Выбор Великого Демона
Светлана Никифорова (Алькор)
- И на взлёте отрыв с разбегом,
- И поспорить с самой Судьбой,
- Если ты управляешь Небом,
- Значит, Небо играет с тобой!
Пролог
Теплая летняя ночь медленно опустилась на Великую Дарканскую равнину. Над Суиратской пустошью поднялась ущербная кровавая луна. Заметно усилившийся к вечеру ветер разогнал тяжелые тучи и стих. Небо на востоке озарили далекие сполохи уходящей грозы. Болотный туман липким покрывалом окутал корявые стволы мрачных лесных исполинов и медленно пополз к пологим холмам. Последняя ночь уходящей весны. Ночь перед великим сражением.
Великий князь Гоэрим окинул взглядом равнину с горящими кострами, сел на торчащий из земли корень, вздохнул и посмотрел на восток. Скоро… Очень скоро все решится. Останется привычный мир прежним или целиком погрузится во тьму – этого сейчас не знают, наверное, даже боги. Ведь ничто не происходит случайно под этими звёздами. Мэллорны вернулись, закончилась ужасная братоубийственная война, и Сущее решило что-то кинуть на другую чашу весов. Испытание… Каждый должен заплатить свою цену. Эльфы, люди, гномы… Ведь Древние не остановятся. А если Мердок прав и в мир придёт Чудовище, то шансов уже не останется никаких.
Гоэрим оторвал взгляд от вспышек на востоке и снова посмотрел на тысячи костров на равнине. Такой армии мир ещё не знал. Почти сто пятьдесят тысяч эльфийских воинов, магов, стрелков и лекарей. Одиннадцать людских и семь легионов Подгорного королевства. Десять богов… Но хватит ли всего этого, чтобы остановить трёх очнувшихся от тысячелетнего сна титанов и идущую вместе с ними армию изменённых? Сейчас дать ответ не сможет никто. Да, Мердок предсказал, что остановить Древних помогут пришлые, но можно ли верить его предсказанию? Почти сорок тысяч двуживущих присоединились к объединённой армии. Лучшие из лучших. Но все они – ничто перед дружиной любого из Великих Домов. Быть может, Мердок имел в виду не всех, а только тех двоих?
Князь перевёл взгляд на соседний холм, где возле костра в окружении своих товарищей сидел Макс, и вздохнул. Ведь почти никто не верил, что у парня получится. Но он смог! Да так, что это потрясло даже богов. Быть может, Мердок говорил именно о нем и о его друге, что сражается сейчас с Виллом в далеких орочьих степях? Кто знает?..
Титаны идут прежним порядком и будут здесь в середине дня. Сила Древних в их единстве. Достаточно уничтожить одного, чтобы серьезно ослабить остальных, но в прошлый раз богам этого сделать не удалось. Существенный урон им нанесли лишь предсмертная атака Хранителя и этот Крылатый бог из Лемурии. Если бы не он…
Но Крылатый ушел за грань, и помощи ждать не стоит. Впрочем, боги пусть разбираются с богами, а его задача – остановить измененных. Гоэрим не боялся смерти, но и не желал ее прихода. Чем дольше он проживет, тем больше врагов отправится за грань.
Князь опустил голову и вдруг испытал чувство дежавю. Ведь все это уже было… Он, молодой тогда, еще сотник «слышащих ветер», в ту ночь мечтал только о славе. Еще были живы отец и дед… Он не успел даже попрощаться… Привычная жизнь рухнула, когда отступили Древние. Власть и ответственность тяжким грузом легли на его плечи. А слава… Он получил ее, сколько хотел, и променял бы всю без остатка на жизни своих родных… Да вот только никто ему такого выбора не предложил.
– Я тоже часто вспоминаю деда и прадеда, – негромкий голос раздался у него за спиной.
Легкая улыбка тронула губы Великого князя. Он повернул голову и кивнул подошедшему.
– Ты научился читать мысли, сын?
– Нет… Но догадаться было несложно. Когда у тебя такое выражение лица, есть лишь три объяснения: твой народ, мама или они…
Орвил кивнул отцу и сел рядом. Несколько минут они сидели в тишине, и каждый думал о своем. Первым нарушил молчание Гоэрим.
– Да… – кивнул он. – Кто-то уходит, а кто-то обязательно должен остаться. Они заплатили свою цену, мы сегодня заплатим свою. И, надеюсь, она для нас не будет столь высока.
– Сегодня будет все не так, как тогда, отец, – покачал головой Орвил. – Я знаю, что тот Крылатый бог покинул мир, но в прошлый раз у нас не было такого сильного Хранителя. Две с половиной тысячи лет – немалый срок. Наши боги не спали…
– Возможно, ты прав, – кивнул Гоэрим. – Ты знаешь, что делать, если я…
– Нет! – оборвал его сын. – Ты должен жить, отец. Хотя бы потому, что ни мне, ни братьям не хочется раньше времени взваливать на себя твою ношу. Я даже не хочу об этом говорить!
Орвил поднялся и кивнул отцу.
– Я пойду. Мне нужно проверить своих.
Правитель проводил взглядом сына и усмехнулся.
– Я постараюсь… – негромко произнес он.
Затем снова перевел взгляд на соседний холм и вдруг понял, что верит! Верит в предсказание Мердока! Они выстоят! Во что бы то ни стало – выстоят! Этот мир никогда не поглотит Тьма!
Глава 1
– Один мой знакомый – военный лётчик, между прочим, – однажды попал в достаточно неприятную историю. – Фантик придержал лося и многозначительно посмотрел на Пончика.
– Ну и что там за история? – тут же включился в намечающееся представление тот.
– Он жене сказал, что на задание улетел, а сам, значит, к любовнице. Она в том же военном городке через дом от него жила, – то и дело косясь на Масяню, начал свой рассказ Фантик.
– Дело летом было… в выходные, и не знаю, как там получилось, но отправила его любовница мусор выкинуть с утра. Ну, он, сонный и ещё не совсем отошедший от вчерашнего, берет пакет и двигает к помойке. – Фантик выдержал театральную паузу, вытащил из сумки фляжку и сделал пару глотков.
– Ну и что там с этой помойкой? – сдерживая улыбку, поторопил товарища Пончик.
– Что-что… Мусор-то он, конечно, выкинул, но потом на автопилоте поперся к себе домой. Как был, в спортивных штанах и в майке, – добавив в голос трагизма, покачал головой лысый. – А жена ему с порога чем-то тяжёлым в глаз и засветила. Целый месяц с синяком потом ходил.
Фантик снова покосился на Масяню и, не меняя выражения лица, резюмировал:
– Все зло от баб этих…
Охотница закусила нижнюю губу, посмотрела на улыбающегося Пончика, затем перевела взгляд на Фантика и вкрадчиво произнесла:
– Я этому твоему военному летчику ещё и под второй глаз фингал поставила бы. И отрезала бы ещё что-нибудь. А тебя, – она ткнула пальцем во все ещё улыбающегося разбойника, – следующей весной я на поводок посажу! И ошейник строгий надену, чтобы по помойкам всяким не лазил.
– И валерьянки! Валерьянки не забудь! – поддакнул Масяне Фантик. – А то перегрызет поводок, сбежит и будет потом мяукать под чужими окнами!
– Да что ты слушаешь этого тролля двести двадцатого уровня? – глядя на подругу, возмутился Пончик. – Он тебе таких историй сотню расскажет! Я-то тут при чём?
– Был у меня уже кот, как же… – начала было Масяня, но потом не выдержала и рассмеялась.
Следом засмеялись Фантик и едущий позади него Риис. Пончик набрал в грудь воздуха, но ничего говорить не стал. Махнул и с улыбкой покачал головой.
– Вижу замок! – через некоторое время объявил едущий впереди Кан.
Уже через пару минут между деревьями показался просвет, и дорога вывела нас на открытую местность.
Замок барона Ульриха Ан-Рейна был практически точной копией Лайтана и отличался только отсутствием двух башен-сторожек, которые тут заменяла массивная надвратная. Стоял он на небольшом холме, ощетинившемся врытыми в землю кольями, на очищенном от леса пространстве. Видимо, тут, в Приграничье, все замки рисовались по единому образцу. Разработчиков понять можно: только на южной границе Эрантии около тридцати баронств. Замучаешься, блин, вырисовывать.
Я тронул бока кабана пятками, подъехал к остановившемуся Кану и, кивнув на замок, произнес:
– Я очень надеюсь, что твои предположения верны, и мы застанем барона дома.
– Даже не сомневайся, князь, – спокойно ответил командор. – Из приграничных замков солдат в походы не берут никогда.
– Ладно, тронули, – я махнул рукой и направил Мрака к воротам.
Степь кончилась поздно вечером. Орки бы не поняли, уйди я, не попрощавшись, да и Каэллу пришлось подождать. Впрочем, я не очень-то и спешил: Мрака по недомыслию отпустил только утром, и ждать возможности его призыва нужно было минимум двенадцать часов. В своё время разработчики, прописав это условие, выводили из оборота немаленькие деньги, поскольку не состоящие в крупных кланах игроки предпочитали оставлять маунтов в конюшнях, платя за это неигровым персонажам. Своей конюшней практически никто похвастаться не мог. Возможность ее возведения существовала только в замке или в городе. Замками же владели лишь единицы, и я никогда не слышал о принадлежащих игрокам городах. Как бы то ни было, RP‑17 с обновлением ничего изменять не стал. Погибшего маунта придётся ждать сутки, отпущенного – полсуток. И ничего тут не поделать.
От Каэллы я узнал, что объединённая армия эльфов, людей и гномов ожидает Древних на территории Даркана, на самой границе Великого Леса. Порталы в Тёмных Землях из-за нашествия строить нельзя, но присоединиться к этой армии несложно. Для этого достаточно отправиться в Эллориан и там найти того, кто отправит тебя в соседнюю с Суиратской пустошью локацию. Все вроде просто, но я решил поступить иначе. Я видел титанов и понимаю, что даже в форме Великого Демона вряд ли смогу нанести им хоть какой-то значимый вред. К тому же той формы мне уже не видать. Почему-то я уверен, что во время битвы с Виллом Джаэлит отдала мне последние силы. Да, у меня есть меч с хрен знает каким уроном по Великим Сущностям, который гарантированно пробьёт защиту любого Древнего с тремя сотыми процента шанса на парализацию. Но этого, блин, мало! Соваться в агрорадиус титана для меня – все равно что угрожать зубочисткой слону. Двадцать секунд жизни под Щитом Сетары? Даже не смешно!
А вот на границе Эрантии, на территории баронства Рейн, есть некие примечательные руины, в которых Ларс нашёл не менее примечательный меч. Кровь Крылатого Властителя жива, и я уверен, что сам он этот мир не покинул. Быть может, мне удастся как-то его разбудить? Ведь не зря система выдала мне это непонятное задание?
На дворе ночь. До битвы ещё целых десять часов, и поучаствовать в ней мы в любом случае успеем…
– Эй! Открывай ворота!
Крик командора вывел меня из раздумий. Кан задрал голову, внимательно оглядел край семиметровой стены, затем повернулся ко мне и заметил:
– Пару минут придется подождать.
Пара минут – не пара часов. Я придержал поводья и остановил кабана прямо напротив ворот. Следом за мной остановились и все остальные.
Чтобы хоть как-то скрасить время, я глянул на небо и в который раз попытался найти там Большую Медведицу. Понимаю, что глупо… Ведь даже если этот мир по-настоящему материален и находится в той же Вселенной, что и Земля, небосвод тут будет выглядеть совсем по-другому. Однако меня не оставляло какое-то мальчишеское ожидание чуда. Нет, понятно, что, с точки зрения нормального человека, чудес я тут насмотрелся предостаточно. Но в этом мире магии и математики их иначе, как обыденностью, не назовёшь, а вот появись в небе Большая Медведица… Каждый нормальный человек обязательно должен верить в какое-то чудо. Мы так устроены. И пусть человеческого во мне осталось не так много, но эта вера не исчезла никуда…
Ждать пришлось минуты полторы. Наконец над краем стены показалась голова стражника в остроконечном шлеме.
– Ну?! Кого тут демоны принесли? – хмурым голосом поинтересовался он.
– Да не несли мы никого! Они сами все приехали, – тут же ответил ему Риис.
– Князь Крейда Криан! Со спутниками, – рявкнул Кан. – Шевелитесь!
Солдат подался вперед, внимательно рассмотрел нас в свете горящих у ворот факелов и тут же отпрянул.
– Господин князь! Про демонов это поговорка такая! Не серчайте! – быстро заговорил он.
– Открывайте уже, – сдерживая улыбку, поторопил его Кан.
– Да, сейчас! – солдат скрылся из виду и заорал так, что притихли даже ночные сверчки:
– Ждан! Грам! Открывайте, бездельники! Кира! Бегом будить господина барона!
– А что сказать-то? – звонкий женский голос раздался из-за ворот. – А-то госпожа, боюсь, меня не поймет. Будем опять дорожки мести.
– Демон-князь, скажи, со своими людьми. И Четырехрукий с ним!
За воротами загремело железо, створки вздрогнули и поползли в стороны.
Если внешне Рейн лишь немного отличался от Лайтана, то по размерам превосходил его раза так в полтора. Понятно, что никакой это не замок, а крепость. Но за все проведенное в этом мире время я не видел тут ни одного замка, как его понимают историки. Поэтому все крепости для меня тут замки, если, конечно, они не города. Пятиэтажный донжон в форме правильного многоугольника, диаметром около сорока метров, десяток каменных трехэтажных домов, длинная приземистая конюшня, колодец напротив ворот. Ничего необычного – типовой замок седьмого уровня.
Зайдя внутрь, мы, чтобы не терять время, сразу направились к конюшне. Ведь уйти, не поужинав, все равно не получится, даже если этот ужин нам накроют в два часа ночи.
Барон появился, когда мы уже разместили своих маунтов на постой. Он вышел из дверей донжона в сопровождении жены и высокого воина по имени Фарат и, дав указания подбежавшему десятнику, направился к нам.
– Приветствую, князь, – тепло улыбнулся он и крепко пожал мою руку.
Потом стиснул в объятиях Кана, кивнул остальным и спросил:
– Как там Вайдарра? Стоит?
– Да что с ней станется, она до скончания веков стоять будет, – поздоровавшись с Лайгой и кивнув подошедшему вместе с ними сотнику, улыбнулся я. – А где ты потерял Ковла?
– Брат отправился в Тиен Мар, в городскую резиденцию графа. Его оруженосец вчера вернулся в Рейн и поведал нам интересные новости. Пару дней назад в графство прибыл королевский гонец и сообщил, что Тиаран повержен декаду назад в катакомбах Вайдарры. – Ульрих перевел вопросительный взгляд с меня на Кана и добавил: – А еще он говорил, что вы отправились в Степь.
– Мы только что оттуда, – хлопнув барона по плечу, усмехнулся Кан. – Нежить не прошла, морты уничтожены, Вилл в последний момент сбежал.
Ульрих секунд десять переваривал услышанное, потом вздохнул и, обернувшись к жене, с неприкрытой завистью произнёс:
– Ты слышала? Вот ведь люди живут! В Вайдарру поехали – там подрались, потом в Степь… И там тоже! А в нашем захолустье тишина, как на заброшенном кладбище…
– Что ты гостей на улице держишь? – сдерживая улыбку, поинтересовалась у него Лайга. – Стол, наверное, уже накрыт.
– Да, конечно, – барон посторонился, жестом пригласил нас войти и торжественно произнёс:
– Добро пожаловать в Рейн, эрлы! В зале приемов накрыт стол. Прошу следовать за мной.
– Погоди, – остановил его Кан. – На самом деле мы очень спешим. Утром уже должны быть в Эллориане. Нам нужно найти тут одно место…
– Слушаю, – Ульрих вопросительно поднял бровь.
– За пару лет до того, как сожгли старый Рейн, мы, двигаясь навстречу клибанариям герцога Керата, наткнулись здесь на древние руины. Ничего особенного: два подземных этажа, по десятку помещений на каждом, и настенное изображение крылатого единорога в центральном зале верхнего уровня… Это место где-то здесь, на твоей новой земле.
По мере рассказа Кана и вторая бровь Ульриха ползла вверх. Он кинул удивлённый взгляд на жену и, после секундного колебания, пояснил:
– Мы нашли эти руины через год после расширения границ. Они под нами. Я построил на них этот замок.
– Надеюсь, вы не завалили вход? – тут же вступил в разговор я.
– Зачем же заваливать удобные складские помещения? – пожал плечами барон. – Только что вы там хотите найти? Мы простучали все стены и пол, но, кроме пыли, там ничего нет.
– Ларс нашел там этот меч, – положив ладонь на рукоять Пагубы, пояснил я. – Хочу найти хоть какую-то информацию о прежнем его владельце. Ты позволишь мне осмотреть эти руины?
– Сколько угодно, – ответил барон и кивнул на сотника. – Фарат проводит тебя к входу.
– Отлично! Кан, забирай всех, и идите ужинать. Чуть позже я к вам присоединюсь.
– Уверен, что хочешь пойти туда один? – пристально посмотрев мне в глаза, спросил командор.
– Да, – кивнул я и отправился вслед за сотником.
Через пару минут мы вышли к западной стене крепости, где Фарат, вытащив увесистую связку ключей, открыл замок приземистого одноэтажного домика.
– Прошу, эрл, – посторонившись, он сделал приглашающий жест. – Внизу в каждом помещении горят магические светильники. Я подожду вас здесь.
– Могу задержаться…
– Ничего страшного, – пожал плечами Фарат, – мне спешить некуда.
– Хорошо…
Сразу за дверью вниз уводила каменная лестница. Я спустился по потрескавшимся ступеням и оказался в помещении, заставленном пузатыми бочками. Трехметровые потолки, серый камень стен, шершавые плиты пола – ничего загадочного или угрожающего. Пожав плечами, я двинулся дальше.
В следующей комнате висели на деревянных конструкциях окорока. Ящики с яблоками в углу, штабеля мешков на деревянных паллетах – обычное замковое хранилище, из-за которого предприимчивый барон и возвел на этих руинах свой замок.
Отведенных под хранение помещений я насчитал двенадцать, дальше потянулись пустые комнаты. Я шел, держась левой стороны, слушал эхо своих шагов и задумчиво осматривал стены. Что я, собственно, хочу здесь найти? Не знаю… Какое-то откровение? Зацепку? Быть может, Система подкинет задание? Простукивать стены я не собирался: тут до меня все десять раз обыскали и ничего не нашли. А если учесть, что площадь руин, по ощущениям, не намного меньше площади самого замка, в одиночку тут и за год ничего не отыщешь.
Дойдя до ведущей вниз лестницы, я уселся на потрескавшиеся ступени, закурил и задумался. Харт! Ведь не просто так мне выдали этот квест. Будь Фалет мертв, никакого задания бы не было или оно называлось бы совсем по-другому. И что тогда? С Крылатым меня связывает меч, в котором заключена часть его крови. А если…
Я потянул из ножен Пагубу и усмехнулся. Лезвие меча окутывала едва заметная багровая дымка. Белым клинок светился, когда рядом были морты или прислужники Древних. Но здесь что-то другое. И если проводить аналогию, то при приближении к нужному месту эта дымка должна стать заметнее. Я докурил, выбил о камень трубку и спустился по ступенькам. Никаких особенных изменений не произошло. «Однако с выводами пока торопиться не стоит», – решил я и оказался прав. По мере удаления от лестницы клинок светился все сильнее, и настроение у меня улучшилось. Я еще не знал, что получится тут найти, но в том, что я что-то найду, уже не сомневался.
Комната сменяла комнату, мои сапоги, поскрипывая, оставляли следы в пыли, а в голову лезли ненужные мысли. А что, если Фалет все-таки ушел и я сейчас найду тому подтверждение? Что… что делать тогда? Всколыхнувшаяся ярость вымыла из головы весь этот бред. Заморачиваться буду по факту. Если он мертв, ситуацию можно разрулить без него, этот мир обязан предоставить игроку какой-нибудь, пусть даже самый несбыточный, шанс.
Идти пришлось минут пять, когда, наконец, я добрался до квадратной комнаты, где Пагуба засветилась, как лайтсабер какого-нибудь ситха. В центре помещения, в полутора метрах над плитами пола, висела полупрозрачная метровая сфера, внутри которой хаотично перемещались белые невесомые хлопья. Она была похожа на «снежные шары», которые в прошлой жизни мама дарила нам с Аленкой на Рождество. Вряд ли люди барона прошли мимо этой комнаты. Эту сферу не видели ни Альтус, ни Ларс… Она показалась только мне…
Протянув руку, я попытался дотронуться до висящего в воздухе шара, но ладонь не почувствовала никакого сопротивления. Интересно… Пожав плечами, я отошел к стене, уселся на пол, положил на колени меч и, прикрыв глаза, прислонился затылком к холодному камню. Тишина… Стихло эхо шагов, и руины вновь погрузились в безмолвную вековую задумчивость. Я просидел, ни о чем не думая, минут пять, потом мысли вновь вернулись к висящему посреди комнаты шару. Что дальше? Я нашел то, что хотел найти. Фалет не покинул мир, сомнений в этом нет уже никаких. Эта сфера – та самая филактерия, которая есть у каждой Великой Сущности. И что из всего этого следует?
Сата говорила, что у богов есть возможность быстрого восстановления праны и астрального тела. Для этого должно быть выполнено какое-то нереальное условие. Крылатый Властитель Лемурии, создавая меч, тоже, наверное, сделал какую-то ставку. Но что должно произойти? Он думал, что вероятность попадания меча в руки человека, который сможет прочитать его послание, стремится к нулю. Я смог, но этого оказалось недостаточно. Что же тогда? Как вытащить его из этого снежного шара? Я вижу тут всего два варианта. Этим мечом нужно ранить или убить Древнего… И я очень надеюсь на первый вариант. Выжить у меня не выйдет ни при каком раскладе, но, если я освобожу Фалета, у этого мира появится шанс. Не верю, что у эльфов получится остановить титанов. Сделать это сможет только он.
Ладно… Я поднялся, убрал в ножны меч, кинул прощальный взгляд на сферу и быстрым шагом направился к выходу. Надо поспешить: утром мы должны быть в Эллориане, да и Фарат этот, наверное, уже заждался.
«Фарат… Где-то я это имя уже слышал», – подумал я, и в ту же секунду осознание накрыло меня с головой. Ну да, все правильно! Только развязка произойдет совсем не так, как я предполагал. Остановившись, я прислонился спиной к стене и устало прикрыл глаза. Сколько еще ждать? Десять часов или меньше? В любом случае пророчество уйдет из этого мира вместе со мной. И мне очень хочется верить, что я потом смогу возвратиться обратно…
Глава 2
Макс проснулся в тот момент, когда золотистые лучи еще не взошедшего солнца разогнали ночную темноту и окрасили розовым толпящиеся на горизонте бледные предрассветные облака. Прохладный утренний ветерок ласково обдувал лицо, разбрасывал пепел и уносил на восток дым, поднимавшийся над едва тлеющими угольками. В сотне метров за спиной недовольно заскрипели просыпающиеся деревья, истаял скопившийся между холмами туман. Над пустошью занимался первый рассвет наступившего лета. Самый последний в его жизни рассвет…
Макс почесал за ухом проснувшегося одновременно с ним Глюка, вытащил из сумки пять заготовленных заранее чурбаков и аккуратно положил их в костер. Аленка еще спала, положив морду на передние лапы и забавно подергивая ушами во сне, и он не хотел раньше времени ее будить. «Пять бантиков…» – парень счастливо улыбнулся, провел ладонью по мягкой шерсти запрыгнувшего к нему на колени питомца и окинул взглядом расположившееся на пустоши войско. Ни в том, ни в этом мире он ни разу не видел такого количества собравшихся вместе бойцов. В голове не укладывалось, как такой толпой народа вообще возможно управлять. Но это совсем не его головная боль. Во время предстоящей битвы он будет разговаривать только с богами.
Трое человеческих и семь эльфийских богов примут участие в сражении. Не будет только Саты; что с ней случилось, сейчас не знает никто. Лично он знаком с Кираной, Лоэтией и Алаком – эльфийским богом Воинского Долга и Благородства. Заочно знает их всех, но время представлений и расшаркиваний еще не пришло и уже не придет никогда. Бой предстоит нелегкий. Аура Древних полностью блокирует большую часть божественных способностей, и богам придется драться группами, без спутников, подобно проходящим данж игрокам. Так было в прошлый раз, так будет и сейчас.
Воин кинул кусок мяса своему питомцу, перевел взгляд на спящую подругу и вздохнул. Никаких иллюзий в отношении своей судьбы он не испытывал. Окончательное решение принял в тот момент, когда Урхант сообщил ему о беременности Алены. Пять бантиков… Редклиф тогда почувствовал это, но правду старому шаману Макс говорить не стал. Незачем кому-либо знать. Древние не просто пройдут через Великий Лес к Крайтским горам. Их проклятая магия изменит все, до чего сможет дотянуться, а идущая с ними армия уничтожит на своем пути все живое. Как Хранитель он этого не допустит, а как отец… Его дети не должны жить на руинах своего дома. Уничтожение Великого Леса сделает всех эльфов изгоями. Он не позволит титанам пройти, и то дополнительное Очко Вечности очень поможет ему сегодня. Две с половиной тысячи лет назад атака Хранителя Тальверуса сняла с Халфаса пятнадцать процентов его ХП. Благодаря двестипроцентному значению Благодати, атаки сейчас будут в два раза сильнее, и он, пожертвовав собой, сможет атаковать трижды. У Тальверуса такой возможности не было. Боги добьют атакованную цель, а его жизнь… Он обменяет ее на жизни своих детей и существование своего народа. Очень хороший на самом деле обмен.
Макс вздохнул полной грудью и, наклонившись, почесал брюшко развалившегося у ног горностая. Жаль, конечно, что по-другому нельзя, но тут уж выбирать, увы, не приходится.
У костра они ночевали втроем. Ребята еще вчера вечером ушли в расположение Крадущихся, а беспокоить Хранителя и его не совсем обычного питомца больше не решился никто. Холм, на котором он сейчас сидел, был самым высоким в окрестностях и находился в полукилометре от позиций правого фланга объединенной армии. Полной картины сражения он не увидит, но ему и не надо. В битве все равно победит тот, чьи боги окажутся сильнее. Спрашивается, зачем нужны тогда все эти армии? Но тут тоже не все так просто. Количество вступивших в бой воинов разных рас пропорционально усиливает покровительствующих им богов, которые, в свою очередь, прикрывают своих последователей. И, разумеется, если чья-то армия разгромит вражескую до того, как ее боги одержат победу над противником, она серьезно увеличит их шансы на победу.
Край солнца тем временем уже показался из-за горизонта, в лагере, разогнав висящую над пустошью тишину, раздалась барабанная дробь, и уже секунд через десять он превратился в огромный людской муравейник.
Рыжая кошка поднялась на ноги, сладко зевнула и, грациозно потянувшись, прочертила когтями в земле восемь глубоких полос. Зевок перешел в удовлетворенное рычание, Алена подошла ближе и, слегка боднув, подлезла под его левую руку. Макс улыбнулся, обнял шею подруги, погрузил ладони в мягкую шерсть и стал медленно почесывать любимую за ушами. Глюк с радостным рычанием запрыгал вокруг.
Но все хорошее быстро заканчивается. Через пару минут Алена обернулась и, зябко поведя плечами, протянула ладони к горящему костру.
– Только попробуй назвать меня мерзлячкой, – с притворной угрозой в голосе, нахмурившись, произнесла она.
– Не, ты что, – сдерживая улыбку, ответил ей Макс, – холодно же! Я и сам вот замерз.
Он подкинул в костер дров и подвесил над огнем чайник. Горячий чай, конечно, можно носить с собой, но в инвентаре он почему-то терял весь свой аромат. Поэтому, когда было время, они предпочитали кипятить воду заново.
– Нервничаешь? – усевшись рядом, Алена легонько толкнула его плечом.
– Есть немного, – не отрывая взгляда от пламени, не стал спорить Макс.
– Ты у меня умный и сильный. Справишься, – негромко произнесла девушка и положила голову ему на плечо. – Ромка тоже скоро придет, поможет.
Последнюю фразу она произнесла больше для самоуспокоения. Макс прекрасно знал, как его подруга скучает по брату и как беспокоится. Но с Ромкой обязательно все будет в порядке. По-другому просто не может быть. А когда все закончится, он заберет Алену с племянниками к себе в княжество. Так что за дальнейшую судьбу своих детей Макс совсем не переживал. Уж кому-кому, а Ромке он доверял едва ли не больше, чем себе самому, и хорошо, что у него есть такой друг.
– У него там и без нас дел, наверное, невпроворот, – прижав к себе подругу, с улыбкой произнес Макс. – Пока этого Вилла отловит, пока замочит… Они же лут с него целую неделю, небось, разбирать будут.
– Успокаивай, – Алена улыбнулась и искоса на него посмотрела. – Слушай, а почему не спросить богов, чем там, у орков, все закончилось? Кирана же обязательно навестит тебя перед боем.
– Не факт, что там у них вообще что-то началось, – вздохнул Макс. – Да и не скажет никто нам об этом. Мы же под пророчеством этим непонятным все. Поверь, боги прекрасно знают, как это важно для нас, и что могут – говорят мне и так.
– Хорошо, тогда поведай, утешитель, а почему Гримнир и другие покровители гномов проигнорировали сегодняшнее мероприятие? – кивнув на пробудившийся лагерь, с неприкрытой иронией спросила Алена. – Древние-то идут как раз к их горам. Ты должен знать, раз тебе все говорят.
– А я знаю, – пожал плечами Макс. – Там что-то непонятное сейчас происходит у дроу. Вот они на границе и торчат.
– А что там может происходить? – начала было Алена, но тут же осеклась. – Слушай, а ведь правда! Демоны и нежить с границ ушли, но ни одного дроу никто еще не видел! Они настолько там у себя изменились или их просто не пускают наверх?
– Вот видишь, какая ты у меня умная, сама правильные выводы сделала, – усмехнулся Макс и, поднявшись, снял с огня закипевший котелок. – Давай свою чашку, и… еще вопросы есть?
– Есть! – потянувшись за чашкой, картинно нахмурилась Алена. – Раз ты такой умный, расскажи мне, почему у эльфов восемь богов, у людей семь, у гномов, если мне не изменяет память, четыре, у орков всего два, а у дроу вообще одна только паучиха? Пончик что-то там говорил о балансе, но если эльфы пойдут войной на орков…
– То боги их не поддержат, – закончил за нее Макс.
– Почему?
Макс налил девушке чай, поставил котелок на землю, взял у Алены предложенный бутерброд и, усевшись рядом, пояснил: – Во-первых, боги – они как бы общие. Кирану и Сату почитают все без исключения расы. Во-вторых, боги всех рас, кроме Ллос, после нашествия Велиала договорились не участвовать в разборках разумных, потому как в мире есть не только они. Конкуренты тоже не дремлют. Ургот вот, например, вообще выступил на стороне Древних. Ну, и в‑третьих, эльфы никогда не вели наступательных войн против других рас. Война Разделения не в счет – тогда они были единым народом, а стычки на границах после нее войнами по факту не являются.
– Я тебя потом укушу, чтобы много не умничал, – сдерживая улыбку, начала было Алена, когда воздух в паре метров от них заискрился. Раздался едва слышный хлопок…
Безупречную фигуру богини облекали зеленые одеяния рейнджера. Волосы стянуты в конский хвост, на лице печать тяжелых раздумий. Кирана на мгновение задержала взгляд на лежащем в траве горностае, потом посмотрела на Макса и два раза кивнула.
– Хранитель! Княжна! Я пришла сообщить, что все боги соберутся здесь в течение пары часов.
– Приветствую и тебя, Двуликая, – поднявшись с бревна следом за Аленой, поздоровался с богиней Макс. – А в чем истинная причина твоего посещения? – добавил он в канале, доступном только им одним.
Он и сам почувствует, когда соберутся боги, для этого личного уведомления не требуется. Выражение же лица богини и то, что она поприветствовала их на общем языке, говорило о крайнем ее волнении.
– Я… я знаю тебя и могу предположить, какое решение ты для себя принял, – после некоторой паузы, глядя на восток, ответила Кирана. – Указывать я тебе не могу, но прошу… Мы все просим, чтобы ты не торопился. Мы готовились к этой битве две с половиной тысячи лет и уверены, что сможем противостоять этим тварям…
– Я услышал тебя, Кирана, – потянувшись за трубкой и чуть помедлив, ответил ей Макс. – Я обещаю не спешить…
Внезапно около них появилось облако искр, и из воздуха возник Алак. Он отстраненно поздоровался, обвел всех слегка удивленным взглядом, остановил его на Киране и, указав на восток, произнес:
– Только что я разговаривал с призраком Морриган. Древние уже близко и будут здесь примерно в полдень.
– Мы это знали и без нее. Что тебя так удивило? – подняв на Алака вопросительный взгляд, поинтересовалась богиня.
Эльф снова кивнул на восток и растерянно ответил:
– Сюда идут только Халфас и Валефос. Куда делся Вепар, не знает даже она…
* * *
Чуть размытая туманом облаков, луна все так же цеплялась за одну из угловых башен. Заметно усилившийся ветер принёс с собой запахи лесных трав и погнал на восток тяжёлые грозовые тучи. Висящую над замком тишину нарушали пересвист ночных птиц и шаги дежуривших на стенах стражей. Этот мир продолжал жить. Сущему плевать на всех темных богов и титанов. Ведь они, по сути, тоже являются его частью.
– Все в порядке? – шагнув из тени приземистого двухэтажного здания, поинтересовался Фарат.
В голосе сотника слышались едва заметные нотки тревоги. Он, видимо, как-то почувствовал мое состояние… или у меня все написано на лице?
– Можно сказать и так, – кивнул ему я. – Пойдёмте, мне нужно срочно видеть барона. А по дороге расскажете, где у вас тут находится святилище Саты.
– Вы знаете о том, что на территории замка есть святилище Изменчивой? – направляясь к донжону, удивлённо переспросил сотник.
– Да… Я даже знаю, какого цвета в этом замке угловые башни.
– Там, в юго-западной части двора, у стен, – Фарат махнул в указанном направлении и вздохнул. – Только старый Иллам – настоятель – говорит, что богиня куда-то ушла и не откликается на его зов. Однако мы все равно продолжаем жертвовать… Мы очень чтим Госпожу.
– Она вернётся, – успокоил его я. – Очень надеюсь, что это произойдёт именно сегодня.
Ну да… Все наконец сложилось в понятную картину. В замке Ар-Ираза во время того странного киносеанса на полотне с изображённым богом Домашнего Очага Алеоном барон приказал Фарату уводить со стены людей. Сказать по правде, я не очень верил в то видение. Ведь в нем в момент атаки я, Ваесса и Кан находились не на замковых стенах, а возле святилища Саты. Я не собираюсь прятаться за спинами защитников, и плевать на то, что там мне напророчило Сущее.
Однако как же все красиво повернулось! Не нужно быть семи пядей во лбу, дабы понять, что сюда идёт Древний. Твари каким-то образом узнали, где находится филактерия существа, способного нанести им действительно значимый вред, и решили эту досадную помеху устранить. Они в курсе, что Крылатый сейчас, по сути, беззащитен, иначе пришли бы сюда втроём. Зная все это, богиня Удачи сделала и свою нереальную ставку. Только зря она так… Я и без клятвы никуда бы отсюда не ушёл. Хотя, думаю, весь тот концерт ей был нужен лишь для того, чтобы указать мне место предполагаемой атаки и закрепить с Сущим свой договор. Сата не знала, окончательной ли будет моя смерть, а я не знал тогда, что магию Древних нельзя вылечить ни свитками, ни зельями. Ну да и плевать! Жаль, конечно, что после себя я никого оставить не успел, но у Макса с Алёной когда-нибудь родятся дети. Назовут одного из них Ромкой – делов-то.
Представив себе рогатого львенка, я улыбнулся, и в этот момент последний кусочек мозаики лег на свое законное место. «Даже твоя гибель может исправить ситуацию», – сказала Сата в момент нашей последней и единственной встречи. Что это означает? Все просто. Для того чтобы освободить Крылатого Властителя Фалета, достаточно ранить любого из Древних богов! Ведь я никак не смогу никого из них убить, если сам буду мертв. Да и что может сделать игрок твари, против которой бессильны боги этого мира? Система не выдает невыполнимых заданий. А значит, титан подохнет! У меня хватит сил достать его хотя бы один раз. Следом за ним подохнут и остальные, а Сата пусть присматривает потом за моими племянниками. А еще я стопроцентно уверен, что таким образом освобожу Джаэлит, ведь, по сути, и буду являться причиной смерти этой твари. Это хорошо! Как-то не хочется уходить в Пламя клятвопреступником.
«А жизнь-то налаживается!» – я улыбнулся и подмигнул висящей над замком луне. Смерть не страшна в том случае, если она не напрасна. А я не собираюсь просто так умирать…
Зайдя в донжон, мы поднялись по лестнице на второй этаж и прошли в зал приемов по широкому коридору с развешанными на стенах картинами.
Всего тут собралось чуть больше двадцати человек. Ну да, кто бы из местного начальства пропустил визит столь необычных гостей, особенно если учесть тот факт, что эти гости утром покинут замок?
При нашем появлении все разговоры стихли. Сидящий во главе П-образного стола барон поднялся, хотел что-то сказать, но слова застряли у него в горле. Видимо, я и впрямь выглядел несколько необычно.
– Что-то не так, князь? – после десятисекундной заминки произнес он.
– Все не так! – глядя ему в глаза, ответил я. – Этот замок утром атакует один из Древних богов. Из тех, что идут к Великому Лесу. С ним идут измененные. Срочно эвакуируй людей! Я бы посоветовал уйти вам всем, но почему-то уверен, что вы меня не послушаете.
После моих слов в зале повисла гробовая тишина, такая, что стал отчетливо слышен стук висящих на стене гномьих часов. Барон вздохнул и, не отрывая от меня взгляда, медленно опустился на свое место.
– Ты ведь расскажешь, князь, откуда у тебя такая информация? – негромко спросил он.
– Да, конечно… – я прошел вперед, сел на предложенное место и вкратце рассказал то, что мне известно. О просьбе Саты, Крылатом Властителе и направлении предполагаемой атаки. Не упомянул только о том, что нас связывает с богиней Удачи и о своих выводах на тему освобождения Фалета. Не стоит давать этим людям лишнюю надежду. Я все равно сделаю то, что задумал, а получится или нет – сам, наверное, не узнаю уже никогда.
В итоге уложился я минут в пять. Под конец налил себе бокал вина, сделал пару глотков, пожал плечами и замолчал.
Первым тишину нарушил Ульрих. Не глядя на меня, он усмехнулся, покачал головой, затем медленно обвел взглядом своих людей и произнес:
– Значит, так тому и быть! Фарат, баллисты с Северной стены перенести на Южную, Древний в любом случае придет со стороны Даркана. Ганс, Вард, уводите детей и всех, кто не будет задействован в обороне. Кирм, выдай Фарату зачарованные наконечники, и начинайте кипятить смолу.
– Ты прав, князь, – обернувшись ко мне, добавил он. – Мы никуда не уйдем! Герцог Керата и король поставили нас на страже южной границы, и мы будем ее защищать. Я понимаю, что в сражении с богом гарнизону не выстоять, но, быть может, наша смерть хоть как-то поможет тем, кто ушел к Великому Лесу.
Барон поднялся со своего места и рявкнул:
– Все свободны! Кирм, зайдешь ко мне, я выдам по десять золотых каждому уходящему.
«Все верно, – мысленно согласился с ним я, – солдаты должны знать, что их семьям голодать не придется». Ведь десяти золотых человеку хватит надолго. Главное, чтобы они все успели уйти.
– Только не говори, что ты ничего не задумал, – положив мне на запястье ладонь, негромко произнесла сидящая слева Ваесса. – Вот ни за что не поверю в это.
На лицах моих ребят я, к своему удивлению, не увидел и грамма тревоги. Фантик что-то сосредоточенно жевал, а новость, что я принес, взволновала его так же, как медведя волнует подвешенный на суку светофор. Риис беспечно разглядывал висящие на стенах картины, Раена, глядя на него, что-то негромко объясняла Масяне. И только Пончик, Ваесса и Кан внимательно смотрели на меня.
– Ну как сказать… – отодвинув бокал, я посмотрел на Ваессу. – Все это пока на грани предположений.
– Твои предположения в большинстве случаев оказываются истиной, – улыбнулась дочь некроманта. – Так что делаем мы?
– Вы сейчас идете спать, – поднявшись из-за стола, я поправил на поясе ножны и кивнул на висящие на стене часы. – Сомневаюсь, что Древний атакует раньше полудня. Кан, переговори с бароном насчет нашего места на стенах. Ну а я прогуляюсь до святилища Саты. Думаю, мне удастся найти там ответы на некоторые вопросы. Утром обо всем поговорим.
Я задвинул стул, кивнул всем и не торопясь отправился на выход.
Замковое святилище занимало территорию раз в десять меньше той, что окружала храм Саты в Венерне. Оно и понятно – замок не город, и свободная земля тут буквально на вес золота. И да, в том видении мне предстало именно это святилище. Невысокая кованая ограда, черно-белый мрамор стен, круглые ухоженные клумбы, небольшой портик с барельефом в виде лисицы, обвившей ноги хвостом. Тогда, в видении, я кивнул настоятелю храма. Это означает, что мы на тот момент уже были с ним знакомы. Думаю, не стоит пока изменять предначертанное. Время для этого еще не пришло.
Едва слышно скрипнула калитка, я прошёл по дорожке, выложенной из черно-белых плит, и потянул на себя ручку прямоугольной двустворчатой двери.
Храмы и святилища тут закрывают в каких-то совсем уж особенных случаях, но сегодня была явно самая обычная ночь.
Ноздрей коснулся знакомый аромат женских духов, я перешагнул порог и оказался в небольшом, слабо освещенном помещении. Изнутри святилище практически не отличалось от храма в Венерне. Деревянные скамейки вдоль стен, стрельчатые окна, массивный мраморный алтарь. Только трехметровая статуя Саты, что стояла за алтарем, была совсем другой. Богиня тут стояла вполоборота. На обращенном ко входу лице – выражение глубокого раздумья. Левая рука согнута в локте и поднята на уровень груди, правая с раскрытой ладонью протянута назад, словно богиня звала за собой кого-то невидимого.
Слева от алтаря стоял высокий кряжистый старик с аккуратно подстриженной бородой и вопросительно смотрел на меня.
– Доброй ночи! – вежливо поздоровался я.
Старик окинул меня цепким взглядом своих выцветших глаз и удивленно покачал головой.
– Здравствуй, демон, – произнес он низким приятным голосом. – Вот уж не думал, что когда-нибудь встречу кого-нибудь из твоего народа. Я Иллам, в меру своих скромных сил слежу за этим…
Договорить он не успел. Заметил висящую в моем ухе серьгу, на мгновение замер, затем дернулся, и глаза его вспыхнули зеленым колдовским светом. Знакомая, однако, тема. Именно за этим я сюда и пришел.
– Возьми ее за руку, – кивнув на статую, сухим безжизненным голосом произнес старик.
Хм. А вот это что-то новое. Я пожал плечами, обошел алтарь и, уже примерно зная, чего ожидать, вложил свою ладонь в руку бронзового изваяния. В следующую секунду тусклые магические светильники на торцевой стене закачались и вспыхнули ярким голубым светом, пол под ногами качнулся…
Поясницу пронзила резкая боль, в лицо пахнуло прелыми листьями. Чтобы удержаться на ногах, я левой рукой оперся о ствол поваленного дерева, правой вытер выступившие на глазах слезы, одновременно с этим пытаясь сообразить, куда меня закинуло на этот раз.
Харт! Так ведь и ослепнуть недолго. Впрочем, возмущаться бесполезно. Системе, которая отправляет меня в подобные места, на все мои претензии положить. Ну и хрен с ней! Зрение окончательно вернулось секунд через десять, и я наконец смог оглядеться по сторонам.
М-да… Над головой желто-рыжие кроны высоких раскидистых деревьев, под ногами толстый ковер прелой листвы. В глубокой черной луже прямо у моих ног плавают небольшие серебристые рыбки. Полусгнивший ствол за спиной облеплен ярко-красными грибами со слегка вывернутыми шляпками. Местные опята, надо понимать? Со всех сторон меня окружал осенний лес, и совершенно непонятно, какого, собственно, хрена я тут оказался.
Не успел я так подумать, как воздух впереди заискрился, и из сверкающего облака появилась она. Сата была одета так же, как и в момент нашей встречи: кожаные полусапожки, шортики, черный камзольчик без воротника. Вот только полупрозрачная фигура и безжизненное выражение лица говорили о том, что сама богиня находится где-то далеко. Никаких особенных чувств у меня её явление не вызвало. Да и какие чувства, скажите, может вызвать вид голографической проекции?
– Ты пришёл… – глядя мимо меня и едва шевеля губами, знакомым голосом с едва заметной хрипотцой произнесла она. – Не отвечай, я все равно ничего не услышу.
Странно. Зачем тогда нужен весь этот концерт? «И через старика могла бы поговорить», – подумал я, облокачиваясь на лежащий за спиной ствол.
– Сюда идёт один из Древних богов, – продолжила тем временем Сата. – Прости, я сама узнала об этом в последний момент и уже не могла тебя предупредить. Поэтому предупреждаю сейчас и требую, чтобы ты ушёл! Я не хочу ничем больше жертвовать и освобождаю тебя от клятвы! Этот бой тебе не выиграть никогда!
«Ага, сейчас! Уже, блин, побежал!» – мысленно усмехнулся я. Она, видимо, не знает про мой меч и про филактерию Крылатого Властителя Лемурии. Ну что ж, устроим ей небольшой сюрприз.
– Я раскидала закладки по всем своим храмам, и, надеюсь, ты был хотя бы в одном из них. – Проекция богини сделала шаг вперед и наконец нашла меня взглядом.
– Я не сказала тебе главного: твой друг… Ты ещё сможешь его…
Внезапно картинка подернулась рябью, как это бывает с изображением визора. Сата продолжала говорить, но звук пропал полностью. Стволы деревьев изогнулись самым причудливым образом, пошла волной устилающая землю листва.
– Что?! Что смогу?! – проорал я, когда деревья резко увеличились в размерах и картинка окончательно исчезла.
В следующую секунду я ощутил себя висящим в нескольких сотнях метров над землей, а подо мной, по бескрайней зеленой степи, растянувшись на пару километров, двигалась огромная армия изменённых. Тяжёлая и лёгкая конница, латная пехота, стрелки. Всего, навскидку, около семидесяти тысяч дарканцев. А впереди, тяжело ступая по горящей чёрным пламенем земле, низко склонив свою рогатую голову, шёл Вепар.
Харт! Мало тебе, сука, было прошлого раза?
Грязно-серую фигуру Древнего бога прикрывала темная дымка защитного поля, земля выгорала вокруг метров на сто, не нанося при этом никакого урона двигающимся рядом изменённым. Тысяча сорок восьмой уровень и девятьсот восемьдесят миллиардов его ХП по факту являлись приговором для этого мира.
Нет никаких сомнений, что эта тварь идёт к Рейну. Лес окружает замок Ульриха только с севера и востока, титана заметят заблаговременно, но только что это даст? Двести человек гарнизона против семидесяти тысяч дарканцев и этого десятиметрового ублюдка? Да он выше замковых стен! И вообще, какого хрена я тут болтаюсь?! И что с Максом? Сата, видимо, решила поставить на себе крест и попыталась сказать мне то, о чем говорить нельзя. С Системой, увы, такие фокусы не прокатывают. И что?! Что я могу для него сделать?! Сата освободила меня от клятвы, только вот сам я себя от неё не освобождал! А Макс… надеюсь, что он переживёт эту войну… Я не могу уйти! Мне обязательно нужно выдернуть из филактерии Фалета, чтобы он замочил эту поганую тварь!
В этот момент Вепар задрал свою уродливую голову, мы встретились взглядами, и мое сознание погрузилось во тьму.
Глава 3
Яркое полуденное солнце выглянуло из-за облаков, осветило заснеженные пики далеких гор, отразилось от наконечников копий выстроившейся на равнине армии и мягко позолотило вершины холмов. Ветер подул с другой стороны, в воздухе повеяло влагой и ароматами болотной травы.
– Ты как? – Макс оторвал взгляд от двух гигантских фигур на горизонте, чтобы взглянуть на сидящую у костра Алёну.
– Я-то? В порядке. Но гораздо лучше чувствовала бы себя там, вместе с остальными, – кивнув на правый фланг выстроившейся армии, легко пожала плечами девушка.
– Не начинай по новой, – тут же нахмурился Макс. – Эланка вон вообще в Сиуране осталась.
– Да что такого-то? Подумаешь, беременная!
– Ален… – Макс опустил голову, вздохнул и устало покачал головой.
– Ну ладно, ладно, не злись, – не дала ему договорить девушка. – Я все понимаю, просто мне как-то не по себе.
Со стороны было заметно, что подруга нервничает ничуть не меньше, чем он. Да и вряд ли тут вообще кто-то смог остаться спокойным после того, как враг появился на горизонте. Тысяча сорок восьмые уровни и почти два триллиона ХП на двоих!
Тяжело покачиваясь, титаны шли вперёд с неотвратимостью надвигающейся смерти. Армию изменённых, двигающуюся слева от них, прикрывало пылевое облако, которое протянулось до края горизонта. Жесть! Но Кирана, Алак, Лоэтия и другие союзные боги не выказывали ни малейшего беспокойства, а значит, пока заморачиваться не стоило.
Если рассуждать здраво – это какой-то жуткий сюрреализм. По словам Пончика, за все время игры богов видели не больше пары тысяч игроков, а тут сразу десять в одном месте и ещё два на подходе! И самое дикое, что сражаться они будут, как простые игроки: в две группы, с двумя танками и тремя хилерами. Такое почти не укладывается в голове, но в мире, где все ещё работают игровые законы, по-другому, наверное, нельзя. Нет, Ромка рассказывал, как Лилит взлетела над равниной и за пару минут уничтожила всю собравшуюся под стенами замка нежить, но сегодня полетать ни у кого не получится. По крайней мере, до того момента, пока не погибнут титаны. Кирана, Алак, Мирт, Сетара, Лоэтия, Ингвар, Проводница в Серые Пределы и Хранительница тайн Мара, богиня Жизни и Покровительница друидов Нима, бог Охоты Диланнайн и Покровитель лесных духов Америс. После наложенного Максом баффа максимальное ХП каждого из них приблизилось к ста миллиардам и в четыре раза вырос максимальный запас праны. Регенерация ХП в бою, которую каждый защитник Великого Леса получает от Благодати, тоже выросла четырёхкратно.
Макс окинул взглядом выстроившуюся на пустоши армию, и у него в душе неожиданно затеплилась надежда. Все-таки титанов два, а не три. Быть может, им хватит сил, и умирать сегодня необязательно? Но нет! Парень покачал головой, отгоняя непрошеное чувство. Надеяться нельзя! Ему просто может не хватить воли на последний шаг. Он уже все для себя решил, и отступать от своего решения не намерен!
– Да приди ты в себя!
Макс вздрогнул и перевел взгляд на Алену, которая трясла его за плечо.
– Извини, задумался, – улыбнулся он жене.
– О чем? – с нотками подозрения в голосе тут же поинтересовалась Алена.
Макс, не торопясь, вытащил из сумки трубку, закурил и, немного смутившись, пояснил:
– Мы ведь еще имена не придумали детям. А если вдруг со мной сегодня что-нибудь…
– Даже думать не смей! – не дала ему договорить Алена. – Все, что с тобой могло случиться, – уже случилось.
– Мужчины – народ мнительный, – улыбнулся Макс. – Но все равно давай придумаем их сейчас?
Девушка смерила его с ног до головы подозрительным взглядом и нарочито нахмурилась:
– Попробуй мне только уйти с этого холма! Слышал, что сказала Кирана?
– Ален! – вздохнул Макс.
– Да что тут думать? Мальчишек – Рома и Максим…
– А девочек – Вера, Надежда, Любовь?
– Вот еще, – фыркнула Алена. – Сата, Лоэтия и Кирана – три богини, что поучаствовали в нашей судьбе. Вот пусть и присматривают за своими тезками.
– Мне нравится, – Макс улыбнулся и прижал подругу к себе. – Тут, правда, не принято называть детей именами богов.
– Ты Хранитель, тебя эти условности должны волновать мало.
Девушка подняла на него взгляд и, кивнув в сторону наступающей армии, спросила:
– Скоро уже начнется? Тут и так нервы ни к черту, а еще это ожидание…
– Минут пятнадцать, – пожал плечами Макс. – В прошлый раз Древние атаковали с километровой дистанции. И не переживай, все будет хорошо.
– Я очень на это надеюсь, – зябко повела плечами Алена.
Армия защитников выстроилась в три ряда по тысячам. Эльфы на правом фланге, гномы в центре, а на левом – легионы короля Райана вместе с тяжелой эрантийской конницей. Это разделение условно. Всю вторую линию армии занимали эльфийские стрелки и шаманы крадущихся. Они отойдут, если измененные прорвут пятнадцать шеренг тяжелой пехоты первой линии. Маги сейчас замерли перед строем. Их задача – быстро раскидать перед вражеской армией ловушки и, отойдя назад, за строй латников, занять свое место рядом с хилерами и стрелками.
Со своего холма Макс мог наблюдать только за правым флангом армии защитников. Конечно, можно было воспользоваться возможностями Хранителя и рассмотреть построение в мельчайших подробностях. Вот только зачем? Он этой армией не командует и мало что сможет понять. Все, что возможно, уже сделано, бафф висит на всех, и больше Хранитель ничем помочь им не может. Пока не может…
Боги разделились на две группы: Кирана, Алак, Лоэтия, Мара и Америс заняли позицию напротив холма, где сейчас находился Макс. Ингвар, Мирт, Сетара и Диланнайн – в двух сотнях метров правее, а между ними, на равном расстоянии от обеих групп, замерла хрупкая фигурка Нимы. Ей в предстоящей битве отведена роль резервного хилера. Ингвар и Алак чуть впереди – эти, как и в прошлый раз, будут танками. Третий танк сегодня не нужен, и Америс, скорее всего, будет драться в форме ликарна. Впрочем, боевую форму из богов пока не принял никто.
«А все-таки интересно, куда мог подеваться Вепар?» – вздохнул Макс и покосился на разноцветные иконки в углу виртуального экрана. Вернулся на юг материка? Отстал в дороге? Пытается обойти объединенную армию с фланга? Призраки Морриган сообщили, что в радиусе нескольких сотен километров его нет. Титан просто исчез. Что это? Какая-то жуткая задумка Древних или великий подарок Системы?
Еще минут двадцать назад стоял невообразимый шум, но сейчас построение закончено и над пустошью повисла напряженная тишина. Десятки тысяч взглядов направлены на восток, туда, где в приближающемся облаке пыли уже можно различить массивные приземистые фигуры.
Вообще, подобное может происходить только в компьютерной игре. Эльфы и их союзники заняли позицию точно на пути армии измененных, которая шла в наступление ровно в том же месте, где и две с половиной тысячи лет назад. «Битва за гору Хиджал», – так почему-то назвал предстоящее сражение Алекс. И не только он, некоторые ребята из «клинков» вчера утром говорили то же самое. Что это за гора такая – Макс так и не узнал. Забыл поинтересоваться, да и не до этого ему сейчас.
Чтобы хоть как-то унять волнение, он прикрыл глаза и пару раз глубоко вздохнул. Ведь, казалось бы, чего волноваться тому, кто твердо решил уйти за грань? Да вот только уйти просто так – это бессмысленно израсходовать дарованный потенциал. Атаковать нужно в самый подходящий момент. Знать бы только еще, когда этот момент наступит…
Фигуры Древних с каждой минутой увеличивались, и Макс уже воочию мог оценить, какие они огромные. Нет, разработчики могли, конечно, нарисовать и Годзиллу, но непонятно, кто и почему решил сделать их четвероногой смесью ящерицы и коровы. Широкий костяной воротник, огромные, изогнутые рога с торчащими вперед остриями, массивная треугольная морда. Древние, помимо всего прочего, являлись могучими магами, только вот человеку, воспитанному на произведениях Роулинг, достаточно сложно представить огромную кастующую корову.
Задумавшись, Макс пропустил момент, когда оба титана слитным движением склонили головы и на ожидающих богов полетели два огненных шара. Примерно трехметрового диаметра, разбрызгивая частички огня и оставляя за собой чёткий дымный след, они летели, издавая на лету звук падающей авиационной бомбы.
– Жесть! – выдохнула стоящая рядом Алена.
Фигуры союзных богов мгновенно увеличились в размерах. Нима, Сетара и Лоэтия одновременно вскинули руки… Один из шаров ударил в полупрозрачный щит, появившийся перед группой Кираны, вспыхнул и раскалённой лавой стек по защитной пленке на землю. Второй пролетел значительно выше и с оглушительным грохотом врезался в вершину соседнего холма. Земля под ногами вздрогнула, холм стал похож на извергающийся вулкан, а в воздухе ощутимо запахло гарью. Пончик и Алекс утверждали, что в сражении с участием игроков ни одно существо не может атаковать магией с дистанции больше пятидесяти метров. Древние, наверное, руководство пользователя не читали.
В строю объединенной армии наметилось оживление, воздух огласили сухие резкие команды легатов, с левого фланга донеслась барабанная дробь. Теперь было отчетливо видно, что в передних рядах атакующих идут крупные четвероногие животные, похожие на африканских носорогов. Происходи подобное в реале, и у защитников не осталось бы ни единого шанса. Но тут не реал, а измененные – это такие же мобы и НПС, и их эффективность в бою просчитана математически.
Древние повторно атаковали через пару минут, когда расстояние уже не превышало шести сотен метров. В этот раз прицел сбился ещё сильнее, и оба шара, пролетев по пологой дуге, упали в лес. Оно и понятно: на ходу стрелять трудно да�