиры сама дойдет, не маленькая, и родители бдят – уже дверь наверняка открыли и ждут.

Дома оказалось, что Аня мужественно освободила мою комнату. Раскладушку вытащили и застелили, но спать пока ни одна, ни вторая не собирались: как зацепились языками, так и продолжали болтать. На столе появилась бутылка вина, которую они уже ополовинили. Я неодобрительно хмыкнул и прошел к себе. День выдался сложный, до обязательного комплекса упражнений я только добрался, прикинул, что уже пора на раскачку каналов бросать побольше энергии, но решил отложить это на завтра, поскольку неизвестно что вылезет и насколько затянется, а у меня намечено было еще два дела. Первое я решил провернуть сразу после разминки.

Айлинг ответил тут же, что было скорее исключением.

– Чего тебе? – хмуро спросил он. – Только не говори, что у Дамиана опять паранойя. Последний раз, когда я его видел, он сиял, как свеженачищенная курильница. В отличие от Илинель. Та выглядела мрачновато.

Визуализацией он себя утруждать не стал. Лишь легкий дымок, обволакивающий его фигуру, указывал, что он вообще не забил на формальности: считалось неприличным появляться без каких-либо улучшений, это говорило о том, что маг слаб и неуверен в себе. К Айлингу это не относилось, но он всегда пренебрегал условностями. Почти пренебрегал.

– Мне в этом мире позвонил другой Айлинг, – радостно сообщил я. – Причем спрашивал он не Ярослава, а Мальгуса.

– Что значит позвонил?

Пришлось объяснять и даже визуализировать телефон, на котором делать имитацию звонка. Потом объяснять, что такое компьютерная игра, многопользовательская, с персонажами, отражающими желания создателей. И что один из персонажей, наикрутейший маг, носил мое имя.

– Я-то думал, почему тебя притянуло, – неожиданно обрадовался Айлинг. – Вот теперь все встало на свои места. А я ведь столько времени убил на замену тобой Дамиана.

Услышанное неприятно поразило.

– Вы планировали отрубить мне голову?

– Разумеется, нет. Не я, Дамиан. По нему сразу видно, кого где и как он планирует принести в расход. Я исходил из этого и подстраховал тебя, когда понял, что не отговорю идти в ловушку, в которую ты пер с упорством оленя в брачный гон. Чуть увеличил стандартную вероятность. Если бы все прошло, как задумывалось, ты бы попал в Дамиана. Тогда бы мы разговаривали вживую, и не с подростком, а с состоявшимся императором.

– Я почти в него попал, – усмехнулся я.

– Почти в нашем деле не бывает. – Айлинг нахмурился, а клубы дыма стали куда темнее, гуще и затейливей. – Либо получается, либо нет. С тобой не получилось. Неучтенный фактор. Для того мальчика компьютерный персонаж был живее его собственной жизни, поэтому, когда его пытались вытащить, вытащили настоящего Мальгуса.

– У меня неуникальное имя.

– Больше никакой неприкаянной души с ним не болталось, – напомнил Айлинг. – Критическое совпадение факторов. И не такое бывает, когда вероятность хочет подгадить.

Он щелкнул пальцами, выбивая фантомные искры, и в темных клубах дыма заиграли настоящие молнии, и даже гром раздался. Не хватало внизу маленькой земной тверди с людьми. Но, похоже, она как раз начала образовываться.

– Чувствуете себя богом? – не удержался я.

– Здесь все мы боги, – не поддался на провокацию он. – Если у тебя все, то я, пожалуй, пойду.

Он развеял недоделанную землю, а дым опять стал легким и полупрозрачным.

– А наличие тут Айлинга вас не беспокоит?

– Нет, – он даже зевнул. – Руну на себя я не наносил, голову мне отрубать никто не будет. Если Дамиан до меня доберется, отравит по-тихому.

– А что, если это знак?

– Не стоит видеть в каждом совпадении знак. – Он задумался, потом хитро улыбнулся и сказал: – Уговорил, руну я себе на всякий случай сделаю. В критической ситуации себе голову можно и лично отрубить. Не факт, конечно, что смерть будет не окончательной, и не факт, что если сложится как надо, то меня притянет к вам, а не к Дамиану, вектор-то я буду на него ставить.

Он хохотнул и растворился, выбив меня в реал. Пришлось заходить повторно и пытаться достать теперь уже Мальцева. Но для него было слишком рано, попастиь я мог только в его сан, а он не спал. Но мое касание почувствовал и занервничал. Если он сейчас пил вино, то уже наверняка облился. Пришлось отложить разговор на утро – как раз успеет снять подмоченную вином одежду и успокоиться.

Дамы продолжали болтать. Возможно, именно этого Ане не хватало в той жизни, вот она сейчас и наверстывает. Я зевнул. День выдался непростым. И самым правильным сейчас будет отправиться спать, олимпиаду завтра никто не отменял, а недостаток сна плохо сказывается на работе мозга.

Так что я сделал себе закладку проснуться пораньше, после чего с чистой совестью лег спать. Если классная думала, что я стану активно готовиться к олимпиаде, то она просчиталась. Впрочем, мозгами мне сегодня пришлось изрядно пошевелить. Именно на мысли об этом я отключился.

Когда проснулся, в квартире была тишина, прерываемая разве что мерным дыханием, доносившимся из другой комнаты. В сон Мальцева и в это раз удалось проникнуть легко. Тот был эротическим. Во всяком случае для самого Андрея, поскольку он с выражением экстаза на лице порол кнутом ту самую плотную девицу, с которой его показывали по телевизору. Анастасия Жданова выла, умоляла прекратить и обещала, что больше не будет, что будет делать только то, что угодно “Андрюшеньке”. Похоже, мое проклятие накрыло и сон, и Андрею не удавалось разрядиться даже в нам, и сейчас он платил партнерше за свое унижение.

– Что, чадо, не получается с девицами-то? – участливо спросил я.

Кнут как раз опускался, но в этот раз он прошел сквозь девушку, которая после этого исчезла. Исчез и кнут. Сам же Андрей Мальцев судорожно пытался создать какое-то боевое заклинание, но его сон был уже полностью под мои контролем. Так что Мальцев подергался немного, понял тщетность этого действия и застыл.

– Опять ты? – обреченно спросил он.

– Опять я, – согласился я. – Что ты творишь, чадо? Разве девки для такого созданы?

– Эта только для такого. – Он дернул головой в сторону исчезнувшего фантома, но Жданова восстанавливаться не торопилась. Повезло ей, что у них не один сон на двоих, а то ведь и такие практики бывают. – Что ты от меня хочешь?

Я создал из податливой материи его сна удобное мягкое кресло и уселся в него.

– Ты запамятовал никак? Я просил тебя позаботиться о деве под моим покровительством. Но до тебя это так и не дошло. Ты отдельно, дева отдельно. И никакой заботы от тебя, одно беспокойство. Мне нужно начинать думать, не лишние ли Мальцевы в этом мире? Не люблю тупых.

Он вздрогнул.

– А ты можешь?

– Могу, но не люблю, – я вздохнул и для него исчез, чтобы проявиться тут же со словами: – Да, деву, пропавшую из Огурцова, не ищите. Ее забрал я.

– Из Огурцово? – тупо переспросил он.

Разумеется, я ему отвечать не стал, вышел из его сна окончательно, вернув власть хозяину. Теперь он может опять начинать пороть Жданову, но уверен: Мальцеву сейчас не до этого. Он подскочил на кровати и столь же тупо пялится на стену, как на меня чуть раньше, не в силах понять, сон ли это был или к нему действительно приходил кто-то.

Глава 4

      На олимпиаде по математике неожиданно оказалось очень скучно. Задания выдали простые и неинтересные ни с какой точки зрения, и решил я их быстро, а из кабинета выходить запретили до окончания отведенного времени. Только в туалет по одному и только под преподавательским надзором. Даже мужика под это дело припрягли, на случай, если придется в туалет сопровождать школьников, а не школьниц. А то мало ли чем ученики в туалете могут заниматься, например, получать готовые решения от посторонних. А так все под присмотром.

Но туалет – такое себе развлечение, поэтому я сидел за партой, посматривал в окно, попивал взятую с собой воду, гонял ману по каналам, раздувая распрямляющийся на глазах источник, и размышлял. По всему выходило, что Мальцева нужно еще раз в реале подтолкнуть на действия, слишком он тормозной и непонятливый. Но нужно ли мне это? Статус банды Глаза по отношению ко мне непонятный, клятву они дали только из страха проболтаться. Разве что попробовать их привлечь для охраны помещения с автоклавами? Но это возможно лишь в случае, если я признаю их частью клана. Но нужны ли мне в клане личности со столь сомнительной репутацией? Для проворачивания сомнительных дел? Но ведь придется им целый список артефактов выделять. Неожиданно я увлекся этим вопросом и до конца отсидки прикидывал, что можно выдать моим неожиданным вассалам, чтобы по результативности приблизить к слабому магу. Получался нехилый такой набор, но я мог бы себе это позволить с тем количеством накопителей, которое польется на нас в ближайшее время.

Но желание подгадить Мальцевым зудело и подталкивало к действиям прямо сейчас, поэтому я решил по окончании олимпиады наведаться сначала к нему, а потом уже к Серому, готовить переезд. О том, что помещение выделено и к обеду в него будет доставлено все, что нужно, сообщили мне еще до выхода из дому. Может, еще что хотели бы сообщить, но телефоны у нас отобрали и сейчас они, выключенные, сиротливо лежали на столе перед бдящими учителями.

Я поерзал на стуле и поднял руку. Ко мне тут же подошла одна из учительниц.

– Я хочу уйти, – сразу заявил я. – Я не могу тратить время впустую.

– Мы пишем олимпиаду, – важно сказала она, словно я был идиотом, не способным этого запомнить.

– Я ее уже час как написал, и мне нужно заняться делом, а не просиживать штаны.

– Все сидят, и ты сиди, – отрезала она. – Ишь, умник нашелся. В туалет нужно?

– Нет. Но я хочу сдать задания и уйти.

– Полчаса высидишь, – отрезала она.

Наверное, я мог уйти, но также почти наверняка мои результаты не засчитали бы, так что я просто откинулся на спинку стула и начал осматриваться. Как ни странно, многие еще что-то писали, вычерчивая на черновиках сложные схемы и производя не менее сложные расчеты. И это районный уровень, что будет на городском? Разрешат калькуляторы, чтобы все уложились в заданное время? Наткнулся взглядом на белобрысого парня, тоже явно скучающего уже давно. Он подмигнул и скорчил сочувствующую рожу. Я улыбнулся в ответ. Парень был из слабых одаренных. Как я успел заметить, магами, да и то с натяжкой, можно было считать в этой комнате только нас двоих. Интересно, может ли он хоть что-то или признан бесперспективным и даже не пытается ничего изменить? Впрочем, не моя забота.

Я прикрыл глаза, несколько раз вдохнул-выдохнул, повторяя про себя мантрой, что я маг и глава клана, а значит, должен уметь держать себя в руках, после чего начал продумывать схему артефакта, которым можно было бы вооружить Глаза и компанию, если я все-таки решусь их позвать и они согласятся.

Сигнал об окончании олимпиады прозвучал для меня райской симфонией.

– Никому не вставать, – рявкнула одна из наблюдающих учительниц таким зычным голосом, словно тренировалась на новобранцах в армии. – Мы сейчас пройдем и соберем ваши работы. До этого из класса никто не выходит.

Собирали они, тщательно проверяя, на всех ли листочках указано, чья работа, и разборчиво ли это сделано. Даже кому-то на почерк попеняли. Но наконец и это закончилось. Я цапнул телефон и вылетел из класса, и меня тут же перехватила наша математичка.

– Елисеев, ты куда собрался?

– У меня дела, Леонида Викторовна.

– Дела у него. Вместе от школы отъезжали, вместе к ней доберемся. Я за вас отвечаю, понятно? И деньги на ваш проезд выдали мне, понятно?

Понятно мне стало, что препираться мы будем долго, а еще стало интересно, смогу ли я отправить с ней вместо себя сложный фантом. Это же и алиби получится в случае чего. Вдохновленный этой идеей, творить я начал сразу. Поставил привязку к классной, сигнал мне на случай непредвиденных обстоятельств, пару дежурных фраз вшил, набросил на себя невидимость, а фантом, напротив, проявил. Выглядел он в меру раздраженным, чтобы никто к нему по пустякам не лез, и вполне способным доехать до школы самостоятельно: не сбоил, не дергался, движения были естественными. Я даже полюбовался недолго на свое творение: ерунда, конечно, но еще неделю назад я бы столь долгоиграющего фантома не осилил, да и сейчас вычерпал себя почти досуха, а ведь еще невидимость прилично отжирала. Пожалел, что не додумался до такого простого решения на олимпиаде, тогда бы времени сэкономил намного больше. Но фантом был хорош. Можно сказать – идеален.

Долго любоваться не стал, решил, что, даже если фантом по дороге развеется, Леонида Викторовна в обморок не упадет и доставит остальных подопечных до школы. Чуть отойдя, я сменил невидимость на отвод глаз, после чего включил телефон, чтобы посмотреть, не искал ли меня кто. За это время звонили и от Лазаревых, и Серый. Сначала я перезвонил Лазаревым, и они подтвердили, что все готово, в том числе оборудование и расходники. Я понаглел и попросил подогнать к дому Серого грузовичок, чтобы перевести наш автоклав, кристаллы с которого я собирался пускать чисто на свой клан. И только затем перезвонил Серому и сказал, что все разговоры при личной встрече примерно через часа полтора. После чего телефон выключил, чтобы ненароком не помешал и не выдал.

      От Мальцевкого офисного здания я был недалеко, в паре остановок, поэтому решил пробежаться, не пользоваться никаким транспортом, потому что следовало восстановиться, а иллюзия затратней, чем отвод глаз, с ним на меня могли наткнуться в автобусе и именно поэтому запомнить. Бежал я легко, регулярные тренировки поспособствовали, и магия тоже восстанавливалась легко. От фантома никаких сигналов не шло, а значит, неприятностей не предвиделось. При желании я даже мог бы послушать через него, что там происходит рядом, но желания не было, а главное – не было лишней маны на такую ерунду.

Заворачивая к мальцевскому офисному зданию, я все же перешел на невидимость, чтобы не попасть на камеры, на которых отвод глаз не действовал. Чтобы их обмануть, нужна была либо плотная иллюзия, либо невидимость.

В этот раз я не торопился входить. С моего посещения прошло не так много времени, но изменения появились. Оповещающие заклинания на магическом плане сияли так, что вляпаться в них мог только идиот, или слепой. Охранник на вахте периодически включал новехонький артефакт и сканировал пространство. Артефакт охватывал не только холл, но и часть улицы, поэтому я заметил его издалека. Остальные улучшения охраны даже не стоили моего внимания, а вот артефакт требовал серьезного противодействия, которое, в свою очередь, опять требовало много маны.

Я вытащил накопитель. Был он не совсем полон, но должно х�