Роркх

Глава 1. Умирать в первый раз тяжелей всего

Умирать в первый раз тяжелей всего. Так говорят. Мол, потерпи, в следующий раз будет легче. Ты привыкнешь. Будет проще. Да. Брехня. Я умирал четыре раза. Сейчас будет пятый. Не легче.

Мне больно. Я зол, раздражен, напуган, расстроен. Левая рука превратилась в желе. В буквальном смысле слова. Прозрачная и мягкая. Я вижу свои кости, которые болтаются, словно резиновые. Но адская боль портит эту сюрреалистичную картину. Главное, добраться до норы.

Пот застилает глаза. Идти становится тяжелей с каждым шагом. Людей на улице почти нет, ведь скоро наступит ночь. Редкие прохожие шарахаются от меня, как от прокаженного. В каком-то смысле так и есть. Слизь заразна. Коснись кто меня, закончит там же. Я вошел в Город на закате, словно чумной всадник. Предвестник наступления ночи. Я нес чуму.

Только она не так уж и опасна. Все же болезнь передается через прикосновения. Да и я сдохну на самой окраине. Так что насчет всадника я погорячился. Скорее оруженосец всадника. Или его сквайр. Да. Помощник оруженосца всадника чумы вошел в Город, предвещая наступление ночи. Звучит достаточно пафосно и вполне правдоподобно.

Импов Роркх. Великий и ужасный Город Роркх. Именно так и пишется. Не город, а Город. Потому что Роркх не любит, когда к нему относятся без уважения. Он смеется в лицо глупцам, смотрящим на Город свысока или без должного страха.

Он убивает их сотней разных способов, тихо смеется над их страданиями и с улыбкой смотрит, как они умирают на окраинах, оставляя после себя лишь лужу слизи и резиновых костей.

Потому что Роркх презирает слабых и втаптывает в грязь глупых. Таков он, великий и ужасный Город Роркх.

С этими мыслями об уважении и собственной дурости я доковылял до нашей норы. Замшелая гильдия на южной окраине. Деревянная дверь скрипнула, открывая вид на классическую древнюю таверну в стиле фэнтези. Свечи, масляные светильники, мебель из грубого дерева. В углу четверо наших о чем-то спорят. Я не разбираю лиц и голосов. Ковыляю к стойке.

Джонатаниэль. Ну и имя. Как он вообще додумался так себя назвать? Что за идиотизм. Мы зовем его Джоном в глаза и Долговязым за спиной.

Потому что он всю жизнь ищет свой сундук с сокровищами. Но он делает это робко и без должного уважения. А потому заведует баром в норе и третьесортной гильдией по совместительству. У Долговязого есть пара значимых плюсов.

Во-первых, он видит, в каких ситуациях можно неплохо подзаработать. На каких делишках поднять монет. Где что взять и кому это потом сплавить. Во-вторых, он знает, что для этого надо делать, а что делать не надо. Поэтому мы с ним сошлись быстро. Мои навыки плюс его знания.

Первые полгода все шло как по маслу. Я вступил к нему в гильдию, работал как вол, забирал свою долю. Хватало и на жизнь, и на всякие мелочи для души. А потом моя доля становилась все меньше и меньше. Какие-то мистические обстоятельства все время играли против нас.

Со слов Джона, то нас кинет покупатель, то работодатель зажмет монету. То цены на рынке резко ухнут вниз. И дела мои медленно пошли по наклонной. Чего не скажешь о Долговязом. Пусть не сундук, но дойную корову в лице меня он все же нашел.

Поэтому я давно собирался выйти из гильдии, но мне нужны были их ресурсы. А сейчас я зарвался. Взял на себя слишком много. Откусил кусок, который не смог проглотить. И теперь выхожу из игры.

Я это понял. И Джон это понял. А он знал, что надо делать, когда пахнет кушем. Хитрожопый говнюк. Сейчас ему надо разговорить одного полупрозрачного меня. Что было мне на руку.

– Паршиво выглядишь, Арч, – Долговязый пододвинул ко мне стакан с прозрачной жидкостью.

– Зато чувствую себя прекрасно, – съязвил я и опрокинул стакан целиком. Водка. Или какой-то ее аналог. Жадный кусок имповых отходов, даже виски пожалел или рома. Я еще не умер, в конце концов.

– Бугимен? Где ты на него нарвался?

– За старыми лесопилками. В лесу на юго-западе. Шел по следу весь день, хотел успеть до наступления ночи.

– А сердце с тобой? – глаза Долговязого прямо светились.

– Нет. Разрядил в него только одного Светлячка, потом он меня ударил наотмашь и убежал. Я вряд ли попал в него. Решил, что преследовать нет никакого смысла.

– А зачем пришел тогда? Ты же знаешь, мне нечем это вылечить. Можно было ампутировать руку, но у тебя уже ребра просвечивают. Скоро зараза доберется до сердца.

– Знаю. Просто не хочу умирать снова. Можно я выйду здесь? Понимаю, после меня комнату придется закрыть до утра, чтобы никто не заразился. Но мы в серой зоне. Мне негде больше выйти.

– Да ладно, мы же с тобой давно в этом Городе. Располагайся.

– Спасибо, Джон.

– Ты же вернешься в гильдию?

– Не уверен. Последнее время дела шли не очень. Денег почти не осталось. Так что не знаю, когда смогу вернуться, – я очень хотел посмотреть ему в глаза, но почти ничего не видел из-за пота и слипшихся волос.

– Понимаю. А ты уверен, что не ранил Бугимена?

– Вряд ли, Джон. Слишком уж бодро он убегал, для пятиметровой махины.

– Ясно. Налить еще?

– Нет, спасибо. Я лучше пойду, пока не отъехал прямо здесь. Не хватало еще всю барную стойку менять из-за меня.

– Давай, Арч. Восстанавливайся и приходи обратно. Окей?

Я не ответил. Просто медленно поплелся в одну из гостевых комнат на втором этаже. Я не собирался возвращаться в гильдию. И мы оба это понимали. Я знаю, что Долговязый прикарманивал часть прибыли. И он знает, что я знаю. А еще он знает, что я соврал в каждом слове.

Поэтому надо торопиться. А то слишком много знатоков на квадратный метр. Ведь во всей этой истории есть главная проблема. Ночь действительно приближается. И нет ничего страшней ночного Роркха. Поверьте, вы не захотите смотреть в глаза этому демоническому Городу во всем его темном великолепии. Я точно не хочу.

Калейдоскоп искр. Вспышки, дезориентация. Где я? Тихо, дыши. Медленно. Медленно. Вспоминай. Болит левая часть тела. Бугимен, Роркх, нора, Долговязый. Я избежал смерти. Ну практически. Гребаное полное погружение. Рука все еще болит. Пусть и не так сильно, но все же. Гребаный фантомный перенос, гори он синим пламенем.

Проблема нашего мозга в том, что он не отличает реальность от виртуального мира. Для него все одинаково. Синдром фантомного переноса. Ты переносишь состояние из игры в реальность. Пусть и в меньшей степени, но все же.

Можешь напиться в Роркхе в сопли, а потом еще пару часов шататься пьяным в реальном мире, но без пагубного воздействия алкоголя на организм. Можешь Лунную Пыль нюхать в Городе и ловить приходы в реале. Многие так делают. Ловят кайф там без вреда здесь. Но кайф в обоих мирах стоит дорого. И в обоих мирах мне он не по карману.

Есть и обратная сторона медали. Умрешь в Роркхе, поймаешь болевой шок и паническую атаку в реале. Причем в случае смерти тебя мгновенно выбрасывает из игры. Зачем так сделано? Чтобы все игроки были в равных условиях. Мол, если идешь сражаться с монстрами, готовься чувствовать все на своей шкуре, как и остальные игроки. Никакого разграничения по уровню сложности между новичками и профи. Все по-честному. Единственное, что влияет на сложность, – время суток. Хочешь кайфа – играй, пока в Городе день. Хочешь драйва – играй ночью.

Но болевой эффект никто отключать не станет. Притупят немножко – и хватит. Так что те, кто говорит, что умирать больно только в первый раз, – ссут вам в уши. Не верьте им. Умирать больно всегда.

В этот раз все по-другому, времени мало. Близится ночь. А значит я должен успеть вернуться за сердцем Бугимена, которого подстрелил. Я действительно не хотел заново переживать очередную смерть персонажа, но была и другая причина возвращения в нору.

Выйти из игры можно лишь из безопасного места. Помимо смерти. Ближайшим бесплатным выходом была гильдейская нора. Честно говоря, будь у меня способ умереть быстрее и выйти, я бы так и поступил. Но оба Светлячка я разрядил в Бугимена. И оба раза я попал. Так что он уже должен был сдохнуть где-то в лесу, а я даже застрелиться не смог. Светлячки стоят недорого.

Их называют еще Сигналками. Потому что они работают по принципу сигнального пистолета. Только вместо пластика используется дешевое дерево. Один патрон с зажигательной смесью – один выстрел. После чего у тебя в руках остается обуглившееся оружие. Боевые патроны использовать опасно в таких штуках, можно и без руки остаться. А зажигательная смесь из пороха, напалмовой капсулы и имп знает, чего еще прекрасно компенсирует недостаток урона.

Пятиметровое полупрозрачное чудище. Тощее человекоподобное тело с длинными руками, свисающими до колен. Эктоплазменный Древний. Это его официальное название. В простонародье кличут Бугименом. Не агрессивный, медленный, практически не опасный монстр. При условии, что не будешь к нему подходить слишком близко.

Только вот Светлячки стреляют всего на пятнадцать метров. Дальше пробивное воздействие сводится к нулю. Или скорее прожигающее. Напалмовая капсула не взрывается. Попал в тело, а она продолжает гореть и выжигать внутренности монстра. Но для этого надо пробить шкуру.

Первый снаряд угодил Бугимену в ногу. Надо было стрелять навесом, а я целился в тушу. Придурок. Второй снаряд попал ему в грудь. Но мне пришлось подобраться слишком близко. Тварь ударила наотмашь. Его скользкая тощая рука удлинялась и растягивалась, словно резиновая. Меня зацепило краем, но и этого достаточно.

Я видел, как Древний истекал слизью, убегая в чащу леса. Снаряды горели в нем, не давая оболочке зарасти. Он должен был сдохнуть недалеко от места нашей стычки, но надо торопиться. Идти за сердцем ночью – чистое самоубийство. А к утру все обнулится, и сердце исчезнет.

Наушник выдавал равномерные гудки. Главная проблема в том, что мой персонаж сейчас умирает в Норе, а другого у меня нет. А у Клыкастого точно есть. Но он не берет трубку. Такие правила в Роркхе. Персонажи умирают навсегда. А нового надо не создавать, а покупать уже готового. Зато не надо каждый раз прокачивать с нуля, можно сразу взять кого посильней.

– Че, куда, дарова. Я не абонент сейчас, потому что поэтому. Ща сигнал будет, скажи, чего надо, а я подумаю, перезванивать или нет, – длинный писк в наушнике.

– Клыкастый, это Арч. Перезвони срочно, нужна твоя помощь.

У Клыкастого точно есть хант пятой ступени. Он сам хвастался нам с Алексом. Мне бы сейчас даже однорукий калека восьмой ступени подошел. Но даже такие стоят денег. А в аренду никто не сдает персонажей. Это вообще штука сугубо личная как бы. Дать кому-то своего ханта, это как зубной щеткой поделиться. Только дороже.

– Алекс. Не разбудил?

– Был близок. Привет, Арч. Чего стряслось?

– Помощь нужна.

– Я уже скинул все материалы по курсовой тебе на почту.

– Материалы? Что? Нет, я не по учебе. У тебя случаем нет ханта?

– Кого?

– Это персонажи для игры в Роркхе. Где мы с Клыкастым зависаем постоянно.

– А, понял. Нет, ты же знаешь, я не в теме.

– Знаю, ну мало ли. Очень надо. На пару часов. Если дело выгорит, у меня денег на несколько месяцев вперед будет.

– Бросал бы ты это все. Ладно в свободное время зависать. Черт с ним, что пытаешься там заработать. Но ты же уже на имя собственное не откликаешься. Приходится тебя Арчем звать, чтобы ты реагировал.

– Сори. Это уже деформация.

– Нет, чувак. Это ты реальность с игрой путаешь.

– Ладно, давай ты мне поможешь сначала, а потом отчитаешь? Есть варианты? У друзей может?

– А к Клыкастому чего не обратился?

– Он не але. Скорей всего, в Роркхе. Я ему звонил, оставил сообщение на автоответчик, написал на почту, написал через чат в игру, но он не отвечает. А у меня прям горит.

– Понятно. У меня персонажей этих нет. Надо подумать, у кого можно спросить.

– Слушай, можно деньгами. Если десятка есть, я уже завтра смогу вернуть. Куплю ханта, проверну быстро дело и завтра обналичу.

– По деньгам вот так быстро не организую. Достать смогу, но завтра.

– Поздно будет.

– Слушай, есть один парень. Он мне задолжал серьезно. Не деньгами, но все же. Могу у него спросить.

– Было бы здорово.

Мы проговорили с Алексом еще пару минут, и я пошел допивать свой кофе. Похоже выбора у меня нет. Раз уж приходится ждать, то можно и пойти по распорядку. Сначала приседания, потом отжимания. Надо разогнать кровь и не дать мышцам атрофироваться. Проблема в том, что у меня капсула древняя. Ляжешь без одежды – и кожа прилипнет. И затекает все.

Я не спал уже почти сутки. Так всегда бывает перед наступлением ночи. Появляется много вариантов подзаработать. Слабые монстры, легкие квесты от неписей, информация по грядущей ночи, которую можно продать. Просто в этот раз я поднял ставки. Теперь надо довести дело до конца. Иначе вернуться я смогу очень нескоро.

Телефон пискнул. Почта Обсервера. Письмо с приглашением в зашифрованный чат. Отправитель решил оставаться неизвестным. Что же, это нормальная практика.

– «Ссылка на выделенный сервер. Доступ одноразовый. Там хант в экипе. Не скачивай, подключай свою капсулу напрямую. В ночь не выходи, повредишь ханта или умрешь – я тебя найду и сдеру по полной».

– «Сними экип, мне нужен только хант и немного медяков для быстрого выхода через платную гостиницу».

– «Я уже в Роркхе. Далеко от точек выхода. Доступ к хранилищу только через Обсервер. У тебя гостевой пропуск, так что ты не сможешь менять содержимое хранилища. Там сборка на сорок очков почти. Сам понимаешь, сколько это в рублях. Так что дважды подумай, прежде чем брать».

Присвистнул в душе. Сорок очков влияния. Еще называют весом сборки. Мой предыдущий персонаж с двумя сигналками и мелочевкой весил всего пятерку. А тут сорок. В серебре – основной валюте Роркха, это выходило… Да имп его знает сколько. Больше, чем я мог бы потянуть.

Я на таких хантах не ходил никогда. Я таких денег даже в глаза не видел, не то, чтобы в руках держал. Сердце Бугимена тоже стоит недешево, монет сто точно. Решение уже принято, отступать некогда. Сделаю все быстро и никаких проблем. Должна же многоуважаемая госпожа Ф улыбнуться и мне в кои-то веки.

Соединение с сервером установлено. Подключаю капсулу, синхронизация, выгрузка данных, отказ. Как он и говорил. Я отложил планшет и залез в капсулу. Знакомый интерфейс мигнул зеленым. Главный экран Обсервера приветствовал меня. По центру мигала красная надпись, предупреждающая о скором наступлении ночи. Погнали по-новой. Открыл чат, перешел по ссылке. Соединение с сервером, подключение капсулы к серверу, синхронизация. В этот раз не пытаюсь выгрузить информацию в капсулу, а наоборот – сам захожу в хранилище. Калейдоскоп искр.

Я в какой-то комнате, похожей на бункер. Везде клепаное железо. Вдоль стен стоят стеклянные капсулы со смутными силуэтами внутри. Я пытаюсь приглядеться, но очертания расползаются. Все серые и однотонные. Все, кроме одного. Там находится хант, к которому у меня есть доступ. Оглядываюсь.

Вдоль одной из стен стоят стеллажи с ящиками, коробками и просто разбросанным барахлом. Все также серое и подернутое дымкой. Похоже на гильдейский склад. Вряд ли это все принадлежит одному игроку. Капсул два десятка. Половина пустует, видимо, персонажи готовятся к ночным партиям. Значит в гильдии как минимум десяток игроков. Хотя нет, может этот склад сам по себе полупустой, откуда мне знать. Ладно, меня это не касается. Мне до этих зажравшихся гильдий нет дела. Своих проблем хватает.

Мой хант был похож на какого-то стимпанковского сталкера. В длинном черном плаще с глубоким капюшоном и каким-то механическим устройством на голове. Оно крепилось кожаным ремнем и плотно прилегало к правому виску. В остальном – стандартный персонаж.

Параметры ханта и его сборка. Ловкач с вторичкой в выносливости. Параметры, которые напрямую влияют на скорость и длительность бега. Это прекрасно.

Имп знает, где меня респаунет, так что бегать придется все время. Хант был чистым физовиком с упором на ловкость. Никакого тяжелого оружия, брони и стволов с высокой отдачей. Вообще странно, обычно ловкачам качают силу во второй стат.

Меня разорвало от эмоций. С одной стороны, я в восхищении, никогда не играл персонажем даже пятой ступени, а тут целая четвертая. Это полноценный боевой хант для ночных партий. Продай я сердце Бугимена, может мне и хватило бы монет на такого персонажа. Без экипировки.

Но не все так радужно. Имя персонажа и его параметры от меня скрыты. Импов гостевой допуск. Хотя бы привычки и особенности показали, это же важно для игры. Я даже понять не могу свои сильные и слабые стороны.

Ладно, и так справимся. Я не собираюсь ни с кем стреляться. Уверен, на этой мысли где-то усмехнулся один Роркх, но все же. Зашли, вышли, приключение на двадцать минут, как говорилось в классике.

У меня есть быстрый, пусть и не очень выносливый персонаж, прекрасно умеющий скрываться от лишних глаз, если верить снаряжению и доступным огрызкам описания. Я знаю место, где подстрелил Бугимена, оттуда быстро найду труп, заберу сердце и обратно в Город. Ближайший выход в норе, но им воспользоваться могут только члены гильдии. Еще одна особенность этой игры.

Членом гильдии официально считается хант, а не игрок. Хочешь воспользоваться плюшками гильдии, будь любезен, запиши своего персонажа в эту гильдию. Многие игроки состоят сразу в нескольких гильдиях разными хантами. Отсюда шпионские игры, скандалы, интриги, расследования. Куда же без этого в таких масштабных проектах? Значит, ближайшим выходом останется гостиница на южной окраине. Выйти можно за медь, что меня вполне устраивает.

Вообще днем можно выходить откуда хочешь. Днем Роркх безопасен для игроков. Только вот тот район, куда я собираюсь, считается серой зоной. Местом, где можно нарваться на неприятности в любое время суток. В серых зонах, как и во время ночных партий, нельзя выйти просто так. Только через специальные точки – убежища. Гильдейская нора, охраняемая гостиница, защищенные особняки и так далее.

Что же, пойдем по кругам, значит. Ставки сделаны. И они для меня высоки. Либо я сегодня сильно разбогатею, либо просру чужого ханта. И влечу в такие долги, что проще податься в бега. Меня колотило мелкой дрожью от волнения. Кнопка входа. Ну что, Роркх, посмотрим кто кого?

Глава 2. Добро пожаловать в Роркх. Пристегните ремни и не забывайте страдать

– Чтоб вам всем импы за шиворот насрали. Че же так холодно?

Я появился прямо посреди улицы. У игроков нет конкретной точки входа. Их персонажи вроде как живут своей собственной жизнью в свободное время. Ходят на работу, спят, едят, пьют в барах. И при загрузке, ты попадаешь в игру в том месте, где сейчас находится твой хант.

Можно им условно управлять и вне игры. Своего ханта я отправил в район заброшенных лесопилок, как только подключил хранилище к капсуле. Пока я смотрел параметры и сборку, он успел проделать немалый путь. Но все равно без управления они двигаются медленно. А мне надо торопиться.

В Роркхе наступил вечер. Судя по оттенкам серого неба, у меня осталось всего пару часов до наступления ночи. Отличное время для игроков вроде меня, чтобы подзаработать. Иногда появляются слабые монстры на окраинах, неписи дают высокооплачиваемые квесты.

Часто можно встретить загадочные явления или неведомые предметы, которых раньше не было. Бывает, появляются целые дома там, где раньше был пустырь. Все это так или иначе связано с грядущей ночью. Эту информацию можно быстро загнать за монеты игрокам, которые собираются в ночную партию.

Потому что информация играет ключевую роль в Роркхе. Зная заранее, с чем столкнешься, сможешь лучше подготовиться, взять правильную экипировку, нужные заклинания, зелья, патроны. Тяжело пристрелить призрака из револьвера или заколоть вампира сталью. Но зная заранее, можно взять что-нибудь против нежити и пройти ночную партию чуть ли не играючи и позевывая.

Я бежал по булыжным мостовым темных улиц. Фонари уже горели через один. Ночью их станет еще меньше. А к тем, что останутся гореть, лучше не приближаться. Как ни парадоксально. Разные твари летят на свет.

Каменные дома в викторианском стиле, в основном двухэтажные. Хотя и в центре Города редко встретишь здания выше трех этажей. Обычно оживленные, улицы сейчас пусты. В окнах не горят лампы. Город не спит. Город замер в ожидании. Это ощущение как в детстве, когда ты боишься заснуть, зная, что тебе снова приснится кошмар.

– Помогите, – из темного переулка донесся женский голос.

Я проверил интерфейс. Серая зона, значит можно отъехать. Ну нафиг. Это либо хороший квест с крутой наградой, по которому надо будет сражаться с вонючим косматым чудищем, либо ловушка, устроенная им же. Никогда не велся на такие штампы. Быстро пробегаем мимо. На ходу открываю окно персонажа. Синергия только что увеличилась на один процент и теперь равна шестидесяти трем из ста. Мой хант явно не из героев.

Параметр синергии означает то, насколько я хорошо отыгрываю персонажа. Было бы проще, отыгрывать роль, получи я описание ханта вместе с его привычками и особенностями. Обычно мне удавалось держать синергию в районе семидесяти процентов на предыдущих моих хантах.

Но до шестидесяти трех я не падал еще ни разу. Это означает, что я потерял тридцать семь процентов своих дополнительных статов. А в них входит скорость и длительность бега, что сейчас самое важное. Ловкость рук, точность стрельбы, владение оружием, реакция и еще несколько десятков различных параметров теряются при плохой синергии. Что еще хуже, падает величина бонусов, а штрафы растут.

Я открыл основные параметры. Пока не наступила ночь, надо все проверить. Благо, интерфейс мельтешил перед глазами, но не мешал бежать. Разумеется, в ночь я и так не собираюсь попадать, но мало ли. Это Роркх, тут всякое случается.

Сила 17 – 2

Ловкость 34 – 5

Выносливость 22 – 7

Интеллект 13

Воля 14

Харизма 8

Удача 12

Вот и приплыли. Аля-улю. Мало того, что персонаж заядлый курильщик, так еще и плохая синергия увеличивает штрафы. От былых двадцати двух очков осталось пятнадцать. Выше среднего по больнице, конечно. Но все равно. Это значит, что хант в хорошей спортивной форме, не более. Как если бы вы каждое утро делали зарядку и много ходили.

А тут вам приспичило пробежать марафон. Только по пересеченной местности. С оружием наперевес. И все в огне. А за вами гонятся толпы чудищ, желая сожрать. А еще вы в аду. И все катится в ад. Но зато вы в хорошей спортивной форме, гантельки по утрам поднимали. Значит сначала сожрут жирдяев, а уже потом вас. Добро пожаловать в Роркх. Приятной адской пробежечки. Горите и страдайте. В любой последовательности.

Открыл дополнительные параметры. Благо, это то немногое, что было доступно мне по ограниченному доступу. «Скрытный», «Тихий», «Картежник», «Шулер», «Неприятный», «Заядлый курильщик», «Хорошая реакция». Это что-то вроде отличительных черт персонажа. Или способностей. Понимай как хочешь. С первыми двумя ясно. С курением тоже. Что делает остальное, я не знаю. Тут нельзя ткнуть пальцем в параметр и прочитать описание. Либо интуитивным путем узнавать, либо лезть на форумы Обсервера за дополнительной информацией.

С меня градом катится пот, внутренности горят. Я перешел на шаг, как только интерфейс полыхнул красным. Полоска здоровья показывала семьдесят два из максимальных семидесяти трех. Да, количество здоровья и разума напрямую зависит от базовых статов.

Мало того, что я стал еще большим дрищем из-за синергии, так и ханта загнал до потери пульса. Физический урон сам себе. Не помню, чтобы читал о таком в Обсервере. На ходу вытащил сигарету из пачки и прикурил. Движение получилось рефлекторным. Это не я достал сигарету, а мой хант. Тоже проблема синергии. Расслабишься и потеряешь управление. В паре игрок-персонаж всегда ведет кто-то один.

Я пробовал пару раз курить в реале, но быстро бросил. Здесь же никаких особых ощущений. Ком в горле постепенно отступил. Синергия повысилась на два процента. Это хорошо. Надо было с этого начинать. У меня хант – заядлый курильщик, а я ему сходу марафон устраиваю. Отлично отыграл роль. А потом удивляюсь, куда отвалились мои семьдесят процентов синергии?

Не доходя до южного тракта, нырнул между домами. Дальше идем переулками, так быстрее. Приходилось лавировать между мусором и лужами с отходами. Периодически перешагивая через тряпичные кучи, по форме напоминающие человека. Не всегда целиком. По запаху они тоже напоминают человека. Не очень живого. Иногда давно не очень живого.

Рука постоянно сжимала рукоять револьвера. Пусть еще только вечер, но уже можно нарваться на неприятности. Особенно если шастать по темным подворотням на задворках Города. Видимо, госпожа Ф сегодня ко мне благосклонна. Говорят, она любит смелых. А я сегодня на сто двадцать серебряных монет смелый. Примерно на такую сумму я рассчитываю, если смогу вытащить сердце.

Все-таки абилки на скрытность и допы к маскировке прекрасно работают. А у меня как раз черный плащ с глубоким капюшоном. Добавляет немного бонусов к незаметности. Без помех пролетев жилые кварталы, я вышел за черту Города. Пробежал через поле и быстро нырнул в заросли.

Пока что я нахожусь в парковой зоне, но если углубляться дальше, то попаду в чащу заповедника. Осталось недолго. Большую часть пути я прошел. Вообще все шло прекрасно, лишь бы не сглазить. Как ни крути, у меня был очень сильный, хороший хант. Не без особенностей, но прикурить дать он может. По времени я шел с запасом, можно было даже не бегать. Бафы на скрытность оставляли меня незамеченным для разных тварей, если таковые и были.

Конечно же, всегда есть какое-нибудь «но». Мое «но» зовут тупейшим именем Джонатаниель. Гребаный Долговязый, чтобы его импы имели, как и его мамашу. Разумеется, на сказки про юго-западные лесопилки он не повелся. Но как можно было так быстро выйти на след Бугимена?

Видимо, расспросил людей. Многие видели, как я уходил в заповедные чащи в начале вечера. И сейчас он в компании шести ребят веером идет на юг по следам Бугимена. Не надо быть следопытом от бога, чтобы найти путь. Как ни крути, а пятиметровая махина не очень аккуратна. Просто иди по выкорчеванным с корнем деревьям и переломанным стволам.

Я крался по пятам. Семеро отморозков с моего клана. Механизм на моей голове оказался оптическим моноклем. И он прекрасно работал в сумерках. Дубинки, один топор, три револьвера пятого калибра. Совсем простенькое вооружение. Даже огнестрел – дешевый гражданский вариант. Скорей всего у каждого еще и по Светлячку есть. Будь мы в Городе, я бы может и начал отстреливать их на дистанции.

У меня есть оптика и оружие посерьезней. Но в лесу это гиблое занятие. Подстрелю одного-двух. Остальные разбегутся, окружат меня – и привет крышка капсулы изнутри. Добро пожаловать в сексуальное рабство мистер Арч, пока не отработаете долг за потерянного ханта. Надеемся вам идет латекс. Спасибо, не стоит.

Я держался в десяти шагах позади. Навык «Тихий» позволял мне двигаться бесшумно даже среди деревьев. Разумеется, до поры до времени. На каждую резьбу найдется свой болт и кувалда.

Они шли слишком быстро. Вряд ли я смогу их обогнать, не выдав себя. Еще у них были фонари. Знаете, чтобы оставаться скрытным, надо находиться в тени. Особенно, если у вас городская маскировка, а вы в лесу. Стоит мне наступить на ветку и поймать луч фонаря, можно смело мазать вазелином одно место.

Нет, я пойду за ними до конца. Стрелять начну на обратной дороге, когда они выйдут из леса. Там около сотни метров по открытому полю. Главное грохнуть Долговязого, сердце по-любому понесет он. И двоих с револьверами. Даже не помню их имен. Остальные не станут пытаться дать отпор. Все слишком сильно трясутся за своих хантов. Я это точно знаю, потому что сам такой.

– Джон, время. Надо торопиться. У нас осталось минут двадцать, не больше. Иначе не успеем вернуться до наступления ночи.

– Знаю. Не ссать. Этот слизняк успел доковылять аж до Норы, значит его пришибло близко к Городу. Где-то тут труп Бугимена.

– Рядом еще кто-то есть. Я слышу.

Я настороженно замер. Фонари начали плясать во все стороны. Шум действительно был, я только что это понял. Но его издавал не я. Мелкая дрожь пошла по телу.

– Их привлекает свет, Джон. Скоро придется вырубать фонари, иначе все здесь поляжем.

– Я не хочу терять ханта. И умирать не хочу, – писклявый голос от паренька с топором.

– Десять минут идем по следу и разворачиваемся. Хватит ссаться. Не каждый день можно поднять по двадцать серебряных на рожу. Айда.

Да, мотивировать ты умеешь, Долговязый. Только вот знаем мы твои обещания. Потом окажется, что трофей мелковат, торговцы жадные, вот вам по медяку за работу. Ладно, посмотрим, как ты запоешь с пулей в затылке.

Ребята сильно ускорились. Я старался не отставать. Но бежать быстро не мог, дабы не раскрыть себя. Никогда не интересовался механиками «тихих» хантов. Имп его знает, что можно делать, а что нет, чтобы оставаться незамеченным. Поэтому просто не рискуем и действуем как в реальной жизни. Вскоре дошли до просеки, где я разрядил Светлячки в Бугимена. Он столько крутился, что залил слизью все вокруг.

– Я так и знал. Малец, то еще трепло, – это бас Долговязого.

– Слизь. Он-таки его ранил. Щеманул Бугимена.

– Шельма красава н-на. Ща подымем сердешко и заживем н-на.

– Фонарями под ноги свети. Не наступи в слизь, одну комнату уже загадили. Вперед, пошли.

Пришлось пробираться сквозь заросли за ними. Дальше дороги я не знал, лишь примерное направление. Одним импам известно, сколько зигзагов накрутил этот Бугимен. Надеюсь, он быстро сдох, и мы скоро пойдем обратно. Но Роркху плевать на мои надежды.

Пятнадцать минут пути. Я еле успел вовремя затормозить, чтобы не вывалиться прямо на прогалину, где остановился отряд Долговязого. Там шел ожесточенный спор. Суть сводилась к тому, что Бугимен слишком живучий ублюдок. А ваш покорный слуга, хоть и менее живучий, но тоже ублюдок.

Да, это про меня, очень приятно, тебя я застрелю первым, пожалуй, спасибо. В остальном спор сводился к тому, что надо двигать назад. А я тем временем проверил экипировку, дабы прикинуть свои шансы.

Если судить по статам и маскировке, мой хант не особо контактный. Скорее разведчик или поддержка огнем с расстояния.

Оптический монокль. Подзорная труба, по сути. Мешок. Бесполезная штука. Хотя мне пригодится, сердце за пазухой тащить было бы не очень удобно. На лице маска. Нейтрализует отрицательную харизму, но сейчас тоже бесполезна. Темный плащ. С бонусом к маскировке при накинутом капюшоне. Сам плащ дает небольшое сопротивление ударному и режущему урону. Ткань плотная, как-никак. Не броня, конечно, но сойдет.

Восьмизарядный револьвер с удлинённым стволом и утяжеленной рукоятью под патрон пятого калибра. Модель «Ампекс». Больше всего он был похож на «Кольт» сорок пятого калибра из старых детективных сериалов. Только ствол в двести миллиметров вряд ли часто встретишь в реальном мире.

Хороший баланс, требования для использования невысокие. Револьвер играет от восемнадцати ловкости, что подходит почти любому физовику, чтобы стрелять без штрафов. А еще огромные бонусы на точность. Приятное оружие, которое даст мне солидное преимущество, если дойдет до перестрелки.

Еще имелся рунический кинжал. Его характеристики скрыты, как и описание моего ханта. Руны похожи на старославянские, но, конечно, это не они. В мире Роркха своя мифология и свои верования. Лезвие немного отливает сиреневым, рукоятка сделана из красного дерева. Выглядит дорого. Интересно, что должен делать такой кинжал? Понятия не имею.

В остатке имеем россыпь патронов, пачку сигарет, бинты, таблетки, фляжку обычной воды, спички, немного меди. Патроны двух типов. Двадцать два патрона с оранжевой полосой на гильзе и четыре патрона с мерцающей голубым пулей.

Обидно только, что информация о патронах скрыта. Даже названия нет. Хоть я и много времени провожу на форумах Обсервера, но на глаз патроны отличить не могу. Потому что не стрелял никогда ничем, кроме базовых боеприпасов. Пятый калибр патронов самый популярный. Только в нем представлено восемнадцать разных начинок, что можно достать торговлей. Их характеристики я знаю наизусть.

Еще известно восемь патронов, найти которые можно только в партиях, либо выменять у других игроков. И их характеристики я тоже знаю наизусть. Есть еще созданные самими игроками, но этих вариаций сотни. Проблема в том, что я всегда изучал патроны по названиям. И даже не знаю, как они выглядят или маркируются. Но в барабане крутятся сейчас оранжевые.

Долговязый спорил, но страх толпы победил. Народ развернулся и пошел обратно. Я затаился. Шесть человек прошли мимо, не заметив. Джон остался на прогалине. Свет фонаря прекрасно выдавал его местоположение. Это мой шанс. Я достал «Ампекс» и взвел курок, направив ствол в голову своего бывшего главы гильдии. Как только толпа отойдет подальше, я пристрелю ханта Долговязого и рвану вглубь леса.

Они не станут меня преследовать. Яиц маловато. Что уж там, я на их месте тоже не стал бы. Но в моем плане была одна неучтенная деталь. Долговязый был тем еще ссыклом. Видимо настал тот момент, когда страх пересилил жадность. Одинокий фонарь рванул мимо меня в сторону Города.

– Меня подождите. Вместе вошли, вместе выйдем. Я вас бросать не собираюсь.

О как заговорил. Умеет он делать хорошую мину при плохой игре. Типа это Долговязый сделал парням одолжение, что вернулся с ними. Да он один из леса даже не выйдет. Держит гильдию, заправляющую территорией лесопилок и заповедника, а сам даже из Города носу не показывает. Знаете поговорку «в трех соснах заблудится»? Джону хватит и двух. Он об одну споткнется, о другую себе лицо сломает.

Но некогда мусолить. Я открыл окно персонажа. Штрафы к сосредоточенности, внимательности, спокойствию. Эффекты «Раздражительность», «Нервный». Не закрывая интерфейса, вышел на прогалину. На ходу достал сигарету и прикурил. Штрафы и эффекты сразу исчезли.

Синергия подскочила до шестидесяти семи процентов. Но не только что. Откуда я целых три процента набрал? Как я такой момент проморгал? Это существенная прибавка, надо будет потом пересмотреть запись в Обсервере. Вообще поначалу синергия скачет туда-сюда. Это нормально. Игрок притирается ханту. Это потом придется впахивать за каждый процент.

Хоть штрафы и слетели, меня все еще заметно потряхивало. Чем дальше – тем сильнее. Я не укладывался ни в какие сроки. Вздрагивал от каждого шороха. Большая часть шума вокруг нас ушла. Возможно, звери двинулись дальше за фонарями, оставив меня в покое. Они пока не агрессивны. Пока. Как только наступит ночь, все кардинально изменится.

Холод усилился. Я запахнул пальто, но это не сильно помогало. Каждый выдох сопровождался облачком пара. Импово полное погружение. Иногда очень хочется завалиться к разрабам с мешком огромных страпонов и доходчиво объяснить им мнение большинства игроков. С полным погружением, разумеется. Но если бы играть в Роркхе не было так трудно, серебро не стоило бы своих денег. За пару-тройку стандартных месячных зарплат, можно и померзнуть вечерок. Главное на монстров не нарваться. Две смерти за один день для меня перебор.

А Бугимен оказался действительно живучим. То ли я косым стрелком. Но историю пишут выжившие, а лужа слизи не сильно похожа на будущего великого писателя. Поэтому остановимся на варианте, что Буги был крепышом, а я – отличным парнем. В конце концов надо проявить немного уважения к тому, кто сдох ради моего финансового благополучия. Хороший Бугимен. Пример для подражания. Мама тобой гордится.

Между деревьев образовалось небольшое озеро из слизи. Сердце же осталось лежать на пригорке, освещая лес равномерным зеленым светом. Одна из механик игры. Если монстр мертв, игрок всегда может без вреда для ханта забрать один трофей. То бишь сердце никогда не окажется внутри смертельно опасной слизи.

Я поднял зеленоватый кристалл, размером с кулак. Навскидку килограмм пять весит. Но эта тяжесть была приятной.

– Привет родимый. Вот мы и встретились наконец. А я тебя весь день ищу. Ох и настрадался я из-за тебя. Ну, иди к папочке. – Я аккуратно положил сердце в заплечный мешок, убедился, что тот нигде не просвечивает. Не хватало еще в темном лесу гирлянду на себе таскать. Быстрее сразу застрелиться.

Теперь пора двигать обратно. Стараясь не шуметь, я шел на приличной скорости, но на бег не переходил. Во-первых, дыхалка сдохнет слишком быстро, во-вторых, боялся споткнуться впотьмах. Выражение «хант ногу сломит» в Роркхе приобретает весьма буквальный смысл.

– «Ради твоего же здоровья, скажи, что уже вышел из Города», – сообщения в приватном чате.

Конечно, он имел ввиду выход из игры через безопасное убежище. Но шутить про то, что я вышел погулять в темный лес, думаю, не стоит. Чувак имеет полное право волноваться.

– «Двигаю к выходу. Я на окраине, тут весьма спокойно. Рядом гостиница. Сниму номер за медяки», – я быстро отписался в приватный чат, созданный анонимным игроком.

– «Идиот. Судя по знакам, ночь наступит с минуты на минуту. Быстро ищи ночные убежища и дуй туда».

Импова срань. Я совсем забыл, что большинство выходов закрываются во время ночных партий. А я понятия не имею, где откроются новые или сохранятся дневные. Нора для меня не вариант.

– «Есть гильдейские убежища на Юге?» – я могу воспользоваться убежищем гильдии, к которой привязан этот хант.

– «Нет. Ищи общедоступные».

Имповы потроха. На ходу открыл Обсервер. Актуальная карта Города. Предполагаемые выходы. Южный округ. Район лесопилок.

Проблема в том, что никто не знает наверняка, как будет выглядеть Город в следующую ночь. Какие из убежищ закроются, откроются, исчезнут или превратятся в квестовые зоны, наполненные чудовищами. Точно известно только две вещи. Все мелкие гостиницы, таверны, мотели и хостелы перестают принимать гостей.

Все убежища гильдий работают всегда. Ни то, ни другое мне сейчас не поможет. Я судорожно пытался запомнить расположение ближайших точек выхода и путь к ним. Самый надежный вариант, вернуться обратно до места, где я появился и двигать дальше по улице.

Оттуда еще два квартала – и окажусь на выходе. Точка отмечена желтым. Значит шанс, что там есть выход – пятьдесят на пятьдесят. Но все зеленые точки слишком далеко. Окраина Города обычно безопаснее центра, но и выйти здесь труднее.

– «Двигайся медленно, ни с кем не контактируй. В дома не лезь. Учитывай, что на партию влияет сильный туман. Это значит…»

Я не успел дочитать. Чат исчез. Вдали, кажется, со всех сторон разом, раздался тихий рокочущий гром. По земле прошла дрожь. Как будто волной накрыло на секунду. На меня накатило чувство тревоги и безысходности. Волосы на руках встали дыбом.

Наступила ночь. Роркх выходит на охоту. Кто не спрятался, он не виноват. Ну все, приплыли. Все внутренности сжались. Меня прошиб холодный пот. Я в Роркхе, один ночью, на чужом ханте. И вообще не владею информацией. Что за события будут в эту ночь, какие типы монстров, какие условия, аномалии, эффекты? Да я даже про своего ханта ничего не знаю. Имповы рожи.

Так, Арч. Соберись. Что он там говорил? Не входить в дома. Это понятно. Я не контактный хант. Слишком мало здоровья для ближнего боя. Кинжал для ближнего боя хоть и солидный, но остается просто кинжалом. Тем более я понятия не имею, как активировать руны на нем. Может они и работают пассивно, но какие эффекты, имп их разберет.

Двигаться медленно. Видимо я был прав, стараясь не бегать. На высокой скорости теряются бонусы к скрытности. Это логично. Маскировка – мой единственный шанс выжить сегодня. Что еще? Что-то про туман. Влияние погодных условий на ночную партию. Напряги извилины, Арч.

Я открыл интерфейс. Фигушки, Обсервер отключен. Полное погружение для хардкорщиков. У меня есть доступ к панели информации ханта и моей сборке. Вся связь с внешним миром и другими игроками заблокирована. Помощи не будет. Все почти как в реальности. Отыгрываешь своего ханта. Из информации, только данные о себе любимом и все, что есть в голове. Придется соображать самому.

Туман. К сожалению, я все свободное время тратил на изучение монстров, хантов, экипировки и всего, что стоило денег. А вот такие штуки, как влияние погоды на партию меня особо не интересовали. В окне персонажа не нашел никаких дополнительных бонусов или эффектов. Видимо, влияние тумана косвенное.

Ну давай думать логически, пока идем. Я пересматривал все реплеи ночных партий и могу с уверенностью заявить, что с логикой у игры все в порядке. Туман ограничивает обзор. Значит, эффекты скрытности получают бонусы на расстоянии. Что играет мне на руку. По той же логике способности вроде «Зоркости» получают либо штрафы, либо вообще ограниченную дистанцию применения. Оптика менее эффективна.

Вероятно, усиливаются другие органы чувств. Точно, он же сказал больше прислушиваться. Или не говорил? Импова срань, даже старую переписку открыть нельзя. Все чаты находятся внутри Обсервера.

Справа и слева от меня иногда слышится треск сухих веток. В груди холодеет, а по спине бегают предательские мурашки. Я иду уже четверть часа. Треск становится громче. Иногда дальше. Но однозначно чаще. Что бы это ни было, оно то ли играет со мной, то ли просто не видит, но точно чувствует.

Револьвер постоянно в руке. Проверил барабан. Восемь патронов с оранжевой окантовкой. Левой рукой периодически проверяю, легко ли достается кинжал из ножен на поясе. Чаща стала реже. Я перешел в парковую зону. Здесь больше троп. Город близко. Треск стал отдаляться. Что бы меня ни преследовало, оно не покинуло чащу. Я с облегчением выдохнул и немного сбавил темп.

Дойдя до края леса, замер у дерева. Сдвинув монокль на глаз, начал осматривать поляну. Вроде бы все спокойно. Осталось ответить себе на простой вопрос: как пересекаем открытую местность? Вариантов два. Либо быстро бегом, либо медленно и осторожно ползком. Тут всего сто метров. Хоть я и не успел выйти до начала ночи, но это не повод тянуть кота за причинное место.

Сейчас идет только первая волна. Ее можно пройти даже ни с кем не сцепившись. А вот во второй волне шансы выжить в одиночку ничтожно малы. Про третью вообще молчу. Так что пересидеть ночь в кустах вряд ли получится. По крайней мере я не читал ни одной правдивой истории про одиночек, прошедших всю ночь. Ходили слухи про одного мечника, но то просто выдумка.

Надеюсь, что туман меня прикроет. Я рванул напрямую к темному провалу между домами. Скорость бега зависит больше от ловкости, а на ней не такие уж и высокие штрафы. Я решил, что проще перебежать. Но в моем идеальном плане что-то пошло не так. Если судить чисто по ощущениям, то кажется меня сбил поезд. Очнулся я на земле, экран мигал красным, оповещая о потере двадцати шести пунктов здоровья.

Я вертел башкой как ненормальный, пытаясь определить источник шума. Через секунду осознал, что шум у меня в голове. Вокруг никого. Сзади лес, впереди первые постройки, я ровно посредине. Хлопок. Я замер, прислушиваясь. В голове гудело, перед глазами все плыло. Хлопок. Переворачиваюсь на спину, окидываю взглядом небо. Импова срань, как же больно.

Туман закрывает небо. Атака с воздуха. Хлопок. Я рванул с места не разбирая дороги. До построек оставалось рукой подать. В этот раз, как и в прошлый, никакого звука не было. Просто в один момент у меня отказали обе ноги, и я мешком рухнул на землю. Меня обдало волной холодного воздуха. Повернув голову, увидел, как тварь, похожая на двухметрового птеродактиля, отдаляется, заходя на новый круг.

Ну уж нет. Спасибо, я уже умирал сегодня. Выдав невероятный рывок, мое тело влетело в щель между какими-то сараями. Не останавливаясь, я несся еще несколько минут или часов. Тормознул только когда перед глазами снова полыхнуло красным.

Опершись о холодную кирпичную стену, нырнул в темную подворотню и сполз на землю. Хотя нет, уже мостовую. Тяжело дыша, прислушивался к каждому шороху, всматриваясь в дымку тумана. Но никто не хотел меня сожрать в данный момент. Только сейчас осознал, что все еще сжимаю револьвер. Опустив оружие на колени, быстро прикурил сигарету и открыл окно персонажа. Пока есть свободная минута, надо понять, что произошло и как с этим жить дальше.

Здоровье 45/73

Разум 25/34

Синергия 67 %

Что по состоянию? «Болевой шок», «тремор», «легкое сотрясение», «правая рука – травма», «трепет». Хорошо, главное нет кровотечения и переломов. Смотрим журнал событий.

Урон от столкновения, сопутствующие эффекты. Это понятно. «Проверка ужаса волей, модификаторы: опыт, знания, удача, разум, охота на монстров. Результат проверки: провал, девять единиц урона разуму, эффект «трепет».

Отлично. Просто прекрасно. Мой хант в ужасе от увиденного начал потихонечку шарики за ролики закидывать. С эффектом «трепета» ментальный урон из аналогичных источников будет повышен. Ладно, просто выкурю несколько сигарет подряд и подниму разум.

Что дальше? Вот оно как. Это не ноги у меня подкосились, это способность персонажа сработала. Способность «хорошая реакция» получает премию «скилл года». За спасение пятой точки одного игрока от сексуального рабства. Вот уж действительно мне сегодня прет. Спасибо, многоуважаемая госпожа Ф.

Дальше бег, одна единица урона от переутомления, и вот мы здесь. Первая же встреча с монстром чуть не отправила меня в могилу. Это вам не попсовые онлайн-проекты, где игрока за ручку ведут по локациям с силой мобов по нарастающей. Там монстры вроде и новые, а всегда чуть слабее игрока.

Роркх смеется над такими правилами гейм-дизайна. Здесь встреча с любой тварью – это бой насмерть, вне зависимости от ступени ханта и веса сборки. Все эти циферки лишь немного повышают шансы на выживание, но не дают никаких гарантий. Да, мой предыдущий хант отъехал бы от первого удара. Но там и ступень седьмая. Эта сборка раз в десять дороже, поэтому хант помер бы со второго удара. Добро пожаловать в Роркх. Пристегните ремни и не забывайте страдать.

Снова полыхнуло красным. «Легкая интоксикация». Серьезно? Всего три сигареты подряд выкурил. Тоже мне заядлый курильщик. Тряпка. Разум восстановился до тридцати. Терпимо. А вот здоровье я буду терять по одному пункту в минуту. Не знаю, как долго. Скорей всего от трех до пяти очков потеряю. Не помешала бы медицина, но и так сойдет, если не ввязываться в неприятности.

Я шел обратно по той же улице. Двигаясь вдоль стен, в любой момент готовый нырнуть в темный провал подворотен. На каждом углу останавливался, прислушивался, аккуратно выглядывал и только потом шел дальше. Оптический монокль был всегда активен.

Улица казалась пустой, но это иллюзия. Как и туманное небо. Проблема в том, что я не знаю, как перебраться на ту сторону. Или пройти перекресток. Пока я двигаюсь вдоль нависающих крыш, меня почти не видно с неба. Но стоит оказаться на открытом пространстве, эти летающие твари снова устроят на меня охоту. И как они видят в таком тумане?

Двигаться приходилось очень медленно. Фонари почти не горели. Местами сворачивал в переулки и делал небольшой крюк, лишь бы не выходить на освещенные участки улицы. В одну из подворотен на противоположной стороне вели кровавые следы. Как будто тащили за ноги кого-то, кто отчаянно хватался окровавленными руками за камни мостовой.

Не оттуда ли слышался девичий призыв о помощи? К сожалению, монокль уже не справлялся с наступившей темнотой. Туман закрывал даже звезды. А мутный силуэт луны не особо помогал. Прошел примерно час от наступления ночи. В среднем первая волна длится от двух до четырех часов.

Скорей всего я уже растратил свой запас удачи, поэтому считаем, что у меня остался час. Вторая волна не для одиночек. Монстры станут не только агрессивней и сильней. Они еще и находить игроков смогут куда быстрее. Первая волна Роркха – это про скрытность. Вторая – исключительно про битву.

Дойдя до перекрестка, вынужден был остановиться. Я потерял около десяти минут прислушиваясь. Дольше сидеть не было смысла. Перебежав по прямой, я не стал двигаться вдоль по улице, а сразу рванул во двор ближайшего дома. Забежав в какой-то сарай, прислушался.

Пару раз хлопнули крылья. Потом что-то врезалось в кирпичную стену. Послышался мерзкий визг. Краем глаза увидел какое-то движение. Отвернись, не смотри. Тварь на крыше соседнего здания. От одного только визга я получил два ментальных урона. Посмотрю и придется снова проходить проверку ужаса. А эффект «трепета» может и усилиться вплоть до «паники» или «сумасшествия».

Нафиг надо. Тварь щелкала клювом и визжала еще пару минут. Потом послышались отдаляющиеся хлопки. Выкурив очередную сигарету, я потихонечку выбрался из сарая и вернулся на улицу. Впереди ждало еще одно препятствие. Следующий перекресток придется перейти по диагонали, чтобы попасть в зону выхода. А я уже потерял слишком много времени. Глухой рык справа.

Это из переулка, что я прошел только что. Послышались тяжелые шаги. Не дожидаясь появления гостя, я ускорил шаг. Сердце начало бешено колотиться. Еще две единицы ментального урона. Импов «трепет». Вдалеке послышались хлопки крыльев. Похоже на такой скорости скрытность начинает теряться. Оглянулся через плечо. Вроде никого. Замедляемся, но не останавливаемся.

Летающие монстры ищут свои цели глазами, но тварь в подворотне вполне способна преследовать меня и по запаху. Это не говоря уже о еще нескольких десятках различных органах чувств, которых нет у человека. Так что теперь никаких остановок, Арч. Ты спалился.

И я двигался вперед. Тяжело дыша. Травма давала о себе знать. Правая рука ныла от боли. Кисть и пальцы двигались медленнее, я больше не самый быстрый стрелок на Диком Западе. Перекресток уже виднелся впереди. Как назло, фонари ярко освещали обе улицы на нем.

Я затылком чуял, кто-то позади по-прежнему преследует меня, хоть и держится на расстоянии. Я не могу остановиться надолго, не могу перейти перекресток наугад. Но придется сделать выбор. Чего я боюсь больше? Тварей в небе или монстра за спиной? Первые уже показали свои намерения, а второй пока что не выказывал агрессии.

Ладно, выбор сделан. На углу последнего дома перед перекрестком я нырнул в арку. Глубокий проем вел к закрытым дверям, но мне и не нужно внутрь. Развернувшись на сто восемьдесят, я выцеливал темную улицу. Сердце отбивало чечетку, но мой приятель не спешил появляться. Что бы это ни было, оно также остановилось и ждет. Была не была. Финальный рывок и финишная прямая до убежища.

Я уже хотел побежать, но внезапно услышал топот. Из-за угла того же дома, где прятался я, резко выбежал человек. Тучный, в черной куртке, он тяжело ступал по мостовой. Левая рука болталась плетью. В правой мужчина держал автомат с барабанным магазином.

Очень дорогая штука по меркам Роркха. Было видно, что игроку трудно справляться одной рукой. Оставляя за собой кровавую дорожку, человек рванул по диагонали прямо через перекресток, скорей всего идет в то же убежище. Он был изможден и ступал очень тяжело. Я с замиранием сердца наблюдал. Вот он вышел на освещенную фонарями мостовую. Вот он уже прямо в центре перекрестка. Вот он на той стороне.

Прошел! Имп меня задери, он проскочил и скрылся за углом. Я вышел из-под арки, намереваясь последовать за везучим незнакомцем. Звук удара. Из-за угла вылетело облако кирпичной пыли. Следом раздался крик, полный боли. Еще мгновение – и тучный человек на моих глазах возвращается туда, откуда пришел. Только в этот раз по воздуху. В лапах крылатой твари. Его полет сопровождался криком, брызгами крови и автоматной очередью.

Под кирпичную крошку, выбиваемую пулями, смешанную с кровавым дождем. Под звуки рикошетов и камней, летящих по мостовой. Под человеческий крик, смешанный с воплями монстра. Я рванул что есть сил. Мимо фонарей, улиц, пролома в здании, оставленного крылатой бестией.

Поскальзываясь на мокрой от крови булыжной мостовой, спотыкаясь о кирпичи. Перебежав перекресток, я лишь на секунду обернулся. Пара кроваво-красных глаз светилась в темноте арки, где я недавно стоял. Не останавливаться.

Что бы ни шло за мной по пятам, на свет оно выходить не стало. Все летающие твари сейчас отвлеклись на крики, выстрелы и запах крови моего неудачливого товарища по несчастью. Даже не хочу представлять какой фантомный перенос он получит, когда вывалится из капсулы.

Впереди уже маячила решетчатая ограда частного отеля. Скоро этот кошмар закончится. Скоро я тоже вылезу из своей капсулы, вкусно поем, высплюсь в своей мягкой кроватке, а когда проснусь, стану заметно богаче. Очень скоро, надо только дойти до входа в отель.

Здание посмотрело на меня темными провалами выбитых окон. На двери красовались прибитые крест-накрест доски. Табличка на решетке ворот гласила: «Не работаем». Ниже красной краской от руки приписано «сдохните».

– Да ну на… – все, что смог я промямлить.

Глава 3. Кто вывернул собаку наизнанку?

Внутри все упало. Я без понятия, где еще есть выход. Куда теперь бежать? Сколько у меня осталось времени? Позади раздался глухой рык. Я обернулся. Ближе к перекрестку, откуда я бежал, показался собачий силуэт. Только он был размером с небольшую лошадь. Пара глаз светилась красным. И они приближались.

Следующие двадцать минут я петлял между домами, постепенно углубляясь в центр. Бежал, крался, отсиживался, даже ползал. Но в основном, конечно, предавался унынию и отчаянию попеременно. Каждый раз, когда рядом кто-то визжал, рычал или выл, я получал ментальный урон, если проваливал проверку ужаса. А проваливал я ее часто. В итоге, несмотря на сигареты, я бродил с пятнадцатью очками разума.

Вот такой вот приятный ночной Роркх для неумелых одиночек. Зашел, ни разу не выстрелил, сошел с ума, вышел. Я бродил, оглядывая каждую улицу, в поисках огней в окнах. Я всматривался в вывески и указатели. Не имея информации о выходах, выжить ночью практически нереально. Но я сам виноват. Самоуверенный кретин.

Уже думал, что делать дальше. Сколько стоит хант четвертой ступени? Дорого. Если в рублях, то под сотню тысяч. В рамках одной ступени ханты различаются. Крутой может и дороже быть. Но этот курит, да и не без косяков. Даже если сотня, то еще экипировка.

Сто пятьдесят накапает? Такой долг я вряд ли смогу выплатить. Кредит мне никто не даст, так что придется либо занимать, либо договариваться о рассрочке. Хотя кто мне даст такую сумму. Можно, конечно, уйти на дно и загаситься, но тогда я круто подставлю Алекса, а мы слишком давно знакомы. Пожалуй, он единственный, кого я могу назвать другом.

А так, ничего страшного. Поработаю несколько месяцев. Встану в очередь в Обсервере на получение бесплатного персонажа. Месяца через три мне дадут нового ханта седьмой ступени. Можно еще зарегистрировать новый аккаунт по чужому паспорту и получить сразу первого персонажа. Там уже как повезет, иногда даже шестая ступень попадается. Можно Алекса попросить, хотя я уже его круто подставил.

Я настолько задумался, что чуть не вышел прямо на площадь. Рефлекторно затормозил, когда понял, что рядом нет привычного кирпича стен. Сделав шаг назад, осмотрел новое место. Старый, разбитый фонтан в центре площади. Булыжную мостовую сменила плитка.

Один-единственный фонарь в центре ярко горел. Он не дотягивался до зданий, но отблески на окнах и плитке под ногами давали достаточно света. Сюда сходились пять улиц. Напротив меня стояла полуразрушенная церковь с выбитыми витражами. Часто церкви по ночам работают, как безопасное убежище. Обычно, так бывает, когда основная тема ночной партии – это нежить или демоны. Но не сегодня.

Разглядывая фасад, я заметил, как от угла церкви отделилась тень, напоминающая человека. Явно раненого. Парень хромал. Перейдя узкую улицу, пошел дальше, опираясь левой рукой о стену. В правой руке поблескивало что-то металлическое. Пистолет или револьвер.

Я свернул за угол и пошел параллельно с ним. Вспомнил разорванного беднягу с автоматом. Тот знал, где может быть выход, может и этот знает. Приближаться я не намерен. Даже с такого расстояния через оптический монокль было видно, что парень весь в крови и оставляет за собой след.

Лучше просто идти за ним, не привлекая лишнего внимания. Мне будет достаточно направления в сторону убежища, дальше я и сам дойду. Осталось понять куда. На пути незнакомца было две улицы. Третья – откуда пришел я.

– Да твою ж импову мать, – громкое заявление, но я все же его прошептал.

Прямо через площадь двигалась красноглазая псина. Та самая, что размером с лошадь. Честно говоря, я надеялся, что сбросил ее, пока петлял по Городу. Хотя может это другая. Так или иначе, запах крови привлек пса. Когда он проходил под фонарем, я смог его рассмотреть.

Это импова гора мышц, клыков и когтей. И вместо шерсти какие-то костяные шипы длинною в палец. Морда, как у вол�