Мой истинный
Глава 1. В которой нехорошо подглядывать за ритуалами, или хорошо?
Пылинки кружили в лучах солнечного света, и сколько я не вытягивала шею, всматриваясь в узкое окошко, ничего толком не видела.
– Ну что, Мари? – ткнула меня в бок Амалия, моя лучшая подруга и спутница во всех шалостях и каверзах.
Она приплясывала от нетерпения рядом со мной, умудряясь балансировать на шаткой опоре.
Нижнее окно в главном зале храма было таким узким, что заглянуть в него вдвоем было невозможно. Чтобы добраться до него, мы нагородили целую пирамиду из досок, разнокалиберных вазонов, старой кастрюли и прочего хлама, найденного в храмовой подсобке и окрестностях.
– Не видно ни… – шепнула я, собираясь ввернуть словцо из репертуара ругательств Бессигеры Маурштейн, моей тетки, но осеклась.
Служители Эфира раздались в стороны. Промеж сиреневых ряс мелькнула высокая празднично одетая фигура, и у меня замерло сердце.
Дэрин Штарн, принц Эгросский был столь же прекрасен, как и в день, когда я его впервые увидела. Серьезный юноша… Нет, уже молодой мужчина. Высокий, слегка худощавый, с правильными чертами лица и черными, точно уголь на солнце, прямыми волосами, струящимися ниже плеч.
Настоящий принц! Воплощение всех самых смелых девичьих фантазий. Не влюбиться было невозможно. Я и влюбилась…
– Это он! – пискнула сдавленно, захлебываясь восторгом.
Еще бы! Заручившись поддержкой лучшей подруги, я наблюдала за одним из величайших таинств – церемонией поиска Истинной. Чуть-чуть, и я одна из первых узнаю, есть ли у Дэрина та, что предназначена ему Эфиром.
Этого я и ждала, и очень боялась. Ни одна девушка заранее не знает, кому будет предназначена. Как и ни один юноша не угадает, кого ему пошлет Эфир в спутницы жизни.
– Дай же и мне посмотреть! – Амалия оттерла меня от окошка, и сама сунула в него нос. – О! Дэрин Штарн и правда сегодня великолепен!
Я насторожилась, всерьез опасаясь, как бы Амалия тоже не влюбилась в Дэрина Штарна. Вот это будет поворот! Ну уж нет! Дэрин мой и точка!
– Эй, нечего на него так пялиться на моего принца! – буркнула ревниво и, в свою очередь, потеснила подругу.
Тем временем обряд начался.
Три жреца протянули друг к другу руки и запели. От их удивительных голосов кожа тут же покрылась приятными мурашками. Сиреневые рясы братьев Эфира затрепетали под невесть откуда взявшимися порывами ветра. Взметнулись длинные волосы Дэрина.
Затаив дыхание, я наблюдала, как из кончиков пальцев жрецов заструились полупрозрачные воздушные нити, сплетаясь в единый клубок.
– С чего это он вдруг твой? – не желала уступать Ами. – Да подвинься же, мне не видно!
Но я встала намертво, не давая ей ни малейшей возможности себя сдвинуть.
Тем временем Дэрин, повинуясь команде четвертого жреца, прикрыл глаза и вытянул вперед ладонь, собираясь погрузить ее в шар. Я затаила дыхание и…
– Ах так!
Зло зашипев, Амалия пихнула меня сильней. Шаткая конструкция под нашими ногами не выдержал такого издевательства и развалилась с чудовищным грохотом. Особенно старалась лязгать по брусчатке та самая злосчастная кастрюля, и в этом звуке мне почудился злорадный хохот.
– Ай!
– Уй!
Мы с Амалией повалились друг на друга. Что-то больно ударило меня по ноге.
– Слезь с меня, дура! – со слезой в голосе требовала Ами.
– Сама такая! – я пыталась отползти в сторону, но никак не получалось.
– Да встань ты уже, наконец! – потребовала подруга.
– Не могу, ты мне подол платья прижала! – огрызнулась я снова попыталась подняться.
У меня получилось под аккомпанемент душераздирающего треска ткани. Как по мановению руки мага мы с Ами прекратили галдеть и испуганно уставились друг на друга.
– Мари, твое платье! – Амалия подскочила и виновато протянула мне кружевную оборку. – Прости.
– Мама меня убьет… – я вспомнила, сколько сил мама вложила в то, чтобы одеть меня подобающе, не прибегая к помощи дядюшки.
Я неловко переступила с ноги на ногу, осматривая ущерб. Саднила сбитая о каменную стену коленка, ныл зад, которым я приземлилась на худосочную ногу Амалии. Но в следующий миг я и думать забыла о порванном платье и прочих повреждениях, потому что с высокого храмового крыльца спускался Дэрин Штарн, принц Эгроса.
Он шел быстро, словно куда-то спешил, и я видела лишь его спину.
И чем же закончилась церемония поиска Истинной? Нашел, или нет?
– Из-за тебя мы все пропустили! – расстроенная я набросилась на подругу.
– Прости, я нечаянно, – стушевалась Ами и попыталась взять меня за руку.
Она так всегда делала, если мы ссорились, но вина была на ней.
– Отстань! Вечно ты все портишь! – я грубо вырвала ладонь.
Ами вспыхнула:
– Я?! Да я из-за тебя танцы пропустила! – обвинила меня она.
– Но ведь ты сама хотела посмотреть на церемонию! – возмутилась я.
– Ты в печенках у меня сидишь со своим Дэрином. Дэрин то, Дэрин се! Дэрин-Дэрин-Дэрин! – лицо подруги неприятно скривилось. – Как будто больше поговорить не о чем!
– Вот и не надо больше со мной говорить!
Я вознамерилась уйти, но сделав несколько шагов по направлению к дворцу, остановилась. И как я заявлюсь в таком виде в бальный зал? Платье порвано и испачкано. Ладони и колени тоже, да еще и босая.
Поискала взглядом обувь, которую я скинула, чтобы было удобнее лазать, и на глаза мне попалась придавленная разбившимся вазоном туфелька. Мягкая кожа была безжалостно поцарапана, а тонкий каблук и вовсе валялся отдельно.
Он-то и стал последней каплей. Подхватив его с земли, зажала в кулаке и жалобно всхлипнула. Лицо Амалии тут же стало озабоченным, брови сложились домиком, подруга инстинктивно шагнула ко мне, но остановилась.
– Мари, только не реви, ладно? Мы что-нибудь придумаем. Обязательно приду… – выражение ее лица вдруг сменилось с сочувствующего на удивленное, а потом и на обрадованное. – Марэна, не может быть! У тебя ай’рэ! – Ами неуверенно ткнула пальцем в левый висок. – Ты истинная Дэрина, зуб даю!
Не знаю, хотела она меня развеселить, отвлечь, или просто издевалась, но я инстинктивно повторила ее жест. Ну нет, это просто не могло быть правдой.
– Как тебе не стыдно такое говорить?! Это… Это жестоко! Ты мне больше не подруга! – швырнув оторванный каблук Ами под ноги, я развернулась и побежала прочь.
Из груди рвались рваные вздохи, я едва сдерживалась, чтобы не всхлипывать. Но как же обидно! Из-за церемонии, я так и не успела потанцевать, порвала платье, испортила туфли, но так и не узнала, есть ли у Дэрина Штарна Истинная. Да еще и поссорилась с лучшей подругой. Просто победа!
Но от Ами я такого не ожидала. Уверять, что у меня проявился ай’рэ, сразу после того, как парень, по которому я тайно сохну, совершил церемонию поиска? Это не просто злая шутка, это настоящее предательство! Больше не буду с ней дружить!
От этой мысли стало еще больнее. Мы с Ами с детства вместе, и отказаться от нее все равно, что оторвать себе палец. Нет! Целую руку!
Я часто уже бывала в столичном дворце Оллана Седьмого и успела изучить и оббегать все его закоулки. Откуда меня только не вытаскивали! Свернув к скрытому среди деревьев фонтанчику, умылась. Посидела немного на бортике, успокаиваясь.
Видеть никого не хотелось, так что я решила спрятаться от мира в Орлиной башне. Это полузаброшенное место, где хорошо мечталось. Можно было смотреть на небо или наблюдать за копошащимися внизу людьми. С такой высоты они походили на причудливых букашек.
Решено! Буду прятаться там до самой ночи, вместо танцев.
Так и поступила. Проскользнув во дворец через вход для слуг, добралась до старой части дворца и стала подниматься по каменной винтовой лестнице в полузаброшенную башню.
Длинная юбка бального платья мешала идти, путалась под босыми ногами, собирая пыль и паутину по углам. Остановившись на мгновение, я не без труда отряхнула ее и безжалостно собрала в кулак, заодно переводя дух. Сколько себя помню, здесь в Орлиной башне никогда не убирали. Но и в столь неудобной одежде, я сюда еще не приходила.
Зато какой сверху открывается вид! Ради этого стоит немного потерпеть неудобства.
Я выбралась на огороженную смотровую площадку под остроконечной крышей и… Застыла от неожиданности, наткнувшись взглядом на мужскую фигуру. Широкие плечи, светло-бежевый парадный камзол, на котором особенно выгодно выглядит шелковая волна черных волос…
Дэрин Штарн!
Но что принц Эгроса здесь делает?
Остановилась, раздумывая, как поступить. Наверное, стоит поискать другое место для грусти… Стоп!
Вот он мой шанс!
Я находилась на расстоянии одного вопроса, отделяющего меня от великой тайны – нашлась ли его истинная. Не задать его теперь – трусость.
Воодушевленная внезапной идеей, быстренько поправила подол, который так и продолжала комкать в кулаке. От мысли, что смогу поговорить с Дэрином с глазу на глаз, сладко замерло сердце…
Мгновения шли, а я все молчала и не двигалась с места – отказали голос и ноги. В прямом смысле. Принц резко обернулся, почувствовав мое присутствие, и его лицо вдруг удивленно вытянулось. Одновременно ко мне вернулись дар речи, а заодно и дар ходьбы.
Я сорвалась с места, будто меня кто-то в спину подтолкнул. Суматошно перебирая босыми ногами, побежала вперед и уже успела в красках представить, как, виновато улыбаясь, пробегаю мимо принца, ломаю ветхое ограждение и лечу, раскинув руки и непременно курлыкая. Прямо как те самые орлы, в честь которых и назвали эту башню. Правда, недолго…
Меня спас Дэрин Штарн. Подхватил за талию, остановив нездоровый «порыв».
– Прости, пожалуйста! Это сработали охранные чары, а я убрал их слишком резко.
– Охранные чары?
Я вытаращилась на принца, а потом рассмеялась.
– Так вот что это был за ступор! Я продолжала пытаться идти, а магия не позволяла.
– Так и есть, – Дэрин тоже улыбнулся, так и не выпустив меня из рук.
Наоборот, его рука все сильнее тянула меня ближе к себе. Улыбки постепенно сошли с наших лиц. Я застыла, уставившись на его губы, оказавшиеся совсем рядом, но на этот раз охранная магия была ни при чем.
Длинные пальцы принца порхнули по моему виску, осторожно убрали прядку волос, выбившуюся из прически после бега. Нежно провели по скуле, заставив судорожно втянуть воздух. Его прикосновения будили во новые, неизведанные ощущения, и я не знала, как мне реагировать.
– Не может быть! Это ты?
Дэрин Штарн вдруг просиял, светло и радостно. Неожиданно он коснулся моих губ своими, и меня словно снова погрузили в стазис. Не в силах двинуться, я позволяла ему это делать. Несколько долгих мгновений я стояла с закрытыми глазами, ошарашенная своим первым в жизни поцелуем. Наслаждалась бережными прикосновениями и вдыхала невероятную смесь запахов: чистого мужского тела, парфюма и шампуня для волос. От будоражащих ощущений голова все сильнее кружилась.
Как все неожиданно и странно! Мне определенно приятно, но… Как же все-таки неловко!
Признаться, я раз сто представляла, как однажды Дэрин меня заметит. Возможно даже назначит свидание в саду – в той самой беседке, где он обычно читает. Я мечтала, как он сорвет дерзкий поцелуй…
Вот он – поцелуй, а я вдруг испугалась.
– Что ты делаешь!
Ноги стали ватными, и я практически повисла на руках у Дэрина, пока он меня целовал. А теперь вырвалась и отскочила. Отступив на несколько шагов, прижалась спиной к каменной стене. Трогая горящие губы пальцами, я боялась поднять взгляд на принца.
Великий Эфир, что же он обо мне теперь подумает? Но он и сам хорош. Как он может такое творить, если только что прошел ритуал поиска истинной?
– Ты… Ты… Как ты можешь так поступать?! – выпалила в негодовании.
Не успел завиток ай'рэ проявиться на его виске, а он уже предает свою истинную.
Но самое ужасное, что делает это со мной!
Глава 2. В которой светятся ай'рэ
Я тоже хороша! Почему не остановила его раньше? Из-за своей тайной влюбленности в принца империи Эгрос, который гостил во дворце моего дяди Оллана, я едва не натворила дел. Каждый знает с детства, что измена разрушает магическую связь навсегда. Неужели принц этого не понимает?
Краска бросилась мне в лицо, когда представила, как лишила какую-то незнакомую девушку ай'рэ в течение часа момента его появления. Это просто ужасно!
Присмотрелась, но сквозь черную волну волос просвечивало яркое серебро магического знака. Ай'рэ принца по-прежнему украшало его левый висок, и у меня немного отлегло.
Дэрин открыл рот, собираясь что-то сказать. Выражение его лица сменилось на виноватое.
– Прости, я обрадовался, что нашел тебя так быстро, что слегка забылся. Дэрин, —принц протянул мне руку, ни словом не обмолвившись о своих титулах.
Вот так просто? Тогда и я не стану углубляться в подробности. Дэрин Штарн уже прошел ритуал, теперь он занят, а мне осталось забыть о своих глупых мечтах.
– Мари. Марэна, – торопливо добавила полную версию собственного имени.
– Вот и познакомились, истинная, – он снова широко и светло улыбнулся, подходя ближе.
Эфир! Вот как? Как я смогу забыть эту улыбку? Тем более, когда она впервые предназначена мне и только мне.
– Я и не мечтал встретить тебя так скоро. Через три дня собирался заглянуть в храм и ознакомиться со списками…
Дэрин говорил о реестрах, в которые попадали те, кто уже обзавелся ай'рэ, но еще не встретил свою пару. Информация распространялась сразу по всем храмам, сильно облегчая поиски.
Робкая надежда всколыхнулась у горла, и мое сердце затрепетало маленькой птичкой.
– Стоп! Уж не хочешь ли ты сказать…
– Ты моя истинная, Мари. И я счастлив, что ты есть.
Ну вот и этот туда же! На миг я заподозрила, что они с Амалией сговорились надо мной подшутить, если бы… Если бы точно не знала, что Ами не знакома с Дэрином Штарном лично.
– Ты счастлив? Это еще почему?
Ритуалы ритуалами, а чувства даже между истинными мгновенно не рождаются. Нужно время знакомство и притирку. Разве что понравится друг другу намного проще, когда знаешь, что это твой и только твой человек, во всем тебе подходящий? Твой. Идеальная пара.
– Мари. Марэна, – Дэрин словно смаковал мое имя. – Ты такая…
– Какая? – отчего-то еще больше злясь, перебила его я.
– Хорошенькая! – принц рассмеялся и нажал указательным пальцем мне на кончик носа. – Твой ай'рэ – прекрасен!
Я все больше хотела поверить, что он говорит правду и от этого беспокоилась.
– Ты не врешь? Там – точно ай'рэ? – спросила с неприкрытой надеждой.
К сожалению, на ощупь серебристый магический завиток совершенно не ощущался, а ничего достаточно блестящего на пустой, загаженной птицами площадке не было.
Вместо ответа, Дэрин принялся расстегивать ремень на брюках, не сводя с меня взгляда своих внимательных глаз цвета серого неба.
– Зачем это еще? Пороть будешь? – пошутила, почему-то шепотом и, покраснев, отодвинулась на шажок подальше, скользнув вдоль стены.
– Зеркало сооружаю.
– Что?!
– Иди сюда! – Ловко приобняв за плечи, Дэрин притянул меня к себе. Крупную гладкую пряжку он поднял на уровень моего лица. – Видишь? – В металлической поверхности показалось мое отражение. Сильно искаженное, но узнаваемое. – Поверни немного голову! – попросил принц.
Но я и сама заметила мягкое серебристо-сиреневое сияние, на собственном виске.
Взяв Дэрина за руку, слегка поправила ракурс. И правда! На моем левом виске, как самое драгоценное украшение, сиял вычурный завиток ай'рэ!
– Эфир! – все, что я смогла выдать.
Голова пошла кругом, вынуждая прикрыть веки и снова опереться на руку принца.
– Марэна? Что с тобой? Тебе нехорошо?
В отличие от некоторых, мой истинный не собирался падать в обморок. Он стоял, надежный как скала. Нагретая солнцем скала – такой же теплый и незыблемый. Отчего-то было ужасно приятно чувствовать его поддержку.
Когда приступ слабости отступил, а я окончательно поверила в то, что мы теперь пара, улыбнулась и посмотрела принцу прямо в глаза.
– Можно?
Поняв меня с полуслова, Дэрин кивнул.
Почти не дыша, я сделала то, о чем мечтала, каждый раз, подглядывая за тем, как он читает в саду – коснулась необыкновенных черных, точно вороново крыло, волос. Их прохлада и гладкость приятно удивила, откликнувшись удовольствием в кончиках пальцев. Дэрин зажмурился, точно довольный кот, которого погладили. Я немного смутилась от такой демонстрации чувств и от собственной наглости, но не стала останавливаться. Все смелее стали мои движения, когда пропустила плотный шелк между пальцев и потянула.
– Мари… Ты сводишь меня с ума!
Хихикнув, отвела черные пряди в сторону, и взору во всей красе открылся серебристо-сиреневый завиток ай'рэ – точно такой же, как и у меня. Я знала это точно, хоть и не видела сама. Разглядеть все детали в пряжке ремня было невозможно, но я верила истинному. Я и сама уже чувствовала, что все правда, и Эфир предназначил нас друг другу.
Даже не верится, что с тех пор уже прошло целых три года! Я до сих пор помню каждый миг. Улыбнувшись, я привычно коснулась пальцами виска. Ами тогда не солгала и не пошутила. Зря ее обидела, пришлось извиняться. Но поверить в такое удивительное совпадение было просто невозможно…
Подруга меня простила, ведь всем известно, что истинные немного не в себе в первые минуты после появления ай'рэ – это факт.
Вынырнув из приятных воспоминаний, посмотрела на небо и вздохнула. Солнце висело в зените, а за мной до сих пор никто не пришел.
Жизнь мира людей налаживалась. Директор еще вчера объявил нам, что война с демонами закончена, и скоро мы сможем отправиться по домам, а сегодня наконец открылись порталы. Поэтому площадь Добрых Встреч с самого утра заполнили ученики с багажом. Заточенные на лишние полтора месяца в стенах альма-матер, мы пребывали в возбужденном состоянии. Все ждали родных, чтобы отправиться домой. И я тоже.
Моих подруг забрали одними из первых, так что я маялась ожиданием в относительном одиночестве и гадала, кто же за мной придет?
Хоть бы Дэрин!
С легкой завистью я наблюдала, как то и дело появляются парни в военной форме, красивые и какие-то взрослые. Они приходили, чтобы лично забрать своих истинных – своего рода традиция. Каждое такое появление было маленьким событием и вызывало всплеск восторгов и разговоров.
Но почему же за мной не идут так долго? Время близилось к обеду, и я успокаивала себя мыслью, что раз мои задерживаются, значит придет Дэрин. Пока он из своего Эгроса попадет в Лигирию и получит пропуск…
Ничего, я терпеливая. Обязательно дождусь. Ужасно по нему соскучилась!
Пройти через портал можно только вместе с родственником или опекуном, у которого имелась магическая печать, подтверждавшая личность. Директор объяснил, что порядок посещения школ изменился, и по новым правилам требуются специальные пропуска, которые выдают только после тщательной проверки. На территорию не должны проникнуть зараженные демонами люди. Все очень строго, поэтому и задержка.
– Марэна Данаостро!
Громкий до неприличия окрик заставил меня вздрогнуть. Обернувшись, я расплылась в радостной улыбке.
– Тетя Бэсси! – взвизгнув, я бегом рванула навстречу. – Тетя Бесси!
С неотвратимостью боевого мамонта через толпу проталкивалась монументального вида женщина в дорожном платье цвета подвявшей чайной розы. Его обладательницу было видно издалека, благодаря удачному контрасту наряда с темно-синей учебной формой нашей школы.
Бессигера Маурштейн с невероятной ловкостью для столь внушительных габаритов, огибала пирамиды сумок, саквояжей и собравшихся вокруг них выпускников. Плюнув на правила поведения, предписывающие ученикам вести себя степенно, я бросилась тетушке на шею.
С самого детства тетя была рядом. С ней я проводила куда больше времени, чем с родителями. А полгода назад разразилась война с демонами, и тетя Бесси опекала меня, в то время как Ниара и Андрес Данаостро, вместе с сотнями других магов, сражались, защищая наш мир. Папа – убивал демонов, а мама спасала жизни в главном королевском госпитале.
Проигрывающие войну твари решили ударить по самому ценному – по детям тех самых магов, что успешно крутили им хвосты и отрубали уродливые головы. К тому же магия юных адептов для них лакомый кусочек— чистая, ненаправленная сила, которую так легко отнять.
Чтобы защитить нас, король приказал законсервировать все магические школы на неопределенное время. Демоны больше не могли до нас добраться, но и мы не могли покинуть территорию учебного заведения. Справили выпускной бал, наступили каникулы, но порталы оставались закрытыми еще целый месяц.
– Марэна, девочка моя! – тетушка заключила меня в могучие объятия.
– Тетя Бесси, как же я соскучилась!
– Я тоже, дорогая! Я тоже!
Борясь с внезапно подступившими слезами, я полной грудью вдыхала родной запах лавиандра и кариссы.
– Шикарное платье! – похвалила я наряд тети, когда наобнимались всласть. —Тебе идет этот цвет! И покрой какой-то необычный! Новое? Неужели ателье заработали?
Надо отдать должное модистке, что приложила к наряду тети руку. Пошить приличное платье на пышные формы Бессигеры Маурштейн непростая задачка.
– О, да! Столицу во всю восстанавливают. Но не все кварталы пострадали. Я заказала его у самой ериссы Сантьяго, которая обшивает королевский двор! – голос тетушки звучал восторженно.
Сколько себя помню, она просто мечтала попасть к этой модистке.
– Ого! – протянула я изумленно. – Наверное, стоит целое состояние? Но каким же ветром тебя занесло в столицу?
– Теперь мы живем там, – огорошила меня тетя. – А платье – пустяк, дорогуша. Мы теперь можем и не такое себе позволить.
Тетя приходилась младшей сестрой моему отцу. Род Данаостро был не слишком знатным и состоятельным, большинство его обитателей жили в провинции. Там же в проказах и шалостях прошло мое безбедное детство. Раз в год мы с мамой и тетей гостили у моего венценосного дядюшки, но столичная жизнь и раньше нам была не по карману. Что же изменилось?
– Для тебя тоже найдется что-то, гораздо более соответствующее этому, – продолжила разговор тетя Бесси и ласково повторила изгиб завитка на моем виске.
Невольно я расплылась в счастливой улыбке.
– Тетя Бесси, а я скоро увижу папу и маму и… Дэрина? – озвучила я вопрос, который страшилась задавать с тех пор, как началась война.
И все-таки я немного расстроилась, что он за мной не пришел.
– Если Эфир будет к нам благосклонен, уже этим вечером, детка.
Сдавленно пискнув от счастья и облегчения, я снова бросилась на шею тетушке. Порывисто ее обняла и застыла, жмурясь и покрываясь мурашками в предвкушении встречи с истинным. Ни один праздничный подарок не приводили меня в такое состояние восторга, как предстоящее свидание с принцем Эгроса.
Из-за проклятой войны, виделись мы последнее время совсем редко, и порой мне начинало казаться, что наши отношения просто сон.
Чтоб этим демоны друг друга сожрали и подавились!
– О чем задумалась? – легонько пихнула меня локтем в бок тетушка. – Всегда удивляюсь, как ты вот так выпадаешь из реальности? Вроде бы тут, а вроде и нет.
Проигнорировав ее подколку, спросила:
– Тетя Бесси, как считаешь, нам удастся когда-нибудь окончательно победить?
– Несомненно! – ударила могучим кулачищем по ладони Бессигера Маурштейн. – Мы уже надавали этим выродкам косорога по их лохматым…
– Тетя! – дернула я за рукав разошедшуюся родственницу.
– И еще надаем, – более мирно, но не менее громко закончила родственница.
Ближайшая группка выпускников, демонстративно морщась, левитировали в сторонку свои пожитки.
– Северяне, – проворчала тетя, неодобрительно на покосившись на белокурых голубоглазых парней и девушек, стоявших обособленной группкой.
– Идем, скорее, – потянула я ее за собой к оставленному позади багажу.
Моя монументальная тетушка чинно плыла следом, и народ перед нами поспешно расступался. Не знаю, что тому было главной причиной. Объемистые бедра моей родственницы или непроницаемое выражение ее лица.
Ближайший к нам портальный круг вдруг озарился яркой вспышкой, из него появился статный красавец, одетый в черную форму демоноборца. Высокий и широкоплечий, с собранными в хвост русыми волосами и демонстративно обритыми висками. На левом вдруг вспыхнул и засветился серебром завиток ай'рэ.
Глава 3. В которой воспоминания преследуют
Молодой мужчина скользнул по нам взглядом, осмотрелся, словно искал кого-то. Его окликнула маленькая миловидная блондинка. Подхватив свою истинную на руки, парень закружил ее, заставляя других учеников раздаться в стороны. Девушка отчаянно визжала, и, смеясь, требовала, прекратить это форменное безобразие. Он и прекратил. Поцелуем.
Залюбовавшись красивой парой, ощутила легкий укол зависти. В тайне я бы тоже хотела, чтобы меня забрал Рин.
– Идем, детка. Каждого ждет свое счастье, – прочла мои мысли тетя Бесси, заставив устыдиться. – Твое барахло?
Она ткнула толстым как кровяная колбаска пальцем в мои скромные пожитки.
– Мое.
С легкостью подхватив большую сумку, тетя оставила мне саквояжик.
– Она же тяжелая! – воскликнула я, порываясь помочь. – Лучше я ее левитирую.
– Я объемистая, а не немощная, – ухмыльнулась тетя Бесси. – И тоже немного владею бытовой магией.
Подмигнув мне, она отпустила ручку сумки. Вопреки моим ожиданиям, та не упал на землю, а так и остался висеть в воздухе.
– Тетя! – радостно воскликнула я.
Еще каких-то полгода назад она не могла даже этого. После подселения демона Бессигера Маурштейн почти потеряла магические способности.
– Видишь, я совершенствуюсь.
Гордая собой родственница подхватила меня под локоток. С невероятной для подобных габаритов ловкостью, потянула за собой и, оттолкнув с дороги какого-то высокого мужчину, заскочила в ближайший свободный портальный круг вперед него.
– Что за хамство?! – возмутился тот, гневно сверкнув льдистыми глазами.
Эти глаза вместе с длинными светлыми волосами и мужественным небритым подбородком просто кричали о том, что перед нами коренной северянин.
Бэссигера Маурштейн показала ему язык и, грохнув о земь моей сумкой, активировала переход.
– Нас ждет столица, моя дорогая! – пафосно провозгласила она, словно ничего не произошло. И уточнила негромко: – Мы же больше сюда не вернемся?
Ее взгляд был прикован к разозленному северянину, и мне почудилось, что она слегка напугана.
– Не вернемся, – я неодобрительно покачала головой.
Вот зачем сначала нарываться, а потом сбегать от последствий. Что-то не помню, чтобы раньше Бессигера Маурштейн сторонилась конфликтов. Скорее, наоборот.
Вокруг взметнулась непроницаемая стена голубого света, отрезая нас от разгневанного северянина, который был уже совсем близко. Он что-то говорил, но слов уже не было слышно. Закружилась голова, как всегда при переходе порталом, а когда свет опал, я застыла, затаив дыхание.
Огромная и суетная Главная Портальная площадь в центре Диля, была переполнена, куда сильнее площади Теплых Встреч. Люди здесь шли сразу во все стороны. С грохотом катились по каменной мостовой самоходные повозки, а в воздухе мелькали фигуры всадников-курьеров верхом на крыланах. Но все бы ничего, если бы не следы свежих разрушений повсюду, куда только падал взгляд…
– Идем? – как ни в чем не бывало предложила тетушка, снова левитируя мою сумку.
Мы сошли с портального круга и направились через площадь к остановке экипажей. Я не уставала вертеть головой и ужасаться. Диль всегда казался мне самым прекрасным городом, а теперь, куда ни глянь, сплошные руины или стройка…
– Да, моя дорогая. Свинорылые потрохи открыли свой портал прямо над столицей, но мы их ждали. Мирных жителей заранее эвакуировали, и встретили тварей, как подобает. Ох и встретили! – тетя потрясла могучим кулаком. – По всему Дилю три дня костры горели – дожигали их дохлые туши. Истребили столько, что им теперь несколько веков придется собирать такую орду.
Представила столь «живописную» картину и передернулась.
Мы сошли на обочину расчищенной от мусора и обломков дороги. На противоположной стороне бригада строителей восстанавливала обрушенный угол здания управы. Приписанный к ним маг, потея и напрягая жилы на тощей шее, левитировал огромный каменный блок. Молоденький лопоухий, он явно едва сменил ученическую мантию на форму специалиста.
Засмотревшись на строительные работы, я споткнулась.
– Осторожнее, детка, – подхватила меня под руку тетя. – Не хватало вывихнуть ногу прямо перед балом!
– Тетя, я же дочь Ниары Данаостро. И чтобы не попасть на бал сегодня, нужна причина посерьезнее, чем простой вывих. К примеру, отрубленная голова.
Мы рассмеялись. Неожиданно затрубил тягловый мегалон, запряженный в повозку, полную каменных блоков. Тупомордый и толстокожий, он внушал уважение своими габаритами, и голос у него был соответствующий.
От неожиданности мы взвизгнули, а молодой маг вздрогнул и потерял концентрацию. Груз, который он больше не держал, устремился вниз, грозя прибить вжавшихся в стену мастеровых.
Грохнуло.
Блок прямо в воздухе разлетелся на множество разнокалиберных острых осколков. Один оцарапал магу веснушчатую щеку, хлынула кровь, но тот даже не шелохнулся. Покрываясь пятнами от натуги, резко выкинул вперед руку. Видно было, как мелко дрожат его пальцы, когда он с усилием повернулся, отводя в сторону погибель, застывшую в считаных сантиметрах от посеревших лиц рабочих.
Больше не опасные осколки грудой осыпались на исковерканную брусчатку, не причинив никому вреда. Следом сполз по стене вихрастый маг.
– Ох, ты ж! Еп…
– Воды ему! Да шевели батонами!
Работяги очнулись, засуетились. Раздалась отборная ругань. Кто-то бросился на помощь к спасшему всех магу. Свистнул бич, полосуя бока мегалона.
Шокированная произошедшим, я не сводила взгляда с разыгравшейся сцены, как вдруг тетя Бесси, резко притормозив, дернула меня за руку. Перед носом промелькнул темный лошадиный бок, обдав специфичным запахом бальзамирующего состава. Следом пролетела повозка, скрипя рессорами и подпрыгивая на выщербленной брусчатке.
– Смотри куда прешь, короед! – гаркнула вслед неосторожному вознице тетушка, погрозив могучим кулаком.
Кучер-некромант, даже не обернулся. Только снова взмахнул магическим хлыстом, подгоняя своих давно почивших подопечных.
– Не зевай! – это она уже мне, спешно утягивая к точно такому же экипажу, вереница которых выстроилась вдоль обочины.
Худой и какой-то изможденный некромант-извозчик, молча распахнул перед нами дверцу экипажа, помогая сесть, затем погрузил багаж.
– Эстель-авеню, дом с мансардой, – величаво скомандовала тетушка, когда дверца кареты закрылась.
– Ого! Вот где мы теперь живем?
В верхнем городе обитали только состоятельные горожане, высшие должностные лица и те, кто мог это себе позволить.
– Да. С разрешения твоего отца, я сдала наше имение арендаторам. Все равно не способна толком следить за фермой, а земля пропадает.
– Так вот откуда деньги! А я было подумала…
– Нет. Ниара по-прежнему непреклонна.
Моя мама – родная сестра короля Оллана Седьмого. Принцесса Лигирийская предпочла скромную жизнь с истинным, выбранному родителями жениху, и никогда не жалела о своем выборе.
Дед и бабушка так и не простили маме своеволия. Они настаивали на том, что отпрыск правящего рода себе не принадлежит, и дочь должна покориться семье. А род Данаостро был хоть и благороден, но беден. Разве что славился демоноборцами, которых регулярно рождала эта славная фамилия. Мой отец не был исключением. Ниара же считала, что нельзя оскорблять Эфира отказываясь от его величайшего дара.
Я родилась уже после того, как трон занял дядя Оллан, и не успела застать старших родственников, но никогда об этом не жалела. Судя по рассказам, они были не слишком приятными людьми. Дядя, в отличие от них, маму любит всем сердцем, так что мы всегда желанные персоны при дворе.
Сколько себя помню, король уговаривал маму забыть все обиды и перебраться в столицу, но она была против. В свое время принцесса Ниара поклялась, что никогда не воспользуется помощью королевской семьи, а средства примет только те, которые заработает честным трудом. Зато папа дослужился до высокого звания командующего, а мама поддалась уговорам брата и трудится в королевском госпитале. Она – магохирург, один из лучших.
– Нам неплохо отстегивают за аренду, так что скоро заделаемся столичными штучками, – вмешалась в мои мысли тетя Бесси. – Тем более, что ты будешь учиться в академии. Мы сможем чаще видеться, а то в нашей глуши совсем нет порталов.
– Согласна. Удачная была идея переехать.
Вопреки пророчествам почившей королевской четы, мои родители не кончили жизнь в нищете, а смогли обзавестись отличным участком земли, к которому постепенно прибавляли новые земли, покупая их у соседей. Шутили, что земля еще понадобится, когда дети вырастут и захотят обзавестись собственным хозяйством. Правда, пока я так и осталась единственным ребенком, о других они даже не помышляли, увлеченные карьерой.
– У тебя вот есть жених, чем я хуже? – продолжала строить планы тетя Бесси.
Она кокетливо поправила локон, хлопая густыми ресницами.
– Тетя, ты обязательно встретишь того, кто оценит твою красоту по достоинству, – я погладила ее по руке.
Когда-то Бессигера Данаостро с гордостью носила ай'рэ на виске, но демоны добрались до нее раньше, чем жених отыскал ее имя в реестрах. Она была всего лишь ученицей старшей магической школы и не смогла защититься, когда демон-обжора завладел ею на несколько часов.
Все произошло на каникулах, мой отец, тогда еще только адепт второго курса, заподозрил неладное первым и поднял тревогу. Бессигеру спасли, но стройная как тростиночка красавица уже успела измениться, и ни один лекарь не смог ей помочь.
Исчез ай'рэ, пропала способность пользоваться магией, и тетя Бесси перестала интересоваться чем-либо, кроме еды. Эту зависимость ей удалось побороть только с годами. Правда, наблюдая, как она поглощает сладости коробками, я начинаю сомневаться, что удалось побороть это последствие.
Тетя Бэсси все же вышла замуж за одинокого пожилого барона Маурштейна, который был ее лекарем. Они были счастливы, Бессигера воспряла духом и зажила почти нормально, даже магия стала к ней возвращаться, правда всему приходилось учиться заново.
Семь лет назад барон умер от магического истощения, помогая очередному одержимому ребенку, и тетя переехала к нам. До прошлого года тетя Бесси носила траур. и, мне кажется, ей так надоело черное, что сейчас она предпочитала светлые и яркие краски в одежде.
По дороге мы болтали о бале. О родителях, которые непременно туда вырвутся, чтобы повидаться со мной. И, конечно же, о Дэрине, который просто обязан совершить ритуал обручения прямо сегодня.
Вскоре экипаж остановился у симпатичного двухэтажного особнячка из нежно-розового камня с красной черепичной крышей, мансардой и садиком, в котором благоухали цветы.
– Только посмотри какая красота! – нахваливала новые владения тетушка, когда мы вышли из экипажа напротив изящных кованых ворот. – Элитный район, соседи тихие и смирные. Повышенная степень защиты от демонических проникновений. Тут такого как на площади ни за что бы не случилось.
– Дорого наверное?
– Да, приходится отдельно доплачивать за подзарядку артефактов, но оно того стоит. Ой! Ты же еще внутри ничего не видела! А ну-ка идем!
Она потянула меня за собой по вымощеной розовыми плитами дорожке не хуже тяглового мегалона.
Я едва успевала вертеть головой, отмечая, какое тут все легкое и светлое. И совсем непохожее на родовое поместье Данаостро.
Дом оказался небольшим, но уютным. Четыре спальни наверху, да кухня и гостиная на первом этаже. Показав мне все, тетушка провозгласила:
– А теперь обед! Потом будем приводить тебя в порядок. Бал начнется за три часа до полуночи, но это не значит, что позволительно опаздывать!
Глава 4. В которой все платья – хороши
Плотно пообедав, мы пили чай. Как всегда, к нему прилагалось множество выпечки и разнообразных сладостей. Да таких соблазнительных, что и я не смогла удержаться от излишеств.
– Ничего! Не каждый же день, – подбадривала меня тетя Бэсси. – Все равно такой аппетитной, как я, тебе никогда не стать, – она многозначительно похлопала себя по могучим бедрам.
Поддавшись на провокацию, я подвинула к себе еще один кусок яблочного пирога. В последнее время в школе экономили на продуктах, ведь было неизвестно, когда откроются порталы.
– Закончила? Идем скорее, примеришь платье! – тетя Бэсси легко взлетела по изящной уходящей в поворот лестнице на второй этаж.
Платье оказалось просто идеальным.
Новомодный покрой напоминал военный камзол. Грудь и плечи были целомудренно закрыты, зато спина обнажена до самой талии. Юбка без кринолина плавно расширялась книзу. Мягкая струящаяся ткань ласкала кожу, изящно облегая бедра.
Карминный цвет отлично сочетался с кремово-белой отделкой и удивительно мне шел. А еще ткань мерцала на свету, и незаметный на первый взгляд узор, повторяющий мой ай'рэ, вспыхивал то здесь, то там при каждом движении.
– Оно великолепно! – я вертелась перед овальным антикварным псише, осматривая себя со всех сторон и играя с юбкой. – Спасибо!
– Передам ериссе Сантьяго, что тебе понравилось. Она создала напыление в виде ай'рэ по моим эскизам.
Я улыбнулась, привычным жестом коснувшись завитка на виске. Представила, как во время обручения он засияет и превратится в диадему из света, затем перейдет на второй висок и останется там до тех пор, пока любящие сердца бьются в унисон, как пишут в книгах.
– Не понимаю, зачем некоторые его прячут?
Тетя, как ни странно, не выразила согласия каким-нибудь сочным эпитетом в адрес скромняшек. Напротив, нахмурилась.
– А это по-разному бывает, деточка. Не стоит судить других.
Вот глупая! Так счастлива, что совершенно не подумала, как тяжело видеть потускневшие, наполовину стершиеся линии, превратившиеся вместо украшения в уродливое пятно. Есть разные способы утратить ай'рэ. Гибель Истинного, измена. Одержимость, зашедшая слишком далеко, как у тети Бесси…
– Я такая дура! Прости меня, пожалуйста! – я крепко обняла тетушку.
С тех пор как демоны то и дело пытаются прорваться в наш мир, потеря близких и любимых не редкость. Даже думать не желаю, как бы поступила сама в подобном случае. Наверное, тоже спрятала бы ай'рэ, чтобы не вызывать у окружающих жалость.
– Забудь, детка, – погладила меня по спине тетя Бесси. – В таком возрасте не стоит задумываться, о грустных вещах.
Она ласково поцеловала меня в макушку и отстранила, продолжая удерживать за плечи.
– Ты такая красавица! – на глазах тетушки неожиданно выступила влага. – Я желаю тебя счастья, девочка моя. Такого, чтобы ух!
Она вскинула внушительный кулак.
Грустить долго я не умела, так что снова закружилась перед зеркалом, рассматривая себя со всех сторон. Карминный цвет удивительно сочетался с моей светлой кожей и каштановыми волосами, мягкая волна которых ласкала обнаженную спину.
– Уверена, Дэрин не удержится и проведет ритуал обручения сразу же как только тебя увидит!
– Брось, тетя! – смутилась я, хотя в тайне сама надеялась на это. – Мне же еще нужно в академии отучиться. Нужно получить специализацию, стать квалифицированным магом, а потом уже думать о семье… – я пыталась казаться взрослой и разумной, но в душе у меня царил Дэрин-Дэрин-Дэрин!
– Глупости все это! Сейчас сплошь и рядом все до академии обручаются, – отмахнулась тетушка. – И правильно делают, я тебе скажу. Так что и не думай отказывать истинному, если скажет ритуальную фразу. Отвечай, как я учила, и наслаждайтесь друг другом, пока Эфир дал такую возможность. А то неизвестно, как еще жизнь повернется, нужно позволить себе быть счастливой…
Украдкой смахнув слезу, тетя кликнула экономку:
– Илла! Илла, поди сюда и помоги причесать нашу детку к балу!
Ерисса Илла, вдова средних лет, перешла нам по наследству от ерра Маурштейна. Скорее подруга тети Бэсси, чем прислуга, она была мастерицей на все руки. Пока экономка колдовала над моими волосами, как обычно нахваливая их, я размышляла над тем, что Истинный не всегда любимый.
Такой спор возник совсем недавно среди выпускниц. Девочки вполне убедительно приводили примеры из жизни, только я молчала, ведь была уверена, это не мой случай. Мы с Дэрином действительно были влюблены друг в друга.
Я вспомнила нашу последнюю встречу и наш второй за все время поцелуй. Тетя куда-то отлучилась, и за нами никто не наблюдал.
Глаза цвета пасмурного неба, поймали меня в капкан. Большой палец нежно гладил татуировку на виске, Дэрин наклонился, одновременно приподнимая мне лицо. Его губы были необыкновенные. Одновременно упругие и мягкие, и такие теплые. Он делал ими что-то такое, что у меня ноги подкосились, и пришлось вцепиться в его рубашку.
Дэрин сжал меня в объятиях, и стук его сердца отдался где-то внутри меня, забирая контроль над ритмом моего тоже. По венам будто пустили жидкий огонь. Голова закружилась, а он все не останавливался! Целовал и целовал, словно позабыв, что кто-нибудь может нас увидеть.
Отпустил, только заслышав шаги – это тетушка Бесси, возвращалась, нарочито громко отдуваясь и что-то возмущенно бормоча под нос. Кажется, жаловалась на несвежий пирог из ближайшей кондитерской.
– Не могу дождаться, когда придет время, и мы сможем обручиться, Мари, – шепнул он, выпуская меня из объятий и поправляя мне волосы. – Не могу дождаться, когда станешь моей.
– Я тоже, – шепнула я, умирая от смущения и странных ощущений, которые меня обуревали.
Да, этот поцелуй был совсем другим, чем тот первый.
Я стояла перед истинным, боясь поднять затуманенный страстью взгляд и смущенно вдыхая будоражащий запах чистого мужского тела и толики благовоний. В тот миг я испугалась и порадовалась, что Дэрин живет в Эгросе, и мы не можем часто видеться, иначе вряд ли бы мы удержались от чего-то большего…
Розовый туман воспоминаний развеяла тетя Бэсси.
– Он не устоит! – рявкнула она с придыханием.
Не знай я, что она говорит о Дэрине, решила бы что Бессигера Маурштейн рассказывает о взятии какого-нибудь города.
– Ему и не нужно. Он уже мой, – со спокойной уверенностью улыбнулась тете и полюбовалась несложной, но изящной прической, которую соорудила мне ерисса Илла.
Экономка убрала локоны с висков, выставив мой ай'рэ на всеобщее обозрение. Позади они спускались свободной волной, лаская обнаженные лопатки. Идеальный выбор, очень в духе платья.
– Спасибо, Илла! Мне очень-очень нравится, – я подарила самую благодарную улыбку экономке.
Илла с достоинством поклонилась, довольная проделанной работой.
Во дворец мы отправились за пять минут до начала торжества. Я уже начала волноваться, ведь тетя не любила опаздывать, но она лишь хитро улыбалась, нарочито неспешно готовясь к празднику.
Когда алое платье укутало ее фигуру, ловко скрыв недостатки и выделив достоинства вроде тонкой по сравнению с бедрами талии, а не слишком длинные волосы были уложены в замысловатую прическу, приличествующую даме ее лет и положения, тетя брызнула в воздух духами и вошла в легкое облачко, после чего поправила кружевную перчатку и признала себя готовой.
Мы не вызвали экипаж заранее, и я решила, что будем ловить его прямо на улице, что было по меньшей мере странно, но тетя меня удивила снова.
– Сюда!
Вслед за ней я прошла через кухню и спустилась с террасы, обходя угол здания по выложенной розовым камнем дорожке, и моим глазам предстала невиданная роскошь!
– Это же портальный круг! – я уставилась на тетушку огромными глазами.
– Малый портальный круг, – поправила она. – Удовольствие дорогое, и пока что мы только ко дворцу подключены, не считая столичного госпиталя и управы, но я подумываю взять простенький пакет перемещений. Безлимитный нам пока не нужен, но есть такие, где можно выбрать пять или десять наиболее посещаемых мест. Выйдет экономнее, чем подключаться к ним по отдельности, и не придется трястись каждый раз в экипаже, когда захотим погулять в центр города, или съездить на примерку к ериссе Сантьяго.
– Отличная идея! – поддержала я ее, и мы вошли в портальный круг.
Вновь вспыхнула стена голубого света, отделив нас от окружающего мира, а затем опала, и я обнаружила, что нахожусь совсем в другом месте – во дворце.
Нас сразу закружил праздничный водоворот. Тетю замечали издалека, но эффект при этом был очень разный.
Одни спешили к нам, чтобы поздороваться и выразить почтение. Другие, напротив, стремились убраться как можно дальше. Так поступали в основном те, кто имел несчастье, читай – глупость, наступить на больную мозоль Бессигеры Маурштейн и получить ответку.
– Бесси, Мари! – дядюшка Оллан, весь такой свежий в белом мундире и коротко остриженный по военной моде, лично нас встретил прямо у входа в бальный зал.
Обнял каждую, звонко расцеловав в обе щеки под завистливые взгляды с самого дальнего конца и умиленные – с ближнего.
– Племянница, прекрасно выглядишь! Твой принц не устоит, сегодня же предложит обручиться. Я уверен! – заговорщически склонился он к моему уху, чем немало смутил.
– Спасибо, дядя, – я подарила нежную улыбку улыбчивому и простодушному на первый взгляд королю.
– Зятек, сам-то когда уже сподобишься? Лигирия заждалась наследников, – завела привычную шарманку тетя Бесси.
– Сразу после тебя, невестушка, – ответил ей тем же и по тому же месту дядя Оллан.
Никто не знал, проходил ли дядя церемонию поиска истинной, но завитка на виске у короля до сих пор не было. По этому поводу ходило множество домыслов.
Как и все, я иногда гадала, прячет ли он ай'рэ или решил пожертвовал своим правом ради Лигирии. Но все, что касалось личной жизни Оллана Седьмого было покрыто завесой тайны. Неизвестны были даже имена фавориток. Король любезничал и флиртовал со всеми барышнями одинаково, но не отдавал предпочтения ни одной из них. Так же как не спешил засылать сватов в соседние королевства.
– Дядя, а мои родители здесь?
– Пока нет, но обязательно будут позже, – улыбнулся его величество.
Обменявшись еще несколькими комплиментами и шутками, мы отправились дальше.
– Сейчас вот сделаем круг почета, а потом ты пойдешь к молодежи, а я приткнусь к местным старушенциям. Послушаю свежие сплетни, интересно же, чего в свете ново… – тетя Бесси не договорила.
Сбившись с шага, она остановилась и замерла, вцепившись в мою руку.
– Тетя, что с тобой? Ты так побледнела?
– А? Нет-нет. Все нормально, детка. Я просто забыла припудрить носик. Скоро вернууусь! – как-то неестественно пропела моя родственница и, развернувшись с грацией, какую сложно было заподозрить в столь грузном теле, рванула в сторону выхода.
Глава 5. В которой последствия некультурного поведения
Я недоуменно захлопала глазами. Такое поведение было совершенно не характерно для Бессигеры Маурштейн. Она мало кого боялась, а во дворце так тем более. Но я готова была собственную руку скормить демонам, если это был не страх.
– Что это с ней? – раздался рядом знакомый голос.
– Ами! Не верю своим глазам! Я уже думала, что эти проклятые Эфиром порталы никогда больше не откроются, и мы останемся в школе навечно! – выпалила я, крепко обнимая подругу.
– Мари! – Амалия, никого не стесняясь, крепко обняла меня в ответ.
За время войны стало ясно, что излишние приличия себя изжили. Люди больше не стеснялись выражать эмоции открыто, хотя некоторые пожилые дамы покосились на нас неодобрительно.
– Ты давно вернулась? – подруга держала меня за руки и словно не могла насмотреться. – Такая красавица стала! – Амалия едва не подпрыгивала от восторга, сияя улыбкой.
Она сама, тоненькая живая светлая и такая изящная в белом платьице, была воплощением юности и нежности.
– Ами ты – сильфида – одно из первых созданий Эфира!
– Это я от переживаний похудела. Ты же помнишь, когда я волнуюсь, совсем ничего не ем?
– Нашу школу расконсервировали только сегодня, так что я прямиком из портала, да на бал, – ответила я на вопрос.
– Ого! А я еще позавчера. Кажется, нас раньше всех выпустили.
– Повезло, наверное. Как дома?
– Ох, я потом расскажу. Ладно?
У Ами были финансовые проблемы в семье, но она не любила о них вспоминать. Я знала, в чем суть, ведь наша дружба не прерывалась ни на миг даже на отдалении, а только крепла с годами, несмотря на то что виделись мы теперь гораздо реже.
– Хорошо, я всегда готова выслушать. Видела, что демоны сотворили с Дилем?
– Да, но и наши задали им жару. Уверена, хвостатые такого не ожидали, – бойко улыбнулась Ами в ответ и тут же насторожилась, осмотревшись вокруг. – Мари, а твои родители здесь?
– Если не здесь, то, должно быть, находятся в самом опасном месте. Как обычно, – пошутила я и улыбнулась преувеличенно весело.
– Да уж. Ладно, не будем о грустном, лучше посмотри, что теперь у меня есть!
Амалия снова едва не запрыгала от радости и откинула в сторону волосы, демонстрируя изящный серебристый завиток ай'рэ на левом виске чуть ниже линии роста волос.
– Эфир! – выдохнула я восторженно. – Теперь и у тебя появился Истинный? Когда это случилось, Ами? Кто он?
– Совсем недавно. Чуть больше месяца назад. Как раз в день сдачи последнего выпускного экзамена. Я проснулась, умылась и как раз причесывалась, когда ай'рэ проявился. Девочки так и ахнули, а я просто упала в обморок! Очнулась, вокруг меня толпа. Поздравляют, что-то говорят, а я слова вымолвить не могу! Представляешь? Даже экзамен в тот день провалила, пересдавать потом пришлось, – смутилась она.
Пока Амалия говорила, я рассматривала резковатые остроконечные линии, которые удивительно шли к ее серым с фиолетовым оттенком глазам. Особенные, не такие как к меня. Вот же чудо – для каждого ай'рэ находится свой уникальный рисунок, который есть лишь у двоих во всем мире.
– Так, как его зовут? – осторожно полюбопытствовала я.
Интересоваться именем и происхождением Истинного было не принято, но мы с Амалией не зря лучшие подруги, у нас нет секретов.
– Не скажу, – ответила Ами. – И не смотри на меня так, – тут же улыбнулась она, заметив блеснувшее в моих глазах разочарование. – Я и сама пока не знаю, кто он. Мы еще не виделись.
– О! Прости меня, пожалуйста! Вы просто не имели возможности встретиться из-за блокировки школьных порталов. Как же я сразу не сообразила. Уверена, твой Истинный скоро отыщет тебя, Ами, как только сможет. Вероятно, уже сегодня, прямо здесь – на балу! Да он тоже в обморок упадет от счастья, когда увидит, какая красавица ему досталась!
– Это было бы безумно романтично! – легкий румянец проступил на щеках подруги. – А Рин, он будет? – поинтересовалась она.
– Тетя Бесси сказала, что Дэрин планировал быть.
–Значит, сегодня мы станем свидетелями обручения? – подруга легонько пихнула меня в бок.
– Эфир! И ты туда же?
Я закатила глаза, но предвкушение скрыть от подруги не удалось.
– Мари! Это такое чудо! Я так рада за тебя! Так ты дашь Рину согласие, если он предложит или возьмешь отсрочку на время учебы в академии?
У входа в зал случилось какое-то волнение, и мы синхронно посмотрели в ту сторону.
– Там тетя Бэсси, – растерянно пробормотала Амалия. – Но что она вытворяет?
Моя необъятная тетушка, крадучись бочком-бочком, возвращалась в бальный зал. Она определенно кого-то высматривала, прячась за спинами придворных.
– Но это же бесполезно! – Ами изящным жестом затянутой в перчатку ладони указала на нее.
Ухищрения Бессигеры Маурштейн и правда были спорными. Ярко-алое платье выдавало ее с головой, а габариты не позволяли качественно схорониться позади гостей.
– Почему твоя тетя себя так ведет? Это странно.
– Более чем, – согласилась я с подругой. – Никогда раньше не видела ничего подобного.
Тем временем начался бал. Грянули музыканты, начав с традиционного ульсе, неспешного и простого. Открывал бал его величество Оллан Седьмой с одной из пожилых придворных дам. За ними потянулись остальные гости. Кто-то заранее договорился о танце, кто-то подыскивал партнера на ходу, но так или иначе танцевали все, кроме нас и моей тети.
Не выпуская из виду тетю Бесси, мы с Ами поспешили в сторону, освобождая место для танцующих.
Можно было не беспокоиться, что кто-то нам помешает. Ай'рэ на наших висках сигналили кавалерам, что первые танцы, а возможно, и все последующие, будут отданы истинным. Но если мы все же пожелаем танцевать, просто подадим сигнал – займем определенное место в зале, негласно выделенное для этих целей.
Мы с Ами танцевать не желали. Мы желали выяснить, что происходит с великой в прямом смысле слова и ужасной – в переносном Бессигерой Маурштейн.
После начала танцев тетя неожиданно осталась без эфемерного прикрытия в виде гостей и теперь напоминала одинокий бутон алой розы на осеннем кусте в ветреный день. То есть, суетливо металась из стороны в сторону – шаг туда, шаг обратно, словно не зная, куда податься.
– Она в смятении… – нахмурилась Амалия.
– Идем! Надо выяснить, что произошло.
Мы решительно направились к моей растерянной родственнице, но немного опоздали.
Волей случая, тетя заняла аккурат то самое место у третьего эркера, где полагалось дожидаться приглашения на танец, и нас опередил какой-то мужчина. Наверное, решил, что она тоже желает танцевать.
– Стой! – придержала меня за локоть Амалия, не позволив вмешаться. – Кажется, он хочет ее пригласить!
– Пусть попробует, – усмехнулась я, но остановилась.
В конце концов тетя куда как лучше меня умела отваживать нежеланных кавалеров.
Мужчина, высокий и статный, показался мне смутно знакомым. К моему удивлению, он не полыхнул красными ушами и не ретировался сразу, как только Бессигера Маурштейн открыла рот. А она бы точно это сделала, хотя бы потому что никому не позволяла так бесцеремонно с собой обращаться. Да еще и…
– Где-то я уже видела эти светлые волосы… – нахмурилась я, пытаясь понять, почему этот человек кажется мне знакомым.
– Северянин, – подтвердила мою догадку Амалия. – А какой симпатичный мужчина, хоть и старый! – она крепче стиснула мой локоть.
– И вовсе не старый. Папин ровесник или около того. Эфир! – Я зачарованно наблюдала, как Бессигеру Маурштейн ведет в танце один из нелюбимых ею северян. Колоритная пара как раз протанцевала мимо нас, и я смогла рассмотреть лицо мужчины. – Это же ТОТ САМЫЙ северянин!
– О чем ты? – подруга удивленно посмотрела на меня. – Точнее, о ком ты, Мари?
– Тетя толкнула его сегодня утром у школьного портала. Он хотел им воспользоваться, но она его пихнула и, вместо извинений, еще и язык показала!
– О…
Я не ошиблась с выводами. Это подтверждало лицо тети Бесси, спорящее цветом с ее алым платьем. Мужчина что-то говорил, чуть склонившись к ее уху. Его рука уверенно и властно лежала на тетиной талии. И вел он себя так, словно знал ее половину жизни – то есть улыбался и смеялся в ответ на ее непременно хлесткие фразы, не спеша возмущаться или оскорбленно ретироваться, бросив сложную во всех смыслах партнершу.
– Они нас заметили! – вдруг ткнула меня в бок Ами.
Я не сразу поняла, о чем она говорит, но подруга была настойчивой и ткнула еще раз – сильнее.
– Они идут сюда, Мари! – в ее голосе послышались истерические нотки.
– Да кто? – я повернулась, чтобы посмотреть.
– При-Дур-Ки! – коротко и ясно ответила Амалия, но теперь и я смотрела на направляющуюся к нам троицу парней.
Кого я сейчас меньше всего хотела видеть, так это шайку задавак, которых мы с Ами окрестили «ПриДурКи» по первым буквам их фамилий. Эти парни считались дурной компанией и не скрывали своей принадлежности к скандальному движению «Стоп ай'рэ!»
Наверное, поэтому ни один из них до сих пор не обзавелся меткой Эфира или хотя бы официальной невестой. Но еще хуже было то, что каждый член движения считал святой обязанностью насаждать свои убеждения всем прочим – как правило, юным и хорошеньким девушкам.
С прошлогоднего бала мы с Ами тоже попали в их зону внимания.
– Нееет! – раздосадовано протянула я, нехотя глянув в сторону приближающихся к нам парней.
– Кинрой точно по твою душу, – верно заметила Амалия.
– Кто бы сомневался…
Сразу за Кинроем по традиции тащились Кристобаль Прим и Бран Дуртауэр. Первый – длинноволосый вечно недовольный брюнет. Потомственный некромант, мрачный и желчный. А второй – рыжий здоровяк Бран Дуртауэр, девизом которого давно должно было стать выражение: «Сила есть, ума не надо».
Парни шли не спеша, красуясь и вызывая восхищенные девичьи взгляды. Отпрыски высших аристократических семей. Дети состоятельных родителей. Сильные маги, которым прочили серьезное будущее. Надежда и опора государства.
И, как водится, те еще засранцы. Одним словом – ПриДурКи!
– Прекрати так на них пялиться, Ами! Не �