Мой тёмный бывший – 2, или Опасный брак для попаданки

Глава 1

– Фрейн! – шейра Парбон раскинула в стороны руки, словно собралась немедленно заключить племянника в объятия. – Как я рада тебя видеть! Всехранительница! Ты выглядишь уставшим. Всё хорошо?

Тот остановился, едва шагнув в кураторскую, и на его лице чётко отразилось выражение «было хорошо, пока ты не приехала». Руцифелла сидела в одиночестве за овальным столом по центру небольшого, по кругу напичканного окнами кабинета и выглядела вполне дружелюбной. На её губах застыла фальшивая улыбка.

Почему я была уверена, что она фальшивая? Потому что при этом её глаза оставались расчётливо холодными. Плевать она хотела на усталость Фрейна, просто хочет усыпить бдительность.

– Всё хорошо, – ответил тот, не считая нужным вдаваться в подробности.

Руцифеллу вполне удовлетворила эта дежурная фраза. Меня она пока упорно игнорировала, будто я не стояла рядом с мужем, и длилось это достаточно долго, чтобы выразить мне всё пренебрежение. Затем Председатель соизволила перевести на меня взгляд. Я скрипнула зубами, но изобразила нечто вроде реверанса.

– Добрый день, шерина Парбон, – процедила, с усилием раскрывая губы. Говорить с ней не хотелось, как будто даже воздух, которым мы вместе дышим, мог меня отравить.

– День добрый, – ответила она с таким выражением лица, словно я была досадным недоразумением, которое она не может убрать с дороги прямо сейчас.

Мы некоторое время таращились друг на друга, и удивительно, как вместо нас не осталось две кучки пепла. Даже Фрейн переступил с ноги на ногу и посчитал нужным вмешаться в нашу безмолвную дуэль.

– Что тебя привело в резиденцию Ветров? – Он как бы невзначай вышел чуть вперёд, отгораживая меня от тётушки.

– Очень много важных и тревожных вопросов. – Она сразу приняла деловой вид. – Прежде всего, я узнала, что вы, оказывается, поженились и даже не посчитали нужным пригласить на свадьбу хоть кого-то из родственников… Для человека твоего положения это просто вопиющий поступок!

– Новость о нашей свадьбе давно прокисла, – едко заметил Фрейн. – И ты явно примчалась сюда не по этому поводу. Я уведомил родителей – этого достаточно.

Руцифелла прищурилась, но сдержала ответную колкость.

– Да, ты прав, я переместилась сюда по более веской причине. – Председатель встала и прошлась вокруг стола. – Я получила отчёт Эстерио Даламана о первых днях практики в резиденции Ветров. Обычно это не требуется, но в этом году у нас особый случай, верно? И надо сказать, значительная часть отчёта посвящена вопиющему поведению шерины Вайтвинн.

Она вновь ткнула в меня взглядом, словно ножом.

– Шейры Вайтвинн, – поправил её племянник. – И что-то подсказывает мне, что шейр Даламан, как лицо кое в чём заинтересованное, мог приукрасить свой отчёт, чтобы произвести на тебя более сильное впечатление.

– Надеюсь, он перечислил все причины, которые привели к указанным в отчёте событиям? – вставила я. – Или меня просто по умолчанию сделали крайней?

Руцифелла скривилась – ну а чего она хотела? Чтобы я стояла и молча сносила все упрёки и трагические поцокивания языком? Не дождётся! По ногам пронёсся поток воздуха, когда дверь кабинета вновь открылась. Раздались размеренные шаги, и в воцарившейся на миг тишине прозвучал голос куратора:

– Ну что вы, я не собирался делать вас крайней, Адель. Просто изложил всё как было.

Ну да, ну да…

Фрейн повернулся к нему, и мне показалось, что сейчас прямо с потолка между ними ударит молния.

– Хотелось бы увидеть этот отчёт, чтобы убедиться в его беспристрастности, – ледяным тоном проговорил мой муж.

– Как раз перед вами, шейр Дерсиди, я имею право не отчитываться, – с явным удовольствием возразил Эстерио.

– А я, как муж Адель, имею право защищать её от лживых обвинений.

В воздухе запахло дракой. Нет, я понимала, что двое взрослых родовитых мужчин вряд ли сцепятся прямо здесь и прямо сейчас. Но очень уж опасно засверкали у обоих глаза. Похоже, и Руцифелла это поняла, поэтому спешно вмешалась:

– Выводы делать пока рано. Да, всё, что я прочитала, вынудило меня оставить все дела и прибыть сюда, – подытожила она. – К тому же Тертиус давно звал меня в гости, поэтому я просто останусь здесь до испытаний и понаблюдаю за ними. Уверена, это будет очень захватывающе и многое для меня прояснит.

Услышав это, внутренне я совсем скисла. Мало мне Эстерио, теперь ещё и Руцифелла будет постоянно следить за каждым моим чихом. Они точно сговорились окончательно испортить мне жизнь и собрать на меня компромат толщиной с “Войну и мир”.

Судя по тому, каким тёмным стал взгляд Фрейна, ему в голову пришла примерно та же мысль. Но мы оба были заложниками обстоятельств. Даже мой муж не мог в открытую выступить против Руцифеллы, чтобы не нарваться на отстранение от должности куратора.

– Надеюсь, вы не выставите стражу в её комнате, – мрачно буркнул он.

– Ну что ты, зачем прибегать к крайним мерам! – рассмеялась Председатель. – Я просто хочу быть в курсе событий и оценивать их, так сказать, на месте. Если я пойму, что всё в порядке и шейр Даламан беспокоился напрасно, я больше не буду вас тревожить, обещаю.

Я не поверила ни одному её слову: уж больно она лебезила перед племянником, даже зная, что находится в более выгодном положении.

– Адептка Вайтвинн, – вновь напомнил о себе Эстерио. – Сегодняшний случай во время верховой тренировки навёл меня на мысль, что откладывать занятия по концентрации будет чревато. Так что завтра с утра в то же время будьте готовы. – Он покосился на Фрейна и добавил: – И передайте вашим согруппникам, что они тоже должны будут явиться.

Вот это да! Неужели дар внушения моего темнейшего мужа подействовал и на него тоже? Я с уважением посмотрела на Фрейна, но он демонстрации моего восхищения им не заметил.

Вот так всегда…

На этом пренеприятнейший разговор с Руцифеллой был окончен, и мы все вместе покинули кураторскую.

– Пойду навещу его светлость. Мы так давно не виделись! – вздохнула она, надевая перчатки.

И пока мы в полнейшем молчании шли по длинной светлой галерее из одной части дворца в другую, навстречу нам попалась княжна Сабрина. Увидев шейру Парбон, она радостно пискнула и прибавила шагу.

– Тётушка Руцифелла! Вы всё-таки приехали! – Девушка сразу кинулась обниматься, будто они с этой женщиной были по меньшей мере подружками. – Как же я рада!

В этот момент я каким-то задним чутьём почувствовала, что моё положение резко потяжелело.

– Да, вы так долго звали меня погостить у вас, что я подумала, почему бы и нет, – благосклонно улыбнулась женщина.

И это неудивительно, она наверняка благоволила таким же ядовитым личностям, какой является сама. Сабрина наверняка вырастет в такую же стерву. Выразив бурную радость по поводу встречи с Руцифеллой, княжна поздоровалась и с нами, но уже без воодушевления.

– Как хорошо, что ты составишь мне компанию. А то здесь страшная скука, а отец ещё и лишил меня поездки на каникулы!

– Да ты что! – ахнула Председатель. – Что случилось?

– Да-да, расскажите, что же случилось, – не выдержала я, устав от этого парада лицемерия. – Ведь шейр Даламан в своём отчёте наверняка опустил некоторые важные моменты.

– Я изложил только необходимые факты, – фыркнул Эстерио. – Если бы я принялся описывать всё, то это вышел бы не отчёт, а приключенческая повесть!

– Зато это, возможно, хотя бы было интересно, – заметил Фрейн. – Идём, Адель. У нас с тобой много дел.

На этой фразе куратор помрачнел ещё больше, как будто его не позвали на вечеринку. Руцифелла и Сабрина, эмоционально обсуждая все последние новости, ушли в другую сторону, а мы с мужем по ближайшей лестнице спустились в сад.

– Так что ты говорил о том, чтобы замаскировать мою магию? – спросила я, когда мы наконец остались вдвоём.

– Да так. – Фрейн крепче сжал мою руку и подтянул меня ближе к себе, как будто собрался обнять. – Пришла мне одна идея. Но её нужно проверить, потому что раньше ничего подобного я не делал.

Он огляделся, будто услышал вдруг подозрительный шорох. Так мы с ним скоро начнём вздрагивать от каждой тени, как два заговорщика. Тёмный нарочно повёл меня длинной дорожкой до флигеля, чтобы успеть всё обсудить.

– Это не опасно? – уточнила я, прежде чем выслушать подробности. – Да и зачем её маскировать? В конце концов, я не причиняю никому вреда.

– Намеренно – нет, – кивнул Фрейн. – Но если об особенностях твоей «необработанной» магии станет известно многим, для усиления тебе могут подсунуть любое заклинание. Не обязательно безобидное.

Я немного поразмыслила над его словами – а ведь правда! Мне пока что везло, что никаких особо опасных проявлений магии на моём пути не возникало. Но надо помнить, что даже блокирующие ловушки разбойников в лесу я невольно усилила, чем навредила самой себе.

– Даламан видел мою ауру. Он не поверит.

– Поверит или нет – неважно. Главное – лишить его доказательств и возможности копаться в твоей ауре дальше. А ты в это время научишься её контролировать, ограничивать, а там и практика закончится. Доберёшься до Шестого круга, и твоя магия оформится и перестанет бунтовать.

– На словах у тебя всё легко, – проворчала я.

– Я просто рассуждаю. – Фрейн улыбнулся. – Поэтому предлагаю не тянуть время и пойти ко мне.

– Стесняюсь спросить, это какие методы маскировки ты там выдумал? – Я слегка дёрнулась в сторону.

Скорее для порядка или, может, из невольного порыва кокетничать – стыдно признать.

– Самые невинные, – усмехнулся Фрейн, чем заставил меня подумать, что я не так уж и ошиблась насчёт методов.

– А мы можем пойти в павильон? – На этот раз я нахмурилась.

– Нет. Я не хочу, чтобы там остались хоть малейшие следы того, что мы будем делать.

«Фантазия, остановись!» – мысленно приказала я и предпочла больше ничего не комментировать.

К нашему возвращению остатки завтрака со стола уже убрали. Горничная навела дежурный порядок, и теперь нас не должен был никто побеспокоить.

– Садись! – велел Фрейн, запирая дверь.

Я огляделась и почему-то села на пол, как это было принято на занятиях по концентрации. Тёмный повернулся ко мне и беззвучно рассмеялся.

– Что? – немного обиделась я.

– Ладно, хочешь сидеть на полу – сиди.

С этими словами он легко скинул сюртук и бросил его на диван, а затем легко, как гимнаст, сел на ковёр напротив меня.

– Изложу мысль. – Он потёр ладонями друг о друга. – Между нами есть связь, которая невольно образовалась во Всемагическом банке. Так?

– Видимо, да, – согласилась я, хоть факт наличия этой связи сам по себе мало меня радовал.

– Вообще-то внедрение тёмной магии в чужую без причинения вреда невозможно. Но я планирую использовать нашу связь и Орфа, чтобы внешне сделать твою магию «нейтральной», как у остальных адептов. Это хотя бы на время собьёт Эстерио Даламана с толку.

Я задумалась, внимательно глядя в серьёзное лицо мужа.

– Повторю вопрос: ты уверен, что это безопасно?

Он снисходительно улыбнулся, будто слушал лепет ребёнка.

– Прости, но я свои силы контролирую идеально. – Позёр! – Так что не допущу ситуацию, которая способна причинить тебе вред.

– От скромности, смотрю, тоже не помрёшь, – фыркнула я. – Ну хорошо. Давай попробуем.

– Орф! – без долгой подготовки приступил Фрейн.

От его резкого рыка я даже на месте слегка подпрыгнула. Пёс почти сразу вышел из затенённого угла и рысцой приблизился, после чего взял да и лизнул меня в щёку, а другая его голова обдала меня горячим дыханием из ноздрей.

– Эй! – возмутился тёмный. – Тебе не стыдно?

Орфу не было стыдно, он, совершенно довольный своим поступком, сел между нами и выжидательно уставился на Фрейна. А я просто вытерла щёку тыльной стороной ладони. Надо же, а ещё какой-то месяц назад просто умерла бы от ужаса, случись со мной такое.

– По-моему, очень бодрое начало, – заметила, стараясь сдержать смех.

Но тёмный не проникся иронией – продолжил изображать праведную обиду.

– Сейчас попробуй войти в состояние концентрации и посмотреть на мою магию, – бесстрастно продолжил он. – Ничего не делай и отпусти ауру.

Взял меня за руку, а другую ладонь прижал к шее Орфа. Тот не шелохнулся и даже принял очень важный вид, будто полностью осознавал важность возложенной на него миссии.

Я немного полюбовалась прикрывшим глаза Фрейном и тоже опустила веки, обращаясь внутрь себя. Но стоило только нырнуть в глубину собственного магического контура, как меня буквально ослепило и выбросило назад. Такого эффекта ещё утром не было!

– Мамочки! – выдохнула я, сжав руку мужа так, что он даже слегка дёрнулся.

– Похоже, каждое взаимодействие твоей магии с другими очень сильно её будоражит, и она разрастается. Зря я так запустил твоё состояние, надо было давно приступить к тренировкам. – В его глазах разгорелось самое настоящее беспокойство. – Так. Давай ещё раз.

Вторая попытка прошла куда более удачно – теперь я хотя бы не испугалась вида собственной магии, а затем смогла перевести «взгляд» на ауру мужа. И испугалась снова.

– Да что такое? – нахмурился он, когда я вздрогнула и тихо ругнулась на русском.

– Ты вообще осознаёшь, насколько жутко выглядишь «внутри»?

– Пф. Не жутко, а мощно – относись к этому так.

По его губам скользнула улыбка, а я совершенно утратила способность сосредотачиваться. Да как можно? Передо мной сидел один из самых привлекательных мужчин Наскаита, а я даже избегала лишний раз признать, что мне это льстит. Мне это нравится и все четыре года мне это было нужно – видеть его.

Гада такого…

– Ладно, прости. Давай ещё раз, – проворчала я, раздражаясь от собственных мыслей.

Теперь я влетела в концентрацию, как по льду, и ауру Фрейна, а вместе с ней Орфа увидела так отчётливо, словно они сами по себе живые существа. Они были схожи, но и отличались. Энергия Стража была непроглядно чёрной и только едва узнаваемо очерчивала его силуэт. А вот сила Фрейна была больше похожа на грозовую тучу, зеленовато-чёрную, клубящуюся, пронизанную нитями тончайших молний. От её вида по всему телу поднимались мурашки.

И что самое странное – её хотелось коснуться.

– Так, – прозвучал в тишине голос Фрейна. – Не тяни ко мне свои шаловливые лучи.

– Думала, тебе хочется, чтобы я до тебя дотронулась, – растягивая слова, словно карамель, ответила я.

– Следи за словами, а то я сочту их за приглашение. И вообще – сосредоточься!

– Какой злой, – фыркнула я, чувствуя лёгкое опьянение при соприкосновении с его аурой.

Прохладная и щекотная. Зря я посчитала её страшной.

– Сейчас я создам маскирующее заклинание. Примерно такие я использую в области безопасности, чтобы спрятать что-то важное.

– Мг-хм, – промычала я.

Движение энергии Фрейна и правда изменилось, она начала складываться в какую-то замысловатую фигуру, которая просачивалась сквозь контур моей магии и создавала нечто вроде внешнего кокона. Я видела всё те же цветные лучи, но теперь они были спрятаны от постороннего взгляда.

Хитро! Фрейн прямо-таки ювелир! Мембрана, отделяющая мою магию, всё уплотнялась, пока не стала похожа на яичную скорлупу.

– Надо же, получилось! – как-то непосредственно обрадовался тёмный. – Орф будет забирать излишки энергии на себя и в то же время подпитывать заклинание, если понадобится. Всё, можешь расслабиться.

И я расслабилась – в тот же самый миг мне стало просто нестерпимо холодно. Я обхватила себя руками за плечи и задрожала так, что застучали зубы. Первым моим порывом стало качнуться вперёд, к мужу, и хоть как-то согреться хотя бы от него.

– Не думал, что ты решишь так сразу меня поблагодарить. – Тёмный мгновенно воспользовался моментом и потянул меня к себе ближе.

– Пошляк, – вздохнула я, пытаясь вывернуться.

Тут до него наконец дошло, и его тон утратил всю игривость:

– Не волнуйся, это лёгкий побочный эффект. Сейчас пройдёт.

С этими словами Фрейн поднял меня с пола и понёс в спальню, там уложил на постель и завернул в одеяло, словно младенца. Мне стало немного легче, но чувство холода не прошло – оно расползалось изнутри. Тёмный отстраняться не поторопился, навис надо мной, будто над чем-то задумался, что-то решал. Перед глазами слегка плыло, но я почему-то хорошо видела оттенки всех мыслей на его лице. Взгляд Фрейна медленно спустился к моим губам.

– Не смей. – Я прищурилась. – Будешь пользоваться слабостью девушки?

– Колючка, – бросил он и выпрямился. – Хочешь горячего чаю?

Не дождавшись ответа, он ушёл, а я не дождалась чая – просто отключилась.

В какой-то момент я ощутила, что пробивающее меня даже сквозь сон чувство холода прошло – и не само по себе. Меня словно окутало не только одеялом, но и крепкими объятиями, а шеи коснулось тёплое дыхание. Правда, поднять веки я не могла, как ни пыталась, а после проснулась от тихих шагов в гостиной и ещё более неразборчивого бормотания. Скинув с себя одеяло, осторожно поднялась с постели, голова ещё немного кружилась, но в целом можно сказать, что моё самочувствие было совершенно нормальным.

Прислушалась: голоса стихли, но зато теперь в гостиной раздавался тихий звон посуды. Прежде чем выйти из спальни, я глянула в зеркало: какой кошмар! Надо бы хоть причесаться!

За этим занятием меня и застал Фрейн – ровно в тот момент, когда я совсем не аристократично разбирала встрёпанные пряди прямо пальцами.

– Шикарно, – прокомментировал он. – Ты выглядишь сейчас так очаровательно варварски. Как ты себя чувствуешь?

Я вздрогнула и обернулась. Он стоял в дверном проёме и любовался без малейшей тени стеснения. Ну ни дать ни взять хозяин жизни, и улыбка на лице такая довольная…

– Я наконец согрелась – этого достаточно.

– Надеюсь, ты голодна? Как раз принесли обед.

– На две персоны… – предположила я.

– А как же ещё?

– Если меня постоянно будут видеть в твоей комнате, то…

– Ничего необычного не подумают, – прервал меня Фрейн. – Ты же моя жена. Мы имеем право проводить время наедине.

Вот чёрт, и правда… Всё никак не привыкну, а мысли не работают в нужном направлении. Для меня этот брак фиктивный и не имеет никакого личного значения, а для окружающих всё выглядит вполне обыденно. Надо успокоиться!

И вкусная еда быстро помогла мне справиться с этой задачей. Всё-таки обедать, завтракать и, возможно, даже ужинать здесь было гораздо приятнее, чем в столовой – под пристальными и не всегда доброжелательными взглядами сокурсников. Однако и от коллектива отбиваться нехорошо. Друзья ещё решат, что я зазналась, а у нас впереди совместные испытания.

– Это всё, конечно, прекрасно, – подытожила я вслух свои мысли. – Но в следующий раз я пойду есть вместе со всеми.

– Зачем? – удивился Фрейн, как будто уже решил, что я крепко влипла в сети комфорта и уединения.

– Затем, что я всё-таки адептка, и моё поведение могут расценить как проявление снобизма.

Боже, но какой же вкусный кофе подают Фрейну! Всё в наилучшем виде и самого высокого качества! Когда я сделала один глоток из чашки, моя уверенность в том, что нужно вернуться в столовую, слегка пошатнулась.

– Наверное, ты права, – пожал плечами тёмный. – А я уже начал привыкать…

Он бросил на меня быстрый хитрый взгляд исподлобья.

– Совершенно зря, – сразу ощетинилась я и встала, забыв допить кофе. – Ого! Скоро уже второе занятие по верховой езде! Мне нужно…

– Беги-беги, – бросил мне вслед Фрейн таким тоном, будто укорил меня в трусости.

Да и ладно!

Я не стала развивать тему, собралась и вернулась во флигель, где Мини уже изнывала от нетерпения.

– Куда ты пропала на весь день? – сразу подскочила она с места. – Я уже начала думать, что после той поездки на гиппогрифе с тобой что-то случилось и это скрывают!

– Нет, я всего лишь была с мужем, – ответила я.

А ничего, мне нравится! Отличная отговорка на все случаи жизни – и, главное, ни у кого не может быть на этот счёт никаких претензий. Мини сразу прекратила расспросы, а я между делом отметила, что ягоды она всё-таки ела. Правда, честно оставила мне половину миски.

На этот раз нам пришлось заходить за Лаусом и Хью – они оттягивали время, как могли, потому что на занятие им откровенно не хотелось.

– У меня всё болит! – стонал Философ. – Из-за этой зверюги у меня чуть конечности не поотрывались!

– Кошмар! Они совсем не слушаются! – вторил ему Хьюберт. – Зачем сажать на них адептов, которые вообще не склонны к воздушной магии? Издевательство.

Но идти им всё же пришлось, хоть и страдали они всю дорогу до тренировочного поля.

К счастью для них, второй заезд прошёл гораздо спокойнее. То ли гиппогрифы немного смирились с нашим присутствием, то ли адепты научились лучше с ними обращаться, но гонка получилась вполне расслабленная и в то же время захватывающая.

Честно, я изо всех сил старалась сдерживать магию и не влиять ею на Шипа, но он всё равно скакал как угорелый, намного обгоняя остальных. Не привлекать к себе внимание не получалось. В итоге, когда я вернулась к площадке, на которой нас ждали кураторы, они откровенно обсуждали сей феномен и уже пытались докопаться до причин. Только Эстерио и Фрейн многозначительно молчали.

– Завтра все с утра на тренировку по концентрации, – объявил Даламан, когда вся его группа собралась вместе. – Буду ждать вас в синем павильоне.

Фрейн, который стоял неподалёку, насмешливо на него глянул. Тут он его, конечно, переиграл, но в то, что Эстерио так легко сдастся, я не верила.

– Ну ты даёшь, Адель! – восхищённо выдала Мини, глядя вслед Шипу, которого уводили в сторону конюшни. – Как тебе это удалось?

– Да у неё со всякими странными животными особая связь, – хмыкнул Лаус. – А вообще, хорошо, что мы все целы, идём отдыхать!

Гурьбой мы потащились в сторону флигеля, когда остальные адепты ещё обсуждали итоги гонки со своими кураторами. Фрейн тоже задержался: девушки обступили его со всех сторон, беспрестанно мучая вопросами и требуя дать какие-нибудь советы о том, как же им лучше совладать с непокорными скакунами. Хотя наверняка сам тёмный понимал в этом не больше других.

Когда мы вернулись в комнаты после ужина, Мини снова засела за книги. Немного понаблюдав за ней, я тоже взяла себе одну: всё-таки нужно оперативно восстанавливать свои знания о магии. К тому же мой интерес носил весьма практический характер: возможно, в книгах я найду описание моего случая – когда магия не нейтральная, как у других адептов, а напоминает радугу, которой чихнул единорог.

Правда, посидеть в тишине нам не удалось: сначала пришёл Лаус и позвал Мини прогуляться в саду. Она, радостно подпрыгивая, собралась и умчалась, позабыв об учёбе. Я же снова попыталась сосредоточиться, но вскоре меня отвлекли далёкие окрики, как будто где-то кого-то звали.

Вскоре шум приблизился, и голоса стали отчётливее. А когда я выглянула в окно, чтобы прислушаться, то ясно разобрала кличку, которую выкрикивали с разных сторон: Шип. Стоп, почему ищут Шипа, он что – сбежал?

Впрочем, что меня удивляет? Да, с браслетами на копытах гиппогрифы не могут летать, но ходить-то и бегать – вполне. Едва успела об этом подумать, как внизу, прямо под окнами, раздался шорох и треск веток. Возможно, это кто-то из адептов, ведь Комендантский час для нас ещё не начался, и многие ходят по саду. Но не в самой чаще кустов!

Я немного перегнулась через перила балкона, чтобы рассмотреть лучше. И зачем-то позвала:

– Шип! Это ты?

Совершенно зря! Потому что в ответ раздалось тихое пощёлкивание клювом, шаги ускорились… Гиппогриф огромной серой тенью взмыл до самого балкона и, ловко сложив крылья в нужный момент, проскочил в комнату.

Вот это чудеса акробатики! Я еле успела пригнуться, чтобы он не заехал мне по голове копытами, а теперь стояла и, открыв рот, наблюдала за тем, как Шип наводит беспорядок вокруг.

Сначала он смахнул крылом все книги со стола, затем, повернувшись, опрокинул стул.

– Постой! Постой! – я кинулась его останавливать. – Ты что творишь!

И как он вообще взлетел, ведь он не может… Я опустила взгляд на его копыта: на них не было никакого браслета. Что за ерунда?

Не обращая внимания на мои хлопоты, Шип деловито огляделся и, подцепив клювом миску с ягодами, ловко опрокинул их себе в рот. Вместе с этим едва не задел магический светильник, и я успела обрадоваться, что это не обычные свечи, иначе легко мог бы случиться пожар.

– А ну, давай возвращайся к своим! – возмутилась я, поймала гиппогрифа за перья на шее: он был уже без узды и седла.

Но вдруг Шип как-то по-кошачьи заурчал и прильнул к моим ладоням. Потёрся, прикрыв глаза, и замер, изображая полные любви объятия.

– Ты, конечно, очень милый, – принялась уговаривать я его. – Но я не могу оставить тебя в своей комнате. Я же не одна тут живу. Да и тебе тут тесно.

Как будто он понимал смысл моих слов! Но мой голос явно действовал на него успокаивающе, он прислушался и перестал суетиться, а затем и вовсе улёгся на живот, подвернув под себя ноги. Просто чудесно! Сдвинь теперь с места эту махину!

В дверь внезапно постучали, и я сразу задумалась, не стоит ли притвориться, что тут никого нет. Однако Шип сразу нарушил всю конспирацию: вновь заволновался, затопотал, и неловко поставленная им на край стола миска с грохотом рухнула на пол.

– Адель! – раздался за дверью голос Фрейна. – Что там у вас происходит?

Больше ждать он не стал и вошёл: было не заперто.

Несколько мгновений ему понадобилось, чтобы осознать наличие в моей комнате целого гиппогрифа. А тот, в свою очередь, встретил гостя без радости и должной вежливости – сразу шагнул вперёд и угрожающе защёлкал клювом, издавая при этом резкий клёкот, который наверняка было слышно по всему дому.

– Так, стоп! – не растерялся Фрейн, рискованно приблизив лицо к его стальному “шипу”. – Будешь хулиганить – призову Мифлину. Она быстро тебя угомонит!

Удивительно, но его слова сразу приструнили грозного гиппогрифа, как будто он встречался с виверной раньше. Шип ошарашенно замер и захлопал по-человечески длинными ресницами, будто его оскорбили.

– Ну, Адель… – выдохнул тёмный. – Каждый раз я поражаюсь, как у тебя это выходит.

– Что именно? То, что я нравлюсь зверушкам? – прикинулась я дурочкой.

– То, как легко ты находишь, чем заняться в свободный вечер, – съязвил Фрейн. – Его по всей резиденции ищут, ты в курсе? Я как раз хотел зайти предупредить, чтобы вы не высовывались из комнаты.

– А я как раз пыталась его отсюда вывести!

Мы с Фрейном огляделись: существовало два пути. Через балкон и через дверь – оба имели свои недостатки.

– Надо уговорить его спуститься обратно в сад, – предложил Фрейн.

– Сесть на него без седла?!

– Нет, давай поведём его по лестнице, чтобы увидели все! Мало тебе внимания.

Шип в это время совсем приуныл, словно понимал, о чём мы говорим. Из его горла раздались какое-то печальное щёлканье и урчание, в попытке ещё раз обняться он едва не уронил меня своей тяжеленной головой, а взмахом крыла встрепал мне волосы.

– Хорошо, давай через балкон.

С трудом нам удалось вывести его через двери наружу, после чего я забралась на его спину и, аккуратно похлопав по шее, попросила:

– Спустись, пожалуйста.

Шип ещё немного погрустил, но всё-таки послушался и сделал это так аккуратно, что я даже не успела испугаться. Он мягко спланировал вниз и приземлился почти совсем бесшумно.

– Вот и хорошо. – Спешившись, я взяла его за перья на шее и тихонько повела по тропинке в сторону конюшен. – Ты мне тоже очень нравишься! Ты самый красивый гиппогриф из всех, и клюв у тебя такой роскошный! Мы с тобой обязательно скоро встретимся на состязаниях и будем лететь быстрее всех!

– Вот бы ты со мной так разговаривала, – донеслось из полумрака впереди. Фрейн как раз спустился в сад и присоединился к нам. – Или ты только с животными такая ласковая?

По его губам скользнула улыбка.

– Нет. Только с теми, кто этого заслуживает, – парировала я.

– Ладно, в следующий раз я тоже ворвусь в твою комнату на Мифлине, изображу неадеквата и наведу беспорядок, чтобы ты после ласково отвела меня в постельку.

Я толкнула Фрейна в бок локтем.

Скоро к нам вышла группа конюхов с фонарями, и Шипа от меня сразу забрали.

– Вот ты где! Вечно он во что-то вляпается! – посетовал шейр Астон. – Представляете, видимо, его стойло ненадёжно закрыли, вот он и сбежал… Спасибо, что вы его нашли!

Шип вывернул голову, чтобы ещё раз на меня взглянуть, но через несколько секунд вместе с сопровождающими скрылся в сумерках сада.

– Похоже, ему понравилось с тобой летать, – подытожил Фрейн. – Мужчинам вообще свойственно тянуться к девушкам, рядом с которыми они чувствуют себя по-особенному.

Я тихонько на него покосилась, но сделала вид, что не расслышала намёка в его словах.

Глава 2

Фрейн

– Ты уверен, что он там будет? – уточнил я, когда мы с Дрейком в ночи выехали из резиденции Ветров для проведения весьма важного, на мой взгляд, разговора. – Я не смогу выводить тебя за ворота слишком часто.

Сегодня мне пришлось встретиться с самим князем, чтобы выбить для нас возможность покинуть территорию. Об истинной причине я не сообщил, но сказал, что тёмный маг может вывести нас на истинного главаря шайки, которая напала на мою жену. На безопасность Адель я упирал больше всего – и, видимо, это подкупило Тертиуса.

Он, конечно, высказал сомнение в том, что мне вообще стоит приплетать к этому делу личные мотивы, однако выезд разрешил. Но вся моя легенда трещала по швам, и второй раз может ничего не получиться.

– Он всегда поёт в “Филине” по этим дням. Но он уже давненько ошивается в Дейвуде, скоро может и уехать, а там ищи, где он остановится в следующий раз, – бесстрастно пояснил Дрейк. – Тревор всё про всех знает, а у Колосса он и вовсе в друзьях. Тот всегда отсыпал ему монет больше других.

– Это, конечно, очень мило. Тогда с чего вдруг твоему барду сдавать своего приятеля?

– А пёс его знает. Если его напоить, может что-то получиться.

На этом тёмный замолчал. Я тоже принялся обдумывать ситуацию со всех сторон. Если бард, на которого Дрейк указал как на верный источник информации, откажется говорить, где найти Колосса, всё это может растянуться Тьма знает на сколько.

– Надеюсь, ты помнишь, что я за тобой слежу. Подашь ему какой-нибудь не тот “знак”, и все наши договоренности потеряют силу.

– Да помню я, помню. – Дрейк закатил глаза. – Я в тюрьму не хочу, запомните, шейр Дерсиди.

– Надеюсь, мы друг друга поняли.

Дальше поехали в молчании, добрались до города, который уже был погружён в вечернюю сонную тишину. Только в тавернах и на постоялых дворах ещё сохранились очаги шума и веселья. Мы оставили лошадей на другой улице на коновязи гостиницы, после чего я накрыл себя теневым куполом, а Дрейка отправил вперёд.

Тот дошёл до таверны “Сытый филин”, как ни в чём не бывало придержал дверь, чтобы я тоже успел проникнуть внутрь, и огляделся. Среди всеобщего нетрезвого гомона и правда проплывали звуки довольно приятной струнной мелодии.

Мы прошли чуть дальше, и тогда в освещённом углу, где было устроено что-то вроде сцены, я заметил довольно пропитого на вид мужика в типичной одежде бродячего музыканта: кафтан, который был моден лет десять назад, несвежая рубашка, широкие брюки, заправленные в видавшие виды сапоги. На голове у него красовалась шляпа со слегка помятыми полями и неизменным пером, таким обглоданным, будто его час мусолила кошка.

– Вот он, – шепнул Дрейк так, будто я не догадался.

Затем он прошёл к барной стойке, нашёл себе место с краю, чтобы мне было удобно стоять рядом и слушать всё, о чём они будут говорить.

Когда Тревор закончил петь и пошёл “промочить горло”, тёмный изобразил бурное узнавание.

– О-о! Шельма, как ты тут оказался? – сразу включился в беседу бард, а затем слегка понизил голос: – Сто лет тебя не видел, с тех пор как прошёл слушок, что ты рассорился с Колоссом. Если честно, подумал, что он тебя того… пришил.

Дрейк скептично хмыкнул и сделал знак бармену подойти.

– Да меня пришить не так-то просто.

– Это да… Это да… – Тревор жадным взглядом проводил бутылку, из которой в стакан Дрейку налили какого-то пойла. – Так как ты теперь поживаешь? Слышал, на днях тут поймали целую банду каких-то идиотов. Всем известно, что к князю приехал сам Хранитель печатей. Так что им было бы лучше вообще не высовываться.

– Да, я тоже слышал. Опасное это дело без нужных связей. Без прикрытия…

Тёмный состроил досадливое выражение лица и попросил налить Тревору тоже. Тот оживился ещё больше и явно настроился на долгую беседу, чтобы успеть урвать от неё побольше. Я переступил с ноги на ногу и попытался занять такое положение, в котором меня не задела бы какая-нибудь подавальщица. Они постоянно сновали поблизости, выходя из кухни.

– Но деньжата у тебя, смотрю, водятся, – заметил бард.

– Да разве ж это деньги? Вот раньше были деньги… – мечтательно вздохнул Дрейк. Так натурально, что даже я ему на миг поверил. – Думал, сколочу свою банду, а они постепенно все разбежались.

– Да, дело непростое… – кивнул певец. – Да и следить за дорогами стали лучше. Вон поймали же охламонов.

– Вот я и думал… Может, вернуться к Колоссу? – Тёмный покосился на него. – Перетрём, посудачим, я извинюсь…

– Тяжко без старших, да?

Тревор допил свой стакан и требовательно стукнул им о стойку. Бармен с разрешения Дрейка подлил ему ещё.

– Не то слово… Ты, случаем, не знаешь, где он сейчас?

Ответа пришлось подождать, пока музыкант опустошит ещё один стакан, закусит хлебом и, утерев выступившую слезу, вспомнит, что его о чём-то спросили.

– А я его давненько не видал. Как последний раз в Вилгере встретил вас, так и всё. Вы тогда отмечали какое-то крупное дельце…

– Было, – согласился Дрейк. – А куда он двинулся дальше, не слыхал?

Тревор воровато огляделся и, подозвав к себе собеседника взмахом руки, таинственно сообщил:

– Говорят, он пропал пару недель назад. Совсем.

– Ну так и обо мне ты думал, что меня шлёпнули, – усомнился тёмный.

– Нет, тут верняк. Пропал. Это, конечно, скрывают, но его давно никто нигде не видел. А за него суетится Кулак.

На этот моменте я едва не застонал от разочарования. Да что же это такое? Единственная верная нитка, которая могла бы привести меня к заказчику похищения Алендиса, рисковала оборваться. Если подвыпивший бард, конечно, не врёт.

– А Кулака где найти? Может, и Колосс там?

– А они усвистали далеко. Слышал, куда-то в сторону Анаксагора. Поговаривают, за ними сейчас идёт настоящая охота, только неизвестно, кто охотник. Вот они и не засиживаются долго на одном месте.

Я пнул Дрейка по голени – надо уходить! – и тот сразу спохватился.

– Эх, жаль… Значит, буду искать. – Вздохнул и, подвинув к барду свой стакан, встал. – Ладно, Тревор, бывай. Может, ещё встретимся.

* * *

Адель

Сегодня нас ждал ответственный день. Именно поэтому Мини с самого утра была взбудоражена так, будто напилась энергетиков, прихорашивалась, как на бал, и даже тихонько напевала.

Причину её бурного волнения я понимала прекрасно: совсем скоро вся наша группа практикантов спустится в святая святых Ассавента – к великому Воздушному Источнику. В нём, как считается, содержалась магия, которая питала все земли княжества. Мы должны были посмотреть, как он выглядит, и даже немного с ним соприкоснуться.

Этот момент беспокоил меня больше всего, потому что мои уроки по концентрации проходили, мягко говоря, неоднозначно. И это не зависело от того, занимаюсь я с куратором или мужем. Порой мне удавалось контролировать поле своей магии, а иногда она без всякой видимой причины отказывалась подчиняться, и тогда время проходило впустую.

Одно был хорошо в этой ситуации: Даламан и правда перестал видеть радужные лучи моей ауры. Сначала он недоумевал, потом попытался разобраться, а затем как будто даже смирился, сделав вывод, что это было какое-то разовое явление.

Я мысленно воздавала хвалу своему “рукастому” мужу. Уж что-что, а магией он и правда владеет ювелирно.

Единственная трудность: теперь мне приходилось общаться с ним гораздо чаще обычного. Он постоянно проверял целостность маскирующего заклинания, пытался научить меня хитростям и приёмам сдерживания своей ауры, и поэтому мы постоянно соприкасались не только магически, но и физически тоже.

Это меня нервировало. И волновало. Скорее, больше волновало, потому что чем дольше это всё длилось, тем большую близость с ним я ощущала. Что самое скверное – это становилось привычкой. Необходимостью.

А я хотела держать дистанцию… Шиш там!

Вот и сегодня перед спуском к источнику Фрейн назначил мне контрольное занятие, поэтому пришлось встать чуть раньше обычного. Когда Мини ещё умывалась, я уже сидела одетая и допивала свой чай.

– Только не опоздай, я прошу тебя! – взмолилась она, когда я собралась уходить. – Это же просто грандиозно! Если честно, не думала, что нас допустят к источнику. Уверена, это будет хорошим толчком для моих сил.

– Я вернусь вовремя, – успокоила я подругу.

С Фрейном мы встретились в уже давно облюбованном Зелёном павильоне. Здесь нам понравилось больше всего: он находился чуть в стороне от остальных, где чаще всего кураторы проводили занятия со своими адептами, да и свет здесь был какой-то особенный.

Когда я пришла, Фрейн уже был внутри, расстелил коврики на дощатом полу и… разделся до пояса.

Я остановилась в дверях и подумала, не уйти ли мне прямо сейчас, но пришла к решению, что просто сделаю вид, что ничего особенного не происходит.

– Доброе утро, крошка, – в своей манере поздоровался тёмный.

Он выглядел слегка уставшим: сегодня ночью они с Дрейком выезжали в город, чтобы проверить какую-то зацепку по делу Меллерана. И, судя по тому, что Фрейн был явно чем-то раздражён, всё прошло не совсем так, как надо.

– Ну что, вам удалось что-то узнать? – спросила я, стараясь не смотреть на мужа.

Потому что если посмотрю, то это всё… Это будет провал. Вообще, считаю, быть настолько великолепным – это незаконно и должно быть внесено в перечень административных правонарушений. Или, возможно, даже уголовных. Его тело было вылеплено по какой-то идеальной формуле: все эти мышцы, перекаты, рельефы, бронзовая кожа – убийственное сочетание.

– Почти ничего. Только очередной город, где – возможно! – что-то отыщется. Да и то не факт, – цедя слова, ответил Фрейн. – Так… Давай приступим. И прошу сегодня отнестись к занятию особенно серьёзно.

– Ну да, именно поэтому ты разделся, – ляпнула я и только через секунду поняла, что сказала это вслух, а не подумала.

Тёмный сразу приободрился, и, хотя он попытался сохранить серьёзный вид, я заметила, как его губы изогнулись в коварной улыбке.

– Это для большего ощущения свободы, – пояснил он невозмутимо. – И для лучшего эффекта. Потому что сегодня, крошка, я буду тебя прессовать.

– Чего?!

– Не в буквальном смысле, конечно. Не волнуйся. – Он уселся на коврик и жестом предложил меня сделать то же самое. – Но это необходимость. Потому что сегодня я не смогу пойти с тобой к Источнику.

– Почему?

– Тёмным магам моей силы нежелательно приближаться ко всем источникам, кроме Тёмного. В целом ничего особенного произойти не должно, но есть опасения, что соприкосновение с ними может нарушить правильный баланс магии.

– Это как при прохождении через порталы?

– Да. При высоком напряжении магического поля могут пойти необратимые изменения, которые приведут к разрушениям. Так что придётся тебе справляться одной. И поэтому я хочу сегодня заставить твою магию сжаться так, как она ещё ни разу не сжималась.

Не знаю, как там магия, а у меня внутри уже всё сжалось до размеров изюма. Даже представить сложно, что он там выдумал. Стараясь не выдать возросшее во много раз волнение, я села напротив и обнаружила, что сегодня мы сидим как-то очень близко друг от друга. А вместо того, чтобы сосредоточиться, уставилась на Фрейна, как дурочка, у которой мгновенно отключился мозг.

И что-то подсказывало мне, что разделся он всё-таки намеренно. Не для того, чтобы меня соблазнить, нет. Просто он хотел максимально осложнить мне процесс достижения концентрации.

И это ему удалось прямо с ходу.

– Адель! – окликнул он меня с лёгким укором. – Ты сосредоточена?

Я кашлянула.

– Ещё бы! – ответила ехидно.

Он взял мои ладони и прислонил к своей груди, а затем наклонился вперёд.

– Тогда начнём.

Прозвучало, прямо скажем, интимно. И если до этого я уже пребывала в слегка неадекватном состоянии, то теперь у меня разве что слюна из уголка рта не потекла. Большим облегчением было бы узнать, что Фрейн наслал на меня какие-то чары, а моя магия взяла их и усилила, как это обычно бывает. Но нет. К сожалению, я прекрасно осознавала, что единственная “чара” здесь – это он сам.

– Адель! – грозно окликнул меня тёмный.

– Гхм…

Я закрыла глаза, но легче стало ненамного. Потому что его кожа под моими ладонями осталась такой же гладкой и горячей, а при каждом, даже малейшем движении под ней перекатывались мышцы. “Бу-бу-бу”, – прозвучало где-то в глубине глупого шума, наполняющего мою голову.

Что, простите?

– Адептка Вайтвинн! – зарычал тёмный, потеряв терпение.

Ну а чего он хотел при таком-то сомнительном воспитательном подходе? Я ж всё-таки уже достаточно зрелая девушка, чтобы при настолько откровенном контакте испытывать определённые позывы тела. Вот, например, взять и впиться ноготками в эту его твёрдую грудь.

Он зашипел.

– Адель!

– Так тебе и надо! – Я качнулась назад, но Фрейн не пустил.

– Давай не будем ступать на эту скользкую дорожку. Сейчас. Я хочу, чтобы ты отбросила всё, что тебе мешает, и обратилась к магии. Я запущу заклинание обычного теневого полога, а ты постарайся сделать так, чтобы не усилить его. Ясно?

– Ясно, – вздохнула я.

И вдруг поняла, что, пока мы болтали, и правда перестала думать о телесном. Уверенный и совершенно бесстрастный тембр Фрейна наконец настроил меня на нужный лад.

Я нырнула в купол собственной магии – за “скорлупой” она оставалась всё такой же яркой, но её радужное сияние становилось всё привычнее. Затем, отметив собственные границы, я обратила внутренний взгляд на ауру Фрейна. Он уже активировал заклинание, и сероватая туманность вокруг него начала расползаться.

Моя магия радостно ринулась ей навстречу, чтобы, конечно, переработать и усилить. Я попыталась её удержать, но тут Фрейн шевельнулся, и под моими ладонями внезапно вновь “появился” его торс, о котором я уже забыла.

– Ё-моё! – выдохнула я, когда вокруг нас внезапно стало так душно, что не вздохнуть.

Открыла глаза: весь павильон наполняла густая плотная тьма, и даже лицо мужа, сидящего в каких-то тридцати сантиметрах от меня, было видно едва.

– Что опять случилось? – мрачно уточнил Фрейн.

– Ты случился! – буркнула я.

– Простите, пожалуйста! – саркастично ответил он. – Ты – будущий профессиональный маг и должна уметь контролировать свою ауру в любых обстоятельствах. Под водой, посреди лавовой реки и на краю обрыва!

Мне стало совестно. И правда, чего я раскисла, будто гормоны затопили мой разум? Так нельзя! Я должна быть хладнокровной!

– Ещё раз! – скомандовал Фрейн.

Быстро нейтрализовал последствия нашей общей вспышки, и мы снова замерли в расслабленной позе. Лёгкое напряжение фона – и заклинание мужа холодком коснулось кожи, окутало меня до самого пояса.

Я держалась, сосредоточившись на перемещении его энергии, постепенно сжимая поле своей магии, чтобы она не вздумала соприкоснуться с чужой силой. Показалось, мне даже удалось слегка изменить контур ауры, уклоняясь от взаимодействия с ней.

И в самый ответственный, так сказать, момент я почувствовала тёплые губы на своей шее.

– Что ты делаешь? – прошипела, изо всех сил пытаясь не потерять с трудом обретённый контроль.

– Усложняю тебе задачу, – шепнул Фрейн, слегка касаясь моих губ своими.

Он отпустил мои руки, но зато теперь вёл ладонями вверх по моей спине, усиливая напор, пока одним рывком не пересадил меня к себе на колени. «Ох, мамочка…» – мысленно выдохнула, зарываясь пальцами в его волосы. Это всё ещё занятие, да? Или спланированная акция по укладыванию меня в постель? Вернее, на коврик.

Не знаю, в какой момент мы начали целоваться – так самозабвенно, что забыли вообще обо всём. И о том, что вокруг нас мирно клубится чернильный туман, и о том, что мы, вообще-то, находимся в общественном месте и сюда может зайти кто угодно и когда угодно.

Ладони Фрейна как-то незаметно проскользнули мне под рубашку, и меня словно прошило лёгким электрическим разрядом. Его губы были везде, я чувствовала их прикосновения то на шее, то на оголённых плечах, то на приподнятой лифом груди. Меня словно качало на мягких волнах, которые рисковали обратиться настоящей бурей. Если я не возьму себя в руки прямо сейчас.

Вот прямо сейчас.

– Ты справилась, – внезапно прозвучало возле моего уха.

По спине скатился град мурашек.

После чего Фрейн просто взял меня за талию и пересадил обратно на коврик. Как будто там я и была всё это время, а остальное мне просто померещилось. В горле пересохло, по телу гулял жар, ударяясь то в голову, то в сердце, то в кончики пальцев.

Я открыла глаза. Фрейн сидел напротив в совершенно невинной позе, словно только что медитировал и совсем ничего не делал.

На несколько секунд я действительно засомневалась, не поехала ли у меня крыша.

– Э-э, – только и смогла выдавить.

– Ты справилась, – повторил муж.

Мне захотелось срочно треснуть его по голове. Но от немедленной смерти в результате черепно-мозговой травмы его спасло лишь то, что стеклянная дверь павильона тихонько звякнула, открываясь, и посыльный в форменной одежде мягко доложил:

– Шейра Вайтвинн, вас вызывает куратор.

Не знаю, чего я в этот миг испытала больше: облегчения или раздражения оттого, что Фрейну удалось избежать расправы на месте за своё крайне не джентльменское поведение. И за вот эту улыбочку, которая сияла сейчас на его безмятежном лице.

– Мы закончили, иди, – великодушно разрешил он.

А мне пришлось спешно поправлять каким-то волшебным образом расстёгнутую рубашку, жилет и растрёпанные волосы. Слуга старательно делал вид, что ничего этого не замечает.

– Надеюсь, сегодня мы больше не увидимся, – бросила я Фрейну напоследок.

Он слегка помрачнел – а вот будет знать, как играть на моих чувствах и человеческих инстинктах! Гордо выпрямив спину, я удалилась и поначалу была очень довольна собой. Но постепенно мысль о том, что сейчас мне придётся разговаривать с мужчиной, который мне совсем уж неприятен, снова испортила настроение.

А окончательно оно провалилось в бездну, когда я вошла в кураторскую и увидела рядом с Даламаном ещё и госпожу Председателя. Да что же это у меня за непруха такая с утра?

– Доброе утро, адептка Вайтвинн, – поздоровался Эстерио.

А Руцифелла, по своему обыкновению, лишь окатила меня презрением. Как будто она каждый день надеялась, что я исчезну сама собой, но это никак не происходило. Что ж, придётся вам смириться, шейра Парбон, я отсюда никуда уходить не собираюсь и намерена остаться в Наскаите хотя бы назло таким снобам, как вы.

Произнеся этот мысленный монолог, я слегка успокоилась. Но ненадолго.

– До меня вновь дошли связанные с вами, Адель, тревожные слухи.

Несколько секунд я пыталась сообразить, чего такого она ещё могла узнать за последние дни, но так и не поняла. Кажется, ничего из ряда вон выходящего давно уже не случалось, практика шла своим чередом.

– Хотелось бы пояснений, – холодно ответила я, уверенная в том, что за мной нет никакой свежей вины.

– Шейр Даламан изложил мне некоторые свои наблюдения за вами и вашей магией. И в них выявилось несколько несостыковок. Долгое время мы не могли понять, в чём может быть причина таких резких изменений в вашей ауре.

– Мне не могло показаться, – вставил Эстерио.

– Я тоже считаю, что ваш куратор, имея огромный опыт в работе с адептами, не мог настолько сильно заблуждаться. И буквально сегодня мне в голову пришла одна догадка. Ведь мы упустили одну важную деталь: ваш муж – тёмный маг с выдающимися навыками маскировки.

Вот теперь у меня нехорошо засосало под ложечкой. Шеф, всё пропало! Если тётушка раскусила Фрейна, теперь у неё на руках все козыри.

– Я совершенно не понимаю, о чём вы говорите. Да, моя магия нестабильна, и я пытаюсь совладать с ней. Но при чём тут мой муж?

– Подойдите, пожалуйста, – мягко – слишком мягко! – проговорила Руцифелла.

Обычно таким тоном маньяк подзывает к себе жертву, и всем вокруг сразу становится ясно, что с такой же милой улыбкой на губах он будет резать её на части.

– Зачем? – Я попятилась.

– Просто небольшая проверка. Если вы ничего не скрываете, вам нечего бояться.

Ещё одна безотказная манипуляция. Не подойду – признаю вину. Подойду – и это будет конец. Выбора у меня нет.

– Мне уже нужно идти. Иначе я опоздаю…

– Никуда вы не опоздаете, – возразил Эстерио. – Вы вообще не пойдёте к Источнику. При вашей силе из соображений безопасности я не могу вас туда допустить. Об этом я уже доложил князю.

– Не хотите подходить – я подойду сама. – Руцифелла встала.

Я отшатнулась к двери, но уйти мне не позволили. Эстерио поймал меня за локоть, а Председатель приблизилась так быстро, что я даже опомниться не успела, как в меня со всех сторон впились иголки какого-то сканирующего заклинания. Хотелось кричать, но сил хватало только на стон. Колени подогнулись, я начала сползать на пол, и лишь руки куратора ещё держали меня на месте.

– Ясно, – подытожила Руцифелла через несколько бесконечно долгих мгновений. – Как я и думала. Мой племянник оказался достаточно хитёр, чтобы оградить жену от лишнего внимания своим способом. Не понимаю только, как это возможно. Сейчас…

Я попыталась войти в концентрацию, чтобы как-то противостоять ей. Но тьма Председателя уже настолько глубоко проникла в поле моей ауры, что оградиться от неё не было никакой возможности. Тут не простое соприкосновение, от которого можно уклониться, тут полномасштабный захват налицо!

Поэтому я не смогла сдержать естественную реакцию моей магии, она усилила заклинание Руцифеллы, и во мне словно что-то надорвалось. Аура вспыхнула, освободившись от кокона, Председателя отбросило назад, а меня уронило на Эстерио – только поэтому я почти не ушиблась.

Некоторое время в кураторской стояло поражённое молчание. Затем началась возня.

Руцифелла, растеряв всю чопорность, неловко пыталась встать на ноги, с её носа слетело пенсне. А я, похоже, отшибла куратору пару важных частей тела, чем была как-то отстранённо удовлетворена.

– На вас жалобу нужно написать за такие методы, – пригрозила строго. – Думаете, это сойдёт вам с рук?

На каждом слове меня тошнило, в таком состоянии я не могла бы пойти к Источнику, даже если бы хотела.

– Поверьте, обвинения в укрывании от Комиссии важных особенностей вашей магии чреваты для вас гораздо худшими последствиями. – Шейра Парбон наконец встала и попыталась поправить причёску. – Более того, я намерена обсудить с его светлостью необходимость ограничить ваши силы на время проведения состязаний. Чтобы у вас и ваших согруппников не было явного преимущества перед остальными. Можете идти.

И пусть в этот момент мне больше всего хотелось вступить с Председателем в рукопашную и хорошенько ей навалять, я всё-таки сдержалась. Для начала надо понять, что теперь творится с моей аурой, не поломала ли она мне чего свои рвением. Мало ли какой хаос там теперь творится – может, в этом и была её цель!

Не прощаясь, я вышла и сразу отправилась к Фрейну. К чёрту обиду, сейчас совсем не время надувать губы. Но, как и ожидалось, в павильоне тёмного не было, зато там в совершенно удручённом состоянии сидели все четыре его адептки. При виде меня они взбодрились, ожидая новостей, но сказать им мне было нечего.

– Скоро идти к Источнику, а шейра Дерсиди ещё не было, хоть он ещё накануне позвал нас сюда на консультацию! – пожаловалась Марлис.

– Мы бы сходили к нему, – добавила её подружка Эрика, – но как-то не принято ходить к кураторам в личные покои.

Сомневаюсь, что это действительно беспокоило их так сильно, как они хотели показать. Наверняка, пока я не пришла, они как раз обсуждали, что пора бы навестить забывчивого куратора.

– Вообще-то, это даже обидно, – заговорил третья девушка. Кажется, звали её Теа – я до сих пор не была уверена, что запомнила их имена правильно. – Такое пренебрежение. Мы понимаем, конечно, ты его жена, тебе внимания больше, но и нам нужно уделять хоть немного времени. Чему мы научимся с таким подходом?

– Терпению, – ответила я.

Я рядом с Фрейном тоже ему училась – день за днём. Ещё немного, и смогу преподавать.

– Разве что, – фыркнула адептка.

– Я схожу к нему. А вы идите уже к Источнику – там вам всё объяснят.

На этом я удалилась под недовольные вздохи девушек. Не знаю, на что они рассчитывали, но холодная незаинтересованность Фрейна их явно задевала. А меня, наоборот, как будто радовала, хоть признавать это было стыдно, что ли. В начале нашего брака я была твёрдо намерена оставаться к Фрейну холодной, словно айсберг. Но как-то всё не получалось.

Ещё на подходе к комнате мужа я почувствовала неладное, а когда остановилась у двери, из медальона внезапно вылетел Блик и замельтешил перед лицом, как будто тоже волновался или хотел меня о чём-то предупредить. Слегка меня утомив, он вернулся обратно и затих, однако за эти несколько секунд успел взвинтить мои нервы на максимум.

Я постучала, но ответа не последовало, толкнула ручку, и дверь мягко отворилась.

– Фрейн? – позвала громко. – Тебя там твои адептки потеряли. Ты чем за…

На этом моменте я уже дошла до спальни и совершенно внезапно обнаружила мужа там. Он лежал на постели лицом вниз прямо в одежде и никак не реагировал на моё появление, хоть я даже и не пыталась вести себя тихо. Скорее, наоборот, пыталась навести больше шума.

Что ещё более странно – на полу рядом с кроватью, вытянув длинные лапы, валялся Орф. Он медленно поднял обе башки и вяло замотал хвостом. Да что тут творится? Они выглядят так, будто только что вернулись после бурного мальчишника!

– Фрейн? – Я бросилась к мужу и принялась трясти его за плечо, а затем с трудом перевернула на спину – тяжёлый! – Что с тобой? Фрейн!

Да неужели прикидывается? Почему тогда Страж тут, как будто охраняет его?

Я осторожно пошлёпала мужа по щекам, и только тогда он поморщился и поморгал, наводя резкость на моё лицо.

– Что такое? – спросил, хмурясь.

А потом до него как будто начало доходить.

– Ты что, спал? – возмутилась я.

Хотя, учитывая, что ночью он ездил в город, неудивительно, что его сморило. Но не так же крепко, чтобы не проснуться, когда тебя зовут!

– С тобой всё в порядке? – вдруг всполошился Фрейн, тоже схватил меня за плечи и слегка встряхнул. – Я вернулся в комнату переодеться и почувствовал что-то… Какое-то вмешательство.

Он осёкся.

– Руцифелла разгадала твою хитрость с маскировкой моей магии. А потом она что-то сделала, и, кажется, защитный кокон пропал. Но я не уверена. Думала, ты посмотришь.

Пока я говорила, Фрейн сидел, держась за голову, и слегка раскачивался вперёд-назад. Похоже, ему самому сейчас очень плохо, хоть он и пытался бодриться.

– А Орф? – наконец заметил пса тёмный. – Что он тут делает?

– Его спроси, – буркнула я. – И вообще, лучше скажи, что с тобой? Ты на смерть похож.

Он и правда выглядел паршиво: кожа побледнела, лицо осунулось, а в глазах полопались сосуды – и такие метаморфозы всего за какие-то полчаса!

– Я не знаю точно. Похоже, ты усилила заклинание тётки, и ударная волна дотянулась до меня через нашу связь. Честно говоря, у меня какой-то провал в памяти. Ничего не помню: как дошёл до постели, что было потом…

– Значит, Орф тоже это почувствовал и пришёл тебя охранять, пока ты в отключке, – подытожила я, гладя Фрейна по щекам. – Эту Руцифеллу нужно отстранить от работы. Что она вообще творит? Знаешь, я непривередливая, но с самого начала было ясно, что она примчалась сюда вредить мне. Они хотят отправить меня обратно.

– Не понимаю, зачем ей это. – Тёмный помотал головой. – Возможно, она имеет какие-то виды на имущество твоего деда. Если ты не вступишь в наследство, осколок выставят на торги. Но… ей-то зачем?

– Никто не откажется от лишнего осколка. – Я пожала плечами. – Принести воды?

Время шло, но лучше Фрейну явно не становилось, скорее наоборот.

– Да, пожалуйста. – Он повернулся и быстро поцеловал меня в ладонь.

Я отдёрнула руку и сразу сбежала за графином и стаканом, которые стояли на столике у окна, чтобы он не увидел, как загорелись мои щёки. Что за реакция на простое мимолётное прикосновение? Как в первый раз! И контролируется это ещё хуже, чем магия.

Пока я наливала воду, немного успокоилась, а тем временем Фрейн продолжил:

– Это уже переходит все границы. Я сегодня же напишу письмо ректору о том беспределе, что она тут устроила. – Он сел на постели и глубоко вздохнул. Орф сразу встал и положил одну и голов ему на колени. Другая внимательно следила за тем, что я делаю. – Кстати! Ты почему ещё не у Источника?! Время уже…

Я посмотрела на часы: и правда. Все уже там.

– Даламан сказал, что не допустит меня туда с особенностями моей магии. Они всё снова вскрыли. Но теперь я сама туда не пойду: мне страшно. После того, что они с Председателем устроили, магия может повести себя непредсказуемо.

– Да, пожалуй, ты права. Нужно всё проверить и убедиться, что никаких �