Ламира. Глаза цвета ночи
Глава1
Регина
– Регина Арнольдовна, вы где?
Где-где? В Караганде! Так и хотелось ответить писклявой курице в трубке. Кажется, это была вторая помощница моего благоверного. Сдержалась. Рано показывать характер. Сначала нужно убраться как можно дальше от столицы. Переждать бурю в сельской глуши. И навсегда исчезнуть из страны. А потом, можно и муженька позлить. И всю его родню. На безопасном расстоянии.
– В пробке застряла. – Постаралась, чтобы голос звучал как можно плаксивей.
Собеседница тяжело вздохнула. Отправила на мою голову все проклятья мира и предупредила, что ровно через три часа я должна появиться в ресторане. Иначе господин Гаратов будет мной очень, очень недоволен. Сообщать где, и в какой позе я видела недовольство господина Гаратова, не стала. Хватит с них на сегодня потрясений. Торжественно поклялась не опаздывать и нажала педаль газа. Старенький Polo фыркнул и повез меня совсем в другую сторону.
Еще несколько раз звонили родители. Эти в выражениях не стеснялись. Сообщали, как я их разочаровала. И во всех красках описывали, что сделают с нерадивой дочерью за каждую минуту опоздания. Так опозорить семью Лариных перед гостями. Невероятно!
Я про себя ехидно хихикала и отправляла заранее заготовленные селфи, с праздничным макияжем и в дизайнерском платье. Фотографии их немного успокаивали. Ровно до того момента, пока мой «любимый супруг» не обнаружил, что никаких пробок на Кутузовском сегодня нет. И не было. К счастью, к этому времени я была уже далеко от столицы.
Новенький айфон, с помощью магнита и скотча был прикреплен к первой попавшейся фуре, на заправке. Единственная вещь, по которой меня можно было отследить. Уже глядя вслед удаляющемуся автомобилю, почувствовала себя по-настоящему свободной.
Спасибо Ларисе. Секретарше моего благоверного. Пока она отвлекала господина Гаратова своим упругим задом, я успела собрать вещи и беспрепятственно покинуть фамильный особняк.
Впрочем, а чего они все ожидали? Мой брак был делом исключительно политическим. Если можно так выразиться. Ни мне, ни Эрику эта семья была не нужна. Мы до ЗАГСа даже не виделись ни разу. Так мой отец, Арнольд Ларин решил с помощью своей единственной дочери объединиться с семьей великих и могучих Гаратовых.
– Хоть где-то от тебя будет польза!
Так родитель прокомментировал скоропалительное замужество. Спорить не стала. Это было бесполезно, раз. И лишило бы меня возможности совершить побег из лап «любимого мужа» два. Пришлось опустить невинные глазки в пол и залиться румянцем. Все это восприняли как признак слабой и стыдливой натуры. На самом деле, в тот вечер во мне клокотала злость. И обида. На себя за нерасторопность. Нужно было раньше бежать из родительского гнезда. Зачем, спрашивается, медлила? На отца за то, что превратил меня в товар. На мать за отсутствие любви. На братьев, за то, что стояли и улыбались во все тридцать два зуба. Они, как ни странно, больше всего выиграли от этого брака. Гаратов старший в качестве выкупа за невесту пообещал оболтусам теплые депутатские кресла со всеми вытекающими оттуда бонусами. А я… Моего мнения вообще никто не спрашивал.
Ровно четыре недели назад я стала замужней женщиной и сейчас должна была присутствовать на семейном торжестве, в честь Нового года. Три недели, как послушная жена миллиардера изображала бурную деятельность по приготовлению к знаменательному событию. Выбирала платья, посещала салоны красоты, покупала подарки новой родне. И готовилась к побегу.
Все прошло гладко. Муженек решил задержаться на работе. «Важное совещание» в лице пышногрудой секретарши затянулось. Я не расстроилась. Искренне пожелала Ларисе терпения и огромного женского счастья. Села в новенький «Бентли». Под предлогом предпраздничного шопинга поехала в ЦУМ.
Мысли о том, что безвольная и слегка инфантильная жена решит сбежать, у Эрика ни разу не возникло. А моя безопасность вообще его мало интересовала. Поэтому роскошью передвигаться по городу самостоятельно пользовалась на всю катушку. А дальше, было дело техники. Сменив дизайнерский костюм и шубу на бесформенный пуховик и джинсы в ближайшем туалете, сбежала в новую жизнь. Ах, если бы тогда знать, насколько эта жизнь будет новой.
К семи вечера на капот фольксвагена опустилась густая ночь. Глаза резало от однообразного заснеженного пейзажа. Шея ныла, правая ступня просила пощады, навигатор уверенно вел вперед. Одновременно хотелось есть, спать и помыться. Тело, не привыкшее к долгому управлению автомобилем, покрылось липким потом. Но я боялась. Боялась остановиться. Даже для того, чтобы попить воды и размять уставшие мышцы.
Умом понимала, первым делом искать пропажу будут в Москве. Чтобы запутать следы, сняла несколько квартир, в разных концах города. И маленький домик в деревне под Питером. Но все равно боялась. И ехала вперед.
Через два часа свернула на проселочную дорогу. Радио перестало подавать признаки жизни. Дешевый смартфон не видел сети. Машина время от времени подскакивала на ухабах. Шел снег. Крупные хлопья падали на лобовое стекло. Портили обзор. Дворники не справлялись. Надо было остановиться. Съехать на обочину и переждать непогоду. Надо было. Только эта мысль пришла уже после того, как впереди вспыхнули фары встречного автомобиля.
Глава 2
Регина
– Такая маленькая.
Рокочущий голос пробивался к сознанию сквозь густой туман. Нужно было открыть глаза. Посмотреть где я. Понять, что произошло. Но ничего не получалось. Веки отказывались подниматься. Руки и ноги не двигались.
– Нормальная. – Второй голос раздался совсем близко. – Член влезет. Больше от нее ничего не требуется.
Если бы в этот момент могла ответить, подробно объяснила бы придурку куда, и какую часть тела ему следует засунуть. Только губы не шевелились. Даже мычать не получалось, когда почувствовала на животе чью-то руку.
– Убери лапу. – Рыкнул первый мужчина.
– Она такая же моя, как и ваша. – К диалогу присоединился третий голос.
В это же время чужая рука безнаказанно ощупала мои бедра, живот и грудь. Мне должно было быть противно. Какая уважающая себя женщина допустит такого отношения к собственному телу? Вот только странный паралич пугал больше неуместных домогательств. Если все же этот самый член в меня решат засунуть, даже обматерить сволочь не получится.
«Тише дитя» – Раздалось в голове. И я окончательно растерялась. – «Не бойся. Они ничего не сделают»
«Они уже делают»
«Прости. Ты умерла не в то время»
«Значит, умерла?»
Вокруг воцарилась тишина. Голос в голове молчал. Будто давал возможность осознать новость. Чужие руки исчезли. Голоса продолжали переругиваться. Только уже где-то вдали. Слов было не разобрать.
«Что будет дальше?»
«Новая жизнь. Ты должна была переродиться в Амонне, после того как завершишь земной путь»
«Но все пошло не по плану»
«Нам удалось тебя перенести. Только не в колыбель, а на алтарь невест»
«Опять замуж?»
Голос промолчал. Я про себя многозначительно хмыкнула. И здесь женили.
«И кто муж?»
«Мужья» – Осторожно ответил собеседник. Видимо, ждал реакции. А она опаздывала.
Мужья, значит. Интересно, почему я так спокойна? Может, все дело в посттравматическом синдроме? А может, просто так мозг защищается от боли. А на самом деле, меня лапает не какой-то похотливый мужик, а хирург? Может же такое быть?
«Увы» – прокомментировал мои мысли Голос.
«Надежда умирает последней»
«Не расстраивайся, дитя. У нас не так плохо»
«Я только что узнала, что ни на что не гожусь. Кроме того, как вставлять член. Так себе перспективы»
«Прости. Они не самые лучшие кандидаты в мужья для тебя. Но так уж вышло. Я не могу этого изменить»
Мы снова замолчали. А вот мужчины продолжали обсуждать мое бездыханное тело на алтаре.
– Родит наследников, заберешь себе. – Четвертый голос холодной волной прокатился по коже.
– Мы ее призывали не для того…
– А для чего? Для священного брака? Мне не нужна жена. Мне нужен сын. А лучше дочь. С остальными потребностями прекрасно справляется Валлет.
Странный мир. Очень странный. Зачем призывать женщину, если она тебе не нужна? Если уже есть та, что греет постель? Странные люди. Как бы там ни было, за второй шанс на жизнь я, была благодарна. А с остальным будем разбираться постепенно.
– Выполнит свою задачу и уедет в северные земли. – Заключил второй голос. – Или заберешь ее себе? А, Каллеб?
Загадочный Каллеб оказался обладателем голоса номер три.
– У меня хватает любовниц. Хотя она ничего. Смазливая. Никогда таких не видел. – Теплая рука прошлась по щеке, опустилась к шее, сжала полушарие правой груди. Ничего, кроме злости, это во мне не вызвало.
– Убери от нее руки.
Мой невидимый защитник сорвался на рык. Пальчики ног опалило жаром. Чужая рука исчезла с груди. Что ж, хоть кто-то в этой компании ведет себя адекватно.
– Не горячись Фирс. Через пару лет заберешь девчонку себе. Никто возражать не будет.
«Не думала, что вот так будет принят этот бесценный дар» – голос снова ожил.
«Сочувствую. Что теперь? Бежать под венец и раздвигать ноги?»
«Нет дитя» – судя по интонации, такое поведение неизвестных возмутило не только меня. – «Мы слишком рано дали им шанс. Они не оценят ни дар, ни твою душу»
«Сложно спорить»
«Глупые дети» – Кажется, Голос печально вздохнул. – «Через пять дней твоя душа сроднится с новым миром. В теле проснется магия. И ты сможешь уйти. Строить свою жизнь сама»
«Звучит фатально»
«Ты станешь их самым страшным наказанием. Добро пожаловать в Амонн дитя!»
Голос в голове пропал. Грудная клетка резко поднялась. Как будто до этого я вообще не дышала. Мужчины замолчали. Резко открыла глаза. Серый потолок, тусклый свет из круглого окошка над головой, запах льда вокруг. По ногам прошелся влажный ветер. Поток воздуха принес с собой несколько мелких снежинок. Те упали на голую кожу. Заставили поежиться. Приподнялась на локтях.
Дверей в помещении не было. Да и помещением место назвать было сложно. Больше напоминало слегка облагороженную пещеру. Каменные стены освещены факелами. Странное зрелище для жителя большого города. Никогда не думала, что палки, обмотанные тряпками, могут так сильно чадить и вонять.
Там, где предполагалось наличие двери, зияла дыра, а снаружи бушевала зима. Мелкие снежинки плясали на ветру. Изредка залетали внутрь помещения и моментально превращались в прозрачные капли на лицах и одежде незнакомых мужчин.
Их было четверо. Они молча стояли у каменной плиты. По двое с каждой стороны. Внимательно наблюдали за мной. Точнее, жадно рассматривали голое девичье тело. А ведь у кого-то любовниц хватает. И некая Валлет прекрасно справляется со своими обязанностями. Мужчины молчали. Я прикидывалась немой.
Села, подтянула колени к груди, чтобы хоть как-то скрыть наготу и широко распахнула глаза. Заодно с облегчением обнаружила, что таинственный голос перетащил в Амонн не только душу, но и тело. Мое любимое, родное тело. Вот, небольшой шрам рядом с большим пальцем на ноге. Татуировка на бедре. Как символ «испорченного тела». Да, родители мне еще несколько месяцев не могли простить эту выходку. И тонкие, почти музыкальные пальцы, тоже принадлежали мне. Рассматривая собственные конечности, забыла, что кроме меня в помещении еще как минимум четверо посторонних. И очень, очень холодно.
В отличие от меня, все четверо были одеты по погоде. Шерстяные куртки, меховые плащи, ботфорты из плотной кожи. Видимо, чтобы снег не попадал внутрь сапога. Минуты текли. Мужчины молчали. Мне, сидящей на каменной плите, становилось холоднее.
– Добро пожаловать ламира. – Первым заговорил мужчина в черном плаще. Его голос узнала сразу. Тот самый, у которого есть великолепная Валлет. – Вы призваны стать нашей женой. Спутницей жизни. Матерью наследников первых глав Амонна.
Мужчина замолчал. А мне с трудом удалось сохранить безразличие на лице. Ну, ровно настолько, насколько ситуация позволяла это сделать.
– Мое имя Вайрот ла Март. Герцог северных земель Ларетти.
Мужчина в черном замолчал. Ждал моей реакции. Реакции не было. Было слишком холодно, чтобы обмениваться вежливыми приветствиями и восхищаться идеальной родословной. Ла Март недовольно нахмурился.
– Биллар де Фархиф, герцог Сайюрский. – Представился мужчина с идеальными каштановыми волосами. Такого идеального оттенка даже на коробке с краской для волос не встретишь.
Страшно подумать, как мужчина будет выглядеть, распустив замысловатые косы. Да и аккуратная борода ему шла. А вот меховой плащ, в который он нагло кутался, больше подошел бы мне. Пальцы на ногах пришлось поджать.
– Каллеб де Ларб. Генерал объединенной армии семи королевств. – Представился третий.
Даже рассматривать его не стала. Холодный ветер пробирал до костей. Впрочем, заморозить голую девицу было несложно. Руки уже начали дрожать. Кончики пальцев стали неестественно белыми. А я прикинула, что через пять дней бежать от компании садистов точно не смогу. Или свалюсь от простуды или замерзну насмерть прямо здесь.
– Идиоты! – Выдохнул четвертый. – Она не понимает вас!
Вообще-то, я все понимала. Но переубеждать никого не стала. Языковой барьер сыграет мне на руку. Наверно. Я не была в этом уверена. Просто идея показалась отмороженному мозгу гениальной. Так они будут чувствовать себя в моем присутствии раскованно. Не будет необходимости врать.
Пока трое хлопали глазами, четвертый расстегнул пряжку плаща и укутал мое продрогшее тело в теплую ткань.
– Потерпи, пожалуйста. – Шептал мужчина. Скорее для себя, чем для меня. – Сейчас станет теплее.
Голос, который несколько минут назад пытался защитить меня от домогательств, сейчас спасал от холода. Светлая челка падала мужчине на глаза, пока он укутывал мои ноги плащом. Я бы и рада была ему помочь. Только все, что могла делать – стучать зубами и дрожать.
– Фирс де Мират. – Представлялся он, надевая на мои ступни меховые варежки. Стопа в них спряталась полностью. Взгляд упал на широкие мужские ладони. Такого размера мне еще видеть не приходилось. – Второй принц Сирана.
Он закончил говорить и подхватил меня на руки. Остальные, все это время молча наблюдали за принцем. Кажется, я уже начала их тихонько ненавидеть.
Как только я оказалась в теплых мужских объятиях, потенциальные мужья хором прокричали:
– Принимаем ламиру света, как дар. Клянемся беречь ее свет и лелеять тьму.
Алтарь в ответ засветился красным светом. Мужчины замерли. Фирс сильнее прижал меня к груди. Остальные подозрительно переглянулись. А я догадалась, что кто-то ответит за весь этот цирк.
– Не бойся. – Прошептал блондин мне в макушку. – Все будет хорошо.
Правда, сказал он это не для меня. Скорее, для себя.
Глава 3
Из разговора мужчин стало понятно, пещера, где я очнулась, была чем-то вроде древнего храма. Находилась в священных землях. И использовалась не чаще, чем раз в пятьдесят лет и исключительно для призыва жены. Или любовницы. Разбираться в тонкостях местной религии времени не было.
Фирс де Мират вынес меня на улицу. Осмотрела заснеженную равнину и с трудом сдержала возмущение. Эти четверо пришли за женой! Женщиной, которая должна появиться на холодном камне, в чем мать родила. И никто! Никто из них не позаботился ни об одежде, ни о транспорте. Будто никто вообще не рассчитывал, что я появлюсь на этом камне. Рядом с входом в пещеру стояло четыре лошади. Четыре, обычных, лошади! Ни повозки! Ни кареты! Ни телеги! Как они предлагали меня отсюда забирать, одному богу известно.
Из глаз потекли слезы. От злости, обиды и безысходности. Я неплохо ездила верхом. Спасибо отцу за пунктик на «элитном воспитании». Вот только лошади для меня не нашлось. Если только кто-то из мужчин решит совершить пешую прогулку. Что сомнительно. Да и как голой жопой держаться в седле?! Как в это седло вообще попасть, когда на ногах даже не сапоги.
– Издеваетесь? – Прорычал Фирс, глядя на животных.
– Этим должны были заняться слуги. – Попытался оправдаться Биллар, который герцог забыла чего.
– Этим должны были заняться два первых мужа. – Подал голос Каллеб. – Это священны земли Биллар! Сюда допускаются только призывающие и призванная! Ты вообще о правилах призыва читал?
Судя по лицу герцога, правил он не читал. Не успел? Или просто не посчитал нужным. Похоже, мое появление в Амонне стало сюрпризом не только для меня.
– А ты тогда здесь зачем, генерал? – Усмехнулся Вайрет.
– Чтобы она с голоду не подохла. – Выплюнул генерал и бросил на землю тяжелый мешок. Видимо, с припасами. – И вы вместе с ней!
Лицо воина исказилось от злости. Даже тонкий шрам на щеке начал выглядеть объемно. Остальные тяжело дышали, сжали кулаки и, казалось, вот-вот бросятся выяснять, кто и за что отвечает с помощью кулаков. Атмосфера накалялась. А я с ужасом представила, что придется на морозе ждать, пока эти дикари выяснят отношения. А потом еще и устранять последствия драки. К счастью, вмешался принц.
– Хватит. – Крикнул мужчина и от его голоса по спине пробежал нехороший холодок. – Нужно покинуть место призыва. Если не хотите, чтобы Богиня-мать забрала женщину!
Аргумент оказался убедительным. Каллеб поднял сумку с земли, отряхнул налипший снег, достал кожаную флягу и протянул мне.
– Пить. – Коротко произнес генерал и приложил горлышко к губам. – Тепло. – Обнял себя за плечи.
Глаза мужчины блестели, широкие брови сошлись у переносицы, губы сжались. Он был растерян и не знал, как себя вести. Я сама была растеряна. Перевела взгляд на Фирса. Мой защитник кивнул. Только после этого взяла флягу, открутила крышку, принюхалась. В нос ударил едкий запах самогона. Обычного деревенского самогона. Пить не стала. Спасти конечности от обморожения это пойло не поможет. А вот сохранить ясный ум помешает.
Генерал, видя мою реакцию, настаивать на приеме алкоголя не стал. Помотал головой, но промолчал. Одним плавным движением вскочил на вороного жеребца и отошел в сторону. Остальные последовали его примеру.
– Потерпи. – Второй принц Сирана помог взобраться на лошадь. Сам устроился сзади. – Через три часа будем в лагере. Знаю, ты меня не понимаешь. – В голосе звучала тревога. – Все будет хорошо. Я позабочусь о тебе.
Пришлось поверить на слово незнакомому человеку. Надеялась, что, даже если я ему и не нравлюсь, то чувство долга не даст бросить меня в каком-нибудь сугробе. Оставалось только прижаться к широкой груди и молиться, чтобы за три часа пути я не получила обморожения. Конь тронулся. Начался мой персональный ад.
Чертово седло было рассчитано на одного всадника. Я не могла ни сесть нормально, ни двигаться без риска остаться голой на морозе. Даже ногами пошевелить было нельзя, чтобы не потерять варежки. Конь хоть и шел плавно, но это никак не спасало от синяков на мягком месте. Фирс старался максимально облегчить мои страдания. Одной рукой управлял лошадью, второй держал за талию. Не давал завалиться слабому телу куда-нибудь вбок. Но этого, к сожалению, было недостаточно.
– Прости. – Прошептал в макушку мужчина, когда я в очередной раз пробовала потереть ладони, разогнать кровь в замерзших пальцах. – Надо было самому обо всем позаботиться. Знал же, что им ничего не нужно.
Остальные ехали сзади. Старались держаться на расстоянии. Иногда тихо перебрасывались короткими фразами, смысла которых я не понимала. Что-то про призыв. Благословение, которого никто не ожидал. Гнев богов и некого Кровавого Халли. Обрывки фраз прилетали вместе с порывами ледяного ветра, превращались в белый шум.
Большую часть времени я пыталась отвлечься от холода и осознать случившееся. Ситуация нестандартная. Как себя вести? Что делать? Куда бежать? Все эти вопросы ворочались в голове и требовали немедленного ответа. А его не было. И от этой неопределенности становилось только страшнее.
Попробовала сосредоточиться на плюсах своего положения. Я была жива. Это было лучше, чем остаться трупом на зимней дороге. Или беспомощным инвалидом. Что, на мой взгляд, хуже смерти. Я жива, пока еще здорова. Голос обещал полную адаптацию в новом мире. И магию. Я еще не знала, что такое магия в новой реальности. Но верила, что новая материя поможет мне устроиться в новом мире.
А что делать с мужчинами, позже решу. Не первый раз замужем. Может, даже исполню их желание и сбегу. Не буду разрушать их стабильную и спокойную жизнь. Посмотрела через плечо Фирса. Пещерные мужья угрюмо поглядывали по сторонам. Старались не замечать моего присутствия. Что ж, может оно к лучшему. Зачем привязываться к тем, кому ты не нужна? Дело осталось за малым, добраться до лагеря и согреться.
– Как она?
С нами поравнялся генерал. Бросил на меня быстрый взгляд. Поморщился. Наверное, сейчас я выглядела совсем плохо.
– У границы будем через час. – Проигнорировал вопрос Фирс.
– Сможешь сразу построить портал в лагерь? Пока она…
– К переходу уже все готово. – Принц не дал генералу закончить фразу. Чтобы он не хотел сказать, слышать это я не хотела.
Каллеб продолжал ехать рядом. Иногда бросал в мою сторону короткие взгляды. Но больше не пытался заговорить. Минуты мучительно тянулись. Один час превратился в промерзшую вечность. Больше не помогал ни плащ, ни теплое тело всадника за спиной. Началась неконтролируемая дрожь. Кожа на руках опасно побелела. Ломающая боль прошлась ногтям.
– Тшшшш… Скоро станет тепло. Пара минут.
Фирс в очередной раз попытался согреть мои ладони. Только с каждым разом сделать это становилось сложнее. В какой-то момент показалось, что местный мороз меня попросту ненавидит и хочет убить.
– На месте. – Рокочущий голос принадлежал Вайрету.
Принц коротко кивнул в ответ. Попробовала принять хоть какое-то устойчивое положение, чтобы дать мужчине спешиться. В глазах потемнело. К счастью, все закончилось до того, как мои сопровождающие заметили недомогание. Вцепилась окоченевшими пальцами в кожаное седло, подалась вперед. Фирс легко спрыгнул на снег. Варежка соскользнула со ступни. Голую кожу обжег мороз. Кроме меня, потерю никто не заметил. Но сил переступить гордость и просить о помощи стоявшего рядом Биллара, уже не было. Пока я переживала о потере, принц сделал несколько шагов вперед, нарисовал в воздухе замысловатую фигуру и вернулся ко мне. Пару минут ничего не происходило. Этого времени хватило, чтобы принц забрался в седло.
– Можно! – Громко крикнул Каллеб.
В следующее мгновенье воздух перед глазами будто пошел трещинами. Сначала повреждения были едва заметны. Но с каждой секундой расширялись. Становились все больше и больше. Через минуту можно было рассмотреть очертания летнего леса. Солнечные лучи пробивали густую листву. Падали на крыши высоких шатров. Все выглядело таким теплым. Впрочем, сейчас я бы и адскому пеклу была рада. По щекам побежали слезы. Первые ласточки грядущей истерики.
– Отправлю к ней кого-нибудь. – Рыкнул Биллар, бросая брезгливый взгляд в мою сторону. – Отогреть.
Не стала рассуждать, что он этим хотел сказать. Самым важным сейчас было сбежать из ледяного плена. Сосредоточилась на разломе. Первым в переход шагнул герцог Вайрот. За ним последовал Биллар. А потом мы. Замыкал шествие генерал. Как только первые всадники ступили на зеленую траву, все в лагере ускорились. Мужчины, в разноцветной форме разной степени опрятности засуетились. Кто-то подбегал к господам, помогая спешиться. Подносили тяжелые кубки. Помогали снять тяжелые плащи и кланялись.
Внимание привлек высокий старик. Мужчина с аккуратной бородой и замысловатыми седыми косами. У Биллара тоже были заплетены косы. Но более практичные, что ли. Мужчина почтительно поклонился своему господину. Начал что-то рассказывать. Биллар внимательно слушал. Коротко отвечал, иногда хмурился и быстро кивал. А потом, старик увидел меня и побледнел.
Как раз в этот момент конь Фирса оказался на поляне. Воины в черных кожаных куртках выстроились в шеренгу, опустили глаза в пол. В отличие от остальных, никто не спешил подойти к нам. Странно. Очень странно. Как только принц оказался на земле, воины упали на колено. Правым кулаком ударили себя в грудь. И что-то выкрикнули. Кажется, я побледнела.
– Не бойся. – Мягко произнес мужчина и протянул руки, чтобы снять меня с лошади.
Было стыдно. Очень стыдно. Плащ то и дело соскальзывал. Пытался всем показать голое тело. Руки не слушались. Замерзшее тело вообще не хотело двигаться. Неуклюже завалилась набок. Принц успел меня подхватить на руки и вернуть на место холодный плащ до того, как оказалась на земле. Собравшиеся воины отчетливо поскрипывали зубами и увлеченно рассматривали траву под сапогами.
– Никто тебя не тронет. И не взглянет. Моя ламира. – Рычал принц, плотнее укутывая меня в холодную ткань.
– Господин! – К нам бежал высокий человек с орлиными чертами лица и черными глазами.
– Глаза вниз Бейрат.
Таинственный Бейрат послушался. Опустил взгляд в пол, остановился и поклонился сначала мне, а потом своему господину. Вокруг стояла подозрительная тишина.
– Я сам, Советник. – Снова подал голос принц. По спине снова пробежал нехороший холодок.
– Как скажете. – Голос Бейрата звучал безразлично.
Видимо, в повседневной жизни принц отличается от мягкого и заботливого юноши, спасавшего девушку от мороза. Стало страшно. Дрожь усилилась. Повернула голову и увидела, как внимательно за нами наблюдает Каллеб.
Генерал стоял буквально в десяти метрах от нас. К нему также подбежали подчиненные. В отличие от воинов Фирса, одеты они были в коричневую форму. И выглядели слегка небрежно. Рубашки навыпуск, пыльные сапоги, кто-то вообще был без куртки. Иногда они бросали короткие взгляды в нашу сторону. Так же, как и старик рядом с Билларом, бледнели и отводили взгляд.
Подчиненные ловко избавили генерала от плаща, подали ему кожаную флягу. Точную копию той, что была вручена мне возле пещеры. Только он ее не принял. Внимательно наблюдал за мной и побратимом. Даже не заметил, как к нему спешила молодая, пышнотелая девушка в ярко-красном платье.
Если бы не знала, где нахожусь, назвала бы ее бурятской принцессой. Даже головной убор незнакомки напоминал традиционный малгай. Невысокая алая шапочка с плоским верхом была расшита золотыми нитками и украшена монетками. Длинные черные волосы падали на плечи. Пухлые щеки делали небольшие глаза совсем крошечными. Красная краска подчеркивала узкие губы. Девушка ничего вокруг не замечала. Спешила к своей цели, вытянув вперед маленькие ладошки. Пока Каллеб смотрел на меня, она бросилась к генералу на шею и прижалась к воину алыми губами.
Видеть, как генерал милуется с фавориткой, было неприятно. Нет, это была не ревность. Никаких чувств к этому человеку я не испытывала. Нельзя воспылать любовью к первому встречному. Даже в таких необычных обстоятельствах.
Скорее, ситуация была унизительной. Весь лагерь знал кто я, и зачем меня сюда притащили. Такое поведение мужчины и мой плачевный внешний вид показали всем обитателям лагеря, где мое место. И как хозяева относятся к «будущей матери своих детей». И это только первые звоночки. Что будет дальше?
К счастью, досмотреть спектакль мне не дали. Воины в черном закрыли обзор широкими спинами. Наша странная процессия двинулась куда-то вглубь лагеря.
– Шатер для ламиры готов?
– Боюсь, от герцога Вайрота распоряжений об отдельном шатре не поступало.
Если бы не легенда о языковом барьере, я бы рассмеялась. А вот Фирсу было не до смеха. Мужчина развернулся на девяносто градусов и зашагал в другую сторону.
– Когда все будет готово, сообщи.
– Как скажете, ваше Высочество.
– Напомни де Ларбу, он по-прежнему отвечает за питание ламиры.
– Да, ваше Высочество.
– Мой шатер?
– Все готово, ваше Высочество.
На этом содержательный диалог закончился. Я по-прежнему не видела ничего, кроме широких спин охраны. Интересно, это он так прячет меня от своих воинов? Или просто не хочет, чтобы стала свидетелем еще одной трогательной сцены? Если один приехал с любовницей, что мешало остальным сделать то же самое?
Вайрот де Март.
– Объяснись Вальтар.
Герцог северных земель Ларетти наблюдал за Фирсом и их ламирой. Кровавый Халли осторожно прижимал к груди замерзшую девушку. С его места не было видно ее лица. Только вибрирующая ткань в руках Фирса говорила о том, что девчонке совсем плохо. Вайрот буквально печенкой чувствовал, как ей холодно. И это пугало герцога до трясущихся поджилок.
– Какие именно объяснения вы хотите получить, мой лорд? – Учтиво поклонился советник.
Вайрот бросил на помощника холодный взгляд. Ничего не сказал. Слишком спокойно выглядел Вальтар, для того, кто подверг призванную смертельной опасности.
– Почему в храме не было одежды для девушки?
– Потому что Вы об этом не позаботились.
– Повозка?
– Полагаю, светлейший лорд де Фархиф так же не подумал о транспорте.
Вайрот еще толком не осознал, какой опасности они подвергли девушку. Но паника уже подняла голову в груди. Нет, он еще не был привязан к незнакомке, появившейся на алтаре после призыва. Даже симпатии к этому беспомощному сосуду не испытывал. Вайрот вообще не понимал, как богиня могла подарить ему такую слабую жену. Герцогу было очевидно, быть с этой слабой женщиной он не сможет. Ему и его побратимам нужна другая. Та, что сможет усмирить их силу и гнев. А эта… Что может сделать это недоразумение, когда он потеряет контроль над своей магией? Расплакаться? И какое потомство немощная ему принесет?
– Вы так и не прочитали письмо отца? – Помощник отвлек его от размышлений.
Герцог напрягся. Вальтар действительно приносил ему письмо. Как раз перед отъездом в храм. Вот только он его так и не прочитал. Сначала был занят прощанием в Валлет. А потом, не было времени.
– Что в нем было?
– Правила древнего призыва. – Поклонился помощник и протянул своему господину помятый лист.
Герцог развернул послание. Краем глаза увидел, что похожий лист держит в руках и герцог де Ларб.
– Кто? Кто это придумал?
– Это правила, мой лорд. Мужья обязаны заботиться о супруге. Таковы требования Богини. Она дарует призывающим супругу. Ту, что сможет принять их силу и продолжить род. А взамен, супруги заботятся о ней. Дарят любовь. Окружают заботой. На каждого возлагаются обязанности. Чтобы призванная ламира видела, кому доверит будущих детей. И вступала на брачное ложе без опасений за будущее своих дочерей и сыновей.
Вайрот замолчал. Еще никогда он не чувствовал себя таким идиотом.
– Отправь к девушке приа.
Советник поморщился. Никто его реакции не заметил. Помогать господину в семейных делах запрещено.
Глава 4
Регина
Как только мы оказались в шатре, мужчина осторожно посадил меня рядом с горящим очагом и шепнул:
– Посиди здесь. Я быстро.
Захотелось кивнуть в ответ. Вовремя вспомнила про языковой барьер. Ничего не ответила. Мужчина нахмурился. Несколько секунд подумал. Снова сказал:
– Ты, – дотронулся ладонью до моей груди, – тут, – опустил руку на подушку.
Кивнула, в ответ. Все же он пытается мне помочь. Такие поступки стоит поощрять.
– Я – дотронулся рукой до своей груди, – туда, – показал пальцем на выход из шатра.
Я снова кивнула. Подняла глаза и залюбовалась его красивым лицом. Узкой линией подбородка, ровным носом, четко очерченными губами, платиновой челкой, падающей на глаза. Видя мою реакцию, Фирс улыбнулся, осторожно коснулся губами лба и покинул шатер.
– Как могло такое произойти? – Голос Бейрата донесся уже после того, как мужчины покинули шатер.
О чем говорил помощник принца, не поняла. Пользуясь одиночеством, скинула промокший от снега плащ, подбежала к резному креслу в конце шатра и стянула с него что-то напоминающее пестрый плед. Вторая варежка осталась лежать возле очага. Укутавшись в сухую ткань вернулась на свое место. Стало теплее. Организм постепенно перестал бороться с холодом. Мышца расслаблялись. Кожа приобрела нормальный оттенок. К пальцам ног возвращалась чувствительность. Мне бы еще врача. Но об этом, к сожалению, никто не позаботился.
Время шло. Минута перетекала во вторую, а потом и в третью. Шатер оказался не просто шатром, а полноценными апартаментами походного типа. Несколько заплат и многочисленные потертости на кожаных стенах говорили о том, что натягивали их на деревянный каркас не первый раз. Под высоким потолком виднелись несколько клапанов. Видимо, для вентиляции. Пол шатра застелен деревом. Сбитые между собой доски защищали от сырости, холода и грязи. Только пространство вокруг очага выстелено металлическими пластинами.
За полупрозрачной ширмой пряталась спальня зона. Кровать, укрытая черным одеялом, вешалка и несколько плетеных корзин. Рассмотреть интерьер подробнее не смогла. Мешала тонкая перегородка. Можно было проявить любопытство и обойти препятствие. Но я побоялась нарушить личные границы хозяина. Вторая перегородка, из плотной черной кожи, находилась у меня за спиной. Она полностью закрывала обзор. Судя по звукам льющейся воды, за ней пряталась ванная комната. Видимо, прислуга торопилась угодить господину. В этот момент искренне надеялась, что вопрос с моим жильем решится раньше, чем какая-нибудь нимфа начнет намыливать спинку Фирсу.
Чтобы отвлечься от несвоевременных мыслей о личной жизни принца, продолжила осмотр помещения. Все выглядело лаконично и функционально. Ничего лишнего. Возле одной из стен стоял маленький стол. Квадратная столешница была девственно пуста. О том, что этот предмет мебели появился в шатре не случайно, говорили чернильные пятна и низкий табурет с затертым сидением. Наверное, рабочее место секретаря или писца. Представить, что принц работает за этим крохотным столиком сам, было невозможно.
На небольшом возвышении стояло огромное резное кресло. Именно оттуда я и забрала цветастый плед. И только сейчас поняла, что кресло, вовсе не кресло, а трон. Точнее, оно выполняло функцию трона. И плед, мог оказаться далеко не пледом. А чем-то более ценным. Яркая ткань никак не вписывалась в сдержанный интерьер шатра. И вообще, при детальном рассмотрении вещь напомнила женский палантин из плотной шерсти.
Как он попал в шатер, даже думать не нужно было. Захотелось скинуть с себя чужую вещь. К счастью сделать этого не успела. В помещение вошел высокий мужчина.
– Купальня готова. – Поклонился незнакомец. А я несколько раз хлопнула ресницами и осталась сидеть на месте. Мол, ничего не понимаю.
Слуга был по пояс раздет. Мягкие штаны песочного цвета болтались на поясе и не скрывали отсутствия белья. Нативный стриптиз. Светлые волосы собраны в хвост. Руки перетянутые жгутами вен сложены за спиной. Мужчина поднял голову. Липким взглядом ощупал мою фигуру. Растянул губы в нехорошей улыбке. Штаны в районе паха дернулись. К горлу подступил ком.
– Купальня готова. – Повторил слуга и выпрямился демонстрируя себя.
Не так я представляла себе начало новой жизни. Медленно поднялась на ноги. Движения оставались заторможенными. Мужчина сделал шаг вперед. Судорожно сглотнула слюну. Еще раз окинула помещение взглядом. Теперь уже не из любопытства, а в поиске тяжелых предметов. Шагнула назад. Слугу мой страх явно забавлял и возбуждал. Из курса самообороны помнила, что нельзя потенциальному насильнику показывать свой страх. Но ничего с собой поделать не могла.
– Какая пугливая. Понятно, чем ты не угодила господам. – Фыркнул ублюдок.
Стало совсем не по себе. Если он здесь находился с разрешения кого-то из потенциальных мужей, за пять дней со мной может произойти все, что угодно. Глаза очень не вовремя наполнились слезами. Глубоко вдохнула, внутренне готовясь кричать и защищаться.
– Не сопротивляйся. Тебе понравится. Поверь, я лучше Кровавого.
Происходящее все больше напоминало турецкий сериал. Сделала еще несколько осторожных шагов назад. Как назло, ничего подходящего для защиты под руку не попадалось. Вспомнились несколько приемов из курса самообороны. Рассчитывать на то, что смогу нанести придурку хоть какой-то ощутимый ущерб не приходилось. Сил едва хватало на то, чтобы ходить. Оставалось надеяться на эффект неожиданности. Визуально я сейчас больше была похожа на растерянного цыпленка, чем на женщину способную за себя постоять.
Слуга подошел совсем близко. Поясница уперлась в стол. Маньяк довольно хмыкнул. Отступать больше некуда. Мужчина нарочито медленно поднял правую руку. Положил мне на плечо и сжал пальцы. Никогда не думала, что это может быть так больно.
Зажмурилась. А дальше сработали мышечная память и рефлексы, вбитые грозной Агнессой. Хрупкой женщиной с добрым сердцем и тяжелой рукой. Обеими руками схватила нападавшего. Перенесла вес тела вперед. От неожиданности мужчина нагнулся и в этот момент отправила острую коленку прямиком в пах обидчика. Мужчина взвыл от боли. Из глаз полетели искры. Настоящие искры. Как от горящих дров в камине. Надо было испугаться. Но эмоций на такую мелочь уже не осталось. Пока противник хватал ртом воздух, этим же коленом одарила в нос. Характерный хруст и капли крови на коленке говорили о том, что удар пришелся точно в цель. Противник скрючился на полу, шипя в мою сторону проклятья. Приготовилась нанести следующий удар. Не успела. Неудавшийся насильник выгнулся дугой и заорал от боли. Подняла глаза. Рядом с очагом стоял взбешенный принц.
Он смотрел на извивающегося от боли банщика. Тот, когда понял, что происходит, притих. Тихонько скулил и прожигал меня ненавидящим взглядом. Стало так страшно, что забыла про упавшее покрывало и собственную наготу.
Нет, я не боялась злых взглядов корчащегося на полу ублюдка. И ни минуты не жалела о сделанном. Лучше пострадать, защищая себя, чем покорной овцой идти на закланье. Я боялась реакции принца. Что он видит? Как женщина избила обычного слугу, пришедшего выполнить поручение хозяина. Мое слово, против человека служащего Фирсу. Возможно, ни один год. Может, он лично его прислал? От последней мысли по спине побежали холодные мурашки.
Тем временем, принц вплотную подошел к лежащему на земле телу, присел на корточки и посмотрел слуге в глаза. Под его ногами заклубился черный туман. Банщик перестал скулить и извиваться. Только бледная кожа и крупные капли пота на лбу говорили о невыносимой боли.
Все закончилось спустя минуту. Обездвиженное тело обидчика поднялось над полом и зависло в воздухе. Фирс повернулся ко мне. Молча осмотрел. Нахмурил брови, когда взгляд коснулся коленки, испачканной чужой кровью. Осторожно поднял с пола палантин и отрепетированным движением замотал меня в теплую ткань. Видя мой растерянный взгляд, тепло улыбнулся и стал так, чтобы закрыть обзор. Теперь ничего кроме широкой мужской груди не видела. Только слышала, как зашуршала тяжелая ткань в другом конце шатра.
– Бейрат! – Прорычал Фирс. Тяжелая аура мгновенно заполнила помещение.
– Слушаюсь, мой принц.
Голос помощника по-прежнему оставался спокойным. Будто тело полуголого мужика, висящее в воздухе, было чем-то обыденным. Недостойным внимания.
Снова послышались приглушенные шорохи. Короткие команды советника солдатам разобрать не смогла. Снова наступила тишина. Мужчина, так близко стоящий ко мне, расслабился. Протянул руку и повел в сторону плотной ширмы.
Там действительно пряталась помывочная. Точнее, кусочек узкого пространства с огромной деревянной бочкой, выполняющей функцию ванны. Напротив бочки стояла обычная лавка с отрезом светлой ткани и двумя глиняными горшочками рыжего и темно-коричневого цветов.
– Мыться. – Кивнул Фирс на бочку и потер ладонью свое предплечье. Кивнула. – Это, – показал пальцем на светлый горшочек, – волосы. – Изобразил процесс мытья головы. Снова кивнула. – Тело, – показал на второй флакон и снова потер предплечье. Опять кивнула.
Мужчина замер. Я ждала пока он выйдет, он внимательно рассматривал мое лицо. Я радовалась, что бежала в новую жизнь без макияжа. Даже элитный «Dior» не смог бы выдержать таких перемен. Он что-то решал для себя.
– Фирс. – После долгих раздумий принц назвал свое имя и ткнул себя в грудь.
– Регина. – Собственный голос прозвучал на удивлении твердо. Бархатистые нотки зависли в воздухе.
Мужчина улыбнулся и кивнул, а я красноречиво посмотрела в сторону выхода. Принц снова кивнул и вышел прочь. Раздался звук шагов. Постояла рядом с бочкой еще минуту и только после этого сбросила палантин. Из глаз покатились слезы. Здравствуй полноценная истерика. У нас с тобой есть пятнадцать минут.
Глава 5
Регина
Села на скамейку. Слезы капали на испачканную коленку. Красные соленые ручейки бежали вниз, к ступне, оставляя за собой грязные следы. Плакала долго, со вкусом, шморгая носом и подтирая слюни. Никогда не умела рыдать красиво. Глаза мгновенно опухали, кончик носа краснел, лицо покрывалось красными пятнами. Та еще красавица. Может, надо было расплакаться перед свадьбой с Эриком? Он бы отказался на мне жениться. И не пришлось убегать от любимой семьи в снегопад.
Не знаю, сколько я так просидела. Десять минут или час. Тело к этому времени совсем отогрелось. Вода в бадье остыла. Приобрела идеальную температуру, чтобы минимизировать последствия слезопада. Залезла в бочку, наскоро вымылась, завернула тело в отрез мягкой ткани и снова села на лавку. Выходить из укромного закутка боялась. Вместо этого, вытянула вперед босые ноги и задумалась о собственном будущем.
О том, чтобы становиться чьей-то женой, а тем более инструментом для рождения детей, речи не шло. Из четверых мужчин доверие вызывал только принц. Но нужно оставаться реалистом. Вряд ли он испытывал ко мне хоть какие-то теплые чувства. Скорее всего, Фирса все это время вело чувство долга. И жалость. В любом случае сейчас он оставался моей единственной опорой и защитой.
Что же касалось остальных, думать о них было неприятно. Скорее всего, я зря спешила с выводами. До моего появления на алтаре у каждого из потенциальных мужей была своя жизнь. Привычки, распорядок, привязанности. Возможно, любовь. Никто не захочет ломать устоявшийся быт ради незнакомой девицы. Даже голой. Тут их можно было понять. Я сама не хотела менять собственный комфорт на жизнь с незнакомцем. Меня примерно по этой же схеме первый раз замуж и выдали.
Вот только разве можно желанием сохранить привычный жизненный уклад, оправдать скотское отношение к беспомощному человеку? И неважно, кто находился перед тобой: женщина, старик или ребенок, если он нуждается в помощи и балансирует на грани жизни и смерти. Место банальному состраданию должно всегда оставаться в сердце. Герцогам ничего не мешало позаботиться об обычной крытой телеге. Или, на худой конец, дать что-то из своей одежды, а не наблюдать, как корчится от холода слабая девушка. Никто из троих об этом не подумал. С такими людьми лучше не иметь ничего общего. Тем более детей.
Строить планы даже на ближайшее будущее было рано. Сначала нужно прийти в себя и хоть что-то узнать о местных реалиях. А уже потом принимать окончательное решение. Встала с лавки, когда окончательно успокоилась. Волосы к этому времени успели подсохнуть, а теплое помещение остыть. Подняла с пола палантин, сделала глубокий вдох и вышла из своего укрытия.
Бейрат
Бейрат смотрел на пленника почти безразличным взглядом. Почти, потому что за напускным спокойствием советника бушевала ярость. Подчиненные хорошо знали, что скрывается за этим взглядом. Старались не попадаться пожилому сиранцу на глаза, без острой необходимости.
Тело банщика висело над землей. Светлые волосы пленника посерели. Вся нижняя часть лица покрыта запекшейся кровью. Кожа бледная, будто парнишка спустился в ад и вернулся. Впрочем, так оно и было. Бейрат не один раз видел, во что превращались могучие воины после тесного контакта с его господином.
Бейрату было интересно, кто надоумил смертника пойти в шатер самого Халли. Неужели, так хотелось овладеть беззащитной девушкой, что собственная жизнь показалась никчемной платой за сомнительное удовольствие? Вряд ли.
– Чем этот бедолага не угодил его Высочеству?
Вайрот подошел к пожилому сиранцу, заложил руки за спину и потянул носом запах свежей травы. Он как раз закончил омовение и вышел на улицу, когда Бейрат сопровождал пленника в дальнюю часть лагеря. Герцог северных земель Ларетти старался держаться как можно уверенней. Скрывал внутреннюю тревожность и разочарование в будущей жене, за маской аристократического безразличия. Правила приличия требовали навестить ламиру. Поинтересоваться ее состоянием. Убедиться, что девушку всем обеспечили. Хотя бы узнать ее имя. Но оттягивал этот момент, как только мог. Вот и сейчас, вместо того, чтобы пойти узнать, как устроилась будущая жена, пошел выяснять судьбу провинившегося слуги.
– Попытался изнасиловать вашу невесту. – Холодно ответил Бейрат.
Вайрот не поверил старику. Перевел взгляд на пленника. Мужчину в тонких штанах он видел впервые. Впрочем, в лагере столько людей, что он просто мог не запомнить лицо очередного солдата.
– Кто в здравом уме решится принудить женщину? Твой господин поспешил с выводами.
– Не думаю. – Советник оторвал взгляд от пленника и посмотрел на герцога. – Впрочем, дождемся его Высочества. Он сам вынесет приговор насильнику.
От безразличия сиранца Вайроту стало жутко. Если все то, что сказал советник, было правдой, приговор был один. Смерть. И не самая гуманная.
– Как ламира?
Вайрат все же надеялся, что никакого покушения на девушку не было. Она просто неправильно поняла поведение банщика, а принц, подчиняясь законам своей страны, поспешил с выводами. Оставалось дождаться самого Фирса прояснить ситуацию.
– Мне не известно.
– Почему охрана пропустила постороннего в шатер призванной? – Сзади раздался голос Каллеба.
Генерал спешил к ним. Бейрат усмехнулся. Советник заметил, как Каллеб нервно сглотнул, увидев пленника. Генерал его узнал. И этим подтвердил самую скверную догадку принца.
– О каком шатре идет речь? – сиранец изобразил полное недоумение на лице.
– О том, в котором должна разместиться призванная!
– Светлейший лорд давал распоряжения на этот счет? – Бейрат откровенно смеялся, глядя в холодные глаза Вайрота. Будто тот был не хозяином самого большого в Ларетти герцогства, а пылью под его сапогами. – И есть ли в лагере дополнительный шатер, пригодный для жизни женщины?
– В лагере установили шатер для ламиры. – К диалогу присоединился Биллар.
Герцог Сайюрский подошел к говорящим в сопровождении своего секретаря. Молодого щуплого мага, с рыбьими глазами и сероватой кожей.
– Боюсь, его заняла фаворитка генерала. – Развел руками Бейрат. – Разве ваши воины могли нарушить приказ женщины самого генерала де Ларба?
Слова советника били хлесткими пощечинами по самолюбию светлейших лордов. Он не стал добивать сопливых щенков. С этим в скором времени справиться и сама избранная. А ему следовало позаботиться о ночлеге для своего господина. Вряд ли принц вспомнит о такой мелочи, как кровать. Скорее, мужчина, привыкший к долгим военным походам, уснет на сырой земле, рядом с костром, чем отправиться на поиски чистой постели. Свой шатер Фирс распорядился отдать будущей жене.
Регина
В помещении снова было пусто. В очаге задорно плясал огонь. Рядом появился низкий столик с горячей едой. Прозрачную ширму отодвинули в сторону. Подошла ближе. На кровати ровной стопкой лежала одежда. Видимо, о женском платье никто не подумал. Мне достался самый маленький размер чего-то напоминающего одежду солдат Фирса. Черные узкие штаны, белая рубаха из плотного хлопка, куртка. Я бы сказала, что наряд был рассчитан даже не на мужчину, а на мальчика-подростка. В любом случае все село более или менее прилично. Только длинна подкачала. Но это уже мелочи. Нужно было поесть. Но тело отказывалось двигаться. Вместо того чтобы вернуться к очагу, прилегла на кровать и провалилась в сон.
Мне снилось поле. Бескрайнее поле, усыпанное желтыми цветами. Я лежала в траве и смотрела на небо. Бесконечное синее небо без облаков. Иногда перед глазами проносились разноцветные бабочки, жужжали шмели и прыгали жирные кузнечики.
– Красиво, правда?
– Правда. – Повернула голову.
Рядом сидел мальчик лет семи. Светлые волосы вились мелким бесом. Аккуратный носик морщился. Синие глазки жадно рассматривали притаившегося в траве кузнечика.
– Как тебя зовут?
– Лиам. – Представился ребенок.
– Регина.
– Я знаю. – Улыбнулся мальчик и оторвал взгляд от насекомого. – В твоем мире странно одеваются. – Малыш вскочил на ноги, покрутился вокруг своей оси. Видимо, его возмутили джинсы, расшитые цветными нитками.
– Это удобно. – Поддержала разговор, кивая на свои, точно такие же брюки.
– Может быть. – Пожал плечами малыш. – Ты красивая.
– Спасибо. Ты тоже.
– Это я в папу. – Ребенок задумчиво почесал затылок, нахмурился. – Они тебя обижают?
– Кто?
– Призвавшие. – Лиам наклонил голову вбок, надул щеки и скрестил маленькие ручки на груди.
– Откуда ты знаешь про призывающих?
– Богиня – мать сказала, тебе нужна помощь. Что они сделали?
– Ничего. – Мысль излить душу этому крохе казалась дикой и неправильной.
– Не хочешь рассказывать? – Догадался мальчик.
– Не хочу. – Призналась я.
– Тогда покажи.
Ответить не успела. Мальчишка схватил ладошками мои щеки и заглянул прямо в глаза. По лицу разлилось приятное тепло. Оно спустилось ниже, к горлу, заполнило собой грудь, живот, отдалось легким жаром на кончиках пальцев. Ребенок смотрел на меня и недовольно хмурился.
– Я помогу тебе бежать. – Заключил Лиам, убирая руки от лица. – Через пять дней. Раньше нельзя. Пять дней должна провести с ними. Иначе магия не окрепнет. Тело начнет болеть, ты умрешь.
Сказав это, малыш потер кулачками глазки и сел рядом.
– Мне пока некуда бежать. – Не удержалась и поцеловала мягкую детскую макушку. – Нужно время, собрать деньги, придумать план. Не хочется с голода умереть по собственной глупости. Или попасться в лапы бандитов.
– В Амонне нет бандитов. – Выдохнул мальчик.
– Разве так бывает?
– Не знаю, что ты имеешь в виду под бандитами. Мужчины никогда не трогают женщин. Вас мало. Каждая дороже золотого прииска.
– Проклятье Богов? – Хмыкнула, вспоминая содержание какого-то женского романа. Названия давно стерлось из памяти. А вот легкий незамысловатый сюжет затянул.
– Глупость их детей. – Фыркнул мальчик. – Богам нет резона проклинать миры. У них и без этого много дел.
– Тогда почему женщин мало?
– Из-за войны. – Мальчик снова пожал плечами. – Континенты постоянно воевали между собой. За власть, за плодородные земли, просто чтобы удовлетворить амбиции господ. В общем, воевали так долго, что баланс нарушился. Начало рождаться много мальчиков – воинов и совсем мало девочек. Первые лет триста все радовались. Почти нескончаемый военный ресурс.
– А потом? Когда увидели проблему.
– Сначала начали воевать за женщин. А когда их стало совсем мало, выяснять, кто виноват. Разразилась Последняя Война. Она захватила все континенты сразу и убила последнюю надежду на восстановление баланса. А потом жрецы воззвали к милости богини.
– И она услышала?
– Богиня – мать всегда слышит своих детей. – Кивнул мальчик. – Она велела прекратить бойню. Беречь оставшихся женщин. И раз в пятьдесят лет совершать призыв ламиры.
– А кто такая ламира?
– Женщина, которая идеально подходит для призывающих.
– Все они иномирянки?
– Нет. Ты первая. – Малыш печально вздохнул. – Амонн же огромный. Вот представь, ты живешь в Вилоне. А один из твоих суженых в Шахси. А другой в Аббадаме. И все эти точки в противоположных концах света. Какая вероятность, что вы встретитесь?
– Не знаю.
– Никакая. Для этого существует призыв. Сначала мужчины ищут побратимов. Потом учатся взаимодействовать сообща. И только после этого призывают ламиру.
– Не сказала бы, что те, кто меня призвал…
– Они не так давно знакомы. – Объяснил Лиам. – Семьи Фирса и Каллеба вообще до недавнего времени были кровными врагами. Их время призыва должно было наступить только через семьдесят лет. Но ты умирала у себя на Земле. Душа стремилась уйти в круг перерождения. И Богиня – мать решила рискнуть. Дать им шанс призвать жену.
– Ясно.
– Не переживай. – Детская рука нежно гладила меня по плечу. – Все наладится. Я помогу. Ты же маг – созидатель. Не пропадешь.
– Что значит маг-созидатель?
– Вот, – Лиам протянул мне плоский камешек, – что из него можно сделать?
В ответ неопределенно пожала плечами. Малыш не сдался.
– Закрой глаза и представь, как камень во что-нибудь превращается.
Послушно закрыла глаза. Представила маленького верблюда. С двумя горбами, длинными ногами, круглыми коленными суставами и мясистыми губами. Кончики пальцев закололо. Открыла глаза. В руках вместо камня лежала фигурка горбатого животного. Шершавая миниатюра, с неряшливыми заусенцами по краям. Но вполне реальная.
– Я так смогу делать?
– Через пять дней. Когда магия полностью проснется. – Пообещал мальчик и испарился.
В следующее мгновенье распахнула глаза. Я лежала на мягкой кровати, укрытая теплым одеялом и сжимала в руке каменного верблюда.
Глава 6
Каллеб
Каллеб задумчиво рассматривал высокий шатер. Он был изготовлен из зачарованного шелка. Алая ткань защищала обитателей походного дома от дождя, ветра, мороза и летнего зноя. Шатер ярким пятном возвышался в самом центре лагеря, привлекая к себе лишнее внимание.
– Отец у Харских мастеров заказывал. Не хотел, чтобы его сын ударил в грязь лицом перед ламирой. – Прокомментировал Биллар и иронично усмехнулся.
– Как поживает старик?
– Ворчит.
Мужчины замолчали. Каллеб снова посмотрел на шатер. Внимание привлек юноша в алой жилетке. Раньше он его в окружении леди Олли не видел. Парень осторожно вышел на улицу, быстро посмотрел по сторонам и поспешил куда-то в сторону полевой кухни. Видимо его леди проголодалась.
Мужчины еще несколько минут молчали. Каждый думал о чем-то своем.
– Почему она? – Вопрос вырвался неожиданно даже для самого Каллеба. – Олли, – мужчина кивнул в сторону шатра, – больше подходит на роль ламиры. Молодая, сильная, с хорошим магическим потенциалом.
– А еще хитрая и беспринципная. – Добавил герцог.
– Ты ее не знаешь. – Возразил генерал.
– Мне и не нужно знать женщину, чтобы видеть в ней чудовище. – Биллар посмотрел на побратима. Генерал был слишком растерян, чтобы трезво смотреть на происходящее. – Она знала, куда и зачем ты едешь. Приехала в лагерь. Заняла шатер, предназначенный для ламиры. Скомпрометировала тебя в глазах будущей жены. И для надежности, под маской приа, отправила к призванной своего фаворита.
– Это всего лишь твои фантазии.
– Поэтому ты избавился от несчастного? Пока Фирс не успел его допросить. – Каллеб нервно сглотнул. – Я никому не расскажу о своих фантазиях. – Пообещал Биллар. – Только избавься от нее. Пока Кровавый Халли занят ламирой. Похоже, он единственный, кто рад появлению девчонки.
Вайрот
Тело банщика нашли на окраине лагеря за час до ужина. Его убили быстро. Даже испугаться не успел. Капля арагонского яда и мгновенная смерть. Фирс, вопреки ожиданиям, никак не прокомментировал смерть пленника. Отдал несколько приказов своим людям и отправился проверить состояние призванной. Регина отказалась от еды и спала уже больше трех часов. Такое состояние девушки беспокоило принца. Нужно было показать ее лекарю. Но единственный маг, способный провести диагностику, свалился с магическим истощением. Когда он придет в себя, одной Богине известно.
– Даже требовать кровавой мести не будешь? – Вайрот перехватил Фирса у загонов с животными.
– Каллеб не был готов к появлению ламиры. Никто не был готов.
Вайрот кивнул. Посмотрел на побратима и зачем-то признался:
– Она мне не нужна. Призванная. Только ребенок.
– Твое право. – Кивнул принц. – Через пять дней отправимся в Храм. До этого времени нужно решить, как будем жить дальше.
Регина
Из глубины шатра доносились приглушенные голоса. Закрыла глаза. Чтобы никто не понял, что я проснулась. Прислушалась.
– Иномирянка? – Кажется, это был Каллеб.
– Так думает Бейрат. – Фирс старался говорить тихо. Почти шепотом.
– Это многое объясняет. Но ничего не меняет. Никому из нас не нужна жена. Но всем нужны наследники.
– Что ты предлагаешь?
– Будет жить с каждым по очереди. Родит ребенка одному, потом переберется к другому. – Это предложил Биллар. – Через полгода после родов следующий по очереди, заберет девушку к себе.
– Полгода? – Переспросил Фирс.
– Этого времени достаточно, для восстановления. – Реплика Вайрота.
– Ты же ее видел! – Глухо рыкнул генерал. – Она вообще может не разродиться.
– Лекари помогут. – Возразил Биллар. – Приставлю к ней Иргара. У него все рожают.
– Отлично. – Подвел итог Вайрет. – Осталось определиться с очередностью. Как выбирать будем? По старшинству или жребий?
– Жребий. – Ответил Фирс.
Кажется, я услышала все, что было нужно. Решение принять помощь Лиама оказалось единственно верным в данной ситуации. В груди больно защемило от обиды и унижения.
– Я первый. – Сообщил побратимам генерал.
– Биллар?
– Третий.
– Я второй. – Фыркнул Вайрот.
Дальше все замолчали. Услышали, как я начала ворочаться в постели. Притворяться дальше не было смысла.
– Проснулась? – Тихо спросил Каллеб у побратимов.
Засунула верблюда под подушку, слезла с кровати, вышла к гостям. Мужчины молчали. Молчали и, не стесняясь, рассматривали меня, развалившись на черных подушках вокруг очага. За то время, пока я спала, они успели привести себя в порядок и переодеться. Теперь потенциальные мужья больше походили на лордов, герцогов и прочую �