Тайны великой академии. I том. Гиены и львы

Глава 1

Отправление

На улице стояла жаркая, даже знойная погода. Солнце тем летом будто пыталось сжечь всех жителей деревни Садлер, населённой крестьянами и мелкими землевладельцами. Дарим лежал на стоге сена в тени небольшого деревянного навеса и смотрел на бескрайнее голубое небо. Он думал о том, что вездесущая жара доконала не только его, но и каждого, кто жил в королевстве Эденвер. «Никогда в жизни мне не было так жарко, – недовольно размышлял Дарим. – Какой там тренироваться – при такой температуре жить нормально не выходит».

Тогда Дарим впервые пропустил одну из своих регулярных тренировок, которые были необходимы для достижения его главной мечты. Юноша был крестьянином, поэтому должен был наравне с другими представителями сословия возделывать землю, пасти и доить коров, собирать урожай, платить местному землевладельцу, воспитывать собственных детей и учить их продолжать крестьянское дело. Дарима передёрнуло от одной этой мысли: «Ересь какая. Родился в деревне – паши землю, родился в городе – выбирай, чем хочешь в жизни заняться? И кто вообще придумал такие порядки? А если я не хочу пахать землю? Если я терпеть не могу доить коров? Если я не хочу жить ради того, чтобы продолжить свой род и бесследно умереть?» Слова давно заученного монолога были для юноши сродни молитве, которая помогала ему верить в возможность изменить свою судьбу.

Дарима, как и многих юношей его возраста, перспективы мирной крестьянской жизни никак не устраивали. Благо, в королевстве Эденвер имелось одно место, которое могло изменить жизнь любого: как сына богатого графа, так и безродного простолюдина. Местом этим была Академия Вестерион, в простонародье просто Академия. Совместным решением её основали король Лумир де Альтер и лидеры ордена Королевских рыцарей.

На бумаге учебное заведение мало чем отличалось от многих других военных академий, разбросанных по Эденверу. Но только оно открывало возможность вступления в ряды самого влиятельного в королевстве ордена. Речь, конечно же, о Королевских рыцарях, в которые раньше принимали только членов знати или воинов, прославленных в сражениях. Вступление в орден гарантировало человеку высокий титул, выплаты до конца жизни, всеобщее уважение и прочие прелести приближённых к власти. Плата за удовольствие – выпуск из Академии и последующая пятилетняя служба, после которой начиналась жизнь, полная пиршеств, балов и всего того, чем предпочитали заниматься богатые люди.

Такая жизнь и была мечтой Дарима. Какое же это, наверное, удовольствие, провести всё детство в деревне, засыпая на соломе и просыпаясь под пение петухов, а затем переехать в какое-нибудь шикарное поместье под столицей, ночевать в комнате, размером больше любой избы в Садлере. Ради этого Дарим и тренировался. День за днём он бегал, отжимался, плавал в реке и никогда не упускал шанса с кем-нибудь подраться. Для спарринга выбирались и сверстники, и ребята постарше, а порой даже выпившие взрослые, которые никогда не ждали от Дарима нападения в лоб.

Между тем, солнце начало постепенно спускаться к горизонту. Дарим сжал руку в кулак и осмотрел её. На коже виднелись синяки и мелкие порезы, костяшки были сбиты. Дарим довольно улыбнулся, разжал ладонь и потянулся, добротно зевнув.

– Хоть за сегодня, по итогу, так ни к чему и не притронулся, – начал про себя Дарим, – но устал так, будто пахал. Жара сильно утомляет…

– Дари-и-и-м! – послышался издали старческий голос, ставший родным за долгое время. – Ужин готов!

– Иду! – отозвался Дарим, поднялся и поспешил домой. Ужин в его доме не терпел промедлений.

Родители Дарима погибли практически сразу после его рождения, поэтому жил и воспитывался он в богатой, по меркам крестьян, семье Эшфорд. В её главе стояла старуха Хильга, вдова очередного несостоявшегося графа, который не смог защитить доставшееся от отца наследство.

Это было достаточно типичной картиной для королевства тех времён. Мужа звали Ролан эль Торо. Хильга была мудрой женщиной и скорый крах своего супруга предсказала задолго до того, как он случился. Младший брат Ролана был влиятельнее и умнее, поэтому, даже вопреки законам, имел больше прав на наследство. Когда он с отрядом рыцарей, служивших еще его покойному отцу-графу, осадил поместье Ролана, Хильги внутри уже не было.

Женщина забрала с собой драгоценные камни и дорогие одежды, сколько смогла унести, сбежала в соседнюю провинцию и сменила фамилию на Эшфорд. Распродав дорогое имущество мужа, Хильга получила достаточно средств, чтобы выкупить в Садлере участок земли средних размеров, построить свой собственный дом и забыть о том, что такое работа, до конца жизни. Вот только подобный расклад вскоре наскучил женщине. Она начала развивать своё хозяйство, а позднее обустроила в доме небольшой приют для сирот. Поэтому помимо Дарима в доме Хильги жило ещё семеро детей.

Зайдя внутрь помещения, где уже витал запах щей, Дарим снял кожаные сапоги и проскользнул к умывальнику. Старуха никому не позволяла прикасаться к еде грязными пальцами. Ополоснув руки, юноша прошёл на кухню, которую пришлось осветить свечами, дабы во время ужина не стало слишком темно после захода солнца.

Запах овощей там оказался ещё сильнее, чем при входе, заставляя желудок Дарима скрутиться от голода. За столом уже сидели остальные воспитанники Хильги и со злостью смотрели на своего брата. Правила гласили: пока все сироты не соберутся, еда не будет подана. По задумке это должно было научить детей работе в команде и взаимовыручке, но на деле только разжигало неприязнь к тем, кто опаздывал на приём пищи.

Дарим занял свое место, после чего Хильга ловко надела прихватки и понесла суп к столу. Наклонившись, чтобы поставить котёл, старуха вдруг коротко вскрикнула и разжала руки. Котелок с грохотом приземлился на стол и чудом не завалился на бок, однако часть супа все равно пролилась на белую скатерть, а горячие капли обожгли щёку старшей девочке по имени Ройс. Та, не обратив внимание на ожоги, вскочила из-за стола, подхватила Хильгу под руку и затараторила:

– Бабушка Хильга, вы в порядке?! Вам больно?!

– Всё хорошо, девочка моя… – отозвалась старушка. – Просто спину защемило. Ох, что же я наделала. Никто не обжёгся? Я сейчас вытру стол…

– Нет, бабушка, всё хорошо! – Ройс замотала головой. – Мы сами всё уберем, а вам сейчас нужно прилечь, – девушка поспешила отвести Хильгу в соседнюю комнату, чтобы уложить на кровать.

Старушка хотела было возразить и заверить, что с ней всё в порядке, но воспитанница и слушать ничего не хотела:

– Вам нужно отдохнуть, а то спина ещё сильнее заболит!

Не дожидаясь Ройс, один из сирот встал из-за стола, вышел из кухни и вернулся с тряпкой, которой начал вытирать пролитый суп. Мальчика звали Хельн. Ему было четырнадцать – на год меньше, чем Дариму. Несмотря на юный возраст, разницу в росте и весе, серые глаза черноволосого мальчика впились в Дарима, отражая все эмоции Хельна.

– Как думаешь, почему это случилось, братец? – процедил сквозь зубы Хельн, сделав намеренный акцент на последнем слове. – Дам подсказку. Сегодня из-за погоды Хильга надрывалась больше обычного, ведь какой-то негодяй вместо того, чтобы ей помогать, снова шлялся где-то в полях, занимаясь очень важными тренировками. Что ты скажешь в свое оправдание на сей раз?

– Моё присутствие не изменило бы ровным счётом ничего, – пожав плечами, парировал Дарим. – А спина у старухи болит не первый год, могла бы уже начать беречь себя.

– А, теперь вот что, – прошипел Хельн и посмотрел на грязную скатерть. – Долго придумывал или подсказал кто? Годы идут, а ты не меняешься. Каждый из нас заработал на этот суп своим потом. Каждый, кроме тебя, урод.

Дарим посмотрел по сторонам. Все сироты сверлили его взглядами, но молчали. Некоторые сжимали кулаки. Сердце Дарима быстро заколотилось, чувство приближающейся драки обожгло тело и заставило дыхание участиться.

– Я не крестьянин, понял? – огрызнулся Дарим. – Никогда им не был и не бу…

Не дав ему закончить, Хельн швырнул грязную тряпку в лицо Дариму. Она была мокрой, скользкой и горячей.

– Вот весь суп, что ты заслужил, – прорычал Хельн, – жри его и проваливай отсюда.

Дарим отбросил ткань, вскочил на ноги, опрокинув стул, и стиснул пальцы. «Маленький засранец, – рассердился Дарим у себя в голове. – Давно нужно было избить его, чтобы начал проявлять уважение к старшим».

Дарима переполняли злоба и обида, остатки супа неприятно жгли лицо. Рядом с Хельном поднялись ещё трое мальчиков, готовые поколотить неблагодарного брата. Драки было не избежать, но на кухню вовремя вернулась Ройс.

– Прекратите немедленно, – сказала девушка ледяным тоном. – Увидь вас сейчас бабушка, убила бы на месте.

Слова старшей сестры немного разбавили напряжённую обстановку, и все, кроме Дарима, вернулись за стол. Ройс подошла к котелку, взяла тарелку, налила в неё суп и поставила порцию перед Даримом.

– Бабушки на ужине не будет, – пояснила Ройс для остальных детей, а затем перевела взгляд на Дарима. – Тебе сегодня лучше поесть вне дома.

– Он не заслужил! – тут же взъелся Хельн. – Кто-то из нас по итогу съест меньше, а он получил полную порцию!

Недовольные выкрики одного из младших братьев продолжались и дальше, но Дарим поспешно избавил себя от них, направившись к выходу. Смачно хлопнув дверью, он вышел на улицу. Действие адреналина постепенно заканчивалось, а красивый вид заката гасил огонь ненависти внутри Дарима. От неприятной сцены за столом оставалась только горькая обида. Дарим прокрутил в голове произошедшее и решил, что все-таки стоило как следует врезать Хельну.

«Из всего, что мог позволить себе этот уродец, он выкинул самое унизительное! – мысленно заворчал Дарим. – Каким же противным он вырос! Раньше Хельн был другим. Во времена, когда здоровью и силе старухи Хельги мог позавидовать любой мужик с деревни, моё присутствие на том же сборе сена и впрямь ничего не меняло, поэтому я мог спокойно посвящать себя тренировкам и упражнениям, а вечером никто не хотел меня за это убить».

После недолгих раздумий Дарим решил поужинать на ступеньках дома, дабы не тревожить его обитателей, но и не таскаться потом с грязной тарелкой по всей деревне. Щи оказались чертовски хороши.

– В чём – в чём, а в готовке старуха с годами хуже точно не стала, – довольно хмыкнул Дарим.

Покончив с едой, Дарим оставил тарелку возле двери и побрёл в сторону полей. Несмотря на ужасную жару, у июля имелось неотъемлемое преимущество – можно было спокойно ночевать вне дома и не бояться замёрзнуть насмерть. В случае Дарима, к этому добавлялась прелесть не спать в одной комнате с людьми, готовыми вцепиться в его глотку по любому поводу и без него. За последние несколько месяцев отношения с сиротами стали хуже, чем были когда-либо. В голове Дарима снова возникла сцена с супом. Миновав пренеприятный эпизод перепалки с Хельном, мысли перенеслись к моменту, когда Хильга схватилась за спину.

– Завтра старуха вряд ли пойдёт в поля работать, – рассуждал вслух Дарим, взбираясь на приглянувшийся ему для сна стог сена, – Ройс её просто не пустит. Значит, будет меньше на одну пару рабочих рук. Если и завтра не явлюсь, этого мне уже точно не простят. Ну что за наказание…

В конечном счёте Дарим решил, что на следующий день поможет другим сиротам с уборкой сена. Проснувшись, он, по обыкновению, совершил небольшую утреннюю пробежку, сделал зарядку, а потом отправился к своим братьям и сёстрам, которые уже без устали работали в поле и формировали нескончаемые стога сена.

Прибытие «блудного сына» либо не заметили, либо нарочно проигнорировали. Дарим пожал плечами, взял свободные вилы, которыми обычно орудовала Хильга, и молча принялся помогать. Сироты косились на него, однако ничего не говорили вплоть до первого перерыва.

– Ваше высочество, – подойдя к брату, величаво поздоровался Хельн и отвесил невероятно изящный для крестьянина поклон, – позвольте узнать цель вашего визита в столь отдалённые края.

Хельн звучал по-детски наигранно и глупо, что вызвало у других сирот вырывающиеся смешки. Дарим мысленно приготовился к всевозможным колкостям в свой адрес.

– Неужто не нашлось более благоприятного места для празднования вашего дня рождения? – внезапно выдал Хельн.

– А? – удивился Дарим.

– Ройс знала, что ты забудешь, – усмехнулся Хельн. – Сегодня, балда, тебе исполняется шестнадцать лет.

Дарим покраснел. Он и правда всегда забывал дату своего появления на свет. В течение года помнил, как имя родное, а под самое наступление вдруг забывал. На лице юноши поплыла виноватая улыбка. Сироты начали невпопад кричать «С днём рождения!», прыгать вокруг именинника и орать глупые подобия поздравлений. Хельн, довольный результатом небольшого розыгрыша, сделал пару шагов к Дариму и протянул ему руку.

– Мы рады, что ты явился сегодня, – улыбнулся Хельн. – Про день рождения забыл, а значит, ты пришёл помогать, а не слушать поздравления.

Дарим, не найдя что сказать, молча пожал брату руку и кивнул. Он хотел о многом поговорить с сиротами, начав с извинений за вчерашнее, однако его перебили.

– Эй, ребятишки! – раздался мужской голос со стороны дороги. – Идите чего покажу!

Дети синхронно повернули головы на звук. Невдалеке стоял рыцарь, причём не абы какой, а Королевский. Это был мужчина среднего роста с короткими тёмными волосами и крупным кривым носом.

На рыцаре сидела металлическая кольчуга, поверх которой развевался плащ, расписанный в красные и жёлтые квадраты. Внутри красных красовались остроклювые вороны – символ королевства Эденвер, в жёлтых – каменные башни, как демонстрация единства всех подчинённых короля. Ноги рыцаря защищали латные поножи и набедренники, на руках сверкали тяжёлые перчатки из того же материала.

К небольшому разочарованию детей, голову, вместо красивого шлема, укрывал лишь белый стёганный подшлемник. Рыцарь стоял и улыбался, держа за спиной большой мешок. Уже через пару секунд сироты облепили мужчину со всех сторон, очарованно разглядывая его. От него пахло потом и немного тянуло выпивкой, но никто не придал этому значения.

– А где ваш меч? – не сдержался и спросил Дарим.

– Он вместе со шлемом, на моём верном коне, – довольно ответил рыцарь.

Игнорируя шквал вопросов и просьб примерить доспехи, мужчина перекинул мешок через плечо и сунул в него руку. Сироты притихли.

– Пробовали когда-нибудь сырный хлеб? – заговорщически прошептал он и хитро улыбнулся.

– Нет, – хором шепнули сироты.

– Ответите на один мой вопрос, так и быть угощу, – пообещал рыцарь. Некоторое время он молча осматривал ребятишек и заглядывал некоторым в глаза. – Скажите, среди вас есть те, кому уже исполнилось шестнадцать лет?

Шестнадцатилетие в королевстве Эденвер означало наступление совершеннолетия. Возраст, когда человек мог покинуть родительский дом и начать искать своё место в мире. Среди сирот шестнадцать было только Дариму и Ройс, которая осталась дома с Хильгой. По крайней мере, так все думали.

– Нет, тут всем от пятнадцати и меньше! – выпалила Ройс из-за спины рыцаря. Фраза была сказана, когда младшие из детей уже приоткрыли рты и направили пальцы на Дарима, чтобы похвастаться его возрастом. Рыцарь развернулся к Ройс и широко улыбнулся.

– Ах, юная леди, – почти пропел мужчина, – прошу простить, я не заметил вас сразу.

При обращении к ней интонация рыцаря значительно изменилась. С весело-горделивой она стала ласково-вежливой. «Чего это он вдруг? – задумался Дарим. – Наверное, ему показалось, что Ройс уже взрослая».

Этому доводу способствовало недавно купленное простенькое платье кремового цвета, которое было Ройс очень к лицу. Рыцарь элегантно склонил голову и протянул ладонь. Ройс ответила поклоном и подала ему свою руку.

– Могу я узнать ваше имя? – осторожно поинтересовался рыцарь и поцеловал кисть девушки.

– Ройс, – коротко бросила она, не глядя на рыцаря.

Дарим узнал это поведение. Так его сестра вела себя с незнакомцами. Старалась быть вежливой и доброжелательной, но на деле с трудом скрывала открытую неприязнь и незаинтересованность.

– Ройс, как же, неужели и вам нет шестнадцати? – наигранным тоном спросил рыцарь. – Вы выглядите тут самой взрослой.

Ройс притихла. Сироты стояли в недоумении и растерянно переглядывались. «Что происходит? – недоумевал Дарим. – Зачем Ройс пришла? Почему она не хочет говорить, что нам с ней уже шестнадцать?»

– Эй, вы обещали нам хлеб! – обиженно кинул Хельн. – Мы ответили на ваш вопрос, как и договаривались.

Рыцарь тихо вздохнул и повернулся обратно к сиротам, вновь натянув горделивую улыбку.

– Конечно, конечно, – ответил мужчина, после чего нырнул рукой в мешок, выудил оттуда красивый батон сырного хлеба и протянул его Хельну. – Вот, держите. Вкусите столичной жизни, так сказать.

Хельн осторожно взял батон и понюхал. Судя по всему, аромат был невероятен. Хельн проглотил слюну.

– Жаль, что среди вас нет ребят постарше, конечно, – вздохнул рыцарь. – Тогда у меня к вам просьба. Расскажите своим знакомым, что если кому-то уже есть шестнадцать, и они хотят поступить в Академию, то им пора отправляться в столицу.

– Зачем? – недоумевающе спросил Дарим. – Поступление ведь в сентябре.

Рыцарь стрельнул в Дарима взглядом и оценивающе осмотрел его с ног до головы.

– Поступление, знаешь ли, денег стоит, – ответил рыцарь. – Обычно у крестьян нет нужной суммы, и они отправляются в столицу на заработки.

Сердце Дарима беспокойно забилось. Он много знал об Академии, но про плату еще ни от кого не слышал. Юношу охватила паника. «Сейчас середина июля, – судорожно начал рассуждать он. – Успею ли я? И вообще, почему я об этом не знал? Я так старался, чтобы попасть в Академию, а теперь рискую остаться в пролёте из-за такой глупости. Благо, рыцарь рассказал…»

– Обязательно передадим, – протараторила Ройс, подошла к сиротам и начала легонько подталкивать их в противоположную от дороги сторону, – а теперь нам всем нужно домой. У нас… У нас обед!

Дети не понимали мотивов своей сестры, но её настойчивое желание как можно скорее удалиться от мужчины в кольчуге заставляло понять, что сейчас нужно без лишних вопросов довериться девушке. От рыцаря отошли все, кроме Дарима с Хельном. Те остались на месте, в недоумении переглядываясь.

– А чьи это ребятишки, Ройс? – поинтересовался рыцарь, наблюдая за неловкой картиной.

– Я приглядываю за ними, а так они приютские, – ответила Ройс, натянув на лицо улыбку.

После этого сестра подошла к Дариму с Хельном и сжала плечи мальчиков с такой силой, что сомнения покинули даже их. Сироты засобирались домой.

– Спасибо за хлеб! – прервал молчание Хельн, помахав рыцарю на прощание.

Рыцарь слегка улыбнулся и поднял ладонь в перчатке в ответ. Дарим перевёл взгляд с мужчины на Ройс. Она была сильно напугана, её руки дрожали. «Никогда рыцарей что ли не видела? – предположил Дарим. – Дурёха».

Обернувшись ещё раз, Дарим заметил, как рыцарь направился в сторону ближайших домов. С его лица пропала улыбка, а вежливость, излучаемая глазами, исчезла. Теперь мужчина стал похож на обычного пьяного мужика, который искал, к кому бы придраться. В дополнение к новому образу, рыцарь чуть замедлился, наклонил голову и смачно сплюнул на землю.

– Ройс? – позвал сестру Дарим, намекая на необходимость объясниться.

– К бабушке Хильге прибежал наш сосед и рассказал, что в Садлер пожаловал Королевский рыцарь. Она перепугалась и хотела было пойти за вами, но я её не пустила: сказала, что все сделаю сама.

– Зачем? – вмешался в разговор один из младших сирот. – Рыцари ведь хорошие!

– Сама не знаю, – Ройс пожала плечами, отводя взгляд. – Бабушка велела не допустить, чтобы рыцарь узнал, что Дариму уже шестнадцать лет. Сказала, ни в коем случае никуда с ним не ходить, а ещё не брать у него ничего. Так что не ешьте пока хлеб, – добавила Ройс, увидев, что Хельн и идущие рядом ребята пускали слюни, глядя на батон. Те, преодолев сомнения и чувство голода, нехотя согласились.

Дарим сложил два и два и рассудил, что волнения старухи были как-то связаны с Академией и его поступлением. Он решил, что обязательно расспросит её обо всём. Через десять минут сироты уже стояли возле избы. Навстречу ребятам вышла обеспокоенная Хильга, которая тут же неосознанно пересчитала своих детей.

– Хвала богам, – выдохнула старушка, – скорее, заходите все в дом.

– Бабушка, что происходит? – заволновались младшие.

– Ничего, радость моя, всё хорошо, – успокоила их Хильга.

Когда все оказались внутри, старушка заперла дверь, снова всех осмотрела и вмиг побледнела. Она выхватила батон из рук Хельна и начала крутить хлеб в руках, словно что-то выискивая.

– Я же сказала ничего не брать! – закричала Хильга. – Кто-то его ел?!

– Нет, бабушка, я сказала подождать твоего разрешения, – выпалила Ройс.

Старушка громко выдохнула и что-то проворчала себе под нос на непонятном языке.

– Хоть на это ума хватило, – негодуя, сказала она.

Дарим нахмурился, сложил руки на груди и посмотрел старухе в глаза.

– Бабуль, в чём дело? – спросил он за всех. – К чему весь этот цирк? Разве рыцарь мог нам навредить?

– С тобой, Дарим, мы поговорим после обеда, хорошо? – старушка постаралась улыбнуться. – А теперь все марш мыть руки и за обед!

Сироты, повинуясь команде, начали толкаться возле умывальника. Хильга же, забрав с собой злополучный батон, удалилась в свою комнату.

Через несколько минут все, кроме Ройс, уже собрались за столом. Дарим почувствовал непривычный для их дома запах черники и посмотрел на дверной проём. На кухню вошла Ройс, которая несла завернутый в ткань пирог. Он был румяным и слегка дымился. Про сырный хлеб все тут же позабыли.

Вслед за Ройс появилась Хильга. Девушка поставила пирог на широкую белую тарелку. Младшие хотели прыгать от радости, но помнили, что сейчас Хильга, как главная, должна произнести свои поздравления имениннику. Старушка прокашлялась, и на кухне повисла идеальная тишина.

– Дарим, – ласково начала Хильга, – так уж вышло, что в нашей большой семье ты самый старший юноша, поэтому своё шестнадцатилетие ты празднуешь первым из братьев. По этому поводу я хочу пожелать тебе здоровья. Ты у меня мальчик и сам по себе здоровый и крепкий, но… В общем, здоровья много не бывает. Поверь, когда вырастешь, ты поймёшь, что остальное в мире не имеет смысла, если в теле здоровья нет. Также хочу пожелать тебе счастья и успехов на всём твоём жизненном пути. Ну и, конечно же, не забывать про свою семью. Все мы находимся здесь только благодаря узам, что нас соединяют. С днем рождения тебя, Даримушка.

Последнюю фразу поддержали все сироты и начали хором повторять её, заставляя именинника краснеть. Дарим был не в силах сдержать улыбку, да ему и не хотелось.

Ройс взяла нож, разрезала пирог на равные части и разложила кусочки по тарелкам. Хильга же разливала купленный у соседей яблочный компот. Дарим заглянул в деревянную кружку и увидел своё отражение. Отлично знакомое раньше лицо вдруг показалось ему чужим – уже очень давно на нём не было такой искренней улыбки.

Празднество прошло на славу. Когда пирог был съеден, Хильга отошла в свою комнату, а затем вернулась, пряча руку за спиной.

– Ты же не думал, что я оставлю тебя без подарка? – улыбнулась старушка.

Мысли Дарима метались и перебивали друг друга, пытаясь угадать сюрприз. Не дав времени пофантазировать, Хильга достала из-за спины кинжал в ножнах с небольшим кожаным ремешком. Дарим ожидал чего угодно, но не этого. От удивления он приоткрыл рот и даже не нашёл, что сказать. За него это сделали братья и сестры.

– Ва-а-ау!

– Он что, настоящий?

– Ну же, достань, посмотри его, – растормошила юношу одна из младших девочек.

Дарим осторожно забрал кинжал из рук старушки, достал из ножен и осмотрел. Лезвие было прямым, чуть длиннее, чем у кухонного ножа, а рукоять идеально ложилась в руку. Несмотря на небольшой размер, кинжал оказался весьма увесистым. Помимо прочего, Дарим не мог не отметить запах новой кожи, что могло означать только одно – кинжал был сделан недавно и на заказ.

– Я уверена, что ты найдёшь ему достойное применение, – с нежностью сказала Хильга.

– Большое спасибо, бабушка, – улыбнулся Дарим, и Хильга заключила своего воспитанника в тёплые объятия. Праздничный обед постепенно подходил к концу.

– Так, ну, посидели и хватит! – начала Хильга, игнорируя последовавшие недовольные возгласы и стоны. – Все, кто был на полях, сейчас снова идёт работать. Как обычно, три часа, потом все вместе домой. С незнакомыми не разговаривать, Хельн за старшего. Дарим, ты остаёшься здесь. Нам с тобой нужно кое-что обсудить.

– Хорошо, – кивнул Дарим.

Сироты начали расходиться, и вскоре на кухне остались только Хильга, Дарим и Ройс.

– Дарим, золото моё, скажи, какие у тебя планы на будущее? – как бы невзначай начала Хильга.

– Рыцарь рассказал нам, что поступление в Академию стоит денег, – ответил Дарим. – Мне нужно как можно скорее отправиться в столицу на заработки.

– А я так надеялась, что он ничего тебе не расскажет, – закрыв глаза, вздохнула Хильга. – В целом, я знала, что ты так ответишь. Сколько бы я тебя не отговаривала и не объясняла, что учёба будет совсем не такой, как ты ожидаешь… Тебя это никогда не останавливало. Ты всегда твердил, что любой ценой станешь Королевским рыцарем и сделаешь так, чтобы мы жили не хуже знати. Ты начал говорить так с тех пор, как узнал об Академии, – Хильга сделала паузу и задумалась. – Не мне решать, как тебе быть, дорогуша. Хочешь поехать – право твоё.

– Да, хочу! – твёрдо сказал Дарим. – И я поеду. Прямо сегодня. Как раз под утро доберусь до соседней деревни и перекушу там у тётушки Леры. Но для начала вопрос. Почему ты так старалась уберечь нас от рыцаря? Что он мог сделать?

– Видишь ли… – начала Хильга, словно стараясь подобрать слова. – Возможно, ты мне не поверишь, но не все рыцари такие, как написано в сказках и песнях. Тот хлеб был отравлен. Если бы кто-то из вас попробовал его, рыцарь бы потребовал с меня денег за противоядие.

– Что… – Дарим нахмурился. – Что ты такое несешь? Ты ведь всегда говорила, что рыцари – это те люди, которые каждый день рискуют собой, защищая всех жителей королевства. А теперь заявляешь такое?

– Я не хотела портить ваше детство суровой реальностью, – ответила Хильга. – Можешь не верить, Дарим. А правду узнаешь сам, так или иначе. Всё равно в столицу едешь.

– Не верю, – отрезал Дарим. – Уж не знаю, по какой причине, но мне кажется, что ты врёшь.

Хильга лишь улыбнулась Дариму и пожала плечами. В воздухе повисло неловкое молчание. Старушка сидела на стуле, смотрела в пол и о чём-то думала, Ройс стояла к Дариму спиной и нарезала овощи к ужину. Напряжённая тишина длилась несколько минут.

Наконец, Хильга поднялась и отправилась в свою комнату. Вышла она оттуда с мешком средних размеров, который удобно затягивался шнурком. Помимо него Хильга протянула Дариму плащ из качественной ткани.

– Я уж не стану нагружать тебя в дорогу. Налегке быстрее доберёшься. Тут немного еды, плащ на случай непогоды. И ещё кое-что, – Хильга достала из мешка широкий конверт, в котором, по виду, лежало несколько десятков писем. – Откроешь только в самом крайнем случае, когда нужно будет многое сделать, а возможностей не будет совсем. Хорошо?

– Да, – кивнул Дарим.

– Чудесно, – улыбнулась Хильга.

Старушка вернула конверт в мешок, затянула его и передала Дариму. Он накинул плащ на плечи и посмотрел на Хильгу.

– Ну, давай прощаться, – грустно улыбнулась она и протянула руки к своему воспитаннику.

Дарим обнял старушку. Отчего-то он ощутил тяжёлую боль в груди. Всю жизнь Дарим был рядом с этой женщиной, с этими ребятами, а теперь вдруг собрался уйти. Уйти на неопределённый срок в неизвестное место. Рука Хильги гладила Дарима по голове, будто успокаивая, убеждая, что всё будет хорошо. Спустя некоторое время юноша отпустил Хильгу. На покрасневших глазах бабушки выступили слёзы.

– К остальным ребятам не ходи, не пустят они тебя, – подавленным голосом сказала Хильга, – а того гляди и вовсе обидятся. Я им сама всё объясню.

Дарим кивнул, а затем посмотрел на Ройс. Она так и не повернулась к нему.

– Пока, Ройс… – неуверенно сказал Дарим, не найдя слов получше. – Надеюсь, скоро увидимся.

Ройс не пошевелилась, продолжая молчать.

– Ройс? – позвал сестру Дарим.

– Да иди уже! – вдруг крикнула девушка, разворачиваясь к Дариму лицом. По щекам Ройс текли слёзы. – Чтоб пусто тебе в твоей столице было! И не возвращайся оттуда, понял?!

После этого Ройс повернулась обратно к овощам, опустив голову, и стала резать их с двойным усердием. Дарим не знал, что ответить, поэтому потерянно посмотрел на бабушку. Хильга хотела было что-то сказать, но только тяжело вздохнула.

– Ступай, золото моё, – прошептала старушка и грустно улыбнулась, – ступай.

Дарим робко кивнул, развернулся и вышел из избы. На улице его поджидал Хельн. Он сжимал кулаки и явно был не в себе. «Подслушивал, значит… – понял Дарим. – Ну и пусть».

– А я ведь только было подумал, – тихо начал Хельн, – что ты изменился, что ты наконец что-то осознал. Но честно – ни хрена ты не изменился, брат! Как был зазнавшимся эгоистом, так и остался. Ты вообще думал хоть раз о ком-то, кроме себя? – разгневанно заговорил Хельн, стараясь не переходить на крик, чтобы не потревожить Хильгу.

– Каждый вправе выбирать свой путь в этой жизни, Хельн, – спокойно ответил Дарим, – я не исключение.

Мальчик ничего не ответил. Вместо этого он подлетел к Дариму и с размаху ударил его в челюсть. На миг картина перед глазами стала мутной. «Недурно», – мысленно похвалил брата Дарим. Он сначала было сжал руки, чтобы как следует ответить, но через пару секунд передумал.

– Пока, Хельн, – в конце концов бросил Дарим, развернулся и направился прочь от своего дома.

Уходя, он, кажется, услышал всхлипы, но не решился обернуться, даже несмотря на чувство тяжести, которое сдавливало грудь до слёз и заставляло руки трястись. Назад дороги не было. Дарим покидал место, где рос и воспитывался. Покидал родную деревню. Покидал своё прошлое и отправлялся навстречу неизвестному будущему.

Глава 2

Прибытие

Солнце начало опускаться за горизонт. Пожалуй, впервые за всю свою жизнь Дарим оказался так далеко от дома в одиночку. Он чувствовал лёгкую прохладу начинающейся ночи, чувствовал запах леса, что пролегал по левую руку, чувствовал, как в его жизни начинается новая глава. Он чувствовал свободу. По крайней мере, так Дарим себе её и представлял – как возможность идти куда угодно и когда угодно.

Путь до соседней деревни занимал три десятка километров. Дарим преодолел это расстояние меньше, чем за сутки, с перерывом на сон и перекус, и на следующее утро деревня Гнёзда выросла прямо перед ним. Именно здесь жила тётушка Лера, старая подруга Хильги. В детстве Дарим бывал у неё в гостях, поэтому теперь по воспоминаниям запросто отыскал небольшой домик и постучал в деревянную дверь.

Приём оказался не таким радушным, как рассчитывал юноша. Сначала тётушка подумала, что со старухой Хильгой что-то случилось, потом отчитывала его за то, что шёл по дороге ночью один. Последнего замечания Дарим так и не понял, ведь по пути он не встретил ни одной живой души. В завершение тётушка Лера и вовсе ткнула в него колким: «Ты всю жизнь не делал того, что от тебя требовалось, а теперь и вовсе сбежал в столицу. Таких неблагодарных детей нужно ещё поискать!». Неприятный диалог продолжился бы и дальше, но Дарим, проигнорировав поток обвинений и упрёков, попросил еды в дорогу.

– У меня не так много времени, тётушка, – спокойно сказал он.

Пожилая женщина тяжело вздохнула. Она не могла отказать воспитаннику своей ближайшей подруги. Дарим не знал, что именно связывало их обеих так сильно, лишь то, что Хильга не раз выручала Леру. Тётушка положила на стол перед Даримом кусок хлеба, несколько пирожков, а ещё налила тарелку горячей похлёбки. Она была не такой вкусной, как супы Хильги, но и тётушка жила не так роскошно. Отобедав, Дарим поднялся из-за стола, спрятал предложенную еду в мешок, поблагодарил тётушку Леру за всё и направился к двери.

– Постой, – остановил его скрипучий голос. – У тебя ведь есть с собой оружие?

– Да.

– Сейчас на дорогах более или менее спокойно, как и в самой столице, но лучше всегда будь при оружии. Пусть иногда с этим возникнут неудобства или даже проблемы, всё равно. Твоя безопасность превыше комфорта, никогда не забывай об этом.

– Хорошо, спасибо, – неуверенно ответил Дарим. – До свидания.

С одной стороны, он понимал, что поступает невежливо, но с другой – просто устал слушать о «неправильности» своего решения. Ему хотелось поговорить с кем-то, кто не начнёт диалог со слов «от тебя ждали не этого».

Солнце стояло в зените, ветра почти не было. Дарим не выносил жару, как явление, и тем более терпеть не мог куда-то ходить по такой погоде. До столицы было ещё очень далеко. Не успел Дарим накидать у себя в голове и пары вариантов пути, как его окликнул какой-то мужичок на телеге, запряжённой лошадью.

– Эй, малец! – крикнул незнакомец. – Куда путь держишь?

– В столицу, дядь, – кивнул Дарим в ответ.

– О, это тебе свезло. Прыгай ко мне, подвезу!

Дарим не верил в богов, в сверхъестественные силы, которые своей волей могли менять ход истории, в заговоры и прочее колдовство. Однако в тот момент всё выглядело для юноши так, будто кому-то было крайне важно, чтобы Дарим добрался до столицы побыстрее. Особо не думая, Дарим подбежал к телеге и забрался внутрь. Мужичок вздёрнул поводья, и его белая кобылка потащила повозку вперёд.

– Тебя как звать, малец? – незнакомец сел вполоборота.

– Дарим.

– А меня Беном тогда зови, – улыбнулся возничий.

На нём была серая рубаха, дешёвые тканевые штаны, а на ногах сидели сапоги наподобие тех, что носил сам Дарим. Такие считались роскошью среди крестьян. Лысая голова, смуглая кожа, узковатые карие глаза, чёрная борода и усы. Дарим знал, что в Эденвере проживает несколько народов, но никогда не встречал представителей юга.

– Бен, а откуда вы? – поинтересовался юноша.

– Я родом из города Сандары, что в Великой бескрайней пустыне, – мечтательно ответил Бен.

– Пусты-ы-ня? – протянул Дарим, пытаясь представить в голове озвученное слово.

– Там всюду много-много песка, – пояснил Бен. – Он буквально заменяет собой землю.

– Ого… – удивился Дарим. – А как же вы там воду себе берёте? А еду?

Они очень много разговаривали на протяжении всего пути. Стук копыт и скрип колёс по-своему убаюкивали, и юноша частенько проваливался в сон. Дарим не знал, сколько ехать до столицы, но путешествие затянулось на несколько дней. Благо, Бен с радостью делился своей едой. Дарим не хотел и думать о том, сколько времени и сил занял бы весь этот путь, пойди он пешком.

Очнувшись от очередного дорожного сна, Дарим присел, протёр глаза и громко зевнул.

– О, проснулся! – не поворачиваясь, крикнул Бен.

– Проснулся… – сонно отозвался Дарим.

– В целом, мы почти приехали.

– Так скоро?

– Ну да, – кивнул Бен. – Гнёзда не так далеко от столицы, как многие почему-то думают.

– Так вот, почему вы без охраны, – сообразил Дарим.

– Ага. Так близко к столице грабежи на дорогах могут проворачивать только самоубийцы. Слишком много патрулей, наёмников и им подобных.

Дарим был готов беседовать с Беном сутки напролёт. Мужчина оказался торговцем, много знал, а ещё плевал на то, что Дарим сирота, воспитанный крестьянкой.

– Ну и что, что сирота и среди крестьян жил? Подумаешь. Ты считаешь, что среди столичных все коренные жители? Да там приезжих сейчас с половину населения Авалонии.

– Авалонии… – Дарим приподнял бровь. – Что это?

– Это же название нашей великолепной столицы. Неужели ты не знал?

Дариму стало немного стыдно. Он только тогда понял, что всю жизнь говорил просто «столица», не удосуживаясь даже узнать «имя» места, с которым планировал связать жизнь.

– Звучит неподходяще для города, – признался Дарим. – Скорее как страна какая-то.

– Многие так считают, – усмехнулся Бен, – кроме столичных. Им-то как раз всё нравится.

Во время разговора Дарим ощутил, что в местности, по которой они ехали, чуть более холодный воздух. Более северный, более свежий. Дарим почувствовал сильное волнение. Столько всего он слышал о столице, об Академии, о короле. Дарим был в нескольких часах от места, о котором грезил всё детство. За интригующими беседами и расспросами и пролетело оставшееся время путешествия.

И вот, после очередного холма показались огромные величественные стены столицы. Укрепления выглядели исполинскими по отношению ко всему вокруг, но даже они не могли скрыть за собой прекрасный вид, открывающийся из-за белых стен.

Всюду виднелись многочисленные жилые дома самых разных форм и цветов, переплетающиеся между собой улочки, по которым, словно кровь по венам, сновали лошади и люди, а широкая голубая река делила столицу напополам. Стены украшали флаги и гербы королевства Эденвер. В центре расположились относительно небольшие ворота, от которых тянулась извилистая линия из стоящих в очереди на въезд.

Увиденное потрясало воображение Дарима. Цвета, роскошность, но сильнее всего – размеры. Пожалуй, внутри стен Авалонии могли поместиться сотни, а то и тысячи деревень наподобие Садлера и Гнёзд. Да что уж там, Дарим не видел конца города за горизонтом. Он был поражён. Настолько поражён, что Бену пришлось дёрнуть юношу за плечо, чтобы вернуть к себе внимание.

– Ты там живой хоть, эй?

– Так это и есть столица… – зачарованно промолвил Дарим.

– Да, она самая, – рассмеялся Бен. – Как тебе?

– Громадина! Я по-разному её представлял, но чтобы настолько большой…

– Это точно. Сандара раза в три меньше, хотя даже её язык не повернётся назвать маленькой. О, вон, гляди, – Бен указал пальцем в куда-то вдаль, – видишь здания за тем каменным забором? Это Академия Вестерион.

Если бы Дарим сидел к Бену спиной, то наверняка свернул бы себе шею, так быстро он последовал взглядом за указанным направлением. Он рассмотрел множество высоких зданий, несколько арен самых разных форм, парочку садов и парков, а также несколько построек, о предназначении которых не имел ни малейшего понятия. «Вот она, Академия, – восхитился Дарим. – Всё это время она была так близко, а я и не знал…» Происходящее казалось сном. Спуск с холма и приближение к очереди длилось около каких-то десяти минут, но тянулись они словно несколько часов. Хотя и этого времени едва ли хватило бы на рассмотрение и трети всех зданий, улиц и площадей Авалонии.

– Ну и что это за внезапное столпотворение? – вздохнул Бен, притормаживая телегу возле последних в очереди.

Судя по хорошему вооружению, доспехам, спрятанным под плащами, и суровым взглядам, перед ними стоял отряд наёмников, члены которого, видимо, негодовали больше остальных. Они то и дело выходили в сторону, чтобы посмотреть, двигается ли народ, недовольно цокали, плевались на землю и вполголоса ругались матом.

За тридцать минут ожидания Дарим успел как следует налюбоваться на городские стены. Для себя он отметил, что на них не было ни царапины, ни одной дырочки, будто город никто никогда не штурмовал. Размышляя над этим, юноша как бы невзначай прошёлся вдоль очереди почти до самых ворот, чтобы подслушать вероятную причину медленного приёма в столицу. Среди версий было и предположение о розыске какого-то мага, и слухи о происшествии в столице, и даже мысль о том, что город переполнен.

Наконец настала очередь наёмников. Они подошли к пятерке стражей, пропуская вперед седовласого мужчину с бородой и цепким одноглазым взглядом. Навстречу ему вышел плечистый юноша, единственный не носивший шлема. Завязался диалог. Дарим шагнул ближе, чтобы слышать получше.

– Какой ещё нахрен новый закон? – возмутился один из наёмников, однако Седой, как его успел прозвать в голове Дарим, жестом указал тому замолчать.

– Можно ли поподробнее узнать об основных положениях закона? – дипломатично спросил командир отряда.

– Положения простые, как названия пальцев руки, – менее дипломатично ответил страж без шлема. – Въезд в город возможен только с оружием, на котором есть клеймо, подтверждающее, что оно было изготовлено в стенах Авалонии. Всё остальное оружие на время действия закона считается запрещённым. Въезд с ним невозможен.

– А, так вот в чем дело… – Седой с пониманием покачал головой. – Мужик, давай так: мы тебе заплатим, а ты на время представишь, что всё наше оружие заклеймено, и пропустишь.

Дарим не поверил своим ушам: «Взятка? Стражу столицы? Да за кого этот дедок его принимает? Пускай он всего лишь страж, он всё равно является воином, который клялся своей честью, что никакие вещи в мире не встанут для него выше, чем выполнение долга!» Нахмурившись, Дарим продолжил наблюдение.

– За кого ты меня принимаешь? – вскинул брови страж. – Закон есть закон. Либо сдавайте всё запрещённое оружие, либо проваливайте.

– Слушай, мы работаем в этом городе не первый год, – вздохнув, начал Седой, – стольким знатным особам услужили, сосчитать не можем. Никому из нас ведь не нужны проблемы?

– Проблемы? – усмехнулся страж. – Ты можешь устроить мне проблемы? Или правда думаешь, что я поверю, будто ты в хороших отношениях с кем-то из местной знати?

После такого ответа Седой положил руку на рукоять своего топора, выпрямился и расправил плечи. Его примеру последовал весь отряд, который насчитывал человек четырнадцать. Все они выглядели больше командира стражи, однако тот лишь приободрился, когда увидел угрозу в свою сторону.

– Ого, да вы драки хотите? – усмехнулся страж. К нему придвинулись четверо сослуживцев.

Сердце Дарима забилось чаще. Прямо перед ним начиналось настоящее сражение опытных наёмников и городских стражей. Ему было страшно, но в то же время безумно хотелось поглядеть на такое зрелище.

– Мужики, в наши планы не входило убийство новобранцев, – начал Седой, – но, если вы продолжите гнуть свою линию, это будет нетрудно устроить. Подумайте сами. Вас пятеро. Караульный с арбалетом только что отошел к соседним воротам, до которых примерно километр. Пока он вернётся своим прогулочным шагом, пройдёт минут двадцать. У нас такое раздолье, что мы не только трупы ваши спрятать успеем, так ещё и затеряться внутри городских стен. Да, вскоре поднимут тревогу, начнут искать нарушителей, но кто найдёт нас среди сотни тысяч людей, не зная лиц? Подумайте хорошенько, ведь всё это может произойти из-за вашего упрямства.

У Дарима дыхание сбилось от волнения. Конфликты взрослых всегда вызывали у него неприятное ощущение тревоги. Подняв глаза на стену, он действительно не увидел там арбалетчика. «Получается, Седой просчитал всё это, пока стоял в очереди? – удивился Дарим. – Ого…»

– Не зная лиц? – спросил командир стражи после небольшой заминки. – Хочешь сказать, что никто из тех, кто стоит за вами в очереди, ничего никому не доложит?

– Да вы их тут битый час держите со своими обысками, – Седой махнул рукой. – Они бы и сами вас убили, если б могли, чес слово. Им это на руку будет даже. Время сэкономят, да ещё и от засранцев избавятся.

Командир выглядел озлобленно, в отличие от своих товарищей, которые растерянно переглядывались между собой. Повисла длинная напряжённая пауза.

– Ладно, чёрт с вами, – подумав, наконец решил командир. – Если попадетесь с запрещённым оружием, мы заявим, что не видели вас на воротах, а в город вы попали незаконно.

Другие стражи еле слышно выдохнули и вернулись к своему посту. Отряд наёмников вальяжно прошёл сквозь ворота. Всё произошедшее казалось Дариму каким-то вымыслом. «Чтобы стражи столицы позволили кому-то так обращаться с собой, а потом и вовсе отступили? – разочарованно подумал Дарим. – Это совсем не сходится с тем, как я представлял себе слуг короля, хранителей закона и чести».

Размышления, однако, пришлось отложить на потом. Пришла очередь Бена и Дарима, отчего сердце последнего вновь ёкнуло. Юноша вдруг понял, что при нём тоже есть «запрещённое» оружие. Осматривая свой кинжал, Дарим не видел на нём никакого клейма. «Очевидно, что бабушка Хильга не в столицу за ним ездила! – мысленно выругался Дарим, когда Бен подъехал к воротам. – Оружие наверняка изготовил какой-то деревенский кузнец по знакомству. Вот ведь подстава!»

– День добрый, Морай, – Бен, улыбаясь, поздоровался с командиром стражи, – что, трудности на службе?

– Добрый, дядь Бен, – командир улыбнулся в ответ. – Да вот, отморозки какие-то решили на нас отыграться за стояние в очереди. Будто мы по своей воле тут всех торчать заставляем. Нам дали приказ, мы исполняем. Нашли, на кого наехать…

Бен ответил на его жалобу непродолжительным хохотом:

– Не бери в голову. В каком-то смысле они правы. Раз закон дурацкий, то и исполнять его можно по-дурацки, правильно? – торговец подмигнул стражу.

Морай улыбнулся в ответ на озвученное предложение. Затем он перевёл глаза на Дарима.

– А этот парень с вами, дядь Бен?

– Да, этот славный малый прибыл сюда со мной, – кивнул Бен.

Страж внимательно оглядел Дарима с ног до головы и ненадолго задержал свой взгляд на мешке, висевшем у него за спиной. «Только не обыск, – взмолился Дарим. – Только не обыск!»

– Что же, тогда не смею задерживать, – Морай отошёл в сторону и вытянул руку в сторону открытых ворот. – Добро пожаловать в Авалонию!

Бен поблагодарил своего знакомого и кивком головы указал, чтобы Дарим забрался обратно на телегу. Ворота вскоре оказались позади, и юноша облегченно выдохнул и повернулся, чтобы поблагодарить торговца за помощь.

– Должен будешь, – будто предвидев эти слова, хмыкнул Бен.

Телега, на которой сидел Дарим, подобно лодке в реке, плыла по движению одной из главных улиц столицы. Люди каким-то чудом умудрялись расходиться друг с другом в невероятно тесном коридоре, кареты и повозки, запряжённые лошадьми, пропускали и обгоняли друг друга, то тут, то там кричали уличные торговцы, где-то неподалёку, судя по звукам, маршировал отряд рыцарей.

Дарима объял детский восторг, от которого он не мог усидеть на месте и постоянно озирался по сторонам. Проехав приличное расстояние и оказавшись на менее оживлённой улице, Бен остановил лошадь и повернулся к своему пассажиру.

– Тебе переночевать-то есть где?

– Нет, я тут впервые, – честно ответил Дарим.

– Плохо… – задумчиво заключил Бен. – Королевские рыцари не любят, когда ночью по улицам гуляют всякие подозрительные юноши.

После недолгих размышлений торговец сунул руку себе под рубаху и достал оттуда две серебряные монеты, сжал в кулаке и протянул Дариму.

– Вот, возьми. Можешь считать платой за хорошую компанию в дороге. Ты оказался весьма интересным собеседником для человека, выросшего в деревне.

– Спасибо огромное, – застенчиво ответил Дарим и подставил свою руку.

– Если вдруг посмеешь перечить моим наставлениям, – Бен вдруг серьёзно посмотрел на Дарима, а затем вновь широко улыбнулся, – и решишь вернуть долг, ты сможешь меня найти на рынке, что на улице музыканта Ахо.

– Хорошо! – закивал Дарим.

Большой кулак разжался над юношеской ладонью, и в неё упали две монеты.

– Обратись в любой трактир, – предложил Бен, – на верхних этажах всегда должны быть свободные комнаты. Не королевские покои, конечно, зато дёшево.

Дав юноше ещё несколько советов, Бен вздёрнул поводья, кивнул на прощание и скрылся за ближайшим поворотом. Вечерело. Часть своих задач Дарим уже выполнил, что не могло не радовать. «Приехать я приехал, осталось поступить в Академию, – подумал он. – Интересно, что же в итоге окажется сложнее?»

Дарим быстро отыскал трактир «Горделивый гусь», немного понаблюдал за проезжающими мимо каретами и всадниками, и решился зайти внутрь. На монеты Бена он снял себе комнату на ночь и купил немного еды.

Поужинав, Дарим поднялся к себе и улёгся на скрипучую кровать. Его соседями в основном были выпившие парочки, которые изрядно шумели даже через стены своими песнями, громкими разговорами и стонами. В комнате царила грязь, в дальнем углу, изучая нового постояльца, сидел таракан.

– И правда… Не королевские покои. Никогда не думал, что дом Хильги покажется мне комфортным, но после такого…

Авалония тем временем нарядилась в ночное платье.

– Но всё же… – тихо сказал Дарим. – Как хорошо, что я наконец здесь.

Довольный собой, он провалился в первый сон в незнакомом городе. На следующий день Дарим поставил себе две задачи: посетить Академию и найти подработку, чтобы скопить денег для поступления. Первой цели он решил достичь сразу после пробуждения. Поплутав по незнакомым улицам, несколько раз поспрашивав дорогу и однажды заблудившись, Дарим добрался наконец до белых красивых стен в два с половиной метра высотой. Его сердце затрепетало от нетерпения. Не сдержавшись, Дарим сделал пару шагов вперёд и приложил ухо к холодной каменной поверхности. На другой стороне было тихо, как на кладбище.

– Видимо, летом студенты не учатся, – вполголоса проговорил Дарим и отправился искать вход в Академию.

Поиск ворот оказался куда более трудной задачей, чем ожидал Дарим. Академия занимала огромную территорию даже по меркам столицы. У Дарима ушло порядка тридцати минут, прежде чем он отыскал металлические врата, охраняемые двумя стражами. В отличие от тех, что стояли на входе, ведущем в город, эти выглядели более празднично и не носили шлемы. На них развевались плащи с гербами Эденвера, красивые тканевые белые перчатки скрывали руки, наплечники были украшены медалями и печатями, а на концах пик красовались маленькие флажки. Мужчины стояли по стойке смирно и казались скорее доспехами на манекенах. Дарим медленно подошёл к одному из них.

– Эм… – Дарим задумался, как ему лучше начать разговор со стражами. Тогда он вспомнил одну из книг про рыцарей, которую ему читали в детстве. – Разрешите обратиться?

– Чем могу быть полезен, юноша? – отозвался рыцарь, направив на Дарима пристальный взгляд.

– Я хотел бы посетить Академию, – объяснил Дарим. – Собираюсь поступать сюда осенью.

– Прошу простить, но Академия Вестерион закрыта для посещения посторонних во внеучебное время, – отчеканил страж.

– Понятно, – разочарованно вздохнул Дарим. – Тогда… Скажите, может мне нужно сделать что-то ещё для поступления помимо внесения платы?

– Разумеется, – кивнул страж, – каждому, кто хочет стать одним из студентов Академии, нужно сдать тест на пригодность физических данных. В случае прохождения, инструктор напишет подтверждение на ваше имя и поставит печать. В день поступления вам будет необходимо предоставить это письмо и внести плату за начало обучения. После этого вас примут в ряды студентов.

Каждому слову рыцаря Дарим внимал, как своему приговору. Сердце снова начали терзать переживания. Теперь, помимо вопроса с оплатой, появился какой-то непонятный тест, о котором Дарим ещё не слышал.

Из чего вообще состоит этот тест? Сложный ли он? Можно ли его пересдать, если что-то не получится с первой попытки? Эти и множество подобных вопросов бесновались в голове Дарима.

– А когда и где я могу пройти этот тест? – подумав, спросил он.

Страж повернулся к сослуживцу и уточнил, сменив тон с торжественного на будничный:

– Инструктор Оле уже ушёл, не знаешь?

– Вроде ещё здесь.

– Кхм, – стражник повернулся обратно к Дариму. – Пройдёте сейчас ворота, затем прямо по дорожке, первый поворот налево, там трёхэтажный корпус. Подойдёте, у стража спросите инструктора Оле. Скажите, что хотите пройти тест, он всё поймёт.

Дарим решил поначалу, что не будет пытаться пройти тест в первый же день. Ему хотелось как-то подготовиться, выбрать удобный день. Однако после разговора со стражами юноше вдруг показалось, что он сможет всё сдать и без дополнительной подготовки. «Иначе для чего я тренировался всё время?» – рассудил Дарим.

Поблагодарив стражей, Дарим отправился через ворота и оказался в стенах Академии Вестерион. Всё вокруг было величественным и красивым, приятно пахло листвой, а ещё веяло холодком от чистой воды в фонтанах самых разных форм. Аккуратные ухоженные дорожки, причудливо подстриженные кусты, всевозможные памятники и статуи, величавые деревья редких видов. Всё происходящее казалось Дариму сном.

Красота вокруг была настолько непривычной ему, что создавала ощущение иллюзии, которую могло разрушить одно неосторожное движение. Дарим сам не заметил, как перестал следовать озвученному стражем маршруту и начал просто прогуливаться по территории Академии, не зная, за что ухватиться взглядом. Возможно, он бродил бы так до конца дня, но всё-таки вспомнил, что должен сдать тест. Поэтому Дарим вынужденно вернулся ко входу и нашел нужное здание.

Это был высокий корпус из кирпича цвета слоновой кости. По соседству с некоторыми окнами располагались уютные балкончики с каменными балюстрадами, а на первом этаже обнаружились две высокие двери из тёмного дерева. Как и полагается, возле них стоял такой же «парадный» страж. Он выглядел более дружелюбно, чем его товарищи у главных ворот, и немного оживился при приближении Дарима.

– Чем могу быть полезен? – вежливо поинтересовался рыцарь.

– Здравствуйте. Я ищу инструктора Оле. Он здесь?

– Да, сейчас я его позову, – улыбнулся страж и скрылся внутри.

Вскоре из-за дверей вместе со стражем вышел статный мужчина. Его лицо было начисто выбрито, а на голове росли короткие русые волосы. Мужчина носил роскошный золочёный доспех, а на его ногах сидели дорогие тканевые брюки и туфли, на поясе – шпага. «Не совсем понимаю смысл кирасы, если ноги не защищены, но видимо так в Академии одеваются инструкторы», – подумал Дарим.

– Вы хотели сдать тест на физическую пригодность? – мужчина обратился к Дариму так, будто юноша был каким-то бароном.

– Да, – кивнул Дарим.

– Хорошо, тогда сейчас вы вдвоём идёте со мной на тренировочную площадку.

– Вдвоём? – удивился Дарим. Он не замечал вокруг других желающих.

Ответа ждать не пришлось. Из-за спины инструктора Оле шагнул широкоплечий молодой человек в серой тунике, облегающих штанах и кожаных сапогах. На его голове вились длинные чёрные волосы, на лице красовалась аккуратная, но весьма густая, хоть и коротенькая бородка. Дарим был с юношей одного роста, однако явно уступал тому в комплекции. Несмотря на внешний вид, зачастую присущий людям высокомерным или чересчур строгим, взгляд незнакомца был крайне спокойным. Дарим мысленно подметил, что никогда не видел такой одежды. Перебросившись парой фраз со стражем, инструктор Оле зашагал в сторону тренировочной площадки, приказав поступающим следовать за ним.

– Как твоё имя? – Дарим не смог побороть распирающий его интерес.

– Семунд, – отозвался юноша, посмотрев на Дарима. – А твоё?

– Дарим.

Семунд протянул Дариму руку, последовало крепкое рукопожатие.

– Слушай, а ты откуда?.. Я никогда не видел людей с такой внешностью.

– С севера, – спокойно пояснил Семунд.

– Северянин… Здорово. В столице значит и южане, и северяне есть.

– Южане? – заинтересовался Семунд.

По пути до площадки юноши успели побеседовать о разных народах, их отличиях во внешности и характере. Дарим не мог не отметить для себя северный акцент нового знакомого – по крайней мере, так он оправдал своеобразное произношение Семунда. Звучание гласных букв сокращалось, по интонации больше выделялись согласные. Это никак не мешало пониманию речи, но у Дарима то и дело появлялось желание передразнить Семунда или просто посмеяться над ним.

Вскоре показалась и сама тренировочная площадка. На ней стояло множество различных манекенов, сделанных из мешков, набитых сеном. Их защищали кирасы и шлемы. Вокруг площадки была вытоптана дорожка.

– Итак, господа будущие студенты, – повернулся инструктор Оле, – для прохождения теста вам необходимо выполнить несколько физических упражнений, а именно: шестьдесят отжиманий, восемьдесят приседаний, двадцать кругов бега вокруг тренировочной площадки без перехода на шаг. Всё выполнять строго в названной последовательности, подряд, желательно как можно быстрее. Вопросы?

Юноши помотали головами.

– Тогда начали! – скомандовал инструктор.

Дарим и Семунд поспешно приняли упор лёжа и начали отжиматься. Инструктор ходил рядом из стороны в сторону и наблюдал. Дарим хорошо умел отжиматься, но после пятидесятого повторения его мышцы всё же забились, темп замедлился, появилось желание доделать упражнение вполсилы.

Однако, подняв глаза, Дарим увидел, что Семунд совсем не устал и держит ту же скорость, с которой начинал. В Дариме проснулось юношеское соперничество. Боль в мышцах ненадолго отступила, дыхание выровнялось, появились силы для последних десяти повторов. Когда Дарим закончил отжиматься и встал на ноги, Семунд уже вовсю пыхтел на приседаниях.

– Не спать! – крикнул инструктор Дариму. – Приседания, живо! Время выполнения тоже учитывается!

Подобные выкрики побуждали к действию намного сильнее, чем представлял себе Дарим, поэтому он быстро приступил к следующему упражнению. Приседания шли у Семунда явно хуже, чем отжимания. На последних подходах Дарим чувствовал себя почти отдохнувшим, а вот у его соперника дрожали ноги. Приседания оба завершили одновременно и теперь тяжело дышали.

– Чего встали!? – рявкнул инструктор Оле. – Двадцать кругов, живо!

Дарима немного удивлял факт того, что вежливый мужчина в красивой одежде на деле оказался строгим командиром, однако понимал, что это работает лучше любой другой мотивации. Вместе с Семундом он подскочил к протоптанной дорожке и начал нарезать круги вокруг площадки, которая до этого казалась Дариму ощутимо меньше.

Сначала ребята бежали бок о бок в спокойном темпе, стараясь экономить дыхание для последнего рывка. Так бы продолжалось и дальше, но на четвёртом круге Семунд вдруг начал стремительно обгонять соперника. Уступать ему Дарим никак не хотел.

«Странно всё это, – задумался Дарим. – Почему тест принимается именно у двоих участников? Может, поступит только тот, кто закончит первым? Такой своеобразный отбор». Эти мысли подтолкнули юношу к тому, чтобы ускориться. При сближении северянин поднажал сильнее, и расстояние перестало уменьшаться. Семунд, по всей видимости, тоже не знал тонкостей теста, но предпочел не рисковать и оставаться в лидерах. На последнем повороте юноши неслись как угорелые, едва не толкая друг друга. Финишировав одновременно, они едва устояли на ногах и начали судорожные попытки отдышаться. К ним приблизился инструктор.

– Недурно, недурно, – Оле довольно улыбнулся.

Сердце Дарима заколотилось в ожидании вердикта. «Я сдал?» – только и думал он.

– Вы оба прошли, – не нагоняя интриги, сказал мужчина. Дарим и Семунд облегчённо выдохнули. – Но на будущее – будь то, тесты, экзамены или тренировки, всегда оценивайте свои силы и старайтесь не переусердствовать. Ясно?

– Да! – хором ответили юноши.

– Отлично, – кивнул инструктор. – Следуйте за мной в корпус, заполним некоторые бумаги, и будете свободны.

Дорога обратно прошла молча. Дариму с Семундом было не до разговоров, они жадно хватали воздух ртами и старались поспевать за инструктором, который, как казалось после пробежки, ходил слишком уж быстро.

– Который час? – уточнил Оле у стража.

– Четыре часа дня.

– Боже, как летит время, – недовольно отметил инструктор и перевёл взгляд на Дарима. – Юноша, назовите свои имя и фамилию, я вынесу вам с Семундом письма с подтверждением того, что вы прошли тест.

– Дарим Эшфорд.

– Хорошо, подождите пару минут, – сказал инструктор Оле и скрылся за дверьми корпуса.

Дарим назвал своей фамилией Эшфорд не задумываясь. Он не знал каких-то законов или правил на этот счёт. «Если Хильга растила меня, как своего сына, значит я могу считаться частью её семьи, – мысленно рассудил Дарим. – Разве это не логично?»

Через пять минут у него в руках лежал конверт с печатью Академии. На ней был изображён меч, объятый пламенем. Попрощавшись с инструктором Оле, Дарим и Семунд вместе направились к выходу. Возле ворот северянин остановился и устремил свой взгляд на бывшего соперника. Дарим последовал его примеру. По лицу Семунда было видно, что он не знает, что сказать, но замешательство продлилось недолго. В конце концов юноша протянул Дариму руку.

– Ты молодец, – сказал Семунд. – Сильный. Надеюсь, ещё увидимся.

– Ты тоже сильный, – улыбнулся Дарим и сжал Семунду ладонь в ответ.

Обменявшись ещё парой слов, новые знакомые попрощались, а затем Семунд развернулся и зашагал, видимо, в сторону своего дома. Дарим стоял и думал о том, что тренировки не прошли даром и теперь, благодаря им, он на один шаг ближе к поступлению. Он уже хотел было начать свой путь в трактир, но остановился, чтобы в последний раз обратиться к стражам у ворот:

– Извините, а сколько нужно заплатить за начало обучения?

– Десять золотых, – быстро ответил один из них.

Поблагодарив их за всё, Дарим пошёл в место своего временного проживания. На тот момент он не знал, сложно ли будет достать десять золотых, или нет. Ему редко приходилось иметь дело с деньгами, пока он жил в Садлере.

Весь следующий день Дарим потратил на поиск работы. В конце концов, ему нужно было питаться, оплачивать место под крышей и параллельно копить монеты для поступления.

И тут Дарим столкнулся с трудностями. Юноша без имени и каких-либо навыков был никому не нужен. Всё, что сумел отыскать Дарим – работа подёнщиком. В основном ему приходилось заниматься разгрузкой телег торговцев на рынках.

Каждый день с утра до ночи Дарим убивался на работе, получал свои гроши и почти полностью тратил их в тот же день на еду и оплату проживания. Найти вариант получше у него не получалось, а время неумолимо продолжало идти.

Через неделю после начала работы Дарим вспомнил, что Бен указал, где искать его в случае чего, но придя по нужному адресу, он нашёл лишь знакомых добродушного торговца, которые сказали, что Бен «буквально вчера уехал из столицы по каким-то делам». Дариму ничего не оставалось, кроме как смириться со своим положением.

Поглощённый темпом жизни в столице, он и не заметил, как дни стали короче и холоднее, как постепенно кончилось лето, а до поступления осталось всего три дня. Посмотрев на свои накопления за полтора месяца, Дарим обнаружил всего две золотых монеты. По спине пробежали мурашки, в горле встал ком.

– Неужели… – голос Дарима дрожал. – Я проделал такой огромный путь ради того, чтобы с позором вернуться в Садлер?

В отчаянии он начал перебирать варианты выхода из ситуации, но в голову ничего не приходило. Сначала Дариму захотелось плакать. Губы сами собой поджались, слёзы подступили к глазам, но юноша собрался и отвесил себе хлёсткую пощёчину. Место удара начало жечь, картина перед глазами поплыла. Он и не ожидал такой силы, однако вскоре взгляд сфокусировался, мысли пришли в порядок.

– Сейчас рано слёзы лить, – вполголоса сказал себе Дарим, – всё ещё есть время. Всё ещё есть шанс. И я что-нибудь придумаю. Если бы мне не было суждено поступить, меня бы здесь не было.

Полный решимости, Дарим сел на кровать, разложил всё, что у него было с собой, включая кинжал и монеты, и начал думать, что же ему делать дальше.

Глава 3

Цена

Отчаяние. Состояние Дарима сложно было описать иначе. Он смотрел на всё имущество, что у него было: новенький плащ, небольшой мешок, одежда, купленная во время жизни в столице, те гроши, что он успел заработать за полтора месяца, урванная по дешёвке карта Авалонии, а ещё подаренный кинжал. Дарима вдруг посетила мысль о воровстве, но он тут же замотал головой, отгоняя её.

Вдруг его взгляд упал на вещицу, про которую юноша совсем забыл. Помимо еды и плаща, Хильга дала ему конверт. Старушка завещала открыть его только в крайнем случае, но по ощущениям Дарима, он и настал.

Дарим взял в руки увесистый конверт с дешёвой печатью и вскрыл. Внутри оказалось множество писем, однако самое верхнее отличалось желтоватым оттенком. Дарим достал его и развернул. Текст гласил следующее: «Дариму от Хильги Эшфорд. Надеюсь, что дела в столице у тебя идут хорошо. Уж не знаю, сколько дней, месяцев или может даже лет прошло с момента твоего отправления. Содержимое этого конверта – лишь малая часть того, чем я хотела бы помочь тебе на пути к мечте. Другие письма пусты, среди них спрятано моё обручальное кольцо. Как им распоряжаться – теперь твоё дело, для меня оно давно не имеет никакой ценности. Скорее всего, ты нуждаешься в золоте. В таком случае отправляйся на Тихую улицу, желательно ближе к вечеру. Там ты найдёшь таверну «Волчья выпивка». Внутри, справа от входа, будет сидеть крепкий мужчина. Приложишь указательный и средний пальцы к виску, затем укажешь на него одним указательным, согнув средний. Мужчина должен будет проводить тебя на чёрный рынок. Ни с кем не разговаривай. Если будут что-то предлагать, улыбайся и мотай головой. На рынке тебе придется отыскать торговца по имени Готто. Ты узнаешь его. Скорее всего, Готто будет что-нибудь есть, а ещё он наг по пояс. Скажи, что ты от меня, а затем объясни, что хочешь продать кольцо. Полученных средств должно хватить на покрытие твоих нужд или долгов, в разумных пределах, конечно. Удачи тебе во всём, счастье моё. Будь осторожен и не забывай свою семью. Мы единственные, кто будет с тобой и в нужде, и в роскоши».

Прочитанное заставило Дарима благодарно улыбнуться. Он взял остальные письма. Все они оказались скреплены между собой, не считая двух посередине. Разорвав их, Дарим обнаружил внутри золотое кольцо с тремя разноцветными камнями. Два из них были зелёного и красного цвета и имели форму капель, которые крутились вокруг третьего – круглого синего камня. На душе у Дарима стало спокойнее. Он будто почувствовал, что бабушка Хильга даже на расстоянии всё ещё присматривает за ним и помогает.

Дарим нашёл Тихую улицу на карте Авалонии и подсчитал время, за которое до неё доберётся. Дождавшись вечера, юноша покинул трактир, взяв с собой немного серебряных монет, кольцо и кинжал. Через час Дарим остановился перед ничем не примечательной таверной с покосившейся вывеской, которая выглядела ещё старше, чем старушка Хильга, ведь название на ней едва можно было разглядеть.

Немедля войдя внутрь, Дарим и правда увидел высокого грузного мужчину с короткими волосами и большим носом-картошкой. Мужчина сидел на небольшой табуретке, скрестив сильные руки на груди. Маленькие зелёные глазки проницательно щурились, изучая каждого вошедшего посетителя. Глубоко вдохнув в попытке унять трепет в груди, Дарим, следуя указаниям Хильги, неловко продемонстрировал нужный жест дрожащими пальцами. Мужчина хмыкнул, кивнул, с трудом встал со своего маленького трона и буркнул, чтобы тот не отставал.

Пройдя мимо многолюдного зала, через неприметную старую дверь, и преодолев несколько минут спуска по каменной винтовой лестнице, Дарим очутился в подземном городе. До потолка было метра три, однако здесь расположились всё те же дома, улочки и торговые лавки, как наверху. Всё освещалось огнём факелов и свеч. Запахи перемешивались, не давая толком распознать друг друга: специи, духи, воск и множество других, которых Дарим до этого не встречал.

То тут, то там мелькали различные фигуры людей. Кто-то прятал лицо под капюшоном, кто-то, наоборот, совсем не боялся быть тщательно рассмотренным. Всех объединяли цепкие взгляды, загадочные улыбки, а ещё сладостные речи, призывающие взглянуть на товар, который, по словам торговцев, переносил в другой мир. Мир удовольствия. На все подобные предложения Дарим вежливо отказывал, как наказывала Хильга, и продолжал свой путь.

Его внимание привлёк южанин. Телосложением он смахивал на громилу, который проводил Дарима до чёрного рынка, однако был чуть пониже, да и нос его был больше похож на человеческий. Мужчина был раздет по пояс, ничто не скрывало его широкую грудь и округлый живот. Чёрные волосы были небрежно собраны в хвост, нижнюю челюсть украшала густая, но не слишком длинная борода. В правой руке мужчина держал кусок какого-то жареного мяса, а левой он обнимал за талию миловидную девушку, такую же южанку, в откровенном наряде, подчёркивающем смуглую кожу. Она улыбалась и поглаживала мужчину по массивному плечу. «Готто», – догадался Дарим.

Южанин что-то заворожённо рассказывал своей собеседнице, не забывая уделять внимание и ужину. До этого он, видимо, ел обеими руками, поскольку свет свечи отражал жир, размазанный по талии девушки. Дарим вежливо прокашлялся, чтобы на него обратили внимание. Готто повернулся на непрошеного гостя и тщательно, но быстро, оглядел юношу с головы до пят, а затем перевёл взгляд обратно на красивую незнакомку.

– Чего тебе, малой? – бросил Готто.

– Я хотел бы продать одну вещь, – ответил Дарим.

– Вещь? Давай её сюда, я посмотрю.

После этого Готто отложил кусок мяса себе на бедро и протянул руку, покрытую остатками масла и еды. Дарим едва удержался от того, чтобы не скривиться.

– Меня прислала сюда Хильга Эль Торо, – не шелохнувшись, добавил Дарим. – Просила найти здесь некоего Готто и продать ему семейную реликвию.

Эти слова оказали значительный эффект. Торговец замер, с его лица вмиг пропала самодовольная улыбка. Он поспешно поднялся на ноги, прогоняя девушку и быстро доедая мясо.

– Одну минуту, юноша, я скоро к вам выйду, – бросил Готто, скрываясь внутри шатра, который всё это время стоял у него за спиной.

Девушка недовольно хмыкнула и исчезла в неизвестном направлении. Через пару минут к Дариму вышел совершенно другой человек. Готто причесался, надел красивый южный халат, пояс которого неплохо скрывал его нестройный живот, а ещё мужчина, наконец, избавил пальцы от жира.

– Так о какой реликвии идёт речь? – вежливо улыбаясь, спросил он.

– Вот об этой, – ответил Дарим, показывая украшение.

– Вы позволите? – спросил Готто, наклонившись и протянув вперёд руку.

Дарим отдал Готто кольцо. Торговец достал откуда-то из карманов халата маленькое круглое стёклышко, поднёс его к глазу и начал внимательно рассматривать реликвию под разными углами. Лицо Готто стало настолько серьёзным, что создавалось ощущение, будто он не подпольный торговец, а самый настоящий ювелир.

– Учитывая материалы, – начал мужчина, – состояние, а также личность бывшего владельца кольца, я готов заплатить за него двенадцать золотых.

– Хорошо, меня это устраивает, – быстро согласился Дарим.

– Но сперва я бы хотел задать вам парочку вопросов, если позволите, – осторожно попросил Готто.

– Что вас интересует?

Предметом интереса оказалась судьба старушки Хильги. Торговец заявил, что обязан этой женщине чуть ли не жизнью.

– После того, как она покинула столицу, я больше ничего о ней не слышал, – объяснил Готто.

Дарим подробно рассказал, почему Хильга бежала из Авалонии, как жила в деревне, присматривая за сиротами, такими, как Дарим. После рассказа юноша ответил ещё на несколько вопросов, пока любопытство Готто не было удовлетворено.

– Понятно, – улыбнулся южанин своими широкими губами. – Рад, что у неё всё в порядке. Что же, не смею вас больше задерживать. Один момент.

Готто снова удалился в шатёр, а когда вышел, протянул Дариму затянутый верёвочкой мешочек. Одной рукой Дарим взял свою плату, а другой передал кольцо. После этого он раскрыл мешочек и внимательно пересчитал золотые монеты. Их было ровно двенадцать.

– Я бы не стал обманывать воспитанника леди Хильги, – успокоил его Готто.

Дарим кивнул в ответ, развернулся и зашагал в сторону выхода.

– Если вдруг что-то понадобится, всегда рад помочь, – крикнул вслед торговец.

Юноша покидал чёрный рынок чуть ли не вприпрыжку. Теперь у него было абсолютно всё для поступления. «Будто камень с души… – мечтательно думал Дарим. – После поступления нужно будет отправить Хильге письмо с благодарностью и рассказать в нём, что путь к моей мечте начался». В трактир он вернулся уже ночью. Зайдя в свою комнату и плюхнувшись на кровать, Дарим впервые за долгое время уснул с улыбкой на лице.

Оставшиеся два дня пролетели незаметно. Дарим потратил их на отдых, ведь он не мог позволить себе такой роскоши с момента прибытия в столицу.

Утро первого сентября наступило внезапно. Дарим поспешно распахнул глаза и вскочил с кровати, причём сделал это не по своей воле. Его разбудил шум, неестественный даже для столицы. Дарим подбежал к окну, из которого заметил переполненные людьми улицы.

Первой мыслью стал пожар. Сложно было представить другую причину, по которой такое огромное количество людей одновременно рвалось бы в определённую часть города. Однако Дарим не видел дыма, не чувствовал запаха горящего дерева, не слышал звона тревожных колоколов. Юноша решил разобраться в причине переполоха. Взглянув на небо, он прикинул, что до поступления оставалось ещё примерно полтора часа.

Одевшись и взяв с собой всё необходимое, Дарим решил воспользоваться недавно приобретённым навыком. Пытаться выйти из трактира через главную дверь на первом этаже было бы глупостью – поток людей смывал даже взрослых мужчин. Поэтому Дарим залез на окно, развернулся и схватился за выступающий каменный откос. Затем подтянулся, оттолкнулся ногой от выпирающего из стены камня и в прыжке достал до крыши здания. Кровля в том месте отсутствовала, оставляя голый участок обработанного дерева. Подтянувшись, Дарим перевалился на крышу. Он поднялся, отряхнулся и посмотрел по сторонам. Юноша отметил, что толпа почти наполовину состояла из подростков его возраста – молодых юношей и девушек. Вторую половину толпы составляли женщины, старушки, реже мужчины. «Это поступающие…» – вдруг догадался Дарим.

Поток людей двигался как раз в сторону Академии, неистово шумя и сметая на пути прохожих и даже хлипкие постройки. Некоторые кричали, чтобы их пропустили вперёд, другие огрызались, толкаясь, иные просто вопили что-то невразумительное. Краем глаза Дарим заметил, как кто-то в толпе упал. Как бы он того не хотел, помочь бедолаге в подобной ситуации могли только боги. Такое столпотворение не смог бы удержать даже отряд Королевских рыцарей. Упавшему оставалось только свернуться калачиком и молиться, чтобы его не раздавили насмерть.

В голову Дарима полезли неприятные мысли. Сколько людей сейчас беспомощно лежит под этим натиском? Есть ли среди них дети? Сможет ли кто-нибудь им помочь?

Дарим замотал головой и решил, что лучшее, что он мог сделать – не увеличивать толпу своим присутствием и самому не оказаться в числе тех, кому нужна помощь.

– Нужно поспешить, – приказал себе юноша, едва расслышав собственный голос из-за шума.

Плотная застройка Авалонии позволяла свободно передвигаться по крышам домов. Единственное, что мешало – кровля, с которой можно было легко соскользнуть и упасть вниз. Это сильно замедляло путь, но, даже так, Дарим двигался в разы быстрее гудящего потока. Ещё одним препятствием могли стать широкие улицы между кварталами, но на счастье Дарима, за полтора месяца он успел более-менее освоиться в городе и знал, где расстояние между домами было немного уже, что позволяло перепрыгивать с одной крыши на другую.

Впереди показалась первая широкая улица. Дарим разбежался, прыгнул и приземлился аккурат, как и планировал. «Если буду двигаться в таком темпе, смогу добраться до Академии минут за сорок», – прикинул он.

Внимание привлёк едва различимый в толпе крик мужчины. Посреди улицы стоял всадник, одетый в дорогой наряд. Придерживая коня, он изо всех сил старался призвать людей к спокойствию и обратить на себя внимание, размахивая свободной рукой.

Сцена продлилась недолго. Кто-то из людского потока схватил коня за удила и начал тянуть. Всадник закричал на дебошира, но едва ли был услышан, и выхватил саблю из ножен, чтобы взмахнуть ей в сторону, в которую тащили коня. Сложно было сказать наверняка, но Дариму показалось, что удар пришёлся на совсем другого человека – случайного прохожего. Брызнула кровь, толпа забурлила сильнее, начали прорываться вопли о помощи. Конь запаниковал и встал на дыбы, подбрасывая крестьянина в воздух. Люди продолжали неумолимое движение, и бедное животное в конце концов повалилось на спину, придавив собой хозяина. Через несколько секунд не осталось ни следа от участников происшествия.

По спине Дарима пробежали мурашки, колени охватила дрожь. Нежелание падать, боязнь опоздать сменились страхом быть раздавленным. Стараясь не смотреть больше на ужасы внизу, Дарим продолжил свой путь.

Очередной перекресток преградил ему дорогу. Дарим взял разбег, но оступился перед самым прыжком. Не долетев нужное расстояние, юноша врезался в крышу соседнего дома животом и едва успел схватиться за нее руками. От сильного удара сбило дыхание. Как на зло, кровля оказалась старой и дряхлой и теперь начала осыпаться. Кровь наполнилась адреналином, время словно замедлилось. Дарим изо всех сил отталкивался ногами от стены здания, перебирая руками куски отрывающейся кровли, но всё равно постепенно соскальзывал вниз. Юноша решил поставить всё на один мощный прыжок. Собрав все оставшиеся силы, он одновременно толкнулся двумя ногами и сделал рывок. В результате отчаянного потуга Дарим кое-как смог перевалить большую часть тела на крышу. Приняв устойчивое положение, он замер. Дыхание никак не хотело восстанавливаться.

Адреналин прекращал действовать, и тогда Дарим почувствовал острую боль в ладонях и животе. Он вытянул руки перед собой. Они дрожали, были ободраны, на коже красовались внушительные ссадины, на которых набухали маленькие капельки крови. Задрав низ рубахи, Дарим обнаружил, что его живот также разодран. Болело левое нижнее ребро.

– Чёрт… В лучшем случае это сильный ушиб. В худшем – перелом.

Дарим отчаянно пытался успокоиться и отдышаться. В голову лезли навязчивые мысли о том, что куски падающего кровельного покрытия могли поранить или даже убить кого-то внизу. К горлу подступил ком. Подавив и проглотив его, Дарим ощутил неприятный привкус желчи. Тогда он прикрыл глаза.

Всё вокруг вдруг перестало существовать. Пропал звук вопящей толпы, исчезла боль от полученных ран. Остался только Дарим и его мысли. Он вспомнил, как много Хильга сделала для его поступления в Академию. Старуха делала вид, что ругалась, когда дарим не приходил помогать остальным сиротам из-за своих тренировок, но на деле она всегда хотела, чтобы мечта юноши сбылась. Когда пришло время, Хильга отпустила его и дала с собой всё необходимое. Еду, плащ, кинжал, кольцо. «Все её старания, весь её вклад потеряет смысл только из-за того, что я запаниковал в день поступления?» – спросил себя Дарим. Он глубоко вдохнул, а потом протяжно выдохнул.

– Нет, – ответил юноша сам себе. – Не бывать тому.

Шум постепенно начал возвращаться на пару с болью, которая, однако, больше не мешала, а воспринималась, как данность. Дарим поднялся на ноги. Нужно было продолжать путь. Он не имел права дать слабину в этот миг. Шаг за шагом он вернулся к тому темпу, в котором двигался до этого.

Впереди показалась река Смута, что разделяла Авалонию на две части. Пересечь её можно было лишь по одному из не великого множества мостов. Это стало серьёзной проблемой на пути толпы, когда сразу несколько потоков с широких улиц попытались протиснуться в узкое горлышко моста, в результате чего образовывалась толкотня пострашнее того, что Дарим видел кварталами ранее.

Почти каждые десять секунд кого-то выталкивали в реку. Некоторые смельчаки пытались перебраться вплавь, но прохладным осенним утром это было опрометчиво. Вода в реке сама по себе была холодной, потому что исток находился глубоко под землёй, а над поверхностью дул ледяной ветер. Подобравшись ближе, Дарим увидел, как течение уносит несколько бездыханных тел. Быстро оторвав взгляд от трагической сцены, он начал искать другие пути на тот берег.

Лезть в толпу было бы глупостью. Взглядом Дарим наткнулся на спасительный вариант. Вдалеке виднелся ещё один мост. На нём тоже толкались люди, но в меньшем количестве. Идти туда означало сделать небольшой крюк на пути к Академии, но это всё ещё казалось самым верным решением.

Дарим перебрался на другой ряд домов, спрыгнул на крышу кареты, которая застряла посреди дороги, и начал пробираться к соседнему мосту. Привыкнув к передвижению по кровле, юноша смог двигаться быстрее и увереннее. Нужную дистанцию он преодолел за десяток минут. Спустившись со здания, Дарим наконец ступил ногами на твёрдую землю, отчего на душе стало чуть спокойнее.

– А в этой части города людей поменьше, – вслух оценил Дарим. – Видимо, бедный район.

Пришлось идти бок о бок с его ровесниками, но по сравнению с путешествиями по крышам, это не было большой проблемой. Преодолев мост, Дарим стал выбирать лучший путь для финального рывка. До стен Академии оставался какой-то километр, но и поступающих вокруг было больше, чем где-либо ещё. Дарим, продолжая двигаться вперед, нашел на карте нужную часть города. Он догадывался, что основной поток людей направлялся к главному входу Академии, но помимо него было ещё несколько – например, ворота с противоположной стороны.

– Да, мне неизвестно, какова ситуация в других районах, но так у меня появится хотя бы маленький шанс проскочить, – рассуждая, пробубнил Дарим себе под нос.

Для начала юноша решил вернуться на крыши. Найдя здание с выступающими открытыми окнами, балкончиками и камнями, он вновь оказался на высоте нескольких метров. С этого ракурса уже виднелись стены Академии, под которыми царила жестокая давка.

Дарим начал продвигаться в сторону дальнего входа. Вдруг боковым зрением он увидел, что является не единственным, кто решил подняться повыше. Параллельно с ним бежали две фигуры в плащах с капюшонами. «Судя по форме ног, девушки», – быстро прикинул Дарим, но вспомнил, что отвлекаться, прыгая по зданиям, не лучшая идея. Добавил мотивации и лёгкий дух соперничества. Очевидно, что это тоже поступающие.

Дарим ускорился и стал прокладывать свой маршрут через рисковые срезки. Пару раз он чуть не оступился, но свою задачу выполнил, и через пятнадцать минут за очередным домом показались нужные ворота. Их закрывали два ряда стражей, а внутрь пыталась прорваться очередная группа людей. Дарим насчитал примерно сорок человек. Судя по крикам, их не пускали из-за не пройденного теста на физическую пригодность и отсутствия подтверждения.

Дарим поспешно спрыгнул на улицу и приблизился к толпе. Он не рассчитывал, что его легко пропустят, поэтому стал с силой продираться через сверстников. Пару раз на него крикнули, покрыли грязными словами, в один момент больно толкнули локтем, а затем кто-то схватил Дарима за плечо и начал вопить про очередь, но юноша рукой разжал хватку незнакомца и продолжил двигаться. Наконец впереди показалась стена щитов с гербами. Один из стражей удивительным образом разглядел и узнал Дарима в толпе. Из-за шлема трудно было сказать, кто именно, но одно оставалось без сомнений – это было чудом.

Дав команду прикрыть его позицию, стражник сделал небольшой выпад, расталкивая толпу. Дарим понял его намерение и протянул вперёд руку. Стражник схватил его и буквально вытянул из живой массы в ряды других слуг закона. Брешь в строю быстро восстановили, и никто не успел проскочить внутрь. По толпе прокатилась волна недовольного гудения, но Дарим её проигнорировал.

Он оказался внутри небольшого каменного коридора, в конце которого стоял второй отряд стражей. Отряд был в том же формировании, однако здесь, судя по форме, находился кто-то из инструкторов. Дарим легко узнал стрижку сэра Оле. Мужчина на повышенных тонах что-то объяснял двум юношам в красивых чёрных костюмах. Чуть поодаль лежало несколько избитых. Среди них было трое взрослых мужчин и четверо юношей. Все они валялись в пыли и корчились от боли. «Видимо, смогли прорваться через первый отряд, но нарвались на второй, – догадался Дарим. – Неплохая схема обороны».

В воздухе висел запах крови и пота. Страшно было представить, какой ужас творился у главных ворот. Не теряя времени, Дарим подошёл к инструктору Оле и поздоровался.

– Тест на физическую пригодность проходил? – не глядя кинул инструктор.

– Да, вы у меня его и принимали, – быстро ответил Дарим.

– Подтверждение, – Оле протянул руку в сторону Дарима ладонью вверх, продолжая параллельно разговаривать с ещё двумя поступающими.

Дарим вложил конверт в ладонь в кожаной перчатке. Инструктор Оле поспешно развернул его, достал документ и пробежался по нему глазами.

– Дарим Эшфорд? – спросил инструктор.

– Да, сэр, – кивнул Дарим.

– Хорошо. Пропустить его! – скомандовал Оле стражам позади себя и вернул Дариму бумагу.

Строй разомкнулся, образуя небольшой проход, в который Дарим поспешно забежал. Юноша оказался в стенах Академии. Вокруг стало значительно спокойнее, но людей всё равно было много.

Дарим увидел несколько очередей, которые тянулись к немногочисленным шатрам. Перед шатрами стояли столы, за которыми сидели инструктора и заполняли какие-то документы. К Дариму подошёл страж с мечом в ножнах и поинтересовался:

– Юноша, у вас есть вся сумма, нужная для поступления?

– Да, – Дарим кивнул.

– Тогда вам в самую левую очередь, – вытянул страж руку в нужном направлении.

– Спасибо.

Дарим последовал указаниям стража и встал за толпой. В отличие от остальных, эта очередь двигалась быстро. Сбоку какая-то женщина размахивала перед лицом незнакомого Дариму инструктора своим ожерельем. Из-за шума вокруг было непонятно, торговалась она или угрожала, но уже через пару минут очередь дошла до самого Дарима. Перед ним за столом сидел небритый мужчина с длинными каштановыми волосами и шрамом возле рта.

– Подтверждение и плата, – очевидно, устав от этих слов, сказал он.

Дарим положил на стол свой документ и достал мешочек с золотыми. Инструктор пересчитал монеты, быстро прочитал подтверждение и пером поставил на нём какую-то закорючку. Золотые ловким движением руки были отправлены в сундучок под столом.

– С этой бумагой идёшь в корпус за моей спиной, – приказал инструктор.

Корпус оказался трёхэтажным и внешне напоминал небольшой замок. Красная крыша, большие окна, величественные входные двери, над которыми торчал просторный балкончик.

В корпус один за другим заходили поступающие, и Дарим решил не отставать. Внутри его поймала девушка в доспехах. Она была выше Дарима и имела непривычно короткие для женщины чёрные волосы и выбритые виски. Строение черепа тоже напоминало мужское, но губы, нос, глаза и брови оставались весьма женственными. Этот образ вызвал у Дарима смешанные чувства. С одной стороны, девушка выглядела сурово, с другой – он не мог не отметить её красоту, несмотря на сравнительно небольшую разницу в возрасте. «Видимо, ещё не так давно она сама здесь училась», – подумал Дарим.

– Ты планируешь поступать на рыцаря или на мага? – спросила девушка.

– На рыцаря, – без раздумий ответил Дарим. – Извините, а разрешите узнать вашу должность и имя? Вы не похожи на инструктора.

– Ты прав, – едва заметно улыбнулась она. – Меня зовут Мия, я преподаватель фехтования. Это мой первый год в качестве преподавателя, – объяснила она, затем слегка прокашлялась и сменила тон. – Рыцарям по коридору налево. Хотя можешь попытать счастье и справа.

– Попытать счастье? – нахмурился Дарим.

– На обучение магом берут далеко не всех желающих, – сказала Мия. – У каждого человека есть так называемый магический предел. Он определяет, насколько хорошим магом ты можешь стать и как быстро будешь учиться. Так что, в принципе, даже если ты до этого про магию и не слышал, может оказаться, что у тебя к ней врождённая предрасположенность.

На секунду Дарим задумался. Да, он всю жизнь мечтал стать рыцарем, но про становление магом даже не задумывался. На службе у короля почитали и тех, и других, но магов всегда было меньше, и они считались невероятно могущественными.

Не было смысла принимать решение сейчас, пока Дарим не знал свой «магический предел». Он повернул направо и решительно зашагал по коридору, в конце которого стоял очередной страж. Из охраняемого кабинета вышло несколько ребят с недовольными лицами, что создавало не лучшее первое впечатление. Дарим подошёл к двери и посмотрел на стража с немым вопросом.

– Проходи-проходи, там свободно, – спокойно отозвался мужчина.

Дарим постучался и вошёл внутрь. В кабинете находилось два человека. Один из них – пожилой маг с бородой. По крайней мере, он выглядел магом из-за дорогой мантии и мудрого взгляда. Вторым был взрослый мужчина в плаще, который скрывал его лицо. Мужчина стоял, прислонившись спиной к стене и скрестив руки на груди. Форма его напоминала скорее на уличную одежду, отчего не была ясна должность незнакомца, но Дарим решил, что раз он в кабинете, значит зачем-то нужен.

– Здравствуй, юноша, – прогремел маг. – Готов узнать свой магический предел?

– Да, – Дарим кивнул.

– Тогда вытяни перед собой руку ладонью вверх.

Дарим сделал, как велели. Маг коснулся центра его ладони кончиками среднего и безымянного пальцев и закрыл глаза. Принцип выяснения магического предела оставался для Дарима загадкой, но на всякий случай он решил сконцентрироваться и ни о чем не думать.

Наступила затяжная тишина. Маг хмурился и изредка шевелил губами. В это время Дарим перевёл взгляд на странного мужчину слева от себя, но наткнулся на два серых глаза, которые смотрели прямиком в душу. Теперь лицо незнакомца не было скрыто тканью. Дарим разглядел худощавую фигуру с длинными тёмно-рыжими волосами, впалыми щеками и мешками под глазами. По спине побежали мурашки. Дарим не понимал, почему, но чувствовал, что встреча с этим человеком в менее людном месте стала бы для него фатальной. Сердце его бешено заколотилось, ладони вспотели, колени задрожали. Ни перед кем Дарим ещё не испытывал такого страха за свою жизнь. В воздухе вокруг вдруг запахло гноем и разложением, а дневной свет, падающий из окна, потускнел. Руки незнакомца покрылись кровью, которой становилось всё больше и больше, пока она не начала капать на пол. От увиденного у Дарима закружилась голова, и он чуть было не потерял равновесие. Все мысли исчезли, осталось только одно слово, которое кричал животный инстинкт: «Беги!»

– Юноша, стойте спокойно, – сделал замечание маг, не открывая глаз.

Дарим моргнул несколько раз и снова уставился на человека у стены, но тот более не смотрел на него. Всё стало как раньше. Солнце вновь светило ярко, никакой крови не было, пахло старой бумагой и духами. Не успел Дарим придумать объяснение произошедшему, как старый маг убрал свою руку.

– Увы, юноша, боги распорядились так, чтобы вы не стали изощрённым магом. Не отчаивайтесь и начинайте свой путь к рыцарству. Поверьте, на службе у короля толковый воин полезен ничуть не меньше талантливого мага.

Дарим нервно кивнул и поспешно вышел, нет, даже выскочил из кабинета, чуть не сбив следующего поступающего, который ждал своей очереди. «Что это был за ужас… – непонимающе думал Дарим. – Кто этот мужик? Неужели он тоже меня на что-то проверял?» Проходя мимо преподавателя Мии, он резко остановился.

– Скажите, мисс Мия… – Дарим хотел спросить про таинственного мужчину в кабинете у мага, но осёкся.

– М-м? – Мия внимательно посмотрела на него.

– Да нет, хотел спросить, куда идти. Всё в порядке, я вспомнил, спасибо.

И Дарим прошмыгнул в левый коридор. Он оказался более людным, вдобавок поступающие не возвращались злыми или расстроенными. Наоборот, почти все были веселы, и вдобавок, с оружием. Среди вооружения были мечи, копья, топоры, булавы, кистени. Дарим загорелся интересом и прибавил шаг.

Возле кабинета так же стоял страж. Зайдя внутрь, Дарим увидел только одного человека, и ему сразу стало спокойнее. Тем единственным был молодой мужчина в форме инструктора. У него были небольшие щёки, тёмные кудрявые волосы и смеющиеся глаза.

– За снаряжением? – весело спросил он у вошедшего Дарима.

– Да, – кивнул Дарим.

– Отлично, – улыбнулся инструктор и протянул руку. – Ваше подтверждение, пожалуйста.

Дарим вручил своё подтверждение инструктору и начал осматривать кабинет. Он был небольшим, помимо письменного стола в нём стояло несколько книжных шкафов и дверь, которая вела в другую комнату. «А там у нас, должно быть, оружейная», – быстро смекнул Дарим. Дверь была приоткрыта, и через щель он мельком увидел лезвие полуторного меча.

– Так, Дарим, в список я тебя внёс, – сказал инструктор. – Твой номер в нём – семьсот шестьдесят шесть. Он понадобится тебе при заселении в общежитие. Пойдём, выдадим тебе снаряжение и можешь быть свободен.

После этого они вдвоём прошли в оружейную, в которой было множество стоек. Помимо оружия, которое увидел Дарим у других поступающих, там хранилось ещё много интересного. Глефы, алебарды, палицы, шестопёры, луки, арбалеты. Глаза Дарима светились от восторга, он не мог задержать взгляд на чём-то одном дольше секунды.

– Итак, – прокашлялся инструктор, обращая на себя внимание. – Каким оружием ты хочешь научиться орудовать?

– Мечом, – после недолгих раздумий ответил Дарим.

Ответ явно не обрадовал инструктора. Его брови нахмурились, губы немного поджались, а глаза перестали улыбаться.

– Меч, – проворчал мужчина. – Тому меч, этому меч. Дарим, скажи мне, что отличает опытного воина с мечом от неопытного воина с палицей? – скрестил инструктор руки на груди.

– Ну… – Дарим задумался. – Даже не знаю.

– Как я и думал, – вздохнул инструктор. – Оба воина нанесут смертоносные удары для человека в броне. Разница лишь в том, что, чтобы нанести такой вред мечом, ты должен владеть им очень хорошо, а палицей достаточно просто попасть. Понимаешь, к чему я клоню?

– Да, – кивнул Дарим. – Но всё же я хочу научиться владеть мечом. Мне кажется, меч более универсальное оружие, если с ним совладать.

– Будь по-твоему, – сдержанно вздохнул инструктор. – Щит возьмёшь?

– Нет, – Дарим помотал головой.

– Ну знаешь, что! – повысил голос мужчина. – Я многое готов принять, но без щита такую зелень, как ты, никуда не пущу. Вот как научишься хорошо фехтовать, дерись хоть голышом, но сейчас ты возьмёшь щит, а потом не раз будешь меня за это благодарить. Понял?

– Да, сэр.

Инструктор немного покопался в вещах, а затем выдал Дариму меч средних размеров и деревянный круглый щит.

– Доспехи получишь позже, в течение обучения, а теперь можешь идти.

Дарим поблагодарил инструктора, вышел из кабинета и вернулся к преподавателю Мие, чтобы узнать, что делать дальше.

– Дальше? – усмехнулся преподаватель. – Дальше тебе остаётся только заселиться в общежитие, отдохнуть и дождаться первого учебного дня. Это завтра, кстати.

Дарим поговорил с мисс Мией ещё немного и узнал дорогу до общежитий. Поблагодарив преподавателя за помощь, он вышел из корпуса.

Идя к жилым корпусам, Дарим обратил внимание, что шум вокруг Академии немного стих, но внутри стало гораздо больше поступающих. Молодые парни и девушки, северяне и южане, в богатой и бедной одежде. Большинство этих людей станут для Дарима соперниками, очень многие – соперниками весьма достойными. Эти мысли заставляли сердце юного студента трепетать.

Наконец, показались общежития – трёхэтажные белокаменные здания, стоящие рядами друг за другом. По предварительной оценке Дарима, в каждом могло жить человек двести. «Стоп, а в какое из них мне нужно?» – вдруг задумался он.

Посмотрев внимательнее, Дарим заметил возле каждого общежития таблички с числами. «1-150», «151-300» и далее по порядку. Сообразив, что к чему, Дарим направился в шестое здание. Внутри его ждал уставший комендант и поиск своей комнаты.

Все студенты в общежитиях жили по двое. Найдя комнату «765-766», Дарим остановился и нащупал в кармане выданный ранее ключ.. Открыв дверь, юноша попал в небольшую комнату с двумя кроватями, шкафом, столом и двумя стульями. В окне виднелось солнце, которое постепенно начало садиться.

– Так, – сказал Дарим, стараясь привести мысли в порядок, – нужно получить постельное бельё, но я что-то так вымотался… Потом схожу.

Дарим закрыл дверь, разулся, поставил меч с щитом возле стены, лёг на незаправленную кровать и задремал. Накопленные за весь день усталость и переживания навалились на него с такой силой, что он не смог противиться чарам снов. Наверное, он так и проспал бы до утра, не разбуди его хлопок двери.

Дарим вскочил, протёр глаза и уставился перед собой на юношу в крылатке коричневого цвета, чёрных штанах и кожаных туфлях. В комнате стало нечем дышать, всюду воцарился аромат духов нового соседа. Дарим не успел рассмотреть лицо студента, как тот широкими шагами уже подошёл к нему и протянул руку.

– Здорово! – громко и уверенно сказал юноша.

Глава 4

Знакомство

Дарим пожал руку юноше, неуклюже встал с кровати и ответил сонным голосом:

– Привет.

– Тебя как звать-то? – поинтересовался сосед.

– Дарим.

– А меня – Ривер. Будем теперь с тобой вместе жить.

Дарим отчаянно потёр глаза и попытался прийти в себя. Только после этого небольшого ритуала он смог как следует рассмотреть лицо своего нового соседа. У Ривера были зачесанные назад тёмно-русые волосы и немного выпирающий подбородок. Он аккуратно улыбался, демонстрируя маленькую родинку на щеке.

– Ты из деревни? – прямо спросил Ривер.

– Так заметно?

– У тебя взгляд человека, который не родился в столице, – ответил юноша, между делом снимая с себя крылатку.

– Ты очень проницательный. Из высших слоёв?

– Ну, не прямо высших, но в определенных кругах моя семья может считаться влиятельной.

– Понятно.

«Пока сложно судить, но Ривер кажется нормальным – даже для знати», – заключил для себя Дарим. Новые соседи непринуждённо побеседовали ещё немного. Но диалог в какой-то момент оказался прерван недовольным желудком Дарима, громко урчащим о том, что за день не получил ни грамма еды.

– Тут недалеко есть таверна, – как бы невзначай предложил Ривер. – Достаточно культурное место, цены не кусаются, да и владелец – мой знакомый. Так что можем прогуляться.

– Отличная идея, – благодарно улыбнулся Дарим.

Спустя пару минут они вышли из общежития. Вокруг Дарим увидел множество студентов в вечерних костюмах: юноши облачились во всевозможные тканевые или шерстяные пальто, накидки или плащи, девушки же оделись в жакеты из бархата, шали из кашемира и пальто с меховой отделкой. Они были разделены на разношёрстные компании и держали в руках или ртах какие-то необычные изделия из дерева с округлыми отверстиями на концах, то и дело выпуская изо рта дым.

– Ривер, а что это у них такое? – поинтересовался Дарим.

– Ты никогда не курил?

– Нет, – ответил Дарим, слегка поморщившись. – Я видел курящих, но у них самокрутки были, либо табак. А тут, вон, из дерева что-то.

– Это трубки у них. На обратном пути покажу.

Выйдя с территории Академии, Дарим остановился. Он неожиданно вспомнил, что буквально этим утром здесь было не продохнуть из-за поступающих, но сейчас улица была почти пуста. Остался только неприятный запах большого скопления людей и немногочисленные следы крови на земле. Дарим уставился на один из них, прокручивая в голове увиденное по пути в Академию.

– Н-да уж, каждый год одно и то же, – вздохнул Ривер, встав рядом. – Не бери в голову. Каждый студент Академии однажды должен пройти через это.

– Ага, – Дарим кивнул и продолжил идти, стараясь переключить мысли на что-нибудь другое.

Пройдя незначительное, для столицы, расстояние, юноши остановились возле таверны «Сытник». Как и утверждал Ривер, владелец был хорошо ему знаком. В подтверждение этому их накормили, не взяв и гроша, а рассказанные впечатления о поступлении и об Академии и сошли за плату. Сытно поужинав, юноши направились обратно к общежитиям, но на воротах Академии их неожиданно остановили стражи.

– Вы студенты? – строго спросил один из них.

– Они самые, – довольно ответил Ривер.

– Подтверждение, – страж вытянул руку в перчатке.

– Чего? – Ривер недовольно вскинул бровь. – Мы минут двадцать назад мимо вас проходили, из общежития вышли.

– Ничего не знаю. Распоряжение – никого не пускать без подтверждения.

– Господа стражи, – осторожно начал Ривер, – давайте не будем устраивать цирк на ровном месте. Мне кажется, вам с утра хватило. Вы явно не всех студентов так останавливаете и проверяете. А нас за что?

Страж вместо ответа кинул взгляд на Дарима, вернее, на его небогатую одежду.

– Ну, любит человек одеться попроще, что с него взять, – попытался отшутиться Ривер.

– Либо показывайте пропуска, либо проваливайте, – отрезал страж.

– Тогда зовите коменданта! – влез в разговор Дарим. Ситуация вывела его из себя. – Он заселил нас несколько часов назад. Мы можем назвать индивидуальные номера. Если комендант подтвердит, что в глаза нас не знает, и номера не совпадают с нашими именами, мы уйдём.

– Вам правда охота разбираться с этим? – подкрепил Ривер слова Дарима.

Стражи переглянулись. По их лицам было ясно, что подобное обращение их не устраивает, но, по всей видимости, аргументы Дарима оказались весомее. Мужчины в доспехах расступились.

– Хрен с вами, – буркнул один из стражей. – В следующий раз не пущу.

Студенты прошли на территорию Академии и присели на одной из лавочек возле своего корпуса.

– А ты не из робких, – задумчиво похвалил Ривер, глядя куда-то вперёд и доставая из кармана ту самую трубку, – молодец.

– Да ладно, – отмахнулся Дарим, взглядом изучая таинственное изделие. – Уверен, не скажи я, сказал бы ты.

Ривер увидел в глазах своего соседа неподдельный интерес и усмехнулся.

– До чего же забавно, – сказал он. – Я трубку впервые увидел ещё в детстве… В общем, смотри.

После этих слов Ривер продемонстрировал умение забивать в трубку табак, поджигать его спичкой и раскуривать. Сам процесс показался Дариму увлекательным, но появившийся дым быстро изменил его мнение.

– Я уже чувствовал этот неприятный запах, – поморщившись, сказал Дарим. – Неоднократно.

– Ещё бы, – Ривер фыркнул, сжимая в зубах трубку. – В столице каждый второй – курящий, – он потянул дым в свои лёгкие, а после выдохнул его, образовав в воздухе небольшое белое кольцо. – Хочешь попробовать?

– Нет уж, – отмахнулся Дарим. – Вдыхание вонючего табака звучит, как что-то не очень полезное.

– Курение расслабляет, приводит мысли в порядок, – Ривер пожал плечами. – Да, это вредно, но за любое удовольствие нужно чем-то платить, – он перевёл взгляд на Дарима. – А ты у нас, значит, о здоровье заботишься? Хотя да, по тебе видно. Ну, тут мне нечего добавить – каждому своё.

Докурив, Ривер поднялся с лавки и вытряхнул остатки табака из трубки. Дарим взглянул на ночное небо над головой и внезапно отметил, что в столице звёзд почти не было видно, в отличие от его родного Садлера.

– Ладно, пошли спать, завтра трудный день, – сказал Ривер.

– Идем, – согласился Дарим, хлопнув ладонями по коленям.

Вернувшись в комнату, юноши поделили кровати, застелили их и улеглись. Новый сосед производил, в основном, положительное впечатление. «Да, он другой, но, как-никак, мы выросли в двух совершенно разных частях королевства, – лёжа на боку, рассуждал Дарим. – Думаю, это можно даже назвать разными мирами. Не мудрено, что он смотрит на некоторые вещи под другим углом».

В этот момент к немногочисленным недостаткам Ривера добавился и храп. Это не стало особой проблемой, ведь Дарим большую часть своей жизни спал бок о бок с десятком сирот, многие из которых весьма громко мычали и даже разговаривали во сне. Мысли о доме и накопившаяся усталость убаюкали Дарима, и он наконец уснул.

Начался первый учебный день с того, что Дарима разбудил Ривер:

– Просыпайся, опоздаешь ведь!

«Даже несмотря на вчерашний отдых, я переутомился… – устало подумал Дарим, медленно вставая с кровати – Надо стараться высыпаться в дальнейшем, а то во время учёбы будет тяжело».

Умывшись, одевшись, и взяв с собой снаряжение, Дарим с Ривером покинули общежитие. На улице сновало огромное количество студентов. Все они стремительно шли в конкретную часть Академии.

– А куда все направляются? – спросил Дарим Ривера, который ещё не успел затеряться в толпе.

– Там висят списки с группами. Каждой группе выделен свой кабинет в каком-то из корпусов. Смотришь, в каком ты списке, идёшь в нужный корпус, находишь свою группу.

– Понял, спасибо! – Дарим кивнул и нырнул в поток студентов, пытаясь поскорее добраться до списков.

Дорога к главному корпусу заняла минут десять. Когда Дарим увидел заветные таблички, то вдруг понял, что перестал продвигаться к ним. Началась толкучка. Все старались прорваться к спискам, а сделав это, пытались уйти, мешая другим. Учитывая количество студентов, найти свою группу таким образом казалось невозможным. Дарим отошёл в сторону от столпотворения, чтобы подумать над тем, как лучше поступить. Вдруг ему на плечо легла тяжёлая, но небольшая рука.

– Какой у тебя номер? – раздался сзади женский голос.

Дарим развернулся и увидел преподавателя Мию. Она была одета уже не в доспехи, а в строгий женский костюм, состоящий из чёрного пиджака и штанов, а ещё белой рубашки. Дарим почувствовал запах цветочного парфюма и подумал, что хоть кто-то знает меру с этими духами, в отличие от Ривера.

– Семьсот шестьдесят шесть, – быстро ответил Дарим.

Преподаватель пробежалась глазами по какой-то бумажке у себя в руках.

– Дарим Эшфорд? – уточнила мисс Мия.

– Да.

– Могу тебя обрадовать. Ты в моей группе, а значит, я – твой куратор.

– А как вы меня нашли? – удивился Дарим.

– Вчера в подтверждении запомнила твоё имя. Сегодня с утра увидела его в списке своей группы.

– Понял. А в какой мне корпус?

– Вместе пойдём. Все остальные уже ждут нас в аудитории.

Дорога до нужного корпуса заняла ещё около пяти минут. Из-за очередных аккуратно стриженных кустов показалось трехэтажное здание. В отличие от большинства других зданий в Академии, основным материалом в строительстве этого корпуса стало дерево, отчего он выглядел старым и не таким красивым. Однако, это не отменяло того факта, что в здание шёл плотный поток студентов, к которому присоединились Дарим и его руководительница.

Интересной деталью было то, что Дарим увидел множество первокурсников, но ни одного представителя старших курсов. Ну, или хотя бы тех, кто походил на старшекурсников.

– Мы пришли, – сообщила мисс Мия, прерывая размышления юноши, чем вызвала у него трепет в груди.

Дарим кивнул и прошёл в аудиторию через приоткрытую дверь. Внутри находилось около двадцати студентов. Многие сбились в небольшие группы, но были и те, кто оставались поодаль от остальных. Занимательным было то, что, судя по одежде, группа далеко не полностью состояла из воинов. Почти половина была магами – их выделяли излюбленные ими мантии. Некоторые были одеты в обычные, из шерсти или кашемира, но большая часть носила на себе бархат, атлас или шёлк самых разных цветов. Воины же в этом плане отображали более классический вариант одежды, хоть формы в Академии и не было. Большинство, как юноши, так и девушки, носили строгие тёмные мужские костюмы, состоящие из пиджака и брюк. Были, конечно же, и исключения, но до пышных платьев, благо, дело не доходило.

– Так, ребята, я сейчас вернусь, забыла ваше расписание, – сказала преподаватель и вышла из кабинета.

Студенты явно оживились. Компании продолжили вполголоса что-то обсуждать. Дарим бросил взгляд на первых попавшихся студентов. Две девушки с луками, стоящие рядом друг с другом, активно о чём-то перешептывались, то и дело поглядывая на Дарима. Затем он перевёл взгляд на двух очень высоких и крепких телом парней. На головах у них вились каштановые волосы, хорошо виднелись строгие черты лица. Оба были богато одеты, у первого в ножнах висел двуручный меч, а второй облокотился руками на длинный молот. Они были невероятно похожи друг на друга, и Дарим быстро смекнул, что они близнецы. Близнецы, которые также сверлили его взглядом и о чём-то рассуждали.

Оглядевшись, он осознал, что абсолютно каждый студент в кабинете откровенно пялился на него, что-то говорит, если есть кому, а если нет, то наверняка думает. Тело Дарима запылало. Он не мог понять, было тому виной смущение, злость, страх или всё вместе, но Дарим не мог пошевелиться. Исключением были руки. Они изрядно дрожали.

Дарим наткнулся глазами на самую крупную группу студентов. Она состояла из пяти магов. Ледяной взгляд, что холоднее зимней ночи, у одного из них сразу приковал к себе внимание. Светло-зелёные глаза, тонкие аккуратные брови. Дарим запомнил взгляд этого юноши навсегда. Незнакомец выглядел как человек, посмотревший смерти в глаза – отстранённо, но при этом проникновенно.

Никто не знает, сколько бы ещё длилась эта сцена, не прерви её широкая знакомая фигура северянина. Он подошёл и протянул Дариму свою ладонь. Дарим легко узнал Семунда, с которым он сдавал тест на физическую пригодность.

– Рад тебя видеть, – после небольшой паузы сказал Семунд. – Получается, мы в одной группе.

Дарим, не думая, крепко пожал ему руку и улыбнулся, ощутив сильное облегчение. Почему-то факт наличия знакомого сильно разрядил обстановку.

– Какая прелесть, – язвительно обратилась к ним девушка из компании магов. – Деревенщина дружит с дикарём.

Дарим стрельнул в неё взглядом. Красивая девушка с маленьким ртом и надменным взглядом. Она была одета в высокие коричневые сапоги и белую шубу с капюшоном, который частично скрывал чёрные длинные волосы. Он хотел было ответить на язвительные речи, но в другой части кабинета отреагировали быстрее.

– Что-то против деревень имеешь?! – крикнул юноша, одетый похоже на Дарима. – Думаешь, если родилась в столице, теперь можно на других свысока смотреть?

Молодой человек был маленького роста, обладал светлыми волосами и голубыми глазами. Кажется, слова девушки задели его куда больше, чем самого Дарима.

– Чего заткнулась? – не унимался он.

– Конкретно тебе, отребье, я уже всё сказала до этого, – даже не глядя в его сторону, ответила маг.

– Мразь! Пасть порву!

Судя по манере речи, паренек и не планировал прекращать словесную перепалку, но быстро замолчал, когда дверь скрипнула, и в кабинет проскользнула женская фигура.

– Так, расписание у меня, – сказала мисс Мия, надевая очки. Дарим не смог не отметить, что они были преподавателю крайне к лицу. – Садитесь, можем начинать.

Студенты как ни в чем не бывало стали рассаживаться по местам, сохраняя разделение на группы. К Семунду с Даримом подошёл тот бойкий деревенский парень.

– Пошли сядем, не стоять же, – обратился он к одногруппникам.

Дарим кивнул. Юноши уселись рядом на третьем ряду и устремили свои взгляды на преподавателя.

– Что ж, рада, что вся группа в сборе, – тихо прокашлявшись, сказала мисс Мия. – Поскольку не все ещё со мной знакомы, рада представиться. Меня зовут Мия Гауф. Я буду курировать организационные вопросы вашей группы. Конфликты с преподавателями, отработка долгов, договорённости по поводу переноса занятий, изменение расписания. Всем этим я буду заниматься совместно с вашим старостой, о чём позже. По темам, которые не терпят отлагательств. Наша группа смешанная, как вы уже могли заметить. Нормально ли это? Нет. Обычно в группе учатся либо маги, либо воины. Критично ли это? Тоже нет, как ни странно. Как и у всех остальных, у вас будут общие занятия по типу правоведения, истории, философии, а ещё раздельные. Для воинов это физическая и строевая подготовка, для магов – повышение запаса магических сил, например. Помимо этого, вас разделят ещё и по профилю подготовки. Профили разные и для магов в зависимости от используемой ими стихии, и для воинов – в зависимости от используемого оружия.

В этот момент юноша из большой компании поднял руку.

– Вопрос? – указала мисс Мия на студента, давая ему право говорить.

– Некоторые могут использовать несколько видов магии. Как обучение будет проходить для них?

Дарим по одному только голосу угадал, что говорящим является парень с холодным взглядом.

– Это вы уточните непосредственно с вашими преподавателями, – ответила Мия Гауф. – Так, что я ещё не сказала? Ах, да. Касательно старосты. Нужно выбрать человека, который будет являться представителем вашей группы. Есть желающие?

В кабинете поднялось две руки. Первым желающим оказался маг, который задавал вопрос. «Ожидаемо», – мысленно буркнул Дарим. Вторым же добровольцем выступил один из близнецов – тот, что с мечом.

– Отлично, – одобрительно кивнула мисс Мия. – Пожалуйста, подойдите ко мне, представьтесь и расскажите, почему группа должна выбрать именно вас.

Оба студента сделали, как им было велено. Первым дали слово близнецу. Он встал перед преподавателем и расправил плечи. Рядом со студентом мисс Мия казалась маленькой девочкой. Юноша был шире в плечах и груди, ещё и выше на одну-две головы. И это при том, что преподаватель не была низкой. Дарим на глаз попытался определить рост мисс Мии – около ста семидесяти сантиметров.

«А ведь этот парень – мой ровесник…» – озадаченно подумал Дарим.

Лицо здоровяка имело прямоугольную форму, глаза были голубого цвета, а на подбородке уже росла небольшая щетина.

– Моё имя – Мавр Клавель, я из рыцарского клана Янтарный лев. Мой отец, Бернард Клавель, его глава. Я обладаю отличным образованием, в том числе в сферах политики и истории. Вдобавок, мой боевой опыт в шестнадцать лет считается самым большим среди юношей известных кланов. Выбор меня в качестве старосты обеспечит вам безукоризненную защиту ваших прав как студентов, вашей чести как детей ваших родителей и ваших жизней как людей.

Речь произвела неплохой эффект. Поднялся гул, все зашептались, зашевелились, а второй близнец, глядя на выступающего, одобрительно закивал.

– Попрошу тишины! – успокоила преподаватель студентов. – Второй кандидат, пожалуйста.

Мавр отошёл в сторону, уступая место конкуренту. Перед группой встал парень с длинными светло-русыми волосами, заплетенными в хвост. Его лицо имело больше женские черты, нежели мужские. Хорошо были заметны скулы и аккуратный нос. Студент обвел холодным взглядом всю группу.

– Моё имя – Иладар Миллиган. Не так давно я состоял в Детях Феникса, клане магов, однако был изгнан. Несмотря на это, я всё ещё являюсь носителем знаний величайших огненных магов всего королевства. И могу вас заверить, эти знания касаются не только магии. Письменность, психология, стратегия, экономика. Будучи старостой, я смогу решить все надлежащие вопросы и избавить вас от любого рода бумажной рутины. Обещаю ответственно подойти к исполнению своих обязанностей.

Выступление мага не вызвало такой ажиотаж, как речь Мавра, но всё же отозвалось уважением и одобрением. Иладар отошёл в сторону, уступая место Мии Гауф.

– Итак, речи вы услышали, теперь голосование. Тот, у кого будет большинство голосов, станет старостой группы, у кого меньше – его заместителем. Поднимите руку те, кто хотели бы видеть на этом посту Мавра Клавеля.

Все воины, включая Дарима, почти синхронно подняли руки.

– Девять голосов, – быстро посчитала куратор. – Теперь поднимите руки те, кто за то, чтобы старостой стал Иладар Миллиган.

Маги показали своё единство и ответили голосами за своего кандидата.

– Семь, восемь… – считала вслух мисс Мия. – Восемь? Кто не проголосовал? – строго спросила преподаватель, осматривая студентов.

– Я! – из-за парты поднялся тот же светлый паренёк, который сидел рядом с Даримом и Семундом, а затем обратился к Иладару. – Пускай я маг, как и ты, но всё же между нами огромная разница. Ты был рождён стать магом, потому что твои родители состояли в клане. Я же – сын крестьянина, и получил право быть здесь буквально вчера. Судить о магах из кланов я могу только по тебе и той особе, которая разбрасывалась оскорблениями во всех, кто ей не нравился. Поэтому сейчас я вижу вас, как зазнавшихся, самодовольных павлинов. Мой голос за Мавра.

– Итого, десять против восьми, – заключила мисс Мия. – Я рада объявить Мавра Клавеля старостой нашей группы.

Воинская часть одобрительно зааплодировала, маги вяло их поддержали. Иладар косо посмотрел на последнего выступающего вернулся на своё место.

Далее преподаватель раздала всем листки с расписанием. Дариму предстояло заниматься пять дней в неделю. В среднем, в день у него стояло по три занятия примерно по полтора часа (позже он узнал, что студенты называли их парами). Среди своих предметов Дарим нашел фехтование, строевую подготовку, плавание, верховую езду, историю, математику, работу с документами, полевую медицину и охоту. Список поверг его в небольшое разочарование. Большая часть звучала интересно, но было и то, к чему Дарим притрагиваться не хотел. Ну никак он, будучи рыцарем, не планировал копаться в бумагах, вычитать и умножать. С другой стороны, Дарим в целом мало чего знал о занятиях рыцарей.

После ознакомления с расписанием и обсуждения нескольких организационных вопросов, собрание было окончено.

– Ваши занятия начнутся завтра, – сказала Мия Гауф. – На них вы познакомитесь с преподавателями и их требованиями, получите учебники и тому подобное. Разберётесь, надеюсь. Если будут какие-то вопросы, мы со старостой их решим.

Выходил Дарим из кабинета вместе с Семундом. Они обсуждали расписание и первые впечатления, когда к ним присоединился их одногруппник, голос которого стал решающим при выборе старосты.

– Как вас зовут? – спросил парнишка.

– Дарим.

– Семунд.

– А я – Ник, – ответил одногруппник, после чего последовало два рукопожатия. – Вы выглядите как нормальные ребята. Особенно учитывая тот факт, что я впервые вижу дружбу северянина с кем-то, кроме северянина. Не знаю, с чем это связано, но это уже не моё дело. Я вот, что сказать хотел – нам нужно держаться вместе. Мы с вами в самом настоящем гадюшнике. Не будем друг другу помогать – никто нам не поможет. Маги из кланов уже организовали себе какую-то группу.

– Да ладно тебе, – Дарим махнул рукой. – Нельзя же по одному дню сразу всех судить. Уверен, если познакомиться поближе, среди них найдется много хороших ребят.

– Может и так, брат, но пока я предлагаю делать, как сказал, – настаивал Ник. – Мы пока ничего не знаем про систему оценок, за что из Академии выгоняют и прочее. Нужно быть начеку.

– Ты точно из деревни? – Дарим приподнял одну бровь и ухмыльнулся.

– Да, но в столице уже где-то месяц, – ответил Ник. – Жизнь в этом городе научила меня, что в одиночку ты – ничто.

– Ладно, Ник, мы тебя поняли, – кивнул Дарим, которого немного утомила настойчивость нового знакомого. – Пока будем аккуратны.

Сказав ещё пару слов напоследок, Ник, наконец, отстал. Дарим и Семунд покинули корпус, от души посмеялись над своим новым приятелем и решили расходиться.

– Что ж, Дарим, на сегодня прощаемся, – сказал Семунд, поправив рукой бороду. – Мне нужно в город.

– Да, без проблем, – сказал Дарим и пожал северянину руку. – До завтра.

Дарим вернулся в свою комнату, где его уже ждал Ривер, полный рассказов и эмоций о первом учебном дне. Юноши решили вместе пройтись до рынка и прикупить новую форму, в пути повествуя друг другу о своих группах. Так началась студенческая жизнь Дарима.

Почти половина пар проходила в больших группах, которые сформировались в зависимости от профиля обучения, как и обещала мисс Мия. Например, на фехтовании присутствовало сразу шестьдесят человек, из которых из группы Дарима, включая его самого, было только трое. Освоение меча шло тяжело, но сам процесс был весьма увлекательным.

Практически все занятия, связанные с физической подготовкой, давались относительно легко. Исключением стала, разве что, верховая езда. Дарим не очень ладил с крупными животными, а лошадь по кличке Малинка то и дело пыталась выкинуть его из седла, толкнуть и даже укусить.

С другой же стороны, предметы, вроде математики, давались крайне туго. Благодаря Хильге, Дарим умел хотя бы читать и писать, но это никак не отменяло того факта, что интеллектуальной деятельностью он занимался достаточно мало. Да, знал много, потому что был любознательным, но в математике это никак не выручало. Так, для Дарима вся учеба разделилась на скучное сидение с пером за кучей книг и интересную практику.

Первые две недели были скорее ознакомительными, поэтому не включали в себя важнейшую часть подготовки к становлению рыцарем – дуэли. В первый день третьей недели всю группу собрали на небольшой арене с песчаным покрытием, где уже ждала Мия Гауф и какой-то мужчина в чёрной мантии мага. На преподавателя он не был похож.

– Здравствуйте, уважаемые студенты, – бодро поприветствовала студентов мисс Мия. – Возможно, кто-то уже в курсе информации о дуэлях в Академии Вестерион. Если нет, я коротко поясняю. Дуэли являются неотъемлемой частью вашего обучения. Это касается как магов, так и воинов. Именно поэтому вы здесь в полном составе. Сражаться вы будете не очень часто, но боевой опыт к концу обучения у вас накопится. В общем, чего я рассказываю, лучше один раз показать, сами всё поймёте, – сказала Мия Гауф и опустила глаза на список группы. – Так, первая пара… Дарим Эшфорд и Мавр Клавель. Прошу вас выйти на середину арены, остальных – занять зрительские места.

Сердце Дарима ёкнуло. Его выбрали первым. Он никогда до этого не дрался с мечом в руках. Вдобавок, ему предстояло делать это перед всей группой. Ещё и противником был тот, с кем Дарим не выбрал бы сражаться даже в самом крайнем случае.

Оба участника подошли к центру арены. Дарим ждал, что им выдадут тренировочное снаряжение вроде деревянных мечей, расскажут про запрещённые приёмы, но ничего из этого не произошло. К мисс Мии подошёл мужчина в мантии.

– Так-с, – начала Мия Гауф, – правила простые. Поражение засчитывается участнику в случае, если он сдался, не способен продолжать сражение или убит.

– Убит? – переспросил Дарим.

– Ага. Всё как на поле боя. Однако перед тем, как начать, сделайте, пожалуйста, то, что сейчас скажет вам мужчина за моей спиной.

Маг подошёл к юношам и достал небольшой свиток с непонятным рисунком.

– Юноша, положите вашу ладонь в центр свитка, – обратился мужчина к Дариму.

Дарим повиновался. Он приложил свою руку к куску бумаги. По контуру пальцев пробежал небольшой синий огонёк. Закончив обводить всю ладонь, он исчез, а рисунок на свитке изменился.

– А теперь вы, юноша, – обратился мужчина уже к Мавру.

Староста группы тоже подчинился. Теперь рисунок на свитке выглядел завершённым. Маг развернулся и направился к местам для зрителей.

– Готово, – сказала мисс Мия. – Теперь, разойдитесь по разным углам арены. По моей команде можете начинать. С тобой всё нормально? – обратилась мисс Мия к Дариму.

Дарим выглядел, мягко говоря, напугано. Он никак не ожидал, что спустя пару недель его заставят сражаться настоящим оружием. Добавляло поводов для волнения правило про смерть участника.

«Неспроста же его добавили… – напряжённо рассуждал Дарим. – Хотя, с другой стороны, если бы воины на каждом поединке старались убить друг друга, рыцарей у короля практически бы не оставалось. Они бы все помирали ещё во время обучения. Всё в порядке. В случае чего, бой будет остановлен», – заверял себя Дарим.

– Да, – он неуверенно улыбнулся куратору. – Просто нервничаю немного.

– Не переживай, – приободрила его мисс Мия. – После первого боя будет проще.

Дарим кивнул и направился в свой конец арены, прихватив собственное снаряжение. Мавр же отошел в противоположную сторону. Дарим немного размял плечи, попрыгал, достал из ножен меч, взял во вторую руку свой деревянный щит и встал в стойку, устремив взгляд на оппонента.

– Ладно, мне нельзя оплошать перед всей группой, иначе меня запомнят, как слабака, – тихо сказал себе Дарим.

Мавр не доставал свой меч из ножен, а просто держал его в руках и оценивающе смотрел на Дарима. На них обоих была одежда, в которой они ещё каких-то десять минут назад сидели на лекции по истории. Дариму показалось это странным, у него мелькнула внезапная мысль о том, что, если испачкать форму, придётся её стирать.

– Начали! – скомандовала Мия Гауф с края арены.

Мавр медленно двинулся в сторону Дарима. С каждым шагом их разница в росте и ширине становилась всё отчётливее. Дарим прикинул, что встань они напротив друг друга, он будет смотреть противнику в солнечное сплетение.

Когда расстояние сократилось до пяти метров, Мавр вынул меч из ножен и продолжил сближение. Дарим ответил тем, что поднял щит повыше. Через несколько шагов Мавр сделал первый укол, направленный на голову оппонента. Несмотря на всю массивность фигуры и меча, движение было быстрым и точным. Дарим закрылся щитом, раздался глухой стук удара по дереву. Незамедлительно последовал ещё один выпад по телу. Успев опустить щит, Дарим защитился и отскочил назад.

– Что это? – спросил вдруг Мавр.

– О чём ты? – недоумевающе ответил Дарим.

– То, как ты сражаешься. Что это за позорище? Почему ты не атакуешь?

Дарим сделал неуверенный выпад из-за щита, но был легко парирован.

– Зачем ты вообще сюда поступил? – грозно спросил Мавр, оставаясь в стойке и совершая колющие удары по своему противнику.

– Чтобы стать рыцарем, – ответил Дарим.

Лицо Мавра озлобилось. Он поднял меч, рассек лезвием воздух и впервые за весь бой показал свой рубящий удар. Дарим закрылся щитом, но всё его тело почувствовало мощь, с которой он столкнулся. На песок с щита упало несколько щепок, рука в месте хвата начала неприятно гудеть.

– Рыцарем стать? – гневно спросил Мавр. – Ты хоть знаешь, сколько тут таких же рыцарей, мать их? Ты правда думаешь, что сейчас тебя поучат, как на лошадке кататься да на уток охотиться, и ты уже рыцарь?

После этого Мавр нанёс ещё один рубящий удар, сильнее и быстрее предыдущего. Дарим сжал челюсть со всей силы, чтобы не издать крика от боли в руке. По ощущению, она ломалась вместе со щитом. Дыхание Дарима было сбито. Он тяжело дышал, едва поднимал щит над собой и продолжал пятиться.

– О, я знаю, о чём ты ещё думаешь, – Мавр положил меч на плечо и медленно зашагал в сторону Дарима. – Что тебя здесь научат драться. Что сейчас ты посидишь на лекциях, где какой-то дед объясняет тебе разницу между мечом и шпагой, пару раз поупражняешься, и ты уже дохрена воин!

За его криком последовал очередной рубящий удар с широким замахом. Дарим инстинктивно выставил щит. Удар оказался сильнее первого раза в три. Дарим закричал от боли, щит едва ли не разлетелся на куски, в руке что-то хрустнуло. Решив сыграть на неожиданности, он совершил выпад, целясь Мавру в ногу, стоящую впереди. Цель была выбрана удачно, поскольку его оппонент ещё не успел встать в стойку, однако сбитое дыхание, недостаток боевого опыта и невероятная реакция противника сделали своё. Мавр успел парировать, над ареной раздался звон двух мечей. Рука Дарима с щитом опустилась. Сил держать её поднятой не осталось.

– Но я вот, что тебе скажу, – продолжил Мавр, вновь положив меч на плечо. – По сравнению с тем, сколько я сделал для того, чтобы попасть сюда и стать рыцарем, ты даже на боку не валялся. И несмотря на это, ты посмел поступить сюда. Вылезти из своей чёртовой деревни и, возможно, отнять место у такого же, как я. Ты ведь об этом даже не думал, да?!

Дарим отважился на ещё одну атаку. Он вложил в удар все оставшиеся силы, но Мавр легко парировал и выбил меч из его рук.

«Больше не могу… – отчаянно подумал Дарим. – Сил нет…»

Дарим продолжил пятиться и стал поглядывать на зрителей. Судя по спокойному выражению лица мисс Мии, никто не собирался останавливать бой. Помимо этого, он увидел своих одногруппников. Увидел надменные взгляды и ехидные насмешки. «Они видят во мне слабака», – сокрушённо понял Дарим.

Мавр приближался с намерением закончить начатое. На его мече Дарим увидел кровь. Только сейчас он понял, что, выбив меч, Мавр рассёк ему три пальца. С них на песок капала кровь. Дарим мысленно приготовился к смерти. Ещё никогда он не был так унижен в своей жизни.

Вдруг возле ноги Дарима что-то воткнулось в песок. Он опустил глаза и увидел небольшой кинжал. В это же время на зрительских местах поднялись крики и копошение. Недолго думая, Дарим поднял брошенное оружие и быстро встал в стойку, решив, что это его шанс отыграться.

– Видимо, кто-то из твоих дружков захотел тебе помочь, – укоризненно сказал Мавр. – Это лишь доказывает, что слабаки, вроде тебя, сбиваются в стайки и таким образом стараются выжить.

Мавр бросился в атаку, приближая решающий момент сражения. Дарим тоже побежал навстречу своему оппоненту. Мавр рефлекторно ответил уколом в плечо. На всеобщее удивление, Дарим не стал защищаться, а принял удар. Острое лезвие вонзилось чуть левее плеча, рассекая мышцы груди. Дарим закричал от боли и полоснул кинжалом по лицу оппонента, задевая висок и левый глаз. Лезвие прошлось бы и дальше, если бы не рука Мавра, которую тот освободил от рукояти. Староста завопил от боли на всю арену. Он лишился одного глаза, но инициатива в бою всё ещё оставалась за ним. Мавр оттолкнул Дарима назад.

Из раны юноши в груди хлынула ярко-алая кровь. Судя по небольшому фонтанчику, Дарим определил, что ему попали в артерию. В глазах потемнело, голова закружилась, окровавленный кинжал выпал из пальцев. Едва различая происходящее, Дарим увидел, как Мавр занёс свой огромный меч и направил решающий удар прямо в голову оппонента.

– Это и правда конец… – обречённо прошептал Дарим и закрыл глаза.

Тяжёлое лезвие рассекло воздух, а затем и шею незадачливого мечника.

Глава 5

Бал

Всё прекратилось в один миг. Крики, шум, боль от полученных ран. Осталась лишь темнота, в которой не было ничего, кроме мыслей Дарима. Ни пространства, ни времени, сплошная пустота и тишина, которая закончилась так же резко, как и началась.

Дарим вновь увидел свет. Он не сразу ощутил, что лежит на песке. В ушах гудело, глаза отказывались давать чёткую картину происходящего вокруг. Сквозь гул Дарим слабо различал голоса вокруг себя. Он попытался подняться, но сил не хватило даже на то, чтобы приподнять голову.

– …почему никто…

– …переверните…

Дарима подняли несколько человек и положили на песок животом вниз. Спустя некоторое время глаза наконец смогли выдать какое-то подобие реальной картины, а шум в ушах начал стихать. Теперь Дарим частично понимал речь стоящих вокруг него.

В основном говорили мисс Мия и какой-то студент. Дарим попробовал пошевелить пальцами рук. Неохотно, но они повиновались. Далее юноша предпринял попытку встать. Он уперся ладонями в песок арены и попытался поднять корпус, однако руки затряслись, а мышцы отозвались ноющей болью. Если бы не двое студентов, подхвативших его за подмышки, Дарим непременно бы упал обратно. Мысли бушевали в голове, ища ответ на вопрос о произошедшем: «Сейчас мало что понятно… Помню, что Мавр мне голову срубил, а дальше какая-то бесовщина. Получается, я умер? Но почему тогда я всё ещё здесь?»

Дарим поднял было голову, чтобы что-то спросить, однако к горлу внезапно подступил ком. Подавить позыв не удалось, и Дарима вырвало на землю. К запаху крови и пота добавился стойкий желчный аромат. Избавившись от лишнего содержимого желудка, он почувствовал небольшое облегчение.

Опираясь на руки студентов, державших его, Дарим наконец поднялся на ноги. Он огляделся и понял, что всё ещё находится в центре арены. Вокруг него стояло несколько одногруппников и два преподавателя, за руки поддерживали Семунд и Ник.

– Тебе лучше? – обеспокоенно спросила мисс Мия. – Идти сможешь?

Дарим слабо кивнул в ответ.

– Ванесса, проводи их до госпиталя, – обратилась куратор к одной из студенток.

– Хорошо, – немного помедлив и поджав губы, ответила девушка с луком и колчаном за спиной.

Небольшая компания поспешно покинула арену. Ванесса шагала впереди. Девушка обернулась, и тогда Дарим как следует разглядел её лицо, пухлые губы и светло-карие глаза.

– Ты правда не знал, что перед началом боя заключается пакт, который возвращает тебя в исходное физическое состояние? – спросила Ванесса.

– Нет, – признался Дарим.

– Да откуда ж ему знать-то было, коли не сказал никто? – возмутился Ник.

– Как это? – удивилась девушка. – Вы не видели раньше ни одной дуэли?

– Не до дуэлей, – насупился Семунд. – Обучение сложное.

– Странные вы, – Ванесса покосилась на своих одногруппников. – А я вот уже столько дуэлей среди первокурсников посмотрела… Драться без разрешения преподавателей на территории Академии запрещено, а разногласий возникает целая куча каждый день. Поэтому почти все споры, особенно среди парней, решаются дуэлями.

– Я думал, что это мой первый и последний бой на мечах, – признался Дарим. – С жизнью уже простился.

В воздухе повисло неловкое молчание.

– То есть, – начала Ванесса, – ты думал, что вы дерётесь насмерть и всё равно решился на атаку, которая не убила бы Мавра, а просто лишила зрения?

– Я подумал, что раз умру, то хоть что-то сделаю.

– Дурак что ли? – спросила Ванесса. Судя по интонации, это был не упрёк, а вопрос из чистого любопытства. – Это ведь полностью меняет видение вашего боя. Мне-то казалось, что ты попытался сделать ничью.

Дарим одарил её непонимающим взглядом, и девушка принялась всё объяснять. Оказалось, что, по правилам, по окончании боя победившая сторона должна подтвердить боеготовность и способность продолжать сражение. Нужно подойти к судье и ответить на какой-нибудь вопрос, чтобы тот определил, что ты сохранил рассудок, способность видеть, ходить и продолжать бой. Если бы Дариму удалось лишить Мавра зрения, результатом боя стала бы ничья.

– Однако, мотивация твоих действий была совершенно иной, – Ванесса задумалась и сделала небольшую паузу в своём монологе. – Ты не относишься к тем, о ком говорил Мавр. Пускай мечник из тебя пока никакой, но в тебе есть сила духа. Уверена, что большинство на твоём месте напрудили бы в штаны и встали на колени, умоляя не убивать их.

– Согласен, – кивнул Ник. – Ты настоящий мужик.

– А ещё мы с подругой видели, как ты в день поступления бегал по крышам столицы, – немного хвастливо сказала Ванесса. – У слабака такое бы не вышло.

– Бегал по крышам? – Ник вытаращил глаза от удивления. – Дарим? Покажешь, а?

– Значит, это вас двоих я увидел тогда? – догадался Дарим, игнорируя вопросы Ника.

Ванесса одними глазами кивнула в ответ.

– Кстати, вы не видели, кто швырнул Дариму кинжал? – вспомнил вдруг Ник.

– А, точно! – воскликнула Ванесса. – Нет, я что-то не обратила внимания. Кто-то, кто сидел с краю, видимо. Я была в самом центре, а вокруг все сидели смирно, – задумалась Ванесса и немного замедлила шаг. – Вообще, я думала, что это был ты, Семунд. Ну, вы же друзья как-никак.

– Нет, это был не я, – северянин медленно помотал головой. – И кто бросил, я тоже не видел.

– И я не видел, – признался Дарим.

За простым диалогом компания добралась до госпиталя. Это было небольшое двухэтажное каменное здание с решётками на окнах.

– Вот и он, – Ванесса указала пальцем на пункт назначения.

Семунд и Ник проводили Дарима до входа, где за него уже принялись лекари. Лечить было особо нечего, поскольку физически он был в полном порядке, не считая боли в мышцах и истощения. После короткого осмотра, лекарь выдал Дариму какой-то отвар и велел не идти на следующие занятия, а отправиться в общежитие и отлежаться.

– Восстановление после пакта весьма эффективно, – начал врач, – но, если ты умер на дуэли, оно тратит много сил. Не переусердствуй и не сражайся слишком часто, а то рискуешь стать немощным стариком, хотя тебе и двадцати нет.

Дарим поблагодарил лекаря за помощь и вышел из госпиталя, насквозь пропахшего лекарствами и травами. Сопровождающих на улице не оказалось.

«Наверное, они вернулись на занятие», – заключил Дарим, тихо вздохнул и зашагал в сторону общежитий.

В его голове снова и снова возникали сцены из прошедшей дуэли. Дариму, несомненно, было приятно, что некоторые посчитали, что, несмотря на поражение, он выступил неплохо, но его всё терзала мысль об избиении на глазах у целой группы. Да и смог бы он вообще что-то противопоставить Мавру, не помоги ему кто-то кинжалом?

Дарим направился в парк, который находился чуть левее главной площади Академии. Красивые деревья всевозможных видов, вездесущие кустарники, лавочки и фонтаны. Парк был отличным местом для обитания студентов, но поскольку занятия ещё не кончились, Дарим не встретил ни одной живой души. По крайней мере, он так думал. Внезапно Дарим почувствовал, что нечто с силой скрутило его правую руку, а к горлу оказался приставлен кинжал.

– Только не кричи, – прошептал на ухо женский голос. – Не хочется убивать подобную красоту.

Сердце Дарима бешено заколотилось. Он не был готов к драке. Всё снаряжение осталось на арене, а значит – он был безоружен. Единственный выход Дарим увидел в непредсказуемой и резкой атаке. Он немного наклонил голову вперёд, а затем неожиданно дёрнул назад, пытаясь ударить затылком прямо в нос нападавшей, но не попал. Девушка проворно увернулась, а затем запросто повалила Дарима на землю, дёрнув за скрученную руку и сделав подножку.

– А ты и вправду безрассудный, – сказала незнакомка, усевшись своей жертве на торс, снова прижимая к его горлу кинжал.

Только тогда Дарим рассмотрел незнакомку. Немного вытянутое лицо, чёрные кудрявые волосы под модной серой шляпой с красным цветком возле уха, зелёные глаза. На ней было странное подобие серого мужского пиджака – только без пуговиц и до середины бёдер. Из-под него проглядывалось красно-чёрное платье в клеточку. Для себя Дарим отметил, что от неё очень приятно пахнет.

Дарим узнал девушку. Это оказалась вовсе не незнакомка, а студентка из его группы. Почему-то мысль о том, что Дарим знал её, придала уверенности и смелости.

– А, вспомнил-таки, – девушка довольно улыбнулась. – А я думала, что ты на меня ни разу даже не посмотрел, – немного жалостливо сказала она, а затем убрала оружие от горла Дарима и демонстративно покрутила в руке. – Узнаешь?

Осмотрев лезвие и рукоять вблизи, Дарим вспомнил, что именно этот кинжал помог ему во время дуэли.

– Так это была ты? Но зачем?

– Ты чем-то недоволен? – обиженно спросила девушка. – Если бы не я, ты бы провалился с позором, а так смог дать хоть какой-то отпор.

– Спасибо, конечно, за попытку, но не следовало. Ты нарушила правила. Если бы тебя заметили, возникли бы проблемы.

– Ой, так за меня волнуешься, как мило, – улыбнулась девушка и протянула руку в чёрной перчатке к щеке Дарима. – Какой ты мягкий. А выглядишь таким серьёзным, что кажешься каменным на ощупь.

– Чего ты от меня хочешь? – спросил Дарим и перехватил ее запястье свободной рукой.

– Для начала, я хочу услышать слова благодарности, – горделиво заявила она.

– Спасибо, что попыталась спасти мою репутацию, – нехотя промолвил Дарим.

– То-то же, – улыбнулась девушка. – И ещё кое-что. Спроси уже наконец моё имя! Неужели я тебя не заинтересовала? – надулась она и отвернулась, скрестив руки на груди.

– Как тебя зовут? – тяжело вздохнув, сдался Дарим.

– Роксана, – довольно протянула она в ответ.

– Очень приятно, Роксана, моё имя Дарим, а теперь будь добра, встань с меня, раз убивать не собираешься.

– Хм? Разве тебе не нравится, что на тебе сидит симпатичная девушка? Или ты считаешь меня тяжёлой?

– Ты не тяжёлая, просто мне не нравится вести разговор в таком положении, – ответил Дарим, игнорируя первый вопрос.

– Ладно-ладно, – Роксана нехотя поднялась и потянулась.

Дарим встал на ноги следом и кое-как отряхнулся. Его костюм теперь был сильно испачкан, особенно если добавить к произошедшему валяние в песке и собственной крови на арене. Теперь, когда они оба встали рядом, Дарим осознал, что ниже своей нападавшей на добрые двадцать пять сантиметров.

– Ладненько, Даримушка, мне пора идти, – Рокси подошла к юноше неприлично близко и наклонилась к его лицу так, что он почувствовал исходящее от неё тёплое дыхание.

Дарим ощутил, как краснеет.

– Если этот здоровяк будет и дальше тебе докучать, скажи мне, я с ним побеседую, – Роксана подмигнула и потрепала Дарима за щеку.

– Буду иметь в виду, – нехотя сказал Дарим и отмахнулся от её руки.

После этого Роксана почти вприпрыжку покинула сад, оставляя Дарима наедине с мыслями о случившимся: «На занятии она была в обычной учебной форме. Значит, эта Роксана успела сразиться на дуэли, победить, если судить по её радостному настроению, переодеться, а затем найти меня. И всё это за время, пока я ходил до госпиталя и обратно в общежитие. Она меня пугает».

Нападение в саду выбило из Дарима последние силы. Добравшись до своей комнаты, а затем и кровати, он моментально заснул и проспал до самого утра.

Со следующего дня учёба продолжилась в привычном темпе. Те же лекции, та же нескончаемая писанина, те же «бесполезные» занятия рыцарским ремеслом. Однако кое-что всё же поменялось. В Академии, наконец, начали встречаться представители старших курсов. Их было заметно меньше, чем первогодок, и отличались они изысканной одеждой и холодными надменными взглядами.

В один момент на занятиях по фехтованию стали присутствовать не только те, с кем Дарим уже привык учиться, но и несколько групп старшекурсников. Первая подобная тренировка оказалась в каком-то плане сорвана. Многие отвлекались от слов преподавателя Мии, заглядываясь на искусные и изящные приёмы старших. После очередного занятия одна из взрослых девушек попросила первый курс не расходиться, желая выступить с заявлением. Её просьбе не вняли лишь единицы, вроде Мавра, который и ухом не повёл. Дарим же остался послушать.

– Ребята, – набрав в грудь воздуха, начала миловидная старшекурсница со светлыми волосами, – в этом году вы начали своё обучение в Академии. Первый курс – прекрасная пора. Я хочу, чтобы вы вспоминали это время с теплотой и трепетом в сердцах. По этому поводу я приглашаю всех вас на бал в честь начала нового учебного года. Прийти может абсолютно каждый, забудьте про сословия, народы, бедность и богатство. От вас нужно лишь найти пару противоположного пола и красиво нарядиться.

Её слова нашли хороший отклик среди первокурсников. Девушку стали заваливать вопросами про предстоящее мероприятие. В процессе обсуждения она назвала место, дату и время. Всё должно было случиться вечером пятницы той же недели. Для проведения выбрали поместье отца той девушки, которая сделала заявление.

– Некогда там был отдельный городок Итрум, но Авалония настолько разрослась, что поглотила его, сделав частью столицы, – объяснила старшекурсница. – Так что, нанимая карету, можете сказать кучеру, что едете до Итрума, и вас поймут.

Толпа первокурсников взволновалась. Некоторые находили себе пару почти на месте. У Дарима же приглашение вызвало двоякие чувства. С одной стороны, ему хотелось побывать на празднике и увидеть, что настоящий бал из себя представляет. С другой – после первого бала он понял, что подобные мероприятия – не его стихия. «Да и где я найду себе пару? – подумал он. – Не Роксану же приглашать. Боюсь, что она расценит это как предложение руки и сердца».

В этот момент к Дариму подошла поразительной красоты молодая особа в строгом костюме, больше напоминающем мужской. Он уже видел эту девушку на занятиях, что означало только одно – перед ним тоже первокурсница. Дарим начал прокручивать в голове все моменты, когда видел её, и вспомнил, что студентка почти всегда становилась объектом всеобщего внимания из-за своей внешности. Любой перерыв или отвлечение преподавателя, и глаза почти всех парней устремлялись на нее. Длинные чёрные волосы, аккуратная форма лица, накрашенные полные губы, голубые проницательные глаза. «А она точно ко мне подошла? – продолжал сомневаться Дарим. – Может, перепутала с кем-то?»

– Привет, можно узнать твоё имя? – осторожно поинтересовалась прекрасная девушка.

– Дарим Эшфорд, – неуверенно ответил Дарим.

– Я София Виже, – она слегка поклонилась, – рада знакомству.

– Взаимно, – осторожно ответил Дарим, поймав на себе несколько завистливых взглядов.

– Скажи, Дарим, ты собираешься на бал?

– Я как раз думал об этом, – признался Дарим. – Пока не решил, да и пары подходящей нет.

– Вот как, – София убрала руки за спину и мило улыбнулась. – Тогда у меня к тебе предложение. Ты пойдёшь на бал со мной, но в ответ выполнишь одну маленькую просьбу.

– Какую же?

– Моя подруга не может найти в себе смелости пригласить кого-то, а ей страшно хочется пойти. У тебя есть знакомый, который сможет составить ей достойную компанию?

– Хм, – Дарим задумался. – Пожалуй, есть один кандидат.

– Отлично. Тогда решено. Будем ждать вас в пятницу после занятий возле южного выхода из Академии, карета с нас.

– Договорились.

София вновь слегка поклонилась и покинула площадку для тренировок. Вернувшись в общежитие после занятий, Дарим обнаружил там человека, на которого и пал его выбор. На кровати сидел Ривер и тряпочкой протирал лезвие сабли.

– Здорово, – не глядя сказал он Дариму.

– Привет, привет. Слушай, Ривер, не хочешь сходить на бал?

Русоволосый юноша поднял внимательный взгляд на соседа, прекратив чистить оружие.

– Цена вопроса?

– Бесплатно, – отмахнулся Дарим. – Какая-то старшекурсница решила устроить у себя в поместье бал. Я сначала не очень хотел идти, но затем ко мне подошла девушка, София… София… Как же там её фамилия, – не мог вспомнить Дарим.

– Не говори Виже, – тихо сказал Ривер.

– Вот, точно, София Виже! – Дарим щёлкнул пальцами. – Она пригласила меня на бал и попросила взять с собой кого-то, кто составит компанию её подруге.

– София Виже, главная красавица всего первого курса, дочка знатного господина, которому принадлежит самое крупное и известное производство мебели в столице, пригласила тебя на бал? – решил удостовериться Ривер.

– Уж не знаю про всё, что ты рассказал, но представилась она именно Софией Виже, – ответил Дарим и скрестил руки на груди. – А что?

Ривер вздохнул от необходимости объяснять очевидные для него вещи.

– Понимаешь ли, Дарим… Я не знаю, как с этим обстоят дела в деревнях, но в городах чем выше чин родителей, тем ниже вероятность того, что их дети захотят крутить роман с кем-то не из благородных кругов. Иными словами, кроме внешности у тебя, крестьянина, ничего нет, а значит Софии не было смысла приглашать на бал именно тебя.

– А может она подумала, что я тоже сын какой-то влиятельной персоны? – наигранно предположил Дарим, состроив горделивое лицо и театрально одернув воротник костюма.

– Исключено, – отрезал Ривер. – Она знает имена всех потенциальных кавалеров наизусть, – Ривер вздохнул и уставился на потолок. – Я поражаюсь твоей везучести, конечно.

– Так что? Ты согласен пойти?

– София Виже не стала бы дружить с кем попало, – подумав, сказал Ривер. – Вероятнее всего, её подруга не менее знатная. Так что да, я в деле, – он устремил взгляд на Дарима и протянул ему свою ладонь.

Крепкое рукопожатие означало заключение договора между соседями. Оставалось лишь дождаться конца недели.

Как обычно и бывает, когда ждёшь чего-то важного – время начинает течь неимоверно медленно. Лекции будто специально стали более нудными, вдобавок под конец сентября преподаватели сочли своим долгом провести несколько проверочных работ. Как объяснил Ривер, это делалось для того, чтобы поделить студентов на умных ребят и на дураков. К первым преподаватели зачастую были более благосклонны и чаще шли на компромисс, со вторыми держались строже и требовательнее. Помимо этого, Ривер добавил: «Выбраться из дураков крайне сложно, поэтому лучше не попадать туда вовсе».

Почти всё свободное время Дариму пришлось посвятить зазубриванию: имён и званий Эденверских полководцев, математических формул, основных форм документов, способов наложения бинта в зависимости от расположения и типа раны, и сотен видов гусей, уток и прочей живности, на которую можно и нельзя было охотиться. Голова Дарима кипела и болела всё время, кроме часов сна, и умоляла своего хозяина подумать о чём-то более мирском, однако тот на провокации не поддавался. С трудом, но Дариму удалось избежать участи занесения в список «недалёких», в отличие от Семунда и Ника, которые не смогли совладать с полевой медициной и математикой.

Неделя, наконец, приблизилась к своему завершению и наступила долгожданная пятница. После второго занятия Дарим с Семундом и Ником привычно направлялись в столовую, когда их внимание привлекло маленькое столпотворение в коридоре. Две группы студентов о чём-то спорили. С одной из сторон стояла компания магов во главе с однокурсником Дарима, Иладаром, с другой – трое старшекурсников, которые, судя по виду, также являлись магами. От «взрослой» компании говорил какой-то юноша с зачёсанными светлыми волосами. Всех слов было не разобрать, но Дарим расслышал, что Иладара и его компанию приглашали на какой-то бал, наподобие того, на который собрались Дарим и Ривер.

– Нет, – спокойно, но строго ответил Иладар.

В ответ с обеих сторон посыпались возражения, но продлились они недолго.

– Мой ответ вы получили – нет, – Иладар убрал руки за спину и приподнял подбородок. – Или я похож на идиота, чтобы соглашаться на подобное?

После непродолжительных пререканий старшекурсники развернулись и ушли, так и не добившись согласия. После этого Иладар повернулся к магам у себя за спиной.

– Думайте, прежде чем говорить, – отрезал он и обвёл взглядом ряды товарищей. – Я не рекомендую или советую, я запрещаю вам идти на какой-либо бал от старшекурсников.

Возражений в этот раз не последовало. Компания продолжила свой путь на следующее занятие, а Дарим направился в столовую вместе с друзьями. Почему-то слова Иладара посеяли семя сомнения в его решении посетить бал. В то же время, что-то менять было уже поздно.

Подумав, он решил выбросить эту мысль из головы. Занятия в скором времени закончились, и Дарим вернулся в общежитие, где его уже ждал Ривер в новом дорогом костюме. Чёрно-белый сюртук в полоску, такого же цвета широкие брюки, белая рубашка с широким воротником, красный галстук и чёрные туфли, в которых можно было увидеть своё отражение.

– Да ты прям принялся за дело со всей серьёзностью, как я погляжу, – усмехнулся Дарим, снимая снаряжение и выкладывая учебники из сумки.

– Ни черта ты не понимаешь, – вздохнув, махнул рукой Ривер. – Подобное происходит не часто. Поэтому да, я подготовился.

– Ага, и поэтому тебя сегодня не было в Академии, – не выдержав, рассмеялся Дарим.

– Заткнись! – взъелся было Ривер, но быстро остыл. – Оно того стоило. А, впрочем, смысл что-то тебе доказывать. Ты готов?

– Да, пару минут.

Собираясь, Дарим взял с собой подаренный Хильгой кинжал.

– Это ещё зачем? – Ривер кивнул на оружие.

– А? Для личного спокойствия. Не думаю, что найду ему применение.

Юноши воспользовались духами Ривера, оделись, вышли из общежития и направились в сторону южного выхода. Погода для прогулок была не самой благоприятной. Днём светило и грело солнце, но под вечер откуда-то появились сильнейший ветер и тёмные облака, которые не предвещали ничего, кроме ливня.

За очередным учебным корпусом показались две женские фигуры в дорогих пальто. В одной из них Дарим быстро узнал Софию. Опознание её подруги заняло чуть больше времени. Приятная поставленная речь, светлые волосы, красивое лицо. «Это ведь та самая девушка, которая приглашала всех на бал!» – вспомнил Дарим.

Девушка представилась как Ребекка Блейк. Оказалось, что Ривер её знал, что было, в общем-то, неудивительно. Все обменялись короткими фразами приветствия и, быстро познакомившись, уселись в карету, подгоняемые ледяным ветром.

На улице начался сильный дождь. Внутри кареты царило давящее молчание, но Ривер запросто нашёл выход из ситуации, начав светский диалог «ни о чём». Затем он как бы невзначай попросил Ребекку рассказать о семье. Девушка поблагодарила Ривера за его заинтересованность и поведала несколько фактов. Оказалось, что её отец раньше учился в Академии Вестерион, благодаря чему и смог заполучить высокий титул. Подобная история заинтересовала всех присутствующих в карете первокурсников.

Вопрос за вопросом, они достаточно быстро добрались до поместья. Юноши вышли первыми и подали дамам руки. Оглядевшись, Дарим увидел вокруг множество луж и грязи, почуял сильный запах влаги.

– Авалония настолько велика, что в разных её частях погода может разительно отличаться, – вежливо объясняла Ребекка, прочитав на лице юноши недоумение. – Дождь здесь уже закончился.

Небольшая компания прошла сквозь ворота из чёрного железа и оказалась в поместье, огороженном живой изгородью из разновидных деревьев вдобавок к высокому каменному забору. Пейзажи поместья напомнили Дариму территорию Академии. Те же сады, фонтаны, однако, помимо прочего, вдалеке он смог увидеть даже средних размеров пруд, а также некоторое подобие небольшого огорода.

Дарим не мог поверить, что всё это принадлежало одному человеку. Деревня Садлер была едва ли больше поместья Ребекки, хотя в ней и жило под сотню человек.

Размышления Дарима прервал порыв холодного ветра, который дал понять, что никакое пальто не спасёт от простуды, если не попасть поскорее в тёплое помещение.

– До дома идти недалеко, – приободрила его Ребекка и немного улыбнулась.

Дарим кивнул, и они продолжили путь. Через четыреста метров перед студентами вырос красивый двухэтажный каменный дом. По крайней мере, Ребекка называла это домом. У Дарима язык не поворачивался назвать здание размером с учебный корпус чьим-то жильём.

Зайдя внутрь, студентов встретила прислуга, состоящая в основном из молодых девушек в скромных чёрных платьях. Одна из них подошла к Дариму и попросила у него пальто.

– А? – удивился Дарим и непонимающе уставился на служанку. – Зачем это?

Ривер рассмеялся и объяснил, зачем нужна прислуга. После небольших разъяснений Дарим отдал пальто и поблагодарил соседа. Для себя он подметил, что Ривер вёл себя более энергично, чем обычно. С момента выхода из общежития Ривер старался поддерживать любые диалоги, неловкие ситуации оборачивал в шутки, а иногда и вовсе притворялся дурачком, вызывая у Софии с Ребеккой приступы, пускай и сдержанного, но смеха. Дарим подобным не отличался, так как не видел в этом смысла. Он, наоборот, старался вести себя как обычно.

– Пройдёмте в главный зал, пожалуйста, – пригласила Ребекка. – Вскоре прибудут остальные гости, и мы начнём.

Ривер подошёл к хозяйке бала, согнул руку и предложил её своей спутнице. Та улыбнулась, поклонилась и взяла кавалера под локоть. Дарим повернулся к Софии и посмотрел на неё. Она надела роскошное чёрное платье, и её лицо аккуратно украшала косметика, а ещё от Софии невероятно приятно пахло. Всё это приковывало к ней взгляд, ведь пока девушка была в уличном пальто, великолепного наряда было не видно, а сейчас София расцвела, будто цветок на солнце.

Дарим подошёл к ней и повторил движение соседа. Вышло не так плавно и деликатно, отчего девушка коротко засмеялась, но всё же ответила взаимностью.

– Вы идёте? – поторопил Ривер отставшую пару.

В главном зале, Дарим немного растерялся. На высоком потолке висела огромная позолоченная люстра со множеством свечей, которые освещали помещение. В стенах находились высокие окна, украшенные каменными узорами. Весь пол был выложен из чёрного и белого мрамора. Два цвета то и дело переплетались между собой, образуя причудливые узоры.

В воздухе пахло мешаниной духов всех присутствующих студентов, которых на тот момент насчитывалось уже около сотни. Дарим отметил, что ребят со старших курсов было не намного меньше, чем первокурсников. В другом конце зала готовилась небольшая группа музыкантов, которая, как и все остальные, ждала начала бала.

– Охренеть, – не сдержался Дарим.

В ответ он услышал короткий смешок Софии:

– Никогда не бывал в подобных местах?

– В таких – нет, – признался юноша.

– Что же, всё когда-то бывает впервой, – аккуратно улыбнулась его спутница.

К Дариму подошёл Ривер с убранными в карманы брюк руками.

– А где Ребекка? – поинтересовался Дарим.

– Ну, она же тут организатор, – расстроенно вздохнув, пояснил Ривер. – Сказала, что должна была встречать всех гостей, но немного опоздала. Вдобавок, ей нужно что-то там решить по поводу ужина.

Пока Дарим болтал с Софией и Ривером, гости продолжали прибывать. Прислуга расставляла столы по краям зала, выставляла аппетитные блюда, состоящие в основном из закусок, и разливала по бокалам красную жидкость. «Вино», – догадался Дарим.

Примерно через полчаса всё было готово. Набралось немалое количество студентов. Почти все дамы разоделись в разноцветные пышные платья, а юноши, как на подбор, вышагивали в строгих чёрных костюмах. Ребекка остановилась в центре зала и попросила тишины.

– Прошу у всех прощения за неразбериху и несобранность, – обеспокоенно начала Ребекка. – Этот бал – первый, который я организовывала самостоятельно. Однако теперь, когда тяготы подготовки и ожиданий, наконец, позади, я призываю каждого из вас как следует отдохнуть и насладиться вечером, чтобы после вспоминать его с трепетом и тёплой улыбкой, – закончила Ребекка, вызвав одобрительные восклики, аплодисменты и крики поддержки.

Будто по команде, музыканты заиграли, группы студентов разошлись по разным частям зала. Дарим не разбирался в музыке. Он не знал жанров, известных авторов. Всё, что юноша мог сказать – мелодия ему нравилась. Однако большинство, видимо, так не считало. В центре зала остались лишь единицы. Основная масса расселась компаниями за столы, чтобы поговорить, поесть и выпить.

Дарим взглянул на Ривера. Тот о чём-то непринуждённо беседовал с Ребеккой, но, поймав взгляд своего соседа, будто что-то вспомнил и поспешно подошёл к нему, немного отводя от Софии.

– Дарим, пожалуйста, скажи мне, что ты умеешь танцевать, – судорожно зашептал Ривер.

– Я? – удивился Дарим. – Да откуда ж мне. Я плавать, вот, умею.

– Как это чудесно! – разозлился Ривер. – Сейчас берём Ребекку с Софией и бежим купаться в фонтанах под светом луны. Боги, ничему полезному в деревнях не учат. Танцы – одно из основных умений рыцаря наравне с умением драться, охотиться, ездить верхом и, мать его, плавать!

Ривер понимал тяжесть своего положения, но сделал глубокий вдох, а затем выдох, чтобы успокоиться.

– Ладно, слушай, – тихо начал Ривер. – Может, это и не самый лучший совет начинающему танцору, но просто повторяй за мной. Я специально выберу танец, в котором будет мало всяких разворотов-переворотов. Смотри на Софию глазами, но боковым зрением – на меня, и повторяй. Если поймёшь, что не справляешься, поклонись и скажи, что тебе нужно отлучиться в уборную.

Сзади подошла Ребекка. Она скрестила руки на груди, прокашлялась так, чтобы услышал Ривер и посмотрела на него с намёком. Тот спохватился и поспешно пригласил спутницу на танец и глазами сверкнул Дариму, чтобы тот поступил так же. Горе-танцор последовал совету и, стараясь во всём подражать Риверу, пригласил Софию на танец. Девушка улыбнулась и подала Дариму руку.

Помимо них в центре зала кружилось ещё буквально четыре пары. «Это значит, что на нас будет смотреть большое количество глаз», – с досадой понял Дарим. Дождавшись нужного момента в мелодии, Ривер с Ребеккой начали танцевать. Их примеру последовал Дарим, как, впрочем, и все, кто решился на танец. Движения не были сложными, но разница между Даримом и опытными танцорами была видна невооружённым взглядом. Несмотря на это, София выглядела довольной. Она придерживала Дарима, когда тот сбивался с темпа, а в один момент даже обняла его крепче.

– Скажи, София, почему ты всё-таки пригласила меня? – спросил Дарим, припомнив слова Ривера.

– Ты приглянулся мне, – загадочно улыбнулась София.

– Понятно, – ответил Дарим. – Ты мне тоже, – добавил он, не подумав.

На щеках Софии проступил румянец. Этот вид заставил сердце Дарима забиться чаще. Однако, в тот же миг музыка закончилась. Ривер с Ребеккой поклонились друг другу, их примеру последовали все остальные пары. Зрители начали аплодировать, свистеть и выкрикивать имя Ребекки. Ривер вместе со своей спутницей вернулись к Дариму и Софии. Кавалер хозяйки бала выглядел довольным, хотя с его лба стекали редкие капельки пота.

– Пройдёмте к столу, – предложил Ривер.

Возражений не последовало. Дарим продолжал следовать примеру своего соседа, повторяя за ним незнакомые движения вплоть до выдвижения стула перед спутницей.

Четверо студентов сели рядом друг с другом и начали непринуждённо беседовать о сложностях студенческой жизни, не забывая при этом о еде, которая так и манила своим видом.

Спустя какое-то время музыканты заиграли вторую композицию, но народу среди танцующих не прибавилось. В центре зала вновь оказалось примерно пять пар. Ребекка, явно недовольная таким исходом, всплеснула руками.

– Я не понимаю! – обиженно, но достаточно тихо негодовала хозяйка бала. – Ведь для многих этот бал – первый, такое бывает всего раз в жизни. Как можно стесняться и думать о мнении окружающих?

– Может, мелодии не подходящие? – задумался Ривер.

– Быть такого не может, – Ребекка махнула рукой. – Список составлял мой отец, а он на приемах бывает чаще, чем мы в Академии.

– Я ни в коем случае не утверждаю, что вкусы твоего отца плохие. Просто общество, в котором бывает он, и общество, которое сейчас здесь присутствует – разительно отличаются.

– И что же ты предлагаешь? – немного надменно глянула Ребекка на кавалера.

– Пусть играют Ахо, – ответил Ривер.

– Ахо? – удивилась девушка. – Но он ведь всего на два года старше меня, на четвёртом курсе Академии учится. Разве он может быть сведущим в музыке?

– Ребекка, доверься мне, – дипломатично улыбнулся Ривер и взял в руку бокал вина. – Пусть сыграют одну мелодию. Если эффекта не будет, всегда можно вернуться к списку твоего отца. Вдобавок, за два танца присутствующие наверняка успели выпить хотя бы по бокальчику.

Ривер сделал небольшой глоток, смакуя жидкость во рту, затем проглотил её и с точностью определил название и год изготовления напитка.

– Это отличное вино. Вдобавок ко вкусу, оно неплохо согревает и быстро делает человека раскованнее, если понимаете, о чём я. Думаю, вкупе с Ахо, мы сможем изменить обстановку в зале.

Ребекка немного поколебалась, но всё же согласилась и отошла к музыкантам вместе со своим партнером. После небольших обсуждений, группа людей с инструментами утвердительно кивнула и начала непохожую на предыдущие мелодию. Заигравшая музыка была будто живее. В ней кипели энергия, стремление и страсть. Так, по всей видимости, решил не только Дарим, поскольку пары студентов одна за другой начали выходить на танец, а количество сидящих за столами стремительно уменьшалось. Ривер пригласил повеселевшую Ребекку. Дарим решил последовать его примеру.

– София, ты составишь мне компанию в ещё одном танце? – обратился он к своей спутнице.

– Ни за что, – неожиданно отрезала София и встала из-за стола.

– Что? – удивился Дарим, сначала подумав, что девушка шутит.

– Моего терпения не хватит на ещё хотя одну минуту в компании косолапого деревенщины! – сказала София на повышенных тонах. Её взгляд подтверждал серьёзность слов. – Ты скучен, у тебя совершенно нет вкуса, нет манер, ты неграмотен, невежественен, ничего не можешь без своего дружка. А ещё воняешь землёй. Пускай ты и приехал в столицу, поступил в Академию и теперь корчишь из себя благородного студента, но сколько бы ты ни мылся, ни разбрызгивался духами, ты никогда не избавишься от запаха грязи, пыли и навоза. А если и сможешь, тебя всегда будет выдавать твоя походка. Тебе никогда не перестать быть обычным жителем деревни. Уж не знаю, на кой чёрт ты решил стать рыцарем, но тут таким не место! – озлобленно выпалила София и ушла прочь от Дарима.

Тот даже не успел ничего ответить. Или не захотел. Как-никак, София была не первым человеком, который озвучивал подобную мысль. Мавр говорил схожие вещи.

Дарим невольно задумался: «Может, они правы? Я на самом деле сильно отстаю от тех, кто готовился к учёбе всю свою жизнь. Они умнее меня, сильнее, у них есть навыки, каких нет у меня. Даже на этом балу. Я не умею ничего из того, что здесь приветствуется. Здесь место таким, как Ривер. Хотя зачем тогда Ребекке было говорить, что прийти может абсолютно каждый, бедный и богатый? Сказала бы она мне то же, что сказала София, будь я с ней в паре? А, впрочем, какая теперь разница?»

София отошла в другой конец зала и замерла возле стены. Одиночество красавицы в дорогущем платье не могло остаться незамеченным, и вот, бросив свою прежнюю спутницу, какой-то юноша с русыми волосами быстро поспешил к Софии Виже. Улыбаясь, он заговорил о чем-то, а затем поцеловал женскую ручку в чёрной перчатке. София не нагрубила в ответ, а стеснительно улыбнулась, поклонилась, и спустя пару минут уже кружилась с ним в стремительном танце.

Дарим усмехнулся и взял в руку бокал так и не опробованного вина. На запах жидкость не казалась очень уж вкусной, но настроение сопутствовало желанию опробовать что-то не слишком полезное. Вкус вина показался Дариму невозможно неприятным, и юноша едва сдержался, чтобы не выплюнуть напиток обратно в бокал.

– Отвратительно, – тихо сказал Дарим. – Будто сильно забродивший сок. И что, всем это нравится?

Дарим оглядел стоящие по краям зала столы и увидел, что практически все бокалы уже пустовали. Это заметили и служанки, которые, пользуясь тем, что все гости танцуют, поспешно наполняли опустевшие бокалы невкусным вином.

Наблюдая за всеобщим весельем, Дарим погрузился в свои мысли и вдруг осознал, что жалеет о том, что согласился прийти. В этот момент любое альтернативное времяпровождение казалось ему привлекательнее, чем наблюдение за весёлым Ривером, держащим Ребекку за талию ниже положенного, и за Софией, новый кавалер которой занимался тем же самым.

– Дарим? – окликнул его появившийся будто из ниоткуда Ривер. – Ты чего один, где София?

Дарим огляделся и понял, что задумался настолько, что не обратил внимание на то, что танец закончился. Ривер пробежался глазами по залу, нашёл то, что искал и понял, что случилось.

– Так, вижу, – сказал Ривер Дариму и положил руку тому на плечо. – Пошли-ка подышим свежим воздухом.

Дарим молча кивнул и встал из-за стола. Забрав у прислуги свои пальто, юноши вышли на крыльцо дома. Было невероятно холодно, но даже ледяной ветер не повлиял на нежелание Дарима возвращаться внутрь. Ривер достал свою трубку и забил её. Вскоре в воздухе повис уже знакомый запах горящего табака.

– Дарим, не бери в голову, – смотря куда-то вдаль, начал Ривер. – Я сказал об этом сразу, сам помнишь. Ну, не бывает иначе среди знати. Послушал бы ты меня тогда, сейчас было бы не так обидно.

– И что, часто так происходит на балах? Что девушка уходит от того, с кем пришла, к кому-то более знатному?

– Да сплошь и рядом, – бодро ответил Ривер, но быстро осёкся. – Понимаешь, тут немного другие ценности. Не как в деревнях или небольших городах, – осторожно объяснял юноша, стараясь не задеть своего соседа сильнее.

– Понятно. Скажи, от меня правда воняет землёй?

– Не то, чтобы я тебя нюхал, но нет, ничем ты не воняешь. София просто хотела тебя задеть. И, судя по всему, деревенских ребят ей оскорблять не впервой.

– И ты не считаешь, что таким как я, нет места в Академии? – не глядя на своего приятеля, спросил Дарим.

Ривер внимательно оглядел Дарима, а затем вновь устремил свой взгляд куда-то вдаль и втянул в себя табачный дым.

– Давай побеседуем об этом в другой раз.

– Ладно, – Дарим пожал плечами.

На некоторое время повисло неловкое молчание.

– Если некомфортно здесь находиться, можешь снять карету, их возле ворот должно быть предостаточно, – предложил Ривер. – Монеты лишние есть с собой?

– Нет, я лучше вернусь в общежитие вместе с тобой. Так будет правильнее. Так что, подожду.

– Как хочешь.

После очередного порыва холодного ветра юноши вернулись в дом, где Ривера уже заждалась Ребекка. Она буквально уволокла кавалера от Дарима, и тот вновь остался один.

Музыканты объявили очередную мелодию Ахо, и студенты вновь, как один, повставали со своих мест и понеслись к центру зала. Дарим решил не искать своё старое место и сел за первое попавшееся. Прикасаться к вину не хотелось, искать интересного диалога среди немногочисленных сидящих за столами – тоже.

Дарим просто жевал чужую еду и наблюдал за танцующими парами, среди которых изредка мелькали знакомые лица. Время тянулось неприятно долго. Дарим потерял счёт сыгранным мелодиям. «Может, всё же уехать?» – невольно задумался он.

Для себя Дарим вдруг отметил, что танцующих пар стало меньше. Ответ нашёлся сам собой. София, красная от танцев, вина и новой компании, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, поспешно покидала главный зал. Буквально через несколько минут таким же образом «исчез» и её новый кавалер. Дарим коротко усмехнулся. Ривер, судя по его поведению, хотел провернуть что-то подобное с Ребеккой, а та даже, вроде как, согласилась.

– Эй, это моё место, – возмутился какой-то юноша, подошедший сбоку.

Повернувшись, Дарим обнаружил широкоплечего молодого человека, которого под руку держала невысокая девушка в белом платье.

– Друг, мест больше, чем гостей, можно спокойно найти себе новое с нетронутой едой, – ответил Дарим.

– Ты, кажется, не понимаешь, – сказал юноша, убирая ладонь спутницы и приближаясь к Дариму. – Ты либо встаёшь с этого места, либо я помогаю по доброте душевной.

От парня несло спиртным, он немного покачивался. Дарим поднялся со стула лицом к обидчику.

– Ну, попробуй.

Эти слова стали для незнакомого юноши сигналом, ибо он тут же схватил Дарима за грудки.

– Деревенщина забыла своё место? – прошипел он через сжатые зубы. – Я тебе его сейчас напомню.

Обидчик был незначительно выше и шире, но Дарим толкнул его с такой силой, что тот едва не потерял равновесие и не упал.

– Рискни, – огрызнулся Дарим и встал в стойку.

– Ублюдок, – выругался юноша, сжав кулаки и подняв руки перед собой. – Тебе конец.

Обидчик замахнулся первым, Дарим с лёгкостью увернулся и уже приготовился ответить ударом в торс, как вдруг между ними двумя вырос Ривер.

– Так, всем стъять! – громко объявил он.

Драка временно прекратилась, все уставились на Ривера. Тот покачивался и путал буквы местами, но всё же пытался оценить ситуацию.

– Знчит так, – сказал Ривер и звонко икнул. – Хтите драться, милости прсим на улицу, тут празник портить никму не нужно.

– Иди проспись, пьянчуга, мы тут сами разберёмся, – встрял обидчик Дарима.

– Че ты там вякнул? – Ривер машинально развернулся в сторону говорящего.

Никто не знал, чем закончилась бы эта ситуация, если бы в зале резко не погасли все свечи. Девушки взвизгнули от испуга, поднялась паника. С непривычки Дарим ничего не мог различить в темном зале, но на помощь пришла луна, появившаяся из-за нескончаемых туч и осветившая происходящее.

У многих студентов в руках появилось оружие. В дальнем конце зала закричала девушка. Дарим устремил туда взгляд и увидел, как юноша пронзил свою спутницу мечом. На белом платье разрослось алое пятно. Побледнев, несчастная упала на мраморный пол.

После произошедшего началась полнейшая неразбериха. Одна часть студентов кровожадно вырезала другую. Дарим в ужасе наблюдал за жестокими убийствами, не зная, что делать. Глазами он отыскал Ривера. Тот не мог пошевелиться. С кинжалом в руках к нему приближалась Ребекка.

– Ребекка… – дрожащим голосом сказал Ривер. – Что всё это значит?

– Прости, Ривер, – ответила хозяйка бала и неестественно широко улыбнулась, – но я хочу повеселиться с тобой немного по-другому.

Её глаза жутко загорелись желанием, она выглядела как сумасшедшая.

– Но ведь… – не успел закончить Ривер, когда его бывшая спутница приблизилась и вскинула руку с кинжалом.

Дарим бросился к соседу со всех ног и схватился за лезвие. Ладонь пронзила невероятная боль, но разжимать пальцы было нельзя. Воспользовавшись замешательством Ребекки, он ударил. Девушка легко увернулась, схватила Дарима второй рукой, резким движением повалила его на пол и, рассекая плоть, выдернула кинжал из чужой ладони, заставив юношу коротко вскрикнуть. Второй курс неспроста считался сильнее первого.

Ребекка решила покончить с Даримом и занесла кисть, чтобы ударить в шею, как вдруг какой-то первокурсник бросился на неё сзади, повалив на пол. На щеку Дариму брызнула горячая кровь. Повернувшись, он увидел на полу отрубленную голову незнакомой девушки. Дарима охватил ужас. Он паниковал, не знал, кому помочь и что сделать, мысли путались. Не придумав ничего лучше, он обратился к своему соседу, который в тот момент стоял на месте и смотрел куда-то пустыми глазами, слабо шевеля губами.

– Эй, Ривер, а ну взгляни на меня! – Дарим потряс друга за грудки.

Ривер не реагировал. Дарим хотел было влепить ему пощёчину, но вдруг чья-то стальная хватка сдавила его шею и подняла над землёй.

– Попался, – пробасил здоровяк, который поймал Дарима и прижал к себе. – Бобби хочет обниматься!

Дарим схватил обидчика за руки, но не смог разжать их. После этого Бобби глубоко вдохнул, отчего объём его грудной клетки заметно увеличился. Дарим закряхтел от неимоверного давления на шею. В его глазах темнело, звуки становились всё тише, силы пропадали.

Однако Дарим не был готов так просто умереть. Последние силы он направил на то, чтобы найти выход из мёртвой хватки. И нашёл. Дарим дрожащей рукой достал из-под пиджака взятый с собой кинжал Хильги и с размаху ударил в место, где, по его предположению, находилась шея Бобби. Здоровяк сипло вздохнул, ослабил хватку и потянулся к рукояти. Дарим, почувствовав прилив кислорода и свободу, взмахом перерезал горло здоровяка, выпуская фонтанчик крови. Бобби попытался сдавить рану, но красная жидкость продолжала течь сквозь пальцы, и вскоре он повалился на пол животом вниз.