Ты доиграешься, детка

Глава1

Я заметил её сразу, как только она вошла в шумный зал спорт-бара.

Скользнула равнодушным взглядом по заполненному кальянным дымом помещению, и на секунду замерла, заметив меня.

Моргнула, стряхивая оцепенение, отвела глаза, но, чувствуя, что я смотрю, снова взглянула в мою сторону.

Атмосфера сгустилась, и воздух перестал попадать в легкие, а незнакомка безотчетно разомкнула пухлые губы, чтобы вдохнуть. И я это заметил.

Это было мимолетное, едва уловимое движение, но она выдала себя.

Потянулся к запотевшей кружке, прерывая наш обмен взглядами, и отпил, ощущая лёд разливного на языке.

Любопытно.

Она пришла не одна, с каким-то парнем, с щенячьей преданностью смотревшего в её глаза.

Готов был поспорить, он просто друг. Втихую пялится на её грудь тройку и стройную задницу. Такой же, как подавляющее большинство присутствующих, у которых при появлении незнакомки потекли слюни.

И у него, как и у них, ровно столько же шансов трахнуть её сегодня.

Ноль.

Отставил стакан и поднялся из-за стола, направляясь в сторону бара. Никич опять в проебе. Договаривались встретиться сегодня, но он соскочил и уехал в Васильевку, обмывать Катюхиного сына. А я не поехал. Не был уверен, что Дэн будет рад моему присутствию, ведь мы когда-то дрались из-за его жены. По малолетке.

– Мохито и кружку Чешского, – спутник незнакомки делал заказ, и я остановился у барной стойки недалеко от него, маякнув бармену, чтобы повторил мою разливуху. – И пивную тарелку.

– Слав, и сигарет купи, – повелительные нотки в красивом голосе заставили меня посочувствовать этому бедолаге, которого используют как коврик для ног. – Бонд с кнопкой.

Бросила короткий приказ парнише и, развернувшись, прошла мимо меня в сторону свободного столика. Я заметил её взгляд, но проигнорировал, намеренно дразня Королеву красоты.

Шлейф цитрусового аромата окутал меня, и в мозгу всплыли воспоминания о мандаринах под новый год. И я все-таки поддался инстинкту и посмотрел ей вслед.

Зря.

Член тут же напрягся, и я понял, что уже не смогу тратить время на долгие обмены взглядами.

Оттолкнулся от стойки и двинулся за ней, не сразу сообразив, что она, минуя столик, прошла в сторону туалета. Он был общим для всех, и я, не раздумывая, вошел туда вслед за незнакомкой.

Она остановилась у раковины и глянула в зеркало, но вздрогнула, когда заметила за спиной меня.

– Даю тебе три минуты, чтобы объяснить другу, что должна уехать. Еще минуту, чтобы забрать куртку из гардероба и выйти из бара, – глянул на часы, ощущая, как азарт постепенно пьянит, растекаясь по венам. – Через пять минут встретимся на крыльце.

В красивых глазах мелькнул интерес, но она тут же его погасила и капризно повела бровью.

– Ты забыл еще одну минуту, – насмешка в её тоне была стерта удивлением, когда я развернул её к себе и, грубо толкнув к стене, вжал в кафель. Маска невозмутимости слетела с её лица, и я получил ответ на свой вопрос, когда с пухлых губ сорвался рваный выдох.

– Не забыл…

Поднял руку и, сжав её подбородок, заглянул в глаза, заметив, что взгляд потемнел, зрачки расширились, а ресницы почти сомкнулись.

Её губы не пахли сигаретами. Коснулся их и прикусил нижнюю, ощущая привкус сладкой жвачки на языке. Она не ответила, и пришлось чуть сильнее надавить, сжимая нежную кожу. Глухой стон утонул в дыхании, и я автоматически придвинулся к ней, не соображая, что слишком тесно прижал её к стене.

Надо сбавить обороты.

Но не мог, сука!

Вторая рука поползла от её талии вверх, и я накрыл её грудь, чувствуя резкий разряд в районе паха. Она снова застонала, и я провел большим пальцем по заострившемуся соску, жалея, что не могу трахнуть её прямо здесь.

Резко отстранился, понимая, что еще секунда – и я забью на условности, и выпрямился, кайфуя от её прерывистого дыхания и дико эротичного взгляда.

– Четыре минуты. Время пошло.

Уложилась.

Покинула бар, и безошибочно выцепила мою фигуру сбоку. Я подошел к ней, цепляя миниатюрную кисть, и повел к такси неподалеку.

– Стой, – замерла она. Пришлось остановиться и вглядеться в красивое лицо. – Давай ко мне.

Произнесла робко, и я поразился, как она изменилась за эти несколько минут. В баре она выглядела стервозной сучкой, а сейчас стала напоминать скромницу.

– Как скажешь, – на секунду задержал на ней взгляд, размышляя, что произошло, но, поняв, что первое впечатление не всегда точное, повел малышку к такси.

Посадил её и, обойдя машину, сел рядом на заднее. Посмотрел на девушку, и та, верно растолковав мой взгляд, назвала таксисту адрес.

Я чувствовал её напряжение, и это сбивало с толку и одновременно интриговало.

Приехали мы довольно быстро, я расплатился с таксистом и вышел вслед за незнакомкой на сырой тротуар.

Она двинулась к подъезду, но я остановил ее и с нажимом произнес.

– Объяснишь, в чем дело?

Она отвела взгляд – значит, поняла, о чем я, но отрицательно мотнула головой, видимо, не желая говорить.

– Все нормально, идем.

В квартире было темно, и незнакомка включила свет, стягивая с плеч кожанку. Я последовал её примеру и, раздевшись, прошел вслед за ней в комнату.

Однушка. Огромный диван разобран и застелен пледом. Рядом комод, заставленный какими-то бабскими хренями. Интересно, она сама помнит, какая бутылочка для чего?

– Я в душ, – прозвучал рядом красивый голос, и я окинул взглядом незнакомку. – Кофе хочешь?

Вопрос удивил, и я улыбнулся и отрицательно мотнул головой.

Она подцепила полотенце с открытой двери и скрылась в коридоре, а я оглядел комнату, заметив среди баночек на комоде фоторамку. Поднял, чтобы рассмотреть.

Две девочки смеялись, сидя в обнимку, и я пригляделся, пытаясь узнать, кто из них моя спутница.

У обеих русые волосы и тонкие черты лица, но одна казалась чуть старше.

На заднем плане старомодный ковер, и я не сдержал улыбку, понимая, что такая фотография, скорее всего, родом из девяностых.

– Можешь… – я обернулся на голос, и наткнулся на серьезный взгляд серых глаз. Незнакомка заметила в моих руках рамку и, подойдя, выхватила ее, на секунду возвращая на лицо маску той самой стервы, что я заметил в баре. – Иди в душ, – резко, севшим голосом произнесла девушка.

Ухмыльнулся, отчего-то радуясь перемене в её настроении, и ощутил уже привычный азарт.

– Кто из них ты? – скользнул я взглядом по её голому телу, скрытому лишь полотенцем, и кровь мгновенно прилила к паху.

– Не лезь не в свое дело, – огрызнулась она и положила рамку фоткой вниз. – Что ты…?

Подцепил край её полотенца на груди и потянул к дивану. Сел, перехватывая тонкую талию, и заставил малышку опуститься на мои колени. Поднял глаза, ловя её взгляд, и дернул за край полотенца, стягивая его.

Махровая ткань разошлась, и девушка осталась абсолютно голой. Обхватил тонкую талию и скользнул руками выше, касаясь аккуратной груди. Рваный выдох сорвался с её губ, и она опустила руки мне на плечи, усаживаясь удобнее.

Я потянулся и лизнул сосок, срывая еще один выдох.

– У тебя есть? – потемневший взгляд скользнул по моему лицу, и я опустил руки на округлые ягодицы, притягивая её к стояку, который уже начинало ломить. Грубая ткань джинсов скользнула по нежной коже, и незнакомка закусила губу. – Я не стану без них.

Её голос звучал ровно, но в словах чувствовался нажим.

– В куртке.

Она поморщилась, прикрывая глаза, когда я снова прижал её бедра к паху, дразня клитор.

– Я принесу… – слова оборвались, когда я втянул её сосок в рот, слегка прикусывая. По телу прошел ток, и её дрожь передалась мне. – Пусти…

Вместо того чтобы оттолкнуть, она вцепилась в ткань моего свитера, притягивая ближе. Все отдал бы, чтобы оказаться сейчас внутри неё, но для этого нужны презервативы.

– Идем, – перехватил её удобнее и поднялся, держа девушку на руках.

Она зажмурилась и крепче прижалась ко мне, утыкаясь носом в шею, и от этого простого движения что-то невообразимое произошло с моей нервной системой – я почувствовал покалывание во всем теле и жар, ударивший в ноющий член.

– Ты очень рискуешь… – мои слова прозвучали сдавленно, потому что она повторила движение, подключив зубы, и я ощутил дрожь в руках. Сильнее стиснул её попку, и, приблизившись к высокой тумбе, усадил на неё голую девушку, едва сдерживаясь, чтобы не трахнуть её прямо сейчас, и плевать на все.

Не отходя от раздвинутых ног незнакомки, потянулся к вешалке и нашарил в кармане пачку. Затаил дыхание, когда её изящные пальчики коснулись пряжки ремня и прошлись по натянувшейся молнии.

Джинсы приспустились, и член дернулся, когда она оттянула резинку боксеров и обхватила его рукой.

– Полегче, – сорвалось чисто машинально, потому что я уже на грани, и легкое движение по головке, смазнувшее каплю, чуть не сорвало с цепи.

Разорвав фольгу зубами и раскатав латекс по члену, придвинул незнакомку ближе.

Она снова потянулась к моей шее губами, но вместо ожидаемого поцелуя я ощутил укус.

Сучка!

Резко дернул её на себя, ссаживая с тумбы, и, развернув, заставил прогнуться и коснуться животом столешницы.

Она вскрикнула, когда грубо вставил. Ощутил, как её киска сжалась вокруг моего члена, но не обратил внимания на слабое сопротивление, которое сошло на нет, когда я начал рывками вставлять, сжимая её бедра и дергая их навстречу толчкам.

– Я скоро… – её дыхание перехватило, когда я обжег коротким шлепком ягодицу – не смог сдержаться, она слишком охуенная.

– Мы только начали, – севший голос сорвался, и я заметил, как спина незнакомки выгнулась, и бедра едва уловимо задрожали. Член внутри стянуло так, что я кончил почти сразу после неё, в последний раз жестко всадив его до предела, а потом вынув.

Стянул латекс, и, дернув стояк, кончил, озверевшим взглядом облизывая её голую поясницу и округлую попку, залитую моей спермой.

Девушка все еще дрожала, и я поддел её плечо, заставляя подняться с тумбы и развернуться ко мне.

Коснулся сладких губ, кайфуя от волн сходящего экстаза.

– Ну что, теперь в душ?

Глава 2

Три ночи. Город еще спит, и звенящая тишина сонных улиц растворяется в лунном свете.

Отпуск.

Немногие догадываются, как много это слово значит в моей жизни.

В жизни военного.

Все началось с того, что я поступил на юрфак института ФСБ. Определиться с профессией было легко, ведь отец Никиты, который, по сути, меня вырастил – военный. И я с ранних лет понял, чего хочу. Вот только дядь Леша меня отговаривал. Я тогда искренне не понимал, почему он так говорит, ведь у него было все: охрененная зарплата, статус, куча нужных связей. Мне всегда казалось, что он не ценит того, что имеет, но, только поступив в институт, я понял, о чем он толковал.

Да, тебя полностью содержит государство: форма на все сезоны, проживание в казарме, денежное довольствие. Но. Взамен ты отдаешь свою жизнь, без возможности возврата. Не бывает бывших военных. И вся моя жизнь в этой фразе.

Деньги. Куда девать херову тучу бабла, если ты целыми днями в казарме, и в увольнения ходят только отличники? (Всегда завидовал ровесникам-студентам, которые свободно перемещались по городу, и не обязаны были прибыть на КПП в десять нолей вечера). Точно та же ситуация на границе. Куда деть свою невъебенную зарплату, если ты живешь в селе, где один магазин, который закрывается в шесть?

Статус. Тут все проще. Да, у тебя есть корочки, которыми ты можешь тыкать в лицо гаишникам и пэпсам, в случае, если они будут гасить тебя пьяного. Но со временем начинаешь понимать, что это все ерунда, и понтоваться звездами на погонах могут только тупоголовые неудачники, потому что настоящий статус – это не звание и положение. Настоящий статус – это зрелость в башке, когда ты понимаешь, что пьяным за руль не стоит, или в драку в клубе тоже лезть не надо, потому что ни к чему эти праблы. Исключение – заступиться за девушку. Тут без вариантов и до конца.

Куча связей. Ну, допустим. Если ты начальник заставы в каком-нибудь мелком селе на границе – ты первый после Бога. Можешь заходить, открывая дверь с ноги в отделение полиции, таможни, да, Господи, в любую структуру, и везде ты пиздец важная персона. Это по-своему круто, но когда понимаешь, что жизнь изо дня в день повторяется, и скучные будни на заставе сменяют друг друга, все надоедает.

Теперь вы поняли, почему я так люблю отпуск?

Потому что это единственное время в году, когда иллюзия, что я принадлежу себе, не развеивается с наступлением конца увольнения, а длится целых тридцать с лишним дней.

Поэтому отпуск особенное время.

– Ты долго.

При звуках красивого голоса я улыбнулся, выдыхая дым в ночное небо. Курил не часто. Но сегодня захотелось.

– Красивый вид, – ответил, замечая, как рядом возникла хрупкая фигура в моей кожане. Очень эротично, учитывая, что надета куртка на голое тело. Охрененно сексуальное голое тело.

– Не знаю. Я редко сюда выхожу, – услышав эту фразу, нахмурился, пытаясь понять направление её мыслей. – Боюсь высоты…

Пояснила, и я с запозданием отметил, что она стоит спиной к окну.

– Зачем тогда квартира на десятом? – затянулся, слыша тонкий треск тлеющей сигареты. Выдохнул, и, протянув руку, положил ладонь на талию, притягивая малышку к себе. Заметил её осторожный взгляд в сторону открытого окна и развернул её спиной к нему, упираясь в подоконник.

– Потому что красивый вид… – скользнула рукой по моему запястью, и поднесла к губам сигарету, делая неглубокую затяжку.

– Скажи, что произошло вечером? – понимал, что шансы услышать ответ пятьдесят на пятьдесят, но у нее не было выбора – выпускать её из кольца рук я не собирался. – В баре ты была другой.

– Ты тоже был другим, – парировала, откинула голову назад, глядя на меня из-под ресниц. Легкая улыбка тронула пухлые губы, и я склонился к ним, не сумев побороть желание её поцеловать. – Не таким, как в душе…

Воспоминания о совместно принятом всколыхнули нервы, и я понял, что у меня снова встал.

– Не уходи от темы.

Её взгляд на долю секунды изменился, и мелькнувшая в нём затравленность напрягла. С минуту на балконе царила тишина, нарушаемая лишь выдыхаемым в небо дымом, а потом малышка заговорила.

– Ты напомнил мне одного человека. При свете, в баре, сходство было не так заметно, но потом, в темноте я поразилась, как ты на него похож.

Когда мы шли в такси. Любопытно.

– Бывший?

Пожала плечами, раздраженно поджимая губы.

– Можно и так сказать.

– Давно расстались? – продолжал вытягивать по крупице – она оказалась крепким орешком.

– Да мы и не были вместе… – затихла, погружаясь в свои мысли. Взгляд красивых глаз утонул в пространстве, и девушка продолжила, не глядя на меня. – Я просто дура. Запала на первого встречного, которому от меня только секс нужен был. Теперь понимаю, но ничего не могу поделать.

Засмущавшись, что наговорила лишнего, она бросила короткий взгляд в мою сторону, и тут же опустила.

– Значит, тебе надо выкинуть его из головы. Переключиться на кого-нибудь. Клин клином… Говорят, помогает.

Не знаю, откуда во мне взялось это стремление стереть с её лица эту грусть. Девушка казалась такой беззащитной, что во мне мгновенно взыграл инстинкт защитника.

– Легко сказать. Ты явно не влюблялся ни разу. До такой степени, чтобы себя не узнавать. С ума сходить от желания хотя бы постоять рядом с этим человеком, чтобы заметил.

– Настолько зацепил? – в районе подреберья кольнуло, но я проигнорировал. – Я влюблялся. И поверь, ни один человек не стоит того, чтобы ради него унижаться и себя терять. И ни одни отношения этого не стоят.

Она вздохнула, прикрывая глаза, и помотала головой, как бы убеждаясь.

– Ты. Не. Влюблялся. Просто прими к сведению. Когда любишь, готов на все пойти, даже на колени встать. Другой разговор, нужно ли это тому, кого любишь.

– Нормальный человек никогда не позволит другому унижаться. И не заставит стоять на коленях.

Крыть ей было нечем, и она затихла, отворачиваясь в сторону. Может, я перегнул, но было странно слышать такие слова от красивой девушки. Не сходилось.

– Если бы я влюбился так, как ты говоришь, тогда шел бы до конца. Унижаться не надо. Но… не знаю, я использовал бы любую возможность вернуть этого человека.

– Даже если он несвободен? – выпалила так быстро, что я на миг растерялся. Вот откуда ноги растут!

– Он в браке?

– Нет.

– Тогда не вижу препятствий. Иди до конца, что тебе мешает?

Услышав мои слова, девушка улыбнулась. Невесело. Зло. Истерически.

– Давай не будем, – устало выдохнула она, поднимая грустный взгляд на меня. Чувствовалось, что разговор дался ей непросто, и мне больше не хотелось грузить её всем этим.

– Давай.

Сигарета дотлела до фильтра, и я ткнул ею в пепельницу, ощущая неизвестно откуда взявшееся раздражение.

– Послушай, – красивый голос привлек внимание, и я посмотрел на его обладательницу, чувствуя, как от её взгляда негатив рассеивается. – А ты научишь меня так же стягивать ремень?

Ухмыльнулся, вспоминая её реакцию, когда я стянул тонкие запястья ремнем, не позволяя ей себя касаться. Она была очень сладкой.

– Хочешь связать меня? – вскинул брови, пытаясь угадать направление её мыслей. Ответ прочел в глазах, и, не теряя ни секунды, потянул малышку в квартиру, предвкушая еще один охрененный раунд.

Утро. Уже светало, и девушка уснула, а я тихо поднялся и, полностью одевшись, сел на диван около нее спящей и задумался.

Отпуск еще впереди, и я ощутил непреодолимое желание увидеться с ней снова. Уходить не хотелось. Хотелось разбудить её поцелуем, и снова заняться её телом. Целовать, покусывать, зализывать укусы. Нравилось, как она реагировала на мои ласки, нравилось, как открыто, не стесняясь, решалась на эксперименты. Даже позволила себя связать.

Малышка не была скромницей, но очень многое сегодня было для неё впервые. Она не говорила, но это было видно по расширившимся от удивления и предвкушения глазам, по прикусываемой от любопытства губе, по учащавшемуся дыханию. И это цепляло.

Я не знал её номера, но понял, что хотел бы снова с ней связаться. Поэтому склонился к постели и коснулся пухлых ото сна губ.

– Ты оделся? – она открыла глаза и, сонно моргнув, оглядела меня. – Еще так рано…

Рано. Но мне пора.

– Я должен уехать, закройся.

В её глазах мелькнуло понимание, и лицо мгновенно приняло замкнутое выражение.

– Ладно, – поднялась, прижимая простынь к груди. Всклокоченные волосы выглядели эротично, напоминая о прошлой ночи, и я ощутил волну жара, ударившую в низ живота. Прошел вслед за ней в прихожую, и, стянув с вешалки кожанку, надел.

Она терпеливо ждала, пока я обуюсь, и молчание, царившее в этот момент, резало слух. Хотелось заговорить, но я не знал, что сказать, боясь, что мои слова будут расценены двояко. Ведь она подумала, что я ухожу, потому что не хочу оставаться до утра. Потому что получил, что хотел, и нет смысла тянуть.

Но это не так.

– Ничего не забыл? – дежурный вопрос, прежде чем приблизиться к двери, чтобы закрыться, но она, сама того не ведая, дала мне шанс.

– Забыл, – потянул её к себе и поцеловал. Медленно, размеренно, именно так, как хотелось. Скользнул руками по её талии, скрытой простыней, и притянул к себе так близко, что стало трудно дышать. Она вцепилась в края кожанки, точно так же как и я сходя с ума от этих ощущений. – Теперь могу идти.

Её глаза наполнились поглощающей наши тела тьмой, и мне с трудом удалось разжать руки, чтобы отпустить её.

– Увидимся завтра? – она не ожидала услышать этот вопрос, и на миг растерялась. Удивленный взгляд скользнул по моему лицу, и малышка грустно улыбнулась.

– Ты посоветовал мне действовать, – вспомнил наш разговор на балконе и внутри резануло. – Спасибо тебе. Теперь я буду идти до конца…

Её слова неприятно кололи, и я понял, что сам толкнул её к решению вернуть бывшего. Значит, встреча со мной ей ни к чему.

Что ж.

– Удачи, – кивнул, немного жалея, что расстаемся на такой ноте. – Буду надеяться, у тебя все получится.

Отступил к двери, и она шагнула навстречу и коснулась моих губ.

– Спасибо тебе… – «Стас» – подсказал, чувствуя дикий кайф от мысли, что мы вытворяли такое ночью, даже не узнав имён друг друга. – Стас. Мне нравится.

Снова поцеловала, и создалось впечатление, что она тоже не хочет прощаться.

– А ты… – хотел узнать её имя, но малышка воспротивилась.

Помотала головой и озорно блеснула глазами.

– Если это судьба, то мы снова встретимся, и тогда я назову свое имя. А если нет…

– Я не верю в судьбу, – сжал её талию, чувствуя, как пульс срывается.

– А я верю. После того, что ты сказал мне. Я уже готова была сдаться, а теперь… – перехватила мои руки, отстраняя от себя. – Пока, Стас.

Это было последним, что она произнесла.

Отступил и вышел в подъезд, слыша за спиной щелчок замка.

Не знаю, что в ней такого, но мне до одури захотелось это выяснить.

Плевать на судьбу, мы сами её творцы.

И я обязательно узнаю её имя.

А потом трахну её за то, что не назвала его сразу.

Глава 3

Дом, в котором я вырос, почти не изменился. Сколько я себя помню, он всегда был огромным, с высокой крышей и широким крыльцом. В клумбах росла куча цветов, которые тёть Валя бережно поливала каждый вечер, что-то напевая себе под нос.

Дернул ручку калитки и понял, что закрыто. Я не предупредил, что приеду. А время семь утра.

Подошел к лавочке и, встав на нее, перепрыгнул через забор. Знал, с какой стороны окна из спальни, но решил сначала проверить, на месте ли запасной ключ.

Поднялся на крыльцо, и, отодвинув кованый столик, увидел под круглой ножкой то, что искал.

Открыл и вошел в дом, неспешно снимая куртку.

– Стас! – из спальни выглянула заспанная тетя Валя, и едва запахнув фланелевый халат, кинулась мне навстречу. – Я так рада, что ты приехал! Сказал бы, я бы завтрак приготовила к твоему приходу! Проходи давай, я сейчас блинчиков напеку, а лучше вафель!

Она тараторила, не давая мне и слова вставить, и я улыбнулся, не в силах сдержать радость, что снова оказался дома.

– Да я сам не знал, что в такую рань приеду, – прошел за хозяйкой дома в кухню, оглядывая родные стены. – Дядь Лёша спит?

– Это кто тут такой ранний? – в дверях оказался отец Никиты, и я, подойдя к нему, пожал руку, а потом меня стиснули медвежьи объятия. – Ты сказал бы, я бы встретил тебя на вокзале. Чего пешком-то?

– Да я машину взял. Поезжу, пока в отпуске, потом может к себе угоню, на границу, не знаю еще, посмотрю.

– Какую взял? – услышав слова мужа, теть Валя закатила глаза. Улыбнулся, понимая, что разговор снова зайдет про тачки, но она, живя в семье с тремя мужиками, уже привыкла к такому. – Пошли покажешь.

– Лёш, ну дай парню отдохнуть с дороги, потом вы посмотрите, ну!

И надо отдать должное, строить своих мужиков тёть Валя умела.

Поэтому дядь Лёша подмигнул мне, мол «поешь и пойдем», а я, рассмеявшись, кивнул в ответ.

Господи! Как хорошо дома.

Завтрак затянулся, и мы спустились смотреть машину только около десяти. Алексей Семёныч любитель полазить под капотом, и, пока не разобрал по косточкам мою тачку (все её плюсы и минусы), не успокоился.

А мне она нравится, несмотря на то что дорогие запчасти в случае поломки, и мелкие косяки производителя, бэха икс пятая – моя мечта.

После гаража вошли в дом, и заметили девушек: Катю и её подругу.

Когда я пробивал эту девушку по базам, на фото она выглядела иначе, а вживую в разы лучше.

Марина.

Она привлекла мое внимание сразу. Её лицо казалось знакомым. И дело даже не в том, что Никита просил меня найти о ней инфу. Тут другое. Я где-то видел её раньше. Возможно, на днях. Но это вряд ли: я вернулся со службы недавно, и всего-то успел перекинуться парой слов с Никичем, сходить в бар, и приехал сюда. Откуда тогда это ощущение?

Марина в основном молчала, но было видно, чувствовала себя она неловко. Возможно, злилась. Все из-за того, что Катя привела её в этот дом. Никита кратко обрисовывал их ситуацию, и теперь я прекрасно понимал девушку. Поэтому старался не отсвечивать.

Засобирались домой, и мне стало интересно узнать Марину поближе. Что она за человек, чем живет, как относится к Никите на самом деле. Поэтому и прицепился с ней, едва успев приехать в деревню. Тачку заберу потом. Семёныч загонит в гараж.

– Ты ж только приехал… – теть Валя протянула мне сумку, расстраиваясь, что так и не задержался подольше. – Остался бы.

– Приеду за машиной и погощу, – обнял маму Никиты и вышел за ворота в машину к Марине.

У неё тоже Бэха.

Мы определенно подружимся…

Дорога пролетела незаметно, и мы заехали в город. Марина оказалась общительной и адекватной, так что я со спокойной душой мог доверить жизнь брата этой девушке. Только вот вопрос с её сестричкой-истеричкой оставался открытым.

Впервые столкнулся с тем, что взрослые люди так себя ведут. Ссоры, споры, это все бытовуха, но чтобы возводить это в Абсолют?

Хотя мне глупо рассуждать об адекватности других, я сам трахался с незнакомкой, имя которой так и не узнал. И оно не имело такое уж значение, пока мы это делали, скорее, значение имело чувство, не отпускавшее меня с той самой минуты, когда она провожала меня.

Любопытство. Я был заинтригован.

Да, секс с ней был просто офигенным, но цепляло не это.

Она меня отшила.

И тем самым превратилась в Эверест, который я обязан взять штурмом, иначе так и умру с оскорбленным достоинством.

Обычно отношения с девушками развивались по стандартному сценарию: переспали, она просила перезвонить, я удалял её номер после того, как покидал квартиру. Были экземпляры и поинтереснее, но, как видите, я все еще холостяк и пока жениться не намерен.

Но мысли волей неволей возвращались к вчерашней незнакомке. Внутри скребло чувство, что я обязательно должен выяснить о ней больше. И прибегать к уже испробованному методу не хотелось. В базу залезть может каждый. А вот узнать её имя без помощи этого было интереснее. Тем более, адрес незнакомки мне известен.

Никита с Мариной уехали в больницу к сестричке-истеричке, а я решил заглянуть к своей незнакомке.

Доехал довольно быстро. Уже знакомый подъезд и этаж. Замер у входной двери, ощущая легкое нетерпение.

Позвоню, откроет. И что? Привет, как дела? Нет, не то.

Вчера в клубе было гораздо проще, когда снимал её, потому что делал на автомате.

Показать, кто папочка, и заставить захотеть продолжения. Классика и с ней сработала. Вот только изначально я планировал провести с ней одну ночь. И никак не думал, что захочу повторить, а тем более, что приду к ней так скоро.

Нетерпение сменилось раздражением, когда вспомнил её безапелляционное «Пока, Стас». Голос как у училки, которая воспитывает нерадивого ученика. Строгий, с нотками стали и холода. Она не хотела встречаться. И я не должен вести себя как сопляк и таскаться за ней, тогда зачем пришел?

Ответа не знал, вместо этого нажал звонок и начал отсчет.

Примерно на десятой секунде я повторил манипуляцию, но толку ноль. Её нет дома.

Выдохнул и зашагал вниз по лестнице, стараясь игнорировать разочарование, опутавшее нутро, когда понял, что не увижу её. Она ясно дала понять, что не хочет продолжения, тогда какого хрена я так зациклился? Нужно просто стереть воспоминания о прошлой ночи, и в голове снова будет порядок. Стереть. А лучше вытеснить другими.

Надо в клуб, и вопрос решится сам собой. Легко и просто. Нужна другая девушка.

К Никичу в новую квартиру приехал впервые. До этого тусовался на старой, и сейчас слегка удивленно осматривал пустынные комнаты. За те месяцы, что брат сюда заехал, он так и не обставил жилье. Чего ждет?

Не зная, как долго он пробудет с Мариной и вернется ли вообще, решил провести вечер с пользой. Скинул шмотки и встал под душ. После в клуб, и смогу наконец переключить мозги и не думать о незнакомке.

Уже почти домылся, когда услышал звонок в дверь. Никого не ждал, и сказать что удивился – ничего не сказать. Обмотал черное полотенце вокруг бедер и прошагал к двери, на ходу затягивая узел туже.

– Здравствуйте… – ошарашенно моргнул, когда, открыв входную дверь, заметил на пороге девушку. Стройная брюнетка с темно-карими глазами смотрела с любопытством, которое не особо старалась скрыть. Взгляд скользил по моему телу, и клянусь, в эту минуту я прочитал её мысли. И мне понравилось их направление. – У вас есть сахар?

Голос робкий, но глаза выдают, что она не такая уж пай-девочка.

– Поищем вместе? – отступил, пропуская брюнетку в квартиру, и та скинула на пороге домашние тапочки и прошла вслед за мной на кухню, озираясь на ходу. Интересно, за Никичем что ли охотилась? – Живешь рядом?

Услышала голос, и снова на меня посмотрела, не скрывая интереса.

– В сто пятой, – остановилась у кухонного стола, и оперлась бедром о его край. – Буквально перед вами заехала…

А вот это интересно. Приняла меня за него?

Нда братец, часто же ты попадался на глаза соседке.

– Одна живешь? – шаг в её сторону, чтобы прощупать почву, и заметил, что в глазах зажегся уже знакомый огонек.

– Совершенно.

Даже в клуб идти не придется. Секс с доставкой на дом.

– Скучно наверно? – замер напротив неё, давая последнюю возможность сбежать, но девушка не растерялась и, протянув руку, коснулась узла на полотенце.

– Уже нет…

И только спустя час, когда я уже проводил её до двери и закрылся, вспомнил, что мы так и забыли про сахар.

Глава 4

Звонок в дверь порядком удивил. Никого не ждал, но когда увидел на пороге брата, понял, что в клуб все-таки придется. У него это было написано на лице. Произошел пиздец.

Долго не мог вытянуть из него объяснения, но в конечном итоге алкоголь сделал свое дело, и Никита заговорил.

– Надо убрать сестру.

Чуть не подавился водкой, вставшей поперек горла.

Полупьяный ебальник брата выглядел решительно, и я понял, что ему хватит.

– В каком смысле убрать? – очень надеялся, что мне послышалось, но на всякий случай решил переспросить. – Ты в курсе, что это уголовно наказуемо?

– Ты не понял… – язык слегка заплетался, и взгляд уже с трудом фокусировался. – Надо увезти её подальше, иначе она не даст Марине нормальной жизни.

Интересный расклад получается.

– И как ты себе представляешь её устранение? Посадил в багажник и высадил в лесу километров за пятьсот отсюда. Людям свойственно возвращаться домой, тем более, я думаю, эта барышня явно не захочет уезжать.

– Надо сделать так, чтобы захотела, – он проигнорировал сарказм в моем голосе, да и, видимо, здравый смысл тоже. – Слушай, брат, увези её с собой. Я дам тебе бабок, только увези.

Бредовая идея, если честно, но Никич был так решительно настроен, что я, открывший рот, чтобы ему возразить, снова его закрыл и задумался.

А ведь отчасти его направление мыслей верное. Если эта сестричка-истеричка пыталась разлучить моего брата и его пассию несколько раз, и сейчас ей даже это удалось, тогда чего ждать от нее в будущем? А ведь Маринка к тому же беременна. Ей эти нервяки ни к чему.

– Ты пойми, брат, там, куда я поеду, ни одна баба не выдержит. Глухая деревня три дома, ни работы, ни развлечения, а я постоянно на заставе буду. Она не поедет, если узнает, что её ждет.

Никита молчал, а я почему-то ощущал себя школьником, который оправдывается.

– Там такие условия, что только каторжников ссылать, а ты просишь меня увезти туда девушку двадцати лет.

Или сколько ей там.

– Я же сказал, дам бабла.

– Да нахер мне твои бабки, у меня своих дохера. Просто пойми, – посмотрел на брата и понял, что погорячился со словом пойми. Он не хотел понимать. Он уже все решил, и теперь не мигая смотрел на меня на удивление трезвым взглядом, учитывая, сколько мы выжрали. – Ей там не место. Какой бы сукой она ни была, везти её туда слишком жестко.

– Пол ляма, брат.

– Нет.

– Маринка беременна. Подумай, а если что-то случится с ребенком, – Никита поморщился, отгоняя пугающие мысли, – и ты будешь знать, что мог это предотвратить, но не стал.

Сучара. Знает, на что давить.

Вздохнул, принимая поражение, и прикрыл глаза, качая головой.

– Попробуй сам разрулить, а если не получится, – вздохнул снова, еще более устало, – тогда я подключусь.

Глава 5

Отпуск как обычно протекал довольно ровно и, к сожалению, быстро. Я съездил в Васильевку, забрал тачку, пожил дома.

Тёть Валя отрывалась на мне как хотела, видимо, компенсируя мое длительное отсутствие: пекла тонны блинов, оладий, пирожков, в общем, всего того, чего на заставе не поешь. Будь я на массе, это было бы в кассу, но учитывая, что перешивать комок и форму мне было в лом, пришлось возобновить тренировки.

Каждое утро зарядка и бег. Пытался растолкать зажиревшего Никича, но тот после смен в клубе по утрам не вывозил, приходилось заниматься одному.

Свою таинственную незнакомку я больше не встречал в том спорт баре, хотя по-честному надеялся на это, периодически там тусуясь.

Другие девушки спасали ситуацию, проблем с новыми знакомствами не было, но странным образом мне было скучно с ними, и дальше постели отношения не развивались. Честно пытался забыть ту брюнетку, но каждый раз, приводя в дом новую подругу, ловил себя на мысли, что у нее тоже длинные темно каштановые волосы, светлые глаза и фигура, отдаленно напоминающая ту самую.

Незнакомка странным образом запала в мой мозг. Может, из-за того разговора на балконе, может, из-за того, что отшила меня после, не знаю. Но, как бы там ни было, результат один – я хотел снова встретить её.

Никогда не верил в судьбу, всегда считал, что мы сами её создаем, но когда происходят интересные совпадения, невольно начинаешь верить в их неслучайность.

Это произошло в субботу. Устав от уже привычного маршрута в проверенные клубы, решил для разнообразия заскочить в новый. Его недавно открыли, но, по слухам, там тусовалось слишком много студентов, а напороться на несовершеннолетку мне хотелось в последнюю очередь, поэтому таких мест я обычно избегал. Но в этот раз в башке что-то щелкнуло, и я поехал туда.

Тачку припарковал у входа, неподалеку от крыльца, на котором курила группа каких-то петушков. Не мог иначе называть парней, которые отращивали волосы и цепляли на бошку резинки. Бля, ну как так, ребята?

Вошел в клуб, натыкаясь на секьюрити, уточнившего, какого цвета браслет мне выдать. Решив, что красный (не знакомлюсь) и зеленый (готов на все) не по мне, выбрал желтый. Нейтральный.

Сдал кожану в гардероб и ступил в гудящий басами зал клуба.

Первое, что бросилось в глаза – нереально огромное количество молодняка. Все-таки хорошо, что я не пил, смогу в любой момент свалить. Пробежался глазами по толпе, натыкаясь на пару заинтересованных взглядов, но как-то не зацепили. Блондинки. А я в последнее время таких не люблю.

Прошел к бару, огибая танцпол по кольцевой и, не дойдя до цели пару метров, застыл.

Сначала я обратил внимания на образ. Так бывает, когда тебе не нужно видеть лица человека, достаточно вскользь глянуть на него со спины или сбоку. Длинные волосы, именно такие, как надо. Примерно до талии. Хрупкий силуэт: тонкая талия, притягивающая взгляд задница, стройные ноги, которые тут же захотелось приложить к своим плечам. Но зацепило не это.

То, как она безотчетно тряхнула головой, перебрасывая волосы на одно плечо, и оголила часть шеи. Той самой, которую я покусывал ночью, сходя с ума от её трогательных стонов удовольствия в ответ на прикосновения зубов к коже.

Не спешил подходить, решил понаблюдать, хотя стоять всего в паре метров от девушки, которую я подсознательно искал все это время, было невыносимо. Хотелось шагнуть к ней и притянуть ближе, смять тонкий шелк платья, снова ощутить тот неповторимый аромат цитрусовых, коснуться распухших от долгих поцелуев губ. Но нельзя так сразу. Не хотел спугнуть. Только не в этот раз.

Музыка долбила по ушам, свет стробоскопов позволял улавливать лишь частичные кадры пьянящего кровь танца незнакомки, но я продолжал стоять не приближаясь. И это чувство нетерпения и возбуждения ударяло в голову, но я намеренно не шел на поводу у желаний, потому что знал – предвкушение – часть игры, которая порой приносит даже большее удовольствие, чем сама развязка.

Поэтому продолжал стоять и смаковать плавные движения бедер, выводящих восьмерки, неторопливые, ласкающие скольжения рук по тонкому силуэту, неспешные мягкие полу-наклоны головы, позволяющие длинным волосам струиться вдоль изящной спины. И ловил кайф.

Пиздец, я фетишист, но смотреть, как она танцует, почти так же круто, как держать в руках её хрупкое извивающееся подо мной тело. По крайней мере, реакция одна и вполне определенная, благо джинсы из плотной ткани.

Напрягся, когда заметил подошедшего к незнакомке парня, тот невзначай опустил руки на ее талию и прижался сзади. И этот жест взбесил за долю секунды, сводя на нет возбуждение от чистой эротики её танца. Незнакомка напряглась, отбросила чужие руки со своего тела и отступила на шаг, поворачиваясь лицом к парню. А тот в изрядном подпитии не отставал. Снова шагнул к ней, пытаясь облапать, и я решил, что самое время мне вмешаться.

Руку на плечо парня и сдавил, привлекая внимание непонятливого хера. Тот повернулся, пытаясь сфокусировать на мне пьяный взгляд, и тут же стушевался, осознав, что безопаснее молча свалить.

Проследил, как парень скрылся в толпе беснующихся под музыку тел, и перевел взгляд на ошарашенную незнакомку, которая теперь, не отрываясь, смотрела на мое лицо.

– Скучала? – чтобы произнести это, пришлось склониться ближе, и я непроизвольно прикрыл глаза, ловя кайф от вкусного аромата её кожи. Рука коснулась талии, ненавязчиво, машинально, но так мало, что с трудом подавил желание сграбастать её в объятия.

– Зачем ты пришел? – голос дрожит, а может, так кажется из-за басов вокруг.

Зачем я пришел? Если бы я только знал.

Ответы типа «потусоваться», «выпить» и тому подобные не рассматривались. Мы оба знали, что она спрашивала не об этом.

Воспользовавшись заминкой, незнакомка отстранилась, пытливо глядя в мое лицо и, не найдя в нем ответа, развернулась, шагая к выходу, но мне удалось перехватить запястье, чтобы не дать ей далеко уйти.

– Имя, – потянул на себя так резко, что она, потеряв равновесие, упала мне на грудь, и, чтобы поддержать ее, прижал теснее к себе, наебывая себя, что делаю это ради девушки. – Ты обещала назвать свое имя.

Подавил улыбку, заметив, как она нахмурилась и попыталась отстраниться, словно не позволяя себе и отчасти мне получать кайф от близости.

– Я не…

– Детка, – коснулся шеи, склоняясь к её уху. – Одно слово. Только его.

Молчала, непонятно почему упрямясь. А я, повинуясь инстинкту, скользнул большим пальцем по щеке, чувствуя странное покалывание под ребрами. Она такая хрупкая. И упрямая.

– Вероника… – сдалась она и опустила взгляд, понимая, что сама обещала и пришло время выполнять данное слово. – А теперь отпусти, мне пора уйти.

Не люблю принуждать девушек, более того, никогда так не делал, но с ней захотелось просто закинуть на плечо и унести отсюда подальше, просто потому что мозг так твердил. И тело твердило. Похоже, я двинулся.

Разжал руку, и Ника нехотя отступила, поднимая на меня взгляд.

Не сделай она эту заминку, я бы понял, что нет смысла бегать за ней, ведь девушка против. Но сейчас за какую-то долю секунды, пока она замирала, продолжая смотреть на меня, я понял, что шанс увидеть её снова есть.

Улыбнулся.

– Завтра, – снова склонился к ней, даже не пытаясь вторгнуться в личное пространство, аккуратно, не касаясь её тела и рук, прошептал на ухо и отступил, в последний раз скользнув взглядом по её лицу. – Заеду за тобой завтра в семь. И не заставляй меня ждать.

С огромным трудом сдержался, чтобы снова не коснуться её. Отстранился, и, не дожидаясь ответа, развернулся и зашагал на выход, ощущая покалывающее душу предвкушение.

До одури хотелось, чтобы время, до этого тянущееся как резина, вдруг ускорило бег. Такое со мной случилось впервые, потому что раньше в отпуске мне хотелось противоположного – замедлить время. А теперь, как системный сбой, в мозгу звенела одна и та же мысль. Скорее бы.

Не стоило отпускать её. Вдруг снова уйдет?

Хотя какое мне дело? Я ведь знаю, где она живет, и теперь знаю её имя, которое она наконец-то назвала. Ну и, если быть совсем уж честным, то я вполне смогу пробить инфу на эту малышку, это дело пары минут. Но не хотелось читерить. Хотелось дать ей шанс самой рассказать о себе.

Для этого я и решил сводить её в рест. Или кино. Не знаю, место назначения не так уж важно, важен сам факт, что я поведу девушку на свидание. Такого не случалось уже…сколько? Пару лет точно.

Видел бы меня Никич сейчас. По любому застебал бы. Хотя, по сути, наш спор, кто дольше проходит холостяком, он уже продул, когда остановился на заснеженной трассе по дороге домой.

И сейчас его женитьба – лишь вопрос времени. А я пока не собираюсь обзаводиться семьей, просто потому что ни одна не выдержит в тех условиях, куда мне предстоит ехать.

Интересно, а Ника бы смогла?

Отогнал эту мысль прочь, удрученно качая головой. В отпуске мозг поплыл, иначе зачем я вообще задался этим вопросом?

Глава 6

В семь часов я уже стоял, припарковав свою бэху у дома Ники. Приоткрыл окно и неспешно раскурил сигарету, машинально отмечая, что снова начал баловаться никотином.

Бросал же.

Поднял взгляд на свет в ее окне и задумался. Какого хрена я превратился в озабоченного еблана?

Десять минут просидел смакуя вишневый дым капитана блека и, устав от нетерпеливого ожидания, вышел из машины и буквально замер, не успев закрыть дверцу.

– Ты опоздал, – короткий упрек, в котором не было ни намека на серьезность.

Ника стояла в нескольких метрах от меня и покусывала пухлую губу, не опасаясь смазать темно-бордовую помаду. Красивые глаза впились в меня, и я против воли ощутил дикое желание никуда не ехать, а затащить ее обратно в подъезд, чтобы сожрать всю помаду с ее губ. Темные распущенные пряди подхватил ветерок, и меня коснулся едва уловимый аромат нового года и цитрусов.

Шагнул навстречу.

Черное платье обтягивало охренительную фигуру, а ноги, которые неделю назад обхватывали мои бедра, были обтянуты черным капроном.

Черт, она просто ходячий секс.

– Ты… красива, – блядь, как последний школьник! Дайте мне портфелем по башке!

– Ты прощен.

Ника улыбнулась и медленно подплыла ко мне. Шпильки отсчитывали секунды до моей гибели, выбивая звонкую дробь на асфальте, и, когда девушка замерла в метре от меня, я шагнул к ней и сгреб тонкую талию в охапку.

– Привет, – потянулся к губам, но Ника отвернулась, не позволяя мне получить то, о чем думаю уже неделю. Коснулся её щеки, смазано целуя нежную кожу, и ощутил, как теплые ладошки легли на грудь.

– И тебе привет, – надавила, отстраняя, и я скрипнул зубами, но нехотя разжал руки и отступил, подавляя легкий тремор нетерпения от желания стиснуть ее сильнее.

Хочешь поиграть? Ну окей.

– В кино? – я усадил Нику на переднее пассажирское и обошел машину, садясь за руль. – Или сначала поедим?

Проследил, как она пристегнулась, аккуратно касаясь пальчиками с длинными ногтями, покрытыми темно-бордовым лаком, ремня безопасности. Черная полоска натянулась, касаясь аккуратной груди, и я сглотнул. Надо было расслабиться утром в душе.

– А чего хочешь ты? – вот как специально провоцирует меня своим невинным голоском.

Тебя хочу, малышка. И судя по лукавому огоньку во взгляде, ты это поняла.

– Начнем с реста? – завел мотор и начал выруливать с парковки, мысленно вспоминая таблицу умножения на шесть, чтобы хоть как-то унять возбуждение. – После можем в кино.

Ника согласно кивнула и улыбнулась мне.

Ресторан выбрал пафосный, по совету Никиты.

Открыл двери Санта Фе и пропустил Нику вперед, ощущая легкое возбуждение. Чем закончится наша встреча? Впервые не знал.

На входе хостес поинтересовалась, бронировали ли мы столик, и, услышав ответ, кивнула, приглашая нас следовать за ней. Сдали кожанки в гардероб и прошли вглубь зала мимо сидящих за столами посетителей.

Несмотря на ранний час, большая часть столиков была занята довольно немолодой публикой. Перехватил пару заинтересованных взглядов, брошенных мужчинами в сторону моей спутницы, и испытал смешанные чувства.

С одной стороны было приятно, что она пришла сюда со мной, с другой – нехуй пялиться, ебланы.

Наш столик располагался в самом конце зала за ширмой, увитой диким виноградом. Официантка вручила нам меню и удалилась, а я перевел взгляд на Нику, разглядывающую глянцевые страницы, и улыбнулся.

– В спорт-бар ты пришла с парнем, – взмах ресниц, и Ника посмотрела на меня прямым немигающим. – Кто он?

Хотелось сразу расставить все точки над И, но упрямо поджатые губы намекали, что сделать это будет не так-то просто.

– Ты не из тех, кто ходит вокруг да около, да? – точеная бровь приподнялась, и взгляд стал колючим.

– Я полагаю, ты должна была это понять еще в туалете, – дал знак официантке подойти позже, и вернул собеседнице прямой взгляд. – Я должен знать.

За столом повисло тягостное молчание, напитавшее непринужденную атмосферу вокруг давящим напряжением. Ника откинулась на спинку стула и скрестила ноги под столом, откладывая меню в сторону.

Повел уголком губ и вскинул брови, акцентируя внимания на моем вопросе.

Секунда, и тяжелый вздох сорвался с губ, оповещая о полной капитуляции.

– Лучший друг.

– Парень из френдзоны? – не понял, почему испытал такое дикое облегчение. – Один из несчастных, удостоившийся чести быть твоим верным пёсиком.

– Я вкладываю другое значение в это словосочетание, – теперь стал колючим и голос. Ника явно злилась, отчего стала выглядеть еще сексуальнее. В глазах появился стальной блеск, и пухлые губы снова поджались. – Мне всегда было проще найти общий язык с парнями.

Эти слова прояснили ситуацию. Красивые девушки нередко окружены мужчинами просто потому, что слабый пол чует в них соперниц и предпочитает с такими не дружить.

– Что ты сказала ему, когда уходила? – просто любопытно, насколько их дружба крепкая. Миниатюрные кисти опустились на стол, и Ника скрипнула ножками стула, собираясь встать. Приподнялся, накрывая её руку своей, и перехватил мятежный взгляд. – Что, Ника?

Секунду смотрела на меня, и вздохнула, опуская глаза на мою кисть. Помолчала.

– Сказала, что появились планы на вечер. Другие.

– И он понял?

Попыталась выдернуть кисть, и я сжал сильнее. Немного.

– Он не ревнив.

– Ты спала с ним? – не моё дело, знаю, но не мог ничего поделать с собой. Ника психанула и поднялась, не сумев сделать и шага, когда я поднялся и потянул её на себя. – Я должен знать, оставишь ли ты меня одного в спорт-баре в следующий раз.

Последняя капля, и я ощутил, как щека запылала. Сверкнул взглядом, перехватывая правую руку, чтобы не дать ей залепить вторую пощечину.

Завел за её спину, притягивая Нику ближе, и ощутил нехреновое такое сопротивление, когда она дернулась, не позволяя прижать теснее.

– Пусти меня!

Подавил улыбку – она могла бы не отвечать, мне достаточно было ее реакции, говорившей лучше любых слов.

– Не хочу, – я невозмутимо улыбнулся и опустил взгляд на пухлые губы, облизывая свои. – Тебе следует привыкнуть отвечать сразу и по сути. Это поможет избежать проблем.

Красивые глаза сузились, и я допустил пиздец какую ошибку, когда расслабился рядом с этой дикой кошкой. Она двинула коленом, и мне едва удалось увернуться, но руки я машинально разжал, и она отступила и дернулась за сумкой.

Не дал ей уйти, сгреб талию и впечатал Нику спиной в стену, придвигаясь ближе.

Сжал подбородок, ощущая, как её грудная клетка ходит ходуном в такт моей.

– Оставь это до вечера, ты же не хочешь, чтобы я трахнул тебя прямо здесь посреди ресторана.

Приняв серьезность моего шепота за чистую монету, Ника затихла, и в глазах напротив мелькнул испуг и…

…азарт.

– Оставь это до вечера, ты же не хочешь остаться без яиц прямо здесь посреди ресторана, – повторила, в точности копируя мою интонацию, и меня закоротило.

Улыбнулся, с трудом сдерживая смех, но, заметив в ее глазах иронию, заржал в голос, откидывая голову назад.

Н-да. Оказывается, я влип гораздо сильнее, чем думал.

Как ни странно, после того разговора в ресторане атмосфера неуловимо изменилась. Стало легче. Не знаю, в чем причина, но Ника больше не опасалась моей реакции на ее слова и не старалась строить из себя недотрогу. Вместо этого подкалывала меня и совершенно расслабленно чувствовала себя рядом. Мои прикосновения к ее плечам, когда помогал надеть куртку, касание пальцев, когда передавал клатч, не отпугивали ее. Она совершенно ровно относилась к такому вторжению в личное пространство, и не пыталась отшатнуться или отступить. И это не могло не радовать.

В общем, ужин прошел в довольно непринужденной обстановке, и к его концу мы поняли, что время уже около десяти, и мы просидели в ресторане почти три часа. Время летело незаметно, и мы едва ли замечали это, когда, не отрываясь, болтали о всяких мелочах, с улыбкой глядя друг другу в глаза.

– В кино? – придержал дверь, выпуская Нику из ресторана и ступил вслед за ней на серый тротуар.

– Только не тащи меня на мелодраму, полтора часа соплей я не выдержу, – произнесла она с серьезным видом, чем вызвала улыбку. – Пятьдесят оттенков и все такое…

– Не любишь БДСМ? – открыл дверь, и чуть склонил голову, когда Ника замерла, поставив одну ножку в черном капроне в машину. – Мне казалось, ты лояльно относишься к подобным экспериментам.

Непроизвольно придвинулся, чуть понижая тембр, чтобы голос напоминал шепот. Она покраснела. Опустила ресницы.

– Только не говори, что смотрел! – сменила она тему, ловко огибая острый угол. Еще чуть-чуть, и я вышел бы за рамки дружеской болтовни. Вскинула насмешливый взгляд, и мое сердце ошиблось на один удар. – Не гони, Стас.

– Где, по-твоему, я слизал приемы со связыванием? – отступил и, дождавшись, когда опустится на сиденье, захлопнул дверь. Обошел машину, ощущая странное покалывание в теле. Хочет держать дистанцию? Без проблем. Но что-то подсказывало, что хватит ее ненадолго. – Думаешь, в армии?

– Ты служил? – Ника с интересом повернулась ко мне, и я едва сдержался, чтобы не сознаться, что все еще служу. – Серьезно? Покажешь фотки в форме?

– Любишь военных? – завел мотор, слыша приятный рокот из под капота. Все-таки в глубине души я автоман.

– На самом деле не очень, – удивила она своим ответом, и я с интересом уставился на собеседницу. Ника поняла без слов и закатила глаза, зная, что я потребую объяснений. – Когда одногруппницы встречались с парнями из военного института, я их жалела. Несостоявшиеся увольнения, постоянное отсутствие их вторых половинок, короткие встречи урывками. Нет уж, увольте. Не хочу парня, который постоянно пропадает на территории института и выходит только по праздникам. Это лажа.

Заметила мой нахмуренный ебальник и заподозрила неладное, поэтому пришлось мгновенно менять тему.

– А каких парней любишь? – начал выруливать с парковки, стараясь больше не смотреть на Нику, чтобы не дразнить воспаленные нервы. Она слишком красива, чтобы я оставался равнодушным.

– Мне нравятся умные, но Вам это не грозит, – вспомнила она старую рекламу, и я бросил газ, так и не выехав на проспект. Хохотнул, и больше не выдержав дистанции, потянулся к Нике, не давая отвернуться. Мягкие губы со вкусом вишни улыбались, когда я их касался. Дыхание перехватило, и я замер, смакуя их сладость.

Коснулся нижней, слегка давя на контур языком, и тут же прикусил, слыша рваный выдох. Накрыл шею и притянул Нику ближе, сминая в поцелуе, и растворился. Впервые в жизни растворился в поцелуе. Когда не ощущаешь ничего, кроме этого крышесносного касания, отключающего мозг и долбящего по нервам не хуже провода в двести двадцать. Шелк волос коснулся тыльной стороны ладони, и я сжал пальцы, впиваясь в ее шею сильнее. Сладкий язык скользнул по моим губам, и Ника коснулась верхней в том месте, где был шрам от удара, заработанного в драке. И это касание долбануло по нервам, заставив резко втянуть воздух в легкие.

Ника отстранилась и опустила затуманенный взгляд на сведенные колени.

– Разбивал губу? – облизалась, удивительно, но так и не смазав помаду. Хорошая штука, надо подарить ей подобную, но другого оттенка. Более яркого.

– Ты первая, кто заметил, – и единственная. – В кино?

Опомнился, что так и встал поперек дороги на выезде с парковки. Попытался взять себя в руки, но пульс внизу живота подсказал, что сделать это будет непросто.

– Поехали… – обреченно вздохнула девушка, словно ей с трудом удавалось успокоиться. И мне также, маленькая. Но ты сама затеяла эту игру.

Потянулся к ее колену и опустил руку, чувствуя тонкость черного капрона. Не стала сбрасывать мою руку. Накрыла своей, и наши пальцы переплелись.

Не знаю, хватит ли мне выдержки держать себя в руках сегодня.

Глава 7

– …и Маринка подумала, что я реально тогда в машине ее сестру отходил… Пиздец блядь, – Никита смачно затянулся, стоя на балконе последнего этажа на площадке своей новой квартиры, а я все никак не мог оторваться от мыслей о вчерашнем вечере.

В кино мы пошли на ужасы, и Ника весь фильм просидела, уткнувшись в мое плечо. Вот просто ответьте мне: нахрена ходить на ужасы, если ты их не смотришь?

Было забавно слышать её заговорщический шепот: «Стас, что там на экране?».

Она сжимала ткань моей водолазки и утыкалась лбом в плечо, а я ощущал тонкий аромат цитрусов и кайфовал.

«Ну сейчас эта хреновина выползает из темного угла…»

Прыснула и вздохнула, отклоняясь на свое место и с закрытыми (!!!) глазами взяла стакан низкокалорийной колы и отпила.

«Хочешь, уйдем?»

Чтобы не шуметь, повернулся и склонился к её уху, непроизвольно прикрывая глаза. Ощутил, как Ника отрицательно помотала головой и повернулась, чтобы ответить, и её прохладные от колы губы оказались в миллиметре от моих.

«Я хочу знать, чем кончится».

Выпрямился, так и не коснувшись сладости её рта и буквально почувствовал, как тело запротестовало. Надо держать дистанцию, потом она сама начнет припрашивать… Но как же это непросто…

«Тогда для начала открой глаза».

Снова помотала головой и, прислонившись ко мне, насколько это позволял сделать подлокотник между нашими креслами, нашарила мою кисть и подняла ресницы. И снова зажмурилась, одновременно сжимая мою руку.

Нда, неудачный момент я выбрал, чтобы предложить ей посмотреть.

Накрыл её руку второй своей и мысленно поздравил себя с правильным выбором мест. Мы могли купить и места на последний ряд, где стояли бархатные диванчики, но тогда держать себя в руках было бы просто нереально, потому что Ника забралась бы мне на колени и…

Да какая разница? Я уже давно так не кайфовал от похода в кино.

– Ты слушаешь, брат?

Вот черт. Никич, кажется, о чем-то рассказывал.

– Слушаю, конечно… – отвел взгляд и тот наткнулся на сигарету в руке брата. – С каких пор ты куришь тонкие?

Никита непонимающе моргнул и ткнул окурком в дно коричневой пепельницы.

– Их Марина курит. Забыл купить, пришлось взять эти.

Марина. Опять эта Марина. За последнюю неделю и выслушал столько рассказов о ней, что теперь кажется, что мы росли по соседству. С ней и ее придурочной взбалмошной истеричкой-сестричкой.

– Ну что скажешь? – Никич снова выжидательно уставился на меня, и я понял, что придется сдаваться с поличным.

– Про что скажешь?

Брат ухмыльнулся и покачал головой.

– Ты странный какой-то. Если бы ты эти ночи дома не ночевал, я бы решил, что ты встретил кого-то. Слишком ебальник довольный.

Хохотнул, и рука все-таки потянулась к пачке. Достал сигарету и подкурил, делая обжигающую горло затяжку.

– Увези Нику, Стас.

Закоротило от звука знакомого имени. Резко повернулся к Никите и тот продолжил.

– Она заебала уже. Увези хотя бы на пару недель, ну можно на месяц. Если бы ситуация не была безвыходной, я бы не просил. Она вроде как не особо разборчива в связях. Тебе веселее будет на заставе…

– Нику? – перебил, глуша сбившую пульс реакцию. Да мало ли таких Ник на свете? Просто совпало.

– Сестра Марины. Я весь вечер тебе про нее рассказываю, – Никита снова облокотился о бетонные перила, а я опустил взгляд на огонек тлеющей сигареты. А тонкие не такие крепкие. – Ладно, в общем, делай как знаешь, не буду тебя заебывать.

Снова замолчали. Но тишина не напрягала, напротив, умиротворяла, что ли.

Курил, делая неспешные затяжки, и наблюдал, как под ногами чернеет ночной город, поблескивая миллионами светлячков. Проспект отсюда выглядел тонкой лентой, по которой сновали огоньки-машины. В это время суток их было немного, и я вспомнил времена, когда в детстве считал проезжающие мимо тачки. Просто так, от скуки.

– До завтра? – привез Нику к дому и припарковался у ее подъезда. Мотор глушить не стал, подозревал, что не пригласит войти. Не сегодня. Она отстегнула ремень и, замявшись на секунду, кивнула, а потом, словно вспомнив о чем-то своем, прикрыла глаза.

– Завтра не смогу. Планы, – закусила губу и опустила взгляд на ключи от дома, которые держала в руке. – Пока?

– Ник, – протянул ей свой разблокированный телефон и кивнул на экран. – Набери себе. Я позвоню.

Она подчинилась, и я услышал, как ее телефон звякнул, оповещая о входящем.

– Умница, – взял телефон и забил её номер в память. Хотя он оказался легко запоминающимся. Мог не записывать. – Ну пока.

Поднял взгляд на все еще сидящую в машине Нику, и не сразу понял, почему она не уходит.

Дверь заблокирована.

Щелкнул. Спутница вышла из машины и, бросив на меня короткий, но задумчивый взгляд, хлопнула дверцей.