Боевая практика книгоходцев

Глава 1

О знакомстве с руководителем практики, его дворецким и слугами

Приморский город Леригра́сс, в который нас с Карелом направили на практику, мне понравился с первого взгляда. Возможно, сыграло свою роль то, что наступило лето, впереди маячили перспективы отдохнуть от бесконечной зубрежки, а с ними и надежда на то, что удастся покупаться в невероятно полезной соленой воде и позагорать. Ой, да что я распинаюсь! Все знают, что чувствуют люди (и нелюди), приехавшие к солнечным берегам в теплое время года.

Библиотека, возле которой нас выбросил портал, располагалась на холме. А город плавно спускался вниз. Где-то там кружили чайки, разливалась глубокая синь, уходящая за горизонт и сливающаяся с небом, торчали мачты кораблей в порту. Сам Лериграсс… Не знаю, город как город. Курортный, в моем понимании. Невысокие дома с яркими ставнями и дверями, стены, наоборот, – поблекшие от соленого морского воздуха или вообще серые и неокрашенные. Много цветов в горшках, украшающих окна. Булыжная мостовая под ногами. Я порадовалась, что купила сандалии на плоской подошве, без каблука.

Было раннее утро, население городка еще не проснулось, и навстречу попадались только вставшие первыми «жаворонки» и те, кому по долгу службы полагается подниматься на рассвете. На нас поглядывали с интересом, но довольно спокойным. Никто не приставал с расспросами, не пытался зазвать куда-то или продать что-либо. Один раз мы наткнулись на местных грабителей. Трое молодых парней принялись нас окружать, хищно поглядывая на наши дорожные сумки. Но стоило Карелу начать вынимать из ножен меч, а мне зажечь в руке огненный шарик, как нам сразу же пожелали счастливого пути.

– Чего это они так отреагировали? – с подозрением спросила я, глядя в спины удаляющимся мужчинам.

– Да ррыгр их разберет, – равнодушно отозвался напарник. – Может, магов уважают.

– Скорее опасаются. Интересно, много тут наших коллег?

– Скоро узнаем, – с непробиваемым спокойствием ответил друг. – Давай поторопимся. Надо познакомиться с тем, кто будет командовать практикой, и поспать немного. А то в Межреальности-то ночь вот-вот начнется, а тут – утро.

– Да-а, – тут же протяжно зевнула я. – Трудно нам придется в первые дни. Такая смена часовых поясов тяжела для организма.

– Смена чего? – не понял Карел.

– Разница во времени, – махнула я рукой.

Мои друзья плохо понимали земные термины и понятия. У меня они первое время прорывались постоянно, а я даже не замечала этого. Ну, нельзя же было сразу перестроиться и перестать использовать с детства знакомые слова и характеристики. К концу учебного года я, конечно, пообтесалась и стала говорить проще и понятнее для всех. Но все равно порой непроизвольно слетало с языка.

Сверяясь с картой, мы подходили все ближе и ближе к набережной. Жилище господина Ма́рвела Гри́нга находилось где-то там. Не в порту, а левее от него, почти на окраине города. С одной стороны – это плохо, с другой – море рядом.

Наконец мы дошли. Трехэтажный дом из белого камня под ярко-синей крышей и с такими же синими дверями и ставнями стоял особняком. Все прочие строения словно отодвинулись от него и с опаской поглядывали окошками. Уж не знаю отчего, но именно такое впечатление у меня сложилось.

– Прибыли! – произнесла я, рассматривая жилище, в котором нам предстояло провести месяц. – Ну что? Стучимся?

– Угу, – отозвался Карел, подошел к двери и заколотил в нее бронзовым молоточком в виде горгульи.

С минуту ничего не происходило. Напарник хотел уж было повторить, но тут дверь открылась, и на нас уставилась лысая мужская голова.

– Чего надо?! Кто такие?! – недружелюбно рявкнула она.

Первой моей реакцией было завизжать и запульнуть в нее огненный шар. Карел тоже впечатлился, отшатнулся от двери и выдернул из ножен меч.

Да-а! Я ожидала всего, чего угодно, но только не такого. Голова, которая встретила нас, принадлежала мужчине, это сомнений не вызывало. И все бы ничего, только… Присутствовала лишь голова! Тела к ней не прилагалось. Вопреки всем законам природы и мироздания, она парила в воздухе сама по себе. Череп, шея и… все. Словно ее отрубили от тела, зарастили шею в месте среза и пустили одну голову в самостоятельное плаванье. Точнее, полет.

– Ну?! – все так же недружелюбно вопросила эта жуть, глядя на нас.

– Э-э-э… – проблеяла я.

– О-о-о… – промычал Карел.

– Ты костер-то свой убери! – указала взглядом на мои руки голова.

Я тоже посмотрела на них и с удивлением увидела полыхающий огненный шар. Создала и сама не заметила как.

– Так чего надо? Говорите быстрее и проваливайте. Господин Гринг занят и никого не принимает!

Ага! Значит, мы все-таки пришли по нужному адресу, выдохнула я и погасила атакующее заклинание. И слава богу, что этот летающий лысый кошмар – не сам наш куратор. Дворецкий такой невероятный, что ли?

– Мы студенты Высшей Школы Библиотекарей. Прибыли на практику. Господин Марвел Гринг – наш научный руководитель, – сказала я.

– Ничего не знаю! Не велено никого пускать! Проваливайте в свою школу! – отрезал странный собеседник, и дверь начала закрываться.

– Что значит проваливайте?! – возмутился отошедший от шока Карел.

– То и значит! Не до вас господину. Катитесь вон!

– Ну уж нет! – вмешалась я. – Вы дворецкий? Вот и докладывайте хозяину о том, что к нему прибыли. Пока мы не переговорим с господином Грингом, никуда не уйдем.

– Ага, лечу и кувыркаюсь… – ехидно ухмыльнулась наглая часть чьего-то тела, парящая в воздухе. – Катитесь!

– И не подумаем! – разозлилась я.

Не дожидаясь, пока Карел что-либо предпримет, подскочила к двери, толкнула ее вперед, перешагнула через порог и… заорала белугой. К летающей голове я уже как-то успела притерпеться, но когда оказалось, что дверь открывали нам не телекинезом, а… В общем, за дверную ручку держалась человеческая кисть руки. Сама по себе, без продолжения. Вторая такая же стояла на полу, опираясь на пальцы.

Карел, услышав мой вопль, рванул внутрь, оттолкнул меня в сторону и тоже замер столбом, таращась на эти две конечности.

– Да что ж вы все так верещите-то? – с досадой воскликнула голова, а кисти рук задергались, выражая солидарность.

– А чего вы нас пугаете?! – вознегодовала я. Осмотрелась, увидела стул у стены, подошла к нему и плюхнулась. – Все! Вы как хотите, а я отсюда не уйду, пока не поговорю с господином Грингом. У меня нервное потрясение, вызванное несоответствием ожидаемого и действительного. Если вы не хотите, чтобы у меня наступила внезапная кратковременная потеря сознания, характеризующаяся резким ухудшением самочувствия, бледностью и слабостью, сопровождающаяся снижением тонуса скелетных мышц, то зовите его.

– Чё? – совсем по-простецки переспросила голова.

– Кира предупреждает вас, что сейчас упадет в обморок, – безмятежно хмыкнул Карел, подошел ко второму стулу и тоже присел.

– Да! – важно кивнула я.

– Слушайте, а может, уйдете? – сделал еще одну попытку собеседник.

– И не подумаем! – отрезала я. – У нас обратный портал только через месяц. А до тех пор мы будем жить здесь! И точка! Вас, кстати, как зовут?

– Меня?

– Вас, вас! Не могу же я кричать: «Эй, голова!»

– Рид, – после долгой задумчивости представилась эта самая голова.

– А их? – некультурно ткнула я указательным пальцем в кисти рук.

– Правая и Левая.

– Логично́, – хохотнул Карел. – Рид, летите за хозяином. Скажите, что к нему прибыли на летнюю практику первокурсники-«вышибалы» – Ки́ра Зо́лотова и Ка́рел Ве́стов.

– То-то Чокнутый Марвел обрадуется, – с непередаваемым сарказмом прошептал Рид и полетел над лестницей на второй этаж.

– Как он его назвал? – вытаращилась я на напарника.

– Чокнутый Марвел, – подтвердил он, что это были не слуховые галлюцинации.

Приглядывать за нами остались руки. Левая расслабленно улеглась и только периодически постукивала средним пальцем по полу. Мне она казалась похожей на маленькую собачку. Вроде как бдит, но при этом ничего толкового сделать не сможет при необходимости. Правая закрыла дверь, спустилась на пол и сделала несколько кругов на пальцах вокруг Левой. Похоже, никак не могла решить – прилечь ей рядом или изобразить видимость деятельности.

Мы с Карелом переглянулись, но говорить вслух ничего не стали. Ведь как-то же эти руки все понимали, так что лучше промолчать. Рид спустился минуты через три.

– Идемте! – позвал он нас, зависнув на середине лестницы. – Хозяин приглашает вас.

Я тут же вскочила, повесила на плечо сумку и пошла вперед.

– Сумки можете оставить здесь, – закатив глаза, сказала голова.

– Все свое ношу с собой! – проворчала я и стала подниматься.

Еще не хватало бросать свои вещи там, где в них могут залезть всякие ожившие руки. Воровать у меня нечего, но вдруг флаконы какие разобьют и их содержимое смешается? Не хотелось бы начать практику с уничтожения жилища научного руководителя.

Рид фыркнул и полетел вперед, указывая нам дорогу.

Второй этаж дома явно был жилым. Двери в некоторые из комнат оказались открыты, позволяя рассмотреть, что в них находится. Гостиная, библиотека, несколько спален. Мы дошли до единственной закрытой двери и остановились.

– Что смотрите? Стучите! – велел слуга.

Ах, ну да. Он же сам открыть дверь не может. Хотя… как-то же он о нас доложил и получил указания, что делать. Очень интересно!

Карел отодвинул меня в сторонку, постучал и распахнул дверь. Здесь располагался кабинет господина Марвела Гринга. Огромный письменный стол, заваленный горами бумаг и свитков, пара книжных шкафов, три стула, в неясном порядке расставленные в центре комнаты и тоже загроможденные книгами и журналами. На полу пустые картонные коробки, большие свитки у стены, несколько грязных алхимических реторт. Кабинет был именно рабочим помещением, а не создавал видимость, что в нем занимаются полезной деятельностью. И еще он был ужасно захламленным. Есть определенная категория людей, которые живут и работают в диком хаосе. Но их вотчина кажется хаосом только непосвященным. Сами же хозяева этого бедлама в нем прекрасно ориентируются. Более того, наведи там порядок, и все, рабочий процесс встанет. Потому что они не смогут найти то, что им требуется. А так они знают, что нужная им бумажка валяется в куче мусора под шкафом, у его левой ножки. Или что письмо, требующее ответа, припрятано в середине стопки газет, лежащей на стуле в углу.

Впрочем, я отвлеклась. В центре комнаты лицом к окну стоял наш научный руководитель.

– Господин Марвел Гринг? – пробасил Карел.

Гринг всплеснул руками от неожиданности, то, что он держал, вырвалось и полетело в направлении окна.

– Ложись! – прямо мне в ухо завопил Рид и сам сиганул вниз.

Мы с Карелом моментально упали на пол. Вымуштровали нас на занятиях знатно. Уж сколько мы носом в грязь тыкались на уроках физической подготовки, и словами не передать. Зато теперь действовали на рефлексах.

Я еще успела прикрыть одной рукой свою голову, а второй подтащила к себе Рида, как прозвучал взрыв, и кабинет заволокло отвратительно воняющим дымом.

Сам господин Гринг кашлял где-то в глубине комнаты, и подниматься с пола, пока нам не дадут команду, лично я боялась. Мало ли, вдруг сейчас прилетит вторая волна. Откуда же нам знать, что именно взорвалось.

Наконец дым рассеялся, хозяин кабинета встал, невозмутимо отряхнулся и уставился на нас так, словно только что увидел.

– Ага! – воскликнул он, рассмотрев наши распластавшиеся тела. – Шурхи! Вставайте.

Я вопросительно глянула в глаза Рида, который так и лежал на полу рядом со мной, а моя рука придерживала его за макушку.

– Вставайте, вставайте. Теперь можно, – дернулся дворецкий, выскользнул из-под моей ладошки и взлетел.

Я поднялась, отряхнулась и стала слушать, что Карел говорит хозяину дома. Он сообщил, кто мы такие, откуда взялись и зачем, и вынул из сумки бумаги. Пока напарник все излагал, я рассматривала нашего руководителя. Нестарый еще мужчина, на вид лет сорока с небольшим. Высокий, худой, жилистый и сутулый. С встрепанными густыми каштановыми волосами, которые не мешало бы постричь. Он явно не утруждал себя походами к парикмахеру. Вокруг глаз морщинки, щеки впалые с двумя глубокими складками от носа к губам. Ему бы еще очки на нос, и получился бы типичный безумный ученый из какого-нибудь фильма. Он даже одет был подходяще: черные брюки, мягкие домашние туфли, белая рубашка, а поверх – серый халат с пятнами неизвестного происхождения и прожженными дырками. Точнее, здесь это одеяние называли мантией, но, в сущности, халат и халат.

– Ага! – снова воскликнул господин Гринг, когда Карел закончил свою речь. – Вы вовремя!

Рядом со мной тяжело вздохнул Рид, и я сразу напряглась. Это для чего мы вовремя? Не нравится мне такое вступление.

– Простите? – осторожно уточнил Карел.

– Да! – Гринг сорвался с места и сделал несколько шагов по кабинету туда-обратно. – Да!

Напарник обернулся и поднял брови, глядя мне в глаза. Я пожала плечами и перевела взгляд на мага, который, кажется, забыл про нас. Он взял с пола свиток, развернул его и принялся читать.

– Господин Гринг, – позвала я.

– А? – встрепенулся он. – Ах да! Шурхи! Зовите меня просто Марвел. Никаких «господинов Грингов». Комнаты себе выбирайте сами, некогда мне вас заселять.

– Любые? – уточнила я.

– Ну конечно, любые! – отмахнулся мужчина. – Я же сказал.

– А что потом?

– Что потом? – озадачился Гринг. – Что потом… Спите, ешьте.

– Господин, вынужден напомнить, что есть у нас нечего. Госпожа Лари́сса придет только вечером, – вмешался Рид.

– Совсем нечего? – так искренне удивился Марвел, что я чуть не прыснула от смеха.

– Совсем! – подтвердил худшее дворецкий. – Остался только живой октоног в аквариуме.

– Ага! – обрадовался ученый. – Вот, значит, эта девушка и приготовит нам октонога.

– Я?! – ужаснулась «эта девушка».

– Ну не я же! – снова всплеснул руками Гринг.

Свиток из его рук тут же улетел куда-то в угол, и я дернулась, ожидая команды «Ложись». Но нет, он просто шлепнулся без разрушающих последствий.

– Рид, я не умею готовить октоногов, – прошептала дворецкому. – Я даже не знаю, что это такое.

– Морской гад, – тоже шепотом пояснил он.

Час от часу не легче… Морской гад еще какой-то…

– Так! А вы, юноша, возьмите корзину и сходите на рынок, – скомандовал Гринг прислушивающемуся к нашему разговору Карелу.

– А потом? – уточнил напарник.

– А потом… Не знаю! Идите, идите! Кыш, кыш! – замахал на нас руками маг.

Вышли мы из кабинета, и сразу же дверь за нашими спинами сама по себе захлопнулась.

– Кхе, – многозначительно кашлянула я.

– Угу, – буркнул Карел и выразительно покрутил указательным пальцем у виска.

– Это еще что-о! – ехидно пропел наблюдающий за нами Рид. – Вот с недельку тут поживете и сами того… с приветом сделаетесь.

Перспективы… пугали.

Рид позволил нам осмотреть все свободные комнаты, и мы с другом выбрали себе две по соседству. Карел предпочел небольшую спальню в рыже-коричневых тонах, а я выбрала интерьер в лилово-желтой гамме. Сочетание диковатое, но мне понравилось. Лиловые ткани были неяркими, а светлый цвет мебели хорошо их оттенял.

Некоторое время у нас ушло на то, чтобы разложить и развесить вещи. Рид все это время курсировал между двумя помещениями и с любопытством наблюдал за тем, что мы вынимали из сумок.

– Алхимию любишь? – поинтересовался он у меня, увидев котелок и маленькие пакетики с травами.

– Люблю, – согласилась я.

– У господина лаборатория есть в подвале. Если он тебя туда пустит, можешь что-нибудь варить. Народ в городе охотно покупает всякие зелья. Правда, сюда никто не ходит, боятся. Ты у Лариссы спроси, она подскажет, в какую лавку можно готовые относить.

– Учту. А Ларисса – это…

– Экономка. Уехала в гости на три дня, вот мы тут и кукуем.

– Экономка – это хорошо, – обрадовалась я. – А то из меня повариха аховая, честно говорю.

– Да ладно, – ухмыльнулся дворецкий. – Октоно́га любой дурак сварит.

Я скептически поджала губы, но говорить ничего не стала. Поживем – увидим.

Наконец мы с Карелом все доделали и, зевая во весь рот, спустились на первый этаж. Рид привел нас на кухню и сделал круг по помещению.

– Ну вот! Располагайтесь!

Посмотрела я на все это хозяйство и приуныла. Как растапливать печь, я не знала. Пришлось признаться в своей несостоятельности напарнику и дворецкому.

– Да что ж ты за девка такая, коли с печью управляться не умеешь? – удивился Рид.

– Да уж какая есть, – пожала я плечами. Ну откуда мне, городской девчонке из технического мира, знать, как растапливать печку и как ею пользоваться?

– Я умею. Сейчас все сделаю, – пришел мне на помощь друг. – А ты пока тащи сюда этого… с ногами.

– Октонога! – исправил его Рид и поманил меня в смежное помещение.

Глава 2

Об охоте на октонога и знакомстве с местными продуктами

Здесь располагалась просторная кладовая, из которой вела лестница в подвал. Впрочем, вниз мы не пошли, так как октоног находился в большом аквариуме, стоявшем в углу. Я присела на корточки и уставилась на… Ну, назовем этого монстрика иномирной версией осьминога.

Такая же «голова», щупальца с присосками, но к ним в комплекте шли еще две внушительные хитиновые клешни. Отличие заключалось в том, что у октонога имелся большой широкий клюв, а глаза располагались на палочках-отростках, как у улиток. И расцветка абсолютно футуристическая: особь, взирающая на меня из стеклянного чана, наполненного водой, была ярко-малиновая с темно-синими кружочками по всему телу.

– И как его готовить? – с ужасом вопросила я, таращась на это чудо чудное, диво дивное.

– Да чего его готовить? Суй в кипяток, пусть варится, – любезно пояснил Рид.

– Так он же живой!

– А тебе какой нужен? – не понял дворецкий. – Их живыми варят.

– О боже! Жуть какая! – отодвинулась я от аквариума. – Я не могу! Это же… садизм какой-то.

– Что такое садизм, мне неведомо, а только бросать октоногов в кипяток надо живыми, целиком и не разделывая. Если сдохнет или туша повредится, все, можно выкидывать. Мясо испорчено, и есть его уже нельзя.

– А… яйца у вас есть? Омлетик пожарю… – намекнула я.

– Не-а, закончились.

– А мука и молоко? Блинчики умею делать.

– Не-а, все закончилось.

– Ну, может, хоть крупа какая?

– Не-а, все закончилось.

– Да чтоб вас! Как так можно жить – вообще без запасов?

– Все закончилось! – с непробиваемым спокойствием повторял одну и ту же фразу Рид.

Тут из кухни позвал Карел:

– Кира, я печь растопил, поставил воду греться.

Я зыркнула на Рида и пошла на кухню задабривать напарника. Одна я к этому монстру с клювом и клешнями прикасаться отказываюсь.

– Карел, сходи-ка в кладовку. Полюбуйся на октонога. Эту тварюку надо бросать в кипяток живой. И я его боюсь.

Друг усмехнулся, сходил… полюбовался. Вернулся в задумчивости.

– И что будем делать? Я не могу совать в кипяток живое существо, – сказала, глядя в глаза парню. – Это ведь даже не рак.

– Давай оглушим его, – пожал он плечами.

– Напоминаю, повреждать целостность туши – нельзя! – прокомментировал наши реплики Рид.

– Значит, оглушим, не повреждая, – отозвался Карел. – Ждем, пока закипит вода, и начнем.

Мы расселись за столом и затихли. Не знаю, как Карел, а я так устала, что хотела только одного – спать. В Межреальности сейчас была уже глубокая ночь, и у меня глаза слипались. Наконец вода в огромной кастрюле забулькала.

– Кир, идем! – толкнул меня Карел, и я поняла, что умудрилась задремать, пока ждала.

Вошли мы в кладовку, я по команде сняла с аквариума крышку, а Карел подцепил октонога специальными большими щипцами, на которые ему указал Рид. С натугой вытянув скользкую тушу морского гада перед собой, напарник потащил его на кухню. И все бы ничего, но монстр явно не желал быть сваренным. Он принялся щелкать клешнями перед лицом обидчика, вцепился двумя щупальцами в щипцы, два других выбросил вперед и причпокнулся присосками к полкам вдоль стены. Карел не успел притормозить и упал, поскользнувшись на натекшей с октонога воде.

– Лови его! – прямо мне в ухо заорал Рид.

Я дернулась, отшатнулась в сторону и тоже наступила в лужу. Через минуту мы трое – октоног, Карел и я – барахтались на скользком полу, силясь подняться. Только с той разницей, что мы пытались еще поймать морскую живность, а она старалась от нас удрать.

– Лови его! Лови! – верещала я.

– Он уползает, гаденыш! – гудел Карел.

– Да что же вы за балбесы такие! С октоногом справиться не можете! Он же не кусается! – это Рид.

Ага, не кусается! А клешни ему зачем? Для красоты? А клюв такой страшный? Декоративный, что ли? И вообще, гадко, мерзко… Склизкий он, этот октоног противный, и с щупальцами. Бр-р-р. В рот не возьму такую пакость, пусть сами его едят!

– Да глуши же ты его! – взревел Карел, пытаясь оторвать от своего лица присосавшееся щупальце.

Посмотрела я по сторонам, схватила большую железную крышку от аквариума и дала пятнистому малиновому гаду по башке. Тело октонога обмякло, правда, вместе с ним обмяк и мой напарник.

– Убила! – обрадовал меня Рид.

– Молчи, дурак! – завопила я и на четвереньках подползла к голове друга. – Карел! Карел! Ты живой?!

– Мм-м… – простонал он и открыл мутные глаза.

– Фух… Живой, – осела я рядом.

– Убери с меня эту гадость! – передернулся Карел и откинул тело морской живности в сторону.

– Ай, молодцы! – ядовито прокомментировал дворецкий. – Всю кладовку разгромили, продукт по полу поваляли, друг друга чуть не поубивали… Но теперь-то, я надеюсь, вы сварите октонога?

Я бросила на говорящую голову тяжелый многообещающий взгляд и подхватила с пола железную крышку.

– Ну, вы тут сами заканчивайте, – все понял он и полетел к выходу из кухни. – Эй, Карел! Выползай давай. Сейчас на рынок пойдем!

Мы с другом мрачно переглянулись и с трудом поднялись. Карел щипцами подхватил с пола тушку существа с щупальцами и понес на кухню. Там мы его сполоснули и засунули в кастрюлю с круто кипящей водой.

– Эй, непутёха, сварить-то его сможешь? – тут же заглянул к нам Рид.

– Сам пусть варится, – буркнула я.

– Понятное дело, что сам, – хохотнул дворецкий. – Сварится – вынимай, потом покажу, как его чистить.

О боже, эту тварь еще и чистить потом? Я застонала от перспектив, но меня уже никто не слышал. Рид увел Карела в коридор, по дороге рассказывая, что нужно взять две корзины. Одну большую, для продуктов, и маленькую, в которой устроится Рид и будет показывать дорогу и давать советы, что купить. Ну и ладно, пусть идут. А я пока отдохну.

Прикинув, сколько времени должен вариться октоног, решила, что где-то с час. А то и поболе. Это целая курица варится примерно час, а этот монстрик весь какой-то упругий, да и размером намного больше. Побродив вокруг кастрюли, я накрыла ее крышкой, не зная, как уменьшить огонь, сдвинула посудину так, чтобы она стояла не всем днищем на раскаленных чугунных кольцах, и засекла время. Уходить с кухни не рискнула, а то вдруг вода убежит, а я не смогу снова зажечь плиту, так что присела за стол, подперла голову кулачком и… заснула.

Когда проснулась, вода еще кипела на медленном огне, а в бульоне плавал варившийся октоног. Потыкала я его ножом, чтобы проверить, готов или нет, и удивилась. Надо же, прошло полтора часа, если верить настенным часам, а мясо ужасно твердое.

– Да что ж ты за пакость-то такая?! – проворчала я, вернула кастрюлю на прежнее место, чтобы она сильнее нагрелась, и решила дать покипеть мясу еще минут шестьдесят. Уж за два-то с половиной часа оно точно должно провариться!

Когда вернулись нагруженный как ишак Карел и весело болтающий Рид, я уже потеряла терпение. Этот дурацкий октоног никак не хотел становиться мягче. Я его даже ножом проткнуть не могла, чтобы проверить готовность. Резина резиной! И как местные жители его едят? Не понимаю!

– Кира, ну что? – спросил меня взмыленный напарник и поставил в центре кухни свой груз.

– Ничего хорошего! – в сердцах бросила я. – Варю этого гаденыша уже почти три часа, а он как подметка!

– Сколько?! – поперхнулся Рид и вылетел из маленькой корзинки.

– Мало? – деловито поинтересовалась у него. – Вот и я думаю, что мало. Похоже, его надо варить часов пять-шесть, тогда он станет мягким.

– Ой дуреха-а-а, – протянул дворецкий. – Это же морской гад. Их варят минут пять максимум, иначе они становятся твердыми. Их тогда вообще не разжевать!

– Да-а-а? – озадачилась я и уставилась на кастрюлю. – А чего же ты мне не объяснил?! Я тут уже столько времени торчу и жду, пока он приготовится!

– Я же тебе сказал: как сварится – вынимай.

– Так я и жду, пока он это сделает! – огрызнулась я, покосившись на смеющегося Карела.

– Кир, не расстраивайся. Тут столько незнакомых продуктов… Если бы со мной Рид не отправился, я бы тоже… такого накупил, что ужас. Давай лучше разложим то, что я принес, и сварганим что-нибудь быстрое. Ты что умеешь готовить?

Готовить я мало что умела. Нет, пельмени или макароны – пожалуйста. Ну, омлет там или яичницу, блинчики опять же – это тоже легко. Супчик знала, как делать, крупу сварить. С чем-то более трудоемким было сложнее. По книге рецептов – запросто, хотя гарантировать, что получится вкусно, не могла. Сама по себе, не имея четких инструкций, – извините, этому я не успела научиться. У нас дома все готовила мама, причем так вкусно, что ни у меня, ни у папы и мысли не возникало самим экспериментировать.

– Давай, – ушла я от ответа. Сначала посмотрю, что имеется в наличии, а там видно будет.

В общем, пришлось нам с напарником и Марвелу есть омлет. А я сразу говорила! Придумали тоже, боевого мага заставлять готовить отвратительных октоногов с щупальцами и клешнями.

День прошел никак. Я успела вздремнуть, пока варила эту жуть с клювом, а вот Карел сдулся сразу после обеда. Ему-то еще на рынок пришлось ходить. Так что он клевал носом уже за чаем. Марвел быстро поел, пробурчал что-то невразумительное и умчался по своим, несомненно очень важным, делам, а я осталась в обществе раскоряченного на большом подносе октонога, засыпающего Карела и горящего энтузиазмом Рида. Он, кстати, с нами не ел. Сказал, что ему не требуется обычная пища.

Отправила я напарника отдыхать, а сама осталась на кухне, чтобы убрать весь тот разгром, что мы учинили, пока ловили «еду». Рид задавал вопросы о том, как все происходит в ВШБ, смеялся над моими историями и подсказывал, что куда убрать. Периодически в кухню «заглядывали» Левая и Правая руки. Переминались на пороге и удалялись.

После уборки Рид провел для меня экскурсию по дому. Он оказался очень говорливым и общительным, даром что встретил нас поначалу столь нелюбезно. Время приближалось к вечеру, и я уже озадачилась, чем же нам питаться на ужин, но тут, к моему величайшему облегчению, прибыла экономка. Услышал о ее приходе Рид, уж не знаю как. Он замер в воздухе и заявил:

– О! Ларисса вернулась! Идем знакомиться.

В холле высокая миловидная женщина лет тридцати пяти на вид отчитывала за что-то Левую и Правую. Как и в чем могли провиниться кисти рук, для меня, право слово, неразрешимая загадка. Как они слушали – еще более непостижимая головоломка. Но они понимали высказываемые им претензии и даже шаркали пальцами по полу, изображая раскаяние.

– Ларисса! – окликнул женщину Рид. – С возвращением!

– Добрый вечер, Рид, – отвлеклась она от нашкодивших рук, чем те не замедлили воспользоваться и смылись. – А это кто с тобой? – уставилась на меня дама.

– А это шурхи-первокурсники к Марвелу на практику прибыли. Вот эта пигалица и ее напарник. Но он пока спит.

– Здравствуйте, – приветливо улыбнулась я.

– Ну, здравствуй, коли не шутишь, – хмыкнула Ларисса. – И чем же вы с напарником так провинились, что вас сюда сослали? Последний раз к Чокнутому Марвелу направляли практикантов лет десять назад.

– Двенадцать, – исправил ее дворецкий.

– Да, точно. Были двое парнишек двенадцать лет назад, – кивнула она. – Ну? Чего натворили в своей школе?

– Да вроде ничего, – пожала плечами я. – Мы вообще-то с Карелом оба отличники.

– Ну-ну, – неопределенно отозвалась Ларисса и пошла в кухню.

Мы с Ридом переглянулись. Выбросить октонога у меня рука не поднялась. Мало ли, вдруг из него еще что-то можно сделать. Все-таки такая туша… Поэтому морской гад так и лежал на большом подносе, раскинув свои конечности в разные стороны.

Из кухни донесся удивленный возглас, а потом нас пригласили тоном, не подразумевающим отказа, на допрос.

– Это что?! – вопросила экономка, указывая на стол.

– Октоног, – ответила я.

– Это я вижу. Что вы с ним сделали?

– Сварили.

– А почему у него голова приплющенная?

– Я его оглушила, – покаялась я.

– Зачем? – опешила женщина.

– Он не хотел в кастрюлю лезть.

Рид сдавленно фыркнул, но в разговор не вмешивался и помогать мне не спешил.

– А почему он такой… упругий? – нашла экономка наконец слово, более-менее верно описывающее резиновую консистенцию этой морской пакости.

– Хорошо проварился, – вздохнула я.

– Насколько хорошо? – прищурилась она.

– Ларисса, эта дуреха его почти три часа варила! – со смехом сдал меня дворецкий. – Думала, он тогда мягче станет.

Я почувствовала, что заливаюсь краской, но это был не конец моего позора. Дворецкий принялся в красках описывать процесс транспортировки живности от аквариума к кастрюле. Ларисса, не скрываясь, хохотала над двумя зелеными неудачниками, которые никогда в жизни не видели октоногов. Потом Рид стал рассказывать о походе на рынок с Карелом, и тут уже я подхихикивала. Оказалось, что не одна я такая бестолочь. Карел тоже не все продукты мог опознать. Он чуть не купил яйца прибрежных ящеров вместо куриных. О боги, у них тут водятся прибрежные ящеры?! Потом собирался приобрести оранжевый хрен, приняв его за морковку. Свежую траву для приготовления наркотического напитка (коноплю, что ли?) принял за петрушку. Ну и еще по мелочи.

Отсмеявшись, Ларисса посмотрела на меня и произнесла:

– Девонька, не расстраивайся. Я научу тебя готовить. Вам все равно тут целый месяц жить. Марвел вряд ли станет сильно нагружать, ему не до вас. А в свободное время приходи ко мне на кухню, чему успею – научу. Пригодится в жизни.

К моему величайшему облегчению, заниматься ужином мне не пришлось. Видя, что я клюю носом и из последних сил держусь, чтобы не заснуть, экономка и Рид меня старались не дергать. Я как сомнамбула посидела немного на крыльце, прячась в тень, чтобы не обгореть на южном жарком солнце. У Лариссы узнала, где можно прикупить защитный крем от солнца. И мне, и Карелу это жизненно необходимо: мы оба были бледными и абсолютно не загорелыми. Записала все под диктовку и отметила на карте, заодно уточнила еще несколько адресов.

К ужину Карел не вышел. Будить уставшего парня было жаль, так что я сама отнесла ему поднос с пирожками, копченостями и кувшин морса из каких-то местных ягод. Проснется – поест. Поставила еду на стол в спальне друга и тоже ушла отдыхать.

Утро началось с того, что кто-то завопил мне прямо в ухо:

– Подъем!

Я дернулась, подскочила, запуталась в одеяле и грохнулась с кровати. Но при этом успела навесить щит на себя и запулить в нападавшего замораживающее заклинание. Мы его прошли во втором семестре. Хорошее такое заклинание. Оно действительно словно замораживало противника на короткий срок, дающий возможность магу разобраться в ситуации.

Когда выпуталась из одеяла и посмотрела, кто же это орал, то только и смогла уронить лицо в ладони. Над кроватью висела в воздухе голова дворецкого. Заклинание накрыло Рида, когда он собирался что-то еще крикнуть, и он так и застыл с открытым ртом, выпученными глазами и перекошенным лицом.

– Рид, вот скажи, ты самоубийца? – спросила я и метнула в него отмену заклинания заморозки.

Вчера после нашей нелепой охоты на октонога я как-то незаметно начала ему «тыкать». Он не возражал, так оно и осталось.

– Хорошая реакция! – сказал Рид, шмякнувшись на постель. Подвигал челюстью, проверяя, как она работает, и спросил: – А ты чего такая нервная? Ты же девушка, библиотекарь, а реакция – как у боевого мага.

– А я и то, и другое, и даже еще немного третье, – пробурчала, встала на четвереньки и заползла обратно на постель.

– Это как?

– Это так! – Я натянула на голову одеяло, давая понять, что не желаю вести беседы спозаранку.

– А Ларисса к завтраку зовет, – услышала приглушенный голос дворецкого. – А Карел голодный и сказал, что все съест, если ты не придешь. А Марвел – всегда голодный. Так что, если не поторопишься, останешься без завтрака.

– Да что ж такое-то? – посетовала я, не вылезая, впрочем, из-под одеяла. Потом высунула нос и попросила: – Рид, а заныкай мне одну булочку, а? Чай я себе сама потом заварю.

– Заны… что? – растерялся дворецкий.

– Понятно, – вздохнула я и встала.

Каникулы пока не предвиделись. Ну что ж, надо узнать планы на ближайшее будущее у нашего странного наставника.

Завтрак прошел спокойно. Почти. Марвел о чем-то грезил, сметая еду с тарелок. Карел переспал и был слегка невменяем, я, наоборот, недоспала. А вот когда господин Гринг доел и залпом допил чай, все и началось. Точнее, закончилось. Моя надежда несколько дней отдохнуть, прогуляться к морю и посмотреть на город разбилась вдребезги.

– Так, шурхи! – преувеличенно жизнерадостно обратился к нам научный руководитель.

Карел подавился от неожиданности и закашлялся, Ларисса закатила глаза и попыталась подлить Марвелу чай, но он ловко отодвинул чашку в сторону.

– Да, господин Гринг? – елейным голоском отозвалась я.

– Одно штрафное очко за непонятливость! – сообщил этот… руководитель, щелкнул пальцами, и мне в лоб прилетел воздушный щелбан.

Я как сидела с открытым ртом, так и застыла в изумлении. Мне только что дали щелбан за вежливое обращение к более старшему по возрасту и статусу человеку?! Поверить не могу!

– Ваша задача на сегодня, шурхи, – продолжил тот как ни в чем не бывало. – Сходите в город в лавку травника и в магический магазин. Список трав, ингредиентов и того, что необходимо приобрести, я дам. Все купите и принесете. Вопросы?

– Как мы их найдем? – спросил Карел.

– Не моя забота, – отмахнулся маг. – Вы практиканты, вот сами и разбирайтесь. А я вам не нянька. Потом прогуляетесь на рынок и купите продуктов. Ларисса скажет, что нужно.

– Это всё? – вкрадчиво уточнил друг.

– Маловато, да? – почесал затылок Гринг. – Куда бы вас еще заслать, чтобы под ногами не путались…

– К морю? – робко предложила я. – Ракушек поискать? Толченые ракушки добавляют в некоторые эликсиры для…

– О! – так громко выкрикнул Марвел, что я подпрыгнула на месте, а Карел дернулся и опрокинул чашку с чаем, отчего по скатерти поползло коричневое мокрое пятно. – Завтра отправитесь на остров. Да! Точно! На остров! На остров!

– А… зачем? – очень осторожно поинтересовался мой напарник. – И как мы туда попадем?

– За ракушками, конечно же! Пойдете на шхуне. Найдете в порту какого-нибудь капитана, скажете, что вам нужно на остров русалок. Да! Привезете мне синюю и зеленую чешую с их хвостов. Ну и еще что-нибудь. И травок, травок насобирайте! – Ученый погрозил кому-то пальцем, вскочил и добавил: – Все спросите у Лариссы и Рида.

И ушел.

Да-а-а! Практика обещает быть полной сюрпризов.

Глава 3

О поездке к острову русалок и об отдыхе на природе

– Он это серьезно? – обалдело спросила я, глядя на друга. – Чешую с хвостов русалок? Да нас же утопят, и все дела.

– Не утопят, – спокойно ответила вместо него Ларисса. – Но придется вам, конечно, попотеть. Эти морские стервы так просто ничего не дадут. Особенно тяжело придется тебе, дружок, – похлопала она по плечу Карела. – Ты мальчик красивый, ох и попьют они твоей кровушки.

«Красивый мальчик» начал стремительно бледнеть, пришлось вмешаться.

– Это мы еще посмотрим! – буркнула, прищурившись. – Карела могу обижать только я. Он мой напарник!

Друг скорчил скептическую рожицу, так как за целый год мы ни разу даже не поссорились. Нам всегда легко удавалось найти общий язык. Потом до него дошло, что это я так пытаюсь его приободрить, и он благодарно улыбнулся.

Первую половину дня мы провели, рыская по городу и выполняя заказ Марвела на травы и алхимические реагенты. По пути я, пресекая все возражения Карела, затащила его в несколько лавок и заставила купить необходимые лично нам вещи. Не в длинном же сарафане мне плыть на остров к русалкам! И вообще, я купаться хочу, в море поплавать! А эти дремучие иномиряне и слыхом не слыхивали о такой вещи, как купальник. Пришлось брать решение в свои руки. В одной одежной лавке, торгующей детскими вещами, я купила короткие мальчишечьи штанишки. Благо мои габариты позволяли. Заставила портниху обрезать их и превратить в шорты. Там же приобрела симпатичную нижнюю рубашку-комбинацию. Она модифицировалась в топик.

Карел в ужасе наблюдал за этим кощунством, но я была непреклонна. Более того, и его потом заставила купить бриджи и рубаху с короткими рукавами. Разжились мы оба и шляпами, и шлепанцами, которые не жалко сбивать по песку и камням. Ну и парой комплектов местной одежды для города пришлось обзавестись.

Приволокли мы все это в дом, сгрузили и сразу же получили в руки огромную корзину.

– В нее можно меня целиком засунуть, – сообщила я Лариссе, разглядывая этого плетеного мастодонта. – Ни я, ни Карел ее не поднимем.

– Да ладно, – отмахнулась экономка. – У нее сзади лямки. На спину цепляете и тащите по очереди.

Лямки действительно имелись. Только вот… если я вставала вплотную к корзине, то мы с ней были почти одного роста.

Я задумчиво погрызла ноготь на большом пальце. Да у меня пупок развяжется, если подниму такую тяжесть, ведь ее придется еще наполнить продуктами.

– Ларисса, а поменьше ничего нет? – спросила наконец.

– Есть, но тогда придется брать две корзины, – пожала она плечами и вынесла другие плетеные конструкции, в половину объема от первой.

– Мы лучше эти возьмем! – заявил Карел и подхватил одну из них, пока экономка не передумала.

– Ларисса, а у вас колеса есть? – снова задала я вопрос.

– Чего? – растерялась женщина.

Некоторое время у меня ушло на объяснение того, что мне требовалось. В итоге пришлось сначала налегке сбегать в лавку, торгующую всякими хозяйственными вещами. Оттуда мы притащили четыре колеса, предназначенные для… не знаю для чего. Диаметром примерно в двадцать сантиметров. Кроме того, две квадратные досточки и инструменты. На рынок отправились, когда спа́ло дневное пекло. И надо было видеть лица прохожих, провожавших взглядами наши корзины, которые ехали на собственных колесах. Не, ну правда! Я что, ишак, таскать такие тяжести? Я библиотекарь, хрупкая и маленькая. В России с подобными сумками-тележками в магазины многие ходят, например бабушки или те, кому нельзя поднимать тяжести по состоянию здоровья. А у нас с Карелом корзины-тележки. Удобно ведь! И что-то мне подсказывало, что за этот месяц мы еще набегаемся за покупками, так что лучше сразу позаботиться о себе.

Ну, что я могу сказать о рынке? Рыбы много, всяких кальмаров, крабов, мидий и прочей вполне узнаваемой морской живности. Правда, их нужно покупать с утра, пока свежие. Так что мы ограничились овощами, корнеплодами, крупами, фруктами и другими непортящимися продуктами. И все равно даже на колесиках корзины тяжело постанывали, пока мы катили их до дома. Но лучше уж пусть стонут колеса и корзины, чем я.

К ужину Марвел не спустился. Рид сказал, что маг занят экспериментом, так что Ларисса отнесла поднос с тарелками в лабораторию. А нас с Карелом экономка и дворецкий принялись инструктировать насчет завтрашней поездки. Сообщили, где найти судно, посоветовали проверенного капитана, выдали запас продуктов, фляги, одеяла… Ларисса сразу предупредила, что за день мы не управимся. Мол, русалки в этих краях наглые и своенравные, на деловое сотрудничество идут плохо, и придется нам поломать головы, как получить у них необходимую чешую. К тому же те травы, про которые говорил Марвел, собирают на рассвете и на закате. Так что… Посоветовала морально и материально готовиться к тому, что проторчим мы там от трех до семи дней, и это в лучшем случае. Рид ей поддакивал и давал советы, где лучше на острове разместиться. Сообщил, что он необитаем, но там есть пресная вода и даже небольшой водопад.

Мы с Карелом мотали на ус и мрачно переглядывались. М-да. Не так я представляла себе практику. Хотя, с другой стороны… Несколько дней вдали от цивилизации, на необитаемом острове на берегу теплого моря… Позагораю, наплаваюсь… Кажется, все не так уж и плохо.

– Ты чего это такая благостная? – спросил меня напарник, когда мы оказались возле дверей в наши спальни.

– Ты уху варить умеешь? – невпопад спросила я.

– Уху – нет. Но смогу запечь рыбу в глине или на камнях, – ответил он и вопросительно поднял брови.

– А плаваешь хорошо?

– Совсем не плаваю, – помрачнев, выдал он ответ. – Там, где я вырос, нет большой воды.

– Научу, – отмахнулась я. – А теперь подумай о том, что никто не узнает, как быстро мы добудем все требуемое. И о том, что можно отоспаться и позагорать на пляже.

В глазах напарника начало зарождаться понимание. Я подмигнула ему и отправилась собирать вещи.

Солнце еще только начинало пригревать землю, а мы с Карелом уже подходили к причалу в порту. Нужная нам шхуна, точнее баркас, если уж говорить честно, нашелся довольно быстро. Небольшой, но крепкий на вид, с гордым названием «Ласточка». Капитан обнаружился тут же. Седой сухощавый мужчина сидел, свесив с борта босые ноги с закатанными штанинами, и неторопливо чинил сеть.

– Капитан Жако́б? – окликнул его Карел.

– Допустим, – ответил мужчина, подняв голову, и принялся рассматривать нас сквозь ресницы.

– Мы по указанию Марвела Гринга…

– И что? – прозвучал абсолютно равнодушный вопрос.

– Нам Ларисса сказала, что вас можно нанять, – вмешалась я.

– Ах, Лари-исса, – гораздо более заинтересованно отозвался Жакоб. – И куда же вам надо?

– На остров русалок, – снова ответила я.

Капитан отложил сеть, неторопливо встал и потянулся. Осмотрел нас и нашу экипировку, после чего сообщил:

– Тебя, девчушка, отвезу. Не вопрос. А вот парню твоему лучше туда не соваться, заморочат ему голову хвостатые. Разобьют вашу любовь.

– О! – воскликнула я и положила руку на локоть Карела, так как он собрался что-то сказать. – Мы не пара. То есть пара, но иначе. Мы – напарники. Студенты магической школы. Ну… друзья.

– Ну, ежели так, то поднимайтесь, – указал нам на трап капитан. – Цену знаете? И сообщите, когда вас забрать. Я там стоять и ждать вас не стану. У меня жена ревнивая, ей потом не докажешь, что с этими… ничего не было.

У Карела брови поползли на лоб, а я хмыкнула. Кажется, кое-кому светит не только пляжный отдых… Впрочем, это не мое дело.

Путь до острова занял, по ощущениям, больше трех часов. Капитан Жакоб вел судно, а мы с Карелом прилегли в тенек, да и задремали. Разбудил нас владелец судна, только когда мы прибыли к месту.

– Ну что, ребятки, вот ваш остров. С этой его стороны пляж песчаный, тут я вам и советую остаться. Вот на этом краю мелко, а там, – последовал небрежный взмах рукой вправо, – глубоко. С противоположной стороны острова – скалистый берег. Поаккуратнее там, ноги не переломайте. Но именно там находится водопад и пресная вода, так что сходить все равно придется. Там же расположен грот. Вот в него не лезьте! Не любят хвостатые, когда в их владения заходят. Как бы беды не было, коли сунете туда свои любопытные носы.

– А что в нем? – не утерпела я.

– Да кто же знает? – пожал плечами Жакоб. – Те, которые видели, что в нем, и могли бы рассказать, не возвращались. Может, хвостатые их к себе забрали, а может, уморили. Так что… Мы к ним не лезем, они – к нам. Только самые отчаянные головы и наведываются на их территорию. Ну и маги изредка.

Я поежилась и посмотрела на Карела. Он понял мои опасения и приобнял за плечи. А капитан продолжил:

– К берегу я подойти не смогу, рискованно, но тут неглубоко. Прыгайте в воду и пешочком дойдете.

– Как это «пешочком»? – возмутилась я. – Мы же промокнем!

– На такой жаре быстро высохнете. А только к берегу я не стану приближаться. И не просите!

– Вот же ррыгр! – буркнула я. – Ладно, отвернитесь, я переоденусь в то, что не жалко мочить в соленой воде. Карел, ты тоже давай натягивай короткие штаны, что мы тебе купили. А рубашку вообще снимай.

– Но как же… – залился краской парень. – Я же не могу перед тобой быть… раздетым.

– Можешь, – отмахнулась я. – Что я, почти голых мужиков не видела, что ли?

– А видела? – хохотнул Жакоб и присмотрелся ко мне внимательнее.

Но я пояснила не ему, а Карелу. А то еще будет от меня по кустам прятаться, изображая девицу на выданье:

– У нас на пляже народ загорает и купается в таком специальном очень открытом быстросохнущем белье. Мужчины – в плавках, а женщины – в купальниках. Так что, поверь, я тебя стесняться не стану.

Под любопытным взглядом капитана мы спрыгнули за борт. Вода сначала обожгла холодом разгоряченные на солнце тела, но уже спустя минуту стало комфортно. Здесь действительно оказалось неглубоко, мне до подмышек.

Мы уже расплатились за доставку сюда и договорились о том, когда вернуться за нами, обсудив стоимость услуги. Жакоб пожелал удачи, еще раз объяснил, где лучше остановиться, и потом долго смотрел нам в спины, пока мы брели к берегу, подняв над головой сумки и оружие.

Выбравшись на берег, мы оба опустили вещи на песок и какое-то время провожали взглядами удаляющийся кораблик.

– Не нравится мне все это, – выдал Карел, когда парус затерялся вдали.

– Я тоже не в восторге, – вздохнула я. – Идем искать место, где устроим лагерь.

Напарник кивнул, подхватил свою сумку и меч и пошел не оглядываясь. Даже забыл, что вроде как стесняется меня. Я посмотрела на его голые плечи и спину и подумала, что надо бы нам сначала обоим воспользоваться солнцезащитным кремом. А то к вечеру вместо практикантов останутся два красных испеченных рака.

Оставлять вещи без присмотра мы не решились, мало ли, вдруг остров не такой уж необитаемый. Или, того хуже, живут здесь какие-нибудь обезьяны, которые утащат наше имущество, и ищи его потом по всему острову. Так, с сумками и оружием, и ходили. Эта часть острова, как и говорил капитан Жакоб, была песчаной. Как только широкая полоса песка заканчивалась, сразу же начинала расти редкая травка, а над головой шумели кронами сосны. Оригинальная природа, надо сказать. Я почему-то ожидала увидеть пальмы, но нет. Пальм не было и близко, а вот сосны и пышные кусты с яркими пахучими цветами имелись в избытке.

Чтобы пройти остров насквозь и добраться до другой его стороны, нам потребовался час. Но, откровенно говоря, не думаю, что территория так уж велика. Просто ходьбу затруднял скалистый ландшафт. Обнаружили мы и обещанный водопад (небольшой, но красивый) с ледяной кристально чистой водой, и вытекающий из него ручей, точнее, скорее уж речушку, впадающую в море.

Позднее нашли и грот. Долго переминались у порога, вяло подначивая друг друга на то, чтобы войти, но так и не решились. Ушли. Скалистый берег мне не понравился. Он обрывался вниз отвесной стеной, а у ее подножия бились о рифы волны. Ни поплавать, ни понырять, ни судну подойти.

Так что пришлось возвращаться к песчаному пляжу. По пути освежились в водопаде, набрали воды и отправились строить шалаш или навес. Я в этом деле была полнейшим профаном, но Карел ловко натянул между двух близстоящих сосен веревку, натащил веток, вырыл ямку для костра, аккуратно сняв предварительно дерн. Я только наблюдала, мотала на ус и выполняла мелкие поручения по типу: подай, принеси.

– Ты часто вот так на природе ночевал? – спросила, когда мы уселись в тень, чтобы отдохнуть.

– Частенько, – спокойно кивнул он. – А ты?

– Я вообще ни разу не ночевала на открытом воздухе. Не довелось как-то… Поэтому сейчас немного нервничаю, – смущенно кашлянула.

– Не переживай, – одними глазами улыбнулся друг. – На ночь начертим защитный круг. Дождя вроде не планируется. Но если погода испортится, укроемся в скалах.

– Как ты думаешь, что в том гроте?

– Да кто ж его знает? Русалки, они… – Он задумчиво почесал затылок. – Слушай, а что ты знаешь о русалках? Мы ведь их на бестиологии и фейриведенье еще не проходили.

Я похолодела. Ррыгр косматый! А ведь и правда не проходили! Все мои познания об этом виде нечисти ограничивались земными сказками и мультфильмами. Или они не нечисть? Нет, по земным сказкам все-таки народом они не являются. Всякие ожившие утопленницы и так далее… А тут?

– Вот черт! – выпалила, вытаращившись на напарника.

– Понятно, – усмехнулся он. – Ладно. Сейчас купаться, затем готовим обед и отдыхаем до вечера.

Когда пошли плавать, то оружие и ценные вещи оставили на пляже на видном месте, но даже при этом обвели вокруг них защитный круг, чтобы не уволок кто, если вдруг мы отвлечемся. Карел, хоть и плескался на мелководье, так как не умел плавать, умудрился поймать большую рыбину. Сам ее почистил и разделал, но вот уху варить пришлось мне. Договорились, что в следующий раз он приготовит запеченную. Ларисса снарядила нас грамотно. И котелок походный дала, и посуду, и запас крупы, соли, картошки… Неделю мы спокойно протянем здесь, особенно если еще будет свежая рыба.

Так и прошел день. Ели, плавали, загорали, даже поспать успели в тенечке. Обычное такое времяпрепровождение на природе. Русалки или кто-нибудь иной из водной нечисти нас посетить не соизволили. После первого же заплыва я подбила Карела на то, чтобы он разделся. Я видела местное мужское белье. Эдакая вариация на тему семейных трусов, только из плотного хлопка или сатина. Так что ничего лишнего я бы все равно не увидела. Друг сначала поломался, но я дала ему слово чести, что как парень он меня не интересует, покушаться на него и пялиться не стану и сама стесняться тоже не буду. Но плавать в одежде (пусть даже это шорты и топик) я отказываюсь и ему не рекомендую. После чего отвернулась и спокойно стянула вещи, оставшись в исподнем. Женское бельишко, имевшееся у меня, было своеобразным, фасона примерно пятидесятых годов XX века на Земле: высокие трусы с пуговками и веревочкой вместо резинки и очень закрытый бюстгальтер. Мне оно казалось дико старомодным и нелепым, как из бабушкиного сундука. Поэтому свой кружевной комплект, в котором попала в Межреальность, я берегла как зеницу ока для особенных случаев.

Карел сдавленно крякнул за моей спиной, когда я разделась, и потом старательно отводил взгляд в сторону. Где-то с часок. А затем понял, что чихать я хотела на то, пялится он на меня или нет, и сама ниже его пояса не смотрю, и тоже расслабился. Вообще, классные у нас с ним отношения. Ни он во мне девушки не видит, ни я в нем – парня. Очень удобно. О чем я и поведала ему, когда мы валялись на песочке, подставляя солнцу бледные тела.

– Злая ты, Кира, – хохотнул он. – Могла бы хоть изредка делать вид, что я – мужчина.

– Оно тебе надо? – лениво отозвалась, не открывая глаз.

– Нет, – после раздумий выдал напарник. – Ты мне как младшая сестренка. Я тебя по-другому отчего-то совсем не могу воспринимать.

Я на ощупь нашла его руку и пожала. Так и леж�