Ангел для грешников
Пролог
Спринг, округ Харрис, штат, Техас
Анжена проснулась первая.
Открыв глаза, посмотрела в потолок. Сердце начало биться чаще, облизывает пересохшие губы. Боясь повернуть голову и посмотреть по сторонам, натягивает на обнаженную грудь одеяло.
Черт!
Черт, черт, черт!
И как она так быстро скатилась до такого?
Слева движение, на живот опускается тяжелая мужская рука, девушка прикусывает губу, морщится, стараясь не шевелиться и не провоцировать никого. Снова движение, но справа, ее по-хозяйски прижимают спиной к груди, поворачивая набок.
Мужчина, крепко сжимая ее плечи, тяжело дышит на ухо. Она попкой чувствует его возбужденную плоть, закрывает глаза.
– И не притворяйся, что ты спишь, ангелочек,– хриплый шепот, а пальцы нежно сдавливают сосок.
– Конечно, она не спит,– это уже другой голос. Мужчина прижимается к щеке, трется отросшей щетиной, царапая кожу, при этом ведет ладонью по обнаженному бедру, откидывая в сторону одеяло.
– Уберите руки, мне нужно встать,– она говорит слишком тихо и неуверенно.
Сопротивляется, пытаясь вырваться из мужских объятий, но каждая мышца в теле болит, как после многочасовой тренировки у хореографического станка. Грудь тяжелая, соски покалывает, вздрагивает, когда их касаются губами.
– У нас уже давно все стоит, малышка. Ночью точно что-то было, или мне показалось?
А ночью на самом деле много чего было.
Запретного. Развратного.
Откровенного до безумия.
Стыдно вспоминать.
– Нет, перестаньте! Говорю же, отпустите меня!
– Ладно, ладно, ангелочек. Будет все, как ты хочешь.
Она вырывается, садится на край огромной кровати, ветер из открытого окна колышет прозрачный тюль, утреннее солнце заливает лучами всю комнату. Убрав волосы с лица, Анжела прикрывает грудь, словно мужчины не видели ее, не трогали и не ласкали.
Их двое.
Загорелые накачанные тела, мышцы играют под гладкой кожей. Тот, что слева, и который совсем недавно терся об нее каменным стояком, нагло улыбается, проводит кончиком языка по белоснежным зубам, показывая оскал хищника.
Даг.
Ее первоочередная проблема и виновник всему, что происходит в ее жизни последнее время.
В карих глазах блеск, он убирает отросшую челку с глаз. На плечах, руках и груди цветные узоры татуировок, четкие кубики пресса. Напрягает мышцы, возбужденный член дергается.
Выпендрежник.
Наглый, самоуверенный выпендрежник.
Все началось именно с него. Это из-за него она сейчас в другом штате, в небольшом городке, с которым связано ее прошлое. Это из-за него она вынуждена скрываться от полиции.
У второго зеленые глаза, коротко стриженные темные волосы, такая же гора мышц, загорелая кожа, на которой не меньше татуировок. Он не улыбается, лишь смотрит, плотно сжимая челюсти, его член также напряжен.
Рик.
Брат близнец Дага, полная его противоположность во всем. Помощник шерифа, а шериф их отец. Если бы девушка не знала, что они братья, к тому же близнецы, то не поверила бы. Слишком разные, но, когда мужчины рядом, между ними есть сходство.
– Зачем ты прикрываешься, ангелочек? Иди к нам.
Вместо того чтобы встать и уйти, она продолжает сидеть и смотреть на них. Каждая клеточка ее тела помнит минувшую ночь и то, что они вытворяли в этой постели . Кожа горит под их взглядами, в промежности легкий дискомфорт, они брали ее сразу вдвоем, и ей это нравилось.
Сжимает грудь, прикусывает губу, намеренно делая больно, чтоб хоть как-то отвлечь себя. Но Рик резко дергает ее на себя, впиваясь в рот, больно засасывая зацелованные губы. Широко разводит ноги этой сладкой малышки, скользит пальцами по раскрытому лону.
– Давай, братишка, покажи этой строптивой девчонке, что нужно нас слушаться.
– Заткнись,– мужчина рычит, массируя с нажимом клитор, проникая сразу двумя пальцами во влагалище, растягивая, провоцируя выделение еще большей влаги.
Ночью Анжела терялась в ощущениях и пространстве. Не помня, кто из них ласкал ее, а кто брал. Они доводили ее до невероятных оргазмов, а потом менялись местами, и все повторялось.
Сейчас две руки, приподняв, ласкают грудь. О поясницу трется член, зубы покусывают шею, она не в силах сдерживать себя, громко стонет.
– Такая влажная малышка, такая отзывчивая. Покажи, как тебе нравится, кричи громче. Кричи как можно громче для нас детка.
Тело откликается на любую их ласку, но разум все еще сопротивляется. Небольшая заминка, она смотрит вниз, по члену раскатывают тонкий латекс презерватива. Пальцы продолжают массировать попку девушки, не проникая внутрь. Ее медленно насаживают на каменный стояк, до самого основания члена, заполняя и растягивая эластичные мышцы.
Кожа полыхает огнем под их горячими ладонями, прикрыв глаза, девушка раскачивается на члене, мужчина лижет набухший сосок, нежно покусывая его. Даг сзади скользит по мокрой пояснице, раздвигая ягодицы, давит на тугой сфинктер пальцем, массируя его.
Движения становятся резче, Рик делает выпады бедрами, проникновение – глубже, остро чувствует, как внутри нее еще больше набухает член, как мышцы судорожно начинают сжимать его в приближение оргазма.
Анжела сама насаживается на каменный стояк, выгибает спину, царапает плечи Рика, оставляя на татуировках борозды.
– Кончай, девочка, кончай, да, вот так, умница, я сейчас сам солью, так и не войдя в тебя.
– Не могу… не… а-а-а-а-а… да-а-а… боже мой… боже… а-а-а.
Спазмы боли и удовольствия выворачивают наружу, она кончает, сдавливая изнутри изливающийся спермой в презерватив член мужчины. Но сняв девушку с одного члена, ее сразу насаживают на другой. Удерживая за плечи и талию, войдя сзади, сразу глубоко, по самые яйца.
Яростные толчки.
Хриплый крик.
Громкие стоны.
Сняв презерватив, Рик встает на колени, целует девушку, придерживая за плечи. Его член все еще наряжен, он смотрит, как теперь, эту горячую малышку имеет его бра.
Анжела чувствует, как рука мужчины спускается к промежности, как начинает ласкать восполненный клитор. Она смотрит в его зеленые глаза, утопая в них, снова кричит срывая голос.
Не успевая отойти от первого оргазма, ее уже накрывает второй. Тело не слушается, ее трясет, дышать нечем, сердце выламывает ребра.
– Сам не могу больше, да… ангелочек, да… вот так, не могу. Кончай девочка…еще.
Она соскакивает с члена, но ей не дают упасть, продолжая натирать клитор, порция жидкости стекает по бедрам. Анжела задыхается в собственном невероятном оргазме.
У нее никогда такого не было, ни с одним парнем, только с ними.
С теми, кого она должна ненавидеть за то, что испортили жизнь.
– Как ты?
– Нормально. Отпусти меня.
На дрожащих ногах уходит в ванную, включив душ, долго стоит под водой. Представляет, как бы на ее грех отреагировала набожная сестра Анна, их воспитательница в сиротском приюте.
За дверью повышенные голоса, удары. Братья снова о чем-то спорят. Надо бежать, бежать от них и из этого городка как можно дальше.
Но как это сделать, если их ищет полиция и мафия штата Невада?
И как ее вообще угораздило связаться с преступником и полицейским?
Глава 1
Лас-Вегас, штат Невада.
– Давайте, девочки, давайте, шевелите попками, зажгите этот зал.
Мужчина в ярком пиджаке, с зализанными темными волосами на манер гангстеров, шлепнул Анжелу по попке, девушка развернулась, толкнула его в грудь.
– Дилан, еще раз тронешь меня пальцем, и я сломаю тебе руку, будешь микрофон держать зубами.
– Ты такая сексуальная, когда злишься, детка.
– А за детку я выбью тебе те самые зубы.
– Так, ангелочки, ваш выход, не тормозим и улыбаемся, улыбаемся. Нора, поправь диадему, Жаклин, прекрати жрать, поправишься хоть на сто грамм, вышвырну к черту из шоу. На твое место целая очередь, вспоминай об этом, когда ночью откроешь холодильник.
Диего, их постановщик номеров, поправил наушник, вслушиваясь в то, что ему говорит режиссер шоу, кивнул и дал отмашку на выход. Девочки, виляя попками, заспешили на сцену.
Анжела глубоко вздохнула, лишь на миг прикрыв глаза, дождалась, когда все четырнадцать девушек с серебристыми крыльями ангелов и в почти ничего не скрывающем белье, усыпанном тысячами сверкающих страз, вышли на сцену под громкую музыку.
Досчитала до десяти, как учил Диего, ступила на сцену и тут же попала под ослепительные лучи софитов. Она и сама своим нарядом ослепляла всех вокруг.
Большие крылья за ее спиной были с золотым отливом, такая же диадема на темных волосах, золотистые полоски оплетали все тело, местами закрывая только самые интимные места. Тело переливалось золотой пылью, зеленые глаза сверкали.
Новое грандиозное шоу одного из десяти лучших казино-отелей Лас-Вегаса «Белладжо» начало свою новую программу «Дикие Ангелы».
Пятнадцать девушек в ослепительных костюмах ангелов, а точнее, при почти полном их отсутствии, показывали не только свои тела, но также гибкость и пластику. Отбор в шоу шел целый месяц, попали в него лучшие из лучших, но роль главного дикого ангела досталась девушке с созвучным именем Анжела.
Этого ангелочка управляющий казино присмотрел лично для себя, но девочка оказалась с характером, что его заводило еще больше. Почти целый месяц он кружил вокруг нее коршуном, посылал цветы и конфеты, но она была как строптивая кобылка, которую так хотелось обуздать.
Чарли Блейк не принимал отказов, сегодня ночью эта цыпочка точно будет его. Шикарный номер уже готов, шампанское охлаждается, устрицы маринуются. Он только отправит кое-какие бумаги из кабинета, который был в номере 1338 и будет ждать своего порочного ангела. И уже оттуда они вместе поднимутся в шикарный люкс.
Чарли заерзал, в паху сдавило, он так и представил, как эта соблазнительная девочка, оседлав его член, будет скакать на нем всю ночь. Наблюдая за шоу из первого ряда столиков и пуская слюни на Анжелу и ее упругую попку, Чарли совершенно не замечал, что наблюдают за ним.
Молодой человек лет двадцати восьми, темные волосы, короткая стрижка, хищный взгляд. Он прожигал ничего не подозревающему мистеру Блейку затылок, незаметно поглядывая на часы, сжимая нетронутый бокал с виски пальцами со сбитыми костяшками.
Парень почти не смотрел начало шоу, но, когда на сцену вышла девушка с золотыми крыльями, на миг забыл, зачем он здесь. Она шла по сцене, плавно виляя бедрами, длинные ноги, плоский животик, высокая грудь, локоны темных волос, а за ее спиной развевались золотые крылья.
Он был уверен, что она смотрит только на него, прожигая и притягивая взглядом, соблазняя. Вот ангелочек провела по пухлым губам кончиком языка, вильнула попкой, повела плечами. Публика взвыла от нетерпения, мужчины вскочили со своих мест, засвистели.
Ангел, точно ангел, но такой порочный.
Тряхнул головой, прогоняя наваждение. Он не за этим здесь, у него совершенно другие планы. Было известно из его источников, что Чарли Блейк именно сегодня после открытия шоу заказал президентский люкс. Чертов сукин сын решил покувыркаться с девочкой, или с девочками.
Но ничего, придется обломать ему весь праздник. Даг Робертс слишком долго изучал привычки и повадки управляющего одного из крупнейших отелей и казино Лас-Вегаса. Знал, что он ведет свою, двойную игру, скрывая ее от владельцев казино.
Шоу закончилось, девочки ушли со сцены, пропал и ангелочек. Даг встал как можно незаметнее прошел в служебное помещение вслед за зашедшим официантом. Униформа портье была припрятана заранее.
Переоделся, приклеил усики, надел головной убор, очки. Вот теперь, пока управляющий кувыркается в президентском люксе, можно посетить его кабинет, не боясь камер, которыми напичкан весь отель и казино.
Анжела задумалась, когда мерзкий Дилан, этот напомаженный, облитый бриолином с ног до головы конферансье сообщил, что мистер Чарли Блейк ждет ее в своем кабинете на тринадцатом этаже.
Она уже и так порядком устала от его подкатов, намеков, цветов и подарков, но ослушаться и не прийти она не могла. Слишком трудно ей досталось место в шоу. Это всего лишь кабинет, рабочая обстановка, что там может произойти? Анжела надеялась, что ничего, иначе ей придется дать отпор, как ее учили братья.
Девушка переоделась, сложив аккуратно золотое оперение, но так и не смыла золотой блеск с тела. Короткая джинсовая юбка, ковбойские сапоги, футболка, джинсовка, на плече спортивная сумка. Время четыре часа утра, в холле было много людей, жизнь в казино кипела круглые сутки.
Тринадцатый этаж встретил ее тишиной, шаги глушили мягкие ковры, номер 1338, который и был кабинетом Блейка сверкал серебристой табличкой. Анжела постучала, дверь приоткрылась, шагнула в полумрак помещения.
Сколько раз она смотрела в фильмах, как глупые героини именно так попадали в жуткие неприятности, случайно толкнув закрытую дверь, которая на удивление открыта. Хорошо хоть хватило ума не звать мистера Блейка, а вести себя тихо.
Анжела прошлась, внимательно рассматривая кабинет, слишком темный на ее вкус. На стенах тускло горели бра, а из под широкого стола торчали ноги в дорогих, из крокодиловой кожи сапогах.
Такие носит мистер Блейк, она точно это знала.
Анжела прошла дальше, все как в дешевом триллере, надо обязательно посмотреть, что же случилось, вместо того чтоб сразу бежать далеко и без оглядки.
Мужчина лежал на спине, неестественно вывернув руки, а на бежевом ковре большое багровое пятно, словно грязь головой, но это была кровь.
Девушка попятилась назад, хотела закричать, но ей тут же закрыли рот ладонью, прижали к груди, а виска коснулась холодная сталь пистолета.
– Только закричи, и твои мозги окажутся рядом с тем пятном крови.
Тихий шепот прямо на ухо пробирал до костей. Анжела впала в ступор, с ней такое с детства, когда ее сильно пугали соседские мальчишки или одноклассники шутили, зная такую особенность ее организма. Она не могла пошевелиться, даже говорить не могла.
Даг почувствовал, как девушка напряглась в его руках, ее тело словно окаменело. Отпустил, развернул к себе. Это был тот ангелочек с золотыми крыльями, что так соблазнял его со сцены. Она смотрела большими изумрудными глазами, пухлые губки были слегка приоткрыты, кожа бледная.
– Ангелочек, эй, очнись. Что ты здесь делаешь?
Черт, ему совершенно некогда с ней возиться. Даг спрятал оружие за ремень, заглянул за стол, выматерился, быстро обошел его, перешагнул тело Блейка. Стал шарить по столу, рука в белых перчатках перебирала бумаги, ища нужную тетрадь. Нашел, облегченно вздохнул, его больше тут ничего не держит. Увидел приоткрытый сейф.
– Стоять!– громко крикнул, так что девушка, решившая сбежать, остановилась, обернулась.
– Ты, ты убил его. Ты убил Блейка. Господи, это невероятно, я не верю.
– Ангелочек, только без истерики. Подойди сюда, дай мне свою сумку.
– Да, точно. Может, еще убийство взять на себя?
Мужчина быстро оказался рядом, больно схватил Анжелу за плечо, дернул на себя.
– А вот это хорошая идея.
Глава 2
– Не поняла, хорошая идея для чего? Все это дерьмо свалить на меня? Ты вообще кто такой?
Даг снова засмотрелся на девушку, красивая в гневе, глаза блестят, ротик приоткрыт, тычет в него пальцем. Еще немного, и огреет, чем тяжелым по голове, также как это кто-то сделал с бедолагой Чарли.
Черт, надо уходить, а не устраивать разборки с красоткой. Хотя ему так хочется задрать на ней эту короткую юбку, порвать трусики и сделать все в первый раз быстро и жестко.
Не хватало еще, чтоб на фоне трупа Блейка Даг светил стояком. И еще ему было очень интересно, кто же так красиво прикончил управляющего. И этот кто-то явно пытается подставить его.
– Я твой ангел-хранитель, малышка, как бы банально это ни звучало. А теперь нам надо уходить как можно быстрее и как можно дальше.
Даг подошел к девушке ближе, потянул ее за руку к двери, но останавливается, прислушиваясь к шуму за ней.
– Я никуда с тобой не пойду, и отпусти меня.
– Хочешь составить компанию своему управляющему? Прилечь с ним рядом, так сказать, проводить в долгий путь? Ты ведь за этим сюда пришла?
– Да кто ты такой? Да как ты смеешь?.. Да…хам…отпусти… я… я сейчас врежу тебе.
Анжела кипела от возмущения, мало того, что она стоит около трупа, сам вид которого не располагает к хорошему настроению. Последний раз ей приходилось видеть мертвеца, когда ее приемный отец упал пьяный с крыши, куда полез чинить антенну, но ей тогда было шестнадцать лет.
А сейчас Анжела устала, время раннее утро, спать хочется смертельно. Нет, слово «смертельно» нельзя произносить даже в уме. А еще этот портье в форме, которая ему явно мала с ужасными усиками, пытается свалить происшедшее на нее, хватает за руки и куда-то тащит.
– Слишком дерзкая, да? Если ты еще хоть три минуты будешь строить из себя недотрогу и оскорбленную девственницу, то все свои недовольства расскажешь полиции, а копов здесь будет очень много, половина Лас-Вегаса.
– Полиция?
Анжела впала в ступор при этом слове. Нет, полиция ей не нужна точно, она прекрасно понимает, что на танцовщицу их шоу-программы могут повесить что угодно, и не расхлебаешь за жизнь.
– Вот, умница, думай, крошка, думай, что с такими, как ты, сладкими девочками делают в тюрьме, перед тем как туда попасть, другие дяденьки. Или у тебя есть деньги на адвоката, который будет защищать свою упругую попку?
Анжела с широко раскрытыми невероятного цвета глазами смотрела в его, а Даг готов был сожрать ее не только взглядом. Красивая, настоящий ангел. Заберет твою душу себе за один поцелуй.
Даг думал не о том, а надо валить.
Тетрадь с черной бухгалтерией Блейка спрятана за ремнем, чертова форма портье была ужасно мала ему и давила в плечах, а еще хотелось курить.
– Кто его убил? – ангелочек шепотом задает вопрос, отвечать на него нет времени, но, даже если бы он знал, от этого не стало бы легче.
Анжелина позволяет взять себя за руку, не вырывается, но, сделав всего один шаг остановились. За дверью шум, по ее спине бежит холодок, и если бы у девушки была щетина, как у дикого зверя, то она бы сейчас встала дыбом.
Доля секунды для принятия решения, Даг тянет девушку к балкону. Он, конечно, мог бросить ее здесь, пусть разбирается сама, это ее проблемы. Но, черт побери, первый раз за десять лет Даг Робертс совершает благородный поступок.
Ему даже в своих мыслях и действиях разбираться некогда, надо срочно уходить.
– Погоди….
– Молчи и делай так, как я. Ты поняла меня? Ты что-нибудь трогала руками?
– Нет…кажется, нет…Я не помню.
– Дверь?
– Да, – в глазах ужас и паника.
– Ничего больше не трогай.
Горячее дыхание обжигает лицо, Анжела кивает, нервно облизывает губы. Чтобы она еще хоть раз связалась с мужчиной, да ни в жизнь. Все, кого она встречала за свои двадцать лет, были подонками, преступниками, алкоголиками, дебоширами или альфонсами.
В Лас-Вегасе просто нет порядочных мужчин, это город порока и греха, где все решает случай и каждый хочет поймать удачу за хвост. И этому странному парню с глазами, полными огня, верить нельзя тем более.
Нужно просто выбраться отсюда, как – неважно. А там она все забудет как страшный сон, которые ей так часто снятся, выкинет из головы и будет делать то, что она любит, то, что умеет лучше всех– танцевать.
Анжела обернулась, Блейк все так же в неестественной позе лежал на полу, багровая лужа крови уже впиталась в ковер. Тошнота накатила неожиданно, Анжела чуть не споткнулась, уперлась в спину парня, что тащил ее за собой, с силой сжимая руку. Ладонь горячая уже без перчаток.
А дальше все было как в остросюжетном, но дешевом экшене. Тринадцатый этаж, узкий балкон, спортивная сумка с одеждой то и дело соскальзывала с плеча. Хорошо, что она была в сапогах, а не на каблуках, которые бы сейчас застревали в металлической сетке пола.
Сердце то останавливалось, то заходилось от страха в бешеном ритме. Анжела сама впилась в ладонь мужчины ногтями и боялась отпустить.
Господи, кто вообще сделал такие узкие ступеньки пожарного хода? Кто этот идиот? Почему нет ограждения? Главное не смотреть вниз. Только не смотреть вниз.
Как только они спустились на этаж ниже, тихо прикрыв за собой окно, там зажегся яркий свет, были слышны громкие голоса, кто-то просил вызвать полицию и охрану.
Но на седьмом этаже пришлось остановиться, там было открыто окно, пахло дымом, и яркий огонек сигареты мелькал в сумерках, мужчина курил. Анжелу прижали к стене, горячие ладони забрались под джинсовую куртку, упругие мышцы, широкая грудь, монотонные, но сильные удары сердца.
– Не бойся, я рядом, – хриплый шепот на ухо.
Девушка прикрыла глаза, пытаясь представить то место, в котором бы хотела сейчас очутиться, как ее учила школьный психолог. Она никогда там не была, это точно, но низкие зеленые кустарники с высокими цветущими кактусами, залитые ярким солнцем на фоне оранжевых гор, были ей родными.
Даг сам стоял и боялся пошевелиться. Этот ангелочек был опасней полиции и головорезов Саймона, которому он задолжал нехилую сумму денег. Запах ванили проникал в легкие, ну, конечно, чем еще может пахнуть ангел, только райскими цветами.
Все сознание Дага кричало бежать от нее как можно дальше, не трогать, не прикасаться, потому что назад уже дороги не будет.
Момент опасности обострял чувства. Мозг посылал сигналы организму, а член наливался возбуждением. Вдали послышался вой полицейских сирен.
– Милый, ты скоро?
– Да, иду. Странно, куда это движется целый кортеж копов? Не иначе кого-то убили.
Мужчина, что курил в открытом окне номера, выбросил сигарету, громко ответил на вопрос женщины.
Они вздрогнули от испуга вместе, Анжела уперлась ладонями в грудь Дага, ее смущала такая близость, а еще волна энергии, что исходила от этого странного парня.
И зачем вообще она пошла в номер Блейка? Ах да, сказать ему, чтоб прекратил заваливать цветами и конфетами. Но он теперь мертв. Хоть одна проблема решена.
Но если они и дальше так будут стоять, прилипшие друг к другу, то цветы ей уже никто никогда не подарит.
Глава 3
– Давай шевелись, ангелочек. Или хочешь, чтоб все копы Лас-Вегаса, устроили на нас погоню?
– На нас? Я вообще не при делах! И прекрати меня тянуть, сейчас руку вырвешь, больно.
Анжела остановилась, в груди жгло, не хватало воздуха, они бежали как ненормальные, как можно дальше от отеля и казино «Белладжио», обходя центральные дороги.
– Надо добраться до моей машины, уже рассвело.
– Вот именно, уже утро и нечего так бежать, за нами никто не гонится, мы только привлекаем внимание. Девица со спортивной сумкой и портье из отеля. И вообще, я устала и хочу домой, мне нужен лед и таблетка обезболивающего, я подвернула ногу, а вечером у меня шоу.
– Ты вообще нормальная? Какое шоу?
Даг быстро снял форменный пиджак, хотел выкинуть его в мусорный бак, что был рядом, но потом решил, что это опасно. Вывернул и надел снова. На камерах видно, что именно портье заходил в кабинет Чейза. Нужно было уходить, валить из города. Копы, ребята Саймона, да наверняка еще кто-то будут его искать.
– То шоу, в котором я танцую. Место, которого добивалась целый месяц, и я не собираюсь бегать с тобой по всему Лас-Вегасу и прятаться от полиции. Потому что я ничего не совершала, и ты на меня не свалишь убийство Чейза. Может, он вообще жив.
– Жив с дырой размером с мяч для гольфа в голове? А лужа крови тебя не смутила?
Анжела сморщилась от боли, Даг, сильно дернув ее на себя, сдавил плечо. Нет, этот дикий ангелочек уже не был напуган теперь, в свете восходящего солнца она сверкала голубыми глазами, а еще ненавистью и презрением, что были в них.
– А теперь послушай меня, девочка, шоу отменяется, ты что, еще не поняла это? Следующие две недели копы вытрахают мозг каждому, кто был в ту ночь в отеле и казино. А такую сладкую девочку, которая зашла в номер убитого и не вышла из него, отымеют со всех сторон.
– Прекрати меня запугивать! Я ни при чем! Я туда пришла, потому что меня позвали, я ни в чем не виновата. Отпусти!
– Это ты все скажешь на суде, где на тебя повесят убийство Чарли Блейка, а может, еще что. Ты думаешь, кто-то будет разбираться с танцовщицей, которая крутит задом и светит титьками в шоу?
Даг говорил как можно доходчивее, глядя на эту дерзкую девчонку. Нет, она не ангел, она исчадье ада, упрямая, своенравная заноза в заднице. Но отпускать ее от себя было слишком опасно.
– Кто тебе сказал, что Блейк ждет тебя?
– Дилан, наш конферансье.
– А кто сказал ему?
– Откуда мне знать? Да кто угодно.
– Вот именно, кто угодно,– Даг понизил голос, подвинулся еще ближе, прижимая девушку к шершавой каменной стене двухэтажного дома рядом с мусорным баком и высоким сетчатым забором. – И все эти «кто угодно» подтвердят, что… Как тебя зовут?
До Дага только сейчас дошло, что он не знает ее имени, она для него ангелочек с золотыми крыльями, упругой попкой, и да, классными сиськами.
Анжела напряглась, прекрасно понимая, к чему клонит этот парень. О том, что ее пригласили в кабинет управляющего, точно знают все девочки, Дилан тот еще трепло. А значит, через несколько часов в ее маленькую съемную квартиру на окраине города придет пара детективов и захотят задать много вопросов.
Все будет именно так, как в дрянном сериале, когда невинную девушку обвиняют во всех смертных грехах и сажают на пятнадцать лет. А все потому, что Чарли Блейк накосячил и его ликвидировали дружки или жена, да кто угодно, только не она. У Анжелы была очень богатая фантазия.
– Как тебя зовут?
– А тебя? Или мне называть тебя просто убийца? Да отпусти меня больно, синяк останется.
Анжела дернулась, но Даг, взяв ее за руку, снова потащил в сторону дороги. Там уже машины гудели моторами, город, не спящий двадцать четыре часа в сутки, продолжал жить своей обычной жизнью. Не обращая внимания на возражения девчонки, достал из кармана телефон, прочитал несколько входящих сообщений, ответил лишь на одно.
– Так, малышка без имени, говорю первый и последний раз, нам нужно бежать как можно быстрее и как можно дальше. Никаких звонков маме, бойфренду, подружкам, никому. Ты поняла меня?
Они снова остановились, Даг выглянул на стоянку, ничего подозрительного. Серый пикап стоял именно там, где он его оставил три дня назад, с полным баком бензина и пыльными номерами. Камеры с двух маленьких магазинчиков так и были развернуты в другую сторону, а их хозяева ничего не заметили.
– Почему?
Даг обернулся, посмотрел на девушку, а вот теперь она смотрела на него осознанно и внимательно. Немного страха, понимание того, что ее дела –полное дерьмо и лучше слушаться, хотя от нее можно было ожидать что угодно.
– Потому что оставаться здесь опасно.
– Но убегать и прятаться – это не самый лучший вариант, можно пойти и все рассказать, я могу пойти одна.
– И что ты скажешь? Что зашла в номер, Блейк уже был мертв, а вместо того, чтоб звать на помощь, просто сбежала?
– Так…так это ты…ты меня похитил и потащил за собой.
– Потому что я тебе не доверяю, крошка.
– А можно подумать, я доверяю тебе? И прекрати меня называть то малышка, то крошка! Можешь катиться ко всем чертям, никуда не поеду, у меня работа, у меня шоу, я хочу домой есть и спать.
– Шоу, говоришь?
Как же Дагу хотелось заткнуть сладкий ротик этой малышки чем-то полезным, чтобы она прекратила его выводить, а лучше занялась его членом. Но это все подождет, в этом городе порока и греха находиться дальше слишком опасно.
Пара часов – и копы пробьют ее телефон, вычислят местонахождение, а где полиция, там и ребята Саймона. Блейк – непростой управляющий, и в его смерти захотят разобраться многие.
– Да, у меня своя прекрасная, замечательная жизнь, и я не намерена связываться дальше хоть минуту ее с таким, как ты.
– Все сказала?
– Нет.
– Я сказал, все.
Анжела замирает, этот несносный, отвратительный, наглый парень хватает ее за шею, целует, впиваясь в губы ртом, засасывает до боли, прижимает к себе. Железная хватка, девушка не может и пошевелиться, а потом все резко плывет перед глазами и темнота.
– Вот так-то лучше.
Даг, прижав девушку к себе, шарит по карманам куртки, находит телефон, разбивает его одним ударом о стену.
– А так лучше. А теперь, детка, мы немного прокатимся, какое счастье видеть твое согласие. Ты, когда молчишь, еще прекрасней.
Пикап припаркован с краю, несколько шагов, он укладывает свою ношу на заднее сиденье, бросает ее сумку рядом. Сам садится за руль, снимает пиджак, прячет тетрадь из кабинета Блейка под сиденьем, проверяет оружие, кладет туда же.
Надо бы подумать, хорошенько все спланировать, но некогда. Дагу самому не хочется уезжать, но он, как никогда, был так чертовски близок к Винзору. Достает свой телефон, вынимает сим-карту, ломая ее и выкидывая в окно.
Семь утра, а солнце уже готово поджарить все вокруг. Он ненавидел этот город, но выбирать не приходилось.
Достал новый телефон, включил его. Несколько минут смотрел на номер, что знал наизусть и на который никогда не звонил. Хотел написать сообщение, но передумал, пусть будет сюрприз.
Глава 4
Раскаленный асфальт дороги, справа и слева пустыня Мохаве, горячий песок и безжалостное солнце, испепеляющее все вокруг. Сколько Даг себя помнил, он всегда жил в жарком климате, привык уже.
Девушка спала на заднем сиденье, можно было, конечно, оставить ее в сознании, но истерику и миллион вопросов сейчас он не осилит. Нужно подумать, а она не даст, ему захочется снова заткнуть ее сладкий ротик, кроме как поцеловать, вариантов не было.
Пусть поспит немного, ночь была трудной, и откуда такая забота об этой цыпочке, Даг понять не мог. Он никогда ни о ком не заботился с восемнадцати лет, как ушел из дома, сказав только отцу, чтоб не искал, иначе бы тот поднял на ноги весь округ.
Снова взял в руки кошелек девушки, в нем было негусто, всего двадцать долларов, две кредитные карты, чеки, несколько визиток. Фотография, на которой девчонка лет десяти стоит с двумя подростками, долговязые мальчишки в форме игроков американского футбола, глаза уставшие, но на лицах улыбки.
Они похожи друг на друга, лет по пятнадцать, Даг невольно вспомнил свою молодость и подающего надежду, гордость школы, лучшего квотербека команды «Дикие буйволы», одного из сыновей шерифа Джима Робертса – Дага, самого себя.
На водительском удостоверении милая мордашка и имя Бонни Кларк.
Бонни?
Серьезно? Звучит так невинно, но это ведь не про нее. Даг думал, ее имя Исчадье Ада. Девчонке всего двадцать, и как вообще ее взяли танцевать в шоу?
Положил все обратно, кинул кошелек на сиденье, солнце высоко в небе готово было расплавить все вокруг, а ехать еще очень долго. Дага самого клонило в сон, нужно было думать о том, кто убил Чейза, а мысли крутились вокруг девчонки со сладкими губами и милым именем Бонни.
Тетрадь, что он забрал из кабинета управляющего у него, а убивать Блейка вообще не входило в планы, потом со временем, с ним можно было договориться. У таких людей всегда много слабостей, они на виду, вхожи во многие тусовки, но, черт, как же его смерть не вовремя.
– И туда ты меня везешь, чертов извращенец? А ну, останови машину, быстро останови. Останови, я кому сказала! Я никуда с тобой не поеду. И почему я спала? Я потеряла сознание? Что еще ты со мной делал?
– О господи, за что мне это?
– Останови быстро!
Когда Анжела очнулась, то в первое мгновение не поняла, где находится. Жаркий воздух, серый потолок машины, темный затылок мужчины. Маньяк, ее точно похитил маньяк, она слышала, как девочки из шоу говорили о нем, Жаклин как раз и рассказывала, заедая стресс бургером.
Но память вернулась быстро, до нее дошло, что это тот самый портье, что убил Блейка, который тащил ее куда-то, а потом поцеловал, и она потеряла сознание. Надо срочно бежать от него на другой конец страны.
– Бонни, успокойся.
– Бонни? Как ты меня назвал?
– Бонни.
– Ты шарил по моим вещам? Как вообще хватило наглости? Да о чем я говорю, если ты убил человека и оставил его истекать кровью, то брать чужое – это так просто. Ты ведь ограбил его, а потом ударил чем-то тяжелым по голове. Быстро останови машину, или я не ручаюсь за себя.
Анжела начала рыться в спортивной сумке, там точно должен был быть газовый баллончик. Но между спортивными лосинами, шортами, запасным бельем, футболкой, кедами и косметичкой и еще кучей всякого барахла, что обычно бывает у девушек, ничего не было. Этот чертов портье не забрал его.
– Так все, успокойся, баллончик я реквизировал, чтоб ты не покалечила в первую очередь себя. А не хочешь, чтоб я звал тебя Бонни, – Даг специально тянет имя, смотрит в зеркало заднего вида на то, как девушка злится, как красиво растрепаны у нее волосы, а губки надуты.– Выбери сама, как мне тебя звать: крошка, детка, малышка, ангелочек, цыпочка. Ну так, что?
– Пошел к черту и останови машину, я выйду.
– В пустыню?
– Да хоть бы и в пустыню, лишь бы от тебя подальше, от убийцы и вора.
– Я не до такой степени злодей, чтоб оставлять девушку под палящим солнцем. И если ты и дальше будешь дергаться и истерить, я просто свяжу тебя, и ты свой долгий путь продолжишь в багажнике. Нога уже не болит?
– Не имеешь права! У первой же заправки я начну вопить и звать на помощь, это незаконно –удерживать человека против его воли.
– А ты знаешь законы?
Как же этот парень выбешивал Анжелу, так что внутри все тряслось от злости. Его тон, словечки, это его: детка, крошка и малышка, так и хотелось треснуть, но она понимала, силы у них неравные, а этот гад может и ответить.
Она прекрасно помнила, как тяжела мужская рука, ей иногда доставалось вместе с приемной матерью от ее мужа, когда тот напивался и лез с придирками, а мальчишек не было дома.
Да, даже приемная семья была далеко не идеальна. Но это все лучше, чем стены христианского приюта пресвятой Девы Марии с его тюремными правилами и методами воспитаниями сироток.
Надо быть умнее и не пороть горячку, так говорила Бетти, ее приемная мать. Судя по тому, как Карл ее постоянно метелил, умом она не отличалась. Но зато Анжела могла понять по шагам Карла, сколько он выпил и в каком был настроении.
– Бонни?
– Меня зовут Анжела.
– Шутишь?
– Нет. Меня зовут Бонни Анжела Кларк. Все зовут Анжела, Бонни звучит как лошадиная кличка.
– Анжела танцует с крыльями ангела?
– Да, это была моя мечта, почти судьба, пока ты все не испортил.
Даг заметил, как девушка немного успокоилась, теперь смотрит в окно, поджав губки и сощурив глазки, точно что-то задумала и наверняка какую-нибудь пакость.
– Велика мечта выходить полуголой на сцену перед нетрезвой публикой.
– Чтобы ты понимал. А у тебя была мечта воровать и убивать?
– Чтобы ты понимала.
Было обидно такое слышать. Да, Анжела Кларк, сиротка, которую подкинула почти двадцать лет назад на крыльцо церкви какая-то безответственная мамаша.
Но она выросла, шла к своей цели, и пусть шоу «Дикие ангелы» поставлено не в Голливуде, а в Лас-Вегасе, это всего лишь начало пути и не самое плохое начало.
Глава 5
– Меня зовут Даг.
– Не скажу, что мне приятно.
– А мне вот очень.
– И далеко мы едем? Зарываться в глубокую нору? Прятаться, как крысы?
– Лучше уж как крыса, чем кормить червей, как это будет делать твой дружок.
– Он не мой дружок.
Хотелось врезать этому напыщенному индюку Дагу, но Анжела держалась. На ближайшей заправке она будет действовать по обстоятельствам, надо просить помощи у кого угодно, но не ехать с ним.
И вообще, зачем человеку обуза? Она свидетель, она видела место преступления, а это значит, что странный портье перережет ей горло, как только стемнеет, выбросит на обочину и укатит дальше.
В пору было молить господа о помощи. Анжела знала много молитв, уж чему, а этому их в приюте учили с младенчества.
– Чего притихла? Хочешь пить?
Даг обернулся, протянул девушке банку кока-колы, но та в ответ лишь покачала головой.
– А минералки нет? Я не пью эту дрянь, там много сахара.
– Думаешь, умрешь от ожирения? Или сахарного диабета?
Парень засмеялся, а по спине Анжелы прошел холодок. Нашлась обычная вода и теплая, но в запечатанной бутылке, девушка выпила почти половину, посмотрела по сторонам, а потом внимательно – на своего похитителя.
Отросшие темные волосы, загорелая шея, он был в черной футболке, а по мускулистым рукам тянулись узоры татуировок. Анжела любила татуировки, они придавали брутальность, а в городе Флоренс штата Орегон, где она жила в приемной семье, это считалось крутым.
Братья, погодки Тод и Чед, каждый месяц себе что-то набивали, хоть им и не было двадцати одного года. Но на коже этого наглого парня были серьезные рисунки, выполненные явно профессионалом.
– Нравится?
Даг улыбается, наблюдая за Анжелой в зеркало, у нее такое хитрое личико, и все эмоции буквально написаны на нем. До этого она злилась, потом стала задумчивой, а сейчас пристально его изучает.
Вот девушка отвернулась, ветер из открытого окна развевал ее волосы. Сняла джинсовую куртку, а под ней только белая майка и больше ничего. Дагу даже со своего места были видны ареолы сосков.
– Это ты по работе шла ночью поговорить с Чейзом, забыв или намеренно не надев лифчик?
А вот это была ревность, Дагу даже не надо было подбирать определения своим эмоциям. Так было, но очень давно, когда они с братом не поделили одну девчонку – Селесту Митчелл. Им было тогда по семнадцать, Селеста училась с ними в старшей школе, они вместе сидели на двух предметах. В свои года Селеста была очень аппетитной девчонкой.
– Не твое дело, к кому, куда и без чего я пошла. Ты вообще убийца.
Анжела ответила слишком резко и грубо, хотя надо было прижать свой острый язычок и сидеть смирно, запудрить парню мозги, отвлечь, а там уже бежать от него как можно дальше. Но он бесил ее, наглый, уверенный, что ему все сойдет с рук, а этот его поцелуй и хватание за талию, лишь за это можно уже ненавидеть.
– Ангелочек, ты нарываешься на грубости.
Даг сжимал до побелевших костяшек руль. И как так у этой милой с виду девушки получалось одной фразой выводить его из себя? Точно талант.
– А то что? Ты и меня убьешь? Ненавижу, просто ненавижу тебя.
– Не переживай, это взаимно, крошка, –Даг нагло улыбнулся, подмигнул в зеркало.
Отчего Анжела дернулась, скрестила руки на груди, прикрывая ее. Она вообще не виновата, что кто-то стащил из ее шкафчика лифчик, пришла она точно в нем. Не в ее правилах разбрасываться бельем, денег и так хватало на самое необходимое. Чтоб заплатить за съемную квартиру, еду, проезд да одежду, купленную в супермаркетах или секонд-хенде.
И то, что ее взяли в шоу, это было огромной удачей. Наконец она могла начать жить нормально, зарабатывать, двигаться дальше, может, даже познакомиться с порядочным парнем.
Хотя нет, нет с нее достаточно парней, у Анжелы он был всего один, но ей хватало сполна. Теперь никаких бандитов, крутых парней, что ходят со стволами за поясом и посещают злачные места. А еще просаживают в казино деньги, надеясь сорвать куш. Ее бывший Алекс Кинг был именно такой.
Резко захотелось в туалет и есть, в сумке нашелся батончик из злаков, но он не утолил голод. Хотелось сочный бургер, с картошечкой фри и, чтоб больше соуса.
Ее организм, вымотанный многочасовыми тренировками, требовал возмещения потраченных калорий, Анжела все это ела, а вот колу не любила, лучше простую воду.
Несколько минут ехали молча, Даг не переставал думать и накидывать версии, кому мог помешать Блейк. Выходило, что никому. Но ведь кто-то его убил, и этот кто-то был в кабинете за минуту до его прихода.
Сейф был открыт, удар нанесен сзади именно тогда, когда Чарли его открыл. Значит, он знал гостя или гостью? Снова посмотрел на девушку, могла ли она это сделать? Да сто процентов могла, она ведь дикая. Но зачем тогда вернулась? Или она пряталась там все время? А зачем вылезла? Да и денег при ней нет, а вот сейф пуст.
– Так, мы далеко едем? Или это секрет и мне завяжут глаза? Ах, да, ты что-то говорил про багажник.
– Да. Хочешь попробовать?
– Очень. Так куда мы едем?
Анжела нахмурилась, придвинулась ближе, вглядываясь в Дага. Имя ему подходит, такое же резкое и грубое, как и его обладатель. А может, это и не его имя.
– В Техас.
– Техас? Ты нормальный? Это через два штата. Это далеко и долго.
– Правильно, полторы тысячи миль.
– Я не согласна!
– А ты хорошо подумай, прежде чем орать, истеричка!
– Это я истеричка? Сколько можно уже меня оскорблять?
– Нет, я! Конечно, ты, только и делаешь, что всю дорогу скандалишь. Тебя что, давно не трахали? Бешенство матки или месячные?
Они снова начали спорить, повышая голос, перекрикивая рев мотора и шум дороги. Дагу хотелось остановить пикап, вытащить эту неуравновешенную девицу наружу, задрать юбку, опустить на горячий капот и отшлепать до пятен на ягодицах.
– Скотина какая! Это у меня бешенство? Да это ты наглый напыщенный индюк, который возомнил, что ему все можно! Можно вот так похищать людей, угрожать, запугивать. Да кто тебе дал на это право?
Все, последняя нервная клетка Дага умерла в судорогах, он резко нажал на тормоза, Анжела не успела ни за что ухватиться и полетела вперед. Мужчина вышел из машины, хлопнув дверью, открыл другую, дернув Анжелу за волосы, потянул на себя.
В глазах ярость, гнев, Анжела смотрела и не могла сказать и слова, снова оцепенев от страха. Он сейчас точно ее убьет, одной рукой свернет шею. Его губы плотно сжаты, на виске пульсирует вена, желваки играют на скулах.
Но того, что произошло дальше, не ожидал, никто. Дага переполняли и разрывали два желания: убить эту девчонку и поцеловать.
Он выбрал второе.
Глава 6
– Ты совсем обнаглел?
Даг дергается от боли, эта истеричка прикусила ему губу. Самая первая реакция была врезать ей, но ярко-голубые глаза девушки останавливали его.
Не в его правилах бить женщин, хотя некоторые очень просят, чтоб их хорошенько отшлепали. Но ведь она отвечала на поцелуй, он отчетливо слышал тихий стон, чувствовал мягкость губ, а когда их языки встретились, по телу прошел разряд тока, вот тогда ангелочек его и укусила.
Дрянь такая.
– А ты была вроде не против.
– Тебе показалось, слезь с меня.
– И не подумаю.
Даг специально потерся о промежность девушки пахом, член был возбужден, а юбка Анжелы задралась до пояса, открывая вид на белые трусики.
Твою же мать!
Это самое обыкновенное белье, а его возбуждает так, словно на ней эротическое белье. Захотелось отодвинуть эту мешающую ткань, провести пальцами по киске, она наверняка у нее розовая и гладкая, без единого волоска, как Даг и любит.
Он придавил девушку к сидению сильнее, раскаленный воздух пустыни не давал дышать. Анжела облизала губы, пытаясь спихнуть с себя мужчину, но еще больше почувствовала его эрекцию.
Эмоции не давали нормально думать, а близость волновала. Даг улыбнулся, провел кончиком языка по ровным белым зубам, а пальцами по шее девушки, остановился на пульсирующей сонной артерии.
Анжела замерла. С ней происходило что-то странное, чуть уловимый аромат мужского парфюма раздражал рецепторы, его карие глаза прожигали насквозь, тело начинало реагировать на близость.
– Слезь с меня, – процедила сквозь зубы.
Анжеле надо было избавиться от него, иначе еще один поцелуй, и можно будет выкидывать трусы в окно. Как белый флаг капитуляции, мол, вот она какая доступная, можно похитить, испортить жизнь и в поездке еще и потрахать.
– А то что?
– А то получишь по яйцам.
Вывернулась, двинула коленом между ног этому извращенцу. Даг даже скорчился от резкой боли и глухо простонал.
– Вот же сучка маленькая.
– За сучку еще раз двину.
Даг вышел из салона, прошелся по обочине, за все время, что они стояли почти посередине шоссе, мимо проехало всего две машины, и те фуры дальнобоев. И какого хрена его дернул черт полезть к ней с поцелуями? Даг любил покладистых девушек, которым не надо говорить, что и как делать.
Но отпускать ее слишком опасно, да и этот дикий ангелочек ему начинала нравиться. Строптивая, но до безумия сексуальная, как дикая необузданная кобылка, что водились на ранчо Паркеров.
Возвращаться домой было страшновато. Возвращаться в прошлое всегда страшно. Там брат, отец, родной до каждого камня на дороге городок, закусочная «У Рози», бар «Дикая лошадь», где они с Риком впервые напились, амбар Паркеров, где тискали девчонок, а потом, нет, не время для воспоминаний.
– Так мы едем или ты решил состариться здесь?
Анжела вышла на дорогу сама, поправила шорты, которые надела вместо юбки, достала из сумки кеды, переобулась, закинув ковбойские сапоги на сиденье. Собрав волосы в пучок на макушке, посмотрела на Дага сквозь стекла зеркальных солнцезащитных очков.
– Лифчик, где потеряла?
– Не твое дело. Тебя должен заботить труп Блейка, а не мои титьки.
– Будем на заправке, чтоб надела куртку.
– Да вот еще. Кто ты такой, чтоб указывать мне?
– Напомнить про багажник, истеричка?
Эрекция после удара коленом сразу прошла, но член снова налился возбуждением. Эти ее соски под тонкой тканью белой майки не давали покоя, а сейчас еще длинные загорелые ноги.
Час ехали молча, у придорожного кафе, заправки и мотеля с говорящим названием «Ночная бабочка» было не людно. Старенький «Линкольн» с забравшимися в такую даль калифорнийскими номерами, белый «Форд», этого вообще непонятно как занесло в эту дыру, и красавчик черный пыльный «Понтиак» восемьдесят четвертого года.
Анжела любила автомобили, как и татуировки, но ни того ни другого у нее не было. Пока еще не было.
Тод и Чед постоянно пропадали в мастерской у Сойера, перебирая моторы, машины, собирая некоторые модели по частям. Анжела крутилась около них, ее не выгоняли, поэтому она легко может определить, почему, что и где стучит в машине.
– Пойдем в туалет, купим перекусить, воды и поедем дальше, нам лучше покинуть штат до заката.
– Слушай, Даг,– Анжела нарочно сделала ударение на его резкое и грубое имя, открыла дверь машины, но выходить не спешила.– А ты сидел в тюрьме?
– А ты девственница?
– При чем здесь это?
– Такой же глупый вопрос, какой задала ты.
– Значит, точно сидел. За кражу и разбой? Угадала?
– Нет, не угадала, за изнасилование. Довольна? Шевели булками, это первая и последняя остановка, до рассвета больше не будет, а замараешь сиденья, поедешь в багажнике.
– Хамло какое.
– Я все слышал.
Даг уже отошел на несколько шагов в сторону заправки и небольшого магазинчика. Этой противной истеричке хотелось свернуть шею, он даже представил, как это будет делать, как тонкие шейные позвонки хрустят в руках, а девочка смотрит, умоляя о пощаде.
– Полный бак, вторая колонка,– поправил очки под козырьком бейсболки и накинутую на плечи рубашку. Обернулся и заскрипел плотно сжатыми зубами.
Эта маленькая сучка уже флиртовала с заправщиком. Вот она поднимает руки, потягивается, а потом смеется, этот прыщавый молокосос сказал что-то смешное, и Анжела вся затрепетала. Захотелось свернуть шею обоим.
– Детка, подойди сюда, пожалуйста.
Анжела обернулась, посмотрела на Дага, тот махнул рукой, улыбнулся, вот же лживый, притворный гад. Точно, он гад, а не Даг. Девушка натянула на лицо улыбку, взяла из салона свою сумку, специально наклонившись низко и отклячила попку, которую обтягивали короткие шорты.
Заправщик кашлянул, а Даг позвал ее снова.
– Иду, милый, ну не злись ты так. Я только припудрить носик и обратно.
Нет, надо было идти в театральный, а не танцевальный кружок в школе.
– А ну, стоять! Стоять, кому сказал!
– Что не так?
– Я пойду с тобой.
– Это необязательно, я все умею делать сама еще с детства.
Анжела приуныла, она знает Дага всего несколько часов, а такое чувство, что всю жизнь, и все это время он ее раздражает. Мужчина схватил ее за руку, потащил в сторону туалета.
– Отпусти, люди невесть что подумают.
– Они подумают, что я очень ревнивый парень и беспокоюсь за моральный облик своей глупой гулящей девицы.
– Почему это гулящей?
– А что глупая, тебя не смутило? Кто только что чуть не раздвинул ноги перед тем сосунком?
– Это все твои фантазии. Отпусти, я все поняла. Я пописаю и вернусь.
Анжела выдернула руку из крепкого захвата, посмотрела Дагу в глаза, тот не доверял ей, но идти вместе было смешно. Кивнул, отходя в сторону, за девушкой закрылась дверь, он немного постоял рядом, а потом обошел строение.
– Скотина какая. Хамло. И как можно быть таким!
Анжела оглядела помещение, обшарпанный пол, треснутое зеркало, характерный запах, но брюзгой она не была, и не такие места приходилось посещать.
Умылась, сделала все свои дела, внимательно разглядывая открытое окно чуть выше ее головы. Ловко закинула в него сумку, встав ногами на раковину, выглянула наружу, никого не было видно, подпрыгнула, переваливаясь наружу. Но не рассчитала и полетела вниз.
– А вот и мой ангелочек вернулся. А я уже соскучился, думал, у тебя запор.
Даг держал девушку, поймав, когда она летела из окна. Анжела в испуге замерла, широко открыв глаза, смотрела в свое отражение в очках мужчины.
Ведь она могла сломать шею, если бы он ее не поймал. Сама с силой вцепилась в его плечи, чувствуя крепкие мускулы.
Ну, может, он и не такой противный? Целуется классно.
Глава 7
– Отпусти, а то я буду кричать «помогите».
– И кто тут тебе поможет? Прыщавый заправщик или выберут постояльцы мотеля?
– Отпусти!
Анжела говорит не так уверенно, как бы хотелось, Даг все еще продолжает держать девушку на руках, а со стороны наверняка они смотрелись милой влюбленной парочкой. Она – вздорная девица, он – ревнивый собственник.
– Я отпущу, но ты, чтоб больше не выкидывали никаких фокусов. Нас и так уже все запомнили, особенную твою практически ничем не прикрытую задницу.
– А ты я смотрю, хорошо разглядел.
– Ее только что слепой не увидит. Ты меня поняла малышка?
О, как же Дагу хотелось затащить эту малышку обратно в туалет, а лучше снять в мотеле номер и неважно какой, и хорошенько отшлепать ее в упругую попку, потом уже оттрахать. Интересно, она там девственница?
– Эй, ты о чем это задумался? А ну, поставь меня на землю, извращенец.
Вот по глазам было видно, что этот парень думает о своей похоти. Анжела не поняла, с каких это пор она стала такой скромницей, но в руках Дага она чувствовала почти тоже.
Нет, надо было с этим заканчивать, позволять носить себя на руках хотя было очень приятно, а еще целовать. Анжела дала себе установку, что больше никаких отчаянных парней, крытых выпендрежников и задир, каким был ее Алекс. Только работа и ничего больше. Только путь к успеху и к мечте.
– Я отпущу, но чтоб молчала и не делала резких движений. Ну, я жду согласия.
Даг смотрел в бездонно голубые глаза девушки и терялся. Черные густые ресницы, брови и легкий загар делал их еще ярче. Если он так еще простоит с ней на руках минуты три, то за себя он будет уже не в ответе.
– Хорошо, я не буду сбегать.
– И не будешь кричать.
– Не буду кричать.
– Если только когда я буду хорошенько тебя трахать.
– Совсем сдурел? Вот еще! Отпусти!
Даг улыбнулся, как же ему направилось ее злить.
– Ну, я не слышу.
– Я не стану убегать и кричать.
– Умница, а теперь возьми сумку и иди в машину. Живо я кому сказал.
– Хамло.
– Шевелись, я все слышу и вижу.
Анжела, подхватив сумку, пошла к пикапу, Даг за водой и едой, купил крепкого кофе, минералки, несколько бутербродов и шоколадных батончиков. Жара убивал больше чем усталость, но надо было до ночи покинуть штат, пока не объявили розыск.
Девчонку с такой яркой и красивой внешностью запомнить легко, он бы точно запомнил. А она как специально в майке, без лифчика и в этих блядских шортах. Зачем он потащил ее с собой? Причин было всего две: она могла сдать его, описать внешность и самая глупая, она ему понравилась.
С первых секунд, когда вышла на сцену с золотыми крыльями, со стразами на сосках и лобке. Когда шла соблазнительной походкой, высокая грудь, круглая попка, а еще глаза и улыбка, она очаровала его. Она очаровала всех мужиков в радиусе ста метров, Блейк оказался не исключением. А может, между ними уже что-то было?
– Ешь, а то начнешь падать в голодный обморок,– Даг бросил Анжеле на колени пакет с бутербродами, сам сел за руль, завел машину, плавно вырулил со стоянки на трассу.– И учти, захочешь в туалет, терпи, у тебя был шанс, но ты его прощелкала.
– Какой ты милый, а еще воспитанный и вежливый. Мама с папой не учили манерам? Не учили, как нужно разговаривать девушками?
– А эту девушку не учили, что трясти при взрослых дяденьках титьками – плохо?
– А вот это не твое дело.
– Вот и мои манеры не твое дело. Ешь молча, а то учти, мой багажник всегда к твоим услугам, крошка.
Анжела хотела отказаться от еды, но передумала. Неизвестно сколько еще ехать, а в животе уже урчало. Жадно откусила большой кусок бутерброда, думая, что делать дальше, но для начала нужно было найти свой телефон, вечером написать девочкам как обстановка в «Белладжио». Девушка начала шарить по карманам джинсовой куртки, потом в сумке, но нигде его не находила.
– Кстати, а где мой телефон?
– У тебя был телефон?
– Сейчас у всех есть телефон.
– Не видел.
– Это ты его взял?
– Нет, он мне не нужен.
– Так же как и мой кошелек?
– Это чтоб узнать твое имя.
– Вот же черт! Черт! Черт!
– Что не так?
Даг делал вид, что равнодушно следит за дорогой, а сам наблюдал сквозь солнцезащитные очки за паникой, что сейчас нарастала на заднем сидении пикапа. Анжела вновь принялся искать того, чего давно уже нет. Но, то, что это он разбил и выкинул ее телефон, говорить не стоит. Иначе начнется новый скандал и этой сексуальной истеричке придется свернуть шею.
– Пропал телефон и квитанция из химчистки, а еще…
– Что еще?
– Не важно.
Мужчина напрягся, вспоминая, что в карманах куртки точно больше не было ничего стоящего внимания, кроме телефона, он проверил, когда искал документы.
– Точно?
– Да, забыли.
И зачем только она положила ее в карман куртки? Анжел расстроилась, пропала цепочка из белого золота с кулоном в виде буквы «А», единственный ценный подарок за всю ее жизнь от Тода и Чеда на ее восемнадцатилетие.
Они не виделись уже полгода, после того как братья приезжали к ней, Анжела очень скучала по ним, их шуткам и постоянным рассказам о мастерской «Сойера».
Они были ей единственными родными людьми на этой земле, а еще Бетти, их приемная мать, которая вместе с мужем хоть он и буянил иногда, но в сущности был нормальным мужиком, взяла ее в их семью, когда ей было всего семь лет.
Очень важно знать, что ты на этом свете не один, что есть кто-то близкий, пусть и не по крови, но очень родной. Анжела не знала кто ее мать, кто та женщина, которая бросила ее и что у нее были за обстоятельства, чтоб так поступить.
Но самое невероятное, что случается только в сериалах и жутко сопливых фильмах о любви, это то, что в одеяле, в котором нашли Анжелу у дверей приюта, была открытка.
Красивое ранчо на фоне голубого неба, небольшой особняк, идеальные дорожки, усыпанные белым камнем, и лужайка с яркими цветами. Открытка давно испортилась и порвалась, но девушка помнит ее наизусть, а особенно подпись на обратной стороне: «Бонни Анжела Кларк, шесть месяцев, Спринг, штат Техас».
И больше ничего.
Глава 8
Свет фар редко проезжающих встречных машин ослеплял, ночь давно накрыла пустыню Мохаве, Даг держался как мог, выпив уже пятую банку энергетика. Хотелось в душ и спать. Все чаще ловил себя на мысли, что необходимо остановиться в каком-нибудь мотеле, но тут же отмахивался от нее.
Девушка не спала, лишь смотрела в окно, было странно видеть ее такой притихшей и спокойной. Даг уже привык к постоянным упрекам, оскорблениям, к сопротивлению.
Они знакомы меньше суток, он не знает о ней совсем ничего. Кто она, откуда, почему решила танцевать? Есть ли у нее парень? И что у них было с Чейзом?
Поймал себя на мысли, что хочет это узнать. Хотя все его общение с девушками и женщинами ограничивалось сексом. Никаких свиданий, походов в кино, встреч в парке, ни одного пикника или просто прогулок.
Все это осталось в прошлой жизни, в Техасе, в небольшом городке округа Харрис. В школе, на футбольном поле, в кафе «Завтрак у Рози» и баре «Дикая лошадь», где они впервые с братом напились, после трех порций джина Рика тошнило в поле, а они с Паркерами потом смеялись над ним и его слабым желудком целую неделю.
– Чему ты улыбаешься?
Анжела уже несколько минут разглядывала мужчину сбоку, Даг просто смотрел вперед, черты его лица менялись, он то хмурился, то сжимал челюсти и вел подбородком, а сейчас улыбался.
– Вспомнил, какая ты была смешная, когда летела головой вниз из окна туалета.
– И совсем не смешно.
– Еще как смешно. Можно просто сказать мне спасибо, что не дал свернуть тебе шею, а то хороша была бы стриптизерша с кривой шеей. И вообще я спасаю твою задницу второй раз.
– Я не стриптизерша, я танцовщица.
– А это не одно и тоже? Мне казалось, не велика задача – вертеть задом и задирать ноги.
– Нет. Слушай, а убивать легко? А воровать или грабить? Что ты чувствуешь при этом? Удовольствие? У тебя вообще все в порядке с головой?
Даг снова улыбнулся, эта девчонка всегда отвечает на колкость тем же, как обиженный ребенок, вспыхивает спичкой, он даже чувствует ее энергетику. Сексуальная малышка, дерзкая, а как лихо заехала по яйцам? Ему и ответить было нечем.
– Убьешь, узнаешь.
Дагу не хотелось с ней спорить, устало потер шею, размял плечи, посмотрел на часы. Они уже покинули штат, отдых б