Одержимый

Глава 1

Вадим

– Ставлю на кон свою тачку, ты организовал корпоратив, лишь бы на дочку Тихонова поглазеть, – раздался со спины насмешливый голос Арсения. – Вадим, как человек с незаконченным, но медицинским образованием и на правах друга ответственно заявляю, завязывай. Твоя одержимость этой девушкой сильно смахивает на болячку в голове. Лечить нужно. Причём не пилюлями, а, похоже, уже током.

– Отвали, – не сводя взгляд с Александры, прорычал я. – Тоже мне доктор нашёлся. Тебя за три месяца в медвузе поди даже клизму ставить и то не научили.

Арс, поравнявшись со мной плечом к плечу, вдруг стал серьёзным.

– Вадим, ну в самом деле, какого ты в девочку вгрызся? Ну, отшила она тебя. Бывает. И, оказывается, даже с тобой. Других баб, что ли, мало? Отвяжись от неё, а?

– А ты чего так за Александру переживаешь? – схватив друга за ворот рубашки и развернув к себе, оскалился я. – Сам заинтересовался?

– Вадим, ты чего?! – опешил Арсений. – И близко нет, мне просто девочку жалко. Видно же, хорошая домашняя и не испорченная. Ну не любовь же у тебя к ней, так обострённый спортивный интерес.

– А с чего ты сразу решил, что не любовь? – разжав пальцы, оттолкнул я Арсения на прежнее место.

– Хм, – усмехнулся Арс. – Начнём хотя бы с того, что я впервые в жизни услышал, как ты произнёс слово «Любовь». А знакомы мы чёрте с каких времён. Вот возьмём меня, например, я твой одногодка и раз двадцать если не больше в кого-нибудь уже втрескивался. Ты же ни разу. Да, у тебя постоянно кто-то трётся под боком, но ведь они все лишь средство снять напряжение, поддержать имидж и прочая хрень…, духовной близости у вас нет, поэтому ты и легко одну на другую меняешь. То есть если коротко и обобщённо, то перед рождением тебе забыли установить функцию что-то чувствовать и уж тем более любить.

– Арс, ты сколько вискаря успел в горло влить? Судя по той пурге, что несёшь – достаточно. Останавливайся, тебе ещё речь на сцене толкать. И поесть не забудь, – посоветовал я и, хлопнув друга по плечу, направился в сторону Саши.

Арс, конечно, идиот, но в одном он прав, я действительно на Александре зациклился. И спортивный интерес здесь не причём давно уже не испытываю надобности кому-то, в том числе и себе, что-то доказывать. Любовь – тоже не вариант. Скорей она меня привлекла красотой, ну и заинтриговала своей необычностью. Александра роскошная блондинка, а держится как монахиня, зато порой во взгляде ощущается столько льда, что Снежная королева бы позавидовала.

Александра

Ещё сорок минут и те два часа, которые обещала отцу пробыть на корпоративе, истекут. Скорее бы. Дикость, конечно, что я здесь нахожусь. Этот праздник для сотрудников фирмы к коей я отношусь лишь косвенно, являюсь дочерью финансового директора. Когда папа сообщил, что их генеральный Жданов Вадим лично к нему подошёл и настоятельно рекомендовал на торжество прийти вместе с дочерью, сначала восприняла эту новость, как неудачную шутку, но осознав, что всё на полном серьёзе, стало уже не до смеха.

Почему? Для чего? Что я там буду делать? Сокрушалась я, задавая отцу вопросы, но он лишь разводил руками и пожимал плечами, отвечая, что понятия не имеет, зачем Вадим Викторович пожелал моего присутствия на корпоративе. А раз попросил, то во избежание проблем мне следует хоть ненадолго, но заглянуть.

Если отец не знает зачем, я понадобилась, то у меня мысли на этот счёт есть. Кажется, Жданов на меня глаз положил и это до дрожи в коленях пугает. Тьфу-тьфу, лишь бы я ошибалась.

Трудно сформулировать почему, но Вадим Викторович во мне ничего кроме животного страха не вызывает. Есть в нём что-то такое…, сложно подобрать определение, нечеловеческое или ненормальное, что ли, и это заставляет остерегаться. Причём он далеко не урод, чуть за тридцать, высокий, по спортивной фигуре видно, что в тренажёрном зале частый гость. Лицо…, ладно надо быть честной, красивое и мужественное. Шатен, глаза светло карие с яркими янтарными лучиками, такой цвет часто встречается среди волков. Точно! Вот кого Жданов напоминает – хищного волка, того и гляди, свирепо оскалится, бросится и сожрёт.

Потёрла затылок, словно шея затекла и я её просто размяла. На самом же деле спину и всё, что ниже как будто покусал рой мелких мушек, чешется так, что умираю от желания пройтись по коже ногтями, но место людное, поэтому и не чешу, а тру и только там, где позволяют приличия. Да что же это такое? Неужели аллергия на новый крем? Или зуд на нервной почве, как побочная реакция на дискомфорт? Вокруг все друг с другом знакомы, здороваются, общаются, а я после того, как папа отлучился на минуточку, уже полчаса в одиночестве переминаюсь с ноги на ногу с пустым бокалом в руках.

– Александра, я рад, что вы нашли время прийти.

Жданов!

Называется, помяни чёрта, и он тут как тут.

Чудо, что от неожиданности не выронила бокал. Вадим Викторович мало того что незаметно подкрался со спины, так ещё зачем-то скользнул ладонью по моей руке от плеча и до локтя.

– Вадим Викторович, здравствуйте, – натянув на лицо сдержанную улыбку и развернувшись, поприветствовала начальство отца и из вежливости солгала. – И я рада. Благодарю за приглашение. Замечательный праздник.

Актриса из меня никудышная, даже по мелочи солгать убедительно не смогла. Во взгляде прищуренных мужских глаз читается снисхождение и фраза: «Ври- ври, но я-то знаю, тебя сюда приволокли на аркане».

Вадим Викторович протянул ко мне руку и я, вздрогнув, отшатнулась назад. Это что за рефлекс? Отреагировала как жертва насилия или запуганная бездомная собачонка, что при любом резком движении, поджав уши и хвост, стремится удрать от опасности и забиться в какой-нибудь угол.

– Ваш бокал опустел, и я хотел его всего лишь забрать, – после недолгого замешательства, пояснил Жданов и демонстративно медленно вынул из моих рук бокал.

– Простите, – опустив взгляд в пол, бормочу я. Степень смущения зашкаливает до запредельной. – В незнакомой обстановке теряюсь.

Что я несу? Зачем оправдываюсь? Единственный способ сгладить неловкую ситуацию – сделать вид, что этой ситуации не было.

– Тогда ещё немного шампанского вам не повредит, – стоило Жданову только начать искать глазами официанта, как в эту же секунду неизвестно откуда вырос молодой человек с полным подносом.

Похоже, обслуживающий персонал ресторана отлично осведомлён, кто именно за банкет платит, потому как я пыталась раздобыть себе новый напиток, но безрезультатно. Официанты меня игнорировали, если махала – притворялись слепыми, если обращалась – резко глохли, а одна девушка так и вовсе переквалифицировалась в бегунью, когда заметила, что я пошла за ней следом.

– Александра, ваш отец говорил, что вы студентка, но не уточнял курс и специальность? – вручая шампанское, поинтересовался мужчина, и мне показалось, что он неслучайно, а вполне себе очень даже намеренно погладил пальцами мою ладонь.

– Управление персоналом, четвёртый курс, – ответила я и судорожно соображаю под каким бы предлогом избавиться от общества Жданова. Не по себе мне от его взгляда, смотрит так, словно я не только голая, но и стриптиз тут специально для него у шеста вытанцовываю.

– Четвёртый курс, – повторив за мной, мужчина задумался. – А студенты сейчас обязаны проходить практику на предприятии или это условие отменили?

– По поводу всех вузов не скажу, но я должна буду пройти практику этим летом.

– Даже так, – непонятно чему, но Жданов как будто обрадовался. – Нашли уже место?

– Да, – кивнула я.

– Завтра же утром, позвоните им и откажитесь, – заявил мужчина, и я ошарашенно округлила глаза.

– Зачем! Я с таким трудом нашла организацию, которая согласна взять практикантку.

Прежде чем ответить, Вадим Викторович отпил из бокала и ко мне на полшага приблизился.

– Ваш отец, видимо, постеснялся попросить, но я всегда иду навстречу сотрудникам и совсем не против, если практику вы пройдёте у нас. В отделе кадров. Летом как раз из-за отпусков много свободных столов.

Не имей я личного знакомства со Ждановым и получи предложение попрактиковаться в столь крупной и преуспевающей фирме, от счастья в обморок грохнулась, но сейчас эта идея видится мне крайне паршивой. Как сделка с дьяволом, получишь тысячу, а отдавать придётся миллион.

– Спасибо, но я не могу согласиться, – поторопилась скорей отказать. – Не в моих правилась подводить, я же уже договорилась, на меня рассчитывают и ждут.

Жданов определённо не из тех людей, что часто слышат отказы, более того, этот факт выводит его из себя. Он напрягся, и настроение явно упало.

– Конечно, они вас ждут, – прорычал мужчина. – Чтобы вы документы подшили, в шкафах убрались и по поручениям бегали. Я же дам вам возможность получить навыки по специальности, а не заниматься неквалифицированным трудом.

Зачем настаивать? Он предложил, я ответила «Нет». Какие проблемы? Не ошибся внутренний голос, предложение точно с подвохом и надо отбиваться всеми правдами и неправдами.

– Дело ещё в том, что я остерегаюсь проходить практику там, где работает отец. Слишком много ответственности. Если вдруг сделаю что-то не так, моя ошибка бросит тень и на него.

– Неоправданное беспокойство, – бросил мужчина. – Под присмотром опытного наставника у вас не будет возможности сделать ошибку.

У меня уже есть и наставник? Как быстро события развиваются. Таким темпом мне скоро озвучат дату, когда приходить с документами, кружкой и стол занимать.

– Вадим Викторович, извините, понимаю, что хотите, как лучше, но своим напором вы ставите меня в неловкую ситуацию. С местом практики окончательно определилась. Пожалуйста, давайте оставим всё как есть.

Ну вот, чётко обозначила свою позицию, теперь Жданов просто обязан отстать. А в идеале пусть ещё оскорбится и убредёт в дальние дали, незачем ему тратить время на неблагодарных девиц.

– Я обсужу данный вопрос с Сергеем Витальевичем. Насколько могу судить, вы слишком молоды и не осознаёте от каких перспектив отказываетесь, – тоном директора школы, перед которым повинно склонила голову двоечница и прогульщица, предупредил Жданов.

Что?! Мысленно стукнула себя по лбу и матюгнулась. Папу то зачем впутывать?

– Как же хорошо, что вы упомянули отца, – притворилась, что запамятовала, а сейчас спохватилась. – Мне его срочно надо найти. В восемь он должен принять таблетки, но постоянно об этом забывает. Вы меня извините, – поставив на ближайший столик бокал, огляделась и, выбрав направление, куда ретироваться, помчалась.

Правда далеко не ушла. Меня, схватив за запястье, самым возмутительным образом остановили.

– Вы не найдёте Сергея Витальевича, он в приват кабинете, обсуждает условия оплаты с поставщиком. Я лично его направил туда и буду благодарен, если вы не станете мешать. Напомните о таблетках сообщением.

– Понятно, – протянула я и демонстративно посмотрела на захваченную мужчиной руку. Может покашлять, чтобы он, в конце концов, уже отпустил?

– И раз вы лишились из-за меня компании, считаю своим долгом до возвращения Сергея Витальевича вас развлечь. Я наблюдал со стороны, в одиночестве вы скучали.

Ну-ну, зато теперь на полную катушку резвлюсь, и вот почему спина чесалась, аллергия на крем ни при чём, это у меня пошло раздражение на похабные взгляды из-за угла. Или откуда там Жданов выглядывал?

Всё с меня хватит. От приставучего клеща нужно срочно избавляться, пока всю кровь не высосал.

Шагнув, вплотную подхожу к Жданову и начинаю шептать доверительным тоном:

– Вадим Викторович, я вам солгала, папа никогда не забывает принять таблетки, мне просто срочно требуется в дамскую комнату.

Ага, слопал. Зов природы – железный аргумент. Высвободив руку, разворачиваюсь и бегом топаю в туалет. Спрячусь там, а когда два часа истекут, по стеночке, да пригнувшись, как-нибудь незаметно ускользну из ресторана.

В дамской комнате оживлённо и обстановка более расслабленная чем в зале. Оно и понятно, мужчин нет, не обязательно притворяться, что новые не разношенные туфли не жмут, что тесный лиф платья не затрудняет дыхание, а ещё можно сгорбиться, не боясь потерять привлекательность груди и живот после плотного ужина не обязательно втягивать. Жизнь кипит. Стайка из трёх молоденьких девушек, собравшихся в круг, весело щебечет, так понимаю, обсуждают страшный конфуз одного из сотрудников, кто-то возле зеркала подкрашивает губы, кто-то вытирает под глазами осыпавшуюся тушь, некоторые судя по двум занятым кабинкам из пяти, действительно заглянули по назначению.

Дабы не казаться психом-одиночкой, что без занятия ошивается у стены, уединилась за дверью, опустила крышку унитаза, накинула сверху бумажное полотенце и, усевшись, достала телефон.

Интересно, а во времена, когда мобильные ещё не были широко распространены, чем себя развлекал народ, когда требовалось убить время, например, в очереди к врачу? Читали плакат под названием «Десять симптомов ОРВ»? Жесть.

«Через двадцать лет в ту же реку» – знаменитая голливудская пара после долгих лет разлуки объявила о воссоединении и помолвке. Если это не пиар акция, совет им да любовь. «Популярный актёр, защищая жену, отлупил ведущего церемонии». М-да, мужик, ну и дебошир.

Изучая новостную ленту, не заметила, что туалет опустел, и как следствие стихло, поэтому цоканье каблуков и громкие реплики тут же привлекли к себе внимание.

– Видела новую Жданова? – не без ехидства пропел женский голос.

– Блондинку в голубом? – откликнулась её компаньонка по совместным туалетным походам. – Видела. Прикид полный отстой, а сама ничего такая.

Словно забыв, какого цвета на мне платье, опустила голову и убедилась, что как раз голубого и, да, я блондинка. Они меня, что ли, тут собрались обсуждать? Более того, ещё и в любовницы Жданова записали.

– Тебе понравилась? А мне нет. Лицо и волосы, быть может, ещё и красивые, но тоща-а-ая…. Так и хочется засунуть ей в рот бутерброд и сказать жуй, а то на тебя без слёз и не взглянешь.

Девушки рассмеялись, а я подумала, наверное, ошиблась, и речь идёт не обо мне. Я худенькая, но не тощая, как они утверждают.

– Ну это твоё мнение, а Вадим Викторович с ним несогласен. Как он её обхаживал, а когда она собралась уйти, за руку схватил и не пустил.

А нет, всё-таки мои кости моют.

– Да ты что?! Как это я такой момент пропустила. Ну, значит, эта белобрысая продержится со Ждановым ещё меньше других. Недели не пройдёт, как он с новой появится. И вообще, Вадим Викторович вроде бы и умный, но на самом деле такой дурак. Неужели ему не надоело с моделями путаться? Обратил бы уже внимание на нормальную девушку, на меня, например. Бли-и-ин, если бы так случилось, я бы не растерялась.

– А что бы на это твой муж сказал?

– Да пошёл он. Козёл. Представляешь, опять за ужином завёл песню, что мне нужно худеть. И так давлюсь одной запаренной гречкой и отварной грудкой, но….

Девушки перескочили на тему правильного питания, а я, вздохнув, подытожила их разговор.

Я белобрысая тощая модель в отстойном платье, которую в самом ближайшем времени бросит любовник. М-да… Что за день-то такой «весёлый»? Куда не наступишь, обязательно вляпаешься в «комплемент».

Телефон на коленях пиликнул, и на экране высветилось сообщение от отца.

«Саш, я освободился, жду тебя возле бара».

– Мы что не одни? – шёпотом забеспокоились девушки.

Как же было забавно наблюдать за их обомлевшими лицами, когда я к ним вышла. Любительницы обсуждать чужую личную жизнь как по команде раскрыли рты, а затем рванули в укрытие, причём спрятались они не по разным кабинкам, а закрылись в одной, ещё и возле двери успели потолкать друг друга локтями.

Взбодрённая стараниями болтушек, окинула взглядом зал ресторана.

«Где у них тут бар? Ага, вон стойка и чуть поодаль папа уткнулся носом в телефон и что-то строчит пальцами».

До того как вынужденно подслушала разговор в туалете, искренне считала, что на мою персону тут никто внимания не обращает, сейчас же вижу, как ошибалась, на меня смотрят и ого-го как, а некоторые ещё и между собой шушукаются, только стараются делать это украдкой.

Вот что значит, когда тебя правильный человек прорекламировал, десять минут общения со Ждановым, и я суперзвезда!

В микрофон объявили, что сейчас для коллектива выступит какой-то мужчина, судя по должности, он в фирме далеко не последний человек, а исходя из того, как народ дружно зааплодировал и хлынул к сцене, сей биг босс пользуется популярностью у подчинённых.

До отца остались какие-то жалкие метры, а дойти не могу, передо мной буквально льётся река из людей. Ладно, постою и подожду, а то ещё затянет в водоворот.

Толпа, текущая мимо, постепенно редеет, и я отчётливо вижу, что совершила ошибку. Пока я тут пропускала людей, к отцу подошёл Жданов.

Чёрт, и ведь не удерёшь, отец и Вадим Викторович оба в упор на меня смотрят.

Вдох – выдох, такси ещё до начала вечера заказала, спокойно благодарю, прощаюсь и айда домой подальше от корпоративного дурдома.

Жданов получает от меня вымученную улыбку, а отец извиняющийся взгляд.

– Пап, я поехала. Завтра созвонимся, хорошо. До свидания, Вадим Викторович.

Судя по убийственному взгляду, брошенному в мой адрес, Вадим Викторович не прощаться со мной намерен, а схватить за шею и придушить.

– Развлекательная программа ещё даже не началась, Александра, куда вы спешите? – сдвинув брови максимально близко друг к другу, с претензией спросил Жданов.

Не сомневалась, что он обязательно задаст подобный вопрос и хоть на придумывание оправдания времени было в обрез – несколько жалких секунд, ответ у меня заготовлен.

– Всё как всегда, все события в кучу, корпоратив и день рождения моей подруги Вики совпали. И будь у Виктории много друзей, я бы, разумеется, её предупредила, что не приду. Но она общается только со мной, не могу же я заставить её дуть свечи и есть торт в одиночестве.

Естественно, подруга Виктория – вымышленный персонаж, но скажи я правду, что находиться здесь из-за дискомфорта мне попросту невмоготу, Жданов бы не счёл это довод существенным и вынудил бы остаться.

Отец, тяжело вздохнув, посмотрел на меня с осуждением, ещё бы он с пелёнок учил дочь не врать, а она тут при нём без запинки небылицы рассказывает.

На телефон упало сообщение от службы такси. Ну хоть что-то в этот вечер случилось вовремя и мне на пользу.

– Машина подъехала, – потрясла я мобильным.

– Саша, я тебя провожу, – предложил папа и обернулся к Жданову. – Вадим Викторович, я отлучусь буквально на пару минут.

– Нет, – отрезал директор, – Я сам провожу Александру, у нас есть незаконченный разговор.

Твою же налево….

Как, наверное, и любой другой человек не переношу, когда мне навязывают свою волю, а Жданов это делает чуть ли не на каждом шагу. Мужчина не спросил, хочу ли я видеть его провожатым, он как само собой разумеющееся поставил меня перед фактом. Далее он не предложил взять его под руку, а подойдя сбоку и отставив локоть, вынудил это сделать.

– Александра, продиктуйте мне свой номер, – после того как мы вышли из здания на крыльцо, приказным тоном потребовал Жданов и, вынув телефон из кармана пиджака, приготовился набирать цифры.

Всё, сейчас психану и начну ругаться. Непечатными заковыристыми выражениями.

Медленно вдыхаю через нос и также плавно выпускаю воздух только уже через рот, обычно это помогает расслабиться. Ну, почешу язык о самолюбие Жданова, получу удовольствие на пять минут, а как после отцу в его фирме работать?

– Вадим Викторович, а зачем вам мой номер? – часто моргая, старательно изображаю на лице удивление.

– Чтобы созвониться и договориться о встрече, – пояснение мужчины звучит так, словно мы давно и железобетонно условились куда-то сходить, только вот место, время и дату, ну, то есть детали не обговорили.

Понимаю, что пауза затянулась, но пока со ступеней не спустимся и к такси не подойдём, отвечать не стану.

Вплотную приблизившись к задней дверце машины, собираюсь с духом и выдаю:

– Вы меня простите, Вадим Викторович, но ни номер вам сказать не могу, ни уж тем более встретиться. Мой молодой человек не одобряет общение с другими мужчинами.

Вадим, не прекращая сверлить взглядом, тянется к ручке двери, предположительно, чтобы для меня её распахнуть, но нет, он замирает, тем самым просто-напросто заблокировав мне вход в салон такси.

– Александра, а для чего вам нужен молодой человек, который что-то там запрещает?

Вообще-то, я сказала «не одобряет», о запрете речи не шло. Ну да фиг с ним….

– Ради любимого человека, знаете ли, приходится идти на компромиссы и жертвы. Хорошего вечера, Вадим Викторович, – процедила сквозь зубы я и, обойдя машину, села в такси с другой стороны.

Глава 2

На протяжении последних трёх лет каждое день встаю в шесть утра и несусь на пробежку. Первое время в такую рань с трудом продирала глаза, а из постели себя буквально выталкивала пинками, после же привыкла, но по выходным, особенно как сейчас в воскресенье, хочется послать режим дня к чёрту, накрыть голову подушкой и до обеда благополучно сопеть.

Мобильный надрывно звонит, чтобы выключить, надо выползти из-под одеяла и дойти до туалетного столика. Не оставлять на ночь сотовый под рукой – мой личный лайфхак, иначе есть шанс, не отдавая себе в этом отчёта, дотянуться до телефона и одним махом вырубить все пять с вечера заведённых будильников.

Прежде чем коснуться пятками пола и, сидя, широко потянуться руками, три раза обещала себе «Ещё пять минут и встаю». И почему не поднимаюсь сразу, ведь лишняя четверть часа в кровати ничего, кроме мучений, не даёт?

Стакан воды натощак, скорый душ с шапочкой на голове, полностью с волосами моюсь уже после пробежки, удобные старенькие кроссовки, спортивные леггинсы, мастерка с большими карманами для ключей и телефона, кепка, наушники. Погнали…

Яркое солнце и чистое небо обещают к полудню замечательную погоду, но день ещё не разыгрался и на улице, как это часто бывает в апреле, достаточно зябко. Поёжившись на крыльце подъезда, широко зевнула и направилась в сторону парка.

Через десять минут прибыв к месту старта, круговыми вращениями головы потянула шею, помахала руками, сделала несколько наклонов корпуса и приседаний. Не всегда получается, как сейчас, перед пробежкой размяться, если возле тропинки в парк есть народ, да даже один человек, этот пункт я пропускаю, потому как стесняюсь. Понимаю, что глупо, никому до меня дела нет, никто пальцем не покажет и не засмеётся, но побороть себя не получается, неловкость каждый раз одерживает верх.

– Сашенька, что-то ты сегодня припозднилась, – раздался знакомый мужской голос, следом из лесной чащи показался огромный мраморный дог, которого на длинном поводке держал Пётр Иванович.

Широко улыбнулась и помахала рукой.

– Доброе утро. Нет, я как раз вовремя, это вы вышли на прогулку раньше обычного. Иди ко мне, хороший, – поманила пса, чтобы, как водится, почесать за ушами. – Ой, какой же у тебя холодный нос, – засмеялась я, когда морда собаки ткнулась мне в щёку. – И мокрый.

– Фу, Лорд, нельзя, – Пётр Иванович дёрнул за поводок. – Сашенька, извини, он воспитанный, но тебя почему-то всегда норовит облизнуть.

– А я и не в претензии. У нас с Лордом взаимная любовь, да? – посмотрела в умные глаза пса, а после подняла взгляд на хозяина. – Пётр Иванович, а вы к ветеринару сходили, узнали почему у Лорда плохой аппетит?

– А-а-а, – махнул мужчина рукой и тяжко вздохнул. – Сходил. Ветеринар сказал то же самое, что мне говорит врач. Старые мы с Лордом, оттого и болячки.

С Петром Ивановичем мы познакомились в парке на почве ежедневных встреч, сначала просто здоровались, потом перешли на разговоры, но его возрастом никогда не интересовалась, думаю, ему лет семьдесят или около этого.

– Слушайте вы их больше. Тоже мне нашли стариков. Да вы куда бодрее и здоровее, чем многие мои одногодки.

– Если я такой молодец-удалец, может, пойдёшь за меня замуж? – широко улыбнулся мужчина.

– А что? Пойду. Вот завтра увидимся и все детали обговорим. До свидания, Пётр Иванович. Лорд, пока.

Перед глазами из-за быстрого бега дёргается утоптанная тропинка с насыпью мелких камней, громкий ритмичный трек из наушников поддерживает желание тренироваться и не даёт сбавлять скорость, пахнет свежестью и хвоей, вроде бы всё как всегда, кроме одного – внутри меня, где-то в груди, родилась тревога и по непонятной причине с каждой секундой увеличивается в размерах.

Может беспокоюсь из-за того, что сегодня в парке людей в два раза меньше обычного? Или это даёт о себе знать вчера просмотренный фильм про серийного маньяка-убийцу? Либо сказывается приближение особенных женских дней?

Резко затормозив, выдернула наушники из ушей и огляделась. Позади меня на расстоянии приблизительно двухсот метров, согнувшись и упираясь ладонями в колени, стоит мужчина в чёрном спортивном костюме. С первого взгляда кажется, что он восстанавливает сбившееся дыхание.

С одной стороны, как-то подозрительно, что мужчине понадобилось отдышаться как раз в тот момент, когда я обернулась, с другой, а что тут такого? Бегуны, особенно начинающие, часто не рассчитывают силы и останавливаются.

Решив, пожертвовать музыкой в пользу слуха, убрала наушники в карман и вновь припустила.

Ожидания не сбылись, слышу всё, что происходит вокруг, но чувства безопасности как не было, так и нет.

Сбавив темп с бега до прогулочного шага, оглянулась. Мужик в чёрном по-прежнему на том же расстоянии у меня за спиной.

Не знаю, крыша у меня поехала или действительно вляпалась в опасную ситуацию, но если существует хотя бы один шанс из ста, что мной заинтересовался псих или и того хуже сексуальный маньяк, рисковать не намерена.

Что там вчера в фильме говорил следователь о единственной девушке, которой удалось отбиться от маньяка при нападении? «Она действовала нестандартно, потому и спаслась».

Хм-м, нестандартно? Попробуем.

Полностью разворачиваюсь к преследователю лицом, ступню левой ноги плотно прижимаю к дорожке, пятку правой задираю вверх, чуть приседаю, отталкиваюсь и, сорвавшись с места, что есть сил бегу навстречу мужчине.

Когда между нами остаются жалкие метры, здоровяк тормозит и ныряет рукой в карман. Сердце пропускает удар, буквально чувствую, как в крови бурлит адреналин или что там бурлит, когда от страха хочется грохнуться в обморок?

Что он достаёт: нож, удавку, электрошокер?

Может, уже пора с криками о помощи резко сигануть в лес? Блин, и почему в прошлом месяце не купила карту в фитнес-клуб, их менеджер так уговаривал и здоровенную скидку давал?!

Во все глаза таращусь на мужика, и когда из его кармана появляется не оружие, а телефон, который он подносит к уху, надрывно с облегчением выдыхаю.

– Привет, сладкая, проснулась уже…

Пролетая мимо, только эту фразу и успела услышать.

Не останавливаясь, но значительно сбавив темп, на всякий случай вновь оглядываюсь и наблюдаю за мужчиной в чёрном костюме, болтает себе по мобильному, до меня, слава небесам, дела нет.

– А-ай! – всхлипываю, потому как в кого-то впечаталась. – П-простите…

– Девушка, вы что новый вид спорта осваиваете «Бег вслепую»? – крепко меня обнимая, недовольно рычит второй участник аварии, и его голос мне кажется до боли знакомым.

Медленно с опаской поднимаю взгляд вверх….

Нет, только не это, кто угодно, пусть даже сам чёрт с рогами и хвостом, но только не Жданов.

– Александра, – не выпуская из рук, а наоборот прижимая теснее, вместо приветствия протянул мужчина моё имя, причём в его голосе даже намёка на удивление не улавливалось. Неужели мы встретились не случайно? Или я слишком много о себе возомнила?

– Доброе утро, Вадим Викторович, – поздоровалась я и, положив Жданову на грудь ладони, легонько толкаю. – Уже всё. Крепко стою на ногах. Точно не упаду. Можете отпускать.

– Не сильно ушиблись? – хоть и нехотя, но Жданов дал мне свободу и даже на шаг назад отступил.

– Нет. Порядок, – поправляя уехавший набок из-за столкновения козырёк кепки, заверила я и, не скрывая ехидства, полюбопытствовала. – И давно вы здесь бегаете?

Вадим

Как же это бесит, когда что-то идёт не по плану. Мы должны были встретиться не здесь и не сейчас. На протяжении недели по расписанию Александры можно было сверять время. Каждый раз она выходила из дома в один и тот же час, добиралась до парка, бежала полтора километра в одну сторону и столько же в другую. Ни разу не случалось, чтобы Саша изменила маршрут или отклонилась от графика. Почему же именно сегодня сценарий сменился?

Аккуратный носик Александры высоко вздёрнут, кулачки упираются в бока, во взгляде вызов. Думаю, она знает, что налетели мы друг на друга далеко не случайно, и явно сейчас попытается уличить меня во лжи, чтобы вывести на чистую воду.

Наивная…

Приподняв левую руку, смотрю на часы и отвечаю:

– Не очень давно, минут тридцать.

Да, Саша спрашивала о другом, её интересовал неконкретно этот день, а вообще. И это ей на будущее урок, прежде чем озвучивать вопрос, его необходимо мысленно чётко сформулировать.

– И чем же вам этот парк приглянулся? – прищурив глаза, не сдаётся она. – Отец как-то говорил, что вы живёте за городом. Не далековато ли сюда ездить?

– Мне без разницы, далеко или нет. Я люблю менять маршруты и делаю это часто.

– Понятно, – с раздражением выдохнула Александра, предполагаю, до неё наконец-то дошло, что без доказательств человека не так просто поймать за руку, а ещё думаю, что она сейчас попытается отделаться от меня, чего, разумеется, я ей не позволю.

– Вадим Викторович, приятно было с вами увидеться, но мне пора домой. До свидания, – выдавив из себя натянутую неискреннею улыбку, Саша кивнула, обозначая тем самым, что в разговоре поставлена точка.

– Я вас провожу. Так уж получилось, мне тоже не очень хочется тренироваться, – один длинный шаг, и мы с Александрой идём по дорожке плечом к плечу.

– Угу, – пробубнила она себе под нос и, прикусив нижнюю губу, смотрит исключительно под ноги.

– Саша, а вы же местная?

– Ага.

Вот сейчас почувствовал себя родителем, что спросил у бунтующей дочки – подростка сделала ли она уроки, и в ответ получил хамоватое пренебрежительное «Ага».

Осторожно, Александра, я ведь могу и огорчиться. А после того как это случается, люди обычно горько сожалеют о своём поведении или поступках.

– Посоветуйте кофейню, где подают приличный завтрак.

Александра задумалась, а после нескольких секунд размышлений, хитро и где-то даже злорадно на меня посмотрела. Так понимаю, перебрав в голове все близлежащие заведения, Саша выстроила из них список, и сейчас из вредности направит меня травиться к победителю антирейтинга.

– Когда выйдете из парка, прямо по дороге приблизительно через четыреста метров будет торговый центр, с левой стороны от него есть пристрой, там на втором этаже кафе с летней террасой. Насчёт завтрака не скажу, не заказывала, но кофе вполне ничего. На уровне, – бодро выдала девушка информацию, но после нахмурила носик. Неужели совесть проснулась? Проезжая мимо, видел я это кафе. Сарай! А терраса образовалась вследствие недостроенного третьего этажа. Там не то что завтракать, там просто за столиком сидеть и то опасно, есть шанс, что на голову обрушится крыша.

– А кофейню возле фонтанов вы мне не рекомендуете? – поинтересовался я.

Лично это место не посещал, но заблаговременно подготовился, поэтому мне отлично известны все стоящие в окрестностях заведения.

– И туда тоже можно, – без эмоций отозвалась Александра, но хоть отговаривать не начала и то хлеб.

– Составите компанию, позавтракаем вместе?

Теперь девушка косится на меня возмущено.

– Мы вроде как уже обсуждали этот вопрос. И пришли к согласию, что я не хожу с мужчинами ни ужинать, ни обедать, ни завтракать. Мой молодой человек…

– Да нет у вас никакого молодого человека. Вы солгали, – жёстко оборвал я Александру на полуслове.

– Почему это нет?! Вы у моего отца, что ли, спросили? – девушка не только остановилась, но и развернулась ко мне лицом. – Так вот, я не делюсь с ним каждый раз подробностями своей личной жизни.

Наклоняюсь, чтобы вплотную приблизиться к лицу Саши и выдаю:

– У вас плохо получается, так что лучше недоговаривайте или увиливайте, но не лгите. Ещё раз повторяю, у вас никого нет.

И без того огромные глаза Александры широко распахнулись, ладони же, напротив, крепко сжались в кулачки, губы чуть подрагивают, того и гляди, с её языка сорвутся и полетят в мой адрес непечатные выражения.

Удивительно, но факт. Обычно когда девушку распирает от злости и негодования, она тут же теряет половину своей привлекательности, с Сашей же такого не происходит, наоборот, её красота в образе фурии расцветает.

Возможно, именно поэтому мне так нравится доводить её до белого каления.

– Да вы…, да сами вы лгун, – лишь со второй попытки Александра смогла произнести обвинение. – Ведь то, что вы в парк приехали ради пробежки – тоже враньё. И раз уж у нас пошёл откровенный разговор, скажу прямо. Я не рада, что привлекла ваше внимание, а то с каким упорством вы меня преследуете – так и вовсе пугает до чёртиков. Пожалуйста, прекратите.

Ну что тут сказать…, удивила. Ультиматум не ожидал. Саша смелей и гораздо решительней, чем кажется.

– А в чём проблема? Я вроде как ещё не старый, не горбатый и социально опасных наклонностей не имею. М? Александра, не стоит так сразу отказываться, не попробовав? – потянулся, чтобы взять Сашу за руку, но она отшатнулась от меня как от чумного.

Бесит, встряхнуть бы её хорошенько, чтобы не кочевряжилась.

– Дело не в вас, а во мне, – Саша начала объясняться, но потом, то ли Меркурий вошёл не в ту фазу, то ли у неё в голове тараканы проснулись, но она, не закончив мысль, взбунтовалась. – Выворачивать перед вами душу – неправильно. Я с вами не кокетничала, поведением не провоцировала, повод думать, что между нами что-то возможно, не давала. Поэтому, если говорю, нет, вы должны это просто принять. Я могу рассчитывать, что мы друг друга поняли?

Хрена с два!

– Можете.

Эх, Александра, видит Бог, я хотел по-хорошему, с ухаживаниями, со свиданиями, но… нет, так нет. Существует масса способов сломить человека и заставить его делать всё что угодно. Двух недель не пройдёт, как сама приползёшь.

Глава 3

Сразу три группы вытекают из аудитории, в дверях откровенный затор, мы с Катюхой обычно ждём, когда все выйдут, но тут зачем-то влились в общий поток и в жуткой толкучке маленькими шажочками подбираемся к выходу.

Подруга, идущая следом, подёргала край моего пиджака.

– Ты чего? – обернулась.

– Саша, тут все наши собрались забуриться в «Бензин», а мы-то пойдём?

– Можно, а кто ещё идёт? – спрашиваю я, но тут долговязый неандерталец из второй группы, решил, что самый умный и без очереди рвётся в коридор напролом.

Возмущённый крики, писк из-за отдавленных ног, местами звучит отборный мат, и это притом, что Станислав Вениаминович, до сих пор находится за кафедрой, перебирая бумаги.

Если Катюшку нарушитель порядка оттеснил в конец очереди, то меня, наоборот, как на толкаче выпихнул в коридор.

– Капец какой-то, как в детском саду, – ворчу я и, запустив руку в сумку, роюсь в поисках телефона, потому как чувствую, что он вибрирует.

– Пап? – присев на подоконник, приняла вызов.

– Саша, а ты сильно сегодня занята?

– Да как бы нет, только хотели с одногруппниками в кафе посидеть, но если нужно, без проблем отменю.

– Доча, отмени, а? От тебя услуга нужна. Привези мне на работу из дома очки, они лежат на тумбочки возле кровати, бритву и свежую рубашку. Но самое главное – очки, у тех что на мне линза треснула.

– Ну с очками всё понятно, неприятность случилась. А бритва и рубашка, зачем нужны? Неужели у тебя вечером свидание? – я аж не дышу, так сильно хочу услышать, что «Да».

Отцу давно пора найти человека, с которым дома перед сном на подушке можно обсудить прошедший день или элементарно телек вечером посмотреть, о более интимных моментах его совместной жизни с кем-то предпочитаю не думать, потому как это же папа и только стоит представить…, как хочется, высунув язык, протянуть «Бе-е…».

– Нет, Саш. Работы навалилось много. Придётся переночевать в кабинете. А утром в офисе небритым и без чистой рубашки…, ну сама понимаешь.

Нахмурилась. Что-то мне его затея абсолютно не нравится. Работа работой, но гробить-то себя для чего?

– Не-не, – на автомате замотала головой. – Так дело не пойдёт. Без нормального сна…

– Саша, мне не нотации нужны, а помощь. Привезёшь, или самому придётся ехать?!

Вот тут остолбенела, чтобы папа и повысил на меня голос, да я вообще такого не припоминаю.

– Пап, что случилось? – разумеется, я не обиделась, а вот насторожиться – насторожилась, и ещё как.

– Нет-нет, всё в порядке. Шурка, не бери в голову. Работы по горло, даже не знаю, за что хвататься в первую очередь. Не сдержался, прости.

– Я всё привезу. Давай. Скоро буду.

Поднимаю взгляд и вижу перед собой недовольную Катю.

– Ты куда собралась? А посидеть в «Бензине»?

– Не получится. Кажется, у папы проблемы. Всё, до завтра, мне надо срочно бежать.

– Ты что меня и даже до дома не подвезёшь?!

– Неа…

Ожидая, когда на светофоре загорится зелёный, поняла, что предполагаемые неприятности у отца, и до надутых губ обиженная подруга – это лишь часть проблем. Ведь в офисе папы, существует хоть и мизерный шанс, всё же организация крупная, но нарваться на Жданова. Я и до пробежки в парке с ним встречаться лицом к лицу желанием не горела, а после так тем более.

Как же долго мусолила наш разговор, анализировала буквально каждую фразу. То ругала себя за то, что рубила сплеча то, наоборот, хвалила, ведь чем больше времени и сил потратил бы на меня Вадим Викторович, тем сложнее принял отказ.

А отказала бы однозначно. Заглянула в интернет, покликала его личную жизнь. Жесть и мрак. Тут речь даже не о смене перчаток идёт, а об использовании одноразовых салфеток. А я не одноразовая и не салфетка, не хочу, чтобы мной вытерлись, смяли и бросили в урну. Да и как человек он явно с приветом, это какие же аномальные процессы должны протекать в мозге, чтобы девушку подкараулить в лесу в шесть утра. Маньяк. Его по-хорошему в правоохранительных органах на учёт бы поставить и заставить, каждую неделю у дежурного отмечаться.

На тот случай, если не получится уговорить одного героя труда переночевать дома, прихватила из его квартиры не только, что он просил, а ещё бросила в пакет пару носков, зубную пасту со щёткой, расчёску и на смену бельё. Ну а что тут такого? До переезда в завещанную мне бабушкой квартиру, мы жили вместе, и отцовское бельё частенько в стиральную машинку кидала, а после ещё доставала и сушиться развешивала.

Фирма Жданова занимает во всех смыслах шикарное здание – новое, высотное, современное, видно, что при строительстве – денег вообще не жалели, но если у тебя нет своего персонального парковочного места то – прямо беда. Прежде чем припарковаться, двадцать пять минут, как паук караулила, когда кто-нибудь соизволит отъехать. Изнервничалась вся, ведь таких ждунов как я, вдоль дороги было минимум трое, чуть зазеваешься, и между машин втиснется конкурент.

– Выпишите мне, пожалуйста, пропуск, – протянув охраннику паспорт, прошу я, а сама беспрерывно оглядываюсь по сторонам, проверяю, не притаился ли где-нибудь за углом Жданов.

– Оружие, взрывчатые и запрещённые вещества с собой есть? – возвращая документ вместе с допуском, вяло и исключительно лишь для порядка спросил мужчина в тёмно-синем костюме с нашивкой «Старший смены Шуркин Е.Е.»

Ничего такого у меня нет, но если судить по поведению, нервозности и туда-сюда бегающим глазам, я здесь появилась исключительно для злодеяний, и в пакете лежат не вещи первой необходимости, а пулемёт, гранатомёт и на самом дне валяется система залпового огня.

В ожидании лифта, только что ногти не грызла, всё казалось, что вот сейчас на плечо опустится рука Жданова и следом мужчина со зловеще предупредительной интонацией произнесёт «Александра».

Чур, меня, чур. Тьфу, тьфу и три раза по пню кулаком.

До четырнадцатого этажа поднялась без приключений, а увидев в коридоре на двери табличку с родной фамилией так и вовсе выдохнула. Каких-то тридцать-сорок шагов и я в «Домике». Ведь нарваться на Вадима Викторовича в кабинете у папы – практически нереально. Родитель не единожды упоминал, что их генеральный никогда сотрудников на рабочих местах не кошмарит, а предпочитает пить кровь, вызывая к себе на ковёр.

Где-то за поворотом, до кабинета отца, хлопает дверь и слышится хор из низких басов, если не ошибаюсь, мужчины поднялись или, наоборот, спустились на этаж, воспользовавшись не лифтом, а лестницей.

«Среди них Жданова нет», – мысленно даю себе установку и успокаиваю. Я, конечно, не баловень фортуны, но и закоренелой неудачницей меня не назовёшь. Не может мне так дико «повезти».

Может, мать твою!

Из-за угла вырулили четверо мужчин и, заметив среди них Вадима Викторовича, лишь усилием воли не взвизгнула и не сбавила шаг. А так хотелось швырнуть пакет в одну сторону, сумку в другую и, сверкая пятками и пробивая стены насквозь, прочь ускакать.

Придётся здороваться – тут вообще без вариантов. А если Жданов изъявит желание, то и легко вынудит на разговор.

– Добрый день, – в горле пересохло и вместо внятной разборчивой фразы наружу вырвался едва слышный хрип.

Жданов, не притормаживая, мазнул по мне безразличным взглядом и, не утруждая себя словесным приветствием, просто кивнул.

Ого, и всё, что ли?!

Ха, я, значит, тут тряслась, как последний алкаш ранним утром, утопала в холодном поту, а Вадим Викторович – чихать на меня хотел. Нет, ну он в моём представлении прямо на целую голову вырос. Даже на полторы. Получается, наговаривала я на человека, когда ставила ему диагноз – псих.

Псих бы не внял просьбе и преспокойно дальше преследованием изводил, а Жданов, как абсолютно адекватный мужчина взял и выбросил меня из головы.

Заметно повеселевшая и с лёгкостью на душе, толкнула дверь папиного кабинета.

– Кто тут доставку заказывал? – войдя, задорно я громыхнула. Отец настолько сосредоточенно погрузился в работу, что даже на моё появление не отреагировал, как сидел, уткнувшись глазами в монитор, так и продолжил сидеть.

– Ау-у, дочь пришла.

– Саша! Ну, я даю, – родитель поспешил встать с кресла, чтобы как у нас водится крепко обняться. – Попьёшь со мной чай? – троекратно чмокнув в макушку, поинтересовался отец.

– Попью с тобой кофе, – отозвалась я, и пока родитель суетился возле кофемашины, внимательно оглядела его заваленный бумагами стол.

– Пап, а с каких пор ты вновь начал возиться с первичкой? Не почину финансовому директору и главному бухгалтеру в одном лице копошиться с накладными и платёжками. Не находишь?

Не сказать, что мои познания в бухгалтерском учёте глубоки, но кое-что понимаю. По крайней мере, книгу покупок от банковской выписки отличу. Потому как в школьные годы частенько после уроков не домой шла, а к отцу на работу. Причём не просто так сидела и бесцельно ковырялась в носу, поплёвывая в потолок, а либо делала уроки, либо помогала. В основном, конечно, как «чернорабочий» раскладывала да подшивала, но иногда папа даже доверял мне вносить в программу списание материалов.

Родитель сделал вид, что пропустил вопрос мимо ушей, потому как был сильно увлечён тем, что самозабвенно варил кофе, потом с осторожностью сапёра нёс до стола чашки, затем рылся в тумбочке, в поисках шоколадки.

А я всё это время ждала…. И вот когда он устроился на против меня в кресле, постучала ногтем по столу и напомнила:

– Пап, ты так мне и не ответил.

– А ерунда. Кое-какие цифры не сходятся, вот решил лично перепроверить.

Только собралась сказать, что его объяснение сильно смахивает на ложь, как дверь распахнулась, и в кабинет вошли трое мужчин. Два наголо бритых мордоворота, а из-за их спин выглядывал плюгавенький старичок с жиденькой седой бородкой, как у козла.

– Сергей Витальевич, будьте добры, выйдете из-за стола, – потребовал «шкаф» тот, что стоял справа.

– Пап, а что происходит?! – метнув взгляд от двери обратно к отцу, ошарашено произнесла я.

– Без понятия, – ответил отец и обратился к визитёрам. – Господа, а вы собственно кто?

– Не беспокойтесь, Сергей Витальевич, – засипел мужик с бородой. – Я представляю фирму, оказывающую услуги по внутреннему аудиту, а эти молодые люди должны проконтролировать, чтобы вы на время проверки покинули кабинет и ни к технике, ни к документам не прикоснулись.

Глава 4

В здании фирмы отец наотрез отказался обсуждать инцидент с аудиторской проверкой, аргументируя это тем, что чем меньше его коллеги узнают о произошедшем, тем легче ему будет вернуться к обязанностям. Парковка тоже оказалась неподходящим местом, а далее мы отправились к папе домой и вынужденно разделились, ведь каждый был за рулём. Во дворе около подъезда уже сама не стала на родителя накидываться с вопросами, решив, что зайдём в квартиру, там за закрытой дверью и без лишних ушей поговорим.

– Что ты мне как пятилетней небылицы рассказываешь? – выслушав объяснения отца за кухонным столом, не поверила ни единому его слову. – Нет, я могу допустить, что внутренняя аудиторская проверка – это теперь частое явление в организациях, но чтобы приходила охрана, лишала финансового директора доступа к компьютеру, выдворяла его из кабинета, а на выходе обыскивала портфель на предмет, не прихватил ли он чего с собой из документов – тут уж скажу, что это полная ерунда.

Отец, тяжко вздохнув, склонил голову и пристально начал разглядывать свои руки, сложенные на столешнице в замок.

– Пап, – положила поверх его ладоней свою. – Скажи правду. Насколько всё серьёзно, и в чём тебя подозревают?

– Сашенька, ну зачем тебе? Поверь, иногда лучше не знать. Всё обязательно разрешится, я уверен, а ты только зря будешь себе нервы мотать. Кушать хочешь, у меня суп есть?

Едва сдержалась, чтобы впервые в жизни при отце не ругнуться. Какой к чертям суп, когда его час назад из здания фирмы, в которой он проработал без малого пять лет, выводил конвой из двух мордоворотов?!

– Рассказывай, пап, – тихо и спокойно попросила я. – Вдруг ситуация выйдет из-под контроля, я должна знать, что происходит.

Родитель страдальчески поморщился, показывая, как ему это сложно и трудно, помотал головой, но говорить всё же начал:

– Из фирмы утекла крайне крупная сумма, долгую цепочку финансовых манипуляций не стану объяснять, ты не поймёшь, да я и сам- то ещё не до конца разобрался. Подозревают меня, что в принципе логично, больше ни у кого нет таких полномочий и доступа, чтобы провернуть махинацию подобного масштаба.

По спине пробежал холодок. По нашему законодательству не такую уж и большую сумму денег надо умыкнуть, чтобы инкриминировали статью «Кража в особо крупном размере» и, если не ошибаюсь, за неё светит срок до десяти лет лишения свободы.

– Пап, не хочу нагнетать, но мне, кажется, надо срочно искать адвоката. У тебя есть хороший на примете?

– Саш, ну ты чего?! – папа не только возмутился, но и ладонью по столу хлопнул. – Я же не присваивал эти деньги. Аудиторы вышли, должны во всём разобраться.

– Я знаю, что не присваивал, но….

– Никаких «но». Всё, закрыли тему.

Решила, что сегодня не поеду домой, переночую у папы. Он, конечно, всячески старается показать, что по поводу обвинений не переживает, даже пытается шутить, но я слишком хорошо его знаю, чтобы поверить в игру. Нервничает и ещё как, а у него сердце больное, то есть пока идёт разбирательство, оставаться без присмотра – ему для жизни опасно.

Аппетита не было от слова совсем, но отцу всё же удалось, влить в меня целую тарелку борща, а следом закинуть булочку с маком. После мы, устроившись на диване, посмотрели фильм, но из-за постоянных мыслей о краже, даже не помню сюжета. Спать легли рано, но вот уснула я только ближе к утру.

Слышу сквозь сон, как надрывается дверной звонок, разлипаю глаза в полной прострации, во-первых, за окном ещё темно, во-вторых, лежу не в своей кровати, в третьих, совсем недавно лишь задремала.

– Мы, наверное, топим соседей снизу, – присев, крикнула я. – Кто ещё будет ночью в дверь так долбиться. Пап, ты проснулся?

– Да, сейчас открою, – послышался заспанный голос и шлепки босых ног по полу. – Сашка, ты не вставай, спи.

– Ё-моё, четыре утра, – включив подсветку экрана на телефоне, проворчала я и, накинув халат, потопала смотреть, какая конкретно труба дала течь.

– Тихонов Сергей Витальевич? – сквозь приоткрытую дверь ванной до меня донёсся незнакомый грубый мужской голос.

– Да, – растерянно ответил отец. – А в чём дело?

– Собирайтесь, поедете с нами. Вот решение суда.

Выбежав в коридор, словно очутилась в кошмаре. Всё жутко и как будто происходит не наяву. Ну не могут к нам домой явиться люди в форме, с целью арестовать отца.

Ноги не держат, поэтому чтобы не рухнуть, навалившись на стену, наблюдаю за тем, как поникший отец обувается.

Дверь раскрывается и сначала первым выходит мужчина в погонах, следом за ним идёт отец, и как только он перешагивает порог квартиры, у меня в голове что-то взрывается.

Срываюсь с места и несусь вслед за папой, а догнав, вешаюсь ему на шею и горько рыдаю.

– Нет, пожалуйста, не забирайте его. Мы завтра утром сами придём. Честное слово. Дайте только адрес. Сейчас не уводите.

– Саша, доченька, не надо, ну ты чего…, – дрожащим голосом просит родитель и снимает с себя мои руки.

– Дамочка, вы бы в сторону отошли, – кто-то дёрнул меня за локоть.

– Не смейте трогать мою дочь! – взревел отец. – Немедленно от неё отойдите.

Крик родного человека подействовал отрезвляюще, надо успокоиться и по возможности полицейских не провоцировать, ведь они не на мне отыграются, а после на папе.

Демонстративно подняла руки и, отойдя от родителя на три шага назад, выпалила как из пулемёта:

– Пап, кому звонить?

– У меня в тумбочке в верхней полке есть красный блокнот, там на первой странице записаны номера, найди Копылова Юрия, он юрист и должен помочь.

По щекам ручьём льются слёзы, руки трясутся, чувство беспомощности рвёт душу на части, хочется упасть на пол и истошно завыть. Но нельзя, надо брать себя в руки и договариваться с адвокатом.

Невзирая на время, набрала Копылова. Он тут же попытался отделаться от меня, требовал, чтобы перезвонила в начале рабочего дня, уверял, что всё равно в данный момент ничего сделать не сможет, даже грозился сбросить звонок, но я была непреклонна. Стояла на своём и для того, чтобы он оделся и поехал спасать папу, не стесняясь, плакала в трубку, давила на жалость, спекулировала щедрой оплатой, и как итог победила.

Единственное, я тоже планировала с ним поехать, но тут мужчина выдвинул ультиматум, либо не путаюсь под ногами, либо нанимаю другого юриста.

Когда через три часа Копылов перезвонил, так спешно схватила телефон, что не удержала в руках и выронила.

– Юрий Иванович, ну как, получилось отца освободить?

– Мне нечем вас порадовать, Александра. Новости неутешительные. Судя по всему, ближайшее время Сергею Витальевичу придётся провести под стражей. Разумеется, на ходатайство ещё не ответили, но я задействовал связи и мне неофициально сообщили, что за вашего отца взялись крепко. Да я это и сам понял, слишком уж быстро закрутилась машина.

Не сдержавшись, вновь разревелась.

– И что теперь, как папе помочь?

– Александра, я не просто так ем свой хлеб. Поборемся. Сейчас скину вам на почту список документов….

Юрий Иванович не только давал задания и инструктировал, но попутно и о многих вещах подробно расспрашивал, а когда выяснилось, что я лично и довольно близко знакома с потерпевшей стороной, ну то есть со Ждановым, Копылов аж приободрился.

– Саша, вы обязаны встретиться с Вадимом Викторовичем и за отца попросить? Сделаете?

– Конечно, прямо сейчас к нему поеду.

Если бы не Копылов, какая есть – растрёпанная, заплаканная и в халате, выскочила на улицу, но мужчина настоятельно рекомендовал привести не только эмоции, а ещё и внешний вид хоть в какую-то норму. Как пояснил адвокат, тут главное – не навредить. Если к Жданову явится нервная, очумевшая от беспокойства девица и начнёт в прямом и переносном смысле, трясти его за грудки, добиваясь снисхождения для отца, то только усугубит ситуацию.

Наспех приняла душ, безжалостно дёргая волосы, расчесалась, шкаф в бывшей комнате практически пуст, весь гардероб ещё три года назад вместе со мной переехал в бабушкину квартиру, но строгое чёрное платье в нём нашлось, краситься, разумеется, не стала. Юрист запретил лить крокодиловы слёзы при Жданове, так пусть он хоть посмотрит, какая я бледная и опухшая от постоянных рыданий. Вдруг проникнется.

Свою машину даже трогать не стала, вызвала такси: человек в моём состоянии за рулём на дороге опасен. Пока добиралась, репетировала речь, пусть большая часть фраз вылетит из головы, как только при Жданове открою рот, но что-то должно ведь остаться.

Полностью на автомате, погружённая в мысли, зашла в здание, взяла пропуск, поднялась на лифте, дошла до приёмной Вадима Викторовича, но его секретарь, приятная брюнетка лет сорока –сорока пяти, сообщила, что Жданов ещё на работе не появлялся и вместе с тем предупредила, что если бы даже директор был здесь, она всё равно меня к нему не пустила. Потому как он принимает строго по записи и на её веку ни для кого исключений не делал.

Спустилась на крыльцо здания, если в кабинет к Жданову мне не прорваться, то никто не помешает здесь его подкараулить.

Погода под стать настроению, совсем не весенняя, хмурое небо, порывистый ветер с мелким дождём. Вчера было гораздо теплее, поэтому мой кардиган поверх платья смотрится не по сезону, да и не греет совсем.

Зуб на зуб не попадает, торчу на крыльце уже больше часа, губы наверняка от холода посинели, а нос покраснел. Уверена, я сейчас со стороны напоминаю бездомную несчастную собачонку, что трясётся и с тоской провожает взглядом мимо проходящих людей.

Возле ступеней напротив главного входа остановился автомобиль, в том, что это соизволил подъехать господин Жданов, даже не сомневаюсь, вряд ли ещё чью машину сюда пропустят.

Предугадывая события, воображение нарисовало картину, как из чёрного седана представительского класса, выходит водитель в строгом костюме, приближается к задней пассажирской двери и распахивает. Далее из салона появляется господин Жданов и окидывает высокомерным и вместе с тем хозяйским взглядом снующую вокруг чернь, ну то есть меня и собственных сотрудников.

Гадалка из меня точно такая же, как и вруша – никакая.

Кроме того, что это действительно пожаловал Жданов, больше ничего не сбылось. Водитель не вышел из-за руля, Вадим Викторович сам открыл дверь и пусть пассажирскую, но не заднюю, а переднюю. Также вопреки ожиданию не заметила в глазах мужчины презрительности ко всем и вся, и не ощутила обычно исходящую от него убеждённость в собственном превосходстве.

Странно, но факт, именно сегодня Вадим Викторович производит впечатление во всех смыслах нормального и вполне адекватного человека. Возможно, этим утром он впервые за долгое время встал с той ноги, и это должно сыграть мне на руку.

Рано обрадовалась. Как только взгляд Жданова на меня наткнулся, в него словно кто-то вселился. И этот кто-то крайне неприятный тип, он никого кроме себя не уважает, горделив, деспотичен, чрезмерно самоуверен, а ещё явно мою персону не жалует.

Подозреваю, если сама к Вадиму Викторовичу не обращусь, он в лучшем случае, как прошлый раз в коридоре удостоит меня кивком и пройдёт мимо.

Всё верно, чем меньше между нами остаётся ступеней, тем быстрее он их перешагивает, причём идёт не по прямой, а отклоняясь от меня в противоположную сторону.

Как же стремительно меняется жизнь, ещё совсем недавно сломя голову убегала от Жданова, а он догонял, теперь же всё в точности наоборот.

– Вадим Викторович, постойте, – достаточно громко попросила я.

Боже мой, если пришлось бороться с собой, чтобы элементарно к Жданову обратиться, как же с ним разговаривать?

Лицо Жданова выраз�