Гильдия Злодеев. Том 4
Пролог
Час спустя
Тиина Ванрайс (одно из имен прикрытия), перст «мизинец», младший смотрящий, член Совета Стабильности и Равновесия (в простонародье – Гильдии убийц)
Тиина ходит туда-сюда, теребя подол платья.
Сбежать от Совета? Если бы это было возможно… Совет – не кучка хулиганов, не банда убийц во главе с тремя дураками, назвавшими себя баронами. Совет терпелив и ОЧЕНЬ настойчив. В этой организации никогда не идут напролом, действуют хитро, аккуратно, но действенно. Некоторые задания планируются десятилетиями.
Тиина ушла из таверны «Гарцующий Баран». Точнее, её увели – подальше от любопытных глаз, но не так далеко от таверны. Чтобы не светиться.
Армз со Смотрящим оставили её убийцам. Персту. Ни сказав ей ни слова, что делать дальше. Тиина до сих пор помнит тот… неожиданный взгляд Армза. Пустой, пронизывающий… разочарованный? Тиина даже не успела понять, что происходит и впала в совершенно несвойственный ей ступор. Они со Смотрящим просто прошли мимо, оставив ее стоять у дверей комнаты для важных гостей. Пока ее не нашли «коллеги».
Уже в пятый раз в помещение заглядывает рекрут гильдии и молча качает головой. Это означает, что в таверну за Тииной так никто и не вернулся.
Всё верно. Всё правильно. Всё логично. Конечно же, он ей не поверил. И… правильно сделал. Но почему-же Тиине от этого так грустно?
– Значит, говоришь, всё идёт по плану, да? – Сиплый голос перста похож на змеиное шипение. – Поправь, если я ошибаюсь. Заметив нас на рынке, он спровоцировал гоблинскую банду, прикрываясь ими, дошёл до таверны, заперся с ними, перебил их и… перенёсся артефактом? Я ничего не упустил?
– Повторяю. Ты. Ничего. Не. Упустил.
– И почему он оставил тебя?
– Я же говорю, не знаю. Он считает, что отчитываться передо мной пока рано. Его действия редко можно предугадать. Я предупреждала.
– И ты отпустила его, понимая, что он оставляет тебя нам на съедение? Понимая, что ты ему больше не нужна и что только полный дурак за тобой вернется? И сейчас просишь нас подождать, потому что может он всё-таки дурак? Всё верно?
– Я…
– Всё верно, Ванрайс?
– Я говорила, что нельзя вступать с ним в прямой конфликт – так можно потерять девочку. Мы не знаем, как работает артефакт.
– Не девочку, а цель, Ванрайс.
– Это неважно.
– Это очень важно. Ты перст, хоть и весьма глупый. Твои поступки за границей моего понимания.
Она знает, что Армз не вернётся за ней в таверну. Тиина тянет время. Думает, как можно вылезти из той ямы, которую она сама себе и откопала. Ее ошибка была лишь в том, что она в какой-то момент слишком доверилась одной из сторон.
Тишина.
– Он тебе не доверяет, Ванрайс. И не вернётся. Это ты в его руках инструмент, а не наоборот. Мы зря, что ли, высунулись, мм? Он оставил тебя одну. На растерзание… Я-то думал, ты с ним спишь, но ты даже с этим не справилась.
Тиина искоса смотрит на своего «коллегу» по ремеслу. Он – средний перст правой руки. Нелепый ранг, но так было тысячи лет. Этот эльф – третий по влиятельности и силе, подчиняющийся одному из трёх магистров. Он и два его рекрута затаились в тенях. Их почти не видно и не слышно, хотя комната не такая уж большая.
А ещё эльф снял с себя капюшон, показал своё лицо и представился своим именем прикрытия: Лаирасул.
И это очень плохо для Тиины. Одного из лучших людей отправили ей на помощь после нескольких провалов подряд. Если она и сейчас не проявит себя с лучшей стороны, то это всё. Понизить ранг Тиины уже невозможно, успешное выполнение задания её не спасёт. Она должна перевыполнить его, чтобы выжить.
– Конечно, он мне не доверяет. Он был в списках наших потенциальных рекрутов, Лаирасул. Было бы странно, если бы он оказался настолько доверчивым.
Лаирасул ПОКА что следует её плану. Плану попасть в то место, где скрывают девочку. Совету уже известно, что пространственный артефакт Армза аномальный, но насколько – пока непонятно. А когда Совету что-то непонятно, то он действует крайне осторожно, прощупывая почву.
– У тебя было достаточно времени. А ресурсов потрачено непропорционально больше, чем требует твоё задание. Не знаю, как ты убедила магистра в том, что твоя печать на разуме помешает тебе втереться в доверие, и знать не хочу, но…
– А это уже не твоё дело, Лаирасул. Тебя предупредили об этом.
Да, убедить магистра было непросто. Пришлось предоставить весомые доказательства. Когда Тиина следила за Армзом, то один раз ей улыбнулась удача. Армз вытащил артефакт из подсумка и воспользовался им, а потому спец по артефактам сумел почувствовать очень специфическую ауру… Единственное, что удалось понять, – артефакт проклятый. Энтропии в нём намного больше, чем в любом известном истории пространственном артефакте. Когда же Тиина приказала подобраться поближе и определить, что же там такое, произошло… Крайне странное и непонятное. Её человек упал и бился в конвульсиях, пускал слюну и бормотал что-то про базар, нос и какую-то любопытную Варвару.
Стало очевидно, что эта вещица защищена намного более мощными плетениями, чем простые пространственные артефакты. Мало того, при попытках определить тип ауры артефакта более сложными методами он сводил её людей с ума. Поэтому дальнейшее скрытое изучение могло привлечь слишком много внимания.
Тогда-то Тиина и предложила план: разыграть сценарий несчастной беглянки из Гильдии убийц и предложить Армзу несколько весомых доказательств, что она не блефует. А потом добиться, чтобы он перенёс её туда, где находится цель – девочка с чёрным эфиром. Именно поэтому нужно было снять печать с разума Тиины, несущую в себе волю её хозяев. Волю «любопытную» и «враждебную». Артефакт Армза, скорее всего, срезонировал бы на такую печать.
Первый этап плана заключался в том, чтобы доказать Армзу, что Тиина и правда пошла против своих. Для этого сгодился некромант – торговец костями. Многим было известно, что он работал на Гильдию убийц, но немногие знали, что он накладывает на разум младших перстов проклятые печати разума. Вот только последнее время некромант сходил с ума, и от него захотел избавиться один из магистров. Но просто так тут не убивают. Нужен момент, сценарий, выгода. Тиина предложила втереться в доверие к Армзу, попросив именно его спасти несчастную даму из плена Гильдии убийц. Если бы Армз отказался, то она сама бы убила торговца костями, тем самым доказав ему, что пошла против своих.
Сначала всё шло к тому, что Армз не согласится. Ещё бы… Но! Тиине повезло. Похоже, Армзу понадобился тёмный артефактор, который по счастливой случайности в этом районе лишь один – тот самый некромант. Повезло и второй раз, когда стало понятно, что Армз пришёл к нему не за его головой, а по… делам. Торговец костями сам на него напал, облегчив задачу Тиины. Почему напал? Зачем? Не столь важно, если он и правда с каждым днём становился всё безумнее…
– Не моё дело? Не смей так со мной разговаривать, мизинец, – цедит эльф. – Ты и так одной ногой в могиле.
– Да-да, хороший мой, – морщится Тиина. – Я догадываюсь, что ты мне не только помощник, но и палач. Как видишь, я никуда не убегаю.
– Уверена? – Глаза эльфа становятся щёлками.
Ну вот, её подозревают. Тиина сдерживает порыв злости, сильнее сжимает складки платья, будто оно единственное, что защищает её. Платье… Какая глупость…
Как же она ненавидит эту Гильдию! Все эти уродливые морды! Каждый смазливый эльф из перстов отдаёт чем-то… женственным, что ли. А Тиина больше, чем женщин, ненавидит женственных мужчин, какими большинство эльфов и являются. Длинноволосые, тощие, длинноногие, любящие лёгкие доспехи, кинжалы и луки… А ведь она сама альв и тем самым предок всех эльфов.
Ненависть эта неудивительна, ведь Тиина и правда… воюет на два фронта. С одной стороны, она знает, что Гильдии убийц не может противостоять какой-то выскочка-мальчик, пусть и с могущественным артефактом, но с другой… а вдруг?..
Тот мальчик… благоухал мужчиной. Она хорошо разбирается в мужчинах, но такого встретила впервые. На его лице лишь недавно прорезалась щетина, а наивная розовость на щеках всегда раздражала её в… других мужчинах. Но не в этом. А глаза? Впервые Тиина увидела в глаза обычного человеческого юнца настоящего мужчину.
Она помогла себе – как могла. Лишилась проклятой печати, а значит, ненадолго свободна. Пока её не убьют или не наложат другую печать. Вот только не просто так к ней отправили Лаирасула. Он не только «помогает», но и следит.
Чтобы отвести подозрения, она помогла и ненавистной Гильдии убийц: рассказала, что у Армза необычный артефакт огромной ценности. Доказала, что прямое вмешательство, а уж тем более захват и пытка Армза, – огромный риск потерять Норану из-за неизвестных свойств его артефакта. Предложила более-менее безопасный план: завоевать доверие Армза и… вынудить его перенести Тиину туда, где находится девочка с чёрным эфиром. А там бы она уже решила вопрос…
Она помогла Армзу: отдала ему свой артефакт защиты от псионики, хотя сильно рисковала. Ведь это её личная и учётная вещь, выданная из запасов гильдии. Ещё вчера в руках Тиины был тот самый проклятый артефакт, когда она выносила орла на поверхность. Хотя… что уж… Тиина бы в любом случае не рискнула передавать его гильдии или даже сворачивать с маршрута, обговоренного с Армзом. Очевидно, что он не вручил бы ей такую ценность, если бы не был уверен, что сможет в любой момент выпутаться. Вряд ли там дело было только в доверии. Скорее, он проверял, можно ли ей доверять… Но всё равно. Она старалась ему помочь. Искренне верила, что он… надежда.
И сейчас она в шаге от провала.
В шестой раз в помещение заглядывает рекрут и качает опущенной головой. Лаирасул молча даёт ему знак встать в строй с остальными.
Армз, похоже, понял, что Тиина не до конца с ним откровенна. Он оставил её в момент опасности, когда их преследовали убийцы Совета.
Совет подозревает, что она ведёт двойную игру.
Наверное, Тиине надо было выбрать сторону, а не бегать за двумя зайцами.
Наверное…
Зря ей так понравился этот мальчик. В её-то возрасте… Представительнице самой древнейшей расы Варгона… Первый раз она поставила в игре с мужчиной такую высокую ставку. А потом начала сомневаться, что это игра… Что с ней вообще происходит?
Она под присмотром эльфа… Того, кто считается лишь её копией. Грязнокровки! Он смотрит на неё надменно и слегка улыбается. Предвкушает, как прольёт её кровь – кровь прародителей всех эльфов… Ничтожество.
Словно прочитав её мысли, Лаирасул резко встаёт. Двое его подчинённых, не перстов, в просто рекрутов гильдии, переглядываются. И Тиина, понимая, что сейчас произойдёт, обворожительно, но фальшиво улыбается:
– Всё?
– Всё, Ванрайс. Ничего личного. Ты наделала слишком много ошибок. Дорогих ошибок. Он не придёт. Это был твой последний шанс. Раз он оставил тебя в такой ситуации, то либо не доверяет, либо ты не представляешь для него никой ценности. Очень маловероятно, что он допустит тебя к цели. От имени Одного из Трёх я передаю тебе это.
Свёрнутый лист пергамента летит в лицо Тиине, но она не позволяет себя унизить, ловко ловит его одной рукой, разворачивает, ломая печать. Хотя уже и так знает, что там написано. Приговор. Они подготовили его заранее. Она уже давно обречена.
Пергамент осыпается пеплом. Никаких следов. Ведь Гильдии убийц не существует.
Одним движением Тиина рвёт на себе ткань, оголяя длинные идеальные ноги до кружевных трусиков. Платье слишком сковывало её движения.
И да, у неё нет шансов. Разница в ранге слишком велика.
– Знаешь, Ванрайс… – ухмыляется эльф. – Ты мне кое-что напомнила. Я давно задумывался об одном… скажем так, эксперименте. Ты же альвийка, верно? А я вот эльф, но намного старше тебя. Могу предположить, что ты в этом столетии ещё не рожала… Кровь альвов в тебе сильнее, чем в ком бы то ни было из нас. Так что… возможно, я оставлю тебя в живых на какое-то время. А если будешь послушной, это время может оказаться для тебя ещё и приятным.
Улыбка на лице Тиины не предвещает ему ничего хорошего.
– Ты всего лишь женоподобная тень былой силы альвов, эльфёнок. Сколько бы веков тебе ни было, ты навсегда останешься грязнокровкой. В глубине своей чёрной души ты это понимаешь, раз решился заделать дитя от чистокровной.
Щека Лаирасула едва заметно дёргается, но он не перебивает.
– А знаешь, что? Ты прав, – разводит руками Тиина. – Я выговорюсь, раз мне уже подписали приговор. Я вас всех терпеть не могу. Всю вашу никчёмную свору головорезов с пафосным названием. Я и правда позволила себе стать инструментом человека в надежде на то, что он мне поможет. Знай: я жалею, что не смогла поверить ему до конца! Это единственная моя ошибка! Уверена, сейчас бы я была далеко от твоего женоподобного личика. Других ошибок у меня не случилось. Ведь я с самого начала вертела вами и помогала ему и… это было прекрасно! Почти все персты – эльфы, а я, альвийка, доверилась человеку, а не своим родичам, сделавшим меня убийцей! И есть в этом… какая-то ирония. Прятаться от своих расовых подобий за спиной двадцатилетнего человека! Я наконец-то почувствовала себя настоящей альвийской женщиной. А теперь, эльфёнок, попробуй меня взять, не лишившись единственного доказательства того, что ты хоть немного, но мужчина.
Лаирасул терпеливо выслушивает её.
– Выговорилась? Молодец. Раз уж ты смогла меня немного уколоть, я тоже поделюсь одним ма-а-аленьким секретом. Твоя судьба давно была решена, хоть ты этого и не знала. Даже эльфийские Хранители Древа заинтересованы в том, чтобы не все альвы были истреблены. Именно они отдали тебя Совету Равновесия.
Тиина на миг теряется, но пренебрежительно фыркает:
– Эльфы недостойны альвов.
– Хватит с меня этой ерунды. Не будем терять времени. Извини, альвийка, ничего личного. Если разденешься сама, я попрошу рекрутов выйти. Если откажешься, они помогут избавить тебя от одежды. А может, и поучаствуют. Выбирай.
Эльф спокоен, а вот рекруты заметно оживляются. Один из них аж переминается с ноги на ногу.
– Ну попробуйте…
Тиина изгибается как королевская кобра, готовая биться с мангустом до последнего вздоха. Она широко раздвигает ноги – практически в шпагат, выставляя туловище вперёд – на врага. Её подбородок и грудь почти касаются пола… Почти. Лишь на носочках она держит равновесие. Атаковать из такой позы способны только обладатели альвийских ног.
– Если есть в этом мире демоны, ценящие ценность души… Взываю к вам!
Все присутствующие понимают, что это всего лишь слова. Пустые и бессмысленные. Из тех, что произносят в отчаянии. Слова слабого в надежде… на любую надежду. Тиина тоже это понимает. Но если умирать, то… нужно использовать всё.
Одна из последних альвов выплеснет на врага весь накопившийся за десятилетия яд, всю свою злобу, но не позволит сделать из представителя величайшего рода распутную девку.
– Взываю к вам, демоны! Забирайте всё!
Лёгкий порыв воздуха слегка колышет капюшоны рекрутов, стоящих в полумраке. Двое из них неопытные – они непроизвольно отступают, испугавшись предсмертного обращения к демонам. Третий стоит неподвижно, слегка склонив голову вбок.
– Забирайте всё, что есть! Я проклинаю весь эльфийский род! Пусть эти ничтожества познают последствия своих низостей!
Тиина срывается с места с невероятной скоростью, но этот бой предрешён заранее. Эльф лениво поднимает наэлектризованную руку. Нет ничего быстрее молнии – а все защитные артефакты от элементализма с Тиины сняли.
ВСПЫШКА! ТРЕСК!
Тиина лежит на боку и… сердце её останавливается.
Но не оттого, что разряд молнии превратил её в обугленный труп, нет…
За спиной Лаирасула стоит один из рекрутов, тот, который недавно отчитался, что Армз так и не вернулся за ней.
Он держит эльфа за запястье. Это он отвёл его руку в сторону – на другого рекрута, упавшего и содрогающегося в конвульсиях.
Его голова уже не опущена, а под высоким капюшоном проглядывается… не лицо. Что-то красное, что-то… ужасающее!
Его голос сквозит холодом:
– Контракт заключён. Я заберу всё.
Глава 1
В горле першит после хрюканий Кости в моём теле, но говорю я чётко:
– Контракт заключён. Я заберу всё.
Голос Кости в голове напевает незамысловатый ритм:
«Ляй-ляй-ляй… Это – игра, без сомнения… Обречённых ждёт поражение…»
Очень хочется скрутить эльфа и принести в жертву анклаву, но он слишком силён. С трудом удерживаю его запястье. Замешкаюсь хоть на секунду – и жертвой стану я, а не он…
На сей раз в пространстве возникает обычный болт, усиленный лишь на прочность. Впритык. В спину.
Чуть не сваливаюсь с ног от нарушений всех мыслимых законов физики. Эльфа же не пронизывает насквозь, как и ожидалось. Его отбрасывает в стену. Отчётливо слышу хруст десятка ломающихся костей. Вот об этом я и говорил: физическая защита кожного покрова не спасёт от внутренних повреждений.
Эльф что-то шкворчит напоследок и затихает.
«Разлив вино… Ляй-ляй… Шагнул в окно…»
«Костя, помолчи!»
«О, прошу простить, мастер.»
Медленно поворачиваю голову на последнего рекрута. Он вжался в угол, трясущимися руками держит меч, наставляя его на меня. И это представитель хвалёной Гильдии убийц? Вы гляньте на него, сейчас штаны намочит! А я уж переживал, нафантазировал себе…
– Смо… трящий?.. – с трудом выговаривает Тиина, разлёгшаяся на полу в очень… интересной позе. – Но почему?.. Где Армз?..
Интересно, почему это я Смотрящий, а не Армз? Она же видела, что я надевал его красную маску. А, понял. У меня ж голос охрип. Для таинственного Смотрящего – самое то. Ладно, так даже интереснее…
От слова «Смотрящий» рекрут втягивает шею в плечи, медленно сползает на пол, хватается за голову, что-то бормочет… Полное разочарование. Как бы крута ни была организация, она всё равно состоит из обычных людей… Или эльфов. Могут строить из себя машин-убийц, но на деле испытывают такой же страх, как и обычные работяги на поле перед стаей волков.
Так, стоп! Быстрым шагом подхожу к рекруту, хватаю его за руку:
– Разожми кулак.
Успеваю заметить металлический блик лезвия кинжала.
Рекрут же ничего не успевает… Болт со свистом нанизывает его на стену, да так, что по ней идут трещины. Мужик обмякает, капает густая венозная кровь. Разжимает кулак, и на пол падают остатки деревянного голубя. Гадство! Кое-что он таки успел: отправить сигнал бедствия.
Всего у меня в анклаве пять заряженных арбалетов. Дорогущие, сволочи! Перед приходом сюда я перезарядил их. Три обычных болта и два разрывных. Альдавир должен перезаряжать их. Кстати, помощник из него так себе. Во-первых, сухожилия так быстро не срастить даже магией исцеления. Я уж не говорю, что умудрился его хорошо потрепать ледяным болтом. Во-вторых, Альдавир – не Торн. Характер у него, честно говоря, скверный. Даже на просьбы перезаряжать арбалеты он ответил, что не является моим подчинённым и впредь не будет исполнять мелочные указания, не связанные с нашими договорённостями. А если я хочу быть его учеником, то должен относится к нему с должным уважением.
Не пожалеть бы о своём решении принять Альдавира в ряды Гильдии Злодеев… Он тот ещё фрукт.
Тиина тем временем встаёт, стараясь прикрыть обрывками подола кружевные трусики. Подходит к единственному окошку.
– Нас окружили… Судя по меткам – два перста и десяток рекрутов. Даже вам будет непросто, Смотрящий… Скажите, а… что с Армзом?
Не отвечаю, подхожу к переломанному эльфу. Без сознания, но дышит. Быстренько осматриваю карманы, подсумок. Какие-то отвары, свитки, несколько ножей, цепь с двумя кольцами… О, это же блокиратор магии! Только не грубый на запястья, какой был у Торна, а на указательные пальцы. Неудивительно, что такие есть у членов Гильдии убийц. Отлично. Просто замечательно!
Напяливаю блокиратор на эльфа и отправляю тушку в анклав.
«Пожри его, исчадье Бездны».
«Принято, мастер. О, да он больной… Извините, всего пятьдесят три года».
За спиной ёрзает Тиина:
– Этот артефакт… Армз?.. Это ты?!
Ну вот и конец конспирации. Рановато… Встаю, медленно разворачиваюсь и хриплю:
– Нет. Армз мёртв. Теперь это мой артефакт.
«Мастер, ну вот просто… зачем?»
«Хочу посмотреть на её реакцию».
Подхожу к окну, слегка выглядываю. Вижу едва различимые тёмные фигуры. Крадутся через груды мусора, некоторые не смущаются перебираться через канал со сточными водами вплавь. Если сейчас мы выскочим из единственного выхода, то сразу же словим фаерболы.
– Вот как… мёртв… – выговаривает Тиина.
Я оборачиваюсь и вижу, что она стоит с опущенной головой.
Ой, ну перестань, ты же крутая альвийка из Гильдии убийц! Что за нюни? Даже как-то неловко…
Но она поднимает на меня глаза, а на лице цветёт улыбка. Причём счастливая.
– Я почти поверила, красавчик.
«Разоблачение века… – тянет Костя. – И как она догадалась?!»
Хмыкаю, но сказать ничего не успеваю, со спины меня обхватывают женские ручки. Чувствую две приятные выпуклости.
– Спасибо… Спасибо…
– За что? – Я снова наблюдаю за тенями. Они приближаются. – Забыла, что мы заключили контракт? Ты мне должна ВСЁ.
– Ну, как сказать… – Тиина сильнее вжимает мне в спину упругие выпуклости. – Ты же в ответ должен проклясть весь эльфийский род.
– Верно, милая. А кто сказал, что я этого уже не сделал? Проклятия бывают долгоиграющими. Сначала расплата, а потом результат.
– Ясно… Хорошо, я подожду, но… обязательно когда-нибудь проверю. Ты хочешь… забрать у меня ВСЁ прямо сейчас? Я готова…
Признаю: смесь адреналина с возбуждением – очень бурный коктейль. А ещё аромат этого дорогого парфюма… Мысль о том, что Тиина полуголая… Какое-то мгновение я даже думаю, а не наброситься ли на неё прямо сейчас – и пусть всё будет как в фэнтезийном романе! Должен признать, пока что она бьёт рекорды соблазнительности всех дам моего «гарема».
Вот только жизнь – не роман.
«Костя, я уже знаю, что тебя невозможно заблокировать ни магией, ни артефактами. Будешь и дальше играть в эти игры?»
«Так-так-так… С чего это вы взя… А, ладно. Альдавир ещё не стал вас учить, но уже помешал развитию своей болтовнёй. Договорились. Считайте, что вы расплатились за этот бонус тем, что позволили поковыряться мизинцем в трахее эльфа».
«Помешал моему развитию, Костя? В отличие от тебя, он сказал мне правду о том, как работает анклав. Столько раз я из-за тебя чуть не сдох. Кожевник меня блокировал, Иона, Нуар…»
«Во-первых, мастер, вы ни разу не спрашивали меня про блокирование связи с анклавом. О причинах, почему так происходит. Сами пришли к выводу, что я обычный пространственный артефакт. Можно было просто спросить, но нет же. Так какие сейчас ко мне претензии? Во-вторых. Говорите, из-за меня вы чуть не погибли? Опять ошибаетесь. Я преподал вам урок здравомыслия. Бесплатный, между прочим. Запомните: рассчитывать можно только на себя. Если бы вы знали, что связь с катализатором невозможно заблокировать, то не усвоили бы этот урок. Не были бы осторожным и, скорее всего, погибли бы, слишком полагаясь на силу анклава и безнаказанность его использования. А так вам пришлось думать и хитрить. Выживать. Уверены, что сейчас, когда вы знаете, – это не сделает вас более зависимым от меня, а значит – более слабым? Когда я бы увидел, что вы готовы к этим знаниям, то сам бы предложил услугу за пару сотен лет жизни. Но вмешался Альдавир. Он сделал вас слабее. Запомните мои слова, мастер! Нет в Варгоне никого мудрее и скромнее меня».
На секунду теряюсь. Он прав. Во всём, кроме разве что скромности. Теперь я ещё больше запутался в его мотивах на мой счёт. Он мне мешает или помогает? Он просто развлекается – или всё это часть большого и запутанного плана? Одно я знаю точно. Я и Норана – самые ценные его хозяева за тысячи и тысячи лет. Но он в этом никогда не признается.
– Знаешь, – голос Тиины едва слышен, – а ведь ты и правда красивый, я не врала. И я имею в виду не только внешнюю красоту.
«Меня сейчас стошнит…» – мгновенно реагирует Костя.
Так. Мы можем перенестись в анклав, но куда девать катализатор? Выкинуть в окно незаметно не получится. Спрятать где-то здесь? Нельзя, найдут. Это тебе не обычные бандиты. Это убийцы и ищейки.
– Говоришь так, будто нам уже конец, – отвечаю Тиине.
– Они заблокировали твой артефакт, Армз…
А, ясно, Тиина не знает, что теперь это невозможно. Ну да ладно, всё равно мало что меняется. Может, залезть в анклав и отдать убийцам катализатор? Но они могут понять, как он работает… А Костя не блефовал, что катализатор можно запихать в какой-нибудь сундук под семью печатями или закинуть в расщелину скалы.
Времени осталось совсем мало. Враги медленно, но верно подбираются. Ещё минута, может, две… И вряд ли в окно полетят огненные шары. Убийцы всегда действуют тихо, считаясь с последствиями, и сперва должны понять, что произошло. Скорее всего, попробуют схватить нас.
Снимаю маску, разворачиваюсь, ласково кладу ладони на щёки Тиины, смотрю в глаза:
– Тебе задание. Отправляйся уговаривать Альдавира мне помочь. Скажи, что с меня большой должок, а если я погибну, то он не сможет больше изучать анклав.
Мысленно даю разрешение Тиине и Альдавиру покидать анклав самостоятельно.
– Альдавир?.. Анклав?.. – Она быстро моргает слегка повлажневшими глазами.
– Увидишь…
– Ах, мой герой… – поджимает губы Тиина.
Звучит одновременно иронично и грустно. Хмыкаю:
– Сомневаюсь.
– Я помогу.
– Ты поможешь намного больше, если уговоришь Альдавира. Он чертовски силён. Ну, ты же хотела к своей «цели»? Вот и вперёд, к Норане. Но… – Я прищуриваюсь. – На этот раз не подведи.
Хоть я говорю спокойно и уверенно, но сердце до боли в груди бьёт по рёбрам. Эмоции зашкаливают, адреналин закипает. Наверное, так чувствует себя крыса, зажатая в углу сворой собак. Нет, я не собираюсь умирать, в крайнем случае перенесусь, но… Как ни посмотри, засада со всех сторон. Либо рискнуть жизнью и выбраться из заварушки, либо спрятаться и, скорее всего, навсегда остаться в анклаве – до голодной смерти.
Подумав немного, я пожимаю плечами и поддаюсь напоследок юношескому тестостерону: впиваюсь в губы Тиины. Она широко раскрывает глаза, но сразу же обмякает в моих руках. Чувствую её вкус, запах и…
…не затягиваю со всякой ерундой, отправляю красотку в анклав. Интересно, какая у неё история?.. Судя по тому, что я слышал, – весьма непростая и запутанная. Верю ли я ей? Скорее всего, да. Нет более искренних слов, чем произнесённые в преддверии смерти. А я слышал то, что сказала Тиина перед своей неслучившейся смертью.
«Буэ-э-э-э…»
«Заткнись, Костя. Мне всего три десятка лет. Даже нет, всего-то девятнадцать!»
«А, понимаю. Романтики захотелось?»
Я хлопаю по металлическим прокладкам доспеха с защитой от элементализма под мантией рекрута, проверяю «поршень» от псионики, надеваю перстень принца. На эмоциях выбрасываю дурацкий браслет на физзащиту. Он несовместим с кольцом, да и бесполезная хрень от кабанов стала слишком низкого уровня. Подумав немного, вызываю из анклава настойку с зельем Изнеможения. Выпиваю. Оно, конечно, не совсем так работает, а для боя годится, только если ты отправляешься в один конец… Но, по сути, дела у меня обстоят именно так. Какая уже разница, где падать в обморок от усталости, выиграю я или проиграю.
Напоследок выглядываю из окна, стараюсь запомнить местоположение хотя бы тех вражин, каких видно…
Возвращаюсь к проходу.
Держу маску в левой руке, катализатор в правой. Так надо. Костя ещё не победил в пари… Ещё нет…
Вдыхаю-выдыхаю…
Конечно, мать твою! Захотелось простой, на хрен, романтики! Можно, а?!
С ноги вышибаю дверь.
Притаившийся за дверью рекрут, которого отправили на разведку как пушечное мясо, улетает вместе с этой дверью со смачным мясным звуком.
Вскидываю руку, отправляю взрывной болт туда, где теней показалось больше всего.
ВЗРЫВ!!!
Да такой силы, что свод начинает рушиться. Огромные глыбы падают на головы убийц, а мелкие осколки камней и мусора со свистом разлетаются во все стороны, создавая пылевую завесу в тесных канализационных лабиринтах. К этому хаосу добавляются вонючие сточные воды, хлынувшие из повреждённого канала.
Пора! У меня всего пять-десять секунд!
«Значит, говоришь, никогда не проигрываешь, да, Костя?»
Ору что есть сил, разрывая и без того больную глотку:
– Пали бароны! Пали Смотрящие! Падут и убийцы!!! Имя мне – Армз!!! Дело моё – порядок!!! Звание мне – КОЛЛЕКЦИОНЕР!!!
Плевать на слова! Главное, что их услышат! Чем громче и безумнее, тем лучше! Иногда что-то изменить невозможно. Нужно уничтожить и создать заново! Главное – выиграть это чёртово пари! Нет, Костя, ты меня не обманешь! Я знаю, что в твоих шифровках нечто очень важное для тебя… Ты пытаешься это скрыть, но я заметил. Это не я пустил тебя в своё тело – это ты пустил меня в свой разум!
Вот теперь я надеваю маску.
ВОЙ!!!
Вой эхом расходится во все стороны, оповещая подземных обитателей о том, какая коллекция сегодня будет собрана. Хорошо, что убийцы увели Тиину подальше от людных мест. У нормальных людей, если тут такие имеются, есть шанс спастись. Надеюсь… Но в целом в канализациях находятся лишь те, кто печётся о своих делах в подпольном мире. Те, кто прячется от властей. Те, кто промышляет воровством, рэкетом и зарабатывает на этом. Будем реалистами. Никто из тех, кто хочет жить честной и порядочной жизнью, не придёт сюда. Они знают, что тут смерть на каждом шагу.
Я подготовился.
Я потратил двадцать три года из запаса жизненных сил, чтобы забрать каждый труп, который оставил за собой Смотрящий, когда мы пробивались к купальне баронов.
Перед тем, как идти за Тииной, я замедлил время в анклаве и хорошо потрудился в некромантских делах под довольный хохот Кости и безразличный взгляд Альдавира.
Из ста тридцати семи трупов остались ровно тридцать самых сильных и выносливых. Тех, кто при жизни имел ступень мастерства. Остальные сто семь зомби я умертвил, создавая выплески и усиливая свою мёртвую гвардию. Количество зомби я уменьшил ради качества.
«Мастер, я в такие моменты зловеще смеялся, – подсказывает Костя. – Для понижения морали, так сказать».
Отказываюсь от этого предложения. Безумия должно быть в меру. Вместо смеха, на этот раз мысленно и по больше привычке, произношу: «Врата Жизни. Открыть…»
Вовремя. Лишь благодаря усиленным рефлексам уворачиваюсь от чего-то похожего на… бомбу?! Спрыгнуть с лестничного спуска на каменный пол.
Взрыв! Ударной волной меня чуть не сшибает с ног. Нет, нельзя показывать слабину! Нельзя!
ВОЙ!!!
Куда-то в сторону отлетает башка одного из самых сильных мёртвых гвардейцев. Так быстро?!
ВСПЫШКА! РАЗРЯД! ПОРЫВЫ ВЕТРА!!!
Теперь уже я попадаю в хаос и не понимаю, что происходит. Мельком различаю тени, шныряющие то туда то сюда со скоростью звука. Выстреливаю в одного простым болтом, но мажу! Чёрт, я теряю преимущество и эффект неожиданности! Они круче, чем я думал!
Судя по звуку и тому, как стало светло, нескольких зомби поджарили…
Разряд молнии бьёт ещё по одному, но мёртвому плевать на молнии – и вот один рекрут становится закуской.
Мимо пролетает обиженно трепыхающаяся рука очередного утропия…
Дрянь! Что ж, самое время использовать козырь…
Тикаем!
Сразу три тени материализуются передо мной, перекрывая пути отступления. Один тяжело дышит, другой – судя по всему, перст – ранен. На нём специфическая мантия – отличается от рекрутских.
Так-с.
«Мастер, плюньте им в лицо!»
Не обращаю внимания. Да и слышу Костю уже плохо – из-за стука сердца, отдающегося в висках.
– Убить, – сквозь зубы приказывает перст. Эльф.
Костя почти с грустью вздыхает:
«Это была хорошая попытка, мастер. Вас точно запомнят.»
Что ж… Ну, удача когда-нибудь должна была закончится. Жаль, что Тиина не смогла уговорить Альдавира. Видимо, он и правда мне не помощник и знает разницу между понятиями «жизнь» и «смысл жизни».
Осталось только одно: не запороть такой момент. Очень уж хочется… остаться в истории этого мира.
Снимаю маску, язвительно улыбаюсь своим палачам, и… Слышу его:
– Врата Прозрения! ОТКРЫТЬ!!!
Шестые врата?! Кто?! Нуар?! Как?! Почему?!
Настоящая машина убийства вваливается в хаос, придавая ему привкус отчаяния. Двухметровый воин в полных латах, начищенных до зеркального блеска. Я различаю лишь два ярких огонька в щели закрытого шлема.
Перст ещё не понимает, что он уже мёртв. Успевает лишь развернуться в сторону рёва, но воин проорал уже после того, как его меч прошёл сквозь хлюпкую физическую защиту убийцы. Тело перста расходится на две половинки. В глазах его вселенское удивление.
– Юху-у-у-у-у!!!
На плечи одного из рекрутов передо мной как обезьянка запрыгивает… беловолосая девушка в обтягивающих кожаных доспехах. Она обхватывает его шею ногами, резко выгибается назад и с хрустом ломает позвонки. Грациозно планирует рядом, поправляет вспотевшую чёлку.
Третий рекрут даёт деру, но попадается утропию и падает вместе с ним в сточные воды.
Иона растягивает на губах улыбку:
– Ну что уставился, Римус? Думал мы, как болванчики, без дела будем сидеть?
Медленно перевожу взгляд на огромного воина.
Он неспешно встаёт с одного колена, выпрямляется, поворачивается ко мне.
Бам!
Латная перчатка выбивает искры на груди… моего неофициального личного гвардейца.
Честь отдана.
Члены Гильдии Злодеев явились на защиту своего господина.
Ради золота? Ради чести? Ради чего-то большего?
Но это неважно.
Враги наступают. Их ещё много. И они сильны…
Глава 2
Торн и Иона встают передо мной, заслоняя от любых угроз. Гора железа и силы вместе с грацией и ловкостью пантеры.
– Доложите обстановку, господин Римус!
Голос у Торна осипший.
Ещё бы. Этот глупец, похоже, решил пойти по моему пути становления мастером воинских искусств. Очень жёсткому и рискованному пути. Вот только у него нет тех преимуществ анклава, что есть у меня. А ещё переход со второй ступени на третью – это цветочки, в сравнении с переходом с пятой на шестую. Даже представить тяжело, через что ему пришлось пройти при испытаниях травами. А самое главное… когда только успел? Втихую от меня тренировался? Пока я думал, что он лафу гоняет и молча подчиняется приказу ни во что не вмешиваться? Опять я недооценил этого могучего воина.
– Что ты наделал… – цежу сквозь зубы.
– Что сделал, того не воротишь, господин. Кто враг? Сколько их?
Что-то взрывается, светится, сверху продолжают падать булыжники. Оу! Похоже, я пробил потолок канализации и теперь с поверхности проникает лунный свет. Пыли становится ещё больше. Я еле различаю спины своих верных боевых товарищей.
– Гильдия убийц. Нашли меня, пока я разбирался с вопросом верности Тиины.
Иона громко и нервозно хмыкает, ловко уворачиваясь от очередного камня.
– А я говорила, что она нам проблем наделает, Римус… Ну и где эта сучка? Почему не помогает?
Торн, не оборачиваясь, повторяет:
– Число врагов?
– Десятка два. Двое из них сильные, но одного ты уже уложил. Второй где-то тут…
Судя по очередному короткому вою, этот второй зря времени не теряет и успешно укокошивает утропиев. Ну ничего. Каждый выплеск делает оставшихся ещё сильнее. А убийцы особо не церемонятся: им не до того, что при уничтожении у зомби повреждаются мозги, что и провоцирует выплеск.
Продолжаю:
– Держитесь подальше от утропиев. Для них вы такое же мясо, как и убийцы.
Где-то впереди слышу крики на неизвестном языке.
– Похоже, враги разделяются на две группы, – поясняет Торн. – Одна отвлекает на себя утропиев, другая…
– Идёт за нами, – киваю я.
Пока не буду спрашивать, как Торн это понял. Не до того.
Рискнуть? В таком хаосе убийцы, может, и не заметят, как я пульну вон в ту кучу катализатор…
Решено. Пока есть возможность. Беспардонно отправляю свою братию в анклав, сую катализатор в антиаурный подсумок и со всей дури закидываю его в самый дальний угол, одновременно отправляясь в анклав.
Свет…
…
Тьма!
* * *
А ведь тут ускоренное время… Значит, Тиина довольно давно уговаривает Альдавира. И да, безуспешно.
– Альвийка, повторяю: я устал и хочу только отдохнуть и подумать. – Тут он замечает меня. – А вот и мой непутёвый… ученик.
– Ну а это еще кто такой? – бубнит Иона.
– Хм… – соглашается Торн.
Не реагирую. Слышу голос Кости, сквозящий ехидством:
– Маа-а-стер, с вас неделя жизни за предупреждение о том, что ваши дешёвые махинации заметили и сейчас со всех ног несутся к месту, куда вы закинули катализатор. О, у одного в руках что-то похожее на ларец… Кстати, я знаю, что это! Не рекомендую, чтобы катализатор оказался в этой штуке.
– Дрянь!
Тьма…
…
Свет!
В один миг возвращаюсь обратно в хаос. Рядом тут же материализуются Торн и Иона.
«Ах, да, мастер, я почти забыл вас предупредить. Не рассчитывайте, что я всегда буду вашей спасительной пилюлей. Это обходится мне слишком дорого, а у вас пока нет того, что вы можете за это предложить. Вы же не забыли, что я вам не друг и не союзник?»
Больно надо. Говнюк!..
Иона надрывает горло:
– Врата Жизни! Открыть!!!
Ухмыляюсь: и Иона туда же… Зря я отдал её Торну на воспитание. Думал, он благоразумнее меня.
Сразу пять тёмных фигур устремляются на нас. Они быстры, ловки, сильны. У одного из прорезей капюшона торчат длинные уши. По-любому перст. Ещё и эфиром светится, как бенгальский огонь…
– Я пойду первым, – бросает Торн и срывается с места так, что трясётся пол, а порыв ветра ерошит наши волосы.
Мой гвардеец врезается в одного из рекрутов, машет мечом, превращая его в кровавый фарш. Ещё миг – и от второго рекрута тоже останется лишь кровавая лужа, но…
Дзиньк!
Эльф перехватывает лезвие меча Торна… голыми руками. Нет… не руками. Лезвие замирает в сантиметре от его ладони. Ментализм?! Чёртов телекинез…
– Я вторая! Йху-ху-ху, говножоры!!!
Иона медленнее Торна, но… грациознее. Она пытается напасть на перста, но он направляет на неё свободную руку.
Фр-р-р! Плюх!
Белобрысая со свистом улетает куда-то в клубы пыли. Судя по всплеску, упала в сточные воды – подальше от хаоса, отлично.
Дрянь! Ден! Не стой столбом!
Первый раз я в таком месиве. Первый раз испытываю настолько первобытные ощущения. Никогда в жизни не участвовал в такой мясорубке! Всегда всё продумывал, всегда хитрил. Старался зайти со спины, понимая разницу в силе. Но этот мир суров. Суровее, чем я думал.
Пока я разбираюсь с другими убийцами и зомби, перст направляет волну телекинеза на Торна. Судя по тому, как разлетается вокруг мусор, сила там такая, что способна отправить в полёт стадо быков. Торн вонзает меч в каменный пол, крепко держится.
Когда-нибудь это должно было произойти, Дэн.
Сегодня твой день.
День посвящения. День, когда тебя выдернули из тени, заставляя сцепиться с превосходящими силами.
Что делать? Метнуться к Торну? Геройски! Круто! Но бессмысленно. Сейчас я буду только мешать, а он отвлечётся на мою защиту. Вон Иона попробовала, а мы с ней примерно одного уровня.
Чувствую, как медленно наваливается усталость. Не столько телесная, сколько…
Не тупи, Дэн! Думай! Ты – глава Гильдии Злодеев! Ты должен быть сильнейшим! Умнейшим! Так надо!
Судя по утихающему вою, вторая группа убийц тоже хорошо справляется со своей задачей. Всплески эфира в пространстве всё реже и реже. Хм, я что – их чувствую? Странно, только сейчас это заметил…
Целюсь в рекрута, подбирающегося к Торну со спины. Есть! Арбалетный болт оставляет в его груди большую дыру. А перст тем временем метает глыбы размером с автомобиль. Какие-то Торн отбивает, от каких-то уворачивается. Если бы не зачарованные доспехи, то ему было бы… тяжело.
– Тени-и…
Голос заставляет меня содрогнуться даже в такой ситуации. Неподалёку ковыляет… ОНО. То, что недавно было эльфом, а теперь стало утропием. Именно на него Смотрящий потратил целых тридцать секунд, прежде чем смог убить. Эльф стоически терпел каждый удар, каждую рану. Бился как зверь. И помер со словами: «Я ухожу к корням…» А Смотрящий несколько секунд смотрел на него, будто отдавая последнюю дань уважения.
Этот эльф был правой рукой барона Сируэля.
Он ещё не стал разлагаться, но белейшее лицо как бы намекает… Одет в зачарованную броню наподобие моей, и я не стал его раздевать. Лучше зомби только зомби в броне. Нетипичные для эльфа чёрные волосы. Опущенная голова, безжизненно свисающие руки… Ковыляет лениво, будто устал. Будто прошёл уже тысячи километров, но всё ещё нужно идти…
И что самое противное, ковыляет он к Торну и персту. И Торн… ближе на его пути.
– Запутался… – бормочет зомби по дороге. – Надо… Белого ворона… Парящего… слишком высоко…
Ловлю себя на странной мысли, что мне даже… жалко этого эльфа.
Так, хватит!
Дрянь, зомби разговаривает! Он пытается мыслить, а это значит… Демонический уровень – утропий, что при жизни были чертовски силён. А ведь его ещё и усилили сотни всплесков.
Меня он не замечает. Я невидим для зомби. Ору:
– А ну стоять, гадёныш! Жри эльфа! Эльфа! Ты понял?!
Разумеется, не понял. И уж тем более меня не послушается.
Вызываю меч Галленов, размахиваюсь и…
Дзиньк! Будто по камню бью.
«Мастер, не получится. Он становится личем. Между прочим, сносный экземпляр. О, и боюсь, что ваша невидимость скоро перестанет на него работать. Рекомендую пересмотреть список тех, кого вам следует сегодня опасаться».
Противный металлический звук бьёт по ушам. К ногам бывшего эльфа падает половина клинка меча Торна. Паскуда! Плохи дела!
Зомби останавливается, замечает обрубок, поднимает голову на Торна. А в полумёртвых глазах вспыхивают хищные огоньки.
– Я! Сказал! Стоять!!!
Эмоции! Адреналин! Инстинкты!
Руки покрываются чёрным эфиром, формируя… тупую и бесполезную зелёненькую зубочистку, которую я со всей дури вгоняю в лича.
Боль расходится по всему телу под радостный смех Кости. Я падаю и, похоже, ору во всю глотку. Что происходит?! Почему так больно?! Откуда? Как?!
«Разве вы забыли, мастер? Я говорил, что это плетение влияет на ШЕСТЬ чувств. Не ПЯТЬ, как у обычных смертных! Я никогда не говорил, что оно предназначено для живых. Теперь же почувствуйте цену свой некомпетентности! Почувствуйте всё, что этот эльф испытал перед смертью и не успел испытать при жизни! О да! Поэтому некроманты и сходят с ума, мастер! Поэтому их ненавидят, отожествляя со злом! ДА! ДА! ДА! Наслаждайтесь ценой самой весёлой силы во вселенной! Силы жизни и смерти! Му-ха-ха-ха!»
В глазах туман. Не соображаю, где низ, а где верх. Слова Кости не имеют никакого смысла. Точнее, я их не понимаю.
Когда становится чуточку лучше, осознаю, что лежу на спине. Сил нет даже пошевелиться.
Инстинкты заставляют повернуть голову в сторону Торна, лежащего так же, как я, – на спине. Победивший перст стоит над ним с ядовитой ухмылкой и…
Проворачивает рапиру в груди Торна.
Нет!
«Мастер… Все знают, что у некромантии… специфическая цена».
Ден умирает.
На его месте возрождается кто-то другой.
– Убить, – тихо произношу я. – Убить всех.
Вой лича настолько ужасающий, громкий и одновременно грустный, что этого не выдерживает и без того полуразрушенный свод городских канализаций.
В нарастающем хаосе различаю крик Ионы.
«Отлично, мастер! Отлично! А я говорил, что у вас чёрная душа…»
Глава 3
Теперь я понимаю, почему практически не могу шевелиться. Чёрный эфир… Он не то, чем казался изначально. Это не совсем магия.
Это – связующее звено между живыми и мёртвыми. Между Костей и… мертвыми.
Утропии видели меня. Видели – но считали своим, потому и не трогали.
«Хотите немного пафосного откровения, мастер? – хмыкает Костя. – Все мёртвые в Варгоне – мои маленькие детишки. Они – случайные последствия некоторых действий из моего прошлого. Знаете, когда утропии стали появляться, м? Когда исчез я. То, что вселяет в них жизнь, когда-то было частью меня. Умерев, они впитывают в себя то, что от меня осталось в этом мире. Это и заставляет их гнилые конечности шевелиться. Пока в мире умирают, анклав существует. Сотни лет, тысячи, миллионы. Раса сменится расой, война войной, катаклизм катаклизмом… а анклав останется. Так было всегда и так будет, пока Варгон не пойдёт трещинами и не распылится в бесконечном космосе. Поэтому-то тёмный эфир утропиев для меня намного ценнее, чем чужая жизненная сила. Потому что она моя. Вы с малявкой – редчайшие экземпляры, способные его собирать. А знаете, почему вы ещё редчайшие, а? Потому что вы – живые. Не мёртвые, как они. К счастью или нет, но быть живым среди мёртвых – особая привилегия в их иерархии. Пользуйтесь. М-да, долго же до вас доходит… Зубочистка. Каков наглец!»
Что?.. Костя опять философствует, а я так и не могу справиться с дезориентацией.
Что-то не так. В глазах рябит. Я то чувствую свои ноги, то не чувствую их… И так со всем телом.
«Вы с Нораной – аномалии, мастер. Ошибки. Вселенная считает вас трупами, но вы живы. Странно, да? Может, поэтому вы никак не сдохнете? Кстати, это интересная мысль, пойду её подумаю».
А я наконец понимаю, почему теряюсь в пространстве. Потому что никак не могу осознать, что больше не управляю собой. Я стал… мёртвым. Тем, кем и должен был стать в тот день, когда помер Римус Галлен, а в его тело… попал я.
Открываю глаза.
В данный момент я не Римус. Я – лич, бывший барон-эльф без члена. Точнее – его мёртвая правая рука. Странная зубочистка…
Я совершенно ничего не чувствую, кроме того, что с каждой секундой думать становится всё тяжелее и тяжелее. Не ощущаю ни рук, ни ног, ни лица. Но зато могу ими управлять. Точнее, не так… я могу отдавать команды трупу, находясь в его сознании. Что-то вроде того.
В жилах давно застыла кровь, а звуки сердца не отдаются привычно в висках…
ВШИХ-Х-Х!!!
Сразу несколько костей ломаются в ногах лича, но чёрный эфир мгновенно ставит их на место. Ещё до того, как я понимаю, что моё перемещение в сознание лича больше похоже на телепортацию. Настолько я быстр.
Мёртвой рукой держу за волосы оторванную голову перста. Он моргает, не понимая, что происходит. Рывок второй рукой – и я хватаю за горло утропия, намеревающегося юркнуть мимо меня и сожрать Торна. Приподнимаю его и лёгким движением пальцев ломаю шею. Он всё равно жив, если можно так сказать о зомби, но вот шевелиться больше не в состоянии. Отбрасываю тощую тварь в сторону как пушинку. Следом за ним швыряю и голову перста.
Тело перста пошатывается и падает на Торна, но я успеваю «телепортироваться» и с ноги отправляю его в полёт.
«Советую подумать над тем, мастер, как долго вам дозволено заимствовать силу у самой смерти. Особенно физическую. Личи, знаете ли, предпочитают плетения», – игриво сообщает Костя.
Рапира торчит в груди Торна…
Не в груди! Он подставил руку!
Удар!
Торн ногой отбрасывает меня-лича в сторону. Да с такой силой, что все рёбра ломаются разом, а я отлетаю на несколько метров. Но это не сильно мешает. Я легко поднимаюсь на ноги, хоть и оставил нехилую борозду в кровавой луже на полу.
Торн тоже вскакивает, а я разворачиваюсь и в два прыжка ныряю в пылевое облако. Туда, откуда доносился крик Ионы. Глазами я вижу плохо, но… чувствую всё живое и мёртвое, что находится вокруг. Даже тех, кто очень далеко…
Быстро нахожу её в канаве. Окружена тремя утропиями, стоит по колено в воде, поэтому все движения сильно ограничены. Иону теснят, и единственное, что у неё пока получается, – не умереть.
Я успеваю очень вовремя. Мой мёртвый коллега замахивается на Иону. Она вскрикивает.
Между ними материализуюсь я – спиной к ней и лицом к зомби. Удар, молниеносный и сильный, пробивает меня насквозь, как копьё. Рука утропия торчит между лопатками и машет Ионе.
Оу, такое со мной впервые…
Хватаю руку гада в районе подмышки, вырываю с корнем, отпихиваю его ногой. Вытаскиваю из себя своё новое оружие и со всей дури бью им второго утропия, с хрустом ломая ему всё, что ломается. Третий пытается меня обойти, чтобы сцапать Иону, но я проделываю с ним то же самое, что только что проделали со мной: нанизываю на руку, как на шампур. Приподнимаю над головой и почему-то… злобно на него шиплю.
Тут же чувствую приближение чего-то тёплого за спиной, отклоняю голову. Кинжал Ионы проходит в сантиметре от уха.
Вместе с брыкающимся зомби отскакиваю в сторону, отбрасываю его метров на двадцать в сторону. Так, говорить вроде могу…
– Посланник Первозданного отправил меня на помощь.
Удивительно, но говорю вполне человеческим голосом. Только немножко с хрипотцой.
В глазах Ионы ужас и благоговение одновременно. Но я не успеваю насладиться этой картиной.
Что-то не так…
Ощущение, что если ещё секунду я пробуду в этом трупе, то…
Усилием воли заставляю себя вернуться в Римуса. До того, как произойдёт нечто… неисправимое.
И оно происходит: лич рассыпается на составляющие, не выдержав такой нагрузки на своё и без того дохлое тело.
* * *
– Римус? Римус?! Господин!
Открываю глаза. Лежу на полу. Холодно, мокро, вонюче… Тихо…
Перед глазами маячит лицо Торна в открытом шлеме. С трудом сажусь.
– Где мы?
– В каком-то сарае, Римус. Мы… справились. Смогли.
Иона смотрит на меня очень странным взглядом. Наверное, так смотрят фанатки на своих кумиров. Или даже нет… Так смотрят монашки на физическое воплощение чуда.
Посланник Первозданного, блин… Никак ты не уймёшься, Ден. О, Ден, ты жив?!
– Римус, – щерится Торн. – Там был… утропий. Он нам помог. Вы ничего про это не знаете?
– Утропий? Помог? Странно! – Делаю лицо как можно более удивлённым. – Кстати, где моя маска? А, вот же она.
Перед тем как надеть её, едва заметно подмигиваю Ионе.
Так, ладно. Встаю, пошатываясь.
Нельзя отдыхать, иначе побочка зелья Изнеможения начнёт действовать раньше. Ещё нужно кое-что сделать. Кстати, Торн вполне себе жив и здоров. Всего-то рука разворочена. Приложить спирта, и вуаля – через месяцок заживёт. Маа-а-агия.
Не буду торопиться с рассказом о том, что я и правда некромант. Если с Ионой я, так сказать, надавил на чувствительное, то с Торном это не прокатит.
Своих обманываю. Какой же я злодей, хе-хе.
Настроение заметно повышается.
– Вкратце, что произошло и почему я ничего не помню? И вообще, мы тут точно в безопасности?
Я вернулся в своё тело, но явно с запозданием. Закончился бой, а меня перенесли в какой-то сарай. Что за… чертовщина? Почему я ничего не помню? Что произошло?
И Торн рассказывает. После смерти перста утропии ненадолго перевесили чашу преимущества и проредили убийц. Но в конце концов живые справились и перебили дохлых, мешавших им сбежать. Только не знали, что из «кустов» за ними наблюдают Торн и Иона, выжидающие, когда враги перебьют друг друга. В общем, они не отпустили уставших и израненных победителей. Хотели парочку взять живыми, так как все знают, что я люблю пленников, но не получилось. У убийц, похоже, кредо не сдаваться.
Чпо-о-о-ок!
В сторонке материализуется Альдавир, и Торн резко встаёт. Останавливаю его жестом:
– Он свой. Вроде бы.
– Хм…
– Вовремя ты. Не спешил?
Альдавир игнорирует вопрос.
– У меня остались незаконченные дела. Я пришёл их решить.
Переглядываюсь с Торном.
Альдавир же поднимает руку. Сначала не понимаю зачем, а потом… Понимаю.
Всё это время мы в маленьком сарайчике были ни одни. По углам оживают тени. Да что тебя! Достали эти тени!
Выходят те самые двое в масках, которые следят за порядком в подполье. Именно они тогда пришли разбираться с тем, что я сделал в таверне с бандой гоблина.
– Что тут происходит, Смотрящий?.. И почему вы не в маске?.. – с поклоном спрашивает Альдавира один из них. – Всё выходит из-под контроля. Бароны мертвы, и мелкие банды сцепились за власть, игнорируя правила. Горы трупов и утропиев. Мы не успеваем всё разгрести. Если так пойдёт и дальше, то…
– Я больше не Смотрящий. Передайте эйру Сигмунду, что я снимаю с себя все обязанности.
Выражения лиц под масками не видно, но, судя по паузе, они крайне удивлены словам начальника. Особенно тому, что он прямо и при посторонних сказал, кто тут всем заправляет.
Сигмунд, значит… Тот придурок, что домогался Ионы на балу у отца. У него ещё сынок похож на гибрид пивной бочки и кабана. Помню-помню. Он же «мэр» в столице людей. Вот, значит, кто тут самый главный.
– Но… Вы должны выбрать замену. Эйр не поймёт. Ситуация беспрецедентная, возможно, произойдёт… – Маска замолкает.
– Зачистка?
– Смотрящий!..
Альдавир, прихрамывая, подходит ко мне, наклоняется и шепчет:
– Ты и правда думаешь, что сможешь выиграть это пари? То, что ты сделал, – лишь первый шаг. Проявление силы. Второй шаг – проявление мудрости. Справишься?
Я знаю, как нужно ответить.
– Да.
– Хорошо. Тогда следуем первоначальному плану. Не забудь, что ты обещал поделиться знаниями о шифре Джыра.
«Опять против меня объединились, – показательно вздыхает Костя. – Ну что за люди! Кстати, мастер, вы знали, что этот засранец может видеть за пределами анклава? Даже сейчас, без контракта. Не так далеко, как я, но всё же. Научил его когда-то за пятьсот лет жизненных сил. Да-да, у него расценки были повыше, чем у вас».
Альдавир кивает и выпрямляется. Как он вообще двигается с подрубленными сухожилиями?!
– Я выбрал, – спокойно обращается он к маскам и указывает на меня. – Вот моя замена.
– Что?! – возмущаются те практически хором. – Но так нельзя! На смену Смотрящему можем прийти только мы. Вы знаете правила…
Альдавиру достаточно чуть склонить набок голову, как обе «тени» ссутуливаются, сжимаются.
– Эти правила придумал я, – спокойно говорит Альдавир. – Я же их и изменяю. И я ещё не договорил. Больше не перебивайте. Первое. Соберите совет масок. Объявите дельца Армза новым См… хотя нет… Коллекционером, верно же, Армз?
– Верно.
– Одно название сменяется другим. Иногда это и к лучшему. Коллекционер Армз возьмёт на себя обязанности Смотрящего, которые будете выполнять вы. Армз, придётся отдать им маску.
ЧТО?!!
Альдавир едва заметно хмыкает на мое выражение лица:
– Или ты хочешь сидеть здесь и следить за порядком? Подполье нельзя оставлять в таком виде. Многие порядки нарушатся, в том числе и на поверхности. Это вызовет далеко идущие последствия, которые нужно предотвратить прямо сейчас. Иначе пари не выиграть – потому что нельзя быть авторитетом беспорядка. Твоё лицо видели намного больше глаз, чем ты думаешь, Армз. Многие слышали, как ты выкрикиваешь грозные лозунги. Теперь любой, кто наденет красную маску, превратится в дельца Армза и Коллекционера. Таким образом твоя личность станет самой авторитетной в подпольном мире Мидлберга. Не правда ли, Джыр?
«Не плафта ли, Пфыр…» – передразнивает Костя.
– Ладно-ладно, я понял, – киваю я и под удивлёнными взглядами иду к выходу. – Отдам после того, как выжму это место досуха. Торн, Иона, за мной!
Кстати, у того перста я заметил очень крутой доспех… А у второго целый ворох всяких артефактов типа колец и браслетов. Я уж не говорю о том, что у каждого убийцы были подсумки и какие-то мешочки, привязанные к поясу. Эти парни по-любому богаче тех бандитов, из которых я сделал утропиев! А там я тоже все вещи наспех покидал в одну кучку, получившуюся немаленькой… Вот будет весел�