Как избавиться от ведьмы за пять дней

Глава 1

«Дорогая бабушка, прочитав твое последнее письмо, я, признаюсь, была ужасно огорчена. Наша Лизбет пропала, а ты запрещаешь ее искать. И пусть я не согласна с этим решением, но все же подчинюсь твоей воле. Я отправлюсь на практику в Черрингтон и буду ждать вестей. Надеюсь, твое письмо королю возымеет действие и полисмагия снова откроет дело Лизбет. Пожалуйста, держи меня в курсе. Адрес у тебя есть. Я в свою очередь обещаю часто писать и рассказывать о том, как у меня идут дела на новом месте.

С любовью, Аника»

– Ага, ответит король, как же! – фыркнула я и, чтобы поскорее скрыть с глаз листок бумаги, запечатала его в конверт.

Врать бабушке я не любила, но ситуация складывалась патовая. Полисмагия бездействовала, а драгоценное время уходило на бюрократические проволочки. Я же как старшая сестра чувствовала ответственность за Лизбет и собиралась сделать все возможное, чтобы ее найти.

В комнату вбежала моя соседка Гвен. Запыхавшаяся и румяная.

– Ну? – с нажимом спросила я.

– Получилось! – выдохнула она и помахала в воздухе папкой.

Взвизгнув, я подскочила со стула и бросилась ее обнимать:

– Спасибо, спасибо тебе!

– Задушишь! – прохрипела Гвен, и мне пришлось ослабить хватку. – И вообще, это я должна благодарить за то, что ты поменяла свою практику в столице на мое забытое богом захолустье.

Она передала мне направление. Я на всякий случай перечитала его на предмет ошибок:

– Адептка Аника Торвуд. Факультет зельеварения и научной экспертизы. Направление: Полермут.

Последнее слово я произнесла с таким восторгом и радостью, словно ехала отдыхать на престижный курорт, а не работать за копейки на окраине королевства, где то и дело случались разломы и бушевала нечисть.

Причина радости была проста: именно в Полермуте в последний раз видели мою сестру.

От мамы Лизбет унаследовала острый ум и сильный дар целителя. Она экстерном окончила академию за четыре года вместо положенных пяти. Выпустившись, Лизбет направилась на практику в Полермут. Поначалу все было хорошо. Сестра часто писала письма, а когда до конца положенной отработки оставался месяц, она пропала.

– Ох, Аника, оставила бы ты дело полисмагам, – вдруг выдала Гвен. На ее лице отразилась тревога. – Переживаю я за тебя. Ты ж у нас так и притягиваешь неприятности.

– Я бы, может, и оставила, если бы они мою сестру искали! А то придумали, мол, сбежала она с любовником, и руки сложили! – я поймала себя на том, что повысила голос, и тут же сбавила тон. – Прости, злость берет, как вспомню их слова о Лизбет. Можно подумать, она какая-то вертихвостка.

– А то я не знаю, – вздохнула Гвен.

Она была знакома с моей сестрой и тоже искренне переживала за ее судьбу. В комнате повисло молчание. Я не испытывала стопроцентной уверенности, что поступаю правильно, обманывая бабушку и отказываясь от отличного места для практики, но бездействовать было смерти подобно.

– Пора, – решительно произнесла я и взяла со спинки стула дорожный плащ. – Гвен, я буду посылать письма в двойном конверте с марками и заполненными адресами. Тебе только перенаправлять их через ближайший почтовый ящик.

– Как? Уже уезжаешь? – Она растерянно обвела комнату взглядом.

От нее не укрылся пустой стол и скрученный в рулон стеганый матрац на кровати.

– Отправила вещи на свой страх и риск утром, – улыбнулась я и накинула на плечо небольшую сумку со своим самым дорогим сокровищем. – Когда приеду в Полермут, они уже будут в пансионе.

– Но ближайший дирижабль только завтра, – попыталась остановить меня Гвен.

– Не хочу ждать. Поеду своим ходом.

В подтверждение своих слов я достала из-под кровати чудо-метлу, любовно погладила ее веточки, а затем смахнула пыль с велосипедной сидушки. Моя личная разработка. Все же лететь несколько часов, сидя на тоненькой жердочке, сомнительное удовольствие.

– Ох, травушка-муравушка, надеюсь, ты долетишь, – всхлипнула Гвен и бросилась меня обнимать.

– Конечно долечу! Куда денусь, – рассмеялась я.

Впрочем, некоторые сомнения имелись. На такие большие расстояния я еще ни разу не летала. Неизвестно, как себя поведет в долгом пути старая метла. И маршрут до Полермута лежал через Серые Топи – опасные, отравленные магией болота. Говорят, там частенько пропадают люди, но… какой у меня был выбор? Лизбет и бабушка – вот два моих самых родных человека, ради которых я готова пойти на все.

Распрощавшись с Гвен, я вышла из общежития, оседлала метлу и решительно оттолкнулась. Рывками метла начала подниматься. Я крепче вцепилась в рукоять. По черенку то и дело пробегали магические искры. Не очень хороший знак, но, как говорит моя бабушка, самое главное – набрать высоту.

Дайрел

Старый магобиль недовольно фырчал, подскакивая на ухабистой дороге. Стоило въехать в Серые Топи, как брусчатка закончилась и началась простая грунтовая колея. Повезло, что погода выдалась засушливая и уже несколько недель не было дождей. А то бы точно застрял.

Я почесал подбородок и недовольно поморщился. За три дня пути щетина отросла. Не мешало бы побриться. А еще помыться и поесть. При воспоминании о еде в животе заурчало. Мысли крутились вокруг сочной рульки, что готовили в таверне недалеко от прежнего места работы. Повезет, если в Полермуте вообще есть хоть одна забегаловка.

Магобиль снова подскочил на очередной кочке. Я ударился головой о крышу и смачно выругался. Думать о том, что все могло бы сложиться иначе, я себе запретил еще в тот день, когда получил «повышение». Знал ведь, чем кончится вспышка гнева, и все равно поступил по-своему.

За окном мелькал унылый пейзаж. Куцый лес, болотистая местность. Растения здесь росли плохо. Почву много лет назад отравила темная магия, и теперь природа медленно восстанавливалась. Глаз радовала только полоска голубого неба да серая птичка, что уже несколько минут летела вместе со мной в Полермут.

Я вдруг опомнился. Какая еще птичка на отравленной земле? Тут комары не водятся, не говоря уже о животных. Поддал газу. Благо участок дороги выдался более-менее ровный, да и непонятный летающий объект начал сбрасывать скорость и снижать высоту. По мере того, как нечто приближалось, глаза мои невольно становились все шире и шире. На метле летела девица в брюках! Белокурые локоны развевались, а визг аж в магобиле было слышно. Ни дать ни взять ведьма!

И так она хорошо вниз шла, будто собиралась убиться прямо посреди топей. Не останавливая магобиль, я открыл окно и выпустил левой рукой заклятье замедленного падения. Именно в этот момент колеса угодили в яму. Меня дернуло в сторону, и как результат правая рука повернула руль. Магобиль съехал с дороги и врезался в старый пень. Мой нос встретился с рулем и нехорошо хрустнул.

– Проклятье, – выругался я гнусаво.

Глаза слезились. По губам и подбородку потекло что-то теплое. Нашарил в кармане платок и зажал нос. Если повезет – сам за полчаса срастется. Я вылез из магобиля. Сквозь пелену слез я разглядел на дороге тело. На негнущихся ногах подошел ближе. Кудрявые волосы разметались. Упала летунья неудачно: на живот. Рядом ошметки метлы и откуда-то взявшаяся сидушка от велосипеда. Неужели заклятие не сработало? Я присел на корточки и, придерживая одной рукой носовой платок, второй потянулся к девушке, чтобы проверить пульс. Дотронуться не успел.

– Мать моя женщина, – послышался сиплый голос.

– Ну пока всего-лишь старший лейтенант Дайрел Кэмпион, уважаемая, – начал я привычным тоном стража порядка. – Ноги, руки шевелятся?

– Не знаю, – сдавленно ответила она и перевернулась на спину.

У летуньи были правильные черты лица. Аккуратный, прямой нос. Губы обветренные, самые обычные, но вот глаза… лисьи. Светло-карие, почти желтые. Неужели из оборотней? Я попытался принюхаться, да нос заложило.

– А вы где поранились? – подала она голос, разглядывая меня с любопытством.

– В магобиле, – недовольно ответил я и встал. – Подняться можете?

Она оперлась на локти, затем села.

– Думаю, да. Это ваш магобиль в канаве?

– Угу, – буркнул я. – Вы сама проницательность.

– Что ж так неаккуратно водите? Смотрите, капот помяли. А еще страж порядка, – прошелестела она и поднялась на ноги.

Я прикрыл глаза и досчитал до десяти. Спокойно. Это всего лишь странная девица в брюках. В столице я и не с такими работал.

Она тем временем поправила на плече сумку – старушечий ридикюль – и направилась к магобилю.

– Как думаете, вдвоем вытолкнем? – спросила девица, рассматривая место удара.

– Один справлюсь.

Я отбросил в сторону платок и сплюнул. Металлический привкус во рту исчез. Кровь из носа остановилась. Стараясь не смотреть на причину всех моих злоключений – вдруг не удержусь и прибью, – я легко вытянул магобиль из канавы.

– Ого, да вы сильны, как оборотень! – улыбнулась летунья, но улыбка сошла с ее лица, едва она наткнулась на мой хмурый взгляд.

– Зовут вас как? – грубовато спросил я, открывая багажник магобиля.

Там в полнейшем беспорядке валялись личные вещи, форма и папка с документами. Ее-то я и выудил из вороха тряпья.

– Аника Торвуд. Приятно познакомиться.

Это было не взаимно, так что я промолчал. Быстро заполнив фирменный бланк, я с чувством выполненного долга оторвал листок и передал растерянной девице.

– Держите, госпожа Торвуд. Надеюсь, в будущем вы будете осмотрительнее и не станете летать на бабушкином тазике.

– Это не тазик! – выдохнула она, забирая листок. – А самая настоящая метла! Была…

– Хотите сказать, у вашего средства передвижения есть сертификат соответствия правилам безопасности? – уточнил я, заломив бровь.

Она открыла было рот, но с тем же успехом его и закрыла. Затем ее взгляд опустился на квитанцию штрафа. Глаза горе-летуньи округлились.

– Сколько-сколько?!

От возмущения у бедняжки сорвался голос.

– Достаточно, чтобы в следующий раз вы дважды подумали, прежде чем рисковать своей жизнью.

Она снова хотела что-то сказать, но я предупреждающе поднял руку:

– Это я еще у вас лицензию на полеты не спросил.

– Но она у меня есть! – горячо заверила девица.

– Отлично, покажите вашу лицензию, госпожа Торвуд, – потребовал я, скрестив на груди руки.

Пыхтя, словно ежик, она проверила карманы плаща, брюк. Словом все, кроме сумки.

– Видимо, осталась в сундуке, что я отправила с почтой, – выдала девица, когда лицензия так и не нашлась.

– Ну да, – хмыкнул я.

Каждый раз одни и те же оправдания. То в другой сумке забыл, то дракон съел.

Я захлопнул багажник и сел за руль.

– Постойте, а вы меня до ближайшего города не подвезете? – спросила ведьма, наклонившись к открытому окошку. – Пожалуйста. Я ведь заблужусь.

На последних словах ее голос дрогнул. Ко мне вернулся нюх, и легкий ветерок наполнил магобиль запахом яблока и корицы. Ну чего мне стоит помочь? Я уже собирался согласиться, но вдруг вспомнил, по какой причине оказался на этой забытой богами дороге. Нет. Хватит с меня дев в беде. Напомогался по самое нехочу.

– Здесь одна дорога. Просто не сворачивайте в непроходимые болота, и к вечеру будете в Полермуте, – сказал я и демонстративно поднял стекло.

Аника

Я стояла на обочине и никак не могла поверить в то, что этот грубиян бросил хрупкую беззащитную девушку посреди Серых Топей! Как он сказал? К вечеру доберусь до Полермута? А вдруг меня нечисть сожрет? И вот такие люди работают у нас в полисмагии. Не удивлюсь, если в Полермуте выяснится, что Лизбет никто и не искал. Как там в ответе из местного участка написали? Нет тела – нет дела?

На глаза навернулись слезы. Колени саднило после удара о землю. Поздновато я заклятие замедленного падения выкрикнула. До последнего думала, что выровняю курс.

Стиснув в руках ремешок от сумки, я шмыгнула носом. Местность выглядела безжизненной, но больше всего пугала тишина. Ни пения птиц, ни жужжания насекомых. Собравшись с духом, пошла вслед за уехавшим магобилем. Минут через пять послышалось знакомое фырчание. Я подняла голову и увидела, как навстречу мне едет знакомый ржавый драндулет. Из головы тут же исчезли все ругательства в адрес полисмага. Вернулся! Наверное, совесть проснулась.

Магобиль проехал мимо. Я даже успела испугаться, что ошиблась в намерениях полисмага, но он, оказывается, разворачивался.

– Садитесь, – буркнул хмурый мужчина, когда магобиль поравнялся со мной.

– Спасибо! – выпалила я и устроилась на переднем сиденье.

– Вещи можете назад кинуть.

– Да мне и так удобно, – ответила я, прижимая к себе ридикюль.

– Как хотите, – произнес полисмаг, покосившись на мои руки.

Точнее на то, что они держали. Может, оплату за проезд хочет? Я полезла в карман плаща и нашла там несколько монет.

– Серебрушки с мелочью хватит? – спросила, протягивая полисмагу деньги.

– Уберите, госпожа Торвуд. – Он мотнул головой и, с укором на меня посмотрев, нажал на педаль.

Магобиль тронулся с места.

– А сколько нам до Полермута ехать? – спросила я, поудобнее устраиваясь на сиденье.

Сделать это оказалось непросто. Во-первых, магобиль то и дело подскакивал на кочках. Во-вторых, сиденье было старое, протертое. Я посмотрела на свои ступни и заметила ржавую щель в днище. Хоть бы эта развалина не сломалась!

– По такой дороге часа три-четыре, – ответил полисмаг.

– Понятно. Если что, можете звать меня просто Аника.

Я ждала ответной любезности, но мой попутчик молчал. Насупившись, я уже хотела демонстративно отвернуться, как он произнес:

– Дайрел.

В сумке зашевелился Хлюпик. Я прижала его плотнее к себе. Не хватало, чтобы мой питомец вылез при полисмаге! Тогда одним штрафом точно не отделаюсь.

– По работе в Полермут едете? – спросила я, надеясь, что за шумом магобиля Дайрел не услышит тихое хлюпанье, доносившееся из недр моей сумки.

– Да, – коротко ответил он и снова покосился на меня.

Нехорошо так. Подозрительно.

– Что вы котомку к себе прижимаете так, словно там спрятано все золото монетного двора?

– Внутри нет ничего ценного, – заверила я. – Только личные вещи.

Чтобы хоть немного сбить его с толку, обворожительно улыбнулась. Дайрел прищурился и… втянул носом воздух. Точно пес принюхался. По спине пробежали мурашки. Я распахнула глаза и уставилась на полисмага. Рубашка мятая, рукава закатаны по локоть. Грязные черные волосы зачесаны назад. Лицо небрито несколько дней, а на переносице залегла глубокая морщинка. Вроде обычный человек, но что-то с ним не то. Повадки у него… волчьи. Магобиль опять же с легкостью вытолкнул из канавы. И нос… Кажется, когда я очнулась, у него был сломан нос, а тут на тебе – зажил. Даже синяков не осталось.

Я сглотнула. И угораздило же наткнуться на оборотня средь Серых Топей, да еще и полисмага! В голову сразу полезли нехорошие мысли. Вспомнились все страшилки из газет о беспределе, который творят законники.

– Чего вы так испугались? – нахмурился Дайрел.

– Н-ничего, – проблеяла я.

– От вас страхом за версту несет. Ну оборотень я, и что с того? Мы такие же цивилизованные существа, как и люди.

– Н-ничего, – снова повторила я, пытаясь припомнить, какая нынче фаза луны.

В полнолуние оборотни особенно раздражительны. А вокруг дорога и… никого. Даже захудалого домишка не видать сквозь мелкую поросль. Идеальное место, чтобы прикопать какую-нибудь глупышку недалеко от обочины.

– А у вас в роду, случаем, лис не было? – задал Дайрел неожиданный вопрос.

– Нет. – Я наконец-то взяла себя в руки, и голос прозвучал ровно. – Почему вы спрашиваете?

– Да так, – он бросил на меня задумчивый взгляд. – Показалось.

Отлично. Этот Дайрел (надеюсь, имя реальное) еще и ведет себя странно. Как он представился? Старший лейтенант Кэмпион? Ох, говорила мне бабуля: «Остановит полисмаг – первым делом спрашивай удостоверение». А я, как дурочка, уши развесила…

– Значит, по работе в Полермут едете, – зачем-то повторила я. – Командировка?

– Нет. Меня в местный участок перевели.

– Так мы вместе работать будем! – радостно воскликнула я.

На мой взгляд, для оборотня это был отличный повод оставить меня в живых. Магобиль резко вильнул. Я завалилась на бок и больно ударилась локтем о дверцу. Чудом Дайрел не съехал в канаву и остановился.

– Как это вместе? В полисмагическом участке? – переспросил он, выпучив глаза.

– Ну да, – испуганно ответила я, потирая ушибленное место. – Я практикантка в лабораторию. Буду проводить экспертизу. Всякую.

– Быть не может. Они же оформили запрос на некроманта с общими знаниями по зельеварению, – выдохнул он.

– По-вашему, я не могу быть некроманткой?

– Не можете. От вас не несет мертвечиной, – припечатал Дайрел.

К сожалению, он был прав. Изначально «счастливый билет» в Полермут выпал худшему выпускнику факультета некромантии, но его отец вовремя подсуетился. Поговаривают, он дал взятку кому-то в администрации академии, и направление перекочевало к моей сокурснице и соседке Гвен. Она как раз брала дополнительный курс некромантии в последний год. Видимо тот, кто распределял места практики, решил, что зельевар с зачетом по некромантии тоже мог соответствовать запросу. Как Гвен разрешили поменяться со мной – загадка. Хотя с пробивным характером Гвен это неудивительно. Потому в администрацию она пошла, а не я. На руку нам, скорее всего, сыграл аврал после экзаменов, когда всех адептов-выпускников пристраивали на годовую практику. Кэмпиону еще повезло получить в практиканты меня, а не какого-нибудь бытового мага.

– Хорошо, вы правы. Я зельевар. – И, прежде чем он что-то ответил, добавила: – Зато какой! Делаю все виды экспертиз, распознаю самые редкие яды, снимаю отпечаток магии с места преступления. Поверьте, такому на общем курсе зельеварения не учат.

И снова оборотень на меня зыркнул так, что поджилки затряслись. Я зажмурилась и стала ждать расправы. Но она все не наступала. Тогда я приоткрыла один глаз и увидела, что Дайрел смотрит в одну точку и беззвучно шевелит губами. «До десяти считает…» – догадалась я.

Вскоре магобиль тронулся вновь.

– Эм, Дайрел, вы сказали, что в участке оформляли запрос. А откуда вам об этом известно?

– Я новый начальник полисмагического участка, – ответил оборотень. – Работа у меня такая: все знать.

Остаток пути до Полермута ехали молча. Я размышляла о том, что будет дальше. Дайрел явно не в восторге от такой практикантки, как я, и, скорее всего, попытается от меня избавиться. Ну да ничего, леди из рода Торвуд без боя не сдаются. Я останусь в Полермуте, чего бы мне это не стоило!

Глава 2

Дайрел

Едва девица вышла на главной улице, я выжал педаль в пол и помчался в местное отделение полисмагии. Забыв про голод, желание помыться и поспать, я влетел в обветшалое одноэтажное здание и наткнулся на пустую стойку администратора. Моргнул один раз, затем еще… Мне не мерещилось. Обязательный по регламенту дежурный офицер и вправду отсутствовал.

– Та-ак, – протянул я и прошел за стойку.

Там, на столике, громоздилось с десяток грязных кружек, испачканные заваркой бланки, копии заявлений и недоеденный в прошлом столетии бутерброд. Дверь за моей спиной открылась. Появился парень лет двадцати в штатском.

– Здравствуйте, вы ко мне? – спросил он, с любопытством смотря на меня.

– Как вас зовут?

– Терренс, – растерянно ответил парень.

– Звание, имя! – гаркнул я, и Терренс тут же вытянулся по струнке.

– Младший сержант Терренс Глуфт!

Слава Луне, он не забыл отдать честь. Хоть чему-то его здесь да научили.

– Старший лейтенант Дайрел Кэмпион, – представился я и ответил на приветствие. – Ваш новый начальник. Почему в штатском?

– Я?

– Вы видите в комнате кого-то еще?

– Постирал. Она еще не высохла, – ответил парень, бледнея.

– Второй комплект тоже?

– Второй комплект? Так нету, – развел руками Терренс.

– Ясно, – процедил я сквозь зубы. – Покажите мой кабинет.

– Да-да, идемте. – Он открыл дверь и, даже не думая пропустить старшего по званию вперед, прошел сам. – Мы вас со стариной Рональдом только завтра ждали. Простите, не подготовились. Миссис Фанфер собиралась пирог приготовить, а заодно отправить Молли прибраться в вашем кабинете…

Мы шли по коридору, который давно не видел ремонта. Штукатурка местами осыпалась, обнажая каменную кладку. Под ногами скрипел ссохшийся паркет.

– Вот, проходите, – Терренс открыл дверь в конце коридора.

В нос ударил затхлый запах. Складывалось ощущение, что комната давно заброшена.

– Кабинетом никто не пользовался уже лет семь. Прошлый начальник, господин Чессер, работал из дома. А сюда заходил так, допрос провести, документы в архив сдать.

– Где он сейчас? – коротко спросил я, брезгливо отодвинув карандашом стопку истлевшей бумаги.

Под ней обнаружился мышиный помет.

– Где сейчас начальник? – переспросил Терренс. Его манера повторять заданный вопрос начинала меня раздражать. – Знамо дело, на пенсию вышел. Он как расчет получил, сразу же собрал вещи и уехал. Не местный был.

– Понятно, – процедил я. – Где он хранил документы?

– Где документы? – снова повторил Терренс, почесав затылок. – Так, наверное, в архиве.

– Я имею в виду документы, относящиеся к деятельности участка. Личные дела сотрудников, договоры найма и прочие бумажки.

– А-а-а, – протянул парень. – За стойкой должны быть.

– За стойкой в холле, где у вас проходной двор? – переспросил я, хотя и так уже знал ответ.

– Ну да, – просто ответил Терренс.

На его не обремененном интелектом лице отразилось сомнение. Он, скорее всего, догадывался, что тут какая-то ошибка, но вот в чем она заключалась, так и не понял.

– Ладно, – устало выдохнул я. – Вернемся обратно.

В одном из ящиков стола и вправду нашлись нужные документы. Личные дела я сразу отложил в сторону. Позже посмотрю, кого мне судьба послала в подчиненные. А вот договор с академией магии я собирался досконально изучить прямо сейчас.

Суть документа была проста: мы предоставляем место для практики и помогаем новоиспеченному специалисту получить необходимый опыт, а академия из королевской казны оплачивает практиканту оклад. Для маленьких городов вроде Полермута это весьма выгодные условия. Нагрузка на городской бюджет нулевая, есть худо-бедно квалифицированный работник, который при других обстоятельствах ни за что бы не поехал работать в захолустье. Срок договора для такого сотрудника год, но там уже подоспеет новая партия.

– Эм, старший лейтенант Кэмпион, – робко позвал Терренс. – Я тогда пойду?

– Да, – не задумываясь ответил я, но быстро спохватился. – Куда пойдете?

– Домой.

И, видимо, такой у меня был ошалелый вид, что парень продолжил:

– У меня выходной. Я мимо проходил, в туалет захотелось. Дай, думаю, заскочу, а тут вы приехали. Удачно получилось, правда?

– Не то слово, – согласился я. Аж веко задергалось. – И как часто участок находится без полисмага?

– С пяти вечера до десяти утра. Ну и по выходным. Вы не переживайте. Случись что, все знают, где нас искать. Старина Рональд живет в соседнем доме. Я тоже недалеко. Теперь вот вы приехали. А то, признаться, я измотался весь. Рональд хороший полисмаг, но не дурак выпить. Вот весь город и повадился только ко мне в неуставное время ходить. Ну, я пойду?

Я нашел в себе силы кивнуть. Знал: открою рот и разнесу эту богадельню с работничками в пух и прах.

– До завтра, старший лейтенант Кэмпион. Ключ на стойке. Вы, когда уходить будете, его под коврик положите. Он у нас один на всех. Счастливо!

На этом Терренс ушел. В тишине меня немного отпустило. Завтра. Я наведу здесь порядок завтра, а пока…

Я вернулся к изучению договора. Особенно меня интересовали разделы о правах и обязанностях сторон. И вот какая интересность обнаружилась: обязанностей у участка полисмагии было куда больше, чем прав. Я мог оформить запрос, но не мог выбирать адепта. Академия оставляла за собой право вносить коррективы в зависимости от наличия специалистов. Читай: послать работать в дыру кого угодно. Лазеек же заменить неквалифицированного практиканта было немного. Первая: его отказ от практики. Если он писал заявление в течение первых пяти дней с начала работы, то после получал перенаправление на другое место. Не уложился в пять дней – либо работай, либо сиди дома год, до следующего набора. Вторая лазейка: отстранение из-за должностного нарушения. Варианты вроде тяжких травм я не рассматривал.

Напряжение спало. Выход из ситуации нашелся сам собой. Я обвел взглядом запущенный холл, стойку и прочие прелести Полермутского отделения полисмагии и пришел к выводу: шансы, что Аника Торвуд сбежит, сверкая пятками, весьма велики. Бездна, да я сам бы отсюда сбежал, будь у меня такая возможность! А если девица не захочет уехать по-хорошему, что ж… Уедет по-плохому.

Аника

Магобиль умчался, едва я захлопнула дверь. «Живот у оборотня, что ли, прихватило?» – подумала я и, пожав плечами, пошла искать свой дом. Академия магии определила меня в пансион некой госпожи Калотты. Раскошеливаться наше учреждение не любило, так что я готовилась к худшему.

Не спеша я двигалась вниз по улице и рассматривала Полермут. Мостовая давно требовала ремонта. На дороге часто встречались заплатки в виде ям, заделанных кирпичной крошкой. Сквозь каменную кладку построек росла трава. Каждый второй дом был заброшен. Пустые жилища быстро приходили в негодность, кренились набок, разрушались и даже горели. Никто не думал огораживать или расчищать территорию. А когда последний бой с природой был проигран, участки заросли бурьяном, сквозь который выглядывали несущие стены или остатки обвалившейся крыши. Люди покидали город. Это я знала и раньше, но масштабы поняла только сейчас.

Жилые дома выглядели немногим лучше. Краска хлопьями сходила со стен, обваливалась штукатурка. Внутри все еще теплилась жизнь, но надолго ли?

Об истории Полермута я знала немного. Город образовался около ста лет назад на месторождении с углем. Развивался, рос, богател. Магия магией, а в северных частях королевства нужно чем-то обогревать жилища. И вот двадцать лет назад около одной из шахт случился разлом. Темная энергия хлынула из недр, отравляя кругом землю и живых существ, лишенных магии. Нечисть заполонила город. Худо-бедно ее зачистили, разлом законсервировали. Разработку угольных шахт запретили. С тех пор жизнь в Полермуте пришла в упадок. Город доживал свои последнии дни и держался в основном на стариках да на подразделении магов, что следили за состоянием разлома.

Я остановилась напротив дома с нужным мне номером. Удивительно, но внешне пансион выглядел вполне прилично. Обычное двухэтажное строение из красного кирпича. В окошках яркими пятнами цвела герань, а на двери красовался аккуратный букетик сухоцветов.

Я поднялась по ступенькам и постучала. С той стороны послышались шаркающие шаги, шелест юбок, а затем на пороге предстала строгого вида старушка в белом чепце.

– Добрый вечер! Я Аника Торвуд. Академия магии направила меня к вам квартироваться, – как можно дружелюбнее произнесла я и широко улыбнулась.

Старушка ничего не ответила, только достала из кармашка на груди пенсне и нацепила на крючковатый нос. Ее маленькие глаза-буравчики под искажением линз стали просто огромными.

– Ишь ты… Девка в брюках! – сказала она, закончив меня изучать. – Куда только мать смотрит.

– Мне двадцать три. За мной не нужно смотреть, – ответила я и подчеркнуто вежливо спросила: – Могу увидеть госпожу Калотту?

Еще оставался шанс, что дверь мне открыла какая-нибудь полоумная старушка-мать или даже бабушка хозяйки пансиона.

– Я госпожа Калотта. Документики покажите, – ответила она, прищурившись.

Сразу стало ясно, что с госпожой Калоттой мы не подружимся. Я достала из плаща помятое направление. Пять минут хозяйка пансиона изучала документ, а затем нехотя соизволила пригласить меня в дом.

Я переступила порог и оказалась в темном, плохо освещенном коридоре.

– На первом этаже столовая и гостиная. Остальные комнаты жильцам посещать нельзя. Завтрак в семь утра, обед в два часа дня, ужин в шесть. Длится все час. Опоздаете – останетесь голодной, – рассказывала госпожа Калотта, пока мы поднимались по узкой лестнице на второй этаж. – Животные категорически запрещены, гостей и тем более мужчин водить в личные комнаты нельзя. Увижу хоть одного кавалера, и вылетите, как пробка из бочки с ягодной шипучкой. Вопросы есть?

Говорила госпожа Калотта бегло, двигалась быстро и ловко, что весьма необычно для ее возраста.

– Нет, – ответила я.

Старушка остановилась напротив одной из комнат и снова пристально на меня посмотрела.

– Комнаты я сдаю всем желающим. В основном мужчинам. Других жильцов тоже к себе водить нельзя.

Если послушать госпожу Калотту, я приехала в Полермут развлекаться, а не работать! Причем развлекаться самым непотребным образом.

– А к ним ходить можно? – не удержалась и спросила я.

– Естественно, нет! – задохнулась от возмущения госпожа Калотта.

– Нет так нет, будем встречаться где-то еще, – я пожала плечами.

Вид у хозяйки был такой, будто ее вот-вот хватит удар. У меня же проснулась совесть. Нехорошо так шутить над старым человеком. Она – пережиток прошлого века, да еще из захолустья. Тут никакие объяснения о начавшейся эмансипации не помогут. Я даже подумывала извиниться перед поборницей чопорных правил, но та уже достала из кармана ключ и открыла дверь.

– Ваша комната. Вещи вчера привезли. Заметьте: у вас отдельная уборная. Будьте добры лишний раз не мозолить глаза остальным жильцам. И на будущее: в Полермуте не принято так одеваться. Наденьте юбку, как положено приличной девушке.

Извиняться сразу как-то расхотелось.

– Спасибо, – сухо ответила я и протянула ладонь.

Как только ключ оказался в руке, я коснулась створки двери, тем самым давая понять хозяйке, что ей пора уходить. Шурша юбками, госпожа Калотта вышла за порог.

– Уверена, вы не из тех хозяек, что роются в чужих вещах, пока жильцы отсутствуют. Так что и заклятий, которые наложу на комнату, вам опасаться не стоит. – И, прежде чем госпожа Калотта ответила, я захлопнула перед ее носом дверь.

После секундного облегчения от того, что я наконец-то осталась одна, навалилась усталость, накопившаяся за день. Долгий перелет, падение, поездка на магобиле, после которой хотелось обратиться к целителю и проверить голову, – все это изрядно вымотало.

Я осмотрела комнату. Выцветшие обои в мелкий цветочек. Дубовый обшарпанный пол. Старая, но добротная мебель. Ее было немного. Кровать, тумбочка, шкаф у окна да узкий письменный стол со светильником. Я мельком заглянула в уборную. Однотонная, местами сколотая плитка. Ну хоть не придется в будку на улице бегать.

Я вернулась в комнату и устало опустилась на кровать. Металлические пружины истошно заскрипели, а моя пятая точка провалилась чуть ли не до пола.

– Прекрасно, – пробурчала я и сняла с плеча сумку. – Ладно, Хлюпик, выходи. Обживаться будем.

Створки ридикюля раскрылись, и из черных недр высунулось щупальце. Гладкое с одной стороны и с характерными присосками с другой, оно покрутилось в разные стороны, будто проверяя помещение на пригодность для жизни.

– Да не бойся. Тут никого, кроме нас, нет, – приободрила я, но питомец все равно не захотел вылезать. – Не хочешь показываться сам, достань мне хотя бы банку с печеньем. Умираю с голоду.

Щупальце скрылось внутри. Сумка затряслась. Хлюпик изображал бурную деятельность, а затем из створок выскочила жестяная банка. Я едва успела ее поймать.

– Осторожнее! – шикнула на питомца. – Сколько раз я тебе повторяла: передавай в руки.

В ответ Хлюпик недовольно забулькал. Говорить он не умел, но эмоции передавал отлично. Я сняла крышку в предвкушении отведать печенья с шоколадной крошкой, даже почувствовала аппетитный аромат ванили и какао, но на дне нашлись только крошки.

– ХЛЮПИК! – возмутилась я. – Ты съел все печенье в одну… пасть?!

Ответа не последовало. Разозлившись, я засунула руку в сумку, надеясь нашарить щупальца наглеца, но того и след простыл в расширенном магией пространстве.

Пришлось ложиться спать на голодный желудок. Переодевшись в ночную рубашку, я погасила магкристалл и подошла к окну. На улице мерцал одинокий фонарь. Ветер носил по мостовой обрывки бумаги и мелкий мусор. Одинокий мужчина в плаще и капюшоне выгуливал собаку. Странная парочка. Собака какая-то крупная, непропорциональная, с мощной шеей. Сам же человек был в каком-то тряпье с капюшоном. Он остановился под фонарем и поднял голову. Я отпрянула от окна. Сердце учащенно забилось. На секунду мне показалось, что с ним вовсе не собака, а… кабан?

Когда я отважилась выглянуть на улицу еще раз, там уже никого не было.

Глава 3

«Дорогая бабушка, я наконец-то в Черрингтоне! Столица оказалась больше, чем я представляла, и жизнь здесь не затихает даже ночью. Впрочем, все, что меня сейчас интересует, это практика, и тебе не стоит волноваться. Я сама разумность.

Меня определили в женский пансион недалеко от работы. Место приличное, хозяйка приятная, радушная женщина в возрасте и отлично готовит. Также мне посчастливилось познакомиться с будущим руководителем. Вежливый мужчина средних лет. Профессионал. Его впечатлили мои оценки. Он уверяет, что в отделе экспертизы мне не будет цены. А видела бы ты, какое новейшее оборудование и артефакты есть в лаборатории! Мечта, да и только.

Знаю, прошло мало времени, но есть ли новости о Лизбет? Я постоянно думаю о ней. И о тебе.

С любовью, Аника»

Я перечитала письмо еще раз и запечатала в конверт с адресом бабушки. А затем еще в один конверт, на этот раз с адресом Гвен в Черрингтоне.

На новом месте спалось плохо. Всю ночь мне мерещились странные звуки. И если тихое скрежетание можно было списать на мышей, то приглушенные хлопки я не могла никак объяснить. А еще, едва мне удалось ненадолго задремать, Хлюпик, видимо, нашел чем перекусить и смачно хрумкал.

До завтрака еще оставалось время, и я решила хотя бы частично разобрать из дорожного сундука вещи. Едва я распахнула створки шкафа, на меня выпорхнула летучая мышь. Взвизгнув от неожиданности, я отпрянула и выскочила за дверь.

По коридору как раз проходила госпожа Калотта.

– Там летучая мышь!

– Правда? – удивилась владелица пансиона, правда, как-то слишком наигранно. – Когда холодает, они пробираются через щель в подоконнике. Наверное.

В голове медленно сложилась картинка. Ночь хлопки и хрумканье Хлюпика… Да мой питомец, оказывается, неплохо так перекусил, пока я спала! И если он был не против соседства летучих мышей, то я категорически возражала.

– Когда вы собираетесь решить проблему? Мыши переносят бешенство и могут быть опасны для человека.

– Сегодня же и решу. Если вы не будете ставить заклятье на комнату, – едко заметила госпожа Калотта.

– Не буду, – буркнула я.

Она гордо повела плечами и пошла вниз. Я так и осталась стоять, собираясь с духом. В комнате осталась сумка и плащ. Их следовало забрать.

Одна из дверей неожиданно открылась, и в коридоре появился умопомрачительный красавец. Зеленоглазый блондин удивленно окинул меня взглядом. Без рубашки, в одних пижамных штанах, он производил… весьма приятное впечатление. С влажных светлых волос стекали капельки воды прямо на белое пушистое полотенце, небрежно перекинутое через шею. Я сглотнула, пытаясь смотреть куда угодно, только не на голый торс. Щеки предательски залил румянец.

– Доброе утро, – улыбнулся незнакомец, ни капельки не стесняясь своей наготы. – Неужели нашу мужскую компанию разбавила леди?

– Доброе утро. Меня зовут Аника, – пискнула я неожиданно высоким голосом и протянула на мужской манер ладонь.

– Приятно познакомиться, Аника, – он завладел моей рукой и, повернув к себе тыльной стороной, поцеловал, – Питер Шольц. Для тебя просто Питер. А теперь прошу прощения, мне нужно переодеться к завтраку. Боюсь, сердце госпожи Калотты не выдержит, если я спущусь к столу в подобном виде.

Он ухмыльнулся и скрылся в своей комнате. Я приложила холодную ладонь к горящей щеке. Если здесь все жильцы такие, то понятно, почему госпожа Калотта переживала за мой нравственный облик. Я тряхнула головой и лишний раз напомнила себе, что приехала в Полермут искать Лизбет.

Подошло время завтрака. Продолжая стоять в коридоре, я рисковала опоздать в первый же день практики. Заглянув в комнату через щелочку, убедилась, что мыши нигде не видно.

– Хлюпик, – позвала я.

Он не ответил. Судя по хрумканью, был занят решением проблемы с летучей мышью. Я вздохнула. Повезло мне с питомцем. Почти как кот. Только лучше.

Мысли о кофе и тостах привели меня в столовую. В маленькой душной комнатушке подавали овсяную кашу с комочками и подозрительного цвета травяной отвар. Я взяла свою порцию и села за старый шатающийся стол. Пока никто не видит, поковыряла содержимое тарелки, понюхала чашку с варевом и поняла, что еще не дошла до той степени отчаяния, чтобы это съесть. Возможно, мне удастся купить что-то по пути на работу? Я убрала за собой. И вовремя. Как раз когда я выходила, в столовую ввалилось несколько магов. Их любопытные взгляды смущали. Мне же лишнее внимание было ни к чему.

Быстро забрав из комнаты сумку с Хлюпиком, я отправилась в город. Увы, Полермут оказался небогат на кофейни и кондитерские. В ближайшей лавке я разжилась чаем, козинаками и пирожками с капустой. Покупала не столько для себя, сколько для коллег. Угощать полисмагов, работающих спустя рукава, желания не было, но неписанное правило обязывало принести вкусности в первый день.

С продуктами в бумажном пакете я вошла в полисмагию и замерла. Еще снаружи здание показалось мне заброшенным, но теперь, видя бардак и грязь, я заподозрила, что попросту не туда пришла. Может быть, отделение давно находится в другом месте, а мне дали старый адрес?

Наверное, я бы развернулась и ушла, но из двери за стойкой вышел мужчина. Было сложно сказать, сколько ему, пятьдесят или семьдесят. Небольшого роста. Округлого телосложения. Большая часть волос на голове отсутствовала. Только по вискам и затылку росли длинные космы, которые он забирал в хвост. Брови серые, густые. Усы над верхней губой придавали ему вид добродушного моржа в темно-синей полисмагической форме.

– Опаньки! Новая практикантка? – дружелюбно спросил полисмаг, похлопав себя по животу.

Я заметила, что на кителе не хватает пуговиц. Впрочем, даже при их наличии вряд ли у полисмага получилось бы его застегнуть.

– Да, а как вы догадались? – растерянно спросила я, все еще осматривая помещение и не веря, что в таких условиях можно работать.

– Дедукция детектива, – он постучал указательным пальцем по виску. – Новые лица в Полермуте редкость, а мы как раз специалиста ждали из академии. Признаться, думали, паренька пришлют.

– Я лучше любого паренька, что вам могли прислать, – заявила без ложной скромности и протянула руку. – Аника Торвуд.

Полисмаг удивленно посмотрел на мою ладонь и после секундного замешательства все же пожал. Легонько и неловко, словно боялся сломать мне пальцы.

– Старший сержант Рональд Фанфер, для друзей просто старина Рональд, – представился он. – Фамилия у вас больно знакомая…

– Возможно, вы знаете мою сестру – Лизбет Торвуд, она проходила практику в местной лечебнице.

– Ах да, – протянул полисмаг и с искренним участием спросил: – Она, случаем, не дала о себе знать?

Я покачала головой. От волнения у меня словно ком застрял в горле. Сколько раз я представляла, как ворвусь в участок и устрою скандал. От злости, от бессилия, от отчаяния. А на деле… Я растерялась. Вокруг царила разруха, а старый полисмаг, которому не сегодня-завтра выходить на пенсию, смотрел на меня с сочувствием и сожалением.

– Молодо-зелено, глядишь, вернется девочка домой.

– Вы вели дело Лизбет? – спросила я, с трудом узнав свой голос.

– Нет. Им занимался господин Чессер, бывший начальник полисмагии. Жаль, расследование ни к чему не привело.

Я снова кивнула, переваривая новую информацию.

– Что ж мы тут стоим, – опомнился старина Рональд. – Идемте, моя женушка хозяйничает в кабинете. Сегодня большой день. Новый начальник отделения вступит в должность. Из столицы прислали. Малыш Терренс видел его одним глазком. Говорит, с таким не забалуешь.

Перед глазами возник образ недовольного оборотня. Интересно, чем старший лейтенант Дайрел Кэмпион провинился, раз его сослали в эту дыру? Взятка, азартные игры, адюльтер? Скандалы со столичными полисмагами не были редкостью.

Мне предстояло решить, стоит ли оборотень доверия. С одной стороны, он мог свежим взглядом оценить дело Лизбет и помочь ее найти, а с другой… Поделившись своими планами, не дам ли я повод начальнику полисмагии отчислить меня с практики?

Следуя за стариной Рональдом, я прошла в глубь участка. Мы миновали коридор и оказались в большой, относительно чистой комнате. По нескольким письменным столам, сдвинутым к стене, я догадалась, что здесь когда-то был кабинет детективов. Теперь же помещение превратилось в подсобку, где полисмаги ели, работали, отдыхали, а судя по большой подушке и пледу на диване, даже иногда спали.

Около столов суетилась маленькая полная женщина в скромном синем платье. Длинные волосы заплетены в косу и уложены вокруг головы. В ушах жемчужные сережки из потемневшего серебра. Лицо улыбчивое, доброе.

– Госпожа Торвуд, знакомьтесь, моя супруга госпожа Фанни Фанфер, – представил старина Рональд свою жену.

– Приятно познакомиться, – натянуто улыбнулась я. – Можно просто Аника.

– Ах, душенька, – с придыханием произнесла дама, откладывая в сторону нож и вытирая руки полотенцем. – Вы тоже не формальничайте. Я здесь лицо гражданское. Забежала на минутку с гостинцем – и домой.

До моего носа донесся непередаваемый аромат свежей выпечки и клубники. Желудок напомнил о пропущенном завтраке. Я сглотнула слюну.

– Рональд, ты, случаем, не видел мою фуражку? – В кабинет вошел долговязый, совсем еще молодой полисмаг.

На вид ему было лет двадцать, не больше. Светлые жидкие волосы торчали в разные стороны. На левой щеке прилип кусочек бумаги. Наверное, порезался, когда брился, да так и забыл убрать.

– А это младший сержант Терренс Глуфт, весьма серьезный и перспективный молодой человек, – представил своего коллегу старина Рональд и на тон тише добавил: – Холост.

– Здравствуйте. Аника Торвуд, новая практикантка, – представилась я и протянула ладонь.

Парень словно к месту прирос. Все смотрел на меня.

– Пожалуй, выложу пироги с козинаками, – смущенно сказала я, так как стоять с протянутой рукой было уже неудобно.

Стоило отвернуться, как сзади послышалось шушуканье и звук затрещины. Похоже, Рональд выводил своего подопечного из ступора. Госпожа Фанни, тихо посмеиваясь, продолжила накрывать на стол.

– Не обращайте внимания. Терренс хороший мальчик, просто с девушками у него не ладится. Вечно робеет.

На переносном артефакте-нагревателе госпожа Фанни вскипятила воду. Несколько минут, и чай был готов, кушанья поданы. Бери и ешь.

– Нам, наверное, стоит подождать старшего лейтенанта Кэмпиона? – спросил Терренс.

И вроде бы он обращался ко всем, но смотрел почему-то на меня. Его уши и щеки покраснели. Это совершенно мальчишеское поведение заставило меня улыбнуться.

– А что ждать? Пирога всем хватит, – сказала госпожа Фанни и взяла со стола корзинку. – Ладно, я пошла. Рональд, милый, не забудь вечером принести посуду домой.

На этом супруга полисмага удалилась. Пожав плечами, я взяла блюдце и положила себе кусочек. Хрустящее тесто, цельные ягоды запеченой клубники – все это ставило под сомнение слова госпожи Фанни. Если новый начальник не поспешит, ему точно ничего не достанется. Старина Рональд тоже приобщился и положил себе сразу два кусочка. Терренс же решил для начала попробовать пирожки с капустой.

Чайной ложечкой я отломила кусочек пирога и хотела съесть, как дверь в подсобку распахнулась и на пороге предстал старший лейтенант Кэмпион. Мундир идеально выглажен, волосы уложены назад, лицо гладко выбрито. Я с трудом узнала в нем неряшливого оборотня-попутчика. Злой, как пихт, он обвел взглядом комнату. Бедняга Терренс подавился пирожком и закашлялся. Рональд похлопал парня по спине.

– Почему за стойкой никого нет?! – прорычал Дайрел.

– Мы на минутку отлучились. Перекусить, – добродушно объяснил старина Рональд.

– Вы, полагаю, старший сержант Рональд Фанфер?

– Так точно, – улыбнулся старина Рональд, похлопав себя по животу.

У оборотня задергался глаз. Он уставился на китель старого полисмага.

– Вы за мной в кабинет, – отчеканил старший лейтенант, а затем повернулся к Терренсу. – Младший сержант Глуфт, вернитесь за стойку. И упаси вас боги оставить ее без присмотра.

А затем оборотень перевел взгляд на меня и… неожиданно улыбнулся. Впрочем, его улыбка больше напоминала оскал, учитывая достаточно острые и длинные резцы, свойственные всем оборотням.

– Госпожа Торвуд, с вами я поговорю позже. Вы пока чайку попейте, осмотритесь на новом месте. Другими словами, чувствуйте себя как в стенах родной академии.

Я неуверенно кивнула. Дружелюбие Дайрела меня, мягко говоря, настораживало. Бабуля всегда говорит: «Где мягко стелют – жестко спать». Так что расслабляться я не спешила.

Все быстро разошлись. Я осталась одна и решила, что голодный желудок вряд ли поможет мне пережить первый день в отделении полисмагии. Съев два кусочка пирога и запив чаем, я покинула укрытие и пошла изучать пристанище на ближайший год. Участок находился в плачевном состоянии. Разводы на потолке подсказывали, что у здания протекает крыша. Более того, здесь точно водились мыши. Камеры для заключенных не представляли собой ничего интересного, так что я прошла мимо и заметила дверь с табличкой, которая гласила «архив». Сердце в груди подпрыгнуло. Я не стала упускать шанса заглянуть в дело о пропаже сестры и подергала за ручку: увы, оказалось заперто. Раздосадованная, я помялась на месте, а потом пошла в приемную.

– Ой, – произнесла я, когда дверь на что-то наткнулась.

Выглянув, я увидела Терренса, он потирал спину.

– Прости.

– Ничего, с-сам виноват, – заикаясь, ответил парень.

Кончики его ушей забавно порозовели.

– Мне хотелось в архив заглянуть. Посмотреть, как там все устроено. Но он почему-то закрыт.

– Закрыт? – переспросил Терренс.

Он поправил китель и попытался облокотиться на стойку. Да так неловко, что папки с документами полетели на пол. Терренс бросился их поднимать. Я опустилась на корточки, чтобы помочь.

– Так доступ нужен, – затараторил парень, – надо попросить начальника сделать допуск.

Мы собрали документы и вернули их на стойку. Я брезгливо отметила, что даже здесь был беспорядок и грязь.

– Обязательно, но он сейчас явно занят, – напомнила Терренсу, а затем, робко улыбнувшись, спросила: – Слушай, а может, ты откроешь дверь?

Ждать разрешения Кэмпиона не хотелось. Имелись у меня подозрения, что доступ он мне даст, только проведя допрос с пристрастием.

– Открыть дверь? Я б с радостью, но мне запрещено уходить из приемной, – Терренс развел руками.

– Ладно, прости, что отвлекла, – расстроилась я и хотела уйти, но Терренс меня остановил.

– Хотя, – он почесал затылок, – ничего же страшного не произойдет, если я буквально на секунду отлучусь. Глядишь, начальник не заметит. Идем.

– Ох, спасибо! – выпалила я.

Меньше всего хотелось, чтобы из-за меня Терренсу досталось от оборотня, которого с утра словно под хвост ужалили. Но Лизбет… Дело моей сестры не могло ждать. Я прикусила губу и последовала за парнем. Сердце колотилось так, словно мы идем на преступление.

У архива Терренс остановился. Он повернул ручку, по панели прошлась волна магических искр, и дверь без труда открылась.

– Ну вот, – молодой полисмаг застенчиво улыбнулся.

– Спасибо огромное! – горячо поблагодарила я и уже занесла ногу, чтобы переступить порог, но вдруг в конце коридора послышался шум.

Появился красный, как помидор, старина Рональд. А за ним и Кэмпион.

– Та-а-ак, – протянул он, увидев меня с Терренсом. – Младший сержант Глуфт, в мой кабинет! А вы, госпожа Торвуд, лучше осмотрите свое рабочее место. Практикантам в архив доступ закрыт.

Бедняга Терренс, повесив голову, пошел на заклание. Мне же ничего не оставалось, как под пристальным взглядом оборотня закрыть дверь.

– Эм… господин Рональд, – обратилась я к старому полисмагу, когда мы остались в коридоре вдвоем. – А где оно… Это место?

– Что? – Он достал из кармана платок и промокнул им лоб. – Рядом с подсобкой.

Тяжело ступая, он пошел в приемную. Плечи опущены. От утреннего радушия и веселости не осталось и следа. Пожалев старого полисмага, я вздохнула и с тревогой посмотрела на кабинет Кэмпиона. Оттуда не доносилось ни звука. Что-то мне подсказывало, причина не в вежливой беседе между подчиненным и начальником, а в заклятии тишины. Надеюсь, Терренсу не сильно достанется.

Я пошла обратно к подсобке. Рядом – понятие относительное. Сначала мне не повезло наткнуться на кладовку со швабрами и метлой, а затем уже я нашла пыльный кабинет, в котором пахло мышами и плесенью.

Посреди комнаты возвышался добротный широкий стол алхимика. Колбы, пробирки, штативы кто-то свалил друг на друга, словно выкинул на поверхность стола все содержимое лабораторного шкафа. Сквозь грязные решетчатые окна проступал тусклый свет. Каменные стены покрывали лохмотья пыли и паутины.

Я прошла внутрь и чихнула. Серый комок шерсти метнулся от стола к плинтусам, а затем исчез в одной из щелей. Из сумки, что была перекинута через плечо, с любопытством выглянуло щупальце Хлюпика.

– Не высовывайся, – шикнула я и снова захлопнула створки.

Не хватало, чтобы его увидели полисмаги. По-хорошему, не следовало брать питомца с собой на работу, но я побоялась, что госпожа Калотта все-таки сунет свой любопытный нос в мои вещи. Хлюпик же без присмотра мог напроказничать, чем непременно привлек бы внимание.

Около одной из стен я обнаружила грифельную доску и покрытый толстым слоем пыли стул. В углу валялись старые бумаги и тряпье. Я в очередной раз чихнула.

– Будьте здоровы, госпожа Торвуд.

Вздрогнув, я заметила в дверях Кэмпиона. Вот ведь… подкрался! Начальник полисмагии стоял скрестив руки на груди и с непонятным для меня удовлетворением осматривал помещение.

– Ужасно выглядит, не правда ли? – спросил он.

– Смахнуть пыль, подмести пол, и будет, – я попыталась подобрать подходящее слово, – приемлемо.

– Пройдемте ко мне, госпожа Торвуд. Обсудим вашу практику, – сухо сказал Кэмпион.

Его тон не предвещал ничего хорошего. Сжав в руках ремешок сумки, я прошла за оборотнем. Удивительно, но в его кабинете было относительно чисто. Пол и арочные окна явно на днях помыли. Из мебели в кабинете имелся старый письменный стол и… лабораторный шкаф. Подозреваю, его недавно сюда переместили.

– Прошу, присаживайтесь, – Кэмпион кивнул на низкий кривой стул напротив стола.

– Спасибо, лучше постою, – отказалась я.

– Садитесь, – с нажимом повторил Кэмпион.

Мне ничего не оставалось, как повиноваться. Я села на табуретку, прижимая к себе сумку с Хлюпиком. Кэмпион же занял место за столом. Получалось, что он возвышался надо мной, тогда как я чуть ли не упиралась коленями в подбородок.

– Давайте начистоту, госпожа Торвуд…

– Можете звать меня просто Аника, – перебила я, запоздало поняв, что не мешало бы прикусить язычок. – В смысле я всего лишь практикантка…

– Госпожа Торвуд, – он строго на меня посмотрел, – что вы думаете об этом участке?

– Эм… Здесь не мешало бы прибраться. И мышей вывести, – ответила я первое, что пришло в голову.

– Он в плачевном состоянии, и даже уборка этого не исправит. Так же дела обстоят во всем Полермуте. Как вы думаете, сколько здесь работает человек?

Я прикинула, сколько сотрудников нужно для маленького отделения, которое должно работать круглосуточно. Плюс начальник и практикантка.

– Человек десять? – предположила я.

– Пять, – последовал лаконичный ответ.

– Видимо, основную работу по охране порядка делает головное отделение? – предположила я.

– Аника, – обманчиво мягко сказал оборотень, подаваясь вперед.

От его голоса по спине пробежал холодок. С высоты стула он, будто серый волк, нависал надо мной, готовясь перехмануть через стол и… скушать.

– Это единственный участок полисмагии на весь город и близлежащие поселения вплоть до соседнего Блэксмута.

Я сглотнула. Неудивительно, что дело моей сестры как следует не расследовали, а потом поспешно закрыли. Пропажа – не убийство. Тела нет. Зато есть сплетни, будто девушка сбежала с любовником. Вот и все расследование.

Удовлетворившись произведенным на меня эффектом, Кэмпион продолжил:

– У нас катастрофически не хватает людей. Я вижу, что вы умная девушка, но со всем уважением – мне нужен крепкий парень, способный помочь не только в лаборатории, но и на улицах.

– Я прежде всего маг, господин Кэмпион. И если в физической силе и уступаю мужчине, то с лихвой это компенсирую даром, – заявила, задрав подбородок.

Но, подозреваю, из положения, в котором я находилась, этот жест смотрелся не так впечатляюще, как хотелось бы.

– Значит, вы у нас одаренный маг? – спросил он с насмешкой и показал знакомый зеленый листок.

Кровь прилила к щекам. Я уже поняла, к чему все идет.

– Давайте посмотрим. Около Полермута часто видят нечисть. Что у нас по основам некромантии… прочерк. Вы даже зачет на первом курсе не смогли сдать?

Я поджала губы. Ответить на его вопрос мне было нечего. Да, не смогла. Из-за этого и диплом с отличием не получила.

– Знаний по боевой магии у вас и вовсе нет.

– Если в выписке из диплома нет оценки, господин Кэмпион, это не значит, что я не знаю ни одного боевого заклятья. Что же касается некромантии… Уверена, вы всему меня научите. Ведь для этого и нужна практика. А теоретическая база общего курса о нечисти у меня имеется. – Я натянуто улыбнулась.

– Ну допустим, – скрипнул зубами Кэмпион. – Я ждал практиканта, который при необходимости сможет вызвать дух умершего и допросить его. Вы же явно на это неспособны.

– Как и большинство выпускников академии, у которых некромантия не профильный предмет. Но я знаю отличный выход: у меня есть доска для спиритических сеансов. Обязательно принесу ее завтра в отделение, – заверила со всей горячностью.

Намеки Кэмпиона на то, что я не подхожу для работы, были очевидны. С другой стороны, я не понимала, к чему все это. Неужели он надеялся, что академия выделит ему широкопрофильного некроманта? В Полермут? Да он должен богов благодарить за такого сотрудника, как я! Титаническими усилиями мне удалось удержать эти мысли при себе.

Кэмпион тяжело вздохнул и сжал переносицу большим и указательным пальцем. Весь его вид говорил о смертельной усталости. Или о том, что его терпение на исходе.

– Аника, далось вам это захолустье? Я же вижу хорошие оценки по профильным предметам. Уверен, во многих городах найдется более достойное место для ваших навыков. Откажитесь от практики в Полермуте и вернитесь в академию. Вы еще успеваете для повторного перенаправления.

Я внимательно посмотрела на оборотня. Не сомневаюсь, будь его воля, он уехал бы отсюда при первой же возможности. Но у меня личная причина здесь находиться. И ради Лизбет я пойду даже к разлому! Так что трудностями Дайрелу меня не запугать.

– Нет, мне нравится здесь, – твердо заявила я и встала с неудобного стула. – Вы, видимо, считаете, что вместо меня академия пришлет этакого специалиста по всем фронтам. Как вы выразились? Крепкого парня-некроманта? Который на вызовы будет бегать, экспертизу проводить, мертвецов поднимать, а в свободное время уничтожать нечисть. Нет, господин Кэмпион. На повторный запрос академия пришлет вам адепта, которого не жалко для дыры вроде Полермута. Я же достойно защитила диплом зельевара и судебного эксперта. Так что хватит смотреть в зубы дареному коню!

Под конец тирады я так распалилась, что облокотилась на столешницу и буквально нависла над оборотнем. Он же смотрел на меня как-то странно. Лицо каменное. Только крылья носа трепещут, будто принюхивается. Вспомнив, с кем говорю, я смущенно отступила назад.

В кабинете повисло молчание. Первым не выдержал Кэмпион. Прочистив горло, он недовольно проворчал:

– Ладно. Можете идти наводить в лаборантской порядок. Пока.

Оборотень явно намекал, что мнения своего на мой счет не изменил. Я недовольно поджала губы и направилась к двери, но, взявшись за ручку, обернулась и как можно спокойнее сообщила:

– Лабораторный шкаф, куда вы сложили документы, не предназначен для бумаг. Верните его в лаборантскую, пожалуйста. В течение года практики он мне еще пригодится.

Ответом мне стал тихий скрежет зубов. Здесь я уже не рискнула дважды испытывать судьбу и вышла.

Глава 4

Дайрел

Я с тихим рыком бросил на стол личное дело. Меня раздражало все! Полермут, участок, который проще снести и отстроить новый. Подчиненные один другого краше. Пенсионер на жалованье, желторотый парнишка, который даже в академии магии не учился, и девица-практикантка. Последняя беспокоила меня больше всего. Вроде не красавица, но лицо живое, интересное. Притягивает взгляд. А запах… На этот раз помимо яблока и кори